Психологические закономерности процессов восприятия

31

33

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

имени М.А. ШОЛОХОВА

Факультет психологии

Кафедра общей и практической психологии

Курсовая  работа по дисциплине «Общая психология»

«ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ ПРОЦЕССОВ ВОСПРИЯТИЯ»

Выполнил:

студент 2 курса

дневного  отделения

Научный руководитель:

Профессор

Е.А.Сорокоумова

Москва

2009

О  Г  Л  А  В  Л  Е  Н  И  Е

Введение……………………………………………………………………..….3

Глава I. Обзор психологических изучений восприятия …..……...……...5

1. Понятие восприятие………………………………………………...…..5
1. Анализ теории  восприятия в зарубежной и отечественной

психологии……………………………………………………………….…. 5

1.1.2. Свойства восприятия…………………………………………………7

2. Теории восприятия……………………………..…………………........9
3. Взаимосвязь восприятия и интеллекта…………………………….…14

Глава II. Эмпирическое исследование взаимосвязи между процессом восприятия и интеллектом……………….………….………….19

1. Цели, задачи и методы исследования……..……………………….....19
2. Процедура исследования…………..……...……………………..……20
3. Обработка и анализ результатов………………...……………..……..21

Заключение ……………….…………………………………………….………30

Литература…..…………………………………………………………………..32

Введение

Актуальность исследования заключается в том, что среди психических процессов человека, памяти, внимания, мышления, восприятие занимает особое место. Его можно назвать основой человеческого познания. Видимый и слышимый мир не входит в человека непосредственно. Для его восприятия необходим психический образ, элементами которого затем «оперируют» другие познавательные процессы. Деятельность человеческого восприятия специально направлена на создание такого образа внешней среды, объективного мира. Для того, чтобы создать единый, одновременно постоянный и динамичный образ среды необходима активная работа психики. Человек живет не в мире изолированных световых или цветовых пятен, звуков или прикосновений, он живет в мире вещей, предметов и форм, в мире сложных ситуаций. Все, что бы человек ни воспринимал, неизменно предстает перед ним в виде целостных образов. Опираясь на совместную работу органов чувств, происходит синтез отдельных ощущений в сложные комплексные системы. Лишь в результате такого объединения изолированные ощущения превращаются в целостное восприятие, переходят от отражения отдельных признаков к отражению целых предметов или ситуаций. Следовательно, можно предположить, что в процессе восприятия значительную роль играет интеллект. Первым вопрос о взаимосвязи восприятия и интеллекта поставил Гельмгольц. Вскоре, правда эту теорию в свое время опроверг Геринг, но на этом вопрос не остался без внимания, и различные школы еще долгое время неоднозначно изучали эту взаимосвязь, то подтверждая, то опровергая друг друга.

Цель исследования состоит в изучении взаимосвязи процессов восприятия с интеллектом.

Объект исследовании: зрительное восприятие.

Предмет  исследования: проявления особенностей зрительного восприятия в интеллекте.

Задачи исследования:

1. Провести анализ психолого-педагогической литературы по изучению восприятия и интеллекта.
2. Подбор методов исследования.
3. Проведение эксперимента.
4. Обработка полученных результатов и их анализ.
5. Сделать выводы.

Гипотеза исследования состоит в том, что существует взаимосвязь между уровнем иллюзорного эффекта и интеллектом.

Методики исследований. Для определения уровня процесса восприятия применялась методика Мюллера-Лайера «иллюзорный эффект» [25, с. 45], для определения уровня интеллекта использовались методики Т.В.Козловой «интеллектуальная лабильность» [13, с. 254] и методика Дж. Айзенка «коэффициент интеллекта» [13, с. 347].

Теоретические основы исследования составили труды хорошо известных  как наших  соотечественников, так и зарубежных авторов. Среди российских ученых это труды Леонтьева А.Н. «Деятельность, сознание, личность»; Выготского Л.С., Павлова И.П., Сеченова И.М., Лурия А.Р., Рубинштейна С.Л., Ананьева Б.Г. и многие другие. Из иностранных авторов, в данной работе были использованы труды таких авторов как Пиаже Ж., Рок И., Грегори Р.Л., Дж. Гибсон, Вертгеймер М., Шиффман Х.Р. и другие.

