Призумпция в семейном праве

содержание

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Семья на протяжении всего развития человеческого общества являлось его основой, в которой формируются условия для саморазвития и самовыражения личности человека, в ней реализовываются важнейшие социально значимые функции. Характер семьи, степень её материального благополучия, духовное и нравственное здоровье семьи во многом определяют облик человека, его общественную и трудовую активность, правильное воспитание детей, что, в конечном счете, отражается на успехах и достижениях всего общества. В этой связи важное значение имеет постоянное совершенствование правового регулирования семейно-правовых отношений, в том числе норм устанавливающих семейно-правовые презумпции.

Одной из главных специфических особенностей брачно-семейных отношений является глубоко личный характер связей между его субъектами. Сущность семейных правоотношений такова, что они независимо от вида всегда включают в себя элемент личного, доверительного, что в определенных случаях препятствует их упорядочению с исчерпывающей полнотой, оставляя место для допущений, догадок, предположений. Действие презумпций рассчитано, как раз на те случаи, когда достоверно установить какое-либо обстоятельство невозможно или затруднительно. Чаще всего они применяются для устранения некоторых противоречий правового регулирования, способствуют предотвращению создания правовой неопределенности и тем самым позволяют избежать трудностей в правоприменительной практике. Они значительно упрощают судебный процесс, освобождая стороны от доказывания презюмируемых фактов и равномерно распределяя бремя опровержения этих фактов.

Несмотря на то, что презумпции были известны еще римскому праву, в юридической науке до сих пор не сложилось единое понимание этого явления, В юридической науке, в том числе семейного права существуют различные точки зрения по вопросу существования, определения содержания и служебного значения презумпций, дискуссионными являются вопросы оценки отдельных видов презумпций в семейном праве, существование некоторых из них отрицается, и т.п. 

Представляется особо важным отметить и то, что семейным законодательством не регламентированы правила о том, как семейно-правовые презумпции должно использоваться в правоприменительной деятельности, существуют иные недостатки в части регулирования рассматриваемых правоотношений, которые отрицательно сказываются на правоприменительной практике, противоречивости судебных решений.

Отмеченное выше определяет актуальность выбранной темы исследования и необходимость анализа семейно-правовых презумпций.

Степень научной разработанности темы. Правовые презумпции неоднократно являлись предметом научного исследования. Изучению правовых презумпций в российской дореволюционной науке было уделено внимание в трудах таких ученых, как Е.В. Васьковский, Г.Ф. Дормидонтов, Д.И. Мейер, С.А. Муромцев, И.Г. Оршанский. В советский период развитие идей о роли и значении правовых презумпций в праве получило в работах В.К. Бабаева, В.М. Баранова, В.П. Воложанина, М.А. Гурвича, В.И. Каминской, Я.Б. Левенталя, В.А. Ойгензихта, И.Л. Петрухина, М.С. Строговича, З.М. Черниловского, Я.Л. Штутина, К.С. Юдельсона, и др.

К современным работам, посвященным презумпциям, следует отнести диссертационные исследования М.Н. Бронниковой, Б.А. Булаевского, Л.М. Васильева, Ю.Г. Зуева, Н.С. Караниной, А.А. Крымова, О.А. Кузнецовой, О.В. Левченко, Н.А. Никиташиной, Ю.А. Серикова, Н.Н. Тарусиной, Н.Н. Цуканова, Г.А. Шумского, Д.М. Щекина, и др.

Между тем комплексно презумпции в семейном праве исследовались лишь в отдельных публикаций, как правило, посвященным отдельным их видам, а на уровне диссертационного исследования им посвящена только работа Н.Ф. Качур «Презумпции в советском семейном праве»1 проведенная еще в советский период развития семейного права, хотя и не утратившая теоретическое значение.

Объектом исследования дипломной работы являются общественные отношения, входящие в предмет семейного права Российской Федерации, при регулировании которых используются правовые презумпции.

