Роль коррупции в организованной преступности
Аннотация
Представленная работа выполнена на тему: «Роль коррупции в организованной преступности». Работа выполнена на 56 листах с использованием 42 источников литературы.
Данная тема выбрана в силу своей актуальности в современной действительности.
В работе были рассмотрены вопросы: причины и условия возникновения и роста коррупции в России, понятие коррупции как формы организованной преступности и зарубежный опыт борьбы с коррупционной преступностью.
Также в данной работе рассматривается и анализируется судебная практика по делам о коррупционных преступлениях и статистика тех же выявленных преступлений.
Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и приложений.
Содержание
Введение…………………………………………………………
1 Причины возникновения и роста коррупции в России………………………7
2 Коррупция как форма
2.1 Многообразие понятий коррупции…………………………………………18
2.2 Признаки и виды коррупционной преступности…………………………..21
2.3 Правовые основы борьбы с коррупцией……………………………………32
3 Зарубежный опыт борьбы с коррупционной преступностью……………….36
3.1 Опыт борьбы с коррупцией в США и Канаде……………………………38
3.2 Европейский опыт по борьбе с коррупцией………………………………42
Заключение……………………………………………………
Список используемых источников……………………………………………..
Приложение А Классификация коррупционных преступлений………………53
Приложение Б Количество выявленных
случаев коррупции в России за 2002 год………………………………………………………………………
Введение
Тема данной курсовой работы – «Роль коррупции в организованной преступности». Вопросы борьбы с коррупцией всегда были спорными и актуальными. Сейчас это обусловлено еще и тем, что меры, направленные государством в лице его правоохранительных органов на борьбу с этими преступлениями, оказываются малоэффективными.
Не изменились и «неработоспособные», на наш взгляд, представления о причинах, порождающих коррупцию. Достаточно привести цитату из преамбулы к проекту одной из очередных программ по борьбе с коррупцией: «Сложившееся положение стало возможным из-за того, что в органах государственной власти ослаблена работа по подбору и расстановке кадров...»
Можно без колебаний утверждать: правоохранительная система страны не справляется с задачей борьбы с коррупцией. Актуальность данной темы заключается еще и в том, что коррупция, являясь одним из признаков и формой организованной преступности, приобрела угрожающие масштабы. Об этом свидетельствуют данные социологических опросов, приведенных на одном из сайтов в Интернете, посвященных коррупции. 62 % граждан России отметили рост коррупции в стране за последние три года. Об этом говорится в докладе международной организации Transparency International, который подготовлен по результатам опроса, проведенного социологической службой Gallup. 26 % опрошенных считают, что в последние три года коррупция осталась на прежнем уровне. Ее снижение заметили только 7 % россиян. Более половины опрошенных уверены, что коррупция в значительной степени влияет на политику и бизнес в России.
Участников опроса попросили по пятибалльной шкале оценить, насколько коррумпированы общественные институты и государственные службы. Наиболее коррумпированной россияне считают милицию (4,2 балла). За ней следуют политические партии (4 балла), парламент и суды (по 3,9 балла), бизнес и налоговые органы (3,8 балла).
Как показал опрос, за последний год взятки платили 17 % россиян, а средняя сумма этих взяток составила 129 долларов. Около половины респондентов сообщили, что у них не требовали взятки напрямую: они сами предлагали деньги государственным служащим, чтобы избежать проблем с властями. Подавляющее большинство россиян не верят, что коррупция сократится в скором времени. Напротив, половина опрошенных считают, что в ближайшие три года коррупция увеличится. Эти данные в полной мере свидетельствуют, что одной из причин небывалого роста коррупции в нашей стране является психологическая причина, которая проявляется во внутренней готовности подавляющего числа наших граждан давать взятки, выбирая тем самым более легкий путь достижения поставленной цели.
Цель исследования: изучить причины и условия возникновения и роста коррупции в России, рассмотреть коррупцию как одну из форм организованной преступности и изучить и проанализировать опыт борьбы с коррупцией за рубежом и в России, определить основные проблемы в рассматриваемой теме и наметить пути их решения.
Объектами исследования являются все виды коррупционных преступлений, сама коррупция, как социальное явление, а также и ее основные признаки, нормативно-правовая база по рассматриваемым вопросам, включая законопроекты, а также зарубежный и российский опыт борьбы с коррупцией.
