Ранний Рим: легенды и история
Правительство Российской Федерации
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования
«Национальный исследовательский университет
«Высшая школа экономики»
Факультет менеджмента
Кафедра гуманитарных дисциплин
Курсовая работа
на тему
РАННИЙ РИМ: ЛЕГЕНДА И ИСТОРИЯ
Студент 1 курса, группы И-12-1
Нечаева Ю.Э.
Научный руководитель:
к.и.н., доцент
Гущин В.Р.
Пермь 2013
Оглавление
стр.
Введение………………………………………………………… ………………...3
Глава 1. Легенда о Риме…………………………………………………………..7
1.1. Легенда об основании Рима……………
1.1. Исторический анализ легенды………
Глава 2. Социально-политическое
устройство раннего Рима…………...
2.1. Трибы и Курии……………………………………………
2.2. Род и семья (familia)………………………………………………...
2.2. Царская власть в древнем Риме……………………………………20
Заключение…………………………………………………
Список источников литературы…
Введение
Вплоть до XIX века история Раннего Рима рассматривалась в науке преимущественно как легендарная. Сведения источников подвергались большой критике в связи с наличием противоречий в текстах источников и явно мифологического их содержания.
По-новому эта тема начала разрабатываться с середины XX века. И все же, несмотря на объем монографий и статей, существующих на данный момент, до сих пор есть сюжеты и вопросы, которые либо не поднимались, либо не были раскрыты полностью. И, прежде всего, это степень достоверности данных, которыми располагает наука.
Проблема состоит в том, что основными источниками по истории Раннего Рима являются сочинения поздних авторов, где изложение истории Раннего Рима основывается в основном на легендах.
Объектом данного исследования является история Раннего Рима, а предметом – историческая и легендарная составляющие информации об основании города Рима и его первых царях.
Хронологические рамки исследования: VIII – VI в. до н.э.
Цель настоящей работы: попытаться найти и отделить историческое зерно, которое присутствует в легендах от мифологического содержания.
Для этого необходимо выделить и решить следующие задачи: рассмотреть легенду об основании Рима; определить, что в ней истинно исторического; изучить социально-политическую структуру; определить феномен царской власти в Раннем Риме.
В основу изучения заявленной проблемы положены принципы историзма, объективности и опоры на исторические источники. Теоретическую базу исследования составили как общенаучные, так и специально-исторический метод исследования.
Историко-генетический метод позволил в наибольшей мере приблизиться к воспроизведению реальной истории изображения Гомером Троянской войны; последовательно раскрыть свойства и изменения изучаемого объекта в процессе его исторического развития, показать причинно-следственные связи и некоторые закономерности; а также охарактеризовать исторические события и индивидуальности личностей.
Чтобы определить степень изученности проблемы необходимо обратиться к кругу источников и литературы. Особенность источников по истории раннего Рима в том, что они поздние. Источники преимущественно представлены свидетельствами античных авторов I и II веков до н.э. [22]. Это является одной из основных причин недоверия ученых к античной традиции раннего Рима. Прежде всего, следует упомянуть свидетельства самих древних авторов. О древнем Риме писали многие, но из основных источников можно выделить труды Тита Ливия [6], Дионисия Галикарнасского [2], Плутарха [4], Диона Кассия [3]. Помимо них, информацию по истории раннего Рима можно найти в трудах Варрона [1], Веллея Патеркула, Луция Ан Флора и др.
Говоря о литературе, посвященной вопросу исследования раннего Рима необходимо в первую очередь упомянуть Б.Г. Нибура, основоположника критического метода в истории. Именно он в своем труде «Римская история» впервые продемонстрировал научные методы исторической реконструкции. В сочинениях античных авторов Б.Г. Нибур выявлял зерна исторической традиции и занимался реконструкцией социальных институтов древнего времени. Кроме этого, в своем труде он использовал метод аналогий, с помощью которого смог разглядеть в древнеримском обществе родовую организацию [24].
