Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Реформы Сперанского

ПЛАН

Введение

Глава1.

Раскрыть исторические события в ХVIII веке;

Глава 2.

Суть концепции, раскрыть суть реформ и идей М.М.Сперанского ;

Глава 3.

Выявить последствия реформ и идей, выявить актуальность данной доктрины в современное время .

Заключение

Литература

Актуальность нашей работы доказывает то, что данные реформы и идей М.М.Сперанского интересуют до сих пор многих историков. По моему мнению, реформы актуальны и по сей день. Стратегии ,которые предлагал М.М.Сперанский можно применить и в наше время.

Значимость по проекту Сперанского принцип разделения властей должен был стать основой государственного устройства России. При этом бы все власти соединялись в руках императора. Предполагалось создать Государственную думу в качестве законосовещательного органа. Исполнительную власть сосредоточить в министерствах, а высшим органом судебной власти сделать Сенат. Из плана Сперанского были реализованы те его части, которые касались введения Государственного совета и завершения министерской реформы.

Формы государственного управления представлялись Сперанскому в таком виде: Россия делится на губернии (и области на окраинах), губернии – на округа, округа - на волости.

Объектом настоящего курсового проекта стало являются идеи и реформы М.М.Сперанского.

Предметом исследования послужило результаты реформ М.М. Сперанского и актуальность его идей для современной российской политики. Таким образом, целью данного исследования становится выявление влияния реформ и идей М.М. Сперанского в Росси. Для этого необходимо выполнить ряд задач:

раскрыть исторические события в ХVIII веке;
раскрыть суть реформ и идей М.М.Сперанского ;
выявить последствия реформ и идей, выявить актуальность данной доктрины в современное время .

Для написания данной работы были использованы научные и периодические издания таких авторов, как: Г. С. Габаевым., Телешов И. Я., Новикова Л.И.

Введение.

М. М. Сперанский (1772-1839)

Россия вступила в XIX век абсолютной (самодержавной) монархией. Во главе пирамиды власти стоял император. Он издавал законы и следил за их исполнением, был верховным судьей, распоряжался финансами. Однако нарастание элементов капиталистического развития, разложение феодально-крепостнического строя предопределили реформирование системы власти. Наиболее дальновидные политики начинали понимать, что задержка в экономическом развитии и все возраставшее отставание страны от Запада не способствуют росту ее международного влияния и ослабляют решение многих внутренних проблем. Необходимость модернизации становилась все ощутимее.

Михаил Михайлович Сперанский родился в 1772 году во Владимирской губернии в селе Черкутино. Отец его был священником сельской церкви. Он мало уделял внимание своему дому и семье, поэтому все заботы по быту целиком и полностью лежали на матери.

Летом 1788 года Владимирская семинария была объединена с Суздальской и Переяславской семинариями в одно учебное заведение, расположившееся в Суздале. Однако долго жить здесь Сперанскому не пришлось. Причиной тому были изменения, начавшиеся в системе церковного образования. Синод русской православной церкви в конце XVIII в. был озабочен низким уровнем подготовки священнослужителей. Во многих семинариях, по мнению Синода, слушателям не давали достаточных знаний. Поэтому было принято решение о создании на базе Славяно-греко-латинской семинарии, располагавшейся в Александро-Невском монастыре Петербурга, "главной семинарии", которая в 1797 г. была преобразована в Духовную академию.

Выпускникам Александро-Невской семинарии надлежало возвращаться преподавателями в те семинарии, откуда их направили. М. Сперанскому было сделано предложение остаться работать в Петербурге. Весной 1792 г. он был определен на должность учителя математики "главной семинарии" России. Несомненные успехи молодого преподавателя, не остались незамеченными руководством учебного заведения и через три месяца Сперанскому поручают вести курсы физики и красноречия, позднее - курс философии. Его жалованье при столь высокой загруженности составило 275 рублей в год. Эта была небольшая сумма, особенно для молодого человека, жившего в столице.

