Курсовая  работа.

Тема: «Роль римской  армии в период империи».

Содержание

Введение

       Рассматривая  историю Древнего Рима, следует отметить, что она носит легендарный  характер и каких-либо достоверных  сведений о том римском времени  история не знает.

       Древний Рим представляется нам своей армией: будь то знаменитые победоносные легионы Цезаря, столичные преторианцы-заговорщики или усталые пограничники - ауксилии с Лимеса.

       Действительно, армия Древнего Рима неотделима от государства. Она - основа жизни Рима, его составной элемент. Сама римская государственность была построена по армейскому принципу: четкая регламентация и строгая дисциплина были присуще не только административно-хозяйственной, но и судебно-правовой жизни римского общества.

       Связь государства с армией четко выражал римский термин «Центурия» (лат. centuria «сотня»), который обозначал одновременно и территориально-административную единицу и войсковую организационную единицу¹. Генералы, офицеры и солдаты были для Рима всем: внешнеполитической вооруженной силой, органами безопасности государства и обеспечения правопорядка, мелкими чиновниками, пожарниками, инженерами и строителями дорог, крепостей, тюремщиками и даже смотрителями в школах и храмах.

       Таким образом, можно сделать вывод  о том, что армия, администрация  и государство представляют в Древнем Риме как бы единое целое и изучение древнеримского государства невозможно без подробного изучения его армии - и наоборот.

       Итак, цель данной работы – изучить, охарактеризовать и проанализировать роль римской  армии в период империи.

       Данная цель ставит перед собой необходимость решения следующих задач:

       - дать характеристику направлениям  и результатам завоевательной  политики Римской армии в период  империи;

       - изучить эволюцию структуры армии  и реформы, которые привели  к этим изменениям;

       - охарактеризовать место армии и воинов в составе общества;

       - описать влияние, которое оказывала  армия на процессы, протекающие  внутри государства.

Глава 1. Военные походы Римской  армии. Враги Рима.

1. Завоевательная  политика Древнего Рима.

      К 270 году вся Италия, кроме долины реки По, подчинялась римлянам. В союз с ними вошли также торговые и мореходные жители городов южной Италии, Капуи, греческого Тарента и др. Владения Рима подошли близко к великой западной морской державе, Карфагену. Между ними лежала Сицилия, которая протянулась, точно мост, от северного угла Африки к южной Италии. Карфаген старался завладеть Сицилией для того, чтобы держать в своих руках торговлю в западной части Средиземного моря, и давно уже бился из-за этого острова с греками. Римляне прежде обращали мало внимания на море: торговать к ним приезжали чужие купцы, среди которых были карфагеняне. Теперь римские владения везде примыкали к морю; нельзя было отдать Карфагену Сицилию, потому что тогда Карфаген мог бы держать в осаде все берега Италии. 
Новый соперник Рима, Карфаген, был богат и силен². Огромный город лежал на краю хлебородной долины реки Баграда, у глубокого закрытого морского залива (Тунисского). Владения его протянулись вдоль берега от нынешней Барки до Гибралтара. Всем заправляли финикийские купцы и промышленники, державшие в своих руках морскую торговлю. На землях, принадлежавших им, работали туземные африканские крестьяне, которые ставили и солдат. Соседние кочевники (нумидийцы в нынешнем Алжире) должны были платить дань и выставлять конную подмогу. Карфагеняне могли, кроме того, нанять большие военные силы из африканцев, испанцев или греков. Они имели то, чего не было у римлян: большие денежные средства.

      В одном карфагеняне были слабее римлян: господствующий народ, финикияне, был малочислен сравнительно с остальным населением. Они напоминают положение англичан в нынешней Индии. В войске карфагеняне служили только офицерами; они командовали над иноплеменными солдатами. Купеческие компании, которые правили городом, неохотно пускались в войны: они готовы были предоставить далекие военные предприятия смелым командирам на собственный их риск.

