Введение.

     Римское государство занимает в истории  правового развития человечества и  современной юриспруденции совершенно исключительное место, как и, собственно, римское право¹, поскольку именно эта система, ставшая некогда единой для античного мира, легла в основу права многих современных государств. Актуальность исследования становления и развития Римской империи не утрачивается со временем.

     Во  II – I вв. до н.э. начинается период падения Римской республики, который представляется тремя этапами: реформа братьев Гракхов, диктатура Суллы, диктатура Юлия Цезаря. Этот период привел в дальнейшем к формированию монолитной и достаточно развитой Римской империи. Он интересен как для историков, так и для юристов, получивших в наследство богатейшую юридическую основу Римского государства.

     Вопрос  становления и развития Римской  империи в своих трудах рассматривали  множество ученых, такие как К.И.Батыр, Н.А.Машкин, И.А.Покровский и др.  Каждый из них имеет собственную точку  зрения на эту проблему и поэтому  для её разностороннего освещения следует использовать как новейшие, так и ставшие в наши дни раритетными труды.

     Целью настоящей работы является выявление  особенностей и основных черт периода  становления и развития Римской  империи. Для достижения этой цели необходимо обратиться к рассмотрению следующих вопросов:  причины перехода от республики к империи; установление принципата, его сущность и развитие, реформы Октавиана Августа; римский доминат, реформы императоров Диоклетиана и Константина, государственный строй при доминате; падение Западной Римской империи. 
 
 

     1.Причины  перехода от республики  к империи. 

     Рассмотрение  данного вопроса следует начать с характеристики внутренней политики Рима, предшествующей падению республики.

     Внутренняя  политика характеризовалась ожесточенной борьбой с одной стороны, оптиматов с движением Клодия, с другой, той и другой группировок с триумвирами. Борьба сенатской олигархии вылилась в вооруженное столкновение. Должности магистратов оказывались в руках тех, кто раздавал больше денег избирателям или пришел на должность, опираясь на насилие. В Риме прокатилась волна политических процессов, во время которых вскрывались вопиющие злоупотребления. События 54 – 51 г до н.э. показали, что вся система выборности магистратов, деятельность народных собраний выродились в беспринципную и жестокую борьбу отдельных клик и группировок в разгул самых диких страстей.¹ Экономика страны также находилась в бедственном положении. Властная верхушка сосредотачивает в своих руках огромные денежные капиталы, что приводит к еще большему расслоению общества.

     Именно  в таких условиях и начинается распад римской республики. Основываясь  на всем вышесказанном можно назвать  несколько причин перехода от республики к империи.

     В числе этих причин на первом месте  должно быть поставлено рабство. Рабы представляли собой крайне дешевую рабочую силу. То хозяйство, где можно было  эксплуатировать их в возможно большем количестве, значительно сокращало этим свои издержки производства, а вследствие этого оказывалось более устойчивым в экономической конкуренции. А такими хозяйствами были, конечно, хозяйства крупные.

     Не  равно отзывалась на богатых и  бедных и всеобщая воинская повинность. Вследствие почти непрерывных войн в течении первой половины периода республики трудоспособные граждане должны были беспрестанно – именно в рабочую пору – покидать свои участки для походов. Крупные землевладельцы переносили это сравнительно легко, но на мелкие хозяйства всякое сокращение рабочих рук или рабочих дней действует губительно. Ко всему этому во второй половине периода республики присоединяется еще то, что со стороны римской аристократии возникает усиленный спрос на землю.

     Результатом всего этого является полное исчезновение мелких крестьянских хозяйств к концу  периода республики и распространению  тех латифундий, которые, как известно, «погубили Рим». 

