Реформы Александра II в оценках отечественных исследователей

Магнитогорский государственный  университет.

 

 

кафедра истории России

 

 

 

 

 

 

 

 

Дипломная работа

 

 

 

Реформы Александра II в оценках отечественных исследователей.

 

 

 

 

Введение.

 

В последние годы реформы 1860-1870-х годов вновь привлекают внимание широких слоев российского общества. Интерес, проявляемый к ним, носит сегодня практический характер. В наши дни, когда Россия в очередной раз вступила на путь коренных преобразований, люди с особым пристрастием вглядываются не просто в прошлое своей страны, но именно в те его периоды, когда государство оказывалось на переломе и приходилось выбирать пути дальнейшего развития страны.

В сегодняшнем заинтересованном взгляде на события второй половины XIX века есть свои положительные и отрицательные стороны. Он обязательно нужен и получен, поскольку, как давно известно,” мудрость науки и ее руководителей заключается прежде всего в умении извлекать уроки  из исторического прошлого.”1 С этой точки зрения, анализ реформ, проводимых Александром II и его правительством, имеет немалую практическую ценность. С другой стороны совершенно необходимо, чтобы оценка минувшего была максимально объективна и трезва, что не всегда получается.

Историаграфический обзор.

Основные реформы 1861-1874гг. в России хорошо изучены, особенно крестьянская реформа, представленная в первой главе. Большое место в первой главе занимает работа Б.Г. Литвака “Переворот 1861 года в России: почему же реализовать реформаторская альтернатива.” – М.: Политиздат, 1991

В качестве причины необходимости  проведения крестьянской реформы Б.Г. Литвак приводит социально-экономическую.

Социально-экономических  изменений требовало промышленное развитие страны. До тех пор, пока в  стране обрабатывающая находилась на мануфактурной стадии, она могла  существовать на базе крепостного труда. Б.Г. Литвак приходит к выводу, что кризис российской обрабатывающей промышленности вызван сохранением крепостного права, тогда как фабрика требовала совершенно иной, чем на мануфактуре, дисциплины и организации труда, а следовательно, требовала качественно иного рабочего, лично свободного человека, которого было бы выгодно научить обращению с машинной, то есть сделать квалифицированным рабочим.2 Если же обратиться к горнодобывающей промышленности и сопутствующим ей производствам, целиком основанном на принудительном труде, то их отставание в первую очередь сказывалось на военной мощи империи, что явилось не последней причиной унизительного поражения в Крымской войне.

Б.Г. Литвак пишет о том, что Россия XIX века – страна аграрная, а ее экономический облик определенно сельское хозяйство. Именно здесь, по его мнению, находится средоточие кризиса феодально-крепостнической системы. Он рассматривает статистику внешней торговли России хлебом и делает вывод, что русский хлеб сдавал позиции на западноевропейском рынке. Для того, чтобы России удержать эти порции, необходимо было форсировать производство хлеба, увеличить его объемы, улучшать структуру хлебного баланса. Б.Г. Литвак проводит анализ помещичьих хозяйств Черноземного центра России и приходит к выводу, что крепостное право играло роль тормоза в ведущей отрасли народного хозяйства.3

Второй причиной Б.Г. Литвак называет Крымскую войну. Дефицит бюджета, сокращение экспорта хлеба, льна, леиоки, сапа, сокращение импорта машин, хлопка, красителей, рекрутские наборы и призывы в ополчение в 1853 – 1855гг., увеличение государственных натуральных повинностей – все это экономические последствия Крымской войны, которые повлияли на результаты сельскохозяйственного производства.