В 1796 г. в жизни М. Сперанского произошли изменения, которые во многом определили его дальнейшую судьбу. В поисках дополнительных заработков он устроился личным секретарем к генерал-прокурору А. Б. Куракину и некоторое время стал совмещал преподавательскую деятельность с работой у князя. Но уже в конце декабря 1796 г. он прекращает преподавание, вероятно не предполагая, что вернется к нему в других условиях, и вливается в состав бесчисленной армии российского чиновничества. Впоследствии сам Сперанский не раз будет жаловаться на то, что выбрал себе эту долю, однако тогда в момент выбора он был полон благих надежд и уверенности, что станет знаменитым и непременно прославит свое имя какими-нибудь великими свершениями.

Эти изменения в жизни Сперанского произошли в тот год, когда на российский престол взошел 42-летний Павел I. Исследователи отечественной истории по-разному оценивали деятельность этого императора. Дворянский историк Н. К. Шильдер считал правление Павла "временем слепой прихоти и насилия", "периодом бреда и хаоса". Совершенно противоположную оценку давал известный историк и дипломат второй половины XIX века Д. Д. Милютин, называвший царствование Павла "временем преобразований, которыми вводились порядок и управление". Именно в такой сложный и противоречивый период начинала складываться чиновничья карьера Михаила Михайловича Сперанского.

Восхождение его по служебной лестнице было в полном смысле слова стремительным. Уже через три месяца после своего вступления в гражданскую службу, он получил чин коллежского асессора, еще через девять месяцев - 1 января 1798 года - был назначен надворным советником. Спустя двадцать с половиной месяцев в сентябре 1799 года - коллежским советником. Не прошло и трех месяцев, как он сделался статским советником. А уже 9 июля 1801 года - Сперанский стал действительным статским советником. Всего за четыре с половиной года, мы видим, как из домашнего секретаря знатного вельможи он превратился в видного сановника Российской империи и как пишет первый биограф Сперанского, бывший соученик А.С. Пушкина по Царскосельскому лицею барон М.А. Корф: "в четыре с половиною года наш семинарист, из домовых секретарей частного человека, достиг звания Государева статс-секретаря, важной должности в составе государственного управления, чина, называемого в просторечии генеральским, и не только значительного, по тогдашнему времени, служебного содержания, но уже и пожизненной пенсии".

Однако не сама по себе быстрота продвижения Сперанского по служебной лестнице достойна здесь удивления, удивительно другое: как и каким образом, это ему удалось?

Имея перед глазами его карьеру, вполне естественно предположить, что Сперанский пользовался постоянным покровительством какой-либо знатной особы. Но в том-то вся загадка и состоит, что не было за его спиной этой знатной особы и можно лишь строить догадки, что для успешной карьеры он обращал в покровителя каждого своего нового начальника. Особое отношение к Михаил Михайловичу со стороны руководства можно объяснить его умом, педантичностью, умением в кратчайшие сроки подготовить любой документ в рамках существовавших законов.

Таким образом, план реформ, составленный М. М Сперанским в виде обширного документа «Введение к уложению государственных законов», был как бы изложением мыслей, идей и намерений не только реформатора, но и самого государя. Как верно замечает современный исследователь этой проблемы С.В. Мироненко, «самостоятельно, без санкции царя и его одобрения, Сперанский никогда не решился бы на предложение идей, чрезвычайно радикальных в условиях тогдашней России». Что же это были за идей?

Глава 1.

1.Указ о свободных хлебопашцах

Закон о вольных хлебопашцах в России - закон от 20 февраля 1803 г., в соответствии с которым помещики получили право освобождать крепостных крестьян поодиночке и селениями, с обязательным наделом землей. За свою волю крестьяне выплачивали выкуп или исполняли повинности. Если обязательства не выполнялись, крестьяне возвращались к помещику. Крестьян, получивших таким образом волю, называли вольными или свободными хлебопашцами, с 1848 г. их стали называть государственными крестьянами.

