Проблемы квалификации преступлений террористической направленности

                                     Содержание

Введение…………………………………………………………………………….3

Глава 1. Уголовная ответственность за терроризм по российскому и зарубежному законодательству…………………………………………………..5

§1. Развитие норм об уголовной ответственности  за террористические акты….5

§2. Сравнительный анализ зарубежного законодательства об уголовной ответственности за терроризм……………………………………………………9

§3. Нормативная  база по противодействию терроризму……………………...15

Глава  2.Уголовно-правовая характеристика преступлений террористической направленности…………………………………………………………………....19

§1. Объективные  признаки терроризма…………………………………………19

§2. Субъективные признаки терроризма……………………………………….22

Глава 3. Проблемы квалификации преступлений террористической направленности……………………………………………………………………

§1. Квалифицированные  виды    терроризма……………………….………25

§2. Разграничения  со смежным составом……………………………………….30

Заключение………………………………………………………………………...36

Список  литературы……………………………………………………………….39 
 
 
 
 
 
 
 

         Введение.             Терроризм — явление многоплановое, разветвленное, имеющее как минимум полуторавековую историю и претерпевшее значительную эволюцию в части форм и методов деятельности. Кроме того, это явление имеет устойчивую негативную оценку, что порождает произвольное толкование. С одной стороны, существует тенденция неоправданно расширенной трактовки, когда некоторые политические силы без достаточных оснований называют террористами любых своих противников. С другой — безосновательного сужения понятия, в частности, придания ему сугубо национальной или конфессиональной окрашенности. Однако, согласно общему мнению правоведов, по степени общественной опасности терроризм, проявляющийся в любых формах, представляет собой наиболее общественно опасное из всех преступлений, описываемых уголовным законодательством, и предусматривает самое суровое наказание, ибо это наиболее эффективный способ политической дестабилизации общества.   Теоретической и методологической основой курсовой работы послужили труды отечественных юристов по уголовному праву. Информационную основу составили нормативно – правовые акты  по данной тематике.  К проблемам терроризма обращались исследователи различных специальностей – правоведы, криминалисты, политологи, социологи, экономисты, конфликтологи. Важным подспорьем для данной работы оказались труды Ю.М. Антонян1, В.В. Витюк2, Ю.С. Горбунова3, В.П. Емельянова4, Е.Г. Ляхова5 и других авторов.      Цель исследования. Целью данной курсовой работы является анализ российского и международного законодательства на предмет определения понятия терроризма, его историко – правовая характеристика, обоснование социальной обусловленности уголовно-правовых норм об ответственности за террористический акт и преступления, которые содействуют террористической деятельности; юридический анализ их признаков; решение спорных вопросов их квалификации и разграничения; совершенствование законодательной конструкции состава террористического акта.  Исходя из названных целей, определены следующие основные задачи:

  1. проанализировать этимологию, правовую природу терроризма, выделить основные особенности и черты этого явления;
  2. раскрыть уголовно-правовое содержание террористического акта, уточнить его определение с учетом сложившейся практики по делам данной категории;
  3. проанализировать объективные и субъективные признаки террористического акта, его квалифицирующие признаки;   Объектом исследования является терроризм как социально – правовое  явление.            
 
 
 

