Применение обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства

СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………………………………2 Глава 1. Общая характеристика обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства………………….……………………………………………………..5

§ 1. Понятие и сущность обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства……………………………….………………………………………..5

§ 2.  Роль и механизм  обратной отсылки и отсылки к праву  третьего государства в международном частном праве…….………...……….….……...8

Глава 2. Применение обратной отсылки  и отсылки к праву третьего государства………………………………………………………………….……13

§ 1. Применение обратной отсылки и  отсылки к праву третьего государства в разных странах………………...……………………………..………………….13

§ 2. Проблема применения обратной отсылки и отсылки к праву

третьего государства…………………………...………………………………..17

Заключение …………………………………………………….…………..……23

Список использованной литературы……………………...………………..….26

ВВЕДЕНИЕ

         Повышение  значимости международного частного  права (далее — МЧП) в России  началось сравнительно недавно  в связи с политической, экономической,  правовой реформами. Развитие  международного сотрудничества  требовало от науки МЧП прежде  всего практических решений. Вследствие  этого первоочередное развитие  получили правотворческая и правоприменительная  составляющие МЧП. Практика регулирования  частноправовых отношений, осложненных  иностранным элементом, стала  основной темой, обсуждаемой в  российской научной литературе.

       Одним  из дискуссионных вопросов в  данной науке является обратная  отсылка и отсылка к праву  третьего государства, которая  является примером рассогласованности  действий норм МЧП разных стран.  Ее относительно редкое появление  в практике регулирования частноправовых  отношений, осложненных иностранным  элементом, не является показателем  незначительности данной проблемы  и отмежевания от юридической  практики. Одним из доказательств  практической значимости вопроса  об обратной отсылке является  закрепление норм, направленных  на его решение в законодательстве  большинства государств.

         С момента  появления в судебной практике  западноевропейских государств  в первой половине XIX в. и до  настоящего времени обратная  отсылка и отсылка к праву  третьего государства не нашла  единого решения в юридической  практике. К общему знаменателю  не пришли даже в рамках  отдельных регионов и правовых  семей. Например, в бельгийском  кодексе закреплен запрет на  принятие отсылок иностранных  коллизионных норм. В условиях  одной страны законодательное  решение вопроса об обратной  отсылке и отсылке к праву  третьего государства идет вразрез  с доктринальной точкой зрения. Это характерно, в частности, для  Великобритании, где большинство  ученых высказываются за положительное  решение вопроса об обратной  отсылке, а законодательство развивается  по пути постепенного отказа  от принятия отсылок иностранных  коллизионных норм.

        В отечественном  МЧП вопрос об обратной отсылке  и отсылке к праву третьего  государства получил, на первый  взгляд, положительное решение, закрепленное  в ст. 1190 ГК РФ. Однако нормы  этой статьи порождают ряд  вопросов по поводу сферы их  действия, а также механизма применения  иностранных коллизионных норм. Исходя из буквального смысла  п. 1 ст. 1190 ГК РФ, его действие распространяется  на случаи выбора права при  помощи коллизионных норм, закрепленных  в ч. 3 ГК РФ¹. Однако коллизионные нормы содержатся не только в ГК РФ, но и в других кодифицированных федеральных законах. Можно ли принимать отсылки иностранных коллизионных норм, к которым отсылают коллизионные нормы, закрепленные в СК РФ? Если же согласно п. 2 ст. 1190 ГК РФ суд принимает обратную отсылку, т. е. применяет иностранную коллизионную норму для выбора применимого права, каким образом он должен устанавливать ее содержание и есть ли границы, препятствующие ее применению? Ни законодательство, ни судебная практика не дают ответы на эти вопросы.

       Подобное состояние  требует исследования вопроса  об обратной отсылке и отсылке  к праву третьего государства  и подходов к его решению.  Указанные обстоятельства обусловливают  актуальность, теоретическую и практическую  значимость исследования обратной  отсылки и отсылки к праву  третьего государства в отечественном  МЧП и определили цель и  задачи исследования.

      Целью  заданной курсовой работы является исследование понятия обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства их роли и механизма, проблем и применения  обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства как одного из дискуссионных вопросов современного МЧП, а так же применение обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства в разных странах.

