Презумпция отцовства и материнства в семейном праве
ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………
1. ОСНОВАНИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ И
ОБЯЗАННОСТЕЙ………………………………………………
2. ПРЕЗУМПЦИЯ ОТЦОВСТВА………………………………………………………
3. УСТАНОВЛЕНИЕ ПРОИСХОЖДЕНИЯ РЕБЕНКА ОТ МАТЕРИ………………...23
ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ
ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ……………………...26
ВВЕДЕНИЕ
В последнее время в практике органов загса все чаще встречаются случаи признания отцовства лицом, не являющимся отцом ребенка. Предпочтение этой правовой формы обусловлено простотой признания отцовства и относительной сложностью усыновления, тождеством прав и. обязанностей родителей и усыновителей, стремлением скрыть происхождение ребенка от должностных лиц органов опеки и попечительства или загса.
Заявление об установлении отцовства обычно подается матерью и отчимом ребенка спустя год-два после регистрации брака, когда семейные отношения между ними сложились. Иногда лицо, признающее отцовство в отношении чужого ребенка, состоит в фактическом браке или в случайной связи с его матерью. Порой признание отцовства служит своеобразной «компенсацией» прописки, предоставленной матерью ребенка жилплощади, и т. п. Впоследствии указанные записи об установлении отцовства нередко оспариваются.
Тенденция,
наметившаяся в практике, по-разному
оценивается в юридической
Рассматриваемая проблема представляет теоретический и практический интерес. Каково соотношение биологического и волевого факторов при возникновении родительских прав и обязанностей? Какова правовая природа признания отцовства при отсутствии кровного родства с ребенком? Вправе ли гражданин оспаривать фиктивную запись об отцовстве, произведенную по его желанию?
1. ОСНОВАНИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ И
ОБЯЗАННОСТЕЙ
А. И. Пергамент считает, что общим основанием возникновения родительских прав и обязанностей является исключительно факт кров—го родства, а момент возникновения родительского правоотношения совпадает с моментом признания ребенка субъектом права, т. е. с его рождением. Следовательно, утверждает она, единственным фактором, определяющим возникновение родительского правоотношения, признается естественно-биологический, а удостоверение происхождения ребенка имеет лишь правоподтверждающее значение. Если между ребенком и лицом, признавшим отцовство, нет кровного родства, то по существу происходит усыновление (удочерение) ребенка.
Концепцию А. И. Пергамент можно признать обоснованной применительно к возникновению родительского правоотношения между ребенком и его состоящими в браке родителями, а также между внебрачным ребенком и его матерью. В первом случае происхождение ребенка от отца презюмируется в силу ч. II ст. 16 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье, во-втором — достаточно факта рождения, так как происхождение по материнской линии очевидно. В обоих случаях волеизъявление родителей не имеет значения для возникновения родительского правоотношения, а удостоверение происхождения производится при регистрации рождения по заявлению одного или обоих родителей, родственников, соседей, работников медицинских учреждений, и других лиц (ч. III ст. 148 КоБС РСФСР и аналогичные статьи КоБС других союзных республик). Единственным фактом-основанием возникновения родительских прав и обязанностей здесь служит происхождение ребенка. Ни этот естественно-биологический факт, ни процедура его удостоверения не связаны с волеизъявлением родителей. Именно поэтому допускается регистрация рождения по заявлению посторонних лиц и без особого полномочия родителей. Волеизъявление родителей приобретает юридическое значение тогда и постольку, когда и поскольку оспаривается происхождение ребенка от лиц, состоящих в браке.
Однако кровное родство не является единственным фактом-основанием родительских прав и обязанностей отца внебрачного ребенка. В соответствии с действующим законодательством родительские права и обязанности возлагаются на отца внебрачного ребенка только в случаях, когда у родителей имелись серьезные намерения создать семью либо когда ребенок признан отцом. Если же отец не пожелает признать отцовство, отношения между ребенком, родившимся от случайной связи, и его отцом вообще остаются вне правового регулирования. Иначе пришлось бы признать существование родительских прав и обязанностей, не охраняемых государством, что противоречит сущности субъективных прав и обязанностей. Следовательно, при возникновение родительских прав и обязанностей отца внебрачного ребенка недостаточно факта кровного родства. Определенная роль принадлежит и волевому фактору.
