Роль частного обвинителя в уголовном процессе
Введение
Одним из достижений судебной реформы, проводимой в Российской Федерации в течение последних лет, стала идея о расширении частных начал в уголовном судопроизводстве, изменении приоритета социальных ценностей в пользу конкретного человека, а не государства. Впервые за многие десятилетия законодатель сделал в этом направлении определенные шаги. Данный процесс коснулся и производства по уголовным делам частного обвинения, которое непосредственно позволяет учитывать личные интересы граждан, пострадавших от преступных посягательств.
Активное привлечение граждан в уголовное судопроизводство на стороне обвинения, соблюдение и защита прав потерпевших на всех стадиях уголовного процесса стали реальной необходимостью. Появился новый самостоятельный участник - частный обвинитель; создан институт мировой юстиции, облегчающий доступ граждан к правосудию; ограничены полномочия прокурора в сфере частного обвинения, соответственно, сужена сфера действия публичного начала.
Тем не менее реформирование уголовного судопроизводства породило много законодательных пробелов и противоречий, касающихся и производства по делам частного обвинения. Институт частного обвинения, где обозначился круг серьезных проблем, вставших перед правосудием, в настоящее время нуждается в тщательном изучении не только применительно к новым историческим условиям, но и в комплексном исследовании, в научном определении его сущности, выяснении правовой природы, причин появления и путей совершенствования.
Понятию и правовому статусу такого субъекта уголовного процесса как частный обвинитель посвящена ст. 43 УПК РФ. Так уж сложилось, что комментарию положений данной статьи ученые не уделяют должного внимания или того хуже пишут явную неправду. Так, В.П. Божьев в своем комментарии к ст. 43 УПК РФ, которая имеет наименование «Частный обвинитель», утверждает, что в ч. 1 ст. 43 УПК РФ дано «понятие потерпевшего»1. О частном обвинителе почти ничего не написано и в некоторых учебниках.
Все вышеизложенное обусловливает актуальность выбранной темы исследования.
Объектом исследования данной работы являются общественные отношения, складывающиеся при осуществлении частным обвинителем своих прав и обязанностей в уголовном процессе.
Предметом исследования данной работы являются нормативные правовые акты, регламентирующие участие частного обвинителя в уголовном процессе, а также специальная юридическая литература, посвященная рассмотрению данного вопроса.
Целью исследования данной работы является всестороннее изучение прав и обязанностей частного обвинителя как участника уголовного процесса.
Глава I. Понятие и значение частного обвинения в уголовном судопроизводстве
1.2. Понятие, содержание и место института частного обвинения в уголовно-процессуальном праве
Полномасштабные исследования института частного обвинения в отечественной науке начались в конце XIX века. И до настоящего времени эту тему, имеющую не только теоретическое, но и большое практическое значение, нельзя считать в достаточной мере разработанной. Ученые до сих пор не выработали единого мнения по поводу понятия, основных характеристик и содержания института частного обвинения.
Многолетняя научная дискуссия по этому поводу представлена широким спектром точек зрения. Одни авторы полагают, что частное обвинение образуют дела, подведомственные как мировым, так и общим судебным установлениям, но допускающие примирение. По этим делам органы должностного обвинения совершенно устраняются от вмешательства в уголовное преследование, которое во всех его стадиях, как в области возбуждения преследования, так и в области обличения перед судом, переходит в руки частного обвинителя2. Существует мнение о том, что дела частного обвинения – это дела, возбуждаемые, как правило, только по жалобам потерпевших и подлежащие прекращению в случае их примирения с обвиняемым3. Третьи под делами частного обвинения подразумевают дела, по которым потерпевший наделен правом поддержания обвинения4.
С этим мнением связана четвертая точка зрения, которая заключается в том, что в процессуальном смысле частное обвинение следует понимать как обвинительную деятельность потерпевшего, являющегося полноправной стороной в процессе, наделенной всеми полномочиями по осуществлению уголовного преследования. В этой связи авторы считают целесообразным сформулировать понятие частного обвинения с учетом концепции уголовного иска, поскольку в делах рассматриваемой категории сходство между уголовным и гражданским (исковым) судопроизводством наиболее очевидно5. Аналогичный подход демонстрирует Е.И. Аникина, которая определяет частное обвинение как “уголовный иск, содержащий в себе требование обвинения и осуждения лица, совершившего преступление. Уголовное преследование по делам частного обвинения начинается жалобой потерпевшего лица и осуществляется в тех пределах, которые определены в уголовном иске – жалобе потерпевшего” 6.
