Российская ментальность: сущность и современные черты
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
«МОСКОВСКИЙ
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
Институт международных отношений и социально-политических наук
Кафедра социологии
КУРСОВАЯ РАБОТА
по общей социологии
Тема: Российская ментальность: сущность и современные черты
________________
Москва - 2011
Содержание
Введение…………………………………………………………
Глава 1 Понятие «ментальность» структура и сущность. Основные подходы к изучению.
1.1 Понятие «ментальность» …………………………………………………...6
1.2 Представление ментальности сторонников ведущих школ ……………...9
1.3 Подходы к исследованию …………………
Глава 2 Ценностная система, как наиважнейший элемент, российской ментальности
2.1 Ценности как основные черты российской
ментальности………………………………………………
2.2 Изменения российской ментальности………………………………. ……21
2.3 Динамика российской ментальности
на основе общероссийских исследований………………………………………………
2.3.1 Результаты исследования: Жизненные ценности россиян……………..23
2.3.2 Результаты исследования: Факторы успеха……………………………..24
Заключение……………………………………………………
Список литературы……………………………………………………
Приложения……………………………………………………
Введение
На рубеже веков Россия переживает социальные трансформации колоссального масштаба, сложнейший переход экономики к рыночным отношениям, сопровождающиеся изменением социокультурных традиций, этнонационального сознания и, в целом, ментальности россиян. В ментальности раскрывается то, о чем изучаемая историческая эпоха не сообщает прямо; эпоха как бы помимо собственной воли "проговаривается" о самой себе, о своих секретах. На этом уровне удается расслышать такое, о чем нельзя узнать на уровне сознательных высказываний. Современная российская ментальность, как ни как наиактуальнейший материал для проведения социологического анализа.
Проблема ментальности и менталитета имеет сложную,
многоплановую структуру и, будучи недостаточно
разработанной, прежде всего в методологическом
и теоретическом аспектах, требует комплексного
исследования и совместно скоординированных
усилий специалистов различных гуманитарных
дисциплин. Трудности изучения и анализа
этой проблемы связаны, во-первых, со сложностью
самого объекта исследования и не разработанностью
адекватных методов его изучения. Во-вторых,
развитие ментальности обусловлено традициями,
культурой, социальными структурами, институтами
и факторами всей средой обитания людей.
И изменение даже некоторых позиций из
этих факторных условий неизбежно приводит
к изменению ментальности человека или
различных социальных групп.
Актуальность темы исследования обуславливается сложностями в процессах упорядочивание национальных отношений и построения гражданского общества в современной России. Развития нашего социума настоятельно требует новых (разнообразных) подходов к анализу менталитету россиян, к обретению новых знаний, изучению причин изменения самой картины социальной жизни. Так как все исследования, проводимые по данному материалу, расширяют имеющееся научное представление о структуре, специфике и функциях национального менталитета.
Проблема понимания ментальности россиян, подвергнутая пристальному вниманию с моей стороны, обусловлена рядом причин. К числу таковых необходимо отнести проблему распада российского общества на отдельные социокультурные слои со своими ценностями и интересами, зачастую противоречащими друг другу. В условиях коммерциализации средств массовых информаций происходит засилье общественного сознания культурными образцами низкого качества. Массовая культура не только подменяет единые социокультурные ценности, но и упрощает их, формируя примитивные взгляды потребителя. Отдельную проблему представляет собой постепенная «вестернизация» российского самосознания на основе идеи несовершенства, как русского народа, так и других народов, проживающих на нашей территории, якобы неспособных к самостоятельному существованию в любой сфере деятельности человека, будь то экономика, политика или духовная жизнь.
Объект исследования современная российская ментальность.
Предмет исследования сущность и современные черты ментальности россиян.
Цель определить структуру и изучить понятие «ментальность», в основном, с точки зрения социологического подхода. Исходя из этого, можно сформулировать следующие задачи исследования:
- определить сущность и
- рассмотреть понимание слова «ментальность» представителями некоторых исследовательских школ;
- представить специфическое
- определить ценностную систему российского человека, как основу ментальной культуры, на основе анализа общероссийских исследований.