В ходе написания работы использовались методы научного обобщения, историзма, сравнительного анализа, статистический метод и метод социологического опроса.
В научной и периодической литературе много внимания уделяется проблемам борьбы с коррупцией и ее предупреждения. В данном исследовании используются работы таких авторов, как Панкратов В.В., Гараев Р. Ф., Кузнецова Н. Ф., Комисаров В., Гальперин Г. И. и многих других.
Структура работы обусловлена целью и задачами наступающего исследования и состоит из введения, 3 глав, заключения, списка источников и приложений.
1 Причины возникновения и роста коррупции в России
Вопрос о причинах появления коррупции давно обсуждается среди российских и западных исследователей. Определяя их, они используют разные подходы, такие как моралистический, функциональный и структурно-функциональный.
Моралистический подход основан на негативной оценке социальной роли коррупции. Она проявляется в подрыве доверия общества к системе управления, что приводит к искажению государственной политики, социальной нестабильности и обсуждению вопроса о легитимности поведения участников коррупционных отношений. Представители такого подхода относят коррупцию к явлениям, ограничивающим доступ широких слоев общества к рычагам социального управления и распределения благ. Причины коррупции они видят в несовершенстве человеческой природы, низких моральных качествах участников коррупционных отношений и считают, что носитель власти, участвующий в социальном управлении, нуждается во внутреннем стрежне, в регуляторе, имманентное сущности человека. Именно он, одерживает стремление использовать власть и связанные с ней возможности в целях наживы. Для них таким стержнем выступает моральное ограничение властвующего субъекта, выраженное в чувстве долга и чести. Долг представляет собой рациональное начало власти, определяющее её возможные границы. Их нарушение делает власть иррациональной, превращают её в буйство разнообразных инстинктов и страстей. Честь проявляется в соответствии властных отношений определённым канонам, в их способности подчиняться моральным принципам и правилам.1
Функциональный подход рассматривает коррупцию с позиции её функциональной роли в системе социального управления. Его сторонники считают коррупцию отклоняющимся от устоявшихся норм и правил неформальным поведением, дополняющим в любом обществе формальные институты общественного управления. Российский политолог Г. А. Сатаров относит коррупцию к сложным социальным явлениям, корни которого кроются не столько в несовершенстве человеческого существа, сколько в несовершенстве устройства властных механизмов, в первую очередь, в сфере государственного присутствия в экономике.2 Данный подход определяет закономерность между уровнем развития коррупции и политической системой общества. Из неё следует: чем больше концентрация власти в руках управляющей социальной группы, тем сильнее она коррумпирована. Связь коррупции с политическим режимом определяется характером реализации властеотношений в условиях сложившегося в обществе соотношения политических сил и институтов.
Сопоставление этих подходов свидетельствует о том, что коррупцию нельзя объяснять лишь моральным падением отдельных представителей власти. Она представляет собой индикатор соотношения групповых интересов, связи формальных и неформальных элементов системы общественного управления.3
Выделяется ещё один подход в определении причин коррупции — структурно-функциональный. Его суть заключается в том, что коррупция, как отклоняющееся социальное поведение, является неизбежным атрибутом развивающегося общества, которому свойственен слабый механизм социального контроля.
Сочетание всех указанных подходов позволяет выделить не только первопричину возникновения коррупции, но и ряд других причин и условий, обусловливающих её существование.
Первопричина коррупции лежит в глубинной эгоистической мотивации деятельности человека, выраженной в его стремлении к наживе, богатству путем использования власти и связанных с ней возможностей. Существующее изречение Аристотеля о том, что «вожделения людей по природе беспредельны, а в удовлетворении этих вожделений и проходит жизнь большинства людей»),4в данном
случае совершенно справедливо. Себялюбие (эгоизм) человека, то есть предпочтение им своих личных интересов интересам других, проявляется в его невоздержанности, заключается в неудержимом влечении (вопреки правильному суждению) к тому, что ему кажется приятным и необходимым в первую очередь. Материальные начала существования в представлении человека берут верх над духовными и выступают побудительной причиной его действий, противореча нравственности. В реальности это формирует основу противоречий, возникающих между социальной моралью, осуждающей страсть к наживе, богатству и так далее, и параллельно существующими в обществе представлениями о желаемом благе, превозносящем собственность, деньги, высокое социальное положение и тому подобное. С этой позиции власть перестаёт восприниматься людьми как средство регулирования и упорядочения общественных отношений, а становится для них лишь инструментом удовлетворения эгоистических потребностей.