Пятые ограничиваются перечислением статей Уголовного кодекса, судопроизводство по которым осуществляется в особом порядке, или констатацией их особенностей. Так, по их мнению, дела частного обвинения – дела о преступлениях, предусмотренных ст. 115 УК РФ (умышленное причинение легкого вреда здоровью), ст. 116 (побои), ч. 1 ст. 129 (клевета без отягчающих обстоятельств) и ст. 130 УК РФ (оскорбление), которые возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего и подлежат прекращению в случае примирения его с обвиняемым.
Шестые понимают частное обвинение как особый процессуальный порядок рассмотрения дел этой категории7. или как форму упрощенного производства в рамках дифференциации уголовного процесса. Седьмые полагают, что частное обвинение – это личное, индивидуальное средство правовой защиты от некоторых видов преступных посягательств, и применение этого средства есть специфическое субъективное право гражданина, которым он волен распоряжаться во всем его объеме, включая и распоряжение самим обвинением. На взгляд В.В. Дорошкова, частное обвинение (в материальном значении) – это утверждение пострадавшего перед соответствующим органом (судом) о совершении в отношении него преступления, уголовное преследование за которое передано государством на его усмотрение. Под частным обвинением (в процессуальном значении) В.В. Дорошков понимает особый вид уголовно-процессуальной деятельности в рамках специальной правовой процедуры, которая позволяет частному обвинителю выразить свою волю, обязательную для государственных органов, в уголовном преследовании обвиняемого в ходе возбуждения уголовного дела, поддержания обвинения в суде и отказа от обвинения8.
В юридических словарях указано, что частное обвинение – это форма производства по уголовным делам, которые возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего (или его представителя) и подлежат прекращению за примирением потерпевшего с обвиняемым. Обвинение поддерживается самим потерпевшим и потому называется «частным»9. Другими авторами признавалось, что частное обвинение – это особая форма уголовного преследования по делам, возбуждаемым не по инициативе следственно-прокурорских и судебных органов, а лишь по жалобе потерпевшего.
Обзор данных точек зрения позволяет сделать вывод, что при определении понятия «институт частного обвинения» большинство процессуалистов, занимавшихся данной проблемой, прибегают к таким терминам, как «частное обвинение» и «дела частного обвинения», рассматривая их в материально-правовом и процессуальном аспектах. Представляется, что такой подход является несколько ошибочным, поскольку институт частного обвинения не может быть ограничен определенной категорией уголовных дел, соответственно, этот процессуальный институт должен обладать целостностью, то есть существовать на паритетных началах с другими самостоятельными институтами уголовно-процессуального права.
Приведенные выше определения терминов «частное обвинение» и «дела частного обвинения» не отражают всех свойств, сущности названного правового института. Ведь под сущностью терминов в философии принято понимать всю совокупность глубинных связей и закономерностей, определяющих их основные черты. Поэтому комплексный подход к исследованию института частного обвинения позволит более точно раскрыть понятие данного правового института, определить его содержание и место в уголовно-процессуальном праве.
Институт (от лат. institutum – установление, учреждение) – совокупность норм права, регулирующих однородные общественные отношения.
Правовой институт представляет собой обособленный блок отрасли права, которому свойственны:
а) однородность фактического содержания – каждый институт предназначен для регулирования самостоятельной, относительно обособленной группы отношений;
б) юридическое единство правовых норм. Нормы, входящие в правовой институт, образуют единый комплекс, выражаются в общих положениях, правовых принципах, специфических правовых понятиях, что создает особый, присущий для данного вида отношений, правовой режим регулирования;
в) нормативная обособленность, то есть обособление образующих правовой институт норм в главах, разделах, иных структурных частях закона либо иного нормативно-правового акта;
г) полнота регулируемых отношений. Институт права включает такой набор норм, который призван обеспечивать беспробельность регулируемых им отношений.
