Проблема тревоги

Работа по предмету: пасторская психология и консультирование.

                  Проблема Тревоги.

Часть 1. Определение тревоги.

Тревога, стресс, страх, фобии, эмоциональная напряженность —  в узко специальном смысле все эти слова имеют различное значение, хотя часто употребляются как взаимозаменяемые, чтобы описать одну из наиболее распространенных проблем этого столетия. Состояние тревоги называют «одной из основных характерных черт нашего времени», основой всех неврозов и «наиболее распространенным психологическим феноменом нашего времени». Этот феномен известен издавна, ибо он — ровесник человечества, а сложности и темп современной жизни сигнализируют нам о его наличии и, по всей видимости, умножают его эффекты.

Тревога — это состояние души, предчувствующей что-то тяжелое, мучимой безотчетным сомнением, неуверенностью в отношении будущего и/или страхами на фоне повышенного возбуждения. В тревожном состоянии организм находится как бы начеку, будучи готовым в любой момент к бегству или борьбе. При этом сердце человека бьется в ускоренном ритме, кровяное давление и мышечный тонус нарастают, иногда наступают выраженные нейроэндокринные (нервно-химические) сдвиги, которые сопровождаются повышенной потливостью, раздражающей слабостью, причем человек, испытывающий тревогу, не способен расслабиться. Тревога возникает в ответ на определенную, конкретную, поддающуюся опознанию опасность (по мнению многих авторов, подобные состояния лучше называть «страхом», а не тревогой); однако причиной тревоги могут быть также реакции на воображаемые или нераспознанные угрозы, затрагивающие интересы человека или его ближних. Этот последний тип недетерминированной тревожности называется «свободно плавающей тревогой»; тревожный человек чувствует, что с ним должно произойти что-то страшное, но он не знает, что именно и почему.

Выделяют несколько видов тревожности, в том числе тревожность нормальную и невротическую, умеренную и сильную, ситуационную и личностную.

Нормальная тревожность проявляется временами у всех, обычно когда человек ощущает какую-то реальную угрозу или попадает в опасную ситуацию. Интенсивность возникающей при этом тревоги чаще всего прямо пропорциональна опасности (чем больше угроза, тем сильнее тревожность). Тревогу подобного свойства можно распознать, ею можно управлять, ослабляя ее интенсивность, особенно в том случае, когда изменяются обстоятельства. Сутью невротической тревожности являются сильно преувеличенные чувства беспомощности и страха, появляющиеся в случае несоразмерной, незначительной и даже несуществующей угрозы. По мнению многих душепопечителей, выявить тревогу данного рода на сознательном уровне невозможно, поскольку она возникает на почве внутренних, неосознаваемых конфликтов. Вот какое точное, хотя и специальное определение невротической тревоги дает Ролло Мэй: «Невротическая тревога — это реакция, непропорциональная, в силу определенных внутрипсихических конфликтов, реальной угрозе»¹.

Тревога различается по силе и мощности воздействия. Умеренная тревожность может быть желательной и безопасной. Часто в разных ситуациях она направляет человека, помогает ему избежать опасных ситуаций и повышает эффективность его деятельности. Интенсивная тревожность, напротив, ведет к большему стрессу. Такая тревога ограничивает объем внимания и нарушает его концентрацию, ведет к рассеянности и забывчивости, вредит профессиональным навыкам, препятствует решению насущных проблем, не дает конструктивно общаться с окружающими, порождает панику и временами вызывает неприятные соматические симптомы, такие, например, как полное бессилие, сердцебиение и сильные головные боли.