Изначальное природное равенство людей утрачивается в обществе, что обусловлено такими категориями, как власть и собственность. Обладание ими фактически определяет место индивида в иерархически устроенном обществе. Собственность удовлетворяет его материальные потребности, власть обеспечивает возможность активного поведения в социальном управлении. Они выступают основными средствами удовлетворения эгоистических социальных устремлений большинства людей и в их сознании отождествляются с желаемым благом. С возрастанием материальных и управленческих потребностей они меняют в человеке его собственные приоритеты. Первичность материальных благ и власти, как атрибутов высокого социального положения, становится вполне закономерной и осознанной.
Коррупция является одним из путей достижения неравного (привилегированного) социального положения, характеризующегося неправомерностью, а иногда и противоправностью поведения членов общества в отношениях, связанных с властью и собственностью.
Следует выделить три группы производных причин возникновения и роста коррупции, а также ряд способствующих этому условий.
Социально-политическими причинами возникновения коррупции являются: структурный кризис общества и государства, а также «слабость» государства. Президент РФ В. В. Путин в июле 2000 года, обращаясь с ежегодным посланием к Федеральному Собранию РФ, отметил: «Корни многих наших неудач в неразвитости гражданского общества и неумении власти говорить с ним и сотрудничать. Власть всё время бросается в крайности. То она не замечает, то чрезмерно опекает общество. При этом господствует представление, что всё в России зависит от власти. Власть действительно отвечает за всё. Но очень многое зависит от самих российских граждан. Развитие страны во многом определяется степенью их ответственности, зрелостью политических партий, общественных объединений, гражданской позицией средств массовой информации».5
Структурный кризис общества и государства представляет собой такую фазу их развития, при которой наблюдается незаконченность формирования основных общественных и государственных институтов. Ряд западных политологов относят коррупцию к нормальным явлениям, сопровождающим общество и государство во все времена. Для них её появление, взрывной рост и выход из-под социального контроля сигнализируют об обострении внутренних противоречий общества, его структурном кризисе и необходимости регулирования глубинных общественным механизмов.6 Такое утверждение вполне обосновано, так как момент возникновения таких кризисов совпадает с пребыванием общества и государства в переходном состоянии. В этот период социальный и государственный контроль крайне слабы ввиду отсутствия отлажено работающих механизмов управления. Наблюдаемое перераспределение ролей между различными социальными группами вызвано их борьбой за власть и собственность. Это происходит в условиях, когда старые управленческие механизмы уже не только не способны эффективно функционировать, но и, как правило, разрушены.
Формирование же новых затягивается вследствие продолжающихся в обществе изменений и борьбы. Их место занимают возникающие неформальные (ни чем не предусмотренные) механизмы социального управления, широко используемые находящимися у власти управленцами. Именно переходный период, переживаемый обществом и государством, своей структурной неупорядоченностью создает благоприятную среду для появления и роста различных форм коррупции. Ему свойственны замкнутость круга управляющей элиты и высокая концентрация в её руках политической и экономической власти.
Потеря обществом контроля протекающих социальных процессов в период нестабильности связана с превращением элиты в паразитический слой. Она начинает руководствоваться исключительно собственными интересами, дистанцироваться от остального общества. Следствием этого является прекращение доступа в элитарные слои общества представителей других социальных групп, что свидетельствует о ярко выраженном антидемократическом характере происходящих процессов, связанных с отстранением от участия в социальном управлении остальной части общества.
По своей природе управляющей
элите свойственно стремление к концентрации
власти, используемой ею в качестве инструмента
управления. В демократическом обществе
монолитность элиты и её социально-полезная
роль обусловлены рациональными интересами
всех участников властеотношений. Существующий
в нём механизм сдержек и противовесов,
основанный на
предметной специализации деятельности
представителей правящей элиты, объясняет
практическое отсутствие социального
противостояния. Одни
используют рычаги политической власти
в решении социальных задач, другие—экономические.