В целом, можно сказать, что Б.Г. Литвак подробно освещает ход крестьянской реформы, чем и вызывает интерес. Подробное освещение хода работы над крестьянской реформой позволяет лучше узнать и понять всю сложность проведения этой реформы. Отдельная глава монографии Б.Г. Литвака посвящена законодательным актам реформы 19 февраля 1861 года. Автор рассматривает документы трех руководителей: “Общее положение”, ”Местные положения” и “Дополнительные правила”. Дает представления о том, что такое уставная грамота, какие права крестьян были законодательно закреплены в “Манифесте” и “Положения 19 февраля 1861 года”. Но более подробно о личных правах крестьян говорится в “Общем положении о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости”. Б.Г. Литвак рассматривает волостное общественное управление, пишет о своеобразие и противоречии волостного суда. С одной стороны законодательство стремилось обеспечить независимость волосного суда, запретив волостному старшине и старосте не только вмешиваться в судопроизводство, но и присутствовать при разборе дел. Приговоры волостного суда фиксировать в “книге приговоров волостного суда”, хотя само судопроизводство было словесным.

С другой стороны, закон  не лишал помещиков права вотчинной  полиции, они продолжали надзирать  “за сохранением общественного  порядка и общественной безопасности” на  своей земле, но “всякое буйство или насилие” пресекалось через старосту, последний должен был и организовывать помощь помещику в случае стихийных бедствий. Если же староста не выполнял этих функций, помещик мог жаловаться мировому посреднику.4

Краткое изложение содержания законодательных актов о поземельном  устройстве бывших помещичьих крестьян дает представление о юридических  пределах земельного права не только крестьян, сколько помещиков. Они  ни в коем случае не отражают реального  положения сложившегося в бывшей помещичьей деревне в результате реализации этих юридических норм.5

Работа Л.Г. Захаровой  “Александр II” (Вопросы истории.-1992.-6/7.-с.58-79) представлена в виде исторического портрета. Историк прослеживает весь жизненный путь Александра II – от рождения и до его трагической гибели. Для нас эта работа интересна тем, что Л.Г. Захарова уделяет внимание крестьянской реформе, а именно ее начальному этапу. Александр II ожидает “инициатив” от дворянства, не предпринимая решительных шагов, хотя конкретные варианты отмены крепостного права были ему известны. Примером служил проект освобождения крестьян в имении тетки Александра II великой княгине Елены Павловны с. Карловка Полтавской губернии, задуманный в качестве принципиального образца для предстоящей общей реформы. Проект, составленный директором Хозяйственного департамента Министерства внутренних дел – лидером либеральной бюрократии Н.А. Милютиным, был подан от имени Елены Павловны, чтобы избежать раздражения и отрицательной реакции Александра II, который считал Н.А. Милютина “красным”. Однако Александр II отклонил его , мотивируя свое решение тем, что владельцы имений сами высказали, в какой степени они полагают возможным улучшить участь своих крестьян. Л.Г. Захарова пишет, что через два года, в октябре-ноябре 1858г., под давлением новых обстоятельств и новой расстановки им отличия крепостного права пошла именно по этому пути, который предлагал Н.А. Милютин. А в конце 1856г. Александр II начал с того, что ему уже было знакомо по опыту, с учреждением Секретного комитета по крестьянскому делу.

О работе Секретного комитета Л.Г. Захарова не упоминает. Она пишет  о непоколебимости царя по данному  вопросу, несмотря на бездействие Секретного комитета. Попытка Александра II подтолкнуть помещиков к ускорению подготовки реформы собственности примером, издав указ об освобождении удельных крестьян без земли от 20 июня 1858 года, оказалась неудачной; они не приняли такого освобождения. ”И, - как пишет Л.Г. Захарова, - не требовалось большой дальновидности, чтобы предугадать аналогичную позицию помещичьего крестьянства.”6 Большое влияние на Александра II оказывал Я.Н. Ростовцев, который был за освобождение крестьян с землей за выкуп. Поэтому, считает Л.Г. Захарова, по требованию Александра II, Главный комитет принял именно такую программу освобождения.

О создании Редакционных Комиссий Л.Г. Захарова пишет как  о “новом нетрадиционном государственном  учреждении для подготовки проектов крестьянской реформы.”7

Л.Г. Захарова пишет, что  главным делом царствования Александра II стала отмена крепостного права и именно это дало основание современникам назвать его Царем-Освободителем.

Она пишет о характерной  реакции Александра II на недовольство крестьян условиями реформы – уменьшением наделов и высокими повинностями и выкупными платежами. Историк приводит цитату из выступления Александра II 15 августа 1861г. в Полтаве пред крестьянскими старостами, в котором он заявит о том, что он дал им волю и другой не будет, чтобы крестьяне исполняли закон и Положение, трудились и были послушны властям и помещикам.          