     Одновременно  с описанными процессами совершается  другой весьма важный процесс: по мере того как земледелие утрачивает свое первенствующее значение в экономической  жизни Рима, на сцену все больше выступает капитал движимый, денежный и накладывает на все коммерческий отпечаток. Все золото в своей значительной части разными путями попадает в руки руководящего класса – римской аристократии  и концентрируется там, в колоссальные состояния. Денежный капитал также оставляет в стороне подавляющую массу населения, мелких людей. Во всех  торговых, промышленных и банковских предприятиях они почти не находят себе места в качестве вольнонаемных рабочих, они нигде не нужны. ¹

     Представляется  несомненным, что расслоение общества на богатых и бедных, крупных и мелких землевладельцев, резкие различия состояния, умножение класса пролетариев, живущих подачками государства и готовых следовать за тем полководцем или политическим деятелем,  который посулит наибольшие материальные блага и т.д. не могли не свести на нет и республиканское равенство, каким бы оно ни было на практике, и народовластие, как бы оно не ограничивалось и ни ущемлялось. Следует учесть,  что римские республиканские институты сложились как институты управления городом, а не империей. Этим во многом объясняется и смена республиканской формы правления на монархическую, тем более приемлемую, что монархический элемент присутствовал и в старой республиканской конституции Рима.

     Также успешные завоевательные войны превратили Рим из небольшого государства-города в столицу огромного государства, к управлению которыми старая государственная форма полиса была совершенно неприспособленна. В новых условиях оказалось невозможным и далее устранять рабовладельческие классы в завоеванных Римом провинциях от политической власти. Пожертвовав исключительным положением «римского народа», империя способствовала консолидации рабовладельцев на всей ее территории в господствующий класс, связанный единством коренных интересов. Таким образом, была создана достаточно прочная социальная база того политического режима, который при всех переменах просуществовал столь же долго, что и республика¹ 

     2. Установление принципата, его сущность и  развитие.

     Реформа Октавиана Августа.

     С 30х годов до н.э. начинается новая историческая эпоха в истории Римского государства и древнего мира вообще – эпоха Римской империи, пришедшей на смену Римской республике. Падение республиканской формы правления и рождение монархического строя в Риме не было второстепенным эпизодом социально – политической борьбы.

     Падение Римской республики и утверждение  Римской империи стало событием огромного исторического значения, радикальным социально – политическим переворотом, революцией, вызванной  перестройкой традиционных общественно – экономических и политических институтов. Основой перестройки стало превращение полисно – общинной организации как всеобъемлющей системы в структуру другого типа.²

     Историю императорского Рима принято делить на два периода: первый период принципата, второй – период домината. Границей между ними служит III в. н.э.

      В 27г до н.э. на римский престол восходит, внучатый племянник и приемник Юлия Цезаря, Октавиан. К моменту гибели Марка Антония Октавиан пользовался  властью полученной в чрезвычайных обстоятельствах гражданской войны и при ее окончании должен был сложить свои полномочия и вернуться к традиционной системе республиканского правления. Однако как показали события кровопролитных гражданских войн, республиканская форма правления выявила свою неэффективность и распыленность по сравнению с единоличной властью диктатора или триумвиров. Вот почему первые годы правления Октавиана ушли на то чтобы решить довольно противоречивые задачи, а именно сложить с себя чрезвычайные полномочия и вернуться к прежнему правлению, но вместе с тем перестроить его в монархическом духе, используя традиционные идеи римского государственного права.¹В Риме и провинциях устанавливается государственный строй, получивший название принципат (от слова «принцепс», как называли императора по его званию «первого сенатора»).

      Переход управления государством к принцепсу  произошел благодаря наделению  его высшей властью торегшт, избранию на важнейшие должности, созданию им отдельного от магистратур чиновничьего аппарата, обеспечиваемого образованием собственной казны принцепса, и командованию всеми армиями. Следует более подробно рассказать о функциях принцепса.

      Princeps по идее, есть только высший  республиканский магистрат, правда, пожизненный и с чрезвычайной  властью, но все же только магистрат, вследствие чего этот период называют также и периодом республиканской империи. В лице принцепса сосредотачивается власть, которую обычно делят на следующие элементы: а) в качестве военного командира император имеет право полного и бесконтрольного управления теми провинциями, в которых обычно стоят войска; б) imperium proconsulare, т.е. право общего проконсула управлять сенатскими провинциями; в) tribunicia potestas, которая дает императору качество sacronsanctus и право intercessio по отношению ко всем республиканским магистратам.¹

     Принцепсы избираются в нарушение республиканских  традиций одновременно консулами, цензорами и народными трибунами. Как консул он мог, воспользовавшись правом интерцессии, отменить решение любого магистрата, как цензор — формировать сенат из своих сторонников, как трибун — наложить вето на постановление сената или решение магистрата.

