Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Применение гравитационной модели

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Актуальность. Теоретические исследования указывают на следующие главные преимущества пространственно интегрированного рынка. Во-первых, такое состояние является парето-оптимальным, обеспечивая больший уровень благосостояния общества по сравнению со случаем сегментированного рынка. Неспособность последнего эффективно «абсорбировать» локальное избыточное предложение другими пространственными частями рынка приводит к ослаблению стимулов экономического роста и иным негативным последствиям. Во-вторых, интегрированность гарантирует воздействие макроэкономической политики (налоговой, денежной и т.п.) на побуждения и ограничения, учитываемые при принятии решений на микроэкономическом уровне, тогда как на сегментированном рынке макроэкономические «сигналы» могут доходить до микроуровня с искажениями и не приводить к ожидаемым результатам [5; 100].

Немногочисленные публикации, посвященные проблематике интеграции рынков товаров в России, рассматривают хотя и интересные, но частные аспекты. Даже взятые в совокупности, результаты этих работ дают только некий набор элементов мозаики, не складывающийся в целостную картину. Остаются открытыми вопросы, в каком направлении развивается интеграция российского рынка товаров, как участвуют в этом процессе конкретные регионы, какие факторы противодействуют (или способствуют) интеграции.

Отсюда видна научная актуальность исследования интеграции российского рынка товаров во временном и пространственном (региональном) разрезах, а также изучение влияния различных факторов на состояние и динамику интеграции. С прикладной точки зрения актуальность такого исследования определяется тем, что оно обеспечивает научную основу для разработки и проведения политики, направленной на развитие интеграции национального рынка и, более широко, формирование единого экономического пространства страны.

В мировой экономической литературе имеется значительное число работ, посвященных как эмпирическому анализу пространственной интеграции рынков товаров, так и теоретическим аспектам такого анализа. В большинстве из них объектом изучения являются международные рынки, но есть и немало публикаций, рассматривающих внутренние рынки. В этих работах теоретически обоснован, разработан и эмпирически опробован мощный инструментарий исследования интеграции рынков товаров.

Однако он ориентирован на экономики, функционирующие в относительно стабильных условиях, основываясь на неявном предположении, что в течение анализируемого периода механизм функционирования рынков существенно не меняется. Основной вопрос, на который ищется ответ — интегрирован ли изучаемый рынок на определённом временном интервале, т.е. интеграция рассматривается как состояние рынка в данном (достаточно продолжительном) периоде. Но переходной экономике как раз присущи принципиальные изменения механизма функционирования рынков, вызванные заменой планового ценообразования рыночным и административного распределения товаров оптовой торговлей. И направление последствий этих изменений — движение к интеграции (или от неё) в течение рассматриваемого периода, - пожалуй, даже более важно, чем сам факт интегрированности или неинтегрированности рынка. Указанное предположение при анализе пространственной интеграции рынков в переходной экономике оказывается весьма грубым приближением - по сути, элиминируется сам переходный процесс. Поэтому применение только известного инструментария не даёт возможности ответить на отмеченные выше открытые вопросы относительно интеграции российского рынка товаров.

Таким образом, имеется необходимость в существенном развитии и дополнении известного инструментария - в разработке подходов, моделей и методов исследования пространственной интеграции рынков товаров, адекватно учитывающих специфику переходного периода, т.е. позволяющих описывать и изучать интеграцию как развивающийся во времени процесс. Без этого, в частности, невозможно получить относительно полную картину интеграции российского рынка.

Россия является страной с открытой экономикой и одновременно слабо интегрирована в мировой рынок. Переориентация торговли России произошла скорее географически, нежели структурно. В российском экспорте по-прежнему доминируют энергетические ресурсы, что делает российскую экономику зависимой от мировых цен на данные товары. Благоприятная конъюнктура на мировых рынках создает условия для экономического роста в краткосрочном периоде, но в долгосрочном периоде этого недостаточно. Экономике необходимо наличие полноценно функционирующих рыночных институтов. Это дает возможность для развития отраслей с высокой добавленной стоимостью, обеспечения долгосрочного экономического роста, привлечения инвестиций, а также развития торговли.

Какое отношение всё это имеет к предмету работы? Да ещё текст передран один в один без всяких ссылок.

