Принцип законности в финансовом праве

Содержание

Введение

1. Понятие принципов и их значение

1.1. Понятие принципов права

1.2. Значение принципов права

2. Принцип законности в финансовом праве

2.1. Понятие принципа законности в финансовом праве

2.2. Соблюдение принципа законности в финансовом праве

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Предмет регулирования той или иной отрасли права является определяющим при установлении границ отраслей права, а предметом регулирования финансового права выступает финансовая деятельность государства, то есть деятельность по аккумуляции, перераспределению и использованию централизованных и децентрализованных фондов денежных средств, направляемых государством на выполнение своих задач и функций.

Методом правового регулирования финансового права являются властные предписания государства, а следовательно, и финансово - правовые нормы   и финансово-правовые отношения  носят четко выраженный императивный характер. На первый взгляд, метод регулирования финансового права  полностью совпадает  с методом регулирования административного права, однако следует обратить внимание, что в основе норм финансового права лежат экономические финансовые отношения, в основе же предписаний норм финансового права – финансы государства.  Поэтому надо учитывать, что если нормы административного права имеют характер волевых предписаний, нередко несущий в себе даже признак волюнтаризма (сейчас, например, невозможно теоретически объяснить существование многих органов управления), то в области финансовых отношений такой подход совершенно неприемлем, потому что он исказит их экономическую сущность и, следовательно, эти процессы будут урегулированы неадекватно.

Свой специфический предмет регулирования финансового права определяет и саму систему финансов: это централизованный и децентрализованные фонды  денежных средств, а система финансового права – совокупность норм, регулирующих эту систему.

Целью настоящей работы является исследование принципа законности в финансовом праве.

При исследовании темы настоящей работы перед нами поставлены следующие задачи:

- исследовать понятие принципов права;

- рассмотреть  значение принципов права;

- охарактеризовать понятие принципа законности в финансовом праве;

-  рассмотреть порядок соблюдения принципа законности в финансовом праве.

При исследовании темы настоящей работы нами будут использоваться нормы действующего законодательства, а также труды таких авторов как Грачевой Е.Ю., Горбуновой О.Н., Химичевой Н.И. и др.

1. Понятие принципов и их значение 

1.1. Понятие принципов права

Понятие принципов права является одной из актуальных проблем современной юридической науки. И это не случайно, так как именно в принципах права наиболее ярко отражена его сущность во всем многообразии составляющих ее сторон и закономерностей. Кроме того, важность данной проблемы определяется тем, что сложившееся в отечественной науке представление о принципах сформировалось в основном на базе узконормативного правопонимания и имеет существенные недостатки. Во-первых, под принципами права обычно подразумевают лишь те основополагающие идеи, которые получили официальное закрепление в нормах законодательства. Логическим следствием стали утверждения, что принципы могут обнаруживаться только в содержании указанных норм и к их числу нельзя отнести руководящие идеи правосознания, получившие общественное признание и реализуемые в правоотношениях, но не зафиксированные в нормативно-правовых актах[1]. Другим негативным моментом является сужение значимости принципов и ограничение сферы их действия рамками правотворчества и правоприменения, причем в правотворчестве им отводится роль теоретической базы, определяющей содержание конкретных норм, а в правоприменении их функция ограничивается лишь потребностью в толковании все тех же норм[2]. По существу, руководящие положения при таком подходе низводятся до вспомогательных элементов, предназначенных исключительно для обслуживания нужд, связанных с созданием и использованием нормативного массива и не приспособленных для непосредственного регулирования общественных отношений. Отсюда вытекает и их характеристика в качестве определенных требований к системе юридических норм, а не к реальному поведению субъектов правоотношений[3]. Но, как известно, требования можно адресовать только людям, а не абстрактным правилам поведения.

Исследование принципов не может ограничиваться формально-юридическими вопросами. Нормы права - это лишь одна из абстрактных форм его бытия, к которым принадлежит и правосознание[4]. Конкретным проявлением права, главным свидетельством его существования выступают не они, а правоотношения. Поэтому, не отрицая значимости воплощения принципов в содержании юридических норм и их законодательной фиксации, нельзя оставить без внимания их связей с правосознанием и правоотношениями.

Сложное многогранное содержание права, которое не может быть сведено к законодательству, требует комплексного подхода к его принципам. Такой подход предполагает их анализ в нескольких аспектах, условно обозначенных нами как генетический, гносеологический, онтологический и функциональный. При этом термины «принципы права», «юридические принципы», «основополагающие идеи», «отправные начала», «руководящие положения'' используются как синонимы.