Основная гипотеза доказать, что жизненные ценности Россиян, являющиеся основополагающими характеристиками ментальной культуры, подверглись кардинальным изменениям на протяжении последних лет.
Дополнительная гипотеза эгоистические ценности являются приоритетом для Россиян.
Глава 1. Понятие «ментальность» структура и сущность. Основные подходы к изучению
1.2 Понятие «ментальность»
Любому общественному организму свойственен определенный тип мышления. В стиле мышления отражается характер и содержание достигнутых обществом знаний, особенностей их использования, специфика разнообразия искусства и литературы, этических и эстетических принципов. Также он формирует психически-эмоциональный фон, чувственное восприятие пространства, времени, мира в целом, что находит отражение в различных сферах деятельности человека, а также общезначимые установки сознания, определяющие стилевую специфику духовного облика той или иной эпохи, социокультурного развития в целом.
Любая личность, развиваясь, опирается на важнейшие составляющие мировоззренческого комплекса представленные:
а) мироощущением;
б) миропониманием;
в) мироотношением .
Следовательно, любой образ мира, познаваемый человеком, не может быть подвергнут адекватному пониманию в отрыве от своих культурных корней, так как именно в свете их он воспринимает все, что его окружает, составляет определенную цивилизацию, культуру. Эта зависимость непреодолима, но может подвергнуться внешнему осмыслению, также можно управлять ею.
Отсюда, стиль мышления отражает характерные данной эпохи состояния сознания, характеризует особенности мировосприятия человека, находящие явные отражения в языке. В свою очередь, язык в обобщенном виде показывает традиции, привычки, нормы, ценности, верования эпохи. Их адекватная интерпретация в другую эпоху зависит не только от радикального осмысления текста, но и от проникновения в контекст, постижения его ментальной сущности.
Вначале отметим, значение понятия «ментальности». В социологическом энциклопедическом словаре российского академика наук Осипова Г.В. В нем, данное понятие выступает, как относительно целостная совокупность установок и привычек мышления, а также фундаментальных верований индивида или группы и их внешних социокультурных проявлений1. Однозначно данное изречение требует некоторого категориального уточнения, исходящее из глубин его истории.
Категория "ментальность" ведет свое происхождение от прилагательного mentalis, появившегося еще в XIV веке и обозначавшего в средневековой философии принадлежность разуму, рассудку, уму. Постепенно данное слово пришло в науку. Далее его начали использовать представители следующих научных направлений: этнологии, психологии, антропологии. Однако главные почести в его разработке следует отдать французской школе "Анналов". Фактически именно его представителям, французским ученым М. Блоку и Л. Февру, принадлежит заслуга введения этой категории в научный обиход. Они и их ученики разрабатывали ее в рамках антропологических исследований и во многом способствовали тому, что та приобрела статус общенаучной. Термин обнаружил большой исследовательский потенциал, им заинтересовались представители большинства социальных и гуманитарных наук, среди которых следует выделить лингвистику, культурологию, этнографию, социологию и политологию.
Рассмотрим его более подробную характеристику.
Ментальность, как коллективно-личностное образование, представляет собой устойчивые духовные ценности, глубинные установки, навыки, латентные привычки, долговременные стереотипы, рассматриваемые в определенных пространственно-временных границах, выступающие основой поведения и образа жизни.
В своей сущности, ментальность представляет собой исторически переработанные образцовые представления, через многогранное видение которых, происходит восприятие основных взглядов на реальность2. Неотъемлемой частью которой являются пространство, время, искусство, политика, экономика, религия, и шире, культуры, цивилизации. Рассмотрение ментальных особенностей сознания той или иной социальной группы позволяет проникнуть в «тайный слой» общественного сознания, понять восприятия, образные представления, скрытые за идеологией. Таким образом, основной характерной чертой ментальных структур выступает устойчивость. Образцы поведения, ценностные ориентиры закрепляются в ментальности народа на долгие десятилетия и века. Социальная дифференциация ментальности отражает существующее в обществе разделение на общественные группы с присущими им материальными интересами, образом жизни и т.д. К примеру, сельской ментальности присущ больший консерватизм, чем жителям городов.