Один ученый-психолог отличал тревожность  ситуационную от тревожности личностной. Ситуационная тревожность представляет собой динамичное, временное (преходящее) эмоциональное состояние той или иной степени интенсивности. Время от времени у каждого из нас, в ответ на изменение внешней или внутренней среды, возникает это острое, сравнительно кратковременное, неприятное эмоциональное состояние, характеризующееся наличием дурных предчувствий, страха, напряженности и беспокойства. Обычно ситуационная тревожность развивается как реакция на некоторую угрозу, и порой переживается как эмоциональное возбуждение. В отличие от ситуационной тревожности тревожность личностная представляет собой постоянную, врожденную эмоциональную напряженность. Внешне это проявляется нервозностью, беспокойством и раздражением. Часто личностная тревожность вызывает соматическую болезнь, поскольку организм не может эффективно функционировать, пребывая в состоянии постоянной эмоциональной напряженности и возбуждения.

В последние годы внимание масс-медиа  и специалистов было сосредоточено на двух других типах тревоги: посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР) и тревожности, возникшей вследствие перенесенной болезни. Перенесенный человеком острый стресс в виде травмирующих событий, таких, как военные конфликты, насилие, терроризм, несчастные случаи, участие в серьезной аварии, похищение людей и стихийные бедствия (такие, как ураган, землетрясение), может поселить в его душе пожизненную тревогу. Долгие годы после травмы некоторые люди переживают в кошмарных снах былые события, испытывают иррациональные страхи, депрессию, бывают нервозны и утрачивают интерес к тому, что ранее приносило удовлетворение. Для этих людей тревога становится частью их образа жизни, которая течет в русле, проложенном прежним стрессовым переживанием. Подобные посттравматические расстройства наблюдаются у ветеранов войны во Вьетнаме, однако те же самые постоянные расстройства тревожного ряда после травмирующих переживаний могут развиться у каждого человека.

Термин «паническое расстройство»  обозначает периодически возникающие непредсказуемые кратковременные приступы чрезвычайно сильной тревоги, которые развиваются у несомненно нормальных людей, часто без каких бы то ни было предвестников и в самых неожиданных ситуациях. Страдают такими приступами около пяти процентов населения, в основном женщины. Многие годы считалось, что причина расстройств подобного рода связана с действием психологических факторов, однако в последнее время, как нам предстоит вскоре убедиться, растет число указаний на их биологические корни.

Часть 2. Психологические школы о проблеме тревоги.

1) Психодинамическая теория². (З. Фрейд)

Фактически любой процесс в психоаналитической теории может быть описан в терминах расхода энергии или в терминах силы, тормозящей это выход энергии, т.е. препятствующей удовлетворению инстинкта. Поскольку процесс торможения тоже предполагает расход энергии, люди, которые тратят много сил на торможение инстинкта, в итоге испытывают скуку и усталость. Представление о взаимодействии между выражением инстинктов и Иях торможением образует фундамент динамических разделов психоаналитической теории. Ключевым здесь является понятие тревоги.

С позиции психоаналитической теории, тревога- это болезненное эмоциональное переживание, сигнализирующее об опасности или угрозе для личности. В состоянии «свободно плавающей» тревоги индивид не способен связать свое состояние напряжения с каким-либо внешним объектом; напротив, в состоянии страха источник напряжения человеку известен. У Фрейда было две теории тревоги. Согласно первой, тревога рассматривалась как следствие неразряженных сексуальных импульсов – остановленного плотиной либидо. В более поздней теории тревога понималась как болезненная эмоция, которая служит сигналом опасности, угрожающей Я.  В этом случае тревога является функцией Я, предупреждающей Я об опасности. Чтобы оно могло действовать.

Психоаналитическая теория тревоги исходит из того, что в какой-то момент человек пережил травму, событие, причинившее ему вред или нанесшее ущерб. Тревога представляет собой повторение более раннего травматического переживания, но в ослабленном виде. Таким образом, тревожности в настоящем связана с более ранним переживанием опасности. В терминах структуры личности это означает, что тревога развивается из конфликта между давлением инстинктов Оно и угрозой наказания со стороны Сверх-Я (т.е. как будто Оно говорит: «Я хочу этого!», Сверх-Я говорит: «Это ужасно!», а Я говорит: «Я боюсь!»).

Защитные механизмы.