Практическая значимость исследования. Если подтвердится гипотеза, то появятся возможности делать заключения о параметрах интеллекта за счет определения уровня восприятия. Это поможет подойти к вопросу об интеллекте с другой стороны, со стороны восприятия. Можно предположить, что возможно будет путем развития восприятия на ранних стадиях, воздействовать на становление интеллекта. Это может быть использовано специалистами психологами в учебных учреждениях, в особенности в детских садах. 

Глава 1. Обзор психологических изучений восприятия

1. Понятие восприятия в психологии

1.1.1. Анализ теории восприятия в зарубежной и отечественной психологии

Старинное изречение «Nihil in intellectu, quod non ante in sensu» («Ничто не бывает в уме, чего раньше не было в ощущении»), хотя и представляет собой упрощение, вряд ли приемлемое в наше время, все-таки содержит некоторую долю истины. Д.Адам писал, что информация о внешнем мире может попадать в головной мозг, т.е. в перерабатывающий ее центр, только через сенсорную систему, которую можно, поэтому считать воротами сознания или – на языке кибернетики – его входным устройством. [1, с. 9]

Изучив труды по исследованию восприятия можно привести несколько вариантов определения понятия “восприятие”:

К.К.Платонов говорил о том, что, человек воспринимает предмет в целом, включая в это восприятие не только комплексы ощущений, свойственные животным и уже у них дающие целостный, предметный и константный образ, но и понятие о воспринимаемом. Суждение как простейший акт мышления опирается на восприятия. Но последние в свою очередь включают в себя понятия. Восприятие в отличие от ощущений и их комплексов второсигнальная и потому только человеческая форма отражения. Вот почему называть комплексы ощущений животных восприятиями неточно, хотя это и широко принято. [24]

И.П.Павлов писал, что: «Восприятие  – это есть то, что у меня получается в мозге, когда раздражение оказывается  не одно, а связанное с другим раздражением и с бывшими следами. На этом основании я представляю  себе внешний предмет. Это будет  восприятие. То, что окончательно внутренней обработкой получается». [21, с. 382]

А.Р.Лурия рассматривал восприятие с физиологической точки зрения следующим образом, что процесс восприятия имеет сложное строение: он начинается с того, что доходящая до центрального мозгового аппарата структура возбуждений дробится на огромное число составляющих частей, которые подвергаются кодированию и синтезу в определенные подвижные системы. [18] Этот процесс отбора и синтеза признаков носит активный характер, он осуществляется под влиянием задач, стоящих перед субъектом, и опирается на участие готовых кодов (прежде всего кодов языка), включающих воспринимаемое в ту или другую систему и придающих ему обобщенный, категориальный характер.

С.Л.Рубинштейн говорил, что восприятие является чувственным отображением предмета или явления объективной действительности, воздействующей на наши органы чувств. Восприятие человека – не только чувственный образ, но и осознание выделяющегося из окружения противостоящего субъекту предмета. Осознание чувственно данного предмета составляет основную, наиболее существенную отличительную черту восприятия. Восприятие не только связано с действием, с деятельностью – и само оно специфическая познавательная деятельность сопоставления, соотнесения возникающих в нем чувственных качеств предмета. В восприятии чувственные качества как бы извлекаются из предмета – для того, чтобы тотчас же быть отнесенными к нему. Восприятие – это форма познания действительности. [28]

Таким образом, можно обратиться к теории деятельности А.Н.Леонтьева, в которой он говорил, что за восприятием лежит как бы свернутая практика и что осязающая рука или глаз не теряются в своих  объектах  только потому, что научаются выполнять перцептивные действия и операции,  сформировавшиеся в практике. [17] Но именно эти идеи и приближают нас к пониманию действительной природы человеческого восприятия.

Хотя деятельность восприятия есть деятельность особая в  том  смысле, что в своих развитых формах она непосредственно не связана с  практическим воздействием человека на предмет и имеет в качестве своего  продукта субъективный образ предмета (т.е. продукт идеальный), она все же является подлинно предметной деятельностью, подчиняющейся своему предмету.