Такое разделение власти на политическую
и экономическую составляющие предотвращает
появление и развитие коррупции. В авторитарных,
олигархических обществах, где политические
и экономические начала концентрируются
в руках одних и тех же представителей
элиты, внутренний
социальный механизм сдержек и противовесов
разру
шается. Доступ новых представителей
извне в её круга прекращается, в результате
чего элитарный социальный слой принимает
характер замкнутого, обособленного от
остального общества образования.7 Отсутствие чёткого разграничения
политических и экономических составляющих
власти предполагает возможность конвертации
власти в собственность, и наоборот в зависимости
от меняющейся конъюнктуры. Это, как правило,
приводит к нарушению баланса формальных
и неформальных институтов социального
управления.
«Переходное» состояние российского общества и государства характеризуется практической бесконтрольностью деятельности носителей публичной власти и их безответственностью за принимаемые антиобщественные и антигосударственные решения. Они также выступают условиями возникновения и роста коррупции.
По своей природе бесконтрольность и безответственность неразрывны с другим условием, способствующим возникновению и росту коррупции. Им выступает отсутствие в обществе нормативной (правовой) базы борьбы с коррупцией. В переходный период правящие социальные группы, используя неформальные механизмы в переделе власти и собственности, не нуждаются в нормативном закреплении рамок своей деятельности.8 Нормативная формализация эталонов поведения в сфере осуществления публичной власти только мешает их деятельности. Им придется преступить рамки установленных правовых предписаний, а значит, совершить правонарушение. Удобнее придерживаться «неписанным» правилам, так как стабилизирующая (закрепляющая) функция права лишает коррупционеров возможности использовать неформальные механизмы управления. Активное противодействие формированию эффективно действующего механизма правового регулирования происходит по трём причинам. Во-первых, коррупционеры не могут объективно в достаточной мере легализировать в правовых нормах необходимые им механизмы управления, так как это вызовет их социальное отторжение. Во-вторых, формализация деятельности лишает коррупционеров возможности быстрой коррекции своего поведения в изменяющихся условиях, что неизбежно приведёт к конфликту с уже существующими правовыми эталонами социального поведения. В-третьих, непринятие коррупционерами мер по правовому ограничению своих действий обосновано их стремлением избежать не только социальной, но и юридической ответственности. Примером этого является их нежелание участвовать в разработке и принятии правовых актов прямого действия в области борьбы с коррупцией. В течение последнего десятилетия в России органами законодательной власти многократно предпринимались попытки принятия закона «О борьбе с коррупцией», однако, данный правовой акт так и не получил одобрения. Официально это либо вообще не комментировалось, либо объяснялось его недостаточной проработанностью.
В современной России отсутствуют постоянные приоритеты развития законодательства. Оно носит лоскутный и спонтанный характер, что также создает косвенные условия для возникновения и процветания коррупции.
«Слабость» государства представляет собой другую социально-политическую причину возникновения и роста коррупции. Образно она представляет собой ослабленный организм, потенциально подверженный различным болезням. Его основной чертой представляется неэффективное функционирование государственных органов всех ветвей власти, отсутствие в ней рационального начала и чётких ориентиров. Б. Н Топорнин справедливо считает, что ослабление государства явилось следствием чрезмерного распространения в России концепций, пропагандирующих ограничение его роли в условиях действия саморегулирующегося рынка, что зачастую происходит без учёта реальных потребностей экономических реформ.9 Кроме того, этому способствовало привлечение к руководству страной недостаточно компетентных в юридическом смысле людей, сделавших ставку исключительно на экономические методы решения проблем. Ими в течение последнего десятилетия в нашей стране «проводилась политика импровизаций, широкого использования метода проб и ошибок, не был разработан план реформирования общества и государства, стратегия научно обоснованных действий на опережение».10 Результатом этого явилось то, что наше государство реально формируется в условиях псевдодемократии, неконструктивного общения с гражданским обществом при декларативности разделения власти, между ветвями которой сегодня не наблюдается слаженного взаимодействия. Вместе с низким профессионализмом государственных служащих, чрезмерной подвижностью системы государственного управления, вызванной в большинстве случаев только субъективными причинами, это способствует появлению в России различных форм коррупции, их бурному росту. В этом смысле «слабость» государства проявляется в его неспособности противостоять различным негативным социальным явлениям, своевременно противодействовать им.