Генетическая характеристика принципов права заключается в рассмотрении детерминированности их содержания объективными социальными закономерностями. Согласно материалистическому пониманию отправных начал они являются отражением важнейших сторон практической деятельности субъектов общественных отношений. "Не природа и общество сообразуются с принципами, а наоборот, принципы верны лишь постольку, поскольку они соответствуют природе и истории''[5]. Основополагающие идеи права выступают не произвольными конструкциями человеческого разума, а особой формой выражения объективных социальных закономерностей. Фиксируя в своем содержании необходимые и существенные связи, имеющиеся в обществе и в праве, они позволяют установить такой порядок общественных отношений, который в наибольшей степени способствует их упрочению и развитию.

В принципах права отображаются социальные закономерности двух видов: распространяющие свое действие на общество в целом и свойственные только праву как особому регулятору человеческого поведения. Первые отражаются в содержании руководящих положений, получивших название общесоциальных (социально-политических) принципов[6]. В них сконцентрированы существенные черты общественных отношений, являющихся предметом правового воздействия. Важнейшей особенностью этих отношений является то, что существовать и нормально развиваться они могут лишь в правовой форме (например, отношения собственности и политической власти). Общесоциальными началами современного права выступают принципы разделения властей, защиты собственности, демократизма, гуманизма и др. В них выражаются экономические, политические, нравственные устои существующего общественного строя.

Социальные закономерности, присущие только праву, преломляются в содержании другой группы принципов, именуемых специально-юридическими[7]. Они выражают особенности правового регулирования, показывают его отличие от иных социальных регуляторов, а потому могут быть определены как принципы правового регулирования. К ним относятся принципы свободы, справедливости, юридического равенства, ответственности за вину, единства юридических прав и обязанностей, законности, единства объективного и субъективного права, государственной гарантированности.

Общесоциальные и специально-юридические начала права могут действовать эффективно лишь во взаимодействии друг с другом, так как только в этом случае происходит надлежащее согласование существенных свойств объекта регулирования и его регулятора.

Гносеологический аспект исследования принципов обусловлен их идеологичностью, детерминированностью не только объективными социальными закономерностями, но и абстрагирующей деятельностью сознания человека, творческой активностью его разума. Содержание руководящих положений напрямую зависит от способности юридического мышления проникнуть в сущность общественных процессов, выявить здесь главное, необходимое, основное. Полученные результаты формулируются в виде фундаментальных правовых понятий, которыми и становятся в гносеологическом плане юридические принципы.

Безусловно, необходимые и существенные стороны и связи социальной действительности в определенной степени отражаются и конкретными нормами права. В противном случае последние утратили бы способность положительно воздействовать на общественные отношения. Однако в отличие от принципов существенное представлено в них в неразрывном единстве с несущественным, главное - с второстепенным, необходимое - со случайным[8]. К тому же конкретные юридические нормы по воле законодателя могут являться сознательным искажением объективных социальных закономерностей, как это произошло, например, со свободой труда в бывшем советском законодательстве, нивелированной установлением обязанности трудиться, обеспеченной мерами административного и уголовного принуждения. Специфика же основополагающих идей права как гносеологических феноменов проявляется именно в том, что они наиболее правильно, адекватно, без умышленных искажений выражают необходимое и существенное в социальной действительности в соответствии с достигнутым в обществе на данный момент уровнем ее познания.

Другой отличительной чертой руководящих положений в гносеологическом плане по сравнению с конкретными юридическими нормами выступает значительно большая их зависимость от состояния правовых знаний. Они возникают лишь на определенном этапе правогенеза, непосредственно связанном с появлением развитого юридического мышления, в то время как конкретные нормы права возникали и во многих случаях продолжают и сегодня зарождаться стихийно, в ходе повседневной практической деятельности людей[9]. Исторически принципы права появились значительно позже иных его норм, первоначально существовавших в виде юридических обычаев и не содержавших теоретических обобщений социальных процессов на уровне их сущности. "От фактического к нормативному - вот процесс, вот линия развития, в рамках которых формируется право и результатом которых являются нормы''[10]. Вследствие этого для обычая как для нормативности, формировавшейся стихийно, норма служит характеристикой фактического положения вещей, а не является абстрактным эталоном поведения. Типизацией и абстрагированием отличался позднейший период правогенеза, примером чего может служить уголовное право, где вначале сформировалась особенная часть и лишь после этого и много позднее общая часть, включавшая в себя его принципы.