       Глава 1. Уголовная ответственность за терроризм по российскому и зарубежному законодательству.         §1. Развитие норм об уголовной ответственности за террористические акты.            Впервые ответственность за терроризм введена Федеральным законом РФ от 01 июля 1994 года (ст. 213.3 УК РСФСР). Это многообъектное преступление, поскольку посягает на жизнь и здоровье граждан, на имущество, на общественную безопасность и нормальное функционирование органов власти. Устрашающее воздействие терроризма часто направлено на широкий и порой неопределенный круг людей, даже к населению целых городов и административных районов или микрорайонов, а также к конкретным должностным лицам и органам власти, которые наделены правом принимать организационные, управленческие, судебные или другие решения. Указанное воздействие может быть адресовано религиозным, политическим, общественным деятелям, деятелям культуры; в расчете на желаемую реакцию оно может осуществляться в отношении представителей деловых кругов, лиц, занятых в производстве и торговле, и, возможно, в отношении членов других преступных организаций. Так, сейчас терроризм достаточно часто применяется при вымогательстве, хотя далеко не всегда официально фиксируется в данном контексте. Включение в уголовный кодекс специального состава преступления - терроризма - представляет собой значительный шаг вперед в деле более эффективного использования уголовного закона в борьбе с таким опасным преступлением. До 1994 года уголовная ответственность предусматривалась только за убийство государственного или общественного деятеля, или представителя власти в связи с его государственной или общественной деятельностью, с целью подрыва или ослабления советской власти, либо за нанесения тяжкого телесного повреждения тем же лицам, а также за убийство представителя иностранного государства с целью провокации войны или международных осложнений, либо за нанесение тяжкого телесного повреждения тем же лицам с той же целью.       Согласно ст. 205 УК РФ терроризм выражается, в совершении «взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий» или в угрозе «совершения указанных действий»6. Таким образом, речь идет об общественно опасных поступках. Следовательно, под «иными действиями» следует понимать устройство обвалов, затоплений, камнепадов, аварий на объектах жизнеобеспечения населения водой, теплом, электроэнергией и т.п.; блокирование транспортных коммуникаций, устройство аварий и крушений на транспорте; захват и разрушение зданий, вокзалов, портов, культурных или религиозных сооружений; заражение источников воды и продуктов питания, распространение болезнетворных микробов, способных вызвать эпидемию, иное, радиоактивное, химическое, бактериологическое заражение местности. Таким образом, приведены примеры, которые встречаются чаще других, а также те, которые наиболее вероятны. В целях предупреждения последних во всех странах предпринимаются меры обеспечения безопасности соответствующих объектов.       Ст. 205, ч.1 УК РФ состоит как бы из двух частей: в первой перечислены те действия, которые создают «опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий»7; во второй содержится указание на угрозу совершения указанных действий. Это вторая форма терроризма. Ее реальность определяется тем, способна ли угроза вызвать у отдельного человека, группы людей или властей опасения, что она будет осуществлена, а ущерб, который будет нанесен определенными действиями, - значимым. И здесь должно оказывать влияние устрашение, а сама угроза может быть выражена устно, письменно, или другим способом, в частности с использованием современных технических средств связи. Не имеет значения, была ли угроза сказана, открыто или анонимно, широкому кругу людей или одному человеку, например, служащему государственного учреждения по телефону.       Ст. 205 УК РФ содержит примечание, согласно которому лицо, «принимавшее участие в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным способом содействовало предотвращению осуществлению акта терроризма и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления»8. Данная норма в определенной степени дублирует норму о добровольном отказе от преступления (ст.31), но в то же время и расходится с ней. Если действия лица подпадают под добровольный отказ, то должна применяться ст. 31 как норма общей части УК, согласно которой лицо не подлежит уголовной ответственности (а в соответствии с примечанием к ст. 205 УК РФ - освобождается).      В примечании к ст. 205 УК РФ есть указание на прямые активные позитивные действия человека, который готовил террористический акт или участвовал в его подготовке, но затем решил не допустить его путем своевременного предупреждения органов власти или иным способом. Такие действия могут быть добровольными даже в том случае, если он действовал в страхе перед разоблачением, в силу религиозных мотивов, прямого указания священника в ходе исповеди и т.д. Но они могут быть неокончательными в том смысле, что, даже совершив их, лицо может самостоятельно или в группе продолжать подготовку к террористическому акту. В этом случае индивид не вправе рассчитывать на освобождение от уголовной ответственности, потому что положительный ответ может быть дан лишь при окончательном решении не доводить задуманное до конца, одному или в группе, и, конечно, до наступления общественно опасных последствий.      Нужно отметить, что примечание к ст. 205 УК РФ может действовать лишь тогда, когда лицо своевременно предупредило органы власти или иным способом способствовало предотвращению осуществления акта терроризма.  Существует еще одно преступление, которое тесно переплетено с терроризмом, на которое хотелось бы обратить внимание. Таким преступлением является посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (террористический акт). Это одно из наиболее опасных преступлений, потому что оно способно дестабилизировать политическую обстановку в стране, обострить социальные, политические, государственные и экономические противоречия. Недаром, такие террористические акты использовались и в прошлое время, и в настоящее.    Уголовный кодекс содержит прямое указание на цели подобного террористического акта: прекращение государственной или иной политической деятельности государственного или общественного деятеля либо месть за такую деятельность. Для сравнения можно отметить, что в ст. 66 УК РСФСР (1960 г.) целью террористического акта называлась несколько иная, но весьма сходная цель - подрыв или ослабление Советской власти, а в ст. 67 («Террористический акт против представителя иностранного государства») - провокация войны или международных отношений. В действующем уголовном кодексе говориться о мести лишь за соответствующую государственную или общественную деятельность. Помимо целей чрезвычайно важно обратить внимание на мотивы террористического акта против государственного или общественного деятеля.          Ст. 66 УК РСФСР предусматривала уголовную ответственность за убийство или нанесение тяжкого телесного повреждения не только государственному или общественному деятелю, но и представителю власти. Это было достаточно обоснованно, ведь не только представители власти ранга государственного деятеля могут подвергаться террору, но и другие служащие государственных учреждений. Иными словами технического секретаря какой-нибудь областной администрации или сотрудника отдела писем центрального министерства могут лишить жизни только потому, что они олицетворяют ненавистное учреждение. Сейчас посягательство на жизнь таких лиц (при условии установления соответствующего мотива) может быть квалифицированно как терроризм.         §2. Сравнительный анализ зарождения законодательства об уголовной ответственности за терроризм.      Для того чтобы провести сравнительный анализ зарождения законодательства об уголовной ответственности за терроризм, необходимо рассмотреть концепции терроризма в различных странах в разное время.     В средние века представители мусульманской секты ассошафинов убивали префектов и калифов. В эти же времена политический террор практиковали некоторые тайные общества в Индии и Китае. На территориях современного Ирана, Афганистана и некоторых других стран страх на своих противников из мусульманской суннитской знати и правителей наводила могущественная и предельно закрытая секта исмаилитов, использовавшая в своей борьбе доведенные до совершенства способы физического устранения неугодных лиц.               Терроризм становится постоянным фактором общественной жизни со второй половины XIX века. Его представители - русские народники, радикальные националисты в Ирландии, Македонии, Сербии, анархисты во Франции 90-х годов, а также похожие движения в Италии, Испании, США.     В XX веке спектр мотивов для использования методов террора существенно расширился. Если русские народовольцы и эсеры рассматривали террор как самопожертвование на благо общества, то для «красных бригад» он служил способом и средством самоутверждения. «Красный террор» и «черный террор» фашистского, неонацистского толка стоят недалеко друг от друга и не имеют ничего общего с тем, что делали народовольцы.              В XX веке терроризм взошел на государственный уровень, чего до этого не было. Террористическое государство «давило» своих граждан беззаконием внутри страны, заставляло их постоянно ощущать свою слабость. Оно не меняло своего поведения и за пределами своих границ. Историческим примером может послужить фашистская Германия.        В последние годы многие действия США на международной арене стали очень близки по своему характеру к террористическим, за что против этой страны на протяжении многих лет велись террористические действия.     После распада СССР бандитская традиция пустила свои корни во многих районах и уголках постсоветского пространства. Попытки насилием добиться своих целей, даже самых благородных, вызвали появление на древе государственного терроризма новых диких ростков - вооруженных конфликтов на территории Грузии, Азербайджана, Армении и Молдовы, в Таджикистане и Киргизии и т.д. Сегодня миру уже грозят ядерным терроризмом, терроризмом с применением отравляющих веществ. В настоящее время разработка мер борьбы против глобализации преступности и международного терроризма, а также решение задач совершенствования международной и национальной правовой базы направлены на повышение эффективности антикриминального и антитеррористического противодействия на национальном, региональном и мировом уровнях, активно ведутся также в рамках Всемирного Антикриминального и Антитеррористического Форума (ВААФ), цели и задачи которого и основные направления деятельности определены в Концепции ВААФ. принятой на первом заседании Международного организационного комитета 5 декабря 2000 года. Идея об унификации уголовного законодательства была выдвинута еще в        1926 году на Брюссельском конгрессе Международной ассоциации уголовного права, где было положено начало международному объединению криминалистов — конференциям по унификации уголовного законодательства. Эта организация оказалась очень активной. Так, первая конференция по унификации уголовного законодательства состоялась в Варшаве в 1927 году, вторая — в Риме в 1928 году, третья — в Брюсселе в 1930 году, четвертая — в Париже в 1931 году, пятая— в Мадриде в 1933 году, шестая— в Копенгагене в 1935 году. Однако каких-либо ощутимых результатов эта деятельность не дала. Ставя на первый взгляд благовидные задачи — максимально сблизить нормы уголовного права разных стран в целях усиления борьбы с преступностью — «унификаторы» в действительности, с одной стороны, обсуждали давно решенные вопросы общей части уголовного права (соучастие, покушение и т. п.) либо уже разработанные действующими международными конвенциями (по борьбе с пиратством, фальшивомонетничеством, торговлей наркотиками), а с другой стороны, на фоне этих широко известных вопросов под лозунгом борьбы с терроризмом пытались по существу построить единый фронт против «большевистской пропаганды», связав ее с террористическими актами, посягающими на основы цивилизации. Первая попытка раскрыть содержание понятия «терроризм» была предпринята на III Международной конференции по унификации уголовного законодательства, проходившей в 1930 году в Брюсселе. Попытка определить объективные признаки состава преступления предпринята не путем установления его характерных черт, а посредством перечисления деяний, которые могут быть расценены как терроризм. А поскольку действиями террористов, в сущности, могут быть охвачены самые различные предметы и явления действительности, то этот перечень оказался настолько широким, что позволял под состав терроризма подвести практически любое деяние. Характеризуя указанную резолюцию. А. Н. Трайнин подметил, что «по существу трудно представить посягательство, не подпадающее под приведенное выше понятие терроризма», поскольку «это не уголовно-правовое понятие в обычном смысле, террористический акт, а весьма обширная формула, охватывающая разнородные сложные явления».         На аморфность границ терроризма, установленных в резолюции, указывали и многие участники конференции, поэтому пленум III конференции принятие окончательной резолюции отложил до IV конференции.     После Второй мировой войны государства вновь обратились к вопросу борьбы с терроризмом. Работа ведется как в рамках ООН, так и в рамках сотрудничества Европейских государств. Под эгидой ООН эта работа осуществляется по двум основным направлениям: 1) выработка всеобщей Международной конвенции по борьбе с терроризмом; 2) подготовка проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества и соответственно разработка проекта создания Международного уголовного суда.   Первая международная конвенция по борьбе с подобными деяниями была заключена 2 февраля 1971 года и касалась вопросов предупреждения и наказания носящих международный характер преступных актов, принимающих форму преступлений против указанных в Конвенции лиц и сопряженных с этим вымогательств. В Конвенции предусмотрена наказуемость похищений, убийств и других посягательств на жизнь или личную неприкосновенность лиц, которым государство обязано предоставить особую защиту в соответствии с нормами международного права, а также наказуемость связанных с этим деянием вымогательств. В декабре 1972 года Генеральная Ассамблея ООН в ходе рассмотрения вопроса о мерах, направленных на предотвращение терроризма и других форм насилия, которые угрожают жизни невинных людей или приводят их к гибели, или подвергают опасности основные свободы, приняла резолюцию 3034. в соответствии с п. 9 которой в 1973 году был учрежден Специальный комитет по вопросам международного терроризма. Параллельно государства — члены Европейского совета разработали Европейскую конвенцию по борьбе с терроризмом, принятую 27 января 1977 года в Страсбурге, ст. 1 которой, подчеркивая отказ от признания терроризма политическим правонарушением и необходимость выдачи террористов иностранному государству как общеуголовных преступников, относит к терроризму следующие деяния: а) правонарушения, относящиеся к применению Конвенции по борьбе с преступным захватом летательных аппаратов, подписанной в Гааге 16 декабря 1970 года; б) правонарушения, относящиеся к применению Конвенции по борьбе с преступными актами, направленными против безопасности гражданской авиации, подписанной в Лондоне 23 сентября 1971года; в) тяжелые правонарушения, заключающиеся в покушении на жизнь, телесную целостность или свободу людей, имеющих право международной защиты, включая дипломатических представителей; г) правонарушения, содержащие захват заложников или незаконное лишение свободы; д) правонарушения, содержащие использование бомб, гранат, ракет, автоматического огнестрельного оружия, бандеролей или посылок с опасными вложениями, соразмерно с тем, насколько подобное использование представляет опасность для людей; е) попытка совершения одного из вышеуказанных правонарушений или участие в качестве сообщника лица, которое совершает или пытается совершить подобное правонарушение.     Кроме того, ст. 2 указывает, что под действие Конвенции могут подпадать деяния, которые, и не перечислены в ст. 1, но направлены: против жизни, телесной целостности или свободы людей; против имущества и при этом создают коллективную опасность для людей; на приготовление, покушение или соучастие в этих преступлениях. Как видно, и послевоенные конвенции, направленные на борьбу с терроризмом, мало в чем продвинулись в определении его понятия, поскольку, исходя из этих Конвенций, к терроризму можно причислить практически любое насильственное преступление, что, безусловно, снижает и эффективность антитеррористических мер. Более того, Европейская конвенция по борьбе с терроризмом (1977 г.) относит к разряду террористических и те деяния, которые запрещены ранее принятыми Международными конвенциями, но, согласно последним, террористическими не названы, тем самым Европейская конвенция в какой-то мере не согласуется с Международными конвенциями.            Следует учесть, что в связи с принятием 17 декабря 1979 года Конвенции о борьбе с захватом заложников, данное преступление стало рассматриваться как самостоятельное, и возникла необходимость отграничить его от смежных преступлений, и в том числе от терроризма. И хотя в преамбуле Конвенции указывается, что захват заложников рассматривается как проявление международного терроризма, однако практика показывает, что далеко не всякий захват заложников «дотягивает» до акта терроризма в собственном значении этого понятия. Нет сомнения, что многие деяния, выразившиеся в захвате заложников, угоне или захвате воздушного судна, убийстве лиц, пользующихся международной защитой, могут стать явной разновидностью терроризма, но с той же степенью вероятности они могут приобрести и другие качества. Именно этим объясняется тот факт, что одни и те же деяния, к примеру, захват заложников и захват или угон воздушного судна, одни ученые относят к разновидностям терроризма, другие — к разновидностям пиратства, третьи — к разновидностям бандитизма, четвертые же и захват заложников и угон и захват воздушного судна, и терроризм, и пиратство рассматривают как самостоятельные преступления. И здесь трудно упрекнуть ученых в какой-то неточности или непоследовательности, поскольку то или иное значение указанные преступные деяния обретают в зависимости от той или иной совокупности объективных и субъективных признаков, характеризующих их в каждом конкретном случае. То же в полной мере относится к другим деяниям, которые в ряде Конвенций причисляются к проявлениям терроризма.              По всей видимости, используемый в Конвенциях метод определения терроризма посредством перечисления конкретных деяний, в которых он может выразиться вовне, вряд ли можно считать перспективным. В этой связи совершенно точными представляются следующие выводы, сделанные Т. С. Бояр-Созонович: «Не принижая роль и значение соответствующих международных «предметных» Конвенций по борьбе с отдельными видами и формами международного терроризма, вместе с тем нельзя не принять во внимание их ограниченность. Даже в совокупности они не представляют собой упорядоченной и скоординированной системы мер... Кроме того, по мере развития науки и техники постоянно будут возникать новые виды и формы терроризма, которые на каком-то этапе выпадут из поля действия международных «предметных» Конвенций. Таким образом, работа в данном направлении не снимает с повестки дня необходимость разработки универсального международно-правового документа, который охватил бы всю проблему в целом»9.             Отличительные признаки терроризма с достаточной степенью полноты уже охарактеризованы как в международных документах, так и в научной литературе и нашли свое законодательное закрепление в уголовном законодательстве многих государств. Поэтому основная задача научных исследований в настоящий момент состоит в том, чтобы учесть и проанализировать все эти признаки, сгруппировать их и синтезировать в общем определении терроризма, позволяющем четко отграничить его от смежных понятий, а состав терроризма — от смежных составов преступлений.     §3. Нормативная база по противодействию терроризма.     Правовую основу антитеррористической деятельности составляют Конституция Российской Федерации, Концепция национальной безопасности (утв. Указом Президента Российской Федерации от 17 декабря 1997 г. № 1300), Федеральный закон от 25 июля 1998 г. № 130-ФЗ «О борьбе с терроризмом», Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ, Федеральный закон от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции», Федеральный конституционный закон от 30 мая 2001 г. № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении», Федеральный закон от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации», Федеральный закон от 27 мая 1996 г. № 57-ФЗ «О государственной охране» и другие законы, а также общепризнанные принципы и нормы международного права, ратифицированные международные соглашения в сфере борьбы с терроризмом (перечень правовых документов и некоторые документы или фрагменты из этих документов приведены в приложении).          Важную роль в организации борьбы с терроризмом играют Концепция национальной безопасности Российской Федерации, Доктрина информационной безопасности Российской Федерации, а также нормативные правовые акты Президента и Правительства Российской Федерации, подзаконные нормативные правовые акты субъектов антитеррористической деятельности, регламентирующие отдельные направления деятельности в области борьбы с терроризмом, порядок межведомственного и международного взаимодействия в данной сфере.         Большое значение для определения места, роли и приоритетных направлений деятельности федеральных органов исполнительной власти в сфере борьбы с терроризмом, а также для организации борьбы с ним имеют Указ Президента Российской Федерации «О мерах по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН 1373 от 28 сентября 2001 года» от 10 января 2002 г. № 6, постановление Правительства Российской Федерации «О Федеральной антитеррористической комиссии» от 06 ноября 1998 г. (в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 10 декабря 2002 г. № 880), а также постановление Правительства Российской Федерации «Об утверждении перечня федеральных органов исполнительной власти, участвующих в пределах своей компетенции в предупреждении, выявлении и пресечении террористической деятельности» от 22 июня 1999 г. № 660 (в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 04 апреля 2002 г. № 215). Важное значение для обеспечения необходимой целенаправленности антитеррористической деятельности и совершенствования ее правовой основы имеет решение Верховного суда Российской Федерации «О признании террористическими пятнадцати организаций и запрещении их деятельности на территории Российской Федерации» от 14 марта 2003 г. № ГКПИОЗ-116.            Правовое обеспечение антитеррористической деятельности требует постоянного совершенствования с учетом изменений, происходящих на международной арене, международных обязательств Российской Федерации, а также социальных процессов в стране.         Для усиления борьбы с терроризмом в рамках территорий и субъектов Федерации реализуются широкие возможности по совершенствованию нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления с опорой на региональные антитеррористические комиссии. Несовершенство Федерального закона «О борьбе с терроризмом», регулирующего решение существующих в этой области проблем лишь в общей форме, создало предпосылки для издания множества подзаконных нормативных актов, включая ведомственные.  На сегодня действуют около 300 нормативных актов, в той или иной степени касающихся вопросов борьбы с терроризмом. В результате законодательство, направленное на борьбу с терроризмом, страдает отсутствием системности, отдельные его нормы не взаимосвязаны, а иногда противоречат одна другой.    Названные законы определяют правовые и организационные основы борьбы с терроризмом и экстремизмом в Российской Федерации, порядок координации деятельности осуществляющих борьбу с данными явлениями федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, общественных объединений и организаций независимо от форм собственности, должностных лиц и отдельных граждан, а также права, обязанности и гарантии граждан в связи с осуществлением борьбы с преступлениями террористического характера и проявлениями экстремизма.  В последний период МИД России проделал полезную работу в области развития межгосударственного сотрудничества по борьбе с терроризмом. К числу положительных аспектов развития сотрудничества России в этой области следует отнести установление рабочих контактов с соответствующими региональными структурами ряда западных государств, включая НАТО.  Особого внимания заслуживает развитие сотрудничества России в борьбе с терроризмом на двустороннем уровне, в частности с США и Великобританией. С этими странами Россия подписала межправительственные меморандумы о взаимопонимании и сотрудничестве в области гражданской авиации, в которых предусматриваются формы двустороннего оперативного взаимодействия в кризисных ситуациях, создаваемых акциями террористов на гражданских авиалиниях. В последнее время развиваются также связи по вопросам борьбы с терроризмом с Турцией, Италией, Францией, ФРГ, Португалией и некоторыми другими странами.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       Глава 2. Уголовно-правовая характеристика преступлений террористической направленности.