     Задачей заданной  курсовой работы является раскрытие и подробное изложение понятия обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства, анализ применения механизма, рассмотрение проблем и способы применения обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства в разных странах.

     В первой главе раскрываются основные понятия обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства. Действие обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства в Российской Федерации и в сравнение даются краткие примеры применения обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства в других странах, а так же нормативно- правововые акты, устанавливающие правовой статус обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства. Анализируется роль и значимость обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства в международном частном праве а так же механизм их применения. Приводятся примеры из мировой судебной практики.

     Во второй главе  рассматривается применение обратной  отсылки и отсылки к праву  третьего государства, в частности:  применение обратной отсылки  и отсылки к праву третьего государства в разных странах и как конктерно, в каких случаях, в каких ситуациях законодательство государств прибегает к использованию обратной отсылки. Перечисляются страны, которые признают обратную отсылку и отсылку к праву третьего государства в той или иной степени и те страны, в которых обратная отсылка и отсылка к праву третьего государства запрещена.

     Так же во второй  главе параграфе втором исследуются  проблемы применения обратной  отсылки и отсылки к праву  третьего государства, взвешиваются  «за» и «против» использования  их в качестве решения проблем,  анализируется неоднозначное отношение  к обратной отсылке и отсылке   к праву третьего государства  и конкретизируется, в каких случаях  обратная отсылка и отсылка  к праву третьего государства  действительно уместны и удобны  в применении, а в каких случаях  их применение очень сильно  усложняет ход дела или даже  противоречат законодательству государства.

Глава 1. Общая характеристика обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства

§1. Понятие и сущность обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства

       Обратная отсылка - это отсылка коллизионной нормы к праву другого государства, причем включая коллизионные нормы этого государства. В теории существует два противоположных мнения. Одни ученые стоят на позиции недопустимости двойной отсылки, т. е. коллизионная норма может отсылать только к национальным материальным нормам. Другие, наоборот, отстаивают допустимость двойной отсылки, т.е. коллизионная норма может отсылать и к материальным, и коллизионным нормам внутринационального права.

       Обратную отсылку принимают Австрия, Венгрия, Румыния и отвергают Египет, Греция. В Российской Федерации обратная отсылка запрещена ст. 1190 Гражданского кодекса и применяется как исключение:

       1. Любая отсылка к иностранному праву в соответствии с правилами настоящего раздела должна рассматриваться как отсылка к материальному, а не к коллизионному праву соответствующей страны, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи.

       2. Обратная отсылка иностранного права может приниматься в случаях отсылки к российскому праву, определяющему правовое положение физического лица (ст. 1195-1200 ГК РФ). То есть на основании п. 2 ст. 1190 ГК РФ обратная отсылка к иностранному праву может приниматься в случаях:

-     определения личного закона физического лица (ст. 1195 ГК);

- определения права, подлежащего  применению при определении гражданской  правоспособности физического лица (ст. 1196 ГК);

- определения права, подлежащего  применению при определении гражданской  дееспособности физического лица (ст. 1197 ГК);

- определения права, подлежащего применению при определении прав физического лица на имя (ст. 1198 ГК);

-   определения права, подлежащего применению к опеке и попечительству (ст. 1199 ГК);

-   определения права, подлежащего применению при признании физического лица безвестно отсутствующим и при объявлении физического лица умершим (ст. 1200).

      Также в теории существует вопрос относительно применения отсылки к праву третьей страны. В Российской Федерации отсылка к праву третьего государства также запрещена.

      Обратная отсылка - это результат столкновения, коллизии коллизионных норм разных государств. Коллизии коллизионных норм бывают двух видов: положительные коллизии и отрицательные. Положительные означают, что два или более государств рассматривают конкретное правоотношение с иностранным элементом предметом регулирования своего собственного права. Например, фирма зарегистрирована в России, но хозяйственную деятельность ведёт в Алжире. По российскому законодательству (ст.161 Основ 1991 г.) она будет рассматриваться как юридическое лицо российского права (по месту регистрации), в соответствии же с правом Алжира (ст.50 ГК Алжира) она будет являться его юридическим лицом (по месту основной деятельности).² Право двух государств претендует на применение.