Введение должно начинаться с краткого описания сути гравитационной модели и для чего она нужна. А потом сформулировать Вашу задачу – применение модели для анализа интеграции рынков (любых, причём тут Россия и СНГ, тем более что если работы по ним есть, то их считанное число). Причём именно рынков, а не экономической интеграции вообще.

Объектом данной работы является изучение гравитационной модели.

Предметом является применение гравитационной модели. Смысл этих фраз? Если переставить слова «предмет» и «объект», что-нибудь изменится?

Целью данной работы является изучение применения гравитационной модели для анализа интеграции рынков.

~~Поставленная цель потребовала выполнения следующих задач:~~

~~- ознакомиться с историей развития гравитационной модели;~~

~~- описать существующие гравитационные модели;~~

~~- охарактеризовать варианты глобальной интеграции России;~~

~~- сделать анализ экономической интеграции рынков стран СНГ.~~

Глава 1. Описание гравитационной модели и ее теоретическое обоснование

1.1. История развития гравитационной модели

Гравитационная модель — модель, описывающая социальные и экономические взаимодействия между пространственными объектами (городами, регионами, странами). Она иИспользуется в региональном анализе и пространственном анализе экономики. В различных модификациях такие же модели используются при исследовании процессов урбанизации, размещения промышленности, экспортно-импортных взаимосвязей, миграции населения.

Гравитационная модель основана на предположении, что объем двусторонних торговых потоков прямо пропорционален размеру экономик (их «массам»), и обратно пропорционален расстоянию между ними и иным торговым барьерам. В виду очевидности сходства с нНьютоновским законом всемирного тяготения, данная модель получила название «гравитационной».

А где сама модель-то?

Первые эконометрические результаты, выявившие эту закономерность, были получены в конце 19507х? — начале 19607х гг.26? Открытая как чисто эмпирическая зависимость, гравитационная модель затем была подвергнута резкой критике за свой отрыв от теории. Тем не менее, благодаря высокой эмпирической точности, она стала широко применяться для оценки торговых потоков и одновременно заставила экономистов искать теоретическое обоснование данной модели. Несмотря на то, что в течение практически полувека предпринимались многочисленные попытки вывести гравитационную модель, «реабилитирована» она была совсем недавно благодаря работе Андерсона и ван Винкупа. К более ранним теоретическим выводам гравитационной модели можно отнести работы Тинбергена (1962) и Андерсона (1979). Данные теоретические модели давали лишь частичное объяснение гравитационной модели. Например, Андерсон выводит гравитационную модель, используя производственную функцию Коба — Дугласа, и пытается вывести гравитационную модель с единичной эластичностью для коэффициентов ВВПпробел[1, это Бабацкая-Кухарчук? с.25].

Впоследствии Хелпман и Кругман (1985) Почему у Вас вперемешку используются разные стили ссылок? И где это в списке литературы? предлагают версию гравитационной модели, работающую в рамках монополистической конкуренции, подчеркивая взаимосвязь между структурой рынка и объемом торговли.

Все ссылки только в стиле [7], [1, 4, 9], [9-11]!

Данную работу можно классифицировать как макроэкономическое обоснование гравитационной модели. Наиболее же полный микроэкономический вывод модели дает Бергштранд (1985, 1989). Его теоретическое обоснование гравитационной модели опирается на теорему Хекшера — Олина.

В конце 1990-х гг. ряд авторов систематизировал имеющиеся теоретические выводы гравитационной модели. Деардорф (1998) предлагает наиболее полный обзор литературы по этой теме. Эвнетт и Келлер (1998) сравнивают и тестируют гравитационные модели различных авторов. Морель (1998) дает подробный анализ моделей Хелпмана, Хелпмана-Кругмана, и Андерсона. Наконец, несколько лет назад стала применяться расширенная гравитационная модель, более правильно моделирующая географические переменные. Эта модель частично основывается на теории, разработанной в рамках новой экономической географии. Связь между новой экономической географией и гравитационной моделью показывает в своей работе Итон Кортум (2002), а наиболее известной в этой области является гравитационная модель, разработанная Реддингом и Венаблем (2000).