       §1. Объективные признаки терроризма.        Одним из самых важных элементов преступления, а соответственно и признаков состава является объект преступления. Всякий акт терроризма посягает одновременно на различные охраняемые законом блага и другие сферы жизнедеятельности людей, и в зависимости от того, в охране каких сфер у законодателя имеется наибольшая заинтересованность - определяются признаки основного объекта в составе терроризма. Вопрос же о том, какой объект считать основным, а соответственно и определяющим родовую принадлежность состава, является далеко не бесспорным.      Из норм УК РФ видно, что той сферой, которой, по мнению законодателя, причиняется наибольший вред актами терроризма, чаще всего признается общественная безопасность. Однако, исходя из обстоятельств самого деяния, нарушение общественной безопасности выступает для террористов хотя и первоочередным, но фактически не основным, а вспомогательным действием, способом посягательства на другой объект в сложном (составном) преступлении. «Признак двойственного характера объекта посягательства в терроризме (непосредственным являются отдельные граждане или материальные объекты, конечным - элементы конституционного строя, порядок управления, общественные институты), - замечает В. Е. Петрищев, - на наш взгляд, очень важен, ибо он позволяет четко дифференцировать социально-политические и правовые оценки проявлений действительно террористических и весьма схожих с ними по объективной стороне общеуголовных составов преступлений»10. Общественная безопасность не может быть основным объектом терроризма. Запугивание при терроризме, выступает не самоцелью, а средством достижения цели оказания влияния на основной объект, чем реализуется понуждение соответствующих лиц к выгодным для террористов решениям. Основным же объектом терроризма являются национальные и наднациональные институты (в их различных вариантах), посягая на которые посредством воздействия на непосредственный объект, виновные лица достигают или стремятся достигнуть главной цели нарушения их неприкосновенности. Терроризм относится к той категории составных преступлений, в которых посягательство на один объект (общественную безопасность) служит способом причинения вреда другому объекту - основному. А в таких случаях, как отмечает Н. И. Панов, «способ является дополнительным, вспомогательным действием, обеспечивающим осуществление основного действия, образуя с ним разновидность сложного действия. Из этого вытекает, что способ в сложном действии представляет собой элемент структуры, т. е. часть сложного действия, и в пределах последнего выполняет свойственную ему функцию - обеспечение исполнения основного действия, с которым он внутренне связан, образует с ним неразрывное единство»11.          Получается, что вопреки канонам уголовно-правовой науки при отнесении терроризма к преступлениям против общественной безопасности законодатель наделяет фактически дополнительный объект, посягательство на который служит способом посягательства на какой-то основной, признаками основного объекта.           В качестве признаков дополнительного обязательного объекта состава терроризма следует предусмотреть деятельность органа государственной власти, международной организации, а также физического или юридического лица или группы лиц. Признаками дополнительного факультативного объекта в составе терроризма могут выступать жизнь, здоровье, имущество и т. д. Как заметил А. В. Щеглов, «объект террористических посягательств всегда обладает двойственным характером, ибо включает в себя непосредственные жертвы террористов или разрушаемые ими материальные ценности и общий объект, в качестве которого выступают элементы конституционного строя (порядок управления, территориальная целостность или политическое устройство государства, его военная или экономическая мощь, финансовая система и т. д.)»12. Поэтому не следует упускать из виду тот технический прием перемены местами признаков основного и дополнительного объектов, который законодатель в данном случае применил в порядке исключения.   При определении признаков объекта учитывается не только то, на что реально посягает конкретное преступное деяние, но и другие элементы преступления. Опасность деяния, определяется не только важностью объекта посягательства, но также, в ряде случаев, способом действия, тяжестью причиненного вреда, характером вины и мотивов, обстановкой совершенного деяния.            Одни ученые считают, что основным объектом этих преступлений является общественная безопасность, а в качестве дополнительных могут быть жизнь, здоровье, собственность, другие полагают, что единственным объектом здесь выступает общественная безопасность, поскольку без причинения вреда таким благам, как жизнь, здоровье людей, собственность и т. д. не может быть посягательства на общественную безопасность.      Следует заметить, что предусмотренные в статьях УК цели актов терроризма нельзя рассматривать как исключительно субъективные моменты этих деяний, поскольку реализация этих целей объективируется вовне путем осуществления реальных действий - создания обстановки страха, предъявления конкретных требований, понуждения к выполнению этих требований. Цель не может быть достигнута без осуществления реальных действий, направленных на ее реализацию, и на это прямо указывается во многих научных исследованиях.            Таким образом, охарактеризовать объективную сторону терроризма без учета субъективных моментов невозможно, поскольку объективная сторона тесно связана с его субъективной стороной. Эта связь имеется при совершении любого преступления, поскольку субъективная сторона порождает, направляет и регулирует объективную сторону преступления. Объективная сторона служит практическим осуществлением преступных намерений субъекта. Особенно наглядно это видно в тех умышленных преступлениях, которые совершаются по заранее намеченному плану. Таким, особенно наглядным преступлением и является терроризм.