Переход от казуальной к абстрактной форме правового регулирования вызывается не только развитием человеческого мышления, но и движением, изменением общественных отношений. Они достигают такой ступени прогресса, на которой возникает объективная потребность в их упорядочении на основе фундаментальных руководящих положений, поскольку стихийный процесс возникновения юридических норм уже не позволяет достичь необходимого правового воздействия - оно малоэффективно, связано с дополнительными, зачастую излишними затратами сил и средств. Принципы права позволяют придать правовому регулированию научность и значительно повысить его результативность. Обладая высшей степенью абстрактности по сравнению с конкретными юридическими нормами, они способствуют юридическому закреплению не только того, что уже сложилось в социальных отношениях, но и направляют правовое регулирование "вперед'', дают государству возможность сознательно и планомерно воздействовать на деятельность людей. Поэтому отправные начала, являясь закономерным результатом социального прогресса, в силу их гносеологических особенностей становятся атрибутом лишь достаточно развитых правовых систем.

Гносеологический аспект руководящих положений нельзя абсолютизировать, отождествляя их с понятиями науки, элементами теории[11]. Познавательный момент подчинен в них главной функции - регулятивной, в связи с чем они обладают рядом внелогических особенностей, обусловленных общеобязательностью и иными свойствами права, фиксацией в юридических предписаниях и воплощением в правоотношениях. Рассмотрение данной стороны принципов позволяет дать их онтологическую характеристику, предусматривающую выявление основных форм их бытия.

Как отмечалось, общепринятой является точка зрения, согласно которой основополагающие идеи становятся принципами права с момента их закрепления в нормативно-правовом акте. С ней нельзя полностью согласиться. Она не охватывает все способы официального юридического признания отправных начал (в правовых системах, входящих в англо-саксонскую правовую семью, первоначально принципы права были сформулированы и закреплены посредством судебных прецедентов [12], а в международном праве распространена их фиксация в международных договорах). Провозглашение нормативно-правового акта в качестве единственного источника принципов не согласуется и с реалиями российской правовой системы.

1.2. Значение принципов права

Принципы пронизывают право, выявляют его содержание. В них кристаллизуются характерные черты как права вообще, так и его конкретной отрасли. Принципы права четко выражены в конкретных правовых предписаниях. Они как бы растворены в праве, разлиты в нем, пронизывают собой практически все или почти все правовые нормы[13].

Большинство входящих в соответствующую отрасль права «рядовых» норм формируется под воздействием и в развитие того или иного принципа либо группы принципов отрасли. Зная отраслевые принципы, квалифицированный юрист может составить достаточно четкое представление и о большинстве «рядовых»  норм конкретной отрасли права.

Так, например, принципы гражданского процессуального права - основные положения данной отрасли права, отражающие ее специфику и содержание. Принципы гражданского процессуального права определяют то, каким должно быть судебное разбирательство гражданских дел, чтобы соответствовать идеалам законности, истины и справедливости. Они отражают его главнейшие качественные особенности, являются концентрированным выражением предмета и метода регулирования гражданского процессуального права.

Принципы как основные нормативные положения определяют структуру и существенные черты гражданского процессуального права, его общие положения. Они обусловливают содержание процессуального права в целом, охватывают все его правила и институты, указывают цель процесса и методы ее достижения. Принципы гражданского процессуального права предопределяют характер и содержание деятельности субъектов этой отрасли права[14], общее направление развития и дальнейшего совершенствования данной отрасли. Все дополнения и изменения, которые  вносятся в гражданское процессуальное законодательство, формулируются в первую очередь, исходя из принципов отрасли.

Огромно значение принципов в практической судебной правоприменительной деятельности. Прежде всего, все принципы - весьма важные  демократические гарантии правосудия по различным делам, при рассмотрении и разрешении которых  суд руководствуется не только конкретными процессуальными нормами, но и принципами права. В свете принципов осуществляется толкование всех норм права, что позволяет суду познать действительный смысл  этих норм и правильно их применить, а в конечном итоге – вынести законное, обоснованное и справедливое судебное решение.

2. Принцип законности в финансовом праве

2.1. Понятие принципа законности в финансовом праве

Принципом, лежащим в основе финансового права, является, прежде всего, приоритет в области финансовой деятельности государ­ства представительных органов перед исполнительными органами го­сударственной власти. Так, в соответствии с Конституцией РФ и Бюджетным кодексом РФ[15] составляют проект бюджета и вносят его на утверждение законодательного (представительного) органа органы исполнительной власти, которые затем исполняют бюджет  и представляют представительному органу отчет о его исполнении (ст. 154 БК РФ).