Следующим крупным исследователем истории Раннего Рима был Т. Моммзен. Особенностью «Римской истории» Т. Моммзена является сравнение античных реалий с персонажами более позднего времени [16]. Можно сказать, что, начиная с Т. Моммзена, к ранней истории Рима стали относиться критически, что впоследствии вылилось в гиперкритицизм, ярким представителем которого стало творчество итальянского исследователя Этторе Прайса. В своей работе Этторе Прайс прежде всего скептически относится к источникам по истории Раннего Рима, резко критикуя их [25]. Однако господство гиперкритических замечаний не могло длиться бесконечно. В конце XIX начале XX веков данные античной литературы были подтверждены археологическими находками. Благодаря раскопкам (Джакомо Бони исследовал римский Форум, Вальери – Палантин, Пинца изучал окрестности Рима) была выявлена культура раннего железного века на территории Рима [13].
Что касается русской историографии, существенный вклад в историю изучения вопроса внесли такие ученые, как В.И. Модестов и И.В. Нетушил.
В своей работе «Введение в римскую историю» В.И. Модестов систематически изложил историю Древней Италии на основании памятников материальной культуры и лингвистических данных [15]. Работы И.В. Нетушила содержат тщательный филологический анализ текстов и детальную критику античной традиции [18].
Далее об истории Раннего Рима писали С.И. Ковалев [11], В.С. Сергеев. С.И. Ковалев расценивает царскую эпоху как время позднеродового строя. В работе В.С. Сергеева «Очерки по истории древнего Рима» древнейший мир рассматривается как один из городов Лация. Сергеев также говорит, что Рим царей – это родовое общество, но при Тарквиниях там сформировалось государство [20]. Далее этот вопрос развивался в трудах С.И. Ковалева и Н.А. Машкина.
Согласно Маяк, в послевоенные годы стали появляться работы, специально посвященные истории Раннего Рима. Гиперкритично оценивает античную традицию В.Н. Дьяков в своей работе «История римского народа в античную эпоху. Часть 1. Древнейший период. Возникновение классового общества и государства в Риме». Далее появляется статья Л.А. Ельницкого [9] о древнейшей римской государственности и культуре. Затем в свет выходит труд А.И. Немировского «История раннего Рима и Италии». Он привлекает обширный археологический материал, рассматривает формирование Рима в общеиталийском контексте [17]. Среди трудов историков по истории раннего Рима должна быть названа книга Л.А. Ельницкого [10]. И хотя царская эпоха занимает незначительное место в данном труде, но прослеживая зарождение рабовладельческой эксплуатации, Ельницкий касается проблемы возникновения Рима как города и как государства. Специально происхождению Рима посвящена монография Ф.М. Нечая «Образование римского государства», где он рассматривает возникновение Рима в общеантичном контексте. По нему город возник в результате синойкизма нескольких родовых поселений [19].
Крупнейшим исследователем XX века является И.Л. Маяк, вопросу истории о раннем Риме посвящены две ее монографии: «Рим первых царей. Генезис римского полиса» [14] и «Римляне ранней республики» [13].
Структура работы определена целью и задачами. Она состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы. В первой главе мы попытаемся проанализировать легенду об основании Рима. Во второй мы имеем цель, показать социальное устройство раннего Рима, его структуру, осветить личности царей и попытаться определить: есть ли в легендах о них правдивое историческое зерно.
Глава 1. Легенда о Риме
1.1. Легенда об основании Рима
Основание Рима и древнейшая его история украшены многими мифами и легендами. Упоминания об истории раннего Рима есть у многих авторов, в данной работе мы обратимся к основным из них.