       §2. Субъективные признаки терроризма.        Субъектом преступления может быть названо лишь физическое вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности.     Согласно ст. 20 УК РФ ответственность за терроризм наступает с 14 лет.     Возраст и вменяемость лица являются общими признаками субъекта преступления. Признаки специального субъекта терроризма имеют место только в ст. 24 Проекта Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, разработанного в ООН, где в качестве субъекта международного терроризма названо лицо, которое как агент или представитель государства совершает или отдает приказ о совершении указанных в статье действий.    Тот факт, что представители государственной власти порой оказывают содействие террористам и их организациям, порождает в научной литературе полемику о субъектах такого рода терроризма, и в частности, о возможности отнесения к ним государства как такового, а соответственно и об уголовной ответственности за подобные деяния.       Субъективная сторона преступления - это внутренняя сторона преступления, т. е. психическая деятельность лица, отражающая отношение его сознания и воли к совершенному им общественно опасному деянию и его последствиям. Содержание субъективной стороны состава преступления характеризуют такие юридические признаки, как вина, мотив и цель совершения преступления. Содержанием же субъективной стороны преступления как явления реальной действительности охватываются и другие компоненты психической деятельности, которые порой находят законодательное закрепление в тех или иных составах. В литературе отмечается, что особое место в субъективной стороне преступления занимают эмоции, т. е. переживания лица, сопровождающие подготовку преступления и процесс его совершения.             Некоторыми учеными субъективная сторона преступления отождествляется с виной, в которую, по их мнению, входит мотив и цель. Другие ученые отождествляют вину с виновностью и всеми чертами, характерными для виновности как оборотной стороны общественной опасности и сущностного признака преступления, наделяют понятие вины, т. е. причина разногласий здесь состоит в употреблении одного и того же термина к различным уголовно-правовым категориям.     Осознание общественно опасного характера столь сложного деяния как терроризм включает в себя осознание многообъектности посягательства и общеопасного способа исполнения первоначального действия, а также осознание того, что это действие может породить состояние страха среди населения на уровне социально-психологического фактора и способствовать оказанию воздействия на адресата требований.      Предвидение общественно опасных последствий терроризма - это представление о тех событиях и тех последствиях, которые могут произойти в будущем с неизбежностью или с той или иной долей вероятности: возникновение общеопасного вреда, могущего повлечь невинные жертвы или иные тяжкие последствия, либо создание реальной опасности его причинения, порождение в обществе состояния страха, напряженности, причинение вреда адресатам требований.     Умышленное лишение жизни людей при совершении террористического акта рассматривается как самостоятельный состав и должно квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных ст.205 и 105 УК. Однако с учетом того, что терроризм в большинстве случаев сопровождается умышленным убийством людей целесообразно, как нам кажется, дополнить п. «в» ч.2 ст.105 УК РФ квалифицирующим признаком «сопряженное с терроризмом». Данная норма во многом усилит уголовную ответственность террористов и позволит решить многие вопросы, связанные с террористическими действиями.