Сочетание естественно-биологического и волевого факторов характерно для основания родительского правоотношения между отцом и его внебрачным ребенком. Как справедливо отмечает Е. М. Ворожейкин, отсутствие любого из указанных факторов исключает возникновение родительских прав и обязанностей. Вместе с тем концепция самого Е. М. Ворожейкина, согласно которой родительские правоотношения возникают из юридического состава, включающего а) рождение ребенка, б) регистрацию рождения в органах загса, нуждается в уточнении.
Основы расширили брачно-семейную правоспособность граждан применительно к приобретению родительских прав и обязанностей в отношении внебрачных детей. Как и другие элементы правоспособности, эта возможность — абстрактная предпосылка правообладания, она «лишена индивидуальной определенности и характеризуется лишь родовой определенностью по отношению к объекту и к поведению». В силу того, что родительские права — мера не только возможного, но и должного поведения, требовать их удостоверения могут оба субъекта родительского правоотношения. Отцовство может быть установлено по инициативе как отца, так и лиц, представляющих интересы ребенка (матери, опекуна или попечителя, лица, на иждивении которого находится ребенок), либо самого ребёнка по достижении им совершеннолетия (ст. ст. 48, 49 КоБС РСФСР).
Рождение внебрачного ребенка является одним из этапов развития юридического состава основания родительского правоотношения началом индивидуализации будущих субъективных прав и обязанностей. Абстрактная возможность правообладания конкретизируется, ибо речь идет о ребенке, происходящем от лица, претендующего на установление отцовства. Согласно ч. I ст. 16 Основ родительские права и обязанности основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке. Ст. 16 называется «Основания возникновения прав и обязанностей родителей и детей», она регулирует установление отцовства по заявлению родителей путем подачи совместного заявления отцом и матерью ребенка либо по суду, в случае рождения ребенка у родителей, не состоящих в браке. Данные термины свидетельствуют, что установление отцовства предназначено для урегулирования отношений между лицами, происходящими друг от друга. Когда происхождение ребенка сомнительно, в нормативных актах употребляется иная терминология. Так, оспорить запись о рождении вправе лицо, записанное в качестве отца или матери ребенка (ч. V ,т. 49 КоБС РСФСР).
Вывод о том, что установление отцовства служит формой удостоверения подлинного происхождения ребенка, следует и из систематического толкования Основ. Поскольку воспитание детей в нашем обществе — функция государства, возложение родительских прав и обязанностей на субъекта, не являющегося отцом, допускается только по решению компетентного государственного органа. Приобретение и осуществление прав и обязанностей, аналогичных родительским, в отношении чужого ребенка регулируются посредством особого правового института — усыновления (удочерения), относящегося как к детям, рожденным в браке, так и к внебрачным детям. Основание возникновения прав и обязанностей усыновителя обладает рядом специфических признаков по сравнению с основаниями родительского правоотношения. В отличие от усыновления, при установлении отцовства личные качества фактического отца, его взаимоотношения с матерью ребенка, самим ребенком, цели, которые он преследует, не имеют правового значения. Единственное условие признания отцовства — происхождение ребенка от лица, претендующего на отцовство. При установлении отцовства по суду личные качества ответчика также не влияют на исход дела. Суд не вправе отказать в иске по тем основаниям, что ответчик не обладает качествами, необходимыми для надлежащего воспитания ребенка. Эта особенность обусловлена объективным характером естественно-биологического факта, удостоверяемого судом или органами загса.
Итак,
естественно-биологический
При
добровольном признании отцовства
налицо действия, направленные на приобретение
родительских прав и обязанностей (семейно-правовые
акты). Признание отцовства —
это волеизъявление отца внебрачного
ребенка, совершенное в установленной
форме перед государственным органом
загса и подтвержденное матерью ребенка.
Данный
юридический акт претворяет в действительность
закрепленную законом возможность правообладания
и завершает юридический состав основания
родительского правоотношения. Решающее
значение волеизъявления отца внебрачного
ребенка особенно наглядно, если вследствие
смерти матери или невозможности установления
ее местожительства отцовство устанавливается
органами загса по заявлению отца. Но и
тогда, когда отцовство устанавливается
на основании совместного заявления родителей
ребенка, на возникновение правоотношения
направлена воля отца. Мать уже находится
в правоотношении с ребенком, а в совместном
заявлении лишь подтверждает отцовство
определенного лица.