 Жестокость позиций  царя органично уживалась с  патриархально-сентиментальным отношением  его к народу: ”Вы мои дети, а я вам отец и молю бога  за вас, так же как и за  всех, которые, как и вы, близки  моему сердцу.” – говорил он в 1863г. депутации старообрядцев, обратившихся с адресом к Царю-Освободителю. Л.Г. Захарова приходит к выводу, что великий акт отмены  крепостного права не поколебал традиционного отношения к народу, в котором он видит источник сил и средств для усиления монархии, расширения империи, укрепления ее престижа.

О дальнейших реформах Л.Г. Захарова лишь упоминает. Об отношении  Александра II к конституции становится ясно из приведенного высказывания царя в беседе с прусским послом О. Бисмарком 10 ноября 1861 года. Где Александр II сказал: “Народ видит в монархе посланника бога, отца и всевластного господина. Это представление, которое имеет силу почти религиозного чувства, неотделимо от личной зависимости от меня, и я склонен думать, что я не ошибаюсь. Корона дает мне чувство власти, если им поступиться, то понесет ущерб национальный престиж. Глубокое уважение, которым русский народ издревле, в силу прирожденного чувства окружает трон своего царя, невозможно устранить. Я безо всяких сократил бы авторитарность правительства, если бы хотел ввести туда представителей дворянства или нации. Бог знает, куда мы вообще придем в деле крестьян и помещиков, если авторитет царя будет недостаточно полным, чтобы оказывать решающее воздействие.”8

И действительно, неограниченная власть монархии способствовала проведению реформы.

На примере Финляндии  и Польши показаны уступки со стороны  Александра II: восстановление сейма в Финляндии в 1863г. и проведение аграрной реформы в Польше. Однако решив крестьянский вопрос в Польше, восстание было жестоко подавлено, что соответствовало тогдашнему настроению правящих кругов и общественных  игл, которые консолидировались вокруг великодержавных идей. Влияние восстания 1865 года в Польше имело большое значение на усиление реакционных тенденций в “верхах” и в обществе.

Изменения в политике Александра II, склонение к охранительным мера, к реакции Л. Г. Захарова увязывает с покушением Д. В. Каракозова у ворот летнего сада 4 апреля 1866 года, с раздвоенностью в личной жизни и страстью, что отразилось на внутреннем состоянии Александра II, его мировосприятии. Л. Г. Захарова замечает, что все же реформы были продолжены, хотя инициатива в проведении крупномасштабных преобразований, начатых отличной крепостного права постепенно утрачивалась.

Более широко Л. Г. Захарова освещает внешнюю политику России. Отношения с США, Японией, Пруссией, Австро-Венгрией. Завоевания в Средней Азии. Русско-турецкая война 1877 – 1878 годов.

Заканчивает Л. Г. Захарова свою работу описанием последнего года жизни Александра II и террористическим актом 1 марта. Историк дает оценку Александру II и его “Великим Реформам”, которые, как оказалось в действительности были направлены не на “улучшение быта” народа, не на экономическое процветание, не на развитие выборного представительного начала и создание основ правового государства, а на укрепление самодержавия, усиление военной мощи, расширении империи во имя величия России, как понимал его Александр II и его окружения. Таков вердикт Л.Г. Захаровой.

Также в основу работы вошла статья М.Д. Долбилова “Александр II и отмена крепостного права” (Вопросы истории. -1998. -№10. –с.39-51) Мысль о том, что желание царя осуществить реформу еще не делало из него реформатора полном смысле слова, прослеживается через всю работу М.Д. Долбилова. Начало реформ М.Д. Долбилов расценивает как более  или менее обдуманной попыткой Александра II найти выход из кризиса под влиянием комплекса рациональных побудительных мотивов. В качестве мотивов М.Д. Долбилов приводит стремление восстановить подорванный военным поражением  престиж государства и предотвратить социальные потрясения, расчет на модернизацию экономики и преодоления хозяйственной и технической отсталости от западноевропейских стран, намерение поднять авторитет самодержавия в Европе и внутри страны.9