А.Н.Леонтьев говорил, что нельзя согласиться с высказываемым иногда  утверждением,  что предметность восприятия есть результат "объективизации" психического образа, т.е. что воздействие вещи сначала порождает ее чувственный  образ, а затем этот образ относится субъектом к миру, "проецируемому на  оригинал". [17]

Центральное значение для отражения  объективной действительности, ориентации в ней и регуляции действий имеют психические процессы (восприятие, память, мышление, эмоции и т. д.), носящие вероятностный характер и зависящие от многих факторов, одним из которых является возраст. Ананьев Б.Г. писал, что любой психический процесс формируется как определенная констелляция психофизиологических функций (сенсорных, мнемических, вербальных, тонических и т.д.). [2, с. 112]

1.1.2. Свойства восприятия

Предметность – способность  человека воспринимать мир не в виде набора не связанных друг с другом ощущений, а в форме отделенных друг от друга предметов, обладающих свойствами, вызывающими данные ощущения. И.М. Сеченов подчеркивал, что предметность формируется на основе процессов, в конечном счете, всегда внешне двигательных, обеспечивающих контакт с самим предметом. Без участия движения наши восприятия не обладали бы качеством предметности, т.е. отнесенностью к объектам внешнего мира. [29]

Целостность – восприятия выражается в том, что образ воспринимаемых предметов не дан в полном готовом  виде со всеми необходимыми элементами. Б.М. Величковский говорил, что целостность восприятия — свойство восприятия, состоящее в том, что всякий объект, а тем более пространственная предметная ситуация воспринимаются как устойчивое системное целое, даже если некоторые части этого целого в данный момент не могут быть наблюдаемы (например, тыльная часть вещи). [5] Отечественная психология рассматривает целостность восприятия как отражение целостности, объективно присущей воспринимаемому. Образ, формирующийся в процессе отражения действительности, обладает высокой избыточностью. Это значит, что некоторая совокупность компонентов образа содержит информацию не только о самой себе, но и о других компонентах, а также об образе в целом.

Константность – определяется, как способность воспринимать предметы относительно постоянными по форме, цвету и величине ряду других параметров независимо от применяющихся физических условий восприятия. Впервые константность восприятия  была поставлена в центр экспериментального исследования в 1889 г. Мартиусом, работавшим у В.Вундта. На его основе В.Вундтом было сделано заключение,  что наблюдается несоответствия между изображением, проецируемом на сетчатку и изменяющимся при удалении объекта, и относительно постоянным образом восприятия. В дальнейших исследованиях были обнаружены многочисленные факторы,  которые могут влиять на эффекты константности восприятия, например фиксированная установка. [7]

Категориальность (осмысленность) – способность к выделению в перцептивном пространстве определенных областей, имеющих более или менее очерченные и устойчивые границы. При этом четкость данных границ тесно связана с перцептивными задачами, решаемыми индивидом. С.Л.Рубинштейн говорил, что осмыслить восприятие – значит осознать предмет, который оно отображает. Осмыслить восприятие – значит выявить предметное значение его сенсорных данных. В процессе осмысливания чувственное содержание восприятия подвергается анализу и синтезу, сравнению, отвлечению различных сторон, обобщению. [28] Таким образом, мышление включается в само восприятие, подготовляя вместе с тем изнутри переход от восприятия к представлению и от него к мышлению. Единство и взаимопроникновение чувственного и логического составляют существенную черту человеческого восприятия.

Описанные свойства предметности, целостности, константности и категориальности восприятия с рождения человеку не присущи, они постепенно складываются в жизненном опыте, частично являются естественным следствием работы анализаторов, синтетической деятельности мозга. Наблюдение и экспериментальные  исследования свидетельствуют, например, о воздействии цвета на видимую  величину предмета: белые и вообще светлые предметы кажутся больше, чем равные им черные или темные предметы, относительная освещенность влияет на видимую отдаленность предметов. Расстояние или угол зрения, под  которым мы воспринимаем изображение  или предмет, влияет на его видимую  окраску.