Тревога – это настолько болезненное  состояние, что мы не способны очень  долго его выдерживать. Поэтому  индивиды вырабатывают механизмы защиты от тревоги. Бессознательно мы вырабатываем способы искажать реальность и не допускать чувства в сознание, с тем чтобы не испытывать тревоги.

Проекция – действие этого механизма  заключается в том, что все  сокровенное и неприемлемое для  сознания проецируется на других людей  и воспринимается как нечто внешнее по отношению к индивиду. Вместо того чтобы признавать свою враждебность, индивид видит враждебность в других.

Отрицание – возможно отрицание  реальности, либо отрицание побуждения, когда раздраженный человек протестует: «Я не чувствую злости».

Изоляция – изоляция события в памяти или изоляция эмоции от содержания воспоминания или побуждения. При использовании механизма изоляции побуждение, мысль или действие не лишаются доступа к сознанию, но они лишаются естественного эмоционального сопровождения.

Аннулирование – в этом случае индивид уничтожает одно действие или желание другим действием или желанием. Например, человек аннулирует мысли о самоубийстве или об убийстве навязчивым выключением газовых горелок в кухне.

С помощью механизма формирования противоположной реакции индивид защищается от выражения неприемлемого желания, признавая и утверждая противоположное. О присутствии этого защитного механизма можно судить по ригидности, преувеличенной аффектации и отсутствию целесообразности в выполнении социально-желательных действий . Например, сверхзаботливые матери, стремящиеся подобным поведением не допустить в сознание ни малейшего намека на свою враждебность к собственным детям. (видимо их тревога проистекает из страха желания наказать ребенка).

Рационализация – в этом случае действие осознается, а лежащий в его основе мотив – нет. Поведение интерпретируется так, чтобы оно выглядело разумным и приемлемым. Особенно интересно, что с помощью рационализации индивид может реализовать опасные побуждения без какого-либо осуждения со стороны Сверх-Я. Множество ужасных зверства и преступлений против человечества было совершено во имя любви. Благодаря механизму рационализации мы можем быть агрессивными, горячо заверяя в своей любви, или поступать аморально во имя утверждения морали.

Сублимация -  в этом случае исходный объект удовлетворения замещается более  высокой культурно значимой целью, далеко отодвинутой от непосредственного  выражения инстинкта. В то время  как другие защитные механизмы сталкиваются с инстинктами «лоб в лоб» и так или иначе ограничивают их разрядку, при сублимации инстинкт преобразуется и направляется в новый и полезный канала. Приобретение профессий хирурга, мясника или боксера в большей или меньшей степени может означать сублимацию агрессивных импульсов. Работа психиатра может представлять собой сублимацию желаний подглядывать за чужой жизнью.

Защитные механизмы в некоторых  случаях могут сыграть положительную  роль для психического здоровья индивида, но тем не менее психоаналитики считают  «ориентацию на реальность» основой эмоционального здоровья и сомневаются, что искажения правды в отношении себя или других могут представлять вообще какую—либо ценность для адаптации.

Защитные механизмы зачастую являются производной от тревоги проблемой, и усугубляют состояние здоровья, кроме того скрывают истинную проблему.

Изменение поведения.

Согласно психоаналитической теории личностного роста, существует нормальный путь развития личности, который имеет  место благодаря оптимальному уровню фрустрации. Когда фрустраций становится слишком много или слишком мало, личность перестает развиваться нормально и фиксируется на данной стадии развития. Когда это происходит, индивид начинает повторять усвоенные паттерны поведения независимо от изменений в ситуации.

Процесс терапевтического изменения в психоанализе означает вступление в схватку с эмоциями и желаниями, которые до того не осознавались, и сражение с этими болезненными переживаниями в относительно безопасной для пациента обстановке.