Несмотря на разнообразие теоретических обоснований гравитационной модели, большинство из них выводит ее лишь приближенно. Наиболее же полным и аргументированным выводом гравитационной модели является модель Андерсона и ван Винкупа (2003). В своих последних исследованиях Джейм Е. Андерсон и Эрик ван Винкуп предложили версию, наиболее близкую к традиционной гравитационной модели, в которую была добавлена переменная многостороннего сопротивления. Преимуществом данной модели является ее строгое теоретическое обоснование.

Для пары торгующих между собой регионов «многосторонним сопротивлением» Андерсон и ван Винкуп называют средний для двух регионов барьер в торговле с остальным миром. Чем больше этот барьер, тем сильнее регионы будут стремиться торговать друг с другом. Применение переменной многостороннего сопротивления Что это такое? И откуда её взять? позволяет не только просто и элегантно вывести гравитационную модель теоретически, но и получить правильные оценки входящих в нее переменных. Последствия невключения переменной многостороннего сопротивления в модель ярко иллюстрирует парадокс МакКалома (1995) [3, с.15]. Почему две ссылки на одну и ту же работу двумя стилями?

Исследуя торговлю между американскими штатами и канадскими провинциями, а также торговлю канадских провинций между собой, МакКаллом обнаружил, что торговля между регионами одного государства в двадцать раз интенсивнее, чем международная торговля. Графически этот эффект можно представить в виде следующей модели: Техас (Т) и Онтарио (О) расположены на одинаковом расстоянии от Британской Колумбии (БК), при этом ВВП Техаса в полтора раза превосходит ВВП Онтарио. Согласно гравитационной модели, при прочих равных условиях, интенсивность торговли между двумя регионами пропорциональна отношению их ВВП и дистанции, которая их разделяет. Из данного примера, объем торговли между БК и Т должен в полтора раза превышать объем торговли БК и О. Поскольку реальный объем торговли между данными провинциями составляет 1,4 млрд. дол., то потенциальный объем торговли между Т и БК может достигать 2,1 млрд. В действительности же, реальный объем торговли составляет лишь 0,155 млрд. МакКаллом объяснил эту разницу наличием границы или так называемого «эффекта границ». Андерсон и ван Винкуп попытались выяснить причину такого большого расхождения. Как и МакКаллом они использовали гравитационныймметод, но, в отличие от последнего, их гравитационная модель максимально учитывает возможные особенности торговли между двумя странами. Результаты подтвердили, что наличие границ отрицательно сказывается на объеме торговли, кроме того, маленькие страны торгуют больше (в относительном выражении) внутри своих границ по сравнению с общим объемом торговли. Эффект границ в реальности более умеренный, чем у МакКаллома и, согласно результатам Андерсона и ван Винкупа, снижает торговлю лишь на 20—50%. Завышение результатов МакКаллома связано с невключением в модель значимых переменных, а именно, переменной многостороннего сопротивления.

О важности переменной многостороннего сопротивления свидетельствует также работа Сабраманиана и Вея (2003). Авторы показывают эконометрически, что невключение многостороннего сопротивления в модель Роуза (2002) дает неправильные оценки влияния ВТО на торговлю.

Согласно Роузу ВТО не оказывает значимого влияния на двустороннюю торговлю стран. В то же время добавление в спецификацию Роуза многостороннего сопротивления меняет результат на прямо противоположный: переменная ВТО становится положительной и статистически значимой.

Модель Андерсона и ван Винкупа основана на стандартной гравитационной зависимости, согласно которой размер экономик определяет размер смещения торговли. На основании полученной теоретической зависимости Андерсон и ван Винкуп делают три вывода:

1. Торговые барьеры снижают в относительном выражении торговлю между большими странами больше, чем торговлю между маленькими странами.

2. Торговые барьеры увеличивают в относительном выражении торговлю между регионами внутри маленькой страны больше, чем межрегиональную торговлю внутри большой страны.

3. Маленькие страны торгуют больше в относительном выражении внутри своих границ, по сравнению с объемом общей торговли [6; с.26].