2. Теории восприятия

Со временем изучения восприятия в истории психологии возникли разнообразные теории. Когда в 1879 г. Вильгельм Вундт закладывал основы психологии как экспериментальной науки, он воспользовался методологией, характерной для основных наук XIX в. и известной под названием структурализм. В рассмотрении теорий восприятия мы и начнем со структурализма.

Структурализм. В соответствии с представлениями структуралистов каждый из «точечных» элементов, изображенных на рисунке справа, вызывает одиночное элементарное ощущение, и восприятие треугольника создается благодаря результирующему воздействию этих ощущений. Как правило, восприятие аспектов окружающего мира происходит не так. Х.Р. Шиффман писал: «Понятно, что ранний структуралистический подход к восприятию представляет преимущественно исторический интерес, и сегодня никто не принимает всерьез его строгие представления об элементарных ощущениях». [30, с. 31] Однако структурализм дал мощный толчок к тому, чтобы задуматься над ролью базовых, фундаментальных сенсорных модулей, и до некоторой степени он соответствует ряду современных представлений, базирующихся на элементной природе ощущения и восприятия.

Второе направление, которое мы рассмотрим, возникло отчасти как  реакция на структурализм. Сторонники этого направления, известного под  названием гештальт-психология и возникшего в Германии примерно в 1910г., подвергали  критике представления структуралистов о восприятии как о комбинации отдельных ощущений, которые можно разложить на простейшие, индивидуальные элементы.

Гештальт-психология. Рассмотрим следующий наглядный пример, для понимания гештальт подхода в восприятии. Что мы видим на рисунке представленном внизу страницы справа? Три точки. Если вы к тому же видите треугольник, значит, ваше восприятие есть восприятие гештальта. Вместо простой суммы элементов вы воспринимаете единую, интегрированную фигуру. Воспринимаемый вами треугольник обладает уникальными свойствами, отсутствовавшими у тех элементов, из которых он образован, и не является их простой суммой. Элементы так связаны между собой, что образуют фигуру, имеющую свойства и качества, которых нет у ее отдельных частей. Как показывает этот простой пример, гештальт-подход обращает основное внимание на то, что мы воспринимаем окружающий мир, учитывая его структурные элементы и их  соотношения, и что мы стремимся воспринимать целостные, связные и имеющие смысл формы. К.Коффка говорил, что целое не есть простая сумма его частей. [14] Что выражает кредо гештальт-психологии.

Конструктивистская теория в восприятии. Конструктивистский подход теснейшим образом связан с традициями эмпиризма, подчеркивает активную роль наблюдателя в процессе восприятия. Он исходит из того, что восприятие — это нечто большее, чем простая констатация самого факта воздействия раздражителя. И.Рок говорил, что основная идея конструктивистского подхода заключается в том, что воспринимаемое нами в любой момент представляет собой ментальную конструкцию, основанную на наших познавательных стратегиях, на нашем предшествующем опыте, пристрастиях, ожиданиях, мотивации, внимании и т. д. [26] Иными словами, конструктивистский подход основан на том, что наблюдатель конструирует или даже «выводит» восприятие логическим путем исходя из интерпретации поступающих к нему извне сведений. Р.Грегори говорил, что принципиальной для конструктивистского подхода является мысль о том, что возникновению восприятия предшествует конструирование, осознание связи между явлениями и событиями физического мира, ее опосредование. [10]

Экологическая теория в восприятии. В.И.Панов писал: «Появление экологического подхода к восприятию вызвано осознанием неудовлетворительности физикальных оснований для описания пространственных свойств окружающего мира как объекта восприятия, а также тех свойств наблюдателя, которые определяют его возможности к восприятию пространственных свойств и отношений». [22, с. 25] Первым оригинальный подход к восприятию разработан Джеймсом Дж. Гибсоном. Он предположил, что внутренние мыслительные процессы играют в нем либо незначительную роль, либо вовсе в нем не участвуют. Основой его подхода является мысль о том, что, перемещаясь в окружающем мире, наблюдатель непосредственно усваивает информацию, необходимую для эффективного адаптивного восприятия. В соответствии с его представлениями сигнал, который посылает внешний мир, — информация, поступающая в виде зрительного образа, — содержит все необходимые сведения, вполне достаточные для непосредственного восприятия физического мира, поэтому нет необходимости ни в каком-либо посредничестве, ни в его дополнительной обработке. По мнению Гибсона, изменения визуальной текстуры поверхностей являются важным источником пространственной информации. Как правило, предметы, лежащие на уходящей вдаль поверхности, воспринимаются нами как трехмерные. Получение непосредственной пространственной информации является результатом проецирования на сетчатку зернистых, или текстурированных, поверхностей. По мере того как расстояние между наблюдателем и поверхностью увеличивается, создается впечатление, что элементы, образующие текстуру поверхности, уменьшаются и все вместе формируют более плотную, гладкую поверхность. Напротив, при уменьшении расстояния между наблюдателем и поверхностью образующие ее элементы начинают казаться более крупными, а сама поверхность более грубой. [12]