Совокупность правовых норм, регламентирующих отношения в сфере частного обвинения, образует правовой институт, поскольку ей свойственны однородность фактического содержания, единство правовых норм, нормативная обособленность, полнота регулируемых отношений. В обоснование этой позиции можно привести, в частности, следующие доводы.
Во-первых, однородность фактического содержания норм проявляется в том, что они предназначены для регулирования самостоятельной, относительно обособленной группы уголовно-процессуальных отношений. Институт частного обвинения закрепляет перечень преступлений, по которым уголовное преследование осуществляется в порядке частного обвинения, определяет лиц, имеющих право осуществления уголовного преследования по делам частного обвинения, регламентирует порядок возбуждения, подготовки к судебному заседанию и рассмотрения дел частного обвинения.
Во-вторых, правовые нормы, входящие в институт частного обвинения, образуют единый комплекс и выражаются в общих правовых положениях и принципах, специфических юридических понятиях, что создает особый, присущий для данного вида отношений правовой режим регулирования. Единство правовых норм данного правового института обусловлено общим для них разрешительным типом правового регулирования10.
В-третьих, правовой институт частного обвинения обеспечивает всю полноту регулируемых общественных отношений, связанных с возбуждением, подготовкой к судебному заседанию и рассмотрением дел частного обвинения.
В-четвертых, правовому институту частного обвинения характерна нормативная обособленность, то есть объединение образующих его норм в определенной части уголовно-процессуального законодательства.
Полагаем, что для определения юридического понятия института частного обвинения необходимо раскрыть его содержание в уголовно-процессуальном праве.
Сущность института частного обвинения заключается в признании потерпевшего самостоятельным субъектом уголовного преследования. Большинство советских ученых-процессуалистов подчеркивали, что воля потерпевшего при осуществлении производства по этим делам имеет решающее значение не только для начала судопроизводства, но и для его продолжения11. Именно этот взгляд является общепризнанным в современной российской науке. В новейших диссертационных исследованиях мы встречаем утверждение, согласно которому частное обвинение “... представляет собой осуществляемую в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом, самостоятельную деятельность лица, которому преступлением причинен вред (моральный, физический или имущественный), и направленную на привлечение к уголовной ответственности, осуждение и наказание лица12.
Аналогичный подход демонстрирует Н.Е. Петрова, подчеркивая самостоятельный характер деятельности потерпевшего в рамках неофициального (частного) обвинения13. Также заслуживает поддержки мнение В.В. Воронина, полагающего, что в настоящее время частное обвинение как вид процессуальной деятельности частного лица заключается: 1) в его официальном обращении в компетентные органы государства с требованием о привлечении виновного лица к уголовной ответственности, которое полностью зависит только от его воли; 2) в предоставлении доказательств совершения в отношении него преступного деяния и изобличающих в этом деянии виновное лицо; 3) в поддержании обвинения в суде14.
Другая отличительная черта института частного обвинения – особые основания и процессуальные последствия возбуждения дела прокурором при отсутствии заявления потерпевшего. В юридической литературе высказываются различные мнения по поводу возможности и целесообразности возбуждения дел частного обвинения прокурором. Одни процессуалисты полагают, что закон существенно ограничивает диспозитивное начало уголовного процесса, допуская возбуждение уголовных дел частного обвинения по усмотрению прокурора, если он считает, что потерпевший не в состоянии защищать свои права и законные интересы в силу беспомощного состояния, зависимости от обвиняемого или по иным причинам. По их мнению, желательно сократить полномочия прокурора, поставив его вступление в дело, а также направление дела для производства предварительного расследования, в зависимость от согласия дееспособного потерпевшего, так как такие действия трансформируют частное обвинение в публичное, чем ограничивают процессуальные права частного обвинителя.
Между тем в специальной литературе неоднократно встречаются выступления практических работников о том, что ограничение полномочий прокурора по возбуждению дел частного обвинения является недопустимым, так как это резко уменьшит возможности прокурора для оказания профилактического влияния на так называемую бытовую преступность. Они утверждают, что при отстранении органов прокуратуры от участия в делах частного обвинения многие граждане будут лишены возможности защитить свои поруганные честь и достоинство, деловую репутацию, физическую неприкосновенность и здоровье в судебном порядке и привлечь обидчика к уголовной ответственности15.