Указ о свободных хлебопашцах

20 февраля 1803 г.

Действительный тайный советник граф Сергей Румянцев , изъявив желание некоторым из крепостных его крестьян при увольнении их утвердить в собственность продажею или на других добровольных условиях участки из принадлежащих ему земель, испрашивал, чтоб условия таковые, добровольно заключаемые, имели то же законное действие и силу, какое прочим крепостным обязательствам присвоено, и чтоб крестьяне, таким образом уволенные, .могли оставаться в состоянии свободных земледельцев, не обязываяся входить в другой род жизни.

Находя с одной стороны, что по силе существующих законов, как то, по манифесту 1775 и указу 12 декабря 1801 годов увольнение крестьян и владение уволенным землею в собственность дозволено; а с другой, что утверждение таковое земель в собственность может во многих случаях представить помещикам разные выгоды и иметь полезное действие на ободрение земледелия и других частей государственного хозяйства: мы считаем справедливым и полезным, как ему графу Румянцеву, так и всем, кто из помещиков последовать примеру его пожелает, распоряжение таковое дозволить; а дабы имело оно законную свою силу, находим нужным постановить следующее.

1) Если кто из помещиков пожелает отпустить благоприобретенных или родовых крестьян своих по одиночке, или и целым селением на волю, и вместе с тем утвердить им участок земли или целую дачу; то сделав с ними условия, какие по обоюдному согласию признаются лучшими, имеет представить их при прошении своем чрез губернского дворянского предводителя к министру внутренних дел для рассмотрения и представления нам; и если последует от нас решение желанию его согласное: тогда предъявятся сии условия в Гражданской палате и запишутся у крепостных дел со взносом узаконенных пошлин.

2) Таковые условия, сделанные помещиком, с его крестьянами и у крепостных дел записанные, сохраняются как крепостные обязательства свято и ненарушимо. По смерти помещика законный его наследник, или наследники, вступают во все обязанности и права, в сих условиях означенные.

3) В случае неустойки той, или другой стороны в сих условиях присутственные места по жалобам разбирают и чинят взыскания по общим узаконениям о контрактах и крепостях, с таковым при том наблюдением, что если крестьянин, или и целое .селение не исполнит своих обязательств: то возвращается помещику с землею и семейством его во владение по прежнему. 4) Крестьяне и селения от помещиков по таковым • условиям с землею отпускаемые, если не пожелают войти в другие состояния, могут оставаться на собственных их землях земледельцами и сами по себе составляют особенное состояние свободных хлебопашцев.

5) Дворовые люди и крестьяне, кои доселе отпущаемы были лично на волю с обязательством избрать род жизни, могут в положенный законами срок вступать в сие состояние свободных земледельцев, если приобретут себе земли в собственность. Сие распространяется и на Тех из них, кои находятся уже в других состояниях и перейти в земледельческое пожелают, приемля на себя и все обязанности оного.

6) Крестьяне, отпущенные от помещиков на волю и владеющие землею в собственность, несут подушный казенный оклад наравне с помещичьими, отправляют рекрутскую повинность натурою, и исправляя наравне с другими казенными крестьянами земские повинности, оброчных денег в казну не платят.

7) Они ведаются судом и расправою в тех же местах, где и казенные крестьяне; по владениям же землею разбираются по крепостям, как владельцы недвижимой собственности.

8) Как скоро исполнением условий, крестьяне, таковые получают землю в собственность: они будут иметь право продавать ее, закладывать и оставлять в наследие, не раздробляя однакож участков менее 8 десятин; равно имеют они право вновь покупать земли; а потому и переходить из одной губернии в другую; но не иначе как с ведома Казенной палаты для перечисления их подушного оклада и рекрутской повинности.