При установлении отцовства по суду принимаются во внимание факты, указанные в ч. IV ст. 16 Основ. По мнению А. И. Пергамент, в этой норме содержится исчерпывающий перечень доказательств происхождения ребенка от ответчика, обусловленный трудностями доказывания происхождения по отцовской линии. Возражая против подобного толкования рассматриваемой нормы, В. П. Шахматов справедливо отмечает, что в советском праве трудности в предоставлении доказательств никогда не являлись основанием для такого решения вопроса, которое заведомо может не соответствовать интересам ребенка. Обстоятельства, перечисленные в ч. IV ст. 16, входят в предмет доказывания истца. Судебная практика также различает обстоятельства, принимаемые судом во внимание при установлении отцовства, и доказательства, их подтверждающие. В рассматриваемой норме сформулированы условия возложения родительских прав и обязанностей на отца внебрачного ребенка. Условия эти — не что иное, как факты, входящие в юридический состав основания родительского правоотношения между отцом и его внебрачным ребенком.
По своей правовой природе совместное проживание и ведение общего хозяйства родителями ребенка, совместное воспитание либо содержание ими ребенка представляют совокупность действий, не направленных на приобретение родительских прав и обязанностей, но в силу закона, в сочетании с другим фактом — происхождением ребенка, порождающие правовые последствия. Следовательно, речь идет о юридических поступках родителей ребенка. Особенность их в том, что они приобретают правовое значение только как совокупность однородных действий и только в связи с другим юридическим фактом — происхождением ребенка. Что касается внесудебного признания отцовства, то оно также является юридическим поступком, ибо не направлено на приобретение родительских прав и обязанностей. К юридическим поступкам относятся и обстоятельства, необходимые для установления факта признания отцовства (признание отцовства и нахождение ребенка на иждивении покойного).
Рассматриваемые юридические поступки и акты могут иметь место как до рождения, (совместное проживание и ведение общего хозяйства, внесудебное признание отцовства), так и после рождения ребенка (совместное содержание либо воспитание, судебное и внесудебное признание отцовства). Вследствие этого и завершение юридических составов не совпадает во времени. В одних случаях юридический состав завершается в момент рождения ребенка, происходящего от лица, которое совместно проживало и вело общее хозяйство с матерью ребенка либо признало ребенка перед свидетелями, в письменной форме и т. и. В других случаях основания родительского правоотношения налицо тогда, когда действия родителей можно признать совместным воспитанием или содержанием ребенка. При отсутствии обстоятельств, указанных в ч. IV ст. 16 Основ, юридический состав может быть завершен в момент признания ответчиком иска об установлении отцовства. Поскольку каждое обстоятельство, указанное в ч. IV ст. 16 Основ, достаточно для завершения юридического состава, возникновение родительского правоотношения связывается с тем из них, которое наступило раньше.
Установление отцовства по суду не вносит ничего нового в рассматриваемый юридический состав. Исключение — когда единственным юридическим фактом служит признание иска ответчиком. Суд только констатирует существование юридического состава основания родительского правоотношения, удостоверяет происхождение ребенка от определенного лица, санкционирует принудительное осуществление родительских прав и обязанностей. Когда же происхождение ребенка от предполагаемого отца опровергается в ходе судебного разбирательства либо отсутствуют доказательства, подтверждающие предусмотренные законом юридические поступки, суд отказывает в иске, так как юридический состав не доказан, не завершен или вообще не существует. Установление отцовства по суду — особая, форма удостоверения происхождения ребенка от лица, не состоящего в браке с его матерью. Последующая регистрация установления отцовства в органах загса направлена на то, чтобы завуалировать внебрачное происхождение ребенка, удостоверив его происхождение в общей форме записи и свидетельства о рождении. Таким образом, удостоверение происхождения ребенка может состоять из одного или из двух этапов.
Удостоверение
происхождения ребенка
Если запись об отцовстве совершена по заявлению лица, не являющегося отцом ребенка, юридический состав нельзя признать завершенным. Поскольку отсутствует необходимый естественно-биологический факт — происхождение ребенка от заявителя, действия последнего юридически безразличны. Как справедливо указывает О. А. Красавчиков, факты становятся юридическими только если юридический состав завершен. Само по себе признание отцовства лишено правового значения. Оно свидетельствует лишь о намерении приобрести родительские права и обязанности в отношении определенного ребенка.