     Первоначально власть принцепса не была наследственной. Юридически он получал власть по решению  сената и римского народа, но он мог указать своего преемника (обычно сына или усыновленного), которого сенат и избирал принцепсом. Вместе с тем все чаще бывали случаи свержения принцепсов и назначения новых в результате дворцовых переворотов, совершаемых с помощью армии.

     Чтобы более подробно описать сущность и развитие эпохи принципата следует обратиться к реформам, проводившимся Октавианом в системе государственного устройства в этот период.

     В 29 г. до н.э. состав Сената был пополнен новыми людьми (верными Октавиану), а его общий список сокращен с 1000 до 600 членов. В период с 27 по 23 г. до н.э. Октавиан соединил в своих руках полномочия консула народного трибуна, он был поставлен во главе сенатского списка и стал как бы председателем высшего органа Рима, постоянный титул императора закреплял его права как главнокомандующего.

     Август  постепенно усиливает и свой моральный  авторитет. Так он получил от Сената полномочия по охране нравов и авторитета законов (cura legum et morum) был избран во многие религиозные коллегии Рима, в 13 году был избран верховным понтификом – главой самой авторитетной религиозной корпорации Рима. Своего рода завершением этого процесса стало присвоение Августу особого титула «отец отечества» (2г. до н.э.) (pater patriae).

     Новый характер в процессе формирования императорской власти приобрели отношения между правителем Октавианом и главными органами прежнего республиканского строя: народным собранием, Сенатом и системой магистратур.¹

       Из народных собраний сохранились  только трибутные, но они также  собирались и принимали законы, в том числе многие законы о власти самого правителя, продолжали избирать магистратов (консулов, преторов, эдилов, квесторов), однако утратили какую либо самостоятельную роль и превратились в послушное орудие Октавиана.

     Более сложными были правовые отношения между Октавианом и Римским Сенатом. Сенат являлся олицетворением республиканского строя как такового и Октавиан проводил по отношению к нему очень осторожную политику, постоянно сокращая его компетенцию, внешне оставляя за ним большие права. В 27 г. до н.э. он возвратил Сенату верховную власть, сложив с себя чрезвычайные полномочия триумвира, а Сенат в свою очередь наделил его новыми, так сказать, легальными полномочиями, оставив за собой значительную компетенцию. Между Октавианом – носителем новой власти и Сенатом – органом традиционной республики, было установлено как бы юридическое равноправие.² Но право принцепса назначать сенаторов и периодически проводившиеся принцепсами "чистки" сената привели к тому, что со II в. сенат практически только утверждал предложения принцепса. Почти то же произошло с перешедшим от народного собрания к сенату правом избирать и контролировать магистратов — часть из них могла быть избрана только из кандидатов, предложенных принцепсом. Ограничиваются права сената по распоряжению государственными финансами и управлению провинциями. Полностью утрачивается его компетенция в военной и внешнеполитической областях. ¹

     Еще более органичными оказались  включения в структуру рождающейся  монархии традиционных выборных магистратур. И во времена Августа также как при республиканском строе ежегодно избирались консулы, преторы, эдилы и квесторы, и они осуществляли свои традиционные функции, однако теперь они потеряли свое самодовлеющее значение в качестве суверенных органов исполнительной власти, ответственных только перед народным собранием. Они становились ответственными не столько перед народным собранием, где они продолжали избираться, а перед принцепсом и императором. Ведь принцепс получил от Сената очень важное право рекомендации, т.е. среди разных претендентов на магистратскую должность он имел право указывать своего кандидата, и такая рекомендация оказывалась решающей, а выборы превращались фактически в назначение. ²

     Параллельно с проведением реформирования магистратур  создается императорский чиновничий аппарат, на вершине которого стояли совет и канцелярия принцепса, в которую входило несколько ведомств со штатом чиновников. В совет включались префекты, "друзья" императора, начальники ведомств канцелярии. В канцелярию входили ведомства финансов, прошений, официальной переписки, личного имущества императора, императорского суда и др. Члены совета, выполнявшего совещательные функции, и начальники ведомств канцелярии назначались самим принцепсом из его приближенных.