 

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       Глава 3. Проблемы квалификации преступлений террористического  назначения.

       §1. Квалификация, виды терроризма.         Исключительная сложность, многообразие форм, политические противоречия в оценке определяют и отсутствие единого подхода к классификации видов терроризма. Зарубежные и отечественные философы, политологи, историки, юристы классифицируют и систематизируют терроризм на разных срезах, предлагая специфические критерии классификации, что, естественно, отражает сложность и многомерность этого явления. При таком многообразии и иногда несовместимости подходов такая многогранность исследования проблемы позволяет, в свою очередь, ученым-юристам с наибольшей обоснованностью выявить общественную опасность терроризма и те его признаки, которые значимы в уголовно-правовом аспекте, для придания им юридического характера признаков состава преступления.    На Межамериканской конференции по правам человека, посвященной проблемам терроризма и защите от него населения, было названо три формы терроризма: социальный, политический, идеологический.      Политолог Д.В. Ольшанский13 к наиболее «крупным» видам терроризма относит:

       а) политический - террористические действия разного рода, имеющие целью оказание влияния на политических лидеров, власти или проводимую ими политику, вынудить те или иные политические действия или властные решения,

       б) информационный - прямое воздействие на психику и сознание людей в целях формирования нужных мнений и суждений, определенным образом направляющих поведение людей,

       в) экономический - различные дискриминационные экономические действия, имеющие целью оказание влияния на экономических конкурентов, социальные группы и слои населения, а также на государства и их лидеров с целью достижения конкретных экономически выгодных для террористов решений,