Подобное мнение представляется недостаточно убедительным. Вмешиваясь под благовидным предлогом защиты прав потерпевшего, оказавшегося в беспомощном состоянии, в чисто субъективный фактор выбора решения последним, прокурор имеет возможность скорректировать решение лица, пострадавшего от преступления, и возбудить уголовное дело даже при отсутствии заявления и желания потерпевшего. В результате такого вмешательства потерпевший оказывается в еще более беспомощном состоянии перед государством и обществом, публично исследующим обстоятельства и факты, которые он сам в целом ряде случаев постарался бы забыть.
Безусловно, государство должно реагировать на совершение любого преступления, но важно помнить, что вопрос о возбуждении уголовных дел частного обвинения, прежде всего, должен решаться самим потерпевшим. Иначе, как правильно отметил И.Л. Петрухин, “защита прав потерпевшего прокурором перерастет в свою противоположность – игнорирование законных интересов психически здорового, дееспособного потерпевшего, хотя бы и находящегося в беспомощном состоянии (соматическое заболевание, старость и т.п.)”.
Согласно ч. 3 ст. 318 УПК РФ прокуроры вправе возбуждать дела частного обвинения лишь в исключительных случаях, то есть когда потерпевший, в силу беспомощного состояния или по иным причинам, не может защищать свои права и законные интересы. При этом прокурор направляет уголовное дело для производства предварительного расследования. Законодатель впервые наделил правом возбуждать дела частного обвинения при отсутствии заявления потерпевшего не только прокурора, но и следователя, и дознавателя с согласия прокурора (ч. 4 ст. 20 УПК РФ). Эти должностные лица возбуждают такие дела в случае совершения преступления в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами.
Другую особенность института частного обвинения, выделяемую большинством процессуалистов, составляет право потерпевшего на поддержание обвинения в судебном заседании16. Под поддержанием обвинения в судебном разбирательстве имеется в виду вся “совокупность процессуальных действий, направленных на то, чтобы изобличить в совершении преступления привлеченное к уголовной ответственности лицо и обеспечить применение к нему заслуженного наказания”.
С учетом изложенного, можно сделать вывод, что потерпевший по делам частного обвинения свою обвинительную функцию в судебном разбирательстве осуществляет, во-первых, для того, чтобы доказать факт причинения ему преступным деянием конкретного вреда (морального, физического, имущественного), во-вторых, изобличить подсудимого в совершении этого преступления и, в-третьих, добиться наказания лица, причинившего ему этот ущерб. Свое право поддерживать обвинение потерпевший осуществляет как путем участия в судебном следствии, где он заявляет различные ходатайства в интересах обоснования обвинения, представляет доказательства и участвует в их исследовании, так и путем участия в судебных прениях, где он высказывает свои соображения о доказанности обвинения, юридической квалификации содеянного и о мере наказания.
Порядок прекращения дел частного обвинения, по мнению большинства процессуалистов, отличается некоторым своеобразием, обусловленным общими особенностями института частного обвинения. Примирение сторон и отказ от поддержания обвинения должны утверждаться судом.. Оно заключается прежде всего в том, что круг обстоятельств, на основании которых возможно прекращение уголовного дела по делам частного обвинения, значительно шире, чем по делам частно-публичного и публичного обвинения. Дела частного обвинения прекращаются как на основаниях, зафиксированных в ст.ст. 24-28 УПК РФ и являющихся общими для всех уголовных дел, так и на основаниях, характерных только для дел частного обвинения: а) в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым (ч. 2 ст. 20 УПК РФ); б) за отсутствием заявления потерпевшего (п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК); в) при неявке потерпевшего без уважительных причин в судебное заседание (ч. 3 ст. 249 УПК РФ). Считаем, что указанные основания прекращения дела служат подтверждением особой роли, которую в делах частного обвинения играет потерпевший (частный обвинитель), и обеспечивают более полный учет интересов этого субъекта при рассмотрении и разрешении дел указанной категории.