Законодательные (представительные) государственные органы, представительные органы местного самоуправления рассматривают и утверждают бюджеты и отчеты об их исполнении, осуществляют последующий контроль за исполнением бюджетов (ст. 153 БК РФ). Очень важно, чтобы в работе над этим основным финансовым актом обязательно участвовали обе ветви власти. Право принять за­кон о федеральном бюджете имеют только обе палаты представи­тельного органа, что закреплено в ст. 106 Конституции РФ. То же касается и всех других уровней бюджетов при обсуждении и утвер­ждении их органами государственной и исполнительной власти.

За представительными органами власти закреплены также во­просы налогов, кредита, эмиссии денег, таможенного дела и т.д.

Несомненно, одним из основных принципов финансовой дея­тельности государства и финансового права является принцип за­конности.

Вся деятельность по аккумуляции, перераспределению и ис­пользованию денежных средств в государстве регулируется нормами права, основа которых — Конституция РФ. Нормы Кон­ституции, определяющие основные принципы, правила и направле­ния финансовой деятельности, являются основой для обширного финансового законодательства, изучению и анализу которого и по­священ настоящий учебник. Так, в ст. 57, 71, 72 и др. Конституции РФ закреплены основы компетенции Российской Федерации и ее субъектов в области бюджетного, налогового, кредитного, таможен­ного регулирования, финансового законодательства в целом, что служит в свою очередь основой блоков законодательства по каждой определенной области. При этом часть вопросов в области финан­совой деятельности государства полностью урегулирована в статьях Конституции  прямого действия,   как,   например,  упоминавшаяся в ст. 106, регулирующая правила рассмотрения и утверждения феде­рального бюджета.

Еще одним принципом финансового права является принцип плановости. Хотя в условиях перехода к рынку мы в целом и отка­зались от административного планирования, однако, анализируя развитие человечества, приходится сделать вывод о том, что челове­ческое общество — это саморегулирующаяся, самонастраивающаяся система. Развиваясь, оно начало осуществлять сначала простой то­варообмен, затем появилось денежное обращение, а затем общест­во, объединенное в государство, стало считать свои доходы и расхо­ды и, что очень важно, не только произведенные, но и предпола­гаемые на следующий год. Таким образом, оно изобрело инстру­мент своего общественного саморегулирования в виде финансового плана, которым, несомненно, является бюджет, а теперь еще и вне­бюджетные фонды. Государство не может развиваться, не рассчитав свои доходы и расходы на следующий год. Рассчитывая предпола­гаемое количество и объем доходов, которые должны поступить в бюджет, государство в то же время не может не рассчитать пред­полагаемые затраты на предстоящий период. Оно должно просле­дить и за поступлением доходов, и за совершением расходов, а для этого необходимо иметь единый плановый акт в государст­ве — бюджет, или целую серию бюджетов всех уровней, соответст­вующих бюджетной системе и отражающихся в консолидированном бюджете (ст. 16 БК РФ). Это — объединенные в систему плано­вые акты государства, которые лежат в основе всего остального фи­нансового планирования: смет бюджетных учреждений, балансов предприятий и организаций, общего баланса доходов и расходов населения, денежного баланса — наличной и безналичной массы денег, обслуживающих обращение, и т.д. Имеется отдельный план — по доходам государства и специальный план — но расхо­дам. Это рабочие планы финансовых органов, уточняющие и дета­лизирующие бюджетные показатели. По бюджету, финансовым ба­лансам, сметам и другим финансовым планам может наиболее эф­фективно осуществляться финансовый контроль.

2.2. Соблюдение принципа законности в финансовом праве

Прежде чем говорить о законности установления некоторых финансовых санкций, отметим, что в зависимости от видов финансовых правонарушений санкции можно классифицировать на бюджетные, налоговые, валютные и банковские. По субъектам, их применяющим, - на санкции, применяемые судом, налоговыми органами, Центральным банком РФ, органами валютного регулирования и валютного контроля и т.д. Санкции за нарушение норм налогового и бюджетного законодательства закреплены в федеральных законах (НК и БК РФ), и их легитимность не вызывает сомнения, что, однако, нельзя сказать об иных разновидностях финансовых санкций.