Подводя итог, можно сказать, что ментальность отражает образ мышления, духовную настроенность мировосприятия человека или социальной группы, принадлежащего к определенной культуре. Это понятие имеет недостаточную осознанность. Ментальность всегда конкретна, представлена как формообразующая единица. Это явление, которое выражает свое содержание посредством культуры, т.е. через определенный культурный шифр, имеющий временные, социальные, национально-пространственные характеристики.
1.2 Представление ментальности сторонников следующих школ
Философское понимание понятия «ментальность» соотносится с именем немецкого философа Э.Кассирера (1874-1945) вкладывающего в понятие «менталитета» примерно то же содержание, что и французский антрополог Л.Леви-Брюль (1857-1939), понимавший данный термин, как совокупность эмоционально-окрашенных социальных представлений, подчеркивая, что виды менталитетов можно систематизировать по способам восприятия окружающего мира, в особенности природы.
Сторонники психоаналитической и социопсихологической исследовательской школы были склонны представлять ментальность, как аналог и синоним выражения «социальный характер». Социолог Э.Фромм (1900–1980) употреблял также понятие «социального характера», считая его синонимичным понятию коллективных представлений или ментальностей. Французский психолог Г.Бутуль говорил, что ментальности выступают как совокупность идей и интеллектуальных установок, находящаяся между человеком и воспринимаемым им миром.
Основы социально-исторического рассмотрения ментальностей заложены французской исторической традицией. Именно она заставила начать скрупулезную разработку истории понятий, формирующих жизнь людей в обществе и доказывая, что их изменчивое содержание составляет неотделимую часть культуры.
Согласно видению перспектив воссоздания ушедших столетий «новой исторической наукой», один из ее основателей, Л.Февр, полагал, что историку по силам не столько реконструкция объективного мира (раз и навсегда ушедшего!), сколько воссоздание миропредставления и умонастроений (ментальностей) людей изучаемой им эпохи, т.е. их субъективных оценок мира со всеми важными для них реальностями, включая богов, демонов и пр. Л.Февр, основавший вместе с М.Блоком школу «Анналов», усматривал в коллективных ментальностях не столько биологические, сколько социальные основания, природу и детерминанты. Видя в них процессы «вторичной перекодировки» картины мира с помощью знаковых систем, Л.Февр и М.Блок первыми показали возможности расшифровки этих семиотических воплощений: «Историк должен стремиться к тому, чтобы обнаружить те мыслительные процедуры, способы мировосприятия, привычки сознания, которые были присущи людям данной эпохи и о которых эти люди могли и не отдавать себе ясного отчета, применяя их как бы „автоматически“, не рассуждая о них, а потому и не подвергая их критике», – отмечал М.Блок в одной из своих работ.
Таким образом, французские историки, стоявшие у истоков изучения «истории ментальностей», как самостоятельного направления, поместили «ментальное» между осознанным, очевидно структурированным, отрефлексированным (то есть формами общественного сознания – религией, идеологией, моралью, эстетикой и т.д.) и неосознаваемым (бессознательным) в коллективной, а отчасти – и в идивидуальной психике людей. Важнейшей, конструирующей ментальности, сферой является «сфера представлений о человеке» (Р.Шпрандель).
1.3 Подходы к исследованию
Не смотря на такие разносторонние смысловые формулировки понятия «ментальность», многие ученые настороженно относятся к его использованию. Можно отметить несколько причин данной боязни, самая главная из которых состоит в том, что присутствует категориальная неоднородность при определении самого термина. В трудах тех, кто попытался предложить свое определение, очень заметны научно-категориальные предрасположенности, в формулирование дефиниций. Изучая структуру каждого из заявленных подходов, выявим их определенные особенности, по сути своей попытаемся определить социологический взгляд на природу данного феномена.
Наконец-таки, рассмотрим подходы разных наук, в изучении данного понятия. Вопреки проявлявшемуся стремлению к его универсальности, акценты позволяют охарактеризовать специфическое видение изучаемого предмета представителями следующих направлений3.