Предметом исследования выступают нормы закрепляющие презумпции, которые применяются в сфере семейного права Российской Федерации, подходы к семейно-правовым презумпциям в юридической науке правоприменительная практика.

Цель исследования – анализ состояния правового регулирования семейно-правовых презумпций, выявление недостатков и пробелов в этой сфере, разработка практических предложений по совершенствованию действующего семейного законодательства.

Для достижения данной цели были поставлены следующие основные задачи:

– рассмотреть понятие и определить значение презумпции в российском праве;

– раскрыть отличительные особенности семейно-правовых презумпций;

– исследовать виды презумпций в российском семейном праве;

– изучить особенности семейно-правовых презумпций в лично-правовых отношениях супругов;

– исследовать презумпции, действующие в области имущественных правоотношений супругов;

– разработать предложения и рекомендации направленные на совершенствование норм регламентирующих применение семейно-правовых презумпций на практике.

Методологическая основа исследования основывается на принципах диалектического материализма как всеобщего метода познания. В ходе исследования использовались частнонаучные методы: сравнительно-правовой, историко-правовой, формально-логический, системно-структурный, системного анализа, моделирования и др.

Теоретическую основу работы составили научные труды вышеуказанных отечественных ученых по общим и частным вопросам гражданского и семейного права, справочная и энциклопедическая литература.

Нормативную основу дипломной работы составили Конституция РФ, Семейный кодекс РФ2 (далее – СК РФ), ряд других нормативных правовых актов, а также Проект Федерального закона № 47538-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации3, акты толкования права Конституционного Суда и Верховного Суда РФ. 

Эмпирическую основу составили материалы нотариальной и судебной практики судов общей юрисдикции, а также результаты исследований других авторов.

Новизна проведенного исследования заключается в том, что в работе на комплексной основе, с учетом последних изменений в действующем в законодательстве, исследованы теоретические и практические вопросы семейно-правовых презумпций. В ходе исследования были сформулированы выводы и предложения, направленные на совершенствование норм регламентирующих применение семейно-правовых презумпций на практике.

Структура работы строилась с учетом цели и предмета исследования, а также основных задач, и состоит из введения, двух глав, включающих пять параграфов, заключения, списка использованных источников.

ГЛАВА 1. ПРЕЗУМПЦИЯ КАК ПРАВОВАЯ КАТЕГОРИЯ

1.1. Понятие  и значение презумпции в российском  праве

Этимология термина «презумпция» восходит к латинскому языку. Слово praesumptio (лат.) имеет несколько значений: присвоение, дерзость, преимущество, а также предположение4.

В русском языке под этим термином понимается предположение, которое считается истинным до тех пор, пока ложность такого предположения не будет бесспорно доказана5.

Появление данного понятия в юриспруденции связано с римским правом. Именно на римский период развития юриспруденции приходится процесс становления понятий, и ныне являющихся основой категориального аппарата теории правовых презумпций. В это время сформировалось представление о законной и общечеловеческой презумпций (praesumtiones hominis). К числу законных презумпций относились как опровержимые презумцпии (допускающие опровержение) – praesumtiones juris, так и неопровержимые (не допускающие опровержения) – praesumtiones juris et de jure. Наличие «de jure» в формулировке презумпции означало обязательность презумпции для суда, недопустимость её оспаривания6.

Понятие «презумпция» занимает в праве особое место. Оно принадлежит к немногочисленному числу правовых явлений, получивших в специальной литературе не просто положительную, но и эмоционально окрашенную характеристику в работах многих исследующих этот институт авторов.

По нашему мнению самое «романтичное» определение презумпции дано Н.Н. Тарусиной, рассматривающей правовые презумпции как сложившееся на протяжении тысячелетий «элегантное по форме и эффективное по существу изобретение юриспруденции, впрочем, опиравшееся изначально, при рождении института, и базирующееся в настоящее время, при его совершенствовании, на каноны теории познания»7.