1. Если психопатология включает фиксацию на ранней стадии развития, то с помощью психоанализа индивид освобождается от этой фиксации, чтобы возобновить нормальный путь психологического развития.
2. Если психопатология включает создание препятствий на пути инстинктов и расходование энергии на психологическую защиту, то психоанализ осуществляет перераспределение энергии таким образом, чтобы больше энергии уходило на более продуктивную, более гибкую деятельность, свободную от чувства вины и приносящую больше удовлетворения.
3. Если психопатология включает конфликт и защитные механизмы, то психоанализ способствует ослаблению конфликта и освобождению пациента от ограничений, связанных с защитными процессами.
4. Если психопатология включает господство бессознательного над индивидом и тиранию со стороны Оно, то психоанализ способствует осознанию того, что было не осознано, и помогает Я взять под контроль то, что ранее находилось во власти Оно или Сверх-Я.

Таким образом, психоанализ рассматривается  как процесс научения в результате которого индивид возобновляет и доводит до конца процесс развития, который был прерван неврозом. Основной принцип, который реализуется в данном процессе, заключается в том, чтобы вновь вернуть пациента, но только при более благоприятных обстоятельствах, в те эмоциональные ситуации, с которыми невозможно было справиться в прошлом. На подобный возврат к прошлому сильное влияние оказывают отношения переноса, или трансфера, и развитие трансферного невроза. Термин перенос относится к развитию у пациента определенного отношения к своему аналитику: оно формируется на основе ранее сложившегося отношения к родительским фигурам. Если понимать перенос как искажение реальности, основанное на прошлом опыте, то он постоянно присутствует и в повседневной жизни, и во всех видах психотерапии.

Выражая перенесенное эмоциональное отношение к своему аналитику, пациент воспроизводит в терапии свои взаимоотношения с людьми, сложившиеся в течение жизни, а также свои взаимоотношения со значимыми фигурами. Аналитик служит зеркалом или пустым экраном, на который индивид проецирует свои желания и тревоги. Так пациент вносит в ситуацию нешуточные эмоции, углубление ее понимания также является эмоционально значимым. Изменение происходит, когда наступает инсайт, когда пациент начинает понимать как на интеллектуальном, так и на эмоциональном уровне природу своего конфликта и чувствовать себя достаточно свободным, чтобы удовлетворять свои инстинкты продуктивным, бесконфликтным способом в рамках нового восприятия себя и мира.

В то время как чувство вины и  тревога мешали в прошлом развитию личности, аналитическая ситуация позволяет индивиду по-новому среагировать на старые конфликты в основном благодаря трем психотерапевтическим факторам. Во первых, в анализе конфликт не такой интенсивный, как это было в исходной ситуации. Во-вторых, аналитик относится к пациенту не так, как относились его родители. И в-третьих, пациенты к моменту анализа стали старше и взрослее, они теперь способны использовать те стороны своего Я , которые достигли достаточного развития, чтобы справиться с теми сторонами своего функционирования, которые остались неразвитыми.

Психоаналитическая теория полагает, что благодаря проникновению  внутрь старых конфликтов, благодаря  пониманию своего желания удовлетворять  потребность инфантильным способом и в то же время благодаря осознанию своих потенциальных возможностей удовлетворить ее зрелым способом, а так же благодаря пониманию застарелых тревог и осознанию того, что они никак не связаны с текущей реальностью, пациенты могут достичь максимально полного удовлетворения инстинктов, ограниченного только реальностью и собственными моральными убеждениями.

Обобщение.

Тревога проистекает из конфликта, который зародился в раннем детстве. Конфликт между желанием и страхом  наказания со стороны сверх-я.  Первоначальная тревога может маскироваться посредством защитных механизмов в другого рода фобии и неврозы. Нужно учитывать эту возможность во время установления диагноза. Чтобы справиться с тревогой, и ее производными нужно разрешить конфликт.