«Один из первых римских историков, писавший о раннем Риме был Веллей Патеркул, изложивший всеобщую историю от Троянской войны до заговора Сеяна при императоре Тиберии. Рассказывая легенду, Веллей говорит о том, что в шестую Олимпиаду, Ромул, сын Марса, отомстив за несправедливость по отношению к деду, в Парили, на Палатине, основал город Рим. Произошло это через четыреста тридцать семь лет после взятия Трои. В этом предприятии Ромул был поддержан легионами своего деда» [12, C. 6]. Веллей является сторонником этой версии, поскольку считает, что едва ли мог новый город укрепиться в такой близости от вейентов и других этрусков, а также сабинян собственными силами невоинственного отряда пастухов, хотя бы и сильно возросшего благодаря священному убежищу между двумя рощами [13].
Законченный вид легенда об основании Рима приняла к 1 в. до н.э. и сохранилась у Тита Ливия, Дионисия Галикарнасского и Плутарха за небольшими изменениями [12].
Наиболее полно легенда представлена в двух источниках: сочинениях Плутарха [4] и Дионисия Галикарнасского [2]. Изложение легенды у Плутарха и Дионисия Галикарнасского восходит к Диоклу Пепарифскому, у первого непосредственно, у второго — посредственно, через Фабия Пиктора.
Все повествование легенды можно условно разделить на две части: события, которые предшествовали рождению близнецов и произошедшие сразу после этого; другая, касается того времени, когда юноши узнают о своем происхождении. Обе эти части представлены достаточно детально, особенно вторая, но промежуток между ними остается пустым, единственное, что об этом времени упоминает Плутарх: «Говорят, что их перевезли в Габии и там выучили грамоте и всему остальному, что полагается знать людям благородного происхождения» (Плутарх, Romul, VI).
Сама легенда представлена следующим образом.
«В Альбе царили потомки Энея, и порядок наследования привел к власти двух братьев Амулия и Нумитора. Амулий разделил отцовское наследство на две части, противопоставив царству богатства, включая золото из Трои, Нумитор выбрал царство. Амулий располагая возможностями и властью большей чем у брата, без труда лишил его власти, и, опасаясь, как бы у дочери свергнутого царя не появились дети, сделал ее жрицею Весты, обрекая на вечные девство и безбрачие. Амулий, опасаясь за свое положение, коварным образом губит на охоте сына Нумитора, Эгеста, а его дочь определяет в весталки» (Плутарх, Ромул, 3).
«Некоторое время спустя, открылось, что весталка беременна. Таинственный посетитель весталки по ее словам был Марс» (Дионисий, LXXVII, 1). Оба и Дионисий и Плутарх излагают эту версию довольно скептически. Дионисий приводит различные трактовки, заключающиеся в том, что это мог быть юноша давно влюбленный в нее или сам Амулий. «Весталка, возвратившись, домой по совету матери, притворилась больной, дабы не осквернить алтарь божественной богини, но Амулий, заподозрив неладное, приставил к ней соглядатаев. И когда узнал всю правду, приказал казнить весталку, а младенцев бросить в реку. Но до казни дело не дошло, поскольку добрая дочь Амулия Анто упросила отца дать жизнь весталке. Взамен казни весталку приговорили к тюремному заключению» (Дионисий LXXXIX, 2).
По Плутарху она была заключена еще до рождения близнецов, тогда как Дионисий упоминает, что после. Но оба говорят о том, что она была освобождена после смерти Амулия, хотя Дионисий приводит версию об ее убийстве сразу после рождения близнецов, но не показывает способ убийства. «Далее оба говорят, что Амулий приказал слугам бросить близнецов в реку. Но в это время Тибр разлился и слуги оставили корыто с детьми недалеко от берега реки, но вода все прибывала и корыто было подхвачено ею и понеслось вниз по течению» (Плутарх, Ромул, 3). О том, что корыто двигалось по реке упоминается и у Дионисия, и у Плутарха и у Тита Ливия, следовательно первоначальное местонахождение близнецов не тождественно тому, где их нашли. «Корыто остановилось вследствие наскока на камень, дети вывались в грязь. Когда, таким образом, они здесь лежали, появилась волчица, вылизала их и накормила своим молоком. В кормлении принимал участие и дятел» (Плутарх, Ромул, 4). Примечательно, что дятел не упоминается в рассказе Дионисия, тогда как у Плутарха, где он все же более кратко описывает легенду, он есть. Далее в пояснении он говорит, что дятел и волчица являются священными животными Марса, вот почему жители так быстро поверили в божественное происхождение детей.