В.К. Бабаев характеризовал правовую презумпцию как закрепленное в законодательстве различной отраслевой принадлежности предположение о наличии факта, основанное на закономерности факта связи между фактом презюмируемым и фактом существующим, подтвержденное юридической практикой и влекущее правовые последствия8.

Следует, однако, отметить, что в своих последующих работах В.К. Бабаев, отмечая факт положительного в целом восприятия коллегами предложенного им понятия презумпции, дал несколько уточненную редакцию своего собственного определения: презумпцию можно определить как предположение о наличии или отсутствии предметов, связей, явлений, основанное на связи между ними и предметом, связями, явлениями наличными, подтвержденными жизненной практикой9.

Известный дореволюционный ученый Г.Ф Дормидонтов, рассматривал презумпции «… как случаи применения особых технических приемов юридического мышления»10. По его мнению, «… юридическая презумпция – юридическое определение, в силу которого возможный, но сомнительный факт или таковое же качество принимается за объективно вероятные, или даже достоверные, и обсуждаются, как существующие и доказанные»11. 

В.И. Каминская рассматривала презумпцию как положение, «которым какой-либо порядок явлений в области отношений, возникающих из человеческого поведения, признается обычным, постоянным, нормативным и не требующим, в силу этого, специальных доказательств»12. В.П. Воложанин считал, что юридическое предположение есть предположение, которое освобождает сторону от доказывания какого-либо факта при доказанности других фактов, поскольку между ними (т.е. фактом, освобожденным от доказывания, и фактами, уже доказанными) существует причинная связь, проверенная и подтвержденная прошедшим опытом, практикой13.

Ю.А. Сериков предлагает следующее их общее определение: «правовая презумпция – это закрепленный в норме права вероятностный вывод о факте, который принимается судом без процедуры доказывания, в случае установления связанного с ним факта (факта-основания) и неопровержения путем доказывания иного факта»14.

Н.Ф. Качур высказала мнение о том, что презумпция представляет собой не только закрепленное в правовых нормах предположение, выступающее в качестве предпосылки установления (неустановления) одного юридического факта при наличии других, но и в некоторых случаях – заменяющее юридический факт, влекущий за собой определенные материально-правовые последствия15.

По мнению О. А. Кузнецовой, «… под гражданско-правовой презумпцией следует понимать прямо или косвенно закрепленное в гражданско-правовой норме индуктивное вероятное предположение, основанное на статистической связи презюмируемого факта с фактом действительным, касающееся обстоятельств, имеющих правовое значение, и влекущее правовые последствия путем необходимости его применения при условии, что не будет доказано наличие противоположного предположению»16. Несмотря на внешнюю витиеватость этого определения, именно оно наиболее точно характеризует данное правовое явление.

Наличие у презумпций доказательственной функции содержится в определениях, содержащихся в исследованиях последних лет: правовая презумпция − это зафиксированный в норме права вероятностный вывод о факте, который используется судом без процедуры доказывания, в случае установления связанного с ним факта (факта-основания) и неопровержения путем доказывания другого факта17.

Презумпции выполняют и такие функции, как признание и защита интереса: к примеру, презумпция права собственности владельца движимой вещи имеет своей целью признание интереса лица – владельца вещи. Данная презумпция направлена на выполнение соответствующей функции. Презумпция добросовестности лица, прежде всего, ориентирована на беспрепятственное осуществление его интереса, а презумпция вины в деликтных правоотношениях – на реализацию интереса потерпевшего (в то же время создавая предпосылки для его эффективной защиты)18. Как представляется, каждая отдельная презумпция обладает одной из функций, которая является для неё доминирующей.

Презумпции – институт, достаточно широко распространенный в отраслевом законодательстве. Однако чаще всего он используется законодателем в сфере частного права, нормами которого регламентируются отношения, непосредственно затрагивающие права, обязанности и интересы граждан, в том числе в сфере семейных отношений.

Не будет преувеличением назвать опровержимые презумпции своеобразной формой нормативной стандартизации устоявшихся в ходе заключения и реализации на практике договоров и соглашений диспозитивных норм гражданского, семейного, жилищного и ряда других частноправовых отраслей законодательства19.