     Отрицательные коллизии означают, что ни одно государство, с которым связанно правоотношение, не рассматривают его как собственное, которое должно регулироваться собственным правом. На примере о наследовании после смерти российского гражданина, проживавшего в Германии, было показано, что при рассмотрении дела в российском суде, будет избранно немецкое право как право государства, где умерший постоянно проживал в момент смерти. Напротив, если бы дело рассматривалось в немецком суде (по месту нахождения спорного имущества) то он выбрал бы российское право как право государства, гражданином которого был умерший. Право обоих государств отказывает в применении, признавая себя некомпетентным. На отрицательных коллизиях возник институт обратной отсылки.

         Проблема обратной отсылки возникла в середине XVIII в. и на протяжении многих лет с разной степенью интенсивности привлекала внимание исследователей, создававших много сложных логических и юридико-технических построений. Л.А. Лунц подробно анализировал позиции как сторонников, так и противников принятия обратной отсылки (и отсылки к праву третьей страны), приводя их основные аргументы. Противники отсылки чаще всего указывают на то, что если отечественная коллизионная норма с ее привязкой, учитывающей с позиций отечественного права наиболее тесную связь отношения с определенным правом, отсылает к этому праву, то нет оснований изменять этому принципу лишь потому, что иностранное право руководствуется в данном вопросе иным принципом, формулируя иную привязку в своей коллизионной норме. Ссылаются к тому же на внутреннее противоречие, присущее данной доктрине: если отсылка к иностранному праву означает отсылку к этому праву в целом, включая коллизионные нормы, то обратная отсылка к отечественному праву также должна рассматриваться как отсылка к отечественному праву в целом, включая его коллизионные нормы. Получается бесконечная отсылка одной правовой системы к другой ("международный пинг-понг").

         Большинство сторонников отсылки защищает ее не с позиций формальной логики, а как юридико-техническое средство для достижения целей, преследуемых коллизионным правом соответствующей страны. Логически возможно любое из двух решений вопроса. "Выбор той или иной позиции в данном вопросе, - писал Л.А. Лунц, - диктуется не соображениями логики... а только соображениями целесообразности"². Он считал желательным выразить в законе в общей форме принципы обратной отсылки и отсылки к третьему закону. За это, как он писал, говорит прежде всего то, что такая концепция в большей мере, чем какая-либо другая, приближает к применению иностранного права так, как оно применяется "у себя на родине". В то же время, с его точки зрения, в некоторых вопросах следует закрепить непринятие обратной отсылки.

§ 2. Механизм обратной отсылки  и отсылки к праву третьего гос-ва в международном частном  праве.

        Механизм отсылки  к праву третьего государства  схож с механизмом обратной  отсылки. Например, у супругов - немецкого  гражданина и российской гражданки,  проживавших в Москве, родился  ребёнок, который по соглашению  между родителями стал немецким  гражданином. Через некоторое  время брак был расторгнут  и по устной договорённости  между родителями ребёнок остался  с отцом. Получив назначение  на работу в Алжир, он переехал  туда спустя какое-то время  на постоянное место жительства. Мать, потеряв возможность общения  с ребёнком и не сумев договориться  с его отцом, обратилась в  российский суд с иском о  возврате ребёнка и об установлении  места жительства с матерью.  В связи с тем, что родители  и ребёнок не имеют общего  места жительства, суд, руководствуясь  ст.163 Семейного кодекса РФ - “При  отсутствии совместного места  жительства родителей и детей  права и обязанности родителей  и детей определяются законодательством  государства, гражданином которого  является ребёнок”, - выбирает немецкое  право, на основании которого  он должен решить все спорные  вопросы. ³ Однако ст.19 п.2 Вводного закона к ГГУ предписывает в случае, если брак прекращён, применять к правоотношениям между родителями и детьми право государства, в котором ребёнок имеет постоянное место жительства⁴. Ребёнок проживает вместе с отцом в Алжире и, следовательно, следует применять алжирское право.