К экономическим причинам возникновения и роста коррупции в России следует относить: бесконтрольное перераспределение материальных средств, неправильное проведение экономических реформ и неправомерная приватизация.
Российский олигарх Б.А. Березовский выделил в качестве основной причины бурного роста коррупции в России бесконтрольное перераспределение материальных средств. В одном из интервью он заявил: «Революционные перемены, которые претерпел российский бизнес, породили колоссальную коррупцию. В результате произошло исторически беспрецедентное перераспределение богатства. В 1990 году всё принадлежало государству. В 1997 году 75 % собственности было в частных руках. А само перераспределение было в руках бюрократов с месячной зарплатой 100 - 200 долларов. И вот одним росчерком пера...».11 Трудно что-либо дополнить. Действительно, именно здесь глубинная эгоистическая мотивация деятельности лиц, наделённых публичной властью, связанная с их стремлением к наживе, реализовалась в бесконтрольном «растаскивании» ими государственной собственности, подорвавшем основы последующих экономических реформ.
Чрезмерное и бесконтрольное тяготение постсоветской плановой экономики к рыночным ценностям привела к появлению в России класса собственников, чей капитал, как правило, формировался в процессе приватизации государственной собственности. Идея её передачи в частные руки продиктована природой свободных рыночных отношений, свойственных демократическому обществу, поэтому не требует обсуждения и оценки. Правомерность экономической деятельности многих представителей нового класса следует рассматривать с позиции социальной пользы, выступающей в качестве основного критерия оценки. Приватизация государственного имущества в России практически не принесла пользы широким слоям общества, что ни у кого уже не вызывает сомнений. В условиях отсутствия чётких правил передачи государственной собственности основная доля последней оказалась в руках небольшого социального слоя, и только после этого его имущественные притязания были формализованы правом.
Другой экономической причиной
появления и роста коррупции в России
выступает сложившаяся модель рыночной
экономики, которой присуща уродливость форм экономического общения.
В её основе лежат не
традиционные рыночные механизмы (предпринимательская
свобода, конкуренция, частное право и
так далее), а неформальные правила общения
между предпринимателями и представителями
власти. Основным регулятором такого общения
является не право и экономические законы,
а корпоративные интересы и близость к
власти.
Уродливость российской
экономической модели
Правильное понимание причин возникновения и роста коррупции в нашей стране позволит разработать и применять на практике меры по борьбе с ней.
2 Коррупция как форма
В большинстве учебников преступность определяется как совокупность всех преступлений, совершаемых в данном регионе в данный период.12
И с учетом данного определения коррупционная преступность - это совокупность коррупционных преступлений, совершенных в данном регионе в данное время. Однако в литературе встречаются и иные определения. В частности, по мнению Б.В. Волженкина, коррупционная преступность - это преступления лиц, официально привлеченных к управлению (государственные и муниципальные служащие и иные лица, уполномоченные на выполнение государственных функций), использующих различным образом имеющиеся у них по статусу возможности для незаконного извлечения личной выгоды.13
Понятие «коррупционная преступность» в отечественной криминологии используется достаточно давно. Более того, в отечественной криминологии исследуются особенности коррупционной преступности, латентность коррупционных преступлений.