      Первая  война с Карфагеном до и после 250 г. Римлянам предстоял очень важный шаг: идти или не идти за море? До тех пор все войны велись на сухом пути недалеко от дома, и римские крестьяне в народном собрании долго не соглашались на заморскую войну. Легионы было не трудно переправить через узкий пролив в Сицилию; они везде били карфагенских наемников в открытом поле и при осаде городов. Но карфагеняне могли высадиться в любом месте острова с моря и отрезать римскому войску подвоз припасов. Пришлось Риму поневоле строить военные корабли. На морскую службу забирали особенно греков-союзников из южной Италии. Римляне старались, однако, и морскую войну обратить в сухопутную: они сцеплялись с вражескими судами борт о борт и бились на палубах.

      И Рим, и Карфаген несли огромные жертвы людьми и деньгами: в большом морском  сражении близ Сицилии с обеих  сторон было около 700 кораблей. Корабли  были очень крупны, и гребцы сидели пятью этажами, один ряд над другим. На корабле люди помещены были так тесно, что с крушением его обыкновенно тонул весь его экипаж. Три больших флота римлян погибли от бурь. 
Наконец римляне решились на совершенно для них новое дело: переправить войско в Африку и пойти к Карфагену. Скоро оказалось, что их порядки совсем не подходят для такого дальнего предприятия³. Ратники, привыкшие к недолгим походам в Италии, не хотели оставаться в Африке; половину войска пришлось отпустить по домам. Сам начальник, консул Регул, жаловался в письме сенату, что небольшое его имение в Италии осталось без призора и в полном разорении: приказчик умер, а батрак ушел и забрал инструменты. Римлян осталось в Африке слишком мало; они были разбиты греческими наемниками Карфагена, и консул попал в плен.

      Двадцать  три года (264–241) с переменным счастием тянулась эта тяжелая война⁴. Солдаты, которые сражались в конце войны, в ее начале еще не родились. Наконец Карфаген отдал Риму Сицилию: купцы не хотели больше воевать, так как война расстраивала всю торговлю. В Риме многие были также недовольны этой заморской войной: она разоряла крестьян и их вождь в народном собрании, трибун Фламиний, громко нападал на членов сената, которые взяли себе большую выгоду от нового морского дела и завели на свой счет торговые корабли для поставки товаров в Италию.

      Фламиний  требовал, чтобы по-старому вели войну на суше и добывали хорошие  наделы для малоимущих крестьян. Когда  народ выбрал его консулом, он разбил галлов в долине реки По, захватил их землю для раздачи крестьянам и провел первую военную дорогу на север. Фламиний был «новый человек»: этим именем старинные семьи, привыкшие занимать должности и сидеть в сенате, называли людей, которые не принадлежали к ним и пробивались собственными силами. На Фламиния подняли сильные обвинения в сенате, но народ горячо вступился за своего вождя и не дал его в обиду.

      В это время в Карфагене выдвинулись  предприимчивые вожди из фамилии  Барка (молния). Они действовали на свой страх в Испании и завоевали  более половины полуострова. Испания стала как будто их княжеством. 
Из Испании Ганнибал Барка задумал большой поход на Рим. Войска его состояли из обученных варваров, африканцев и испанцев. Более опасного противника у римлян не было ни раньше, ни позже. Ганнибал был бесконечно изобретателен, отлично умел управляться со своими полудикими людьми, быстро изучал неприятеля и превосходно пользовался его слабостями. О хитрости его рассказывали чудеса, будто он переодетый, с фальшивой бородой проникал в чужой лагерь. Его лазутчики были везде и чуть не в самом Риме. 
Ганнибал повел войско далеким кружным путем вдоль Средиземного моря, через Испанию, Пиренеи, южную Францию, Альпы – в северную Италию⁵. Переходы через горы были очень трудны и стоили огромных потерь; все боевые слоны погибли в Альпах. Но появление Ганнибала на севере было страшной опасностью для Рима. В долине реки По на его сторону стали галлы, только что покоренные Фламинием; римские крестьяне, поселенцы этого края, были выгнаны. Ганнибал разбил одну за другой две римские армии.