     Помимо  изменивших свое содержание традиционных выборных магистратур Октавиан начал формирование органов управления городом  Римом (префект Рима, префект воды и т.п.). Произошла реорганизация управления провинциями, ставшими составными частями Римского государства. Они были разделены на императорские и сенатские. Первые управлялись назначаемыми принцепсом легатами, осуществлявшими военную и гражданскую власть с помощью собственного совета и канцелярии, вторые — назначаемыми сенатом проконсулами и пропреторами, избиравшимися из сенаторов по жребию и находившимися в двойном подчинении — сената и принцепса.

      Разделение  провинций на императорские и  сенатские имело еще одно важное последствие. Доходы с сенатских  провинций поступали в государственную казну, которой распоряжался сенат, доходы же с императорских провинций шли в казну принцепса — фикс. Поскольку к первым были отнесены немногочисленные (11 из 45), давно завоеванные и, следовательно, разграбленные Римом провинции, казна сената была перманентно скудной, а порой и пустой. Императорские провинции были завоеваны сравнительно недавно, и ограбление их только начиналось, что давало принцепсу громадные доходы, увеличиваемые поступлениями от императорских поместий и широко практиковавшихся проскрипций. Сенат иногда вынужден был брать у принцепса деньги взаймы.

      Постепенно  власть принцепса распространялась и на сенатские провинции, и к III в. они все стали императорскими.¹

      Начинают  проводиться и реформы в военной  сфере. Право командования армией и  возможность содержать ее за счет не только государственной, но и собственной казны позволили принцепсам превратить ее в мощную опору личной и государственной власти. Более того, армия превращается во влиятельную политическую силу, от которой зависела порой и судьба самого принцепса. Если при республике единство политической власти и военной силы олицетворялось центуриатным собранием военнообязанных граждан и сенатом, распоряжавшимся армией, то теперь это единство олицетворялось принцепсом. В Риме возникает единая военно-бюрократическая организация управления.

      После перехода к профессиональной армии  она превращается в корпоративную  организацию. Октавиан произвел ее реорганизацию, разделив на три части. Привилегированное положение занимала преторианская гвардия. Ее когорты при Октавиане насчитывали 9000 человек. Преторианцы набирались из римских граждан италийского происхождения и получали жалованье в 3,5 раза больше, чем легионеры, служили 16 лет и после отставки располагали солидным имуществом и пополняли ряды господствующего класса. Основную часть армии (при Октавиане 300 000 человек) составляли легионеры, набиравшиеся из граждан римских провинций. Они служили 20 лет и получали жалованье, позволявшее после отставки завести небольшое рабовладельческое хозяйство и влиться в состав провинциальной знати. Третью часть армии составляли вспомогательные войска (численностью до 200 000 человек), комплектовавшиеся из жителей провинций, не имевших прав римских граждан. И хотя жалованье у них было в три раза меньше, чем у легионеров, и срок службы 25 лет, а дисциплина жестче и наказания суровее, служба во вспомогательных войсках все же привлекала возможностью получить римское гражданство, а для неимущих и скопить некоторые средства. Постепенно социальная разница между легионными и вспомогательными частями исчезает, растет корпоративный дух армии, что еще больше увеличивает ее политическую роль.¹

      Итак, к концу многолетнего правления  Августу удалось создать основы будущего монархического строя вошедшего  в мировую историю под названием  Римской империи. Эта форма монархии вырастала на почве собственно римских государственных структур, господствующих идей, что придавало императорскому режиму, так сказать, национальный характер, хотя нельзя отрицать влияние на его формирование некоторых тиранических режимов Древней Греции.

      Поскольку монархический строй формировался на основе традиционных полисно –  общинных институтов, рождающиеся имперские  структуры оказались связанными с прежними порядками, а новая  монархия пронизанной некоторыми республиканскими правовыми идеями.¹ 

                 3. Римский доминат.  Реформы императоров  Диоклетиана и  Константина. Государственный  строй при доминате. 