Но словно в опровержение Плутарх дает нам версию событий, где весталку обесчестил сам Амулий, надев полный доспех, чтобы сойти за бога, а чудо с волчицей он объясняет двойственным толкованием слова lupa, что по латыни означает самку волка или женщину, занимающуюся блудом, такой и была жена Фаустула, пастуха который нашел детей. О двойном толковании слова упоминает и Дионисий. «Сцену кормления заметил пастух, пораженный зрелищем, он призвал товарищей. Когда же пастухи приблизились, волчица скрылась в пещере, которая находилась в близлежащей роще. Один из пастухов, имя его Фаустул, решил забрать детей себе на воспитание и с согласия других отнес их домой. Таким образом, близнецы выросли в пастушеской среде, получив имена Ромула и Рема – от слова обозначающего сосок, ибо впервые их увидели сосавшими волчицу.
Достигнув зрелого возраста, по Дионисию – 18 лет, оба брата отличались от своих сверстников пастухов, обладали величием и благородством. Они относились независимо к царским пастухам, среди которых выросли, но в то же время защищали их от обид и нападений соседей. К числу последних относились и пастухи Нумитора, у которых были частые разногласия с пастухами Амулия. Так как последние часто одерживали верх, благодаря Ромулу и Рему, то гнев пастухов Нумитора обратился против них. И вот однажды когда Ромул поехал совершать священный обряд, (Плутарх не упоминает ни место, ни назначение обряда), пастухи напали на Рема, заманив его в засаду, они пленили его и отвезли к Нумитору, так как велено было доставить его живым. Однако Нумитор, страшась гнева царя, не решился наказать его сам и повел к царю, дабы разрешить этот вопрос. Население города выражало сочувствие делу Нумитора, поэтому Амулий решил назначить ответственным за наказание Нумитора. Пока слуги вели Рема обратно, Нумитор удивлялся его гордой осанке согласной с мужественным характером. Придя домой, без свидетелей, начал расспрашивать Рема об обстоятельствах его жизни, сомневаясь, что он простой пастух. Рем рассказал всю историю их чудесного спасения с братом, притом добавив, что до сих пор сохранилось то корыто, в котором они были найдены и, оно, возможно, может помочь в нахождении настоящих родителей, поскольку на дне имеется полустертая надпись.
Рассказ юноши заставил появившиеся подозрения Нумитора окрепнуть. Он предложил Рему связаться с братом и устроить встречу. Со своей стороны Нумитор искал возможность связаться с дочерью, все еще находившейся в темнице» (Дионисий, LXXXI, 4). Как указывалось выше, выпустили ее только после смерти Амулия. «Гонец, посланный Нумитором, встретил Ромула неподалеку от города, так как тот, узнав от Фаустула все, что было тому известно, как раз спешил к Нумитору. После признания братьев своими внуками, они распределили между собой роли для предстоящих действий против Амулия» (Дионисий, LXXXII, 1). Из обстоятельств заключительной сцены у Плутарха и Ливия: «Ромул не собирает своей шайки – для открытого столкновения силы не были равны, – но, назначив время, велит всем пастухам прийти к царскому дому – каждому иной дорогой – и нападает на царя, а из Нумиторова дома спешит на помощь Рем с другим отрядом. Так был убит царь (Тит Ливий, I, 5). Видно, что Ромул после свидания с дедом вновь ушел из города, чтобы собрать отряд своих товарищей. Однако Дионисий ведет повествование так, как будто Ромул не покидал уже города до самого конца. Впрочем, Плутарх опускает сцену свидания Ромула с Нумитором, вместо этого освещает сцену между Ромулом и Фаустулом, о чем Дионисий упоминает лишь мимоходом. «Тем временем Фаустул успев предварительно повидаться с Ромулом спешит в Альба-Лонгу на помощь Рему, захватив в качестве доказательства корыто. Но в царских воротах его останавливают стражники, по случайности