      В Риме заволновался народ: говорили, что  родовитые люди, которые сидят  в сенате, своею медленностью губят  дело; надо все покончить одним  решительным ударом. Народ выбрал консулом своего любимца Фламиния. С горячею уверенностью в победе отправился Фламиний навстречу Ганнибалу и занял крепкую позицию на высотах Апеннин. Но Ганнибал обошел его; несколько дней двигался он ужасными болотами; солдаты его шли в воде и могли отдыхать только на трупах павших лошадей; внезапно Фламиний увидал Ганнибала позади себя на дороге к Риму. Консул бросился назад: утром, когда его армия растянутой линией спешила вдоль Тразименского озера, с покрытых туманом высот ринулись солдаты Ганнибала и перебили почти всех римлян; Фламиния зарезал один галл.

      Дорога к Риму была открыта. Сенат видел теперь все спасение в осторожности. Назначили диктатором человека старинной фамилии, Фабия. Он старался избегать открытых сражений, в которых Ганнибал был непобедим, и затруднять врагу добывание припасов. Опять народ зашумел против медленности Фабия. Опять сделали уступку, сместили диктатора; одним из консулов был выбран народный вождь Варрон, сын мясника. Консулы дали Ганнибалу битву при Каннах; она кончилась отчаянным поражением римлян. Рим, казалось, должен был погибнуть. На сторону Ганнибала перешли римские союзники южной Италии и второй город Италии, Капуа. Сицилия отпала.

      Однако  положение скоро изменилось. Все  успехи Ганнибала были одержаны без  всякой помощи со стороны самого Карфагена. Ганнибал не мог собственными силами довести дело до конца. Его войско очень уменьшилось, и о нападении на Рим нельзя было и думать⁶. Римляне ободрились. По всей Италии держались выстроенные ими раньше крепости. Страна могла выставить еще много ратников-крестьян, и они постояли за себя. Но народные вожди потеряли силу. После двух больших неудач, понесенных по их вине, сенат опять взял дела в свои руки.

      Главные силы римлян двинулись за пределы  Италии. Молодой Сципион отбил  у карфагенян важную Испанию, с ее рудниками и большим запасом  сильных людей для войска. Оттуда он переправился в Африку и привлек на свою сторону союзных с Карфагеном нумидийцев. Из своих новых африканских союзников он составил отличную конницу, которой не хватало у римлян. Сципион, не похожий на старинных римлян, мягкий в обращении, образованный в греческой науке, умел располагать к себе людей. Он умел также управиться в новой стране с незнакомыми племенами. Теперь снова Карфаген оказался в отчаянном положении. Патриоты думали спасти город, вызвав Ганнибала из Италии. Но ему дали большею частью новые, неиспытанные войска. Сципион разбил его при Заме, недалеко от Карфагена. Рим поставил противнику тяжелые условия: выдать на сожжение весь военный флот, отдать все владения, кроме небольшой области около города, платить 50 лет огромную дань и не сноситься с другими государствами без ведома и согласия Рима.