На основании вышеизложенных особенностей института частного обвинения можно сформулировать следующее его определение. Институт частного обвинения в уголовном процессе – это единый комплекс правовых норм, предусматривающих: признание потерпевшего (частного обвинителя) самостоятельным субъектом уголовного преследования; особые основания и процессуальные последствия возбуждения дела прокурором, а также следователем и дознавателем с согласия прокурора, при отсутствии заявления потерпевшего; право потерпевшего поддерживать обвинение в судебном разбирательстве лично или через своего представителя; особые основания прекращения уголовных дел – в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым, за отсутствием заявления потерпевшего, при неявке потерпевшего без уважительных причин в судебное заседание.
Из всего вышеизложенного следует, что институт частного обвинения находит свое определенное место в уголовном процессе. Уровень его разработки во многом предопределяет построение всей отрасли уголовно-процессуального права.
1.2. Значение института
частного обвинения в
Слово «значение» в словарях трактуется как:
1) смысл, то, что данный предмет обозначает, сущность;
2) важность, значительность17. Значение института частного обвинения можно рассмотреть в нескольких аспектах: психологическом, философском и правовом.
Психологическое значение института частного обвинения. Институт обвинения со стороны частных лиц уходит своими корнями в далекую древность. Исторически это был наиболее ранний способ защиты от правонарушений. Многие народы до образования государственного суда пережили эпоху частной расправы с нарушителями права. Каждый, считавший неправомерно нарушенным свое право, расправлялся с обидчиком собственными силами и силами своей семьи (саморасправа)18. Это обстоятельство заставило некоторых исследователей заговорить о том, что “право частных лиц на обвинение коренится в психологической и даже в биологической основе человеческого существа”. Аналогичный подход демонстрирует Е.Б. Мизулина, утверждая, что право потерпевшего на обвинение в современном уголовном процессе является видоизменением древнейшего инстинкта самосохранения и самозащиты 19.
И.Я. Фойницкий, высоко оценивая институт частного обвинения, отмечал, что “форма эта имеет два главных удобства: значительно облегчает заботу правительства и дает правовое удовлетворение естественному чувству обиды потерпевшего вследствие содеянного против него или его близких преступления – чувству, которое гарантирует надлежащую со стороны обвинителя энергичность в преследовании. Поэтому полное устранение от уголовного преследования частных лиц, потерпевших от наказуемых деяний, неполитично и несправедливо”20.
Разделяя указанную точку зрения, мы хотели бы заметить следующее. Нередко потерпевший заинтересован не столько в возмещении вреда, сколько в наказании виновного. Лишить потерпевшего права защищать свои интересы уголовно-правовыми способами – значит поставить его в крайне неблагоприятное положение. Практике известны многочисленные случаи, когда отсутствие своевременного разрешения конфликта в порядке частного обвинения влекло совершение более тяжких преступлений в отношении пострадавшего либо, напротив, толкало потерпевшего на самосуд.
В юридической литературе на это значение института частного обвинения многие авторы обращали внимание еще в конце 20-х г.г. прошлого века, когда возникла дискуссия о необходимости и целесообразности существования данного института в уголовном судопроизводстве. Некоторые авторы правильно, на наш взгляд, подчеркивали, что само государство заинтересовано в том, чтобы граждане вместо самоуправной расправы с обидчиком обращались за защитой своих нарушенных прав. В печати конца 20-х г.г. XX века приводились яркие примеры, когда потерпевшие, в силу неприменения надлежащих мер судом по делу частного обвинения, совершали саморасправу в самой тяжелой форме. Так, например, один рабочий тяжело изувечил своего соседа, пробив ему молотком голову. Произошло это через месяц после того, как сосед, которого он привлек к ответственности за систематические оскорбления и издевательства, был судом оправдан за недоказанностью обвинения21.
О глубокой психологической обусловленности потребности человека в непосредственном осуществлении возмездия за преступление свидетельствует тот факт, что даже на современном уровне развития общества нередки случаи самосуда. В частности, в судебной практике встречаются случаи нанесения тяжкого вреда здоровью и даже убийств, совершенных лицами, которые до этого сами подвергались побоям и издевательствам со стороны потерпевшего. Например, сын убил своего отца, который на протяжении длительного времени систематически избивал сына и свою жену, оскорблял их и выгонял из дома. Самосуд стал актом отчаяния со стороны подсудимого22.