там оказался тот стражник, который отправил близнецов вниз по Тибру. Он узнал корыто, о чем сообщил тут же всем присутствующим. Фаустула схватили и привели во дворец. Допрошенный царем Фаустул сознался, что дети живы и находятся в горах, причину своего появления он так и не выдал, сообщив, что пришел, чтобы представить корыто матери близнецов. Тем временем царь, действуя под влиянием эмоций, приказывает своему слуге Фаустулу удостовериться, что Нумитор не знает о близнецах. Тем самым Фаустул попадает туда куда стремился, он застает Рема в объятиях деда и ему остается только подтвердить, то о чем они уже сами догадались. В это время Ромул уже стоит под городом и вокруг него собралось значительное войско. После того как значительная часть отряда Ромула пробралась в город, спрятав оружие под одеждою, появляется сам Ромул, ворвавшийся в город извне, и в то же время с другой стороны проходит Рем, собрав единомышленников внутри города» (Плутарх, Ромул, 8). Об этих двух отрядах повествует и Дионисий, но в отличие от Плутарха, у которого достаточно четко распределены роли между братьями, Дионисий описывает событие так, будто всеми действиями руководил Нумитор, роли братьев у него четко не определены. По Ливию, роль Нумитора состояла в том, что он в начале суматохи отвел царское войско в кремль якобы для защиты последнего от ворвавшихся в город врагов.
«После того, как Нумитор получил власть, он задумал основать для братьев новый город, так как население разрослось, и была нужда переселить недовольных, дабы обуздать возможное восстание. Вместе с потенциальными мятежниками, переселиться решила некоторая часть знатной верхушки. Разногласия между братьями заключались в том, где строить город: Ромул хотел заселить Паллантий, так как это было счастливое место, где они спаслись, Рем же выбрал для заселения участок, который впоследствии назвали Реморией» (Плутарх, Ромул, 9-10). Это соответствует Дионисию, однако, Ливий причиной для ссоры определяет то, что раз братья были близнецы, они не могли решить, кому же из них править, так как родились в одинаковое время. Дабы разрешить этот вопрос, они решили подчиниться велению Бога. Рассказывают, что Рем увидел 6 коршунов, а Ромул – 12. правда некоторые говорят, что Ромул обманул брата, и знамение явилось к нему позже, чем к Рему. Спор вспыхнул с новой силой, завязалась потасовка, в которой был убит Рем. Существует другая трактовка, якобы Ромул начал возводить стены города, а Рем в насмешку перепрыгнул их и был убит, опять же мнения разнятся, либо братом своим, либо его другом – Целером.
В легенде самое крупное различие между повествованием Плутарха и Дионисия заключается в том, что у Дионисия Ромул приходит в Альба - Лонгу вслед за пленением Рема и остается там до окончательной развязки, а согласно Плутарху, Ромул появляется только в конце.
Еще одно пространное изложение легенды мы встречаем у Тита Ливия, особенно подробно у него изложена развязка событий, где впрочем, он так же как Дионисий упоминает о смешении отрядов, но в отличие от последнего роли братьев у него четко определены и выявлена роль Нумитора, о чем упоминалось выше. Существенное отличие заключается в том, что в плен взяли Рема не пастухи, а разбойники. В остальном он придерживается канона, с одной стороны с сокращениями, с другой – дополнениями. Он упоминает о сыне Нумитора, не указывая, впрочем, его имени, но умалчивает о дочери Амулия. Далее говоря о весталке, он называет ее Рея Сильвия, эта комбинация впервые встречается именно у Ливия. Упоминается о заключении весталки в темницу, но не раскрывается дальнейшая ее судьба. Дети вскормлены волчицей, как и у Дионисия, о дятле Ливий не упоминает. Дети выбрасываются в корыте, но в дальнейшем повествовании оно уже не упоминается.