1.2. Описание гравитационных моделей

Для моделирования товарных потоков между парами стран построены специальные эконометрические модели, получившие название гравитационных. Каждая модель представляет собой функцию, связывающую товарный поток с несколькими факторами: социально-политическими, экономическими, географическими. Гравитационные модели определяют зависимость однонаправленного внешнеторгового потока от параметров внутриэкономического состояния, как страны-экспортера, так и страны импортера [7, с.31].

В основе названия гравитационных моделей лежит известная из физики формула притяжения. Впервые в экономических процессах эта формула была применена для описания зависимости между продавцом в городе и покупателем, живущим за городом, исходя из предпосылки, что их «притягивает» друг к другу:

Откуда это передрано? Почему без ссылки? (И раз прямое цитирование, то должно быть в кавычках с указанием страницы).

Одна из первых моделей экспорта была предложена известным голландским экономистом Я. Тинбергеном. Где ссылка? Зависимость интенсивности товарного потока от расстояния между торгующими странами и обусловленность импорта страны величинами их валового национального продукта (ВНП) задается формулой

Опять прямые цитаты без ссылок

Гравитационные модели международной торговли продолжают свое

развитие и в настоящее время. В своем исследовании, посвященном роли ВТО в международной торговле, профессор школы бизнеса Калифорнийского университета Э. Роуз использовал стандартную гравитационную модель двусторонней торговли. На основе статистических данных за период 1948—1999 гг. для 178 стран он приходит к выводу, что эффект от членства в ГАТТ — ВТО экономически несуществен, часто негативен и находится в пределах статистической ошибки. Используя более 60 индикаторов степени либерализации торговой политики (например, соотношение объема импорта к ВВП, уровни тарифной и нетарифной защиты), Роуз исследует данные о торговле 168 стран за период с 1950 по 1998 г. и не находит существенной зависимости между степенью свободы торговой политики и членством в ВТО[4, с.46].

Глава 2. Анализ интеграции рынков россии и стран СНГ

2.1. Варианты глобальной интеграции России

Россия – важный экспортер некоторых видов неэнергетической продукции за пределы Европы и постсоветского пространства, в частности в Японию, США и Китай. Постепенный рост экспорта неосновных продуктов на новые рынки заставляет предположить, что Россия ищет пути диверсификации внешней торговли,однако об успехе пока говорить преждевременно.

Для определения прочности двусторонних торговых связей экономисты часто используют модель «притяжения». Будучи экономическим аналогом теории гравитации Ньютона, модель предполагает прямо пропорциональную зависимость объема торговли(экспорт и импорт) от экономической «массы» стран (ВВП) и обратно пропорциональную – от «расстояния» (Dist) между партнерами (i, j),или

что такое Ex_ij и Ex_ji ?

Понятие «расстояние» включает в себя как торговые издержки, так и национальные предпочтения при выборе торговых партнеров (стремление к интеграции). Непонятно. Страны, показывающие более высокий объем торговли, находятся в более тесных отношениях между собой (более интегрированы), чем с другими странами [1, с.56].Получается, что Китай больше интегрирован с Россией, чем с Гонконгом?

Самое короткое «расстояние» в мире в 2010 году наблюдалось между такими парами стран, как Сингапур – Малайзия, Бельгия – Нидерланды и США – Канада, со средними значениями в диапазоне от 50 до 250. Что это за расстояние, как оно вычислено, в каких единицах? То есть самое короткое «расстояние» между Россией и Белоруссией (1 507 в 2006-м) значительно отстает от результата мировых лидеров торговой интеграции. Например, чтобы достичь аналогичного уровня, России и Белоруссии необходимо увеличить торговый оборот, в настоящее время равный примерно 20млрд дол., до величины от 45 до 105 млрд долларов. Тем не менее уровень российско-белорусской кооперации довольно значителен и сравним с уровнем кооперации между Испанией и Португалией (1 285 в 2009 году). Откуда все эти данные, где ссылка/ки?