       г) социальный (бытовой) терроризм - разгул уличной преступности, нарастающий криминалитет, общая социальная нестабильность и массовая бытовая неустроенность.      Л.В. Сердюк14 выделяет бескорыстный терроризм, в качестве примера которого называет деятельность русских революционеров-террористов в начале XX века. При этом, по мнению автора, очевиден положительный момент фанатической деятельности революционеров-террористов – он в их бескорыстии, в стремлении к социальной справедливости для всех людей государства.            В юридической литературе можно встретить такое понятие как суицидный терроризм, который определяют, как готовность пожертвовать своей жизнью в интересах достижения определенной политической цели.   В настоящее время существует около десяти религиозных и светских террористических групп, которые способны использовать суицидный терроризм как тактический прием в борьбе против своего или иностранного правительства. К таким группам относятся: Исламское движение сопротивления («Хамас») и «Палестинский исламский джихад», на оккупированных Израилем территориях «Хезболлах» («Партия Аллаха») в Ливане; «Египетский исламский джихад» и «Гамайя исламия» («Исламская группа») в Египте; «Вооруженная исламская группа» (GIA) в Алжире; международная группа «Барбар Халса» (BKI) в Индии; «Тигры освобождения Тамила» (LTTE) в Шри-Ланке; Рабочая партия Курдистана (РКК) в Турции; сеть ячеек террористической организации Усамы бен Ладена «Аль-Каида» в Афганистане. Примером суицидного терроризма могут служить известные трагические события, которые произошли в Нью-Йорке, Вашингтоне и Пенсильвании (США) 11 сентября 2002 года, когда пассажирские самолеты, захваченные террористами-смертниками были направлены в жизненно важные объекты, в результате чего погибло (большинство из них пока считаются пропавшими без вести) почти 7 тысяч человек. Из них: 266 погибли в захваченных самолетах, более 200 – в Вашингтоне, 6 333 – в Нью-Йорке.    В юридической литературе выделяют технологический терроризм, под которым понимают незаконное использование ядерного, химического, бактериологического (биологического) оружия или его компонентов, ядерных, радиоактивных, высокотоксичных химических веществ, патогенных микроорганизмов, а также выведение из строя, разрушение или захват ядерных, химических или иных объектов, систем жизнеобеспечения городов и промышленных центров для достижения политических, экономических и иных целей. Как отмечает А.К. Микеев15, анализ тенденций развития преступности, оперативной и социально-экономической обстановки в стране позволяет сделать вывод о том, что потенциально опасные объекты могут стать мишенями для возможных акций террористов. При этом в настоящее время весьма вероятной становится угроза радиационного терроризма путем незаконного овладения ядерными материалами, отходами ядерного производства и изотопной продукции.         К.Н. Салимов16 выделяет криминальный терроризм. По мнению автора, предложенный им вид терроризма, будучи высшей формой проявления организованной преступности, может проявляться как крайняя мера преступных разборок и не является лишь сопутствующим элементом корыстно-насильственной преступности. Террористические преступные формирования, занимающиеся криминальным терроризмом, как пишет К.Н. Салимов,17 в разборках с конкурентами из-за продукции или сферы влияния обычно используют оружие и взрывчатку, нередко совершая преступления принародно, «иногда даже на глазах властей и правоохранительных органов».                Н.Д. Литвинов18 вводит понятие антигосударственный терроризм, под которым автор понимает: целенаправленную деятельность отдельных лиц или организационных формирований, направленную на изменение социально-экономической формации, разрушение государственной идеологии, изменение формы правления и государственно-политического режима, разрушение территориальной целостности, нарушение функционирования государства и осуществляемую криминальными (террористическими) способами. Данная точка зрения, на наш взгляд, небесспорна. Во-первых, определение, которое предложенно автором больше применимо к понятию экстремизм, определение которого дано в Федеральном законе России «О противодействии экстремистской деятельности», и в некоторой степени совпадает с определением автора. Во-вторых, само понятие антигосударственный терроризм, предложенное автором, представляется весьма сомнительным. При этом анализ работы Н.Д. Литвинова, позволяет сделать вывод о том, что автор отождествляет два разных понятия: терроризм и террор. По нашему мнению, это две самостоятельные категории со своим содержанием, о чем говорилось выше, поэтому их отождествление недопустимо. По мнению В.В. Лунеева существующий терроризм можно подразделить на: политический; международный; национальный и религиозный; государственный; стихийный и организованный; воздушный; уголовный.      Такая классификация построена на нарушении принципа одинаковости логического основания: смешиваются виды терроризма и их формы. Многие из указанных видов терроризма не могут быть предметом права (например, государственный внутренний терроризм в отношении граждан своего государства). Поскольку международное право не признает государство в качестве субъекта преступлений – понятие «государственный терроризм» представляется некорректным, - отмечает В.П. Емельянов19. В этой классификации смешиваются виды терроризма и формы его реализации. Например, любой вид терроризма – международный, политический может быть и стихийным и организованным. По мнению В.П. Емельянова, в юридической науке существует неточная классификация терроризма, когда наряду с государственным, политическим, религиозным и т.п. терроризмом выделяется еще и уголовный терроризм. Всякий терроризм, верно утверждает В.П. Емельянов, уголовный, а никакого неуголовного терроризма не существует. Но сам уголовный терроризм может иметь подразделение по мотивации (политическая, религиозная, экономическая и т.д.) и по субъекту преступления (совершенный гражданином своей страны или иностранцем, лицом, не обладающим какими-либо полномочиями либо представителем каких-либо государственных структур).           Зарубежные исследователи выделяют следующие виды терроризма:    а) психический и преступный (Дж. Белл);        б) революционный, субреволюционный и репрессивный (П. Уилкинсон, Р. Шульц);  в) ядерный, экономический, технологический, экологический и др.    По нашему мнению, терроризм можно классифицировать на следующие самостоятельные виды:              1) по территориальному признаку:

              а) международный;          б) внутригосударственный;           2) в зависимости от преступной мотивации:      а) политический;           б) религиозный;           в) националистический;         г) экономический.         Таким образом, при всем многообразии видов терроризма, дискуссия по проблемам классификации видов терроризма свидетельствует о необходимости дальнейших исследований в юридической науке этих проблем, так как их разработка обусловлена, в том числе и острой практической необходимостью.  