Нельзя сказать, что Дионисий и Плутарх излагают совершенно разные версии легенды. Основной сюжет одинаков у обоих, различия имеются лишь в иной интерпретации того или иного события [18].
1.2. Исторический анализ легенды
К ранней истории древнего Рима всегда относились с предубеждением. Примером может служить вышеуказанный разбор легенды. Но в конце XIX - начале XX веков, благодаря расширению археологической базы, появились некоторые точки опоры для проверки традиции о раннем Риме.
Согласно И.Л. Маяк в период между мировыми войнами, особенно в 20-е и 30-е годы, по всему Апеннинскому полуострову проводились археологические изыскания. Следствием, которых явилось выделение в пределах царского Рима этрусских правителей как исторических личностей. Благодаря находкам, обнаруженным в это время, в ранг исторических личностей был возведен Нума Помпилий.
Решающее значение для подтверждения того, что в Легендарной истории Раннего Рима есть частицы исторического зерна послужили раскопки, проводившиеся Э. Гьёрстадом на Римском Форуме и Бычьем рынке. Труд Гьестарда содержит в себе систематизацию результатов раскопок итальянского аритектора Джаконо Бони, конец XIX- начало XX, который воспользовавшись стратиграфическим методом, смог установить последовательность напластавания культур. Он совершал раскопки вдоль священной дороги, юго-восточнее храма Антония, у храмы весты, юго – западнее фундамента Equus Domitiani. Гьестард систематизировав результаты раскопок Бони, дополнил их результатами раскопок, проведенных им в 1949г. юго-западнее equus domitiani [24].
Их материалы влияли на
отношение к сообщениям
Во введении мы упомянули о проблеме письменных источников. Однако в настоящее время раздел источников пополнился археологическими материалами. «Древнейшие памятники на территории Рима обнаружены в районе Бычьего форума у современной церкви Сан Омобоно, на Палатине, Форуме, Эсквилине, Квиринале и форуме Августа» [15, C. 31].
Самые древние находки обнаружены на Бычьем форуме у основания Капиталийского холма. Фрагменты керамики апеннинского и субапеннинского типов свидетельствуют о доромуловом заселении места, где возник Рим, и притом о присутствии там различных этнических элементов. Кроме фрагментов посуды, обнаружены также кости животных и человека. Примечательно, что наряду с дикими животными были обнаружены кости ослов, лошадей, собак, что позволяет нам расширить знания о хозяйственной жизни населения [15].
Больше находок находится за пределами Бычьего форуме, преимущественно это материалы из погребений, а на Палатине – следы поселений. Некрополи обширны, они тянутся на достаточно длительное расстояние. Подобные находки позволили ученым, не принявшим хронологию, предложенную Гьестардом, подразделить эпоху раннего Рима на пять последовательных фаз (Мюллер-Карпе) или на три фазы (Перони).
Отсюда можно заключить, что археологические находки составляют скелет наших знаний о раннем Риме. Согласно Маяк, с помощью археологических памятников восстанавливается облик зданий, выявляется планировка заселения мест. Археологические источники также дают возможность представить элементы хозяйства и быта. Кроме того, их главное значение заключается в том, что они смогли реабилитировать античную традицию о раннем Риме [15].
Глава 2. Социально-политическое устройство раннего Рима
2.1. Трибы и Курии
На всем протяжении долгой римской истории в различных источниках мы встречаемся с такими социальными образованиями как род, триба, курия, семья. Они достаточно часто встречаются в различных источниках, что не могло не заинтересовать ученых. Начиная с конца прошлого века и особенно в текущем столетии учеными поднимается вопрос о характере данных социальных образований их взаимодействии и развитии в догосударственную и государственную эпохи [15].
В науке единого мнения о сущности этого института нет. Согласно взгляду зарубежных исследователей деление на курии установлено искусственно, в политических целях. Главным аргументом в пользу этого взгляда служит определенное число курий. Р. Гюнтер считает, что курии возникли в период этрусского господства как военная необходимость и оттеснили роды в область частных отношений [9].