      Сила  Карфагена была совершенно уничтожена. Он стал в полную зависимость от Рима, и к Риму перешли его богатства  и владения, находившиеся в Испании, Сицилии, Сардинии и Корсике. Эти успехи были достигнуты двумя тяжелыми пуническими войнами (так называли римляне войны с Карфагеном; по-латыни финикийский – пунический). Рим стал после их окончания самым сильным государством в тогдашнем свете⁷. Греческие цари на востоке, македонский и сирийский, пытались еще сопротивляться Риму. Легионы перешли опять за море, уже на восток, и одолели македонскую фалангу. Оба царя заплатили большую дань. Сирия и Египет должны были заключить с римлянами союзы и обязались повиноваться великой республике. Восставшие против сирийского царя иудеи прислали в Рим драгоценный золотой щит и просили покровительства: сенат отправил письма ко всем правителям известного тогда мира, требуя охраны для иудеев. До войны с Карфагеном Италия была крестьянской страной: старые римские помещики мало отличались по понятиям и образу жизни от мужиков; торговля была большею частью в руках иностранцев; в казне римской было немного денег, с населения не собирали податей. После этих завоеваний во всем обиходе Рима и Италии началась великая перемена.

      Теперь  в Рим стала сходиться отовсюду огромная добыча драгоценностями, золотой  и серебряной монетой. У римского народа появились заморские владения: Сицилия, Сардиния, Корсика, Испания. Области  эти платили дань нередко доставкой  товара, например, плодородная Сицилия присылала хлеб. Лишь немногие города вне Италии, сдавшиеся римлянам, сохраняли самостоятельность. Большею частью страну, куда вступили римские войска, Рим объявил провинцией, т. е. областью под военной командой. Для управления провинцией посылали одного из бывших римских консулов военным начальником, проконсулом. Он распоряжался полновластно. Туземные жители должны были содержать его двор и свиту. Он мог теснить их большими поборами. Тягаться с ним было очень трудно: пока он управлял провинцией, в Рим не принимали на него жалоб.

      Карфагеняне несколько раз откупались от беды, исполняя все требования Рима; они  выдали даже все свое вооружение. Но когда в Африке высадилось римское  войско и карфагенянам было приказано, чтобы они сами разрушили свой город и переселились за две мили от моря, т. е. отказались вовсе от морской торговли, в городе все обезумели от негодования. Доведенный до отчаяния, Карфаген быстро вооружился. Римляне нашли перед собою высокие тройные стены с четырехэтажными башнями, настолько просторные, что в них помещались конюшни для целой кавалерии, для массы слонов и казармы для большого войска. Три года простояли римляне, осаждая город, и нужно было все искусство лучшего военного вождя, Сципиона (Младшего), чтобы взять Карфаген. Он был разрушен до основания (146 г.), и его область римляне обратили в провинцию Африку.

      В том же году прибавились еще две  провинции на востоке. Так же как  Карфаген, был уничтожен богатый  торговый Коринф. Римляне обратили в провинции Грецию и Македонию. Еще через 12 лет римляне ступили на почву Азии. По завещанию умершего греческого царя, правившего в Пергаме (около древней Трои), к Риму перешла без войны западная половина Малой Азии с богатыми приморскими греческими городами. Она стала называться провинцией Азией⁸.

      К 130 году во власти римлян находились все  выдавшиеся в Средиземное море полуострова  Европы, Азии и Африки. Кроме Италии, все эти земли были провинциями, или, иначе говоря, входили в империю Рима, т. е. находились под военным управлением.

      Вместе  с легионами везде появлялись также римские денежные люди. Они  ссужали данников Рима, а также  соседние города и владетельных князей. Ссуды давались за крайне высокие  проценты, и римские ростовщики беспощадно взыскивали долги с жителей провинций и даже с союзников Рима. Один город на острове Кипр задолжал важному римскому капиталисту огромную сумму за 48% в год; но средств не было, и городской совет отказался платить; тогда ходатай капиталиста выпросил у римского наместника соседней области отряд и запер весь городской совет в здании думы: несколько советников во время осады умерли с голоду.

      Страшно стало римское имя по всему  побережью Средиземного моря: римляне  гордились тем, что в чужой  земле достаточно назваться римским  гражданином, чтобы заставить себя уважать и бояться: Рим не даст волоска тронуть у кого-либо из своих; всюду могут появиться его страшные легионы⁹.

1.2. Эволюция структуры  армии. Реформы  в армии.