9) Поелику крестьяне таковые имеют недвижимую собственность: то и могут они входить во всякие обязательства; и указы 1761 и 1765 годов, запрещающие крестьянам без дозволения их начальств вступать в условии, на них не простираются.

10) В случае, ежели бы крестьяне, отпущаемые помещиком на волю с землею, состояли в казенном или частном залоге: они могут с дозволения казенных мест и с согласием частных кредиторов принимать на себя долг, на имении том лежащий, вносить его в условия; а во взыскании сего долгу, на себя ими принимаемого, поступать с ними, как с помещичьими.

Восстание декабристов (14 (26) декабря 1825)

14 декабря офицеры-члены тайного общества еще затемно были в казармах и вели агитацию среди солдат.

С горячей речью выступил перед солдатами Московского полка Александр Бестужев. «Я говорил сильно, меня слушали жадно»,— вспоминал он позже. От

вому царю солдаты отказались и приняли решение идти на Сенатскую площадь. Полковой командир Московского полка барон Фредерикс хотел было помешать выходу из казарм восставших солдат — и упал с разрубленной головой под ударом сабли офицера Щепина-Ростовского. Был ранен и полковник Хвощинский, желавший остановить солдат. С развевающимся полковым знаменем, взяв боевые патроны и зарядив ружья, солдаты Московского полка первыми пришли на Сенатскую площадь. Во главе этих первых в истории России революционных войск шел штабс-капитан лейб-гвардии драгунского полка Александр Бестужев. Вместе с ним во главе полка шли его брат, штабс-капитан лейб-гвардии Московского полка Михаил Бестужев и штабс-капитан того же полка Дмитрий Щепин-Ростовский.

Полк построился в боевом порядке в форме каре около памятника Петру 1. Каре (боевой четырехугольник) было проверенным и оправдавшим себя боевым построением, обеспечивавшим как оборону, так и нападение на противника с четырех сторон. Было II часов утра. К восставшим подскакал петербургский генерал-губернатор Милорадович, стал уговаривать солдат разойтись, клялся в том, что присяга Николаю правильна, вынимал шпагу, подаренную ему цесаревичем Константином с надписью: «Другу моему Милорадовичу», напоминал о битвах 1812 г. Момент был очень опасен: полк пока был в одиночестве, другие полки еще не подходили, герой 1812 г. Милорадович был широко популярен и умел говорить с солдатами. Только что начавшемуся восстанию грозила большая опасность. Милорадович мог сильно поколебать солдат и добиться успеха. Нужно было во что бы то ни стало прервать его агитацию, удалить его с площади. Но, несмотря на требования декабристов, Милорадович не отъезжал и продолжал уговоры. Тогда начальник штаба восставших декабрист Оболенский штыком повернул его лошадь, ранив графа в бедро, а пуля, в этот же момент пущенная Каховским, смертельно ранила генерала. Опасность, нависшая над восстанием, была отражена.

Избранная для обращения к Сенату делегация — Рылеев и Пущин — еще рано утром отправилась к Трубецкому, который перед этим сам заходил к Рылееву. Выяснилось, что Сенат уже присягнул и сенаторы разъехались. Оказалось, что восставшие войска собрались перед пустым Сенатом. Таким образом, первая цель восстания не была достигнута. Это была тяжелая неудача. От плана откалывалось еще одно задуманное звено. Теперь предстоял захват Зимнего дворца и Петропавловской крепости.

О чем именно говорили Рылеев и Пущин в это последнее свидание с Трубецким — неизвестно, но, очевидно, они договорились о каком-то новом плане действий и, придя затем на площадь, принесли вместе с собой уверенность, что Трубецкой сейчас придет туда же, на площадь, и приступит к командованию. Все нетерпеливо, ждали Трубецкого.