Когнитивная психология. Информационный подход (в дальнейшем переименованный в 1950-60г. в когнитивную психологию) основан на точном анализе визуального восприятия, ориентированном на применение математики и базирующемся преимущественно на компьютерных имитациях и искусственном интеллекте. Б.М.Величковский пишет, что выделение двух стадий обработки информации — сенсорных и перцептивых процессов (ощущений и восприятия) — во многом является абстракцией. Трудно отделить их друг от друга, как последовательные действия театрального спектакля. Если мы находимся в нормальном состоянии, то, идя по ночной улице, мы воспринимаем здания, тротуар, фонари и автомобили, а не просто ощущаем шорохи, блики и вибрации. Перцептивная обработка информации не просто следует за сенсорной с крайне малым временным интервалом, эти процессы могут идти параллельно, а зачастую интерпретация первичной информации опережает собственно сенсорную обработку. Наш опыт позволяет нам формировать ожидания, касающиеся явлений внешнего мира: ощущения от движущегося источника звука и света дают нам возможность предвосхищать появление автомобиля, раскатистые звуки в небесах — грозу и ливень. [5, с. 12]

Нейрофизиологическиая теория в восприятии. Нейрофизиологический подход исходит из того, что такие явления, как ощущение и восприятие, лучше всего объясняются известными нейронными и физиологическими механизмами функционирования сенсорных систем. Сторонники этого подхода придерживаются взглядов, отчасти напоминающих основные идеи редукционизма, в соответствии с которыми понимание разнообразных, безусловно сложных форм поведения возможно только при изучении лежащих в их основе биологических процессов. Одним из наиболее ярких приверженцев идеи о том, что восприятие  может быть понято только с позиций нейрофизиологии, является Френсис Крик. Он говорил, что в пользу этого подхода часть аргументов базируется на том, что все аспекты поведения основаны на нейронных и физиологических механизмах и пронизаны ими. [16] Более важной, однако, является мысль о том, что структуры и процессы сенсорной системы анализируют входящие сенсорные сигналы, за счет чего и снабжают нас информацией об окружающем мире. И.П.Павлов говорил, что аналитические механизмы на нейронном уровне позволяют нам выявлять специфические особенности среды обитания и происходящих в ней событий. [21] Например, нервные клетки разных элементов зрительной системы так же, как и сам мозг, способны избирательно и точно реагировать на специфические признаки предметов — форму, длину, цвет, расположение. Определенные нервные клетки мозга обезьяны активируются только под влиянием сложной комбинации раздражителей, например под влиянием лица в профиль или руки, вытянутой в определенном направлении. Иными словами, некоторые нейронные механизмы зрительной системы извлекают когерентные черты из относительно размытого зрительного образа. Р.Грегори в книге «Разумный глаз» отмечает: «Разумность глаза - до сих пор во многом загадочная для науки - в том и состоит, что зрение способно проникать в невидимую суть видимых вещей. Зрение человеческое иногда позволяет узнать не только биологически важные свойства предметов, а и такие их качества, которые вообще недоступны органам чувств, но известны разуму». [10, с. 58] Знание сложной нейронной структуры глаза позволяет понять как необыкновенную остроту нашего зрения при ярком свете и способность различать цвета, так и впечатляющую способность видеть при плохом освещении.