Гравитационная модель пригодна для определения границ действительных либо потенциальных торговых союзов, Как это делается? которые часто создаются по аналогии со «звездообразными» сетями, используемыми для оптимизации транспортных маршрутов. Крупные страны или популярные мегаполисы таких (неформальных) союзов берут на себя ведущую роль и превращаются в центральный узел, пропускающий через себя потоки многосторонней торговли. Например, отнюдь не удивительно, что, обладая наибольшей «массой» в рамках Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА), США выполняют функцию центрального узла для Канады и Мексики. Германия «притягивает» к себе ряд государств Центральной Европы (Австрия, Италия, Швейцария, Польша и Венгрия), однако этот союз обладает более сложной структурой. Германия как центральный узел накладывается на менее крупный узел – Бельгию, которая находится на более коротком «расстоянии» от Франции, Люксембурга и Нидерландов. Швеция доминирует в Северной Европе, и к ней тяготеют такие страны,как Норвегия, Финляндия и Дания (скандинавская группа). Сингапур служит основным пунктом назначения торговых путей из Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), а Объединенные Арабские Эмираты оказываются в центре группы ближневосточных стран.

Сила «притяжения» России слабее по сравнению с ведущими лидерами мировой торговли, однако ее «масса» достаточна, чтобы привлекать евразийские государства. Помимо Белоруссии, Украины и Казахстана, которые прочно вошли в ее орбиту, «притяжение» России отчасти испытывают Узбекистан и Туркмения. В свою очередь, последние являются местными центрами «гравитации» соответственно для Киргизии и Таджикистана, а Украина – для Молдавии. Таким образом, формируется цепочка, соединяющая эти постсоветские страны в потенциальный Евразийский союз[5, с.25].

Кавказские республики явно не восполняют данную картину. Грузия, Армения и Азербайджан составляют отдельную группу, которая очень слабо связана с внешним миром. Российское присутствие в Закавказье до некоторой степени заметно в транзите центрально-азиатского газа и экспорте электроэнергии.

Если исключить особые сектора, где отечественные производители обладают глобальным влиянием благодаря уникальности занимаемого положения (например, в производстве титановых сплавов для авиапромышленности или палладия для автомобилестроения), торговая интеграция России может происходить с двумя группами партнеров: с Европой и с постсоветскими государствами.

Вариант 1. Интеграция России и Европейского союза

Для большинства государств – членов ЕС Россия является поставщиком энергии. Как следствие, в глазах многих стран Евросоюза российско-европейская интеграция так речь совсем не о том! У Вас была более узкая задача – не об экономической интеграции вообще, а об интеграции рынков! должна происходить в рамках энергетического сектора, по возможности не обременяя их дополнительными связями. Практическое отгораживание от России особенно характерно для тех стран, на отношение которых к России по-прежнему влияет факт былого советского господства. В то же время сведение к минимуму импорта из России не снижает их зависимости от ее углеводородов. Например, Польша и Литва отличаются исключительно высокими индексами ИГГ ? по импорту сырой нефти (9 446 и 9 903), то есть имеют дело с Россией как практически с единственным поставщиком [7, с. 90].

Неудивительно, что эти страны требуют от Москвы ратификации Европейской энергетической хартии, чтобы обеспечить неограниченный доступ альтернативных поставщиков (из Центральной Азии) к ее трубопроводам и европейских компаний – к нефтегазовым месторождениям. Очевидно, что для России такая постановка вопроса неприемлема, поскольку в результате снизятся ее доходы от экспорта и транзита.

Другие европейские импортеры в меньшей степени озабочены российским энергетическим влиянием, поскольку диверсифицировали свою сеть поставщиков. Например, индекс ИГГ Германии по импорту сырой нефти равен 1 672, и на долю ее самого крупного поставщика – Российской Федерации – приходится 30 %импорта. В результате Польша настаивает на том, чтобы навязать России невыгодную сделку, тогда как Германия может позволить себе более умеренную точку зрения. Позиция же Москвы остается непоколебимой, что вполне понятно, учитывая ее большую зависимость от торговли углеводородами[3, с. 100].

Итак, Россия не желает идти на компромиссы на энергетическом фронте, а в Европейском союзе нет консенсуса относительно переговоров. Что же касается двусторонних контактов с отдельными государствами – членами ЕС, то при нынешних обстоятельствах они могут оказаться более плодотворными и, по крайней мере на начальном этапе, способствовать сохранению стимула к интеграции. Две страны играют ключевую роль в экономическом объединении России с Евросоюзом: Германия обеспечивает потенциальную связь с центральноевропейской зоной деловой активности, а Финляндия служит необходимым звеном в отношениях с группой Северных стран.