Очень широкий подход к определению презумпций предлагает Н.Н. Тарусина, считающая, что в принципе все право может быть названо системой правил, построенных на аксиомах, презумпциях, фикциях и допущениях, сходных с фикциями, где презумпция играет специфическую роль оптимизации и упрощения регулирования отношений материально-правовой сферы и распределения обязанностей по доказыванию в сфере процессуальной20.

Анализ представленных в юридической литературе определений понятия «презумпция» позволяет утверждать, что в большинстве своем они указывают на такой признак презумпции, как «вероятное предположение», и ссылаются на нормативное закрепление.

Как отметил Конституционный суд РФ, каждое предположение основывается «на допустимом, но приблизительном обобщении, которое в значительном числе случаев, как и любая презумпция, не подтверждается»21. В другом определении Конституционный суд РФ правильно заметил, что любая правовая презумпция «является всего лишь предположением, в основу которого положена та или иная вероятность, и, соответственно, не может иметь неопровержимого характера»22.

Иначе говоря, родовым признаком всех юридических презумпций выступает словосочетание «вероятное предположение, закрепленное в законе». Следует, однако, отметить, что в новейших исследованиях теории правовых презумпций ставится под сомнение наделение юридических презумпций таким родовым признаком, как предположение. В частности, полагается, что «определение презумпции через ключевое слово «предположение» не может быть использовано для характеристики правовой сущности презумпций. Не меняется кардинально суть дела и в тех случаях, когда ведут речь о правовой презумпции как предположении, содержащемся в норме права. Правовая оформленность явления не решает вопроса о его правовой природе … Поиск правовой сущности презумпции должен заключаться в оценке не самого предположения как такового, а результата предположения, той юридической конструкции, которая направлена на решение конкретных правовых задач»23.

Н.Ф. Качур высказала мнение о том, что презумпция представляет собой не только закрепленное в правовых нормах предположение, выступающее в качестве предпосылки установления (неустановления) одного юридического факта при наличии других, но и в некоторых случаях – заменяющее юридический факт, влекущий за собой определенные материально-правовые последствия24.

Кроме того, презумпции правовой в науке рассматриваются с различных точек зрения: и как способ правового регулирования, и как правовая норма, и как прием законодательной техники25, и как правовой метод, и как метод юридического толкования26.

По мнению некоторых ученых презумпция выступает «не только как априорное предположение о состоянии факта», но и как механизм, модель, конструкция, принцип. Так, презумпцию воли наследодателя оценивают и как следствие из конституционного принципа свободы распоряжения частной собственностью, и как элемент «общегражданской концепции об автономии воли», считают, что она проявляется во «множестве норм раздела V ГК РФ», декларирована в абз. 2п. 2 ст. 218 Гражданского Кодекса РФ27 (далее – ГК РФ), «закрепляющем приоритет завещания как основания наследования…, и развивается в нормах ст. 1111 ГК РФ28, согласно которым наследование по закону осуществляется тогда и поскольку оно не изменено завещанием», объясняют два её значения: положительное («т.е. из посылки о наличии воли») и отрицательное (т.е. из посылки об отсутствии воли: «если из завещания не следует иное»)29. В последнем случае, при таком подходе фактически любая диспозитивная норма превращается в презумпцию. К тому же разные ученые придерживаются порой прямо противоположных точек зрения: так, часть исследователей полагает, что презумпция – это правовая норма30, другие категорически не согласны с данным утверждением31; одни придерживаются мнения о том, что презумпцию следует воспринимать как специфическое гражданско-правовое средство32, другие утверждают обратное33.

В.К. Бабаев отмечал, что презумпции могут заменять или представлять собою юридические факты34. Б.А. Булаевский, опровергая данный тезис, привел ряд аргументов. В частности, он справедливо указал на то, что презумпции лишь заменяют юридические факты, а сами этими фактами по объективным причинам становиться не могут35.