        Российская  коллизионная норма отослала  к немецкому праву (отсылка  ко 2-му государству), российский суд применил немецкое право так, как его должен применить немецкий судья, а немецкий судья, руководствуясь немецкой коллизионной нормой, применил бы алжирское право. Следовательно произошла отсылка к праву 3-го государства. Проанализировав законодательную практику и доктрину иностранных государств мы приходим к выводу, что однозначного ответа на вопрос о применимости обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны нет.

Современный подход к проблеме обратной отсылки в праве иностранных  государств не может считаться единым. Разнообразны позиции как в отношении  основного вопроса - принятия или  непринятия отсылки, так и применительно  к пределам ее применения. Законодательство Австрии, Венгрии, Венесуэлы, Испании, Польши, Румынии и некоторых других стран отсылку принимает (но не всегда при этом принимается отсылка  к праву третьей страны).

Принимается обратная отсылка  и в Италии. Согласно Закону 1995 г. о реформе итальянской системы международного частного права обратная отсылка принимается, отсылка же к праву третьей страны принимается, только если это право признает такую отсылку⁵. В ряде установленных этим законом случаев применение отсылки ограничено. Когда речь идет об установлении происхождения ребенка, об узаконении и признании внебрачного ребенка, обратная отсылка принимается лишь тогда, когда она приводит к применению права, позволяющего установить происхождение лица (ст. 13).

СК РФ не содержит правила  об обратной отсылке. Возможно ли ее принятие российскими судами при рассмотрении семейных дел по правоотношениям  с иностранным элементом? Некоторые  авторы отвечают на этот вопрос отрицательно. Однако анализ действующих законодательных норм приводит к несколько иному выводу. Как отмечалось, правила ст. 4 и 5 СК РФ дают основания для применения с установленными в законе оговорками к семейным отношениям норм ГК РФ. Пункт 1 ст. 1190 ГК РФ содержит общее правило о непринятии обратной отсылки. Казалось бы, это правило и должно быть распространено на семейные отношения, поскольку п. 2 данной статьи говорит о конкретных изъятиях применительно к конкретным статьям ГК РФ. Но именно эти изъятия касаются той сферы, которая является наиболее существенной в семейном праве, - правового статуса личности. Не случайно в законодательстве иностранных государств, трактующем вопросы обратной отсылки, эта сфера выделяется из общего регулирования, причем обычно она охватывает весь круг отношений - и гражданские, и семейные (когда норма об обратной отсылке содержится в едином законе о международном частном праве, она, естественно, носит общий характер, а будучи помещенной в гражданский кодекс, распространяется на семейные отношения в силу включения семейного права в гражданское). Характерно указание в ч. 2 ст. 9 нового Закона Украины о международном частном праве, содержащей изъятие из общего правила о непринятии обратной отсылки, на то, что отсылка принимается в случаях, касающихся личного и семейного статуса физического лица⁶.

Исходя из существа семейных отношений, следует признать возможным  принятие обратной отсылки иностранного права к семейному праву России, но только к тому, которое определяет правовое положение физического  лица. К имущественным отношениям супругов и других членов семьи обратная отсылка не должна применяться. Отсылка  к закону третьей страны, очевидно, не принимается.

Как это предусмотрено  и в ст. 1190 ГК РФ, применение института  обратной отсылки к семейным отношениям не является обязательным - она "может" приниматься судом. Очевидно, в какой-то мере суд будет при этом учитывать  результат, к которому приведет принятие обратной отсылки, прежде всего с  позиций защиты "слабой" стороны, и в первую очередь ребенка. В международных договорах России, содержащих коллизионные нормы семейного права, применения обратной отсылки, как и отсылки к праву третьей страны, не предусмотрено.

        При использовании привязки коллизиционной нормы может возникнуть ситуация, когда необходимо применить норму или нормы иностранного права, противоречащие основным принципам правовой системы страны суда или арбитража. Поэтому коллизиционное право всех без исключения государств содержит закрепленную в нормативных правовых актах, либо находящую отражение в судебной или арбитражной практике оговорку о публичном порядке (ordre public). Ее сущность можно попытаться сформулировать следующим образом: иностранный закон, к которому отсылает коллизиционная норма может быть не применен, если такое применение закона противоречит публичному порядку данного государства.