      Характеризуя  период начала VI в. до н.э. историки часто  употребляют термин «этрусско-римская армия». При первом этрусском царе такая армия состояла из трех частей: этрусков, римлян и латинян, последних использовали для сражений в свободном строю и на флангах. Следом царь Сервий Туллий провел реформу армии. Теперь все жители центурии были разделены по четырем разрядам, создавая, таким образом, имущественный ценз.

      К первому разряду относились самые  обеспеченные люди, которые собирались из 80 центурий. Эти воины должны были иметь шлем, щит, поножи, панцирь, копье  и меч. Поэтому эти 80 центурий составляли фалангу. В первый разряд входили также две центурии оружейников и строителей. Второй разряд составляли 20 центурий. Воинское вооружение здесь было таким же, как и в первом разряде за исключением отсутствующего панциря. Защита состояла из поножен, шлема и щита. В снаряжении воинов третьего разряда отсутствовали поножи. Не исключено, что эти отряды воевали уже по италийской системе. Четвертый разряд состоял из 20 центурий. В него входила легкая пехота, состоящая из копьеносцев и метателей дротиков. К пятому разряду из 30 центурий приписывали пращников и застрельщиков, а две особые центурии составляли горнисты и трубачи. Если возникала необходимость в созыве армии, каждая центурия выставляла определенное количество людей в соответствии с размерами армии.

      Армия делилась на две части, по возрасту. Ветераны, воины 45-60 лет, составляли гарнизоны, а наиболее молодые участвовали  в военных кампаниях. От военной  службы было освобождено лишь самое  бедное население, а также лица, участвовавшие  в 20 военных походах при службе в пехоте или в 10 походах – при службе в коннице. Тех, кто пытался избежать военной службы, ожидало суровое наказание, вплоть до продажи в рабство.

      После падения царской власти и установления республики в конце VI в до н. э. на смену царю пришли два военачальника, которые именовались преторами. Все римские граждане от 17 до 45 лет считались военнообязанными и входили в состав легиона. Легион, от лат. Legere – выбирать (собирать), первоначально определял все римское войско.

      Раннереспубликанский легион насчитывал 4200 человек пехоты и 300 всадников. Это войско еще не было профессиональным, и воины призывались в армию только при необходимости¹⁰. Армия распускалась сразу же при прекращении боевых действий. Воину самому полагалось обеспечивать себя снаряжением, что приводило к большому разнообразию в вооружении и доспехах. Позже стали предпринимать усилия по введению однообразного вооружения и защиты. Вводилась новая градация римского легиона на разряды не только на основании имущественного ценза, но и на основании разных возрастных категорий.

      Большое внимание уделялось римлянами подбору  и подготовке командного состава. Высший командный состав был представлен  шестью военными трибунами – командирами  триб. Триба – аналог греческой филы, также двойственная административно-военная единица, включающая в себя четыре центурии. Трибуны выбирались народным собранием как из числа патрициев, так и из числа плебеев. Центурией командовал центурион, который назначался из числа наиболее отличившихся воинов. Центурион имел дисциплинарную власть в своей центурии и пользовался большим авторитетом.

      Таким образом, можно сделать вывод, что  в свой начальный период легион представлял  собой одновременно и организационную - и тактическую и военно-административную армейскую единицу. Однако со временем, благодаря успешным завоеваниям, Риму уже не хватает одного легиона для защиты своих владений. Число легионов неумолимо растет. С захватом всё новых территорий усиливается борьба между старыми патрицианскими родами и плебеями. В 367 г. до н. э. были приняты законы Лициния и Секстия оп упразднении должностей военных преторов, вместо них должны были избираться два консула, в том числе один из плебеев (должность претора была закреплена за магистрами второго разряда, подчинявшегося консулам и ведавшими в основном, городским правосудием). В обычных условиях в распоряжении у каждого консула было по два легиона.