Принципиально правильной представляется позиция Н.Е. Петровой, полагающей, что “предоставление частным лицам возможности на законном основании преследовать виновников преступлений и добиваться их наказания способно в некоторой степени удовлетворять карательные притязания пострадавших и предотвращать таким образом незаконную расправу”.
Из всего вышеизложенного следует, что психологическое значение института частного обвинения заключается в предоставлении личности возможности реализовать потребность в справедливости, не выходя за пределы закона. Подавление этой психологической необходимости или неприменение государством надлежащих мер к обидчику часто приводит к удовлетворению чувства справедливости в таких формах, как месть, самосуд.
Философское значение института частного обвинения. Е.А. Седаш и целый ряд других авторов обращали внимание на то, что частное начало в уголовном судопроизводстве есть правовая форма реализации свободы личности в демократическом государстве23. Юридическое понятие свободы личности не может находиться в отрыве от философского. В свою очередь З.Ф. Коврига писал по этому поводу следующее: “Если в философии свобода личности определяется как познанная социальная необходимость, то в юридической науке оправдано и закономерно понимать ее как познанную правовую необходимость или осознанную необходимость правомерного поведения”24. Свобода личности во многом определяется характером ее взаимоотношений с государством, в том числе и в сфере уголовного судопроизводства.
Как отмечают политологи, правовое государство явилось важным этапом в расширении свободы25. Идея правового государства в России в определенной степени нашла свое отражение и в сфере уголовного судопроизводства. В последнее десятилетие XX столетия высказывались предложения о расширении свободы частных лиц и об ограничении произвола государственной власти в уголовно-процессуальном праве. Например, Е.Б. Мизулина утверждала, что государства в уголовном процессе так много, что оно вытесняет личность (и обвиняемого, и потерпевшего), что государство узурпировало право и обвинять, и наказывать26. Автор делает вывод о том, что государство должно самоограничиться в сфере уголовного преследования, предоставив часть своих полномочий частным лицам.
Такая позиция в целом представляется обоснованной. Обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, закрепленную в ст. 2 Конституции РФ, государство исполняет различными способами и методами. Сфера действия частного начала базируется на предоставлении гражданину определенных прав и обеспечения ему реальной возможности пользоваться ими. Здесь государство выполняет свою обязанность по защите прав и свобод личности, прежде всего посредством обеспечения возможности их самозащиты.
Субъективные права выступают формой выражения свободы индивида в уголовном процессе. Л.Н. Масленникова справедливо указывала, что “свобода частных лиц, выраженная через субъективные права, – не абсолютна, а относительна, иначе говоря, ограниченная, поскольку субъекты уголовного процесса не могут выходить за отведенные пределы, ибо они рискуют задеть чужие интересы, также обеспеченные законом”27. Лишь в рамках, установленных законом, субъекты уголовного процесса могут поступать как угодно. Так, потерпевший по уголовному делу частного обвинения может подать заявление, а может не подавать; может примириться с обвиняемым, а может не примириться. Н.Н. Ковтун писал по этому поводу следующее: “Здесь движущим началом должен быть личный интерес гражданина, который, осознавая ценность своих прав и свобод, вправе самостоятельно решить, как и в каком порядке ему отстаивать свой нарушенный интерес. Обращаться или не обращаться ему к государству за защитой своего нарушенного права либо решить спор частным образом, не прибегая к услугам репрессивных государственных органов”28.
Свобода поведения частных лиц в уголовном процессе, выраженная через предоставление им субъективных прав, должна быть обеспечена государственной властью через возложение на должностных лиц определенных обязанностей. Степень участия государственной власти в обеспечении свободы поведения частных лиц в уголовном процессе различна. В научных публикациях Л.Н. Масленниковой приводилась следующая классификация уровней обеспечения государственной властью свободы поведения участников уголовного процесса:
– первая группа прав характеризуется тем, что государство признает за личностью определенную свободу поведения, которая отдана на усмотрение индивида и не может быть объектом притязаний государства, например, подача заявления о преступлении частного обвинения или частно-публичного обвинения;
– вторая группа прав характеризуется свободой индивида требовать от государственной власти положительной деятельности по созданию условий для реализации частными лицами признанной за ними свободы, прав, в частности право на возмещение причиненного преступлением ущерба дает гражданскому истцу право требовать обеспечения заявленного гражданского иска;