Такое признание отцовства по своему характеру тяготеет к усыновлению. Однако намерения и соглашения отдельных лиц, в том числе и соглашение матери с отчимом ребенка, не могут создать правовых отношений усыновления. Так как отсутствует один из элементов основания прав и обязанностей усыновителя — решение исполкома районного (городского) Совета об усыновлении — этот юридический состав также оказывается незавершенным. В результате не наступают ни правовые последствия признания отцовства, ни правовые последствия усыновления. Права и обязанности субъекта, признавшего отцовство в отношении чужого ребенка, лишены юридического основания. По существу в таких случаях нет правового отношения. Вместе с тем несоответствие правоподтверждающих документов фактическим отношениям должно быть доказано в судебном порядке.
Изучение судебной практики о признании недействительными записей об отцовстве показывает, что она не является стабильной. Одни суды полагают, что запись об отцовстве, не соответствующая фактическому происхождению ребенка, должна быть аннулирована. Другие признают такие записи недействительными лишь в случае, когда истцу не было известно о происхождении ребенка от другого лица. Так, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Эстонской ССР в решении от 14 апреля 1971 г. указала: «Иск лица, записанного в книге записей о рождении в качестве отца ребенка и оспаривающего отцовство по мотиву того, что ребенок не происходит от него, не подлежит удовлетворению, если это лицо по собственному желанию записано в книге записей о рождении в качестве отца ребенка и при внесении записи не были нарушены требования закона».
В обоснование своего вывода судебная коллегия привела следующие доводы: 1) запись о рождении, сделанная в органе загса, является доказательством происхождения ребенка от лица, состоящего в браке с матерью ребенка и знающего о том, что фактически не является отцом этого ребенка; 2) поскольку орган загса не обязан устанавливать фактического отца ребенка, подобная запись не нарушает закон; 3) запись об отцовстве, равным образом, как и запись об усыновлении, может быть признана судом недействительной только тогда, когда это делается в интересах ребенка.
Рассмотрим эти аргументы. Согласно п. 2а Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 4 декабря 1969 г. «О практике применения судами Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье» запись об отце ребенка, произведенная в свидетельстве о рождении, является доказательством происхождения ребенка от указанного в ней лица. Правоподтверждающее значение записи и свидетельства о рождении не зависит от того, известно ли указанным в ней лицам о происхождении ребенка от другого отца. Однако названные документы признаются подтверждающими отцовство до тех пор, пока они не оспорены в судебном порядке. В процессе судебного разбирательства запись и свидетельство о рождении не имеют преимущества перед другими доказательствами происхождения ребенка. Если гуд установит, что запись об отцовстве не соответствует фактическому происхождению ребенка, свидетельство о рождении не может быть признано доказательством родства по отцовской линии.
Действия работников загса, совершающих запись об отцовстве по заявлению граждан, состоящих в браке и признающих отцовство супруга, не нарушают закон. Но заявители, знающие о фактическом происхождении ребенка от другого лица, сознательно избирая ненадлежащую правовую форму, нарушают тем самым закон, устанавливающий разные основания приобретения прав родителями и усыновителями. Субъектами правонарушения при регистрации рождения или установления отцовства могут быть как граждане, так и должностные лица органов загса. Поэтому нормативные акты не связывают оспаривание записей о происхождении ребенка с определенными неправомерными действиями и с определенными субъектами правонарушения.
Судебная
коллегия справедливо указала, что
признание записей
Ч. V ст. 49 КоБС РСФСР и аналогичные статьи КоБС других союзных республик ограничивают оспаривание записей о происхождении ребенка во времени и по субъектному составу. В отношении данных норм допустимо только буквальное толкование. Признание записей об отцовстве недействительными лишь в тех случаях, когда отец не знал о происхождении ребенка от другого лица, ограничивает сферу применения рассматриваемой нормы. По существу судебное решение подтверждает существование родительских прав и обязанностей, лишенных законного, основания. Подобное основание отсутствует, если а) запись не соответствует фактическому происхождению ребенка, б) нарушен порядок ее совершения, в) имеются пороки воли указанных в ней родителей ребенка.
Сказанное
не означает, что анализируемые нормы
не нуждаются в совершенствовании.
В интересах ребенка
2. ПРЕЗУМПЦИЯ ОТЦОВСТВА
Презумпция отцовства уходит своими корнями в римское частное право, когда отцовская власть устанавливалась над детьми, рожденными в законном римском браке. Именно поэтому названная презумпция была сформулирована римскими юристами в виде формулы «pate rest guem nupitae demonstrant», что означает: «тот отец, на кого указывает брак». Мужчине только оставалось требовать от жены супружеской верности, чтобы его социальное отцовство совпало с биологическим.