                       Уже в период принципата рабовладельческий строй в Риме начинает клониться к упадку, а во II—III вв. назревает его кризис. Углубляется социальное и сословное расслоение свободных, усиливается влияние крупных земельных собственников, растет значение труда колонов и уменьшается роль рабского труда, приходит в упадок муниципальный строй, исчезает полисная идеология, на смену культу традиционных римских богов идет христианство. Экономическая система, основанная на рабовладельческих и полурабовладельческих формах эксплуатации и зависимости (колонат), не только перестает развиваться, но и начинает деградировать. К III в. становятся все более частыми и широкими восстания рабов, почти неизвестные начальному периоду принципата. К восставшим рабам присоединяются колоны и свободная беднота. Положение осложняется освободительным движением покоренных Римом народов. От захватнических войн Рим начинает переходить к оборонительным. Резко обостряется борьба за власть между враждующими группировками господствующего класса.

      Принципат подавил дух гражданственности  у римлян, республиканские традиции ушли теперь уже в далекое прошлое, последний оплот республиканских учреждений — сенат окончательно подчинился принцепсу. С конца III, в. начинается новый этап истории империи — доминат, во время которого Рим превратился в монархическое государство с абсолютной властью императора.

      Диархия не могла быть прочной формой государственного устройства, и уже к концу предыдущего  периода императорская власть приобретает  заметный монархический оттенок. Продолжительные  смуты, наступившие после Северов, обнаружили необходимость полной реорганизации государства, и эта реорганизация была проведена Диоклетианом, а затем в том же духе завершена Константином.

      Два начала лежат в основе этой Диаклетиановско  – Константиновской  реформы. Первое – это окончательное признание императора абсолютным монархом. Он теперь уже не принцепс или республиканский магистрат, признающий над собой хотя бы в принципе верховенство народа; он теперь не «первый» (между равными), а господин, dominus, стоящий выше закона. Под влиянием восточных образцов власть приобретает даже внешне восточный колорит: недоступность, сложный придворный церемониал и т.п. Однако династического характера монархия и теперь не приобрела; вопрос о престолонаследии остается не урегулированным.

      Второе  начало – это разделение империи на две половины: Восточную и Западную, Oriens и Occidens. Но это разделение в принципе не обозначает собой распадение империи на два совершенно отдельных и самостоятельных государства: Oriens и Occidens остаются только двумя половинами одного и того же государственного целого.¹

      А теперь следует остановиться на реформах, проведенных Диоклетианом и Константина, которые помогут более подробно охарактеризовать данный период.

        Реформы Диоклетиана. Диоклетиан провел целый ряд реформ, которые должны были укрепить хозяйственную, политическую и военную мощь Римской империи

      Новое административное деление  империи. Нивелирующая тенденция характерна для всех периодов Римской империи, но во времена принципата провинции совпадали, как правило, с бывшими до римского завоевания самостоятельными или полусамостоятельными областями.

      Диоклетианом  было произведено новое административное деление. Вся империя была разделена  на 12 диоцезов, границы, которых не всегда совпадали с границами прежних  провинций. Диоцезы в свою очередь  делились на провинции. Италия потеряла теперь и официально свое привилегированное положение: она разделена была на два диоцеза, которые включали не только италийские, но и другие области.

      Система домината являлась заключительным шагом  по пути окончательного утверждения  военной диктатуры. Подавление сопротивления эксплуатируемых классов и отражение наступающих «варваров» требовали не только политической реорганизации Римского государства, но также хозяйственного и военного его укрепления.¹

      Военная реформа. Внимание Диоклетиана было направленно, прежде всего на поднятие военной мощи империи. Кроме разделения власти между августами и цезарями необходимо было создать сильную армию, которая была бы способна защитить границы империи от «варваров» и вместе с тем была бы действительной опорой императорской власти.