3. Взаимосвязь восприятия и интеллекта

Гипотеза о тесной связи между  восприятием и интеллектом всегда поддерживалась одними и отвергалась  другими. Мы здесь будем упоминать  лишь тех авторов, которые проводили  экспериментальные исследования, и  не будем останавливаться на взглядах многочисленных философов, ограничивающихся лишь рассуждениями по этому поводу. При этом мы будем излагать взгляды  как тех экспериментаторов, которые  объясняют восприятие вмешательством интеллекта, так и тех, кто стремится  вывести интеллект из восприятия.

Ж.Пиаже говорил, что восприятие — это знание, приобретаемое нами об объектах или их движениях в результате прямого и непосредственно осуществляющегося контакта с ними, тогда как интеллект — это знание, существующее лишь тогда, когда в процессе взаимодействия субъекта с объектом имеют место различного рода отклонения и когда возрастают пространственно-временные расстояния между субъектом и объектами. В силу этого можно было бы предположить, что интеллектуальной структуры и, в частности, операциональные «группировки», характеризующие конечное равновесие в развитии интеллекта, с самого начала существуют целиком или частично в форме организаций, общих восприятию и мышлению.

Обратимся к теории формы, пропагандирующей взаимосвязь восприятия и интеллекта. Центральная идея теории формы сводится к тому, что системы психики никогда не образуются путем синтеза или объединения элементов, данных до их соединения изолированно, а с самого начала представляют собой организованные целостности — гештальты или структуры целого. Именно в силу этого восприятие не является синтезом предшествующих ощущений, а управляется на всех уровнях «полем», элементы которого зависимы друг от друга уже благодаря тому, что они воспринимаются вместе.

По Кёлеру, о появлении интеллекта можно говорить тогда, когда восприятие не продолжается непосредственно в  движениях, способных обеспечить достижение цели. В переходе от структуры менее  хорошей к лучшей структуре состоит  сущность этого «схватывания»; интеллект, следовательно, оказывается простым  продолжением восприятия, но продолжением опосредованным или косвенным.

С аналогичным принципом объяснения мы встречаемся у Вертгеймера  в его гештальтистской интерпретации  силлогизма. Силлогизм, таким образом, подчиняется общей организации структур; в этом он аналогичен переструктурированиям, характеризующим практический интеллект, по Келеру, с той только разницей, что здесь мы имеем дело уже не с действием, а с мышлением.

Наконец, Дункер, изучая отношение  к опыту внезапных пониманий (Einsicht, или интеллектуальных переструктурирований), нанес решительный удар ассоцианистскому эмпиризму, которому в принципе чуждо  понятие гештальта. Для этого  Дункер проанализировал различные  сферы интеллекта и пришел к выводу, что во всех сферах приобретенный  опыт играет в рассуждении лишь вспомогательную  роль: он может иметь значение для  мышления только в отношении к  уже имеющейся организации. [23]

Теперь нам следует рассмотреть  обоснованность утверждений, выдвигаемых  теорией формы. Характер «целостности», свойственный психическим структурам (как перцептивным, так и интеллектуальным), что касается восприятия, то здесь узловым моментом является вопрос о транспозиции. Должны ли мы вместе со сторонниками теории формы интерпретировать транспозиции (например, транспозиции мелодии из одного тона в другой или одной визуальной формы в другую) как простые повторения одной и той же формы равновесия между новыми элементами, сохраняющими, однако, прежние отношения (сравните взаимоотношения между горизонтальными уровнями в системе шлюзов), или же здесь следует видеть продукт ассимилирующей деятельности, которая интегрирует подобные элементы в одну и ту же схему? Нам представляется, что второе решение подсказывается уже тем фактом, что чем старше ребенок, тем легче ему даются транспозиции (см. конец настоящей главы). Более того, к обычно рассматриваемым трансгюзициям, которые являются внешними по отношению к анализируемым фигурам, следует, несомненно, добавить внутренние транспозиции между элементами одной и той же фигуры, объясняющие роль факторов регулярности, равенства, симметрии и т. д., внутренне присущих «хорошей форме».

Таким образом, две указанные интерпретации  транспозиции содержат весьма различную  оценку отношений между восприятием  и интеллектом и совершенно различное  понимание природы интеллекта.