         Применение  коллизионной нормы на практике  может привести к тому, что  избранное с ее помощью компетентное  иностранное право войдет в  серьезное противоречие с основополагающими  принципами отечественного права.  Ведь коллизионная норма содержит  сугубо формальную привязку к  тому или иному правопорядку, не затрагивая при этом возможных  последствий его действия. В этом  смысле, как точно отметил проф. Раапе, "отсылка к иностранному  праву - это скачок в неизвестность" . Для того, чтобы не допустить  нарушения основ российского  правопорядка в результате применения  норм иностранного права ГК  РФ предусматривает специальный  институт "оговорки о публичном  порядке".

        Наиболее часто  государства применяют обратную  отсылку, тем самым, отказываясь  от применения отсылки к 3-му  государству следуя из соображения  целесообразности. Для правоприменителя  наиболее удобно, если отечественная  коллизионная норма выбрала иностранное  право, тем самым суд избавляется  от проблем, связанных с применением  иностранного права. Обратная  отсылка - это юридико-техническая  возможность отказа от применения  иностранного права. Отсылка к  праву 3-го государства такого  результата не даёт, напротив, серьёзно  осложняет процесс выбора компетентного  правопорядка, поэтому лучше к  ней не обращаться⁷.

        В заключении  данной главы можно сделать  следующие выводы: автором уточнены значения термина «обратная отсылка и отсылка к праву третьего государства», выявлена направленность развития норм об обратной отсылке и отсылке к праву третьего государства со второй половины XIX в. и до настоящего времени, исследовано влияние современных тенденций развития МЧП на эти нормы. В результате проведенного исследования вынесены следующие содержащие элементы положения:

      1. Положение о  том, что нормы ст. 1190 ГК РФ, направленные на решение вопроса  об обратной отсылке и отсылке  к праву третьего государства,  входят в состав процессуального  института применения иностранного  права.       2.  Вывод о том, что распространенная в науке МЧП классификация доктринальных подходов к решению вопроса об обратной отсылке и отсылке к праву третьего государства на две группы (подходы, обосновывающие принятие или отказ от принятия отсылок иностранных коллизионных норм) не способна объединить все существующие теоретические подходы, поскольку не все ученые предлагали конкретный вариант решения проблемы. Доказано, что единая классификация доктринальных подходов, которая может объединить все существующие подходы, должна проводиться на основе критерия «степень конкретизации решения проблемы». На основе этого критерия подходы делятся на три группы: общетеоретические, теоретико-прикладные, практические.

Глава 2. Применение обратной отсылки и отсылки к праву  третьего государства.

§1. Применение обратной отсылки и отсылки к праву  третьего государства в разных странах.

       Законодательная  практика и доктрина иностранных  государств не дают однозначного  ответа на вопрос о применимости  обратной отсылки и отсылки  к праву третьей страны.

      В новейших кодификациях  МЧП зарубежных стран за последние  десять лет, в частности в  Законе Азербайджанской Республики  от 06.06.2000 № 889-1Г «О международном  частном праве», Кодексе международного  частного права Королевства Бельгии  2004 г., Кодексе международного частного  права Республики Болгарии 2005 г., Законе Республики Словения «О  международном частном праве  и процессе» 1999 г., Законе Республики  Украина от 23.06.2005 № 2709-IV «О международном  частном праве», Законе Эстонской  Республики от 27.03.2002 «О международном  частном праве» (RT I, 2002, 35, 217) закреплены  нормы об обратной отсылке.

      Обратная отсылка подлежит применению согласно законам Венгрии, Польши, Грузии и некоторых других стран. По Закону о международном частном праве Швейцарии 1987 г. она прямо допускается в случаях отсылки к швейцарскому праву, регулирующему вопросы гражданского состояния. Так же как в Швейцарии, применение обратной отсылки только в конкретных установленных законом случаях предусмотрено законами Италии, Португалии, Швеции, штата Луизиана (США). По этому пути пошло законодательство большинства стран СНГ, в том числе и России.