Основной нормативно-правовой акт, регулирующий валютные отношения, - ФЗ РФ от 10 декабря 2003 г. «О валютном регулировании и валютном контроле»[16], в ст. 25 которого указывается, что «резиденты и нерезиденты, нарушившие положения актов валютного законодательства Российской Федерации и актов органов валютного регулирования, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации». Новый акт не лишен недостатков, которые были характерны для утратившего силу Закона. Статья 25, регламентирующая ответственность за нарушение актов валютного законодательства и актов органов валютного регулирования, носит отсылочный характер. Она представляет большое поле деятельности для ведомственного нормотворчества. На наш взгляд, новый Закон ухудшил положение в сфере регулирования ответственности. Хотя утративший силу Закон и оставлял свободу для ведомственного усмотрения, но содержал самостоятельные санкции, которые непосредственно в нем и определялись, а в новом Законе норма об ответственности полностью носит отсылочный характер, хотя санкции за совершение валютных правонарушений должны устанавливаться в законе, а не в иных разновидностях нормативно-правовых актов, что и позволяет ЦБ РФ вводить многочисленные инструкции, устанавливающие санкции за финансовые правонарушения.

Была попытка разрешить эту проблему в письме ЦРБ от 8 июля 2004 г. «О неприменении к уполномоченным банкам мер принуждения за нарушения актов валютного регулирования», в котором указывается, что в случае выявления нарушений требований нормативных актов ЦРБ во исполнение ФЗ РФ от 10 декабря 2003 г. «О валютном регулировании и валютном контроле» рекомендуется применять к уполномоченным банкам только предупредительные меры воздействия. Но письмо не решило проблему. Во-первых, оно носит рекомендательный характер. Во-вторых, существует много подзаконных нормативно-правовых актов, которые относятся к сфере публичного банковского регулирования, но не касаются сферы валютного контроля. Содержащиеся в них санкции противоречат Закону (о них пойдет речь ниже), и они не отменены до настоящего времени. В-третьих, в самом Законе употребляется понятие «несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации» (ст. 25). Как известно, под термином «законодательство» понимаются не только законы, но и подзаконные нормативно-правовые акты. Следовательно, и сейчас органам валютного контроля прямо не запрещено принимать нормативно-правовые акты, устанавливающие ответственность за совершение финансовых правонарушений.

Перейдем к анализу санкций, которые установлены в ФЗ РФ от 10 июля 2002 г. «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)»[17] и в иных подзаконных нормативно-правовых актах за различные нарушения в сфере публичных банковских отношений. Основными нормативно-правовыми актами, которыми руководствуется правоприменитель в сфере применения мер ответственности за нарушение банковских нормативов, выступают ФЗ РФ от 10 июля 2002 г. «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» и Инструкция ЦБ РФ от 31 марта 1997 г. «О применении к кредитным организациям мер воздействия за нарушения пруденциальных норм деятельности». Причем сами санкции и составы финансовых правонарушений установлены как в Законе, так и в Инструкции.

Чтобы понять, законны ли некоторые санкции, необходимо проанализировать функции ЦБ РФ. В ст. 4 указанного Закона определяются функции, среди которых особо следует отметить: установление порядка и условий осуществления валютными биржами деятельности; установление правил осуществления расчетов в РФ; установление правил проведения банковских операций; организацию и осуществление валютного регулирования и валютного контроля в соответствии с законодательством РФ; установление правил бухгалтерского учета и отчетности для банковской системы РФ. В ст. 57 указано, что "Банк России устанавливает обязательные для кредитных организаций и банковских групп правила проведения банковских операций, бухгалтерского учета и отчетности, организации внутреннего контроля, составления и представления бухгалтерской и статистической отчетности, а также другой информации, предусмотренной федеральными законами". Из положений ст. ст. 4 и 57 следует, что ЦБ РФ имеет право издавать нормативные акты, но ему не предоставлено права устанавливать в этих нормативно-правовых актах составы финансовых правонарушений и санкции за их совершение. Эти нормативные акты должны издаваться по иным вопросам правового регулирования.

На наш взгляд, санкции, установленные в нормативных актах ЦБ РФ за правонарушения в сфере публичного банковского регулирования, противоречат действующему законодательству и положениям теории юридической ответственности. Во-первых, Банк России не наделен полномочиями в своих нормативно-правовых актах вводить новые составы финансовых правонарушений и санкции за их совершение. Во-вторых, большинство санкций - абсолютно определенные, и их размер связан с суммой банковской операции. Это напоминает принцип талиона, который не соответствует современному уровню правовой культуры. Конституционный Суд РФ неоднократно подчеркивал, что санкции должны соответствовать принципу соразмерности, степени общественной опасности правонарушения и принципу индивидуализации. Мы не против строгих санкций за совершение правонарушений, но они должны соответствовать принципам юридической ответственности и устанавливаться в законах, а не в подзаконных актах.