2) Феноменологическая теория. (Карл Роджерс)

Роджерс в своей теории личности сделал акцент на изменение и использовал  совсем немного структурных понятий. Фрейд рассматривал человека как  энергетическую систему, он создал динамическую теорию, чтобы объяснить, как энергия  разряжается, трансформируется или сдерживается. Роджерс думал, что человек постоянно развивается, движется вперед. Поэтому он меньше придавал значения аспектам поведения, связанным с напряжением и разрядкой энергии, и сместил акценты в сторону самоактуализации. Понятие актуализации означает тенденцию организма вырастать из простого существа в сложное, продвигаться от зависимого существования к независимому.

Конгруэнтность.

Другим важнейшим положением теории Роджерса стала теория о внутренней согласованности Я и конгруэнтности между Я и субъективным опытом. Это значит, что люди будут пытаться совместить (или сделать конгруэнтным) то, что они чувствуют, с тем как они себя видят. Например, считать себя добрым человеком и реально испытывать тепло и сочувствие по отношению к людям –это означает быть конгруэнтным. Вместе стем считать себя добрым и испытывать чувство жестокости к людям – значит находиться в состоянии неконгруэнтности.

Мы переживаем состояние неконгруэнтности, когда есть расхождение между  воспринимаемым Я и актуальным субъективным опытом. Это состояние переживается как напряжение и внутреннее замешательство. Если вы находитесь в состоянии неконгруэнтности и не осознаете этого, у вас может возникнуть тревога. Эта тревога есть результат рассогласования между субъективным опытом и привычным образом себя. То есть, человек, который, согласно своей Я-концепции, ни к кому и никогда не питает ненависти, будет испытывать тревогу всякий раз, когда почувствует хоть какую-то ненависть.

Защитные механизмы.

По большей части мы осведомлены о своем субъективном опыте и допускаем его в сознание. Однако нам может показаться, что какая-то часть опыта несет в себе угрозу, вступая в конфликт с Я-концепцией, и тогда мы не допустим этот опыт в сознание. Благодаря процессу подсознательного восприятия мы можем почувствовать, что данный опыт расходится с Я-концепцией, раньше, чем он дойдет до сознания. Реакция на угрозу осознания опыта, который находится в конфликте с Я, - это реакция защиты.

Выделяются две основные защитные реакции – это искажение значения субъективного опыта и отрицание существования опыта. Искажение – более распространенный феномен, оно допускает осознание опыта, но в такой форме, которая обеспечивает согласие с Я. Так, если Я- концепция включает характеристику «Я плохой студент», то опыт получения отличной оценки может быть легко искажен, чтобы сделать его конгруэнтным; например, студент может заключить, что «этот профессор лопух», «мне просто повезло». Что поразительно! То что в ином случае может стать позитивным опытом – получение хорошей отметки, теперь становится источником тревоги и стимулом для приведения в действие защитных процессов. Другими словами, ключ к ситуации находится именно в соотношении субъективного опыта и Я-концепции.

Потребность в позитивной оценке.

Потребность в позитивной оценке включает такие ценности, как тепло, симпатия, уважение и принятие, и проявляется в потребности ребенка в любви и привязанности. Если родители обеспечивают ребенку безусловную позитивную оценку, не зависящую ни от каких условий, если ребенок чувствует, что для родителей он дороже всего на свете, тогда у него не возникает необходимости отвергать те или иные аспекты своего субъективного опыта. Однако в тех случаях, когда родительская оценка и приятие зависят от каких-то условий, ребенок будет вынужден игнорировать свой субъективный опыт, вступающий в конфликт с его Я-концепцией.

Психопатология.

Для Роджерса здоровый человек может  отразить субъективный опыт в своей  Я-концепции. Для здорового человека характерна конгруэнтность между  Я и опытом, открытость опыту и отсутствие защитных реакций.

Хотя Роджерс не дифференцировал  формы патологии, он ввел дифференциацию типов защитного поведения. Например, используя механизм рационализации, человек искажает отражение своего поведения таким образом, чтобы оно соответствовало его представлению о себе. Если вы считаете себя человеком, который не делает ошибок, то вы, вероятнее всего, припишете причину ошибки кому-нибудь другому или обстоятельствам. Другой пример защитного поведения – фантазия. Третий пример защитного поведения – проекция.