       §2. Разграничения со смежным составом.         Разграничение терроризма и смежных с ним преступлений представляет собой значительную сложность.            Законодатель выделяет несколько составов преступлений, смежных с терроризмом. Рассмотрим подробнее каждый из них.       1. Отграничение терроризма от убийства при отягчающих обстоятельствах. Наиболее сложным представляется разграничение терроризма с убийством лица или его близких, в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга, совершенным общеопасным способом, с убийством по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (ч. 2 ст. 105 УК РФ).           Представляется, что разграничение составов в случаях, когда лишаются жизни лица, выполняющие свой служебный или общественный долг, следует искать в субъективной стороне содеянного, а именно – в цели совершаемых действий, которые создают опасность гибели людей, в том числе путем взрыва, поджога и иных подобных действий.        2. Отграничение терроризма от захвата заложников. На практике определенные трудности представляет разграничение терроризма и захвата заложников, двух самостоятельных составов преступлений.   Для квалификации деяния как терроризма необходимо, помимо прочих указанных в ст. 205 УК РФ обстоятельств, наличие одной из следующих целей: 1) нарушение общественной безопасности; 2) устрашение населения; 3) оказание воздействия на принятие решения органами власти.     3. Отграничение терроризма от бандитизма. Определенные трудности вызывает и разграничение таких очень схожих по многим признакам преступлений, как терроризм и бандитизм.       Бандитизм – это организация вооруженных банд с целью нападения на предприятия, учреждения, организации либо отдельных лиц, а равно участие в таких бандах или совершаемых ими нападениях. Объектом бандитизма также является общественная безопасность.        Основными разграничивающими признаками этих преступлений выступают элементы объективной стороны и цели совершения преступлений. Обязательный признак объективной стороны бандитизма – создание организованной устойчивой вооруженной группы из двух и более лиц, заранее объединившихся для нападения на граждан или организации (банды). При терроризме создание террористической группировки – лишь подготовление к квалифицированному терроризму, а террористический акт, совершенный организованной группой, - квалифицированный терроризм.     Нападение – основное общественно опасное действие бандформирований. Терроризм не связан с насилием над конкретными людьми и представителями государственных и общественный организаций, он, скорее, представляет собой «рассеянную» угрозу или опасность населению, обществу.  Вооруженность – обязательный признак бандитизма, в то время как при терроризме возможны действия, не связанные с наличием или применением оружия. Целями бандитских нападений являются различные корыстные интересы: завладение имуществом, оружием, наркотиками, запугивание предпринимателей и т.п.           4. Отграничение терроризма от диверсии. По законодательной обрисовке действия (совершение взрыва, поджога или иных действий, направленных на разрушение или повреждение предприятий, сооружений, путей и средств сообщения, средств связи, объектов жизнеобеспечения населения в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности Российской Федерации) диверсия почти полностью совпадает с терроризмом. Но, если в ст. 281 УК РФ, говорящей о диверсии, дан исчерпывающий перечень преступных действий, то к терроризму, кроме названных непосредственно в ст. 205 УК РФ, относятся еще самые разнообразные иные действия.      Диверсия окончена в момент самого причинения вреда, главной составляющей которого является причинение материального ущерба; терроризм не окончен в момент создания опасности наступления общественно опасных последствий. Целью диверсии является самоуничтожение или повреждение материальных объектов, чтобы непосредственно таким путем подорвать мощь государства; терроризм не преследует цель убить, уничтожить, повредить, главное – запугать население, воздействовать на принятие решения органами власти, поэтому террористу достаточно создания опасности, хотя, как уже ранее отмечалось, террористические действия не всегда заканчиваются только созданием опасности. Существенным разграничивающим признаком является демонстративность, ультимативность действий при терроризме.      Различие между рассматриваемыми преступлениями состоит и в объекте посягательства – общественная безопасность при терроризме и экономическая безопасность России – при диверсии.          5. Отграничение терроризма от посягательства на жизнь государственного и общественного деятеля. В УК СССР убийство государственного или общественного деятеля или представителя власти в связи с его государственной или общественной деятельностью, совершенное с целью подрыва или ослабления советской власти, называлось террористическим актом и рассматривалось как проявление терроризма, способное ослабить власть. Аналогично террористическим актом считалось и убийство представителя иностранного государства.         Разграничение терроризма (ст. 205 УК РФ) и посягательства на жизнь государственного и общественного деятеля (ст. 277 УК РФ) следует проводить как по субъективным признакам (целям действия), так и объективным: объекту и самим действиям (объективной стороне).       Цель политического убийства – стремление добиться прекращения государственной ли общественной деятельности конкретного лица путем его убийства.           Объективная сторона сравниваемых преступлений может выражаться как во внешних совпадающих, так и в различных действиях.    Например, взрыв может быть как следствием угрозы, запугивания, так и способом убийства. Но в первом случае взрыв носит демонстративный характер, и пострадать от него могут случайные люди. Во втором – это способ убийства конкретного лица, государственного или общественного деятеля.  Убийство этих лиц возможно также и другим способом: выстрелом, путем отравления, удушения и т.д.; терроризм же реализуется, согласно ст. 205 УК РФ, посредством взрыва, поджога и иных общественно опасных действий. С учетом оценки этих различий законодатель поместил преступления в различные разделы и главы УК РФ, отразив тем самым, что объектом терроризма является общественная безопасность, а объектом индивидуального террористического посягательства на жизнь государственного и общественного деятеля является конституционный строй, государственная безопасность и жизнь человека.             6. Заведомо ложное сообщение об акте терроризма.     В работе Г.В. Овчинниковой20 анализу этого вида преступления отводится целый раздел, так как автор обращает внимание на то, что в последнее время в обществе получило широкое распространение это преступление, и в юридической науке необходима классификация его признаков для действенной практической борьбы с ним. Несмотря на то, что сообщение об акте терроризма ложное и за ним не стоит реальная опасность наступления ущерба общественной безопасности, которая характерна для истинного терроризма, тем не менее, такому объекту как общественная безопасность причиняется ущерб: возникновение паники, страха, дезорганизации в работе транспорта, учреждений – все это создает тот же психологический дискомфорт, ощущение незащищенности, являющиеся составными общественной безопасности при самом терроризме. Кроме того, причиняется и материальный ущерб в связи с необходимостью проверки факта опасности (проверка заминированности объекта, эвакуация людей и прочее).  Необходимый признак, характеризующий объективную сторону преступления – ложность сообщения. Этот признак является объективно-субъективным, поскольку, во-первых, сообщение не соответствует действительности, во-вторых, информатор заведомо знает об этом (как правило, эта информация плод его вымысла). Ложное сообщение об акте терроризма – это умышленное преступление, мотивы которого могут быть не только террористической направленности, но и иные (хулиганские, месть, даже корысть). Таким образом, необходимо проводить разграничение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 205 УК РФ и ст. 207 УК РФ.       Г.В. Овчинникова предлагает проводить разграничение по трем признакам:               1. Угрозу совершить террористические действия высказывают сами террористы. Заведомо ложное сообщение об угрозе взрыва, поджога и т.д. исходит от других лиц, информирующих о якобы подготавливаемых кем-то террористических действиях.            2. Мотивы и цели действий, предусмотренных ст. 205 УК РФ, - ущерб общественной безопасности, запугивание населения и др. Преступление, предусмотренное ст. 207 УК РФ, возможно и из хулиганских побуждений, и как легкомысленное проявление подросткового озорства (телефонные звонки о заминировании школ, вузов) и т.д.           3. Терроризм является преступлением, в котором последствие включено в элементы объективной стороны его состава: в виде опасности, в виде ее реального воплощения и различных последствий; состав преступления заведомо ложного сообщения – чисто формальный, ответственность наступает независимо ни от факта наступления последствий, ни от их характера.    Санкции за ложное сообщение об акте терроризма свидетельствуют, о сравнительно невысокой степени его общественной опасности, однако широкое распространение в последние годы этих действий вызывает известную тревогу правоохранительных органов. Представляется необходимым законодателю ужесточить наказание за это преступление, а также вести более действенно через средства массовой информации профилактическую работу в этом направлении.        
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       Заключение             Анализ научной литературы, международных документов и национальных нормативно – правовых актов, показывает, что терроризму, как деянию, свойственны следующие четыре отличительных признака.     Первой отличительной чертой терроризма является то, что он порождает опасность, возникающую в результате совершения общеопасных действий либо угрозы таковыми. Опасность при этом должна быть реальной и угрожать неопределенному кругу лиц.             Вторая отличительная черта терроризма - это публичный характер его исполнения. Другие преступления обычно совершаются без претензий на огласку, а при информировании лишь тех лиц, в действиях которых имеется заинтересованность у виновных. Терроризм же без широкой огласки, без открытого предъявления требований не существует. Терроризм в настоящее время - это, бесспорно, форма насилия, которая рассчитана на массовое восприятие. Поэтому когда правоохранительные органы на практике имеют дело с общеопасными деяниями неясной этимологии, то чем больше неясностей, тем меньше вероятности, что это акты терроризма.       Наряду с порождением общей опасности и публичным характером действий следующим отличительным и самым важным признаком терроризма является преднамеренное создание обстановки страха, подавленности, напряженности. «Совершенно разные цели, - пишет Ю.М. Антонян, - могут преследоваться при нападении на государственных и политических деятелей, сотрудников правоохранительных органов и «рядовых» граждан при уничтожении или повреждении заводов, фабрик, предприятий связи, транспорта и других аналогичных действиях, но о терроризме можно говорить лишь тогда, когда смыслом поступка является устрашение, наведение ужаса. Это основная черта терроризма, его специфика, позволяющая отделить его от смежных и очень похожих на него преступлений»21. Причем создается эта обстановка страха, напряженности не на индивидуальном или узкогрупповом уровне, а на уровне социальном и представляет собой объективно сложившийся социально-психологический фактор, воздействующий на других лиц и вынуждающий их к каким-либо действиям в интересах террористов или принятию их условий.  Игнорирование указанных обстоятельств приводит к тому, что к терроризму порой относят любые действия, породившие страх и беспокойство в обществе. Однако терроризм тем и отличается от других порождающих страх преступлений, что здесь страх возникает не сам по себе в результате получивших общественный резонанс деяний и создается виновным не ради самого страха, а ради других целей и служит своеобразным объективным рычагом воздействия, причем воздействия целенаправленного, при котором создание обстановки страха выступает не в качестве цели, а в качестве средства достижения цели. Благодаря созданной обстановке страха террористы стремятся к достижению своих целей, причем не за счет собственных действий, а благодаря действиям иных лиц, на кого призвано оказывать воздействие устрашение, поэтому в отличие от других преступлений здесь наличествует страх иного рода.            И еще одной отличительной чертой терроризма является то, что при его совершении общеопасное насилие применяется в отношении одних лиц или имущества, а психологическое воздействие в целях склонения к определенному поведению оказывается на других лиц, то есть насилие здесь влияет на принятие решения потерпевшим не непосредственно, а опосредованно - через принятие (хотя и вынужденно) волевого решения самим потерпевшим лицом вследствие созданной обстановки страха и выраженных на этом фоне стремлений террористов. Именно ради достижения того результата, который террористы стремятся получить за счет действий этих лиц, и направляется их деятельность на создание обстановки страха путем совершения или угрозы совершения общеопасных действий, могущих привести к невинным жертвам и иным тяжким последствиям. При этом воздействие на лиц, от которых террористы желают получить ожидаемый результат, может быть как прямым, так и косвенным.             Таким образом, резюмируя существующие научные положения и международные и национальные нормативно - правовые акты, представляется возможным остановится на следующем обобщающем определении терроризма как явления, выраженного в деянии: терроризм - это публично совершаемые общеопасные действия или угрозы таковыми, которые направлены на устрашение населения или социальных групп, в целях прямого или косвенного воздействия на принятие какого-либо решения или отказ от него в интересах террористов.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       Список  литературы