Работу Секретного комитета М.Д. Долбилов оценивает как непродуктивную. Ее результатом стал план мероприятий, рассчитанный на три неопределенно  долгих периода. Автор статьи приводит отрывок из воспоминаний Д.А. Оболенского, одного из доверенных сотрудников великого князя Константина Николаевича, о поручении всем членам комитета написать соответствующие проекты указов и что рескрипт Назимову был неожиданным поворотом в деле. Оценивая рескрипт Назимову, М.Д. Долбилов приходит к выводу, что этот документ в глазах императора не был программой преобразований для всей России.

Более подробно М.Д. Долбилов останавливается на работе Редакционных комиссий  во главе с Я.И. Ростовцевым. Формально Редакционные комиссии являлись вспомогательным органом при  Главном комитете, а в действительности их состав и круг деятельности определялись Я.И. Ростовцевым. В представлении царя,  по мнению М.Д. Долбилова, для успеха реформы важна была личность Я.И. Ростовцева, а не самый институт Редакционных комиссий. Александр II регулярно читал доклады председателей Редакционных комиссий – Ростовцева и с февраля 1860г. В.Н. Панина. М.Д. Долбилов отмечает, что Александр II отстаивал добровольность соглашений о выкупе наделов не из одной лишь боязни нарушить собственнические права дворянства, а потому что ему было в той же мере неприемлемо принуждение к выкупу крестьян.

Также представляет интерес  книга Л.Я. Ляшенко “Царь-Освободитель”.-М.,-1994, посвященная не собственно реформам 1860-1870-х гг., а императору Александру II. Автор прослеживает жизненный путь монарха, пытается разобраться в его симпатиях и антипатиях, анализируя главные деяния царя, а также дает характеристику ближайшего окружения Александра II.

Анализируя главные  деяния царя, Л.Я. Ляшенко подробно рассматривает  подготовку крестьянской реформы, уделяя внимание, главным образом, участию Александра II в этом деле и его отношением с ближайшим окружением. Л.М. Ляшенко дает характеристику видных политических деятелей того времени: С.С. Ланского, Н.А. Милютина, Я.Н. Ростовцева, Великого князя Константина Николаевича.

Целую главу автор  отводит для рассмотрения внешней  политики. Также большое внимание уделяет, так называемому периоду  контрреформ, когда стала преобладать  политическая реакция.

В очерке Т. Новицкой “Великие реформы Александра II” (от ликвидации тайной полиции к введению суда присяжных). Рассмотрены все реформы Александра II в обзорном виде.

Автор пишет, что реформы  Александра II были действительно велики по глубине тех перемен, которые они провели в социальном, экономическом и политическом строе.

Т.Новицкая обращает внимание на то, что большинство ученых, которые  изучали и анализировали реформы, как правило, были недовольны их половинчатостью  и непоследовательностью. Такой  взгляд присущ левому крылу российской интеллигенции, традиционно составлявшему ее большинство. Но реформа – это не революция. А потому, оценивая социально – экономические реформы, можно говорить лишь о том, что они открыли дорогу для постепенного и довольно медленного развития России по капиталистическому пути.

 Т. Новицкая приводит  важную, но часто упускаемую из  вида проблему: готово ли общество  и государство к реформам, имеются  ли в наличии силы, способные  воплотить реформы в жизнь.10 В первую половину XIX века были разработаны и опробованы на практике отдельные элементы отдельной крестьянской реформы.

Т. Новицкая приводит один из важных факторов при проведении реформы – это финансовое обеспечение. В связи с поражением в Крымской войне Россия испытывала серьезное  финансовые затруднения. Во многом именно поэтому темпы реформы определять финансовые положением России. Однако, пишет Т. Новицкая, решающее значение имела внутриполитическая ситуация. Именно она вынудила Александра II пойти на реформы, необходимость проведения которых он отлично понимал.