        Впервые подобный  путь разрешения коллизионной  проблемы зафиксирован в 1841 г.  в Англии в связи с обсуждением  вопроса о действительности завещания,  составленного в соответствии  с требованиями английского Закона 1837 г. о форме завещательных  распоряжений британским подданным,  проживающим в Бельгии. Английский  суд принял отсылку бельгийской  нормы к национальному закону  завещателя. По свидетельству российского автора А.Н. Макарова, с тех пор в Англии принятие отсылки «явилось прочной традицией... Напротив, континентальная практика в вопросе об отсылке проявила большие колебания»)⁸.

        На  континенте же проблема обратной  отсылки связывается с решением  кассационного суда Франции, когда  в 1878 г. им рассматривалось  дело Форго — незаконнорожденного  ребенка баварского подданного, всю свою жизнь прожившего  во Франции и не получившего  в этой стране домициля, считавшегося  имеющим баварский домициль в  силу происхождения, после которого  остались незавещанными денежные  суммы на счетах во французских  банках. Суд применил к наследованию  движимого имущества (денежным  средствам) французскую коллизионную  норму, отсылавшую к баварскому  праву как закону страны домициля  по происхождению данного лица. Однако баварский закон отсылал  регулирование наследственного  правоотношения к закону фактического  местожительства наследодателя.  При этом важное значение имело  то обстоятельство, что по французскому  закону наследование после незаконнорожденного  невозможно, в то время как  баварский закон допускал такое  наследование, и на указанные  денежные средства претендовали  кровные родственники умершего  по боковой линии. В случае  решения вопроса по французскому  праву оставшееся после смерти  Форго имущество должно было  бы перейти в казну как бесхозяйное.  В дело вмешался прокурор, суд  применил баварское право как  закон страны, где лицо считается  домицилированным по происхождению,  а затем принял обратную отсылку  к французскому правопорядку  как закону фактического домициля  наследодателя. В дальнейшем практика  стран континентальной Европы  в части принятия обратной  отсылки не стала единодушной.  Так, Франция и Германия более  склонны к принятию отсылки,  особенно в брач-но-семейных и  наследственных вопросах. Меньшую  склонность проявляют Нидерланды.

       Одним  из путей решения анализируемой  проблемы является также и  такое средство, как ее недопущение  или хотя бы минимизация случаев  ее возникновения. Подобное в  определенных случаях достигается  тем, что в конкретном акте  или нормах, посвященных определению  с помощью коллизионных норм  применимого права, непосредственно  может быть установлено, что  отсылка к соответствующему праву  предполагает применение материально-правовых  предписаний. Так, в английском  Законе о международном частном  праве 1995 г., в разделе, предназначенном  для регулирования деликтных  отношений, прямо говорится, что  «применимое право, определяющее  решение вопросов, возникающих из  требований по обязательствам  из причинения вреда, не включает  в себя коллизионные нормы,  образующие часть правопорядка  соответствующей страны» (п. 5 ст. 9)⁹.

       В торговых  отношениях для обратной отсылки  практически все страны оставляют  чрезвычайно мало места. Статья 15 Римской конвенции о праве,  применимом к договорным обязательствам, исключает ее полностью: «Под  правом государства, подлежащим  применению в соответствии с  настоящим соглашением, понимаются  действующие в этом государстве  правовые нормы, за исключением  норм международного частного  права»¹⁰. Статья 15 Конвенции о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров, 1986 г. прямо обусловливает, что применимое право означает действующее право, за исключением коллизионных норм, чем устраняет проблему обратной отсылки и отсылки к праву третьего государства¹¹.

        В судебной  практике западноевропейских стран  и США обратная отсылка и  отсылка к праву третьего государства  не нашла однозначного решения.  Вопрос о принятии или отклонении  отсылок иностранных коллизионных  норм решался судьями на основе  анализа фактических обстоятельств  и материально-правовых характеристик конкретных споров. Во внутригосударственном законодательстве так же не сложилось единого решения. Нормы законов, с одной стороны, создали четкие ориентиры для решения вопроса об обратной отсылке и отсылке к праву третьего государства, а с другой — утратили связь с практикой, т. е. перестали опираться на анализ конкретных обстоятельств споров. В международных договорах сложилось единообразное решение, выражающееся в запрете на принятие отсылок иностранных коллизионных норм. Под воздействием международной правотворческой практики аналогичные решения закрепляются в законодательстве многих современных государств.