Также были введены понятия Я-идеальное  и Я-должное. Согласно теории Хиггинса, расхождение между Я-концепцией и идеалом вызывает эмоции депрессивного  типа. Напротив, расхождение между  Я-концепцией и должным Я скорее приводит к возбуждению, беспокойству. Например, если студент убежден, что он должен быть отличником, но получает тройки, он, вероятно, будет чувствовать страх, угрозу или тревогу.

Таким образом, различение идеального Я и должного Я важно тем, что  помогает развести два типа эмоций связанных с Я: эмоции депрессивного типа (например, разочарование, печаль, подавленность) и эмоции возбуждения, беспокойства (например, страх, угроза, тревога).

Изменение.

Роджерс перенес акцент с техники  терапии на отношение терапевта к пациенту. Принципиально важным параметром в терапии является терапевтический климат. Если терапевт сможет в своих взаимоотношениях с клиентом обеспечить три условия, причем чтобы клиент воспринимал их как таковые, тогда терапевтическое изменение произойдет обязательно. Эти условия: конгруэнтность, или искренность, безусловная позитивная оценка терапевтом подопечного, и эмпатическое понимание.

Обобщение.

Тревога проистекает из расхождения  Я-концепции с субъективным опытом. Также  можно выделить больший источник тревоги в расхождении между Я-концепцией и Я-должным. Для разрешения этой проблемы первостепенное значение имеет климат созданный в процессе терапии, климат основанный на искренности, безусловной позитивной оценке и эмпатическом понимании терапевтом подопечного. В таких условиях подопечный будет способен самостоятельно справляться с тревогой выявив проблему и разрешив ее.

3) Когнитивная теория личности. Джордж А. Келли.

Структура.

В теории Келли ключевое структурное  понятие, описывающее человека как ученого, - это понятие конструкта. Конструкт – это способ конструирования, или интерпретации, мира.  Это понятие, которое использует индивид, чтобы разнести события по категориям и наметить курс поведения. Конструирование двух элементов как похожих формирует полюс сходства конструкта; их противопоставление третьему элементу формирует контрастный полюс конструкта. Например, наблюдая, как два человека помогают кому-то, а третий бьет кого-то, можно прийти к конструкту «добрый – жестокий», при этом добрый образует полюс сходства, а жестокий – полюс контраста. Конструкт не представляет собой континиуум из множества точек между полюсами сходства и контраста. Оттенки в конструировании событий создаются через использование других конструктов – таких, как конструкты качества и количества.

Примером того как конструкт  влияет на жизнь индивида может быть мнение: «Разве в любых отношениях нет проигравшего и победителя?»  этот человек очевидно, не подозревал, что связка «победитель-проигравший» это всего лишь возможный, но не необходимый конструкт. Другой человек, возможно, использовал бы конструкт «склонный – не склонный к компромиссам» или «отзывчивый – не отзывчивый». Столь различные конструкты могут приводить к весьма различным паттернам взаимоотношений. У многих супружеских пар возникают проблемы, потому что они интерпретируют свои отношения скорее в терминах власти и испытаний воли, а не в терминах помощи и сочувствия. Таким образом, кажущиеся абстрактными конструкты, оказывается, очень влияют на базовые аспекты нашей повседневной жизни.

Процесс.

Для теории личных конструктов  термин «мотивация» является избыточным. Этот термин подразумевает, что человек  – существо инертное и, чтобы начать действовать, он нуждается в подталкивании. Но если мы с самого начала предположим, что человек активен по своей природе, то дискуссия о том, что приводит инертный организм в действие, отомрет сама по себе.

Тогда каким образом  человек выбирает направление активности? Позиция Келли достаточно просто изложена в его фундаментальном постулате: человеческая деятельность психологически направляется ожиданиями событий. Из этого постулата следует, что мы стремимся к предвидению, мы предвосхищаем и достигаем будущего через окно настоящего.