      Во  второй половине IV в до н. э. политические победы плебеев привели к значительному  расширению контингентов, из которых комплектовалась армия. Военная реформа стала неизбежной. Такой реформой стала реформа Камилла. Воинам было установлено жалование, в счет которого выдавалось обмундирование, вооружение и продовольствие. Это уравнивало положение имущих и неимущих воинов, что послужило толчком для введения однообразного вооружения. Однообразное вооружение, в свою очередь, дало возможность реорганизовать легион, сделав его более однородным и функциональным. Появилась новая основная армейская организационно-тактическая единица – манипула (от лат. manipulus – «горсть»). Каждый легион был разделен на 10 манипул, Манипула состояла из 120 тяжеловооруженных легионеров и делилась на две центурии. Центурион первой центурии был одновременно и командиром манипулы. Таким образом, структура римской армии оставалось основанной на совместном организационно-тактическом делении.

      Усиливалась римская армия так называемыми «союзниками» - войсками покоренных италиков, не имевших римского гражданства. Союзники обязаны были выставлять вспомогательную вооруженную силу. Обычно на один римский легион союзники выставляли 5000 человек пехоты и 900 всадников, которые содержались за свой счет. Союзнические войска выстраивались на флангах римских легионов подразделениями по 500 человек, такие подразделения получили название «когорта» (от лат. cohors – «свита, вереница»). Подчинялись когорты римскому высшему командованию, состав младших командиров определяли сами союзники.

      В первой половине III в. до н. э. последовала  новая реорганизация римской  армии. Прежде всего, было введено однообразное комплектование и вооружение манипулы. Если раньше каждая манипула состояла из гастатов, принципов и триариев, то теперь ее комплектовали только одним из этих видов пехоты. Манипулы перестали быть смешанными и стали специализированными. Кроме того число манипул в легионе выросло с 10 до 30. Теперь легион состоял из 30 манипул (по 10 у гастатов, принципов и триариев соответственно). У первых двух групп строение было одинаковым – по 120 человек тяжелой пехоты и 40 велитов. У триариев число пехоты в манипуле составляло 60 человек тяжелой пехоты и 40 велитов. Каждая манипула состояла из двух центурий, однако они самостоятельного значения не имели, так как самой малой тактической единицей оставалась манипула.

      Триста  всадников легиона были разделены на десять турм, по 30 человек в каждой Вооружены всадники были по греческому образцу: доспех, круглый щит и копье. В каждой кавалерийской турме было по три декуриона – «десятника» и трое отобранных замыкающих – опционов (optiones). Командовал турмой первый из декурионов. Декурионов, как и центурионов, выбирали трибуны¹¹.

      Всего в легионе, таким образом, насчитывалось 4500 человек, в том числе 1200 велитов и 300 всадников.

      Большое внимание стало уделяться вопросам управления войсками и организации тыла. В состав войска стали включать одну центурию писарей и горнистов, а также две центурии кузнецов и плотников, парки осадных машин и центурии инженеров.

      Набор римской армии выглядел так: в начале каждого года избирались два главных военных магистрата – консула. Избранные консулы назначали 24 военных трибуна. Десять из них были старшими, их срок службы должен был составлять не менее десяти лет. Остальные 14 должны были прослужить не менее пяти лет. Первые два из избранных старших трибунов назначались в первый легион, следующие три – во второй, следующие два - в третий и следующие три – в четвертый. По такому же принципу назначали и младших трибунов: первые четыре – в первый легион, следующие три - во второй – и т. д. В результате в каждом из легионов было по шесть трибунов.

      Как и у греков, служба в армии считалась  в Древнем Риме почетной и была недоступна людям малоимущим¹². Каждый год в назначенный день все граждане, могущие нести службу, собирались в Капитолии. Там их разделяли согласно имущественному цензу. Наиболее бедных отправляли служить на флот. Следующую группу приписывали к пехоте, самые же богатые отправлялись в конницу. Необходимые туда 1200 человек на все четыре легиона цензоры выбирали еще до начала основной призывной кампании. К каждому легиону приписывалось по триста всадников.