Несмотря на наличие совершенно разных представлений о правовых презумпциях, общепризнанный факт – особое значение, которую играют такого рода предположения в праве. Презумпции используются в тех случаях, когда невозможно установить какой-либо факт, обстоятельство либо их установление сопровождается значительными трудностями. Совершенно верно полагает О.А. Кузнецова: «Подобная правовая неопределённость может привести к торможению механизма правового регулирования»36.

Как отмечал В.А. Ойгензихт в сфере права презумпции выполняют различные функции, по-разному находят в нем свое закрепление и выражение. Одни из них прямо закреплены в правовой норме, другие – косвенно, однако при этом ни первые, ни вторые не теряют свойств презумпций, и те и другие причастны к праву, находятся в сфере его действия37.

Подводя итог рассмотренным выше вопросам можно сделать следующие основные выводы:

Презумпция в праве – это прямо или косвенно закреплённое в законодательстве и детерминированное целями правового регулирования обязательное суждение, имеющее вероятностную природу, о наличии или отсутствии одного юридического факта при наличии другого юридического факта.

Основная роль презумпций состоит в оптимизации гражданского оборота, а также упрощении процедуры судопроизводства, путем освобождения сторон от доказывания заранее презюмируемых, обладающих высокой степенью вероятности фактов и равномерного распределения бремени их доказывания. Ценность правовой презумпции выражается в том, что она позволяет единообразно и обосновано разрешить ситуацию неопределенности, обязывая субъекта в определенных условиях признать презюмированный факт.

1.2. Отличительные  особенности семейно-правовых презумпций

Каждому отраслевому типу презумпций присущи свои характеристики, обусловленные, прежде всего, областью применения предположений, предметом регулирования в целом. В то же время, как считает Н.Н. Тарусина, правовые презумпции обладают триединой спецификой:

– они отражают обычный (типичный) порядок связей между явлениями только в области, охватываемой правом;

– их использование обусловлено целями правового регулирования;

– как технологические приёмы и «как бы истины» они прямо или косвенно закреплены в нормах права или правоприменительном (как правило, судебном) прецеденте38.

Существование семейно-правовых презумпций обусловлено, прежде всего, том, что подавляющее большинство институтов семейного права носит регулятивный характер. В таких правовых системах нельзя обойтись без допущений, предположений в отличие от отраслей права, подчиненных решению правоохранительных задач. Презумпции являются непременным атрибутом надлежащей организации общественные отношений в области брака и семьи в соответствии с требованиями объективных законов, потребностями жизни39.

Семейные отношения перечислены в ст. 2 СК РФ. К их числу относятся: условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признание его недействительным; личные имущественные и неимущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и пределах семейного законодательства, между другими родственниками и иными лицами; формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей. Какие-либо другие отношения, прямо не предусмотренные законом не входят в сферу регулирования семейного права.

Одной из специфических особенностей семейного права является то, что внутрисемейные отношения имеют особый характер. Нормальное функционирование таких отношений требует специальных приемов правового регулирования. Поэтому при надлежащем оформлении тех или иных юридических фактов следует исходить из предположения о существовании порождаемой ими правовой связи между субъектами, возникшей при наличии достаточных оснований40.

К числу определяющих признаков метода семейно-правового регулирования относится императивность большинства его норм. Законодатель не случайно отдает предпочтение категорическим, безусловно, обязательным для исполнения предписаниям по сравнению с нормами, предоставляющим» субъектам право выбора возможного, дозволенного государством варианта поведения. В ряде случаев в целях охрани интересов детей более обоснованным является закрепление презумптивных обобщений и даже правовых фикций, чем предоставление известного простора сторонам для «автономного», самостоятельного решения того или иного вопроса.

Брачно-семейные отношения испытывают на себе воздействие и норм права, и норм нравственности. Если имущественные отношения в семье в большинстве своем подконтрольны государству, требуют ясной и четкой регламентации, то применительно к личным неимущественным отношениям возможности юридического нормирования оказываются существенно ограниченными41.