Далее Т. Новицкая дает краткую характеристику всех основных реформ и делает вывод о том, что реформы были  неравнозначны по тому влиянию, которые они оказали на развитие российской государственности. В одних случаях, с точки зрения современников, они были недостаточно радикальны, другие реформы с точки зрения правительства были слишком революционны и потребовалось принятие ряда нормативных актов, чтобы их несколько “поправить”.11

Р. Белоусов в статье ”Две крестьянские реформы: 1861 и 1907 годы.”  рассматривает крестьянскую реформу Александра II и столыпинскую аграрную реформу 1907 года. Автор делает довольно пессимистичный вывод в отношении итогов крестьянской реформы 1861 года. Он отмечает, что многие хозяйства помещиков оказались малорентабельными или убыточными, а перестроиться на интенсивный путь развития они не смогли. Поэтому им приходилось искать новые источники дохода: занимать офицерские должности в армии, поступать на службу в государственные учреждения, банки, коммерческие организации.

Итогом реформы 1861 года Р. Белоусов считает оскудение деревни и, как следствие, снижение производства хлеба в России на душу населения. Как доказательство своей правоты он приводит данные статистики: 448 кг. в 1861-1865гг. до 408 в 1886-1890гг. и 392 кг. 1891-1895гг.12 Однако, надо сказать, что данные земской статистики говорят об обратном. Приводя данные за 1891-1895гг., Р. Белоусов не пишет о том, что 1890-1891 годы были неурожайными за 19 век, а следовательно естественно будет снижение производства хлеба.

К подобным выводам приходит К. Смирнов в своей статье “Великая бесплодная реформа”.(Власть.-2001.-№8.-с. 24-25) Автор считает, что крестьянская реформа 1861 года не стала отправной точкой для ускорения экономического развития России. Она не помогла российскому обществу и государству адекватно ответь на вызов времени – быстрыми темпами перейти от феодализма к капитализму. Врастание в капитализм, по его мнению, оказалось для России очень мучительным и сопровождалось революционным потрясением. Однако в данной точке зрения существует противоречие: переход к капитализму более быстрыми темпами был бы еще мучительнее для России.

Следует отметить, что  обе работы: Р. Белоусова и К. Смирнова дают крайне пессимистические оценки развития сельского хозяйства страны в 60-90-е годы XIX века, что не подтверждается данными земской статистике. Нужно заметить, что в пореформенные десятилетия явно улучшается. Во многом  благодаря земствам, положение крестьян - хотя бы в области здравоохранения, образования. Результатом этого стало быстрое увеличение численности населения, в первую очередь сельского, за которым явно не последовало интенсификации хозяйства. В итоге к концу XIX века обострилась аграрная проблема.

В то же время следует  поставить под вопрос правомерность  упрека реформе 1861 года, что она сохранила помещичье землевладение – его ликвидация привела бы тогда к немедленному развалу всего товарного хозяйства.

Вторая глава представляет реформы 1860-1870-х годов. В первом параграфе  мы рассматриваем земскую и городскую  реформу. Большое место в работе занимает статья А. Левандовского “Самоуправление в контексте самовластья”(Знание – сила.-1992.-№2.-с. 64-70) Автор затрагивает проблему самоуправления в России. Он приводит план Сперанского и останавливается на той его части, которая автору наиболее интересна. А именно на разработке структуры органов самоуправления, которые должны были потеснить бюрократические структуры. А. Левандовский считает, что ”Положение о губернских и уездных земских учреждениях” по содержанию несколько напоминал “План” Сперанского, но ухудшенный и искаженный до нельзя.13 По его мнению, незавершенность и непоследовательность бросается в глаза. “Земское строение” было лишено фундамента  - низших волостных земств, так и крыши – общероссийского представительного органа, который, подобно предлагавшейся Сперанским Государственной думе, венчал бы собой земскую систему. А это, с одной стороны, неизбежно отрывало подобную систему от “земли”, от повседневных, самых насущных проблем местного населения, а с другой – лишало ее возможности действовать как единое целое, представлять интересы всего “земского”, нечиновного населения страны.14

К недостаток Л. Левандовский относит то, как была устроена организация  выборов. В основу был положен  сословный принцип. Также минусом  он считает ограниченность компетенции земств. Они занимались местными, хозяйственными делами.