Если допустить, что Европейский союз позволит своим членам самостоятельно определять скорость интеграции в восточном направлении, то Германия и Финляндия, будучи уже в разной степени вовлеченными в двустороннюю торговлю, предпочтут ускоренную интеграцию. Однако структура их торговли с Россией асимметрична, и подход, основанный на взаимных уступках со стороны отдельных компаний, окажется неэффективным. Значит, для координации процесса потребуется государственное вмешательство [6, с.89].

Экономические выгоды интеграции – положительный эффект от специализации – очевидны, но их реализация в политической плоскости требует от сторон договоренности относительно национального раздела этих выгод. Поскольку немецкие и финские компании фокусируются на экспорте машиностроения и электроники, а Россия отвечает в основном энергоносителями, эти три сектора формируют ядро интеграционной деятельности. Стимулировать развитие интеграционной деятельности в рамках этого ядра можно путем слияний и приобретений, одобренных государством, или в результате создания предпочтительных условий для взаимных прямых инвестиций в новые активы. Однако следует иметь в виду, что российские производители машинного оборудования и электроники не пользуются политическим влиянием, сопоставимым с тем, которым обладает национальное энергетическое лобби («Газпром» и «Роснефть»), а немецкие и финские компании не питают особого интереса к сфере добычи нефти и газа.Поэтому очевидно, что Германии и Финляндии целесообразно позволить российской энергетической отрасли расширяться на Запад при условии доступа их национальных компаний на российские рынки машинного оборудования и мобильной телефонии.

Факты свидетельствуют о том, что некоторые немецкие,финские и российские компании уже открыли для себя потенциальные возможности данной стратегии. Германский автомобилестроительный концерн Volkswagen объявил о планах развития технопарка в Калуге стоимостью 400 млн евро. Фирма AMD продает свое предприятие по производству микрочипов в Дрездене, оцениваемое в 250–300 млн. дол.,российской компании «Ангстрем» в Зеленограде. Планируемое слияние телекоммуникационных активов российской компании Altimo и шведско-финского концерна TeliaSonera стало бы шагом в том же направлении. Однако очевидно, что процесс интеграции протекает хаотично ввиду несоответствия ряда предпринимаемых сторонами действий логике межсекторального подхода на основе взаимных уступок. Более того, некоторые шаги, вероятно, способны вызвать раздор, поскольку они скорее похожи на враждебные со стороны соответствующих стран попытки поглощения. Россия поступила вполне разумно, не потребовав членства в правлении концерна EADS,поскольку в понимании немецкой стороны это мало что может добавить к стоимости EADS в данный момент. В то же время попытки концернаSiemens получить контрольный пакет акций в компании «Силовые машины», основном российском производителе энергетического оборудования, вызвали у России подозрения в том, что концерн пытается определять программу реконструкции отечественной энергетики. Точно так же недавно выяснилось, что финской энергетической компании Fortum может быть отказано в приобретении контрольного пакета акций Территориальной генерирующей компании № 1 (ТГК-1) в Санкт-Петербурге по стратегическим соображениям[2, с. 58].

Наблюдения показывают, что попытки российских и зарубежных компаний проводить трансграничные слияния по собственной инициативе часто провоцируют экономический национализм, несовместимый с подлинным партнерством. Несмотря на общественное давление, политические власти отказываются передавать в иностранное владение, по их мнению, «жемчужины отечественной экономики». Чтобы добиться прогресса, обе стороны должны быть готовы пойти на компромисс относительно национального контроля над теми секторами, где их сравнительные преимущества слабы,одновременно подготавливая почву для того, чтобы собрать урожай в других. В конечном счете значение имеют суммарные двусторонние выгоды, тогда как национальное распределение этих выгод подлежит корректированию в ходе дальнейших переговоров.

Вариант 2. Евразийский экономический союз

В другом географическом регионе, на евразийском пространстве, Россия остается для ряда стран центром притяжения. Более того, поскольку российский и другие евразийские рынки исторически были всегда тесно связаны между собой, имеется большой спрос на широкий ассортимент товаров местного производства. Следует полагать, что дан достаточно сильный импульс региональной интеграции, способной перерасти в создание полноценного единого рынка.