В недавнем советском прошлом коррупция была представлена в своей упрощенной форме. Отношения с чиновником складывались по типу «дал — взял — сделал», в связи с чем понятие «взяточничество» отражало практически весь комплекс корыстно-должностных преступлений. Примечательно, что при переводе в 60-х годах на русский язык весьма совершенного с точки зрения юридической техники и развернутого содержания итальянского Уголовного кодекса 1930 г. переводчики не нашли законодательного эквивалента термину советского УК «взятка», и потому используя знакомую «взятку», в скобках ставили термин Кодекса Италии «corrupcione», понимая, что это не синонимы, и перекладывали, таким образом, на читателей разбор данного терминологического понятия.14
В изменившихся условиях российской действительности содержательная сторона понятия «взятка» существенным образом усложнилась, что породило вокруг данного термина многолетние юридические дискуссии. Потребовалось время, чтобы убедиться, что народившееся новое качество не «вписывается» в традиционные теоретические штампы уголовного права и криминологии. И если в «Курсе советской криминологии» (М., 1985. С. 145) содержится констатация: «В социалистическом обществе нет... сращивания преступного мира с государственным аппаратом...», то в новых учебниках по криминологии коррупции отводится самостоятельное место. И дело тут не только в том, что некогда в юридической теории отмечалось стремление обосновать официальные доктрины, но и в том, что фактически рост коррупционных преступлений, был беспрецедентен. То, что Президент Ельцин в 1994 г. описал как «самое большое мафиозное государство» и «супердержаву преступности», проросло метастазами в то, что Григорий Явлинский (лидер партии «Яблоко» и председатель Центра политических и экономических исследований) назовет «полукриминальной олигархией», а председатель Комитета по международным связям США Бендхамен Джилман — «практически оперившейся клептократией».15
- Многообразие понятий коррупции
Коррупция сегодня — это сложное, многогранное явление. Этим обусловлен широкий диапазон толкования данного термина: от социально-философского до бытового, оперирование им возможно ко многим социально-негативным процессам и явлениям. Так, по мнению отдельных теоретиков, понимание коррупции не сводится к отражению лишь преступных проявлений коррупции, а включают иные коррупционные проявления, не относимые к преступным, но неправомерные по своей природе.16 Вместе с тем в данном исследовании предметом рассмотрения, как видно из названия данной работы, будет именно «организованная» коррупция, представление о которой прочно связано с понятиями «преступление», «должностное лицо» и «корыстная выгода».
Вообще говоря, мы считаем, что, рассматривая понятие «коррупция» в криминологии, следует иметь в виду только организованную часть корыстно-должностных преступлений. Мы солидарны с мнением, в частности, Н. Ф. Кузнецовой, которая отмечала, что «...именовать коррупцией всю систему корыстно-должностных преступлений, например злоупотребление властью, превышение власти, подлоги, не только не целесообразно, но и не согласуется с принципом дифференциации вины, ответственности и индивидуализации наказания».17 Исходя из этого коррупционное преступление всегда корыстно-должностное, однако не всякое корыстно-должностное преступление коррупционное. Коррупция — это модифицированное «качественное» явление по отношению к простейшим формам должностных преступлений и, в частности, с элементарным взяточничеством соотносится примерно также, на наш взгляд, как если бы речь шла о соотношении одиночной преступной деятельности, преступной деятельности без предварительного сговора и деятельностью организованной группы или преступного сообщества.
Вместе с тем считаем, что определение коррупции как самостоятельного явления преступности, а не как понятийного эквивалента всего комплекса корыстно-должностных преступлений — предмет отдельного исследования, предметом же настоящего исследования, как было заявлено, является определение коррупции «организованной».
Что же следует понимать под коррупцией в искомом ее значении?
Этимологически термин «коррупция» обладает свойством полисемии. Имея латинское происхождение, термин «коррупция» означает: совращение, подкуп; порчу, упадок; извращенность, превратность (мнений); расстройство, расшатанность, плохое состояние здоровья.18 В русском языке коррупция — это прежде всего подкуп, продажность должностных лиц, политических деятелей.
Этимология рассмотренного понятия, собственно, определила для многих криминологов критерии определения коррупции. Вот лишь несколько из них:
Коррупция — это социально негативное явление, выражающееся в подкупе одних лиц другими.19
Коррупция — это разложение управленческого аппарата, основанное на использовании чиновниками своего служебного положения в корыстных целях.20
Коррупция — это разложение власти, использование ее возможностей для личного обогащения.21
Вместе с тем в последнее время в научных кругах отмечается тенденция «отпочковывания» коррупции от всех иных корыстно-должностных, «беловоротничковых» преступлений как самостоятельного явления преступности. Эта тенденция проявилась в том, что отдельные правоведы стали обозначать «новое качество» нововведенными терминами: политическая организованная преступность, элитно-властная преступность, бюрократическая преступность и другие. Другие доискались до нового этимологического толкования. Так, отдельные правоведы считают, что в римском праве термин «коррупция» появился путем сочетания латинских слов «correi» — несколько участников в одной из сторон обязательственного отношения по поводу единственного предмета и «rumpere» — ломать, повреждать, нарушать, отменять. Из этих двух терминов, таким образом, образовался самостоятельный термин «corrumpere», который предполагает участие в деятельности нескольких (не менее двух) лиц, целью которых является «порча», «повреждение» нормального хода судебного процесса или процесса управления делами общества.