А. Левандовский отмечает и положительные стороны создания земств. Впервые в истории России крестьянство получило квалифицированную  медицинскую помощь. Земства внесли свой вклад в образование, в его развитие, были открыты земские школы, налажены ветеринарная служба и как следствие улучшение положения животноводства, организация статистики.

В конце своей работы А. Левандовский делает вывод о том, что созданная система самоуправления могла стать полем серьезной, полезной для государства деятельности оппозиционных сил, однако, в скором времени она была извращена и потеряла свою привлекательность для тех, кто искал приложения своих к решению важных проблем пореформенной России. Земства окончательно были добиты контрреформами 1889-1890 годов, что заставило и либералов, и радикалов с головой уйти в политику и тем самым из потенциальных сотрудников превратиться в непримиримых врагов власти.

Подобного рода взгляды  И.А. Исаева, изложенные в книге “История государства и права России”.(-М.1994) Он также пишет о том, что земская реформа не формировала стройной и централизованной системы, не создала орган, возглавляющий и координирующий работу всех земств. Правительство всячески противилось этому. В качестве примера, И.А. Исаев приводит случай с Санкт-Петербургским губернским земским собранием, когда в 1865г. оно поставило вопрос об образовании такого органа, оно было попросту закрыто правительством. Таким образом существование земских учреждений допускалось только на губернских и уездных уровнях. Пишет И.А. Исаев и о положительных сторонах создания земств. Они аналогичны тем, которые приводит А. Левандовский. Интерес вызывает тот факт, что И.А. Исаев оценивает земскую реформу как буржуазную по своему характеру в том плане, что земства стали своеобразной политической школой, через которую прошли многие представители либерального и демократического общественных направлений.

Также И.А. Исаев рассматривает  городскую реформу, которая была близка к земской. Поэтому автор сравнивает городскую реформу с земской в плане зависимости от государственных бюрократических и полицейских учреждений. Вместе с тем автор отличает, что создание новых органов самоуправления способствовало становлению общественно-политической и культурной жизни, помогало торгово-промышленному развитию русских городов.15

Во втором параграфе  мы рассматриваем судебную реформу 1864 года. Здесь нам интересна оценка А. Смыкалина в его работе “Судебная  реформа 1864 года”.(Российская юстиция.-2001.-№5.-с. 39-42) Автор называет причины необходимости реформирования суда. Это устаревшее законодательство Петра I и Екатерины II, сложная и запутанная структура, существование множества специальных судов, взяточничества, не был установлен образовательный ценз для судей. А. Смыкалин выводит основные принципы реформы и рассматривает законодательную базу. Судебная реформа в норме изменила судоустройство, процессуальное и отчасти материальное право Российской империи. Принципы, провозглашенные в судебных уставах, носили буржуазный характер: судебная власть отделялась от законодательной, исполнительной, административной, принцип независимости и несменяемости судей; принцип равенства всех перед законом; вводится всесословный суд; учреждена адвокатура; вводится институт присяжных заседателей; введены принципы устности, гласности, состязательность судопроизводства; провозглашалась презумпция невиновности.

Кардинально была изменена система судоустройства. Вместо сплошной структуры сословных судов создавалось  две судебные системы: местные и общие суды. Останавливает свое внимание А. Смыкалин на создание мировых судов. К особенностям мировых судов в сравнении с другими судами пореформенной России автор относит то, что они рассматривали малозначительные уголовные и гражданские дела, это были третейские, совестные судьи, освобожденные от судебных пошлин. Отсюда вторая особенность – выборность мировых судей.

Более подробно создание мирового суда и деятельность мировых  судей рассматривает И. Шаркова  в статье “Мировой судья в дореволюционной России.”(Государство и право.-1998.-№9.-с. 79-85)

Также представляет интерес  работа Н.Н. Ефремовой и М.В. Немытиной  “Местное самоуправление и юстиция  в России(1864-1917гг.)”(Государство  и право.-1994.-№3.-с. 126-133) По их мнению, земская, городская и судебная реформы были созвучны друг другу по цели, характеру и принципам. ”Они призваны обеспечить экономические и социальные продвижения страны вперед без радикальных, как казалось поначалу, перемен в политическом строе, демократизировать российскую действительность, но в определенных пределах.”16 Авторы выводят общие принципы, на которых строилась деятельность органов земского самоуправления и новых судебных установлений: занятость, выборность, гласность, независимость от администрации, равенство.