      Наряду  с новыми принципами деления войск  при Диоклетиане был значительно  увеличен состав армии. Последнее обстоятельство неизбежно должно было поставить  вопрос о комплектовании войск. До Диоклетиана  воинские части, как правило, пополнялись добровольцами. Этот принцип остался и во времена поздней Империи, но вместе с тем были введены правила обязательного пополнения армии. Диоклетиан обязал крупных землевладельцев доставлять государству определенное количество рекрутов сообразно с количеством находившихся в их имениях рабов и колонов. Обязаны были служить в армии и леты – пленные «варвары», поселенные на римской территории. Наконец, на военную службу за особое вознаграждение принимались отряды «варваров», переходившие под власть Римской империи.

      Податная  реформа. Реформа армии требовала больших затрат; больших средств требовало и содержание разросшегося чиновничьего аппарата. Между тем хозяйство империи, несмотря на отдельные мероприятия, продолжало оставаться расстроенным. Диоклетиан провел ряд реформ в целях улучшения состояния имперских финансов.

      Вводилась новая система обложения населения  налогами. Для эпохи ранней империи  характерным являлось многообразие налогов, причем значительную роль в  финансах играли налоги косвенные, потерявшие свое значение с упадком экономической жизни и падением ценности денег. В системе Диоклетиана большое значение приобрели прямые налоги и, прежде всего поземельная подать.

      И в предшествующий период население  отдельных областей обязывалось  поставлять государству определенные продукты для содержания города Рима, армии и чиновников. Подобный аналог носил название аннона и собирался нерегулярно, нередко приобретая характер реквизиции. Со времен Диоклетиана аннона – налог преимущественно в натуральной форме, регулярно взимаемый с населения. Единица обложения определялась известным количеством пахотной земли, которое может обработать один человек, чтобы иметь средства к существованию. При составление кадастров принималось во внимание размер и качество обрабатываемого участка земли, число работников и количество голов скота. От налога не освобождались и сенаторы,  платившие к тому же кроме поземельного и особый налог. Городские жители, не имевшие земельных владений, облагались подушным налогом.

      С Италии, не платившей до того налоги, стали теперь взимать поземельные налоги, как и с провинций. За поступление налогов отвечали городские советы, а так же владельцы поместий. Ответственность за поступление налогов, возложенная на крупных землевладельцев, способствовала, несомненно, закрепощению колонов.

      Налоговая реформа Диоклетиана гарантировала  государству определенное количество продуктов, необходимое для содержания армии, двора, столицы и резиденции императора. Государственное хозяйство  строилось, таким образом, на натурально хозяйственной основе, не зависело от колебаний стоимости денег, рыночных цен, подвоза продуктов.

      Это, несомненно, свидетельствует о том, что натурально – хозяйственные  тенденции приобретали все большее  значение в экономике поздней  Империи.                                                                                                                                                                              

      Финансовая  реформа. Денежное хозяйство, конечно, тоже играло еще существенную роль, но оно нуждалось в оздоровлении. В этих целях Диоклетиан провел монетную реформу, которая устанавливала полноценную золотую монету, весившую официально 1/60 римского фунта; кроме того, была выпущена серебряная и бронзовая монета. Реформа эта не имела особенного успеха, так как реальная стоимость монеты не находилась в должном соотношении с номинальной ее стоимостью, соотношение между ценностью и стоимостью металла было определено произвольно, не была принята во внимание система обращения монеты. В результате полноценная монета исчезла из обращения и превращалась в слитки, цены на товары не только  не упали, но продолжали расти.¹

      Эдикт о ценах. В целях борьбы с растущей дороговизной в 301 г. был издан эдикт, устанавливающий максимальные цены на различные товары, а также максимальные ставки для оплаты труда.

      В историографии давались различные  оценки этому эдикту. Чаще всего  его считали административным безумием. Нужно, однако, заметить, что регулирование  цен имело определенные основания. В распоряжении правительства имелись огромнейшие запасы продуктов; большие мастерские, которые выпускали много всякого рода изделий, и, таким образом, правительство могло выбрасывать на рынок определенное количество товаров и тем самым регулировать цены. Однако регулирование цен в масштабе всей Римской империи осуждено было на неудачу. По эдикту цены были установлены законодателем произвольно: они были едиными для всей империи, не учитывались особенности районов, удобство путей сообщения и иные местные условия. В результате всего этого эдикт не имел особых практических последствии и вскоре после издания, по-видимому, перестал соблюдаться.