      Если  верить Полибию, тех, кого отбирали для  службы в пешем войске, делили по трибам. Из каждой трибы отбирали четырех  человек примерно одного возраста и  телосложения, которых и представляли перед трибунами. Первым выбирал трибун первого легиона, затем второго и третьего, четвертому легиону доставался оставшийся. В следующей группе из четырех новобранцев первым выбирал солдата трибун второго легиона, а первый легион забирал себе последнего. Процедура продолжалась, покуда не набиралось 4200 человек для каждого легиона (проблематично отобрать всех 16800 человек таким способом, но оставим это на совести Полибия).

      Набор завершался и новички приносили  клятву. Трибуны выбирали одного человека, который должен был выступать вперед и поклясться повиноваться своим командирам и в меру своих сил исполнять их приказы. Затем все остальные делали шаг вперед и клялись поступать также, как он («Idem in me»). Затем трибуны указывали место и дату сбора для каждого легиона так, чтобы все оказались распределены по своим отрядам.

      Пока  проходил набор рекрутов, консулы  отправляли приказы союзникам, указывая требующееся от них количество войска, а также день и место встречи. Местные магистраты набирали рекрутов и проводили их к присяге – так же как и в Риме. Затем они назначали командира и казначея и давали приказ выступать.

      По  прибытии в назначенное место  новобранцев вновь делили на группы в соответствии с их богатством и  возрастом. Самых молодых и бедных отправляли в велиты. Из оставшихся, что помоложе, набирали гастатов. Находившиеся в полном расцвете сил становились принципами. Старшие по возрасту ветераны прошлых кампаний становились триариями, их еще именовали пилами¹³. В одном легионе не могло быть больше 600 триариев.

      Затем из каждого вида войска (за исключением  велитов) трибуны выбирали десятерых  центурионов, которые, в свою очередь, отбирали еще десять человек, также  именовавшихся центурионами. Избранный  трибунами центурион являлся  старшим. Самый первый ценурион легиона (primus pilus) имел право участвовать в военном совете вместе с трибунами. Выбирали центурионов исходя из их стойкости и отваги. Каждый центурион назначал себе помощника (optio).

      Трибуны и центурионы делили каждый вид войска (гастатов, принципов и триариев) на десять отрядов – манипул. Первой манипулой триариев командовал примипил – первый центурион.

      Как уже говорилось выше, союзники также  формировали отряды в 4-5 тыс. человек  и 900 всадников. Такие союзнические «легионы» назывались – ала (от ла. Alae-крыло), потому что во время боя располагались на крыльях римской армии. К какаждому из легионов приписывалось по одной такой але. Таким образом, под словом «легион» для этого периода следует подразумевать боевую единицу из примерно 10000 пеших воинов и около 1200 всадников.

      Треть лучшей конницы союзников и пятая  часть их лучших пехотинцев отбирались для того, чтобы образовать особую боевую единицу – экстраординариев (extraordinarii). Они были ударной силой  для особых поручений и должны были прикрывать легион на марше. Внутренняя организация войска союзников на этот период в источниках не описана, но, скорее всего, она была схожа с римской, особенно у латинских союзников.

      Со  времен длительной осады Вейев в  начале IV в. до н. э . легионерам начали платить. Римский пехотинец получал две монеты в день, центурион – в два раза больше, всадник – шесть оболов. Римский пехотинец получал довольствие в виде 35 л. зерна в месяц, всадник – 100 л. пшеницы и 350 л. ячменя (учитывая прокорм лошади и конюха). Фиксированная плата за эти продукты вычиталась квестором из жалования как пешего, так и конного воина. Вычеты делались также за одежду и требующие замены элементы экипировки.