Авторы обращают внимание на то, что нельзя идеализировать преобразования II половины XIX века в России. Они пишут о незавершенности и непоследовательности, ограниченности текстов Земского положения и Судебных уставов.

Принцип законности, на котором должна была строиться деятельность земских и новых судебных учреждений, противоречит абсолютистской форме правления. Закон в абсолютистском государстве выражает волю монарха, лиц, его окружающих и стоящих на верху пирамиды власти, но в определенных случаях воля монарха может оказаться и выше закона. Иерархическая подчиненность бюрократического аппарата при этой форме правления ставит любое должностное лицо в государстве в зависимость прежде всего не от закона, а от вышестоящего чиновника. При этом авторы не учитывают. Что в то время никакой альтернативы самодержавию, кроме хаоса и развала не существовало. Демократическое правление было невозможно, так как отсутствовала массовая база демократии – “средний класс” нового типа. Кроме того, многонациональный состав населения, наличие весьма агрессивных соседей, крайняя сложность осуществления модернизации в стране второго эшелона, которой была Россия, делали жизненно необходимой именно авторитарную власть, действующую в национальных интересах. Таковой, при всех своих промахах, и являлась самодержавие.

Выборы в земские учреждения, проходившие на началах сословности, ценза, многостепенные для крестьян закладывали элементы неравенства  в основу деятельности этих представительных органов. Однако авторы оценивают цензовые начала не только отрицательно. Положительным моментом является определенный материальный уровень, наличие образования, прохождение службы в тех или иных должностях.

Принцип независимости от администрации  в деятельности судебных установлений был подкреплен еще и несменяемостью судей. Авторы считают судебную реформу наиболее последовательной и демократичной в ряду преобразований того времени.17

В параграфе третьем мы рассматриваем  военную реформу. Здесь для нас  представляет интерес статья Осиповой М.Н. После Крымской войны[Военные реформы второй половины XIX века] (Военно-исторический журнал.- 1992.-№2.-с. 4-13)

Реформы 60-70-х годов  затронули все области военного дела. Одна из первых реформ - реорганизация  центрального военного управления и  создания местных органов управления в виде военных округов. М.Н. Осипова называет основным недостаток системы военного управления чрезмерную централизацию, которая лишала возможности на местах проявлять какую-либо самостоятельность и инициативу в решении даже мелких вопросов.18

Автор статьи рассматривает  основные моменты реформирования центрального военного управления и местного, также  как реорганизацию центрального управления, реорганизация Генерального штаба; создания военно-окружной системы. Результатом реформы стала стройная и четкая организация как центрального, так и местного управления. Сократился аппарат, уменьшилась канцелярская переписка.

М.Н. Осипова пишет  и о реформировании в области  устройства армии и об изменениях в системе подготовки офицерских кадров. Реформы военно-учебных заведений позволила ликвидировать некомплект офицеров и поднять уровень их подготовки. Однако, делает оговорку М.Н. Осипова, образование покупали по прежнему главным образом выходцы из дворян. Для представителей других сословий доступ в военно-учебные заведения практически был закрыт.19 Надо заметить, что здесь М.Н. Осипова слишком категорична. Доступ в военно-учебные заведения недворян был скорее затруднен, чем закрыт. Однако доля недворян в подобных заведениях постоянно росла.

Подробно М.Н. Осипова рассматривает проблему перевооружения армии. Она описывает новые виды оружия, поступавшие в армию; пишет о реконструкции отечественной промышленности без которой перевооружение было бы невозможно.

Была проведена военно-судебная реформа в армии, которая ввела буржуазные принципы военного судоустройства и судопроизводства. Однако М.Н. Осипова приходит к выводу, что “реформы 60-х годов все же не решили основного вопроса реорганизации армии, ее способности быстро развертываться в случае войны.”20