  1. Антонян Ю.М. Терроризм. Криминологическое и уголовно-правовое исследование. М., 2004
  2. Антонян. Ю.М. Терроризм: психологические корни и правовые оценки // Государство и право. 2006. №4.
  3. Бояр-Созонович Т.С. Международный терроризм: политико-правовые аспекты. Одесса. 1991.
  4. Будницкий О.В. История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях. Ростов-на-Дону, 2007.
  5. Витюк В.В. Социальная сущность и идейно-политическая концепция современного «левого» терроризма. Автореф. канд. дис. М., 2007.
  6. Горбунов Ю.С. К вопросу о квалификации терроризма // Московский журнал международного права. 1993.№1
  7. Горбунов Ю.С. К вопросу о квалификации терроризма // Московский журнал международного права. 1993.№1
  8. Емельянов В.П. Особенности объективной стороны терроризма // Государство и право. 1998. №8.
  9. Емельянов В.П. Особенности объективной стороны терроризма // Государство и право. 1998. №8.
  10. Емельянов В.П. Терроризм и преступления террористической направленности. Харьков, 1997.
  11. Змеевский А.В. Международно-правовая борьба с терроризмом // Международное право в современном мире. М., 2006.
  12. Качмазов О. Уголовная ответственность за терроризм / Законность.2004. N4.
  13. Кириллов И.А. О проблеме причин терроризма. // Сибирский юридический вестник, 2002. № 2.
  14. Комиссаров В.С. Терроризм, бандитизм, захват заложника. - М., 2005.
  15. Конституция РФ.
  16. Короткова М. Региональное сотрудничество стран СНГ в области борьбы с терроризмом. // Мировое сообщество против глобализации преступности и терроризма. – М.: "Междунар. отношения", 2002.
  17. Кудоев А. Ответственность за заведомо ложное сообщение об акте терроризма // Российская юстиция. 2007. N10.
  18. Литвинов Н.Д. Международный терроризм. М., 1999.
  19. Лунеев В.В. Тенденции терроризма и уголовно-правовая борьба с ним. // Государство и право, 2002. № 6.
  20. Ляхов Е.Г. Терроризм и межгосударственные отношения. – М.: "Международные отношения", 1991.
  21. Ляхов Е.Г. Проблемы сотрудничества государств» в борьбе с международным терроризмом. М., 1979.
  22. Мальцев В.В. Терроризм: проблема уголовно-правового регулирования. // Государство и право, 1998. № 8.
  23. Микеев А.К. Технологический терроризм - современная реальность. // Терроризм: современные аспекты. СПб., сб. науч. статей. М., 2005.
  24. Моджорян Л.А. Терроризм и национально-освободительное движение // Государство и право. 1998. N3.
  25. Овчинникова Г.В. Терроризм. Санкт-Петербург, 2004.
  26. Ольшанский Д. В. Психология терроризма. М., 2002.
  27. Ольшанский Д.В. Психология терроризма. – СПб.: Питер, 2002.
  28. Панов Н. И. Способ совершения преступления и уголовная ответственность. Харьков, 1982.
  29. Петрищев В.Е. Правовые и социально-политические проблемы борьбы с терроризмом // Государство и право. 2002.N3.
  30. Салимов К.Н. Современные проблемы терроризма. – М.: Издательство "Щит-М", 1999.
  31. Салимов К.Н. Современные проблемы терроризма. М., 2001.
  32. Сердюк Л.В. Насилие: криминологическое и уголовно-правовое исследование. М., 2002.
  33. Уголовный кодекс Российской Федерации
  34. Устинов В. Экстремизм и терроризм: проблемы разграничения и классификации. // Российская юстиция, 2002. № 5.
  35. Щеглов А. В. Анатомия терроризма: проблемно-психологический анализ. № 5. 2000.
Проблемы квалификации преступлений террористической направленности