Триба
Крупным кровно-родственным объединением является триба. Словом tribus обозначался территориальный округ, единица территориального деления римского государства. Территориальная триба выросла из родовой и сохранила некоторые ее функции. На голосованиях каждая триба имела один голос и выступала как одно целое. Подобно тому, как курия выбирала своего предводителя – куриона, триба имела в качестве главы трибуна [20].
Что касается образования триб, то известия о их сущности варьируются как в названии, так и в порядке расположения. Наиболее употребительными являются названия Titienses, Ramnes, Luceres [15].
«В целом традиция очень
устойчивая, позволяющая верить
в правдивость существования
институтов и в правильность
их названия. О том же свидетельствует
и принцип их перечисления. Самым
распространенным является
Курия
Римляне несомненно осознавали глубокую древность курии, но ошибочно приписывали ее создание основателю Рима, Ромулу, который будто бы разделил римский народ на тридцать курий и назвал их по именам похищенных сабинянок [20]. «Война, столь горестная, кончилась вдруг радостным миром, и оттого сабинянки стали еще дороже мужьям и родителям, а прежде всех – самому Ромулу, и когда он стал делить народ на тридцать курий, то куриям дал имена сабинских женщин» (Тит Ливий, I, 13).
Члены курии имели общие религиозные обряды, осуществлявшиеся под руководством предводителя курии, обладавшего жреческими функциями. «Члены курии собирались на общие трапезы за своим столом у общего очага, и ели примитивные кушанья из муки и плодов, подаваемые в деревянных и глиняных посудах» (Дионисий, VII, 2). Обычаи, связанные с куриями, позволяют их возводить к периоду, когда существовало общественное потребление.
Деятельность курии достаточно разнообразна. Мы можем судить об этом по свидетельствам древних авторов, например у Дионисия о куриях говорится как о местах для собраний: это были помещения или участки с очагом, вокруг которых собирались на пиршества. В собраниях участвовали главы курии, курионы, вместе со жрецами (Дионисий, II, 23). Кроме того курии обладали общностью земли, святынь и празднеств.
Курии также составляли народное собрание, которое охватывало всех мужчин, способных носить оружие. Каждая курия обладала одним голосом. Право созыва куриатных комиций принадлежало военному предводителю – царю. После отмены царской власти куриатные комиции производили выборы военного предводителя римской общины – претора. Вероятно, в древности куриатные комиции являлись единственным видом собраний, поэтому в их компетенцию входили фактически все вопросы. Куриатные комиции принимали в число патрициев, занимались переводом в род, усыновлением, завещаниями. Первоначально в них входили только патриции, но впоследствии к их работе стали допускаться и плебеи [20].
А.И. Немировский говорит о том, что сосредоточение в курии хозяйственных, политических, военных и жреческих функций дает основание видеть в ней первоначальный родовой коллектив. В то же самое время курия носит черты государственной системы [20].
2.2. Род и семья
Род
В науке уже давно сложилось мнение о родовой структуре раннего Рима.
Определяя характер римского рода следует упомянуть о двух точках зрения. Согласно первой, в трудах некоторых ученых род рассматривается как община, социально-экономический организм, для которого были характерны полное равноправие всех членов, коллективный труд, общеродовая собственность. Вторая точка зрения говорит о том, что род не являлся общиной и рассматривать его нужно не в социально-экономическом аспекте, а только с социальной стороны. Таким образом, согласно первому утверждению на определенном этапе развития первобытного общества род и община составляли единое целое, а из второго следует вывод, что это были разные организации с различными функциями [15].
Количество родов в куриях и трибах, а точнее внутри них менялось на протяжении царского периода. В Риме Ромула и Нумы гентильная организация была реальной действующей силой. Существенным признаком того, что римский род является ячейкой первобытного общества Рима становится коллективная собственность на землю. Также косвенное подтверждение того, что в Риме существовала родовая собственность дают законы XII таблиц [18].