В современном мире презумпция отцовства, согласно которой предположение о происхождении ребенка от мужа его матери основано на факте брака и не требует доказывания, известна правовым системам многих зарубежных государств: Австрии, Франции, Канады, Швейцарии, Нидерландов, Германии, Японии и др. <1>.
<1>
Подробнее см., например: Гражданское
и торговое право зарубежных
стран: Учебное пособие / Под
общ. ред. В.В. Безбаха и В.К.
Пучинского. М.: МЦФЭР, 2004. С. 637 - 639; Гражданское
и торговое право
Согласно п. 2 ст. 48 Семейного кодекса РФ (далее - СК РФ) отцовство супруга матери ребенка удостоверяется записью об их браке. Как всякая иная, презумпция отцовства отражает обычный (типичный) порядок связи между явлениями, опыт поколений по данному вопросу: материнство очевидно и подтверждается обычными медицинскими документами и т.п., отцовство, даже в браке, - предположительно <2>.
<2>
См.: Лушников А.М., Лушникова М.В.,
Тарусина Н.Н. Гендерное
Общепризнано, что презумпция отцовства установлена в целях охраны интересов ребенка и его матери. Достаточно подтвердить факт наличия брака между родителями ребенка, представив в орган загса соответствующий документ, и отцовство установлено. Таким образом, презумпция отцовства основана на том, что связь между наличным и презюмируемым фактами не подлежит доказыванию в силу типичности ситуации.
Следует обратить внимание на то, что согласно СК РФ необходимым и достаточным фактом, приводящим в действие презумпцию отцовства, является факт состояния в браке родителей ребенка на момент его рождения: «Если ребенок родился от лиц, состоящих в браке между собой... отцом ребенка признается супруг... матери, если не доказано иное» (п. 2 ст. 48 СК РФ). При этом закон не придает юридического значения моменту зачатия ребенка. Презумпция отцовства действует уже в силу самого факта рождения ребенка у лиц, состоящих в браке. Поэтому если, к примеру, ребенок будет рожден на следующий день после заключения брака, то его отцом на основании презумпции отцовства будет признан супруг матери.
Между тем согласно классической презумпции отцовства в браке, наиболее четко сформулированной в Кодексе Наполеона 1804 г. и воспроизведенной в российском имперском законодательстве: «Если зачатие (выделено нами. - Авт.) и рождение произошло в браке, то предполагается, что отцом ребенка является муж его матери» <3>.
<3>
Шершеневич Г.Ф. Учебник
В
отличие от действующего российского
законодательства в современном
законодательстве ряда государств действие
презумпции отцовства обусловлено
моментом зачатия ребенка. Так, в
Венгрии отцом ребенка
<4> Французский гражданский кодекс / Науч. ред. и пред. канд. юрид. наук Д.Г. Лаврова; Пер. с фр. А.А. Жуковой, Г.А. Пашковской. СПб.: Юридический центр Пресс, 2004.
Момент зачатия как основной элемент презумпции отцовства имеет юридическое значение и в тех государствах, где действует разновидность презумпции отцовства - презумпция законнорожденности. Так, согласно ГК Японии законнорожденным является ребенок, родители которого состояли в зарегистрированном браке на момент его зачатия. Второе непременное условие законнорожденности - рождение ребенка спустя не менее 200 дней после заключения брака или 300 дней после расторжения или аннулирования (признания недействительным) брака (п. 2 ст. 772 ГК Японии). Таким образом, ребенок, зачатый в браке, но родившийся после развода, считается законнорожденным, в то время как ребенок, родившийся в браке, но зачатый до его заключения, таковым не является. Иными словами, презумпция действует только в случае, когда родители ребенка состояли в зарегистрированном браке на момент зачатия ребенка <5>.
<5> Сакаэ Вагацума, Тору Ариидзуми. Указ. соч. С. 210.
Задавшись вопросом о том, насколько придание юридического значения моменту зачатия ребенка соответствует интересам самого ребенка и его матери, разделяем точку зрения Н.Ф. Качур. Исследуя действие презумпции в случае, когда ребенок был зачат до, а родился после регистрации брака, она отмечает, что «если супруги сами не желают ставить под сомнение происхождение ребенка по отцовской линии, то нет никаких оснований отказываться от ее применения и в данном случае. Поэтому закон при регистрации рождения ребенка не требует установления момента его зачатия, достаточно, чтобы ребенок родился после регистрации брака» <6>.
<6>
Качур Н.Ф. Презумпции в
Презумпция
отцовства действует в