Но диктатора все не было. Трубецкой изменил восстанию. На площади складывалась обстановка, требовавшая решительных действий, а на них-то и не решался Трубецкой. Он сидел, терзаясь, в канцелярии Генерального штаба, выходил, выглядывал из-за угла, много ли собралось войска на площади, прятался вновь. Рылеев искал его повсюду, но не мог найти. Кто же мог догадаться, что диктатор восстания сидит в царском Генеральном штабе? Члены тайного общества, избравшие Трубецкого диктатором и доверявшие ему, не могли понять причины его отсутствия и думали, что его задерживают какие-то причины, важные для восстания. Хрупкая дворянская революционность Трубецкого легко надломилась, когда пришел час решительных действий.

Вождь, изменивший делу революции в самый решительный момент, конечно, является в некоторой мере (но лишь в некоторой!) выразителем классовой ограниченности дворянской революционности. Но все же неявка избранного диктатора на площадь к войскам в часы восстания—случай беспрецедентный в истории революционного движения. Диктатор предал этим и идею восстания, и товарищей по тайному обществу, и пошедшие за ними войска. Эта неявка сыграла значительную роль в поражении восстания.

Восставшие долго выжидали. Солдатские ружья стреляли «сами». Несколько атак, предпринятых по приказу Николая конной гвардией на каре восставших, были отбиты беглым ружейным огнем. Заградительная цепь, выделенная из каре восставших, разоружала царских полицейских. Этим же занималась и «чернь», находившаяся на площади.

Мы видим, что войска были не единственной живой силой восстания 14 декабря: на Сенатской площади в этот день был еще один участник событий — огромные толпы народа.

Общеизвестны слова Герцена — «декабристам на Сенатской площади не хватало народа». Понимать эти слова надо не в том смысле, что народа вообще не было на площади,—народ был, а в том, что декабристы не сумели опереться на народ, сделать его активной силой восстания.

В течение всего междуцарствия на улицах Петербурга было оживленнее обычного. Особенно это было заметно в воскресенье 13 декабря, когда прошел слух о новой присяге, о новом императоре и отречении Константина. В день восстания, еще затемно, народ стал скопляться то тут, то там у ворот казарм гвардейских полков, привлеченный толками о готовящейся присяге, а возможно, и широко распространившимися слухами о каких-то льготах и облегчениях для народа, которые сейчас объявят при присяге. Слухи эти, несомненно, шли и от прямой агитации декабристов. Незадолго до восстания Николай Бестужев с товарищами ночью объезжал военные караулы у казарм и говорил часовым, что скоро отменят крепостное право и уменьшат срок солдатской службы. Солдаты жадно слушали декабристов.

Любопытно впечатление современника о том, как «пусто» в этот момент было в прочих частях Петербурга: «Чем далее отходил я от Адмиралтейства, тем менее встречал народа; казалось, что все сбежались на площадь, оставив дома свои пустыми». Очевидец, фамилия которого осталась неизвестной, рассказывал: «Весь Петербург стекался на площадь, и первая адмиралтейская часть вмещала в себе до 150 тысяч человек, знакомые и незнакомые, приятели и враги забывали свои личности и собирались в кружки, рассуждали о предмете, поразившем их взоры» .Надо отметить поразительное единодушие первоисточников, говорящих об огромном скоплении народа.

Преобладало «простонародье», «черная кость» — ремесленники, рабочие, мастеровые, крестьяне, приехавшие к барам в столицу, мужики, отпущенные на оброк, «люди рабочие и разночинцы», были купцы, мелкие чиновники, ученики средних школ, кадетских корпусов, подмастерья... Образовались два «кольца» народа. Первое состояло из пришедших пораньше, оно окружало каре восставших. Второе образовалось из пришедших позже — их жандармы уже не пускали на площадь к восставшим, и «опоздавший» народ толпился сзади царских войск, окруживших мятежное каре. Из этих пришедших «позже» и образовалось второе кольцо, окружившее правительственные войска. Заметив это, Николай, как видно из его дневника, понял опасность этого окружения. Оно грозило большими осложнениями.