Переживая события, индивид  наблюдает сходство и отличие, тем самым формируя конструкты. На основе этих конструктов индивиды, подобно настоящим ученым, предвосхищают будущее. Но что же отвечает за направление поведения? И снова, подобно ученым, люди выбирают курс поведения, который, как они полагают, создает наилучшие возможности для предвидения будущих событий. Ученые пытаются разработать более верные теории, которые ведут к эффективному прогнозированию событий, а обычные индивиды стараются улучшить системы конструктов. Таким образом, по Келии, человек выбирает ту альтернативу, которая обещает в будущем наибольшее развитие системы конструктов.

Итак, по существу, индивид  делает прогноз и идет на изменения  в своей системе конструктов, с тем чтобы эти изменения  привели к более точному прогнозу. Заметьте, что индивид не стремится к подкреплению или к избеганию боли. Вместо этого он стремится к подтверждению и расширению своей системы конструктов. Если человек ожидает чего-то неприятного и это событие реально происходит, он испытывает чувство подтверждения ожиданий, несмотря на то что это было негативное, неприятное событие. Болезненные события могут даже предпочитаться нейтральным или приятным событиям, если они подкрепляют систему прогнозирования.

Тревога, страх и угроза.

Тревога – это эмоция, выражающая чувство надвигающейся опасности или нависшей угрозы. Согласно теории личных конструктов Келли, тревога переживается, когда человек узнает, что его система конструктов не приложима к воспринимаемым событиям. Люди защищаются от тревоги разными способами. Сталкиваясь с событиями, которые они не могут интерпретировать, т.е. с теми событиями, которые лежат за пределами зоны применимости их конструктов, индивиды могут расширить конструкт и позволить себе применять его к большему разнообразию событий или они могут сузить свои конструкты и сфокусироваться на мелких деталях. Например, предположим, что индивид, у которого был конструкт «заботливый человек – эгоистичный человек» и который считал себя заботливым, вдруг обнаруживает, что сам поступает эгоистично. Как ему интерпретировать себя и события? Он может расширить конструкт «заботливый человек», чтобы включить в него свое эгоистичное поведение, или ограничит содержание конструкта «заботливый человек» заботой об узком круге наиболее важных для него людей, а не о людях вообще.

В отличие от тревоги страх переживается, когда появляется новый конструкт, претендующий на то, чтобы вторгнуться  в уже существующую систему конструктов. Еще более значимым является переживание  угрозы. Угроза определяется как осознание неотвратимо надвигающегося глобального изменения в центральной структуре конструктов. Человек чувствует угрозу, когда вот-вот должно произойти серьезное потрясение в его системе конструктов. Смерть переживается как угроза, если кажется близкой и если она означает радикальные изменения в центральных конструктах. Смерть не несет в себе угрозы, когда не кажется близкой или не интерпретируется как событие, фундаментальное для смысла человеческой жизни.  

Психопатология и изменения.

Согласно Келли – психопатология – это неупорядоченная реакция человека в ответ на тревогу. Только плохой ученый сохраняет свою теорию незыблемой и делает один и тот же прогноз, несмотря на повторяющиеся ошибки. Аналогичным образом патологическое поведение означает стремление сохранить содержание и структуру системы конструктов, несмотря на повторяющуюся ошибочность или недостоверность прогнозов. В основании этой ригидной привязанности к системе конструктов лежат тревога, страх и угроза. Келли заявлял, что можно интерпретировать человеческое поведение как поведение, направленное на уход от тревоги. Психологические расстройства – это нарушения, включающие тревогу и безуспешные усилия вернуть себе утраченное чувство, что ты способен предвосхищать события.

Психотерапия – это процесс реконструирования, т.е. перестройки системы конструктов. Это означает, что некоторые конструкты надо убрать, а некоторые новые – добавить. Каковы бы ни были особенности этого процесса, психотерапия – это психологическая перестройка жизни.