В ст. 74 ФЗ от 10 июля 2002 г. «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» определено, что в случаях нарушения кредитной организацией федеральных законов, издаваемых в соответствии с ними нормативных актов и предписаний Банка России, непредставления информации, представления неполной или недостоверной информации Банк России имеет право требовать от кредитной организации устранения выявленных нарушений, взыскивать штраф в размере до 0,1% минимального размера уставного капитала либо ограничивать проведение кредитной организацией отдельных операций на срок до шести месяцев. В случае неисполнения в установленный Банком России срок предписаний об устранении нарушений, выявленных в деятельности кредитной организации, а также в случае, если эти нарушения или совершаемые кредитной организацией банковские операции или сделки создали реальную угрозу интересам ее кредиторов (вкладчиков), Банк России вправе: взыскать с кредитной организации штраф в размере до 1% размера оплаченного уставного капитала, но не более 1% минимального размера уставного капитала. Из других перечисленных в ст. 74 мер воздействия к санкциям, предусматривающим меры финансовой ответственности, можно отнести: запрет на осуществление кредитной организацией отдельных банковских операций, предусмотренных выданной ей лицензией, на срок до одного года, а также на открытие ею филиалов на срок до одного года; назначение временной администрации по управлению кредитной организацией на срок до шести месяцев; отзыв лицензии на осуществление банковских операций. Меры ответственности, установленные в ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», не вызывают возражений. Однако перечень этих мер необоснованно расширен в Инструкции ЦБ РФ от 31 марта 1997 г. «О применении к кредитным организациям мер воздействия за нарушения пруденциальных норм деятельности», поскольку Центральный банк не наделен специальными полномочиями по изданию подобных нормативно-правовых актов.

Здесь мы опять сталкиваемся с существенным нарушением принципа законности, выражающимся в установлении мер ответственности в подзаконном нормативно-правовом акте. Оставляют желать лучшего и редакции многих норм, сформулированных в этой Инструкции. Так, в ней указано, что санкция в виде запрета на открытие филиалов применяется в случае «опасного нарастания проблем» в деятельности кредитной организации, неудовлетворительного ее финансового положения в целях ограничения риска кредиторов и клиентов кредитной организации. Обращаем внимание на неясность основания ответственности, сформулированного как «опасное нарастание проблем». Ведь под этим можно понимать все что угодно. Сформулированная норма противоречит позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой норма, устанавливающая ответственность, должна быть четко определена и предельно ясна, а в качестве важнейшего требования законности юридической ответственности выступает четкость и детализированность норм, устанавливающих меры ответственности. Например, в Инструкции определяется, что за нарушения, допущенные при формировании уставного капитала кредитной организации, за повторное в течение последних двенадцати месяцев невыполнение установленного порядка открытия (закрытия) представительств, филиалов, внутренних структурных подразделений кредитной организации, а также порядка представления документов для согласования изменений, вносимых в положение о филиале кредитной организации, налагается штраф - в размере 0,1%. Фактически здесь определен конкретный состав финансового правонарушения, но нарушено важнейшее требование законности - установление оснований ответственности в законе, а не в подзаконном акте, которым и выступает Инструкция ЦБ РФ. Следует отметить, что в самой Инструкции содержатся и иные составы финансовых правонарушений.

Анализ санкций за совершение налоговых правонарушений показывает, что большая их часть - абсолютно определенные. В виде денежных штрафов предусмотрены санкции в ст. ст. 116, 118, 120, 125 и др. НК РФ, их размер определяется фиксированно в денежном эквиваленте. Санкции других норм за налоговые правонарушения построены по иному принципу. Так, размер штрафа может исчисляться в процентах в зависимости от доходов. В ч. 1 ст. 117 НК РФ установлен штраф в размере 10% от доходов, полученных в течение времени уклонения от постановки на учет в налоговом органе, но не менее 20000 руб., а в ч. 2 - штраф в размере 20% доходов. В абсолютном процентном выражении санкции закреплены в ст. ст. 122 и 123 НК РФ. Размер штрафа за непредставление налоговому органу сведений, необходимых для осуществления налогового контроля (ст. 126 НК), зависит от количества непредставленных документов (по 50 руб. за каждый).