Одни стороны внутрисемейных связей (психологические моменты) находятся вообще вне сферы права, исключая даже косвенное воздействие на них правовых явлений. Другие стороны (интимная жизнь) – остаются за пределами правового регулирования вследствие запрета вмешательства в область сугубо личных отношений, поскольку их излишняя регламентация может привести к переходу той грани, за которой юридический подход к действительности становится неразумным. Наконец, те личные неимущественные связи, которые могут быть подвергнуты положительному правовому воздействию, не требуют большой конкретизации, детализации ситуаций и вариантов поведения субъектов. Так, для совершения действий, затрагивающих интересы семьи в целом, часто достаточно волеизъявления одного из супругов, согласие другого супруга предполагается42.

Одной из главных специфических особенностей брачно-семейных отношений является глубоко личный характер связей между его субъектами. Сущность семейных правоотношений такова, что они независимо от вида всегда включают в себя элемент личного, доверительного, что в определенных случаях препятствует их упорядочению с исчерпывающей полнотой, оставляя место для допущений, догадок, предположений43.

Семейные отношения носят особый лично-доверительный характер, поскольку главное место в них занимают личные связи членов семьи. На доверительности строятся все семейные отношения: супруги решают все семейные вопросы на основе взаимного согласия, уважения и поддержки, родители взаимно согласовывают действия по воспитанию детей, заботе об их здоровье, образовании, считаясь с его мнением по данным вопросам. «Семейные правоотношения, в которых элемент личной доверительности отсутствует, существуют искусственно. Они в большинстве своем должны быть прекращены или урегулированы в ином порядке»44.  При утрате доверия нормальные семейные отношения прекращаются.

Условием, предопределяющим наличие презумпций в семейном праве, является объективно-существующая невозможность достоверного установления некоторых юридических фактов. Прежде всего, имеется ввиду установление кровного происхождения одного лица от другого. С учетом реальных возможностей и достижений медико-биологической науки, а также существующих методов определения кровной связи лиц законодатель при конструировании норм, регламентирующих порядок регистрации происхождения детей, вынужден прибегать к применению презумпций45.

Если в одних случаях использование семейно-правовых презумпций вызывается трудностью, а иногда и объективно-существующей невозможностью достоверного установления наличия или отсутствия тех или иных юридических фактов, то в других – нецелесообразностью такого установления, несмотря на имеющуюся объективную возможность. Существуют ситуации, когда выяснение истины может причинить неизмеримо больший вред, чем допущение предположительных обобщений, выработанных долговременной человеческой практикой46.

Что касается семейных имущественных отношений, то они из-за своей специфики значительно сильнее привязаны к правовой форме, в отличии от личных неимущественных отношений, хотя и они приобретают ее как правило в условиях, когда дает сбои действие норм морали. Главная специфика семейных имущественных правоотношений – их неэквивалентный характер, а также неразрывная связь с личностью их участников47.

Права и обязанности участников семейных правоотношений, в отличие от большинства других гражданских прав и обязанностей, осуществятся лишь их носителями. Они не могут не только быть переданы другим лицам по договору, но и быть уступлены в порядке цессии или перевода долга либо зачтены в счет исполнения каких-либо других прав и обязанностей. В этой связи рассматриваемые отношения вполне могут именоваться имущественными личными правоотношениями48.

Некоторые авторы в качестве специфического признака выделяют безвозмездность семейных отношений. Как отмечает Н.Н. Тарусина «имущественные отношения, составляющие предмет семейно-правового регулирования, не несут в себе эквивалентно-возмездного начала: общность имущества, нажитого в браке, презюмируется независимо от уровня доходов каждого из супругов – более того, суд вправе отступить от равенства долей с учетом интересов несовершеннолетних детей, остающихся с одним из родителей, а также в пользу последнего, если это обусловлено жизненно важными потребностями, не могущими реализоваться обычным образом»49.