Основным настроением этой огромной массы, которая, по свидетельствам современников, исчислялась десятками тысяч человек, было сочувствие восставшим.

Николай сомневался в своем успехе, «видя, что дело становится весьма важным, и не предвидя еще, чем кончится». Он распорядился заготовить экипажи для членов царской семьи с намерением «выпроводить» их под „прикрытием кавалергардов в Царское Село. Николай считал Зимний дворец ненадежным местом и предвидел возможность сильного расширения восстания в столице. О том же говорило поручение охраны дворца саперам: очевидно, при охране Зимнего царю мерещились даже какие-то наспех возведенные укрепления, для батарей. Николай еще яснее выразил эти настроения, записав, что в случае кровопролития под окнами дворца «участь бы наша была более чем сомнительна». И позже Николай много раз говорил своему брату Михаилу: «Самое удивительное в этой истории — это то, что нас с тобой тогда не пристрелили». В этих словах мало оптимистической оценки общего положения. Надо признать, что в этом случае историк должен полностью согласиться с Николаем.

В этих условиях Николай и прибег к посылке для переговоров с восставшими митрополита Серафима и киевского митрополита Евгения. Оба уже находились в Зимнем дворце для благодарственного молебна по случаю присяги Николаю. Но молебен пришлось отложить: было не до молебна. Мысль послать митрополитов для переговоров с восставшими пришла Николаю в голову как способ пояснить законность присяги ему, а не Константину через духовных лиц, авторитетных в делах присяги, «архипастырей». Казалось, кому лучше знать о правильности присяги, как не митрополитам? Решение ухватиться за эту соломинку укрепилось у Николая тревожными вестями: ему сообщили, что из казарм выходят лейб-гренадеры и гвардейский морской экипаж для присоединения к «мятежникам». Если бы митрополиты успели уговорить восставших разойтись, то новые полки, пришедшие на помощь восставшим, нашли бы уже основной стержень восстания надломленным и сами могли бы выдохнуться.

Вид приближающейся духовной делегации был довольно внушителен. Узорчатый зеленый и пунцовый бархат облачений на фоне белого снега, сверкание бриллиантов и золота на панагиях, высоких митрах и поднятых крестах, два сопровождающих дьякона в пышных, сверкающих парчой стихарях, надетых для торжественного придворного богослужения,—все это должно было приковать к себе внимание солдат.

Но в ответ на речь митрополита о законности требуемой присяги и ужасах пролития братской крови «мятежные» солдаты стали кричать ему из рядов, по авторитетному свидетельству дьякона Прохора Иванова: «Какой ты митрополит, когда на двух неделях двум императорам присягнул... Ты — изменник, ты дезертир, николаевский калуге?. Не верим вам, пойдите прочь!.. Это дело не ваше: мы знаем, что делаем...»

Внезапно митрополиты ринулись бегом влево, скрылись в проломе загородки Исаакиевского собора, наняли простых извозчиков (в то время, как справа, ближе к Неве, их издала дворцовая карета) и объездом вернулись в Зимний дворец. Почему произошло это внезапное бегство священнослужителей? К восставшим подходило огромное подкрепление. Справа, по йьду Невы, поднимался, пробиваясь с оружием в руках через войска царского окружения, отряд восставших лейб-гренадер. С другой стороны вступали на площадь ряды моряков — гвардейский морской экипаж. Это было крупнейшим событием в лагере восстания: его силы сразу увеличивались более чем вчетверо.

«Гвардейский экипаж, следовавший на Петровскую площадь, встречен был лейб-гвардии Московским полком с восклицаниями «ура!», на что гвардейский экипаж ему ответствовал, что повторялось на площади несколько раз»,— показывает Михаил Кюхельбекер.