«Теория формы» в своем стремлении свести механизмы интеллекта к механизмам, характеризующим перцептивные структуры, которые сами сводятся к «физическим  формам», в сущности приходит, хотя и значительно более рафинированным путем, к классическому эмпиризму. Единственное различие (которое, как  бы значительно оно ни было, уже  не играет большой роли после такого сведения) состоит в том, что новая  доктрина заменяет «ассоциации» структурированный  «целостностями». Но и в том и  в другом случае операциональная  деятельность растворяется в чувствовании.

Совершенно очевидно, что в сенсо-моторном интеллекте, проанализированном Кёлером, перцептивные структуры играют значительно более важную роль, и сам тот факт, что теория формы рассматривает эти структуры в качестве непосредственно вытекающих из ситуаций как таковых, без учета их генезиса, вынудила Кёлера вывести из сферы интеллекта, с одной стороны поиск вслепую, который предшествует открытию решений, а с другой стороны — корректирование и контроль которые следуют за решением. Изучение первых двух лет жизни ребенка подводит нас к совершенно иному выводу: в сенсо-моторном интеллекте ребенка, конечно, имеют место также и структуры целого или «формы», но они весьма далеки от того, чтобы быть статичными и не имеющими истории; они образуют «схемы», которые сменяют друг друга в результате последовательной дифференциации и интеграции и которые, таким образом, должны непрерывно аккомодироваться к ситуациям (путем поиска вслепую и корректирований), одновременно ассимилируя их. Отсюда становится ясным, что проанализированное Кёлером поведение обезьяны с палкой на самом деле подготовлено целой серией предшествующих схем, таких, как схема притягивания к себе цели при помощи «продолжений» палки (бечевки или подставки) или схема удара одним предметом по другому.

Таким образом, к рассмотренному выше тезису Дункера следует сделать  следующие оговорки. Не вызывает сомнений то обстоятельство, что интеллектуальный акт определяется прошлым опытом лишь в той мере, в какой он обращается к этому опыту. Но установление такой связи предполагает наличие  схем ассимиляция, которые, в свою очередь, произошли путем дифференциации и координации из предшествующих схем. Схемы, следовательно, имеют историю: им внутренне присуще взаимодействие между прошлым опытом и актуальным актом интеллекта, а не одностороннее  воздействие прошлого на настоящее, как бы этого ни хотелось эмпиризму, и не одностороннее обращение  настоящего к прошлому, как этого  хочет Дункер. Это взаимоотношение  между настоящим и прошлым  можно уточнить, сказав, что равновесие достигается тогда, когда все  прошлые схемы включены в настоящие  и когда, следовательно, интеллект  может с равным успехом реконструировать схемы прошлого при помощи настоящего, и наоборот.

В итоге мы приходим к выводу, что  теория формы, вызывающая сомнений в  определении ею форм равновесия или  вполне структурированных целостностей, может быть, однако, принята, так  как и в перцептивной сфере, и в сфере интеллекта она не принимает внимание ни реальности генетического развития, ни действенного конструирования, которое характеризует это развитие. [23]

Глава 2. Эмпирическое исследование психологических закономерностей процессов восприятия

1. Цели, задачи и методы исследования

В основу исследования мы положили представление  о многообразии проявления деятельности восприятия как активного, сознательного, контролируемого процесса. Осознанное восприятие развивается на основе бессознательного и обрабатывается интеллектом человека. Отсюда возникает возможность исследовать проявления восприятия как взаимосвязанного с интеллектом, вскрывающей «скрытые» свойства и особенности воспринимаемых содержаний. Одно из проявлений процесса восприятия в обыденной жизни – наблюдательность. Чем наблюдательней человек, тем, с очевидностью, у него лучше развито восприятие и его регуляция. Мы попробуем в этой части нашего исследования, еще раз проверить взаимосвязь восприятия с интеллектом.

Цель - состоит в изучении взаимосвязи процессов восприятия с интеллектом.

Объект исследования: зрительное восприятие.

Предмет  исследования: проявления особенностей зрительного восприятия в интеллекте.

Гипотеза исследования состоит в том, что существует взаимосвязь между уровнем иллюзорного эффекта и интеллектом.