Таким образом, порядок прибытия восставших полков на площадь был следующий: первым пришел лейб-гвардии Московский полк с декабристом Александром Бестужевым и его братом Михаилом Бестужевым во главе. За ним (значительно позже) — отряд лейб-гренадер — 1-я фузилерная рота декабриста Сутгофа со своим командиром во главе; далее— гвардейский морской экипаж под командой декабриста капитан-лейтенанта Николая Бестужева (старшего брата Александра и Михаила) и декабриста лейтенанта Арбузова. Вслед за гвардейским экипажем вступили на площадь последние участники восстания—остальная, наиболее значительная часть лейб-гренадер, приведенная декабристом поручиком Пановым. Рота Сутгофа примкнула к каре, а матросы построились со стороны Галерной другим воинским построением — «колонной к атаке». Пришедшие позже лейб-гренадеры под командой Панова составили отдельное, третье на Сенатской площади, построение — вторую «колонну к атаке», расположенную на левом фланге восставших, ближе к Неве. На площади собралось около трех тысяч восставших солдат при 30 офицерах-декабристах—строевых начальниках. Все восставшие войска были с оружием и при боевых патронах.

Артиллерии у восставших не было. Все восставшие были пехотинцами.

За час до конца восстания декабристы выбрали нового «диктатора» — князя Оболенского, начальника штаба восстания. Он трижды пытался созвать, но было уже поздно: Николай успел взять инициативу в свои руки и сосредоточить на площади против восставших вчетверо большие воинские силы, причем в его войсках были кавалерия и артиллерия, которыми не располагали декабристы. В распоряжении Николая было 36 артиллерийских орудий. Восставшие, как уже сказано, были окружены правительственными войсками со всех сторон.

Короткий зимний день клонился к вечеру. «Пронзительный ветер леденил кровь в жилах солдат и офицеров, стоявших так долго на открытом месте»,— вспоминали потом декабристы. Наступали ранние петербургские сумерки. Уже было 3 часа дня, и стало заметно темнеть. Николай боялся наступления темноты. В темноте народ, скопившийся на площади, повел бы себя активнее. Из рядов войск, стоявших на стороне императора, начались перебежки к восставшим. Делегаты от некоторых полков, стоявших на стороне Николая, уже пробирались к декабристам и просили их «продержаться до вечера». Более всего Николай боялся, как позже сам записал в своем дневнике, чтобы «волнение не сообщилось черни». Николай дал приказ стрелять картечью. Команда раздалась, но выстрела не последовало. Канонир, зажегший фитиль, не вложил его в пушку. «Свои, ваше благородие»,— тихо ответил он набросившемуся на него офицеру. Офицер Бакунин выхватил запал из рук солдата и выстрелил сам. Первый залп картечью был дан выше солдатских рядов — именно по «черни», которая усеяла крышу Сената и соседних домов. На первый залп картечью восставшие отвечали ружейным огнем, но потом под градом картечи ряды дрогнули, заколебались - началось бегство, падали раненые и убитые. «В промежутках выстрелов можно было слышать, как кровь струилась по мостовой, растопляя снег, потом сама, алея, замерзала»,— писал позже декабрист Николай Бестужев. Царские пушки стреляли по толпе, бегущей вдоль Английской набережной и Галерной. Толпы восставших солдат бросились на невский лед, чтобы перебриться на Васильевский остров. Михаил Бестужев попытался на льду Новы вновь построить солдат в боевой порядок и идти в наступление. Войска построились. Но ядра ударялись о лед — лед раскалывался, многие тонули. Попытка Бестужева не удалась,

К ночи все было кончено. Царь и его клевреты всячески преуменьшали число убитых,—говорили о 80 трупах, иногда о сотне или двух. Но число жертв было гораздо значительнее — картечь на близком расстоянии косила людей. По приказу полиции кровь засыпали чистым снегом, спешно убирали убитых. Всюду ходили патрули. На площади горели костры, от полиции послали по домам с приказом, чтобы все ворота были на запоре. Петербург походил на город, завоеванный врагами.