Натуралистический подход, научными предпосылками которого послужила как дарвиновская теория, так и стремление зарождающейся психологии доказать, что ум человека не только не обуславливает сам себя, но и не является изначальной способностью индивида, представлен следующими направлениями социал-дарвинизмом и биологическим редукционизмом4. В первом случае имеется в виду установка, согласно которой разумное поведение человека - это всего лишь усовершенствованный механизм ассоциаций и автоматических реакций, присущих животному миру. При этом необходимо помнить, что в природе человека изначально заложен конфликтный принцип, в рамках которого главной движущей силой борьбы против «чужих» объявляется этноцентризм. Речь идет о ситуации, когда каждый народ убежден в том, что именно он занимает самое высокое место как среди современных народов и наций, так и в сравнении со своими предшественниками. Во втором случае суть биологического недопонимания находит свое воплощение в утверждении о том, что именно биологическая наследственность служит основой социального поведения, обуславливая расовую иерархию и, как следствие, неравенство культурных творений соответствующих народов.
Качества, составляющие особенность конкретного этноса, признаются большинством современных ученых. Методологический принцип, на котором основаны работы натуралистов, тесно соприкасается с научными разработками, уделяющие внимание на связи культуры и природных факторов (географический детерминизм Л. Гумилева, В. Милова и т.п.), вряд ли оправдано сводить происхождение этих черт исключительно к биологической предрасположенности.
Сторонники философско-исторического подхода трактуют понятие ментальности на уровне метафизических категорий. Признавая универсальность целей общественного развития, немецкий историк культуры Гердер указывал на уникальность, как исторической эпохи, так и каждого отдельно взятого народа. Все исторические памятники, прежде всего, есть выражения духа создавшего их народа. Затронутый национальный дух в свою очередь во многом определяется внешними географическими, политическими, экономическими факторами5.
В объективном идеализме Гегеля выделяется три формы духа: «субъективный дух», воплощенный в индивидуальном сознании, «абсолютный дух», которому немецкий мыслитель придает значение мировой субстанции и, наконец, «объективный дух», воплощенный в сознании народа, нации. Проходя в своем развитии следующие ступени, такие как право, мораль, нравственность. Свое высшее воплощение объективный дух реализует посредством государства. Именно в государстве обнаруживается воля абсолютного духа, увязывающая частные и общие интересы через универсальные представления о добре, праве, обязанностях.
Другой подход – психологический, можно считать относительным перекрестием философско-исторического и натуралистического методов. Его сторонники трактовали, так называемую «народную душу», как проявление объективного духовного состояния человека, включающего в себя: язык, религию, искусство, право, культуру. Однако позже, немецкий психолог В. Вундт ограничил рамки названного феномена, видя в народной душе не столько субстанцию, сколько определённый действующий субъект.
В исследовании психологического подхода также следует упомянуть и концепцию представителя аналитической психологии К.Г. Юнга, разработавшего понятие «коллективного бессознательного». В центре юнговской теории лежит понятие архетипа - априорно заданной предрасположенности к восприятию внешнего мира. В архетипах фактически заключен коллективный исторический опыт6. Также К.Г. Юнг считает, что содержания коллективного бессознательного никогда не находились в сознании и, таким образом, никогда не приобретались индивидуально, но обязаны своим существованием исключительно наследственности.
Существенный вклад в понимание ментальности внес историко- социологический подход, основания которого были заложены Э. Дюркгеймом. Заостряя внимание на мировоззренческих стандартах, выработанных в ходе совместного проживания в условиях определенного природного и социально-исторического контекста, эту значимую в социальных масштабах теоретическую систему Дюркгейм определяет как «коллективное сознание», которое, по сути дела, образует фундамент духовной традиции. Отсюда следует, что коллективное сознание есть духовное отражение специфики общества, совокупности условий его существования. На разных исторических этапах оно может изменяться и даже отходить как бы на второй план, знаменуя доминирование индивидуального сознания, однако в моменты различного рода социальных катаклизмов всеобщность коллективных представлений легко восстанавливается7. Мышление и «коллективные представления» примитивных народов» оказываются в центре внимания последователя Дюркгейма Л. Леви- Брюля. Именно ему ставят заслугу введение в научный оборот термина «ментальность».
Во второй половине XX в. в центр научных трудов «новой исторической науки» были поставлены воззрения народа, эмоции и мысли обычного человека. Анализируя движущие механизмы их социального поведения, представители французской школа «Анналов» стремились скорее воссоздать миропредставления и умонастроения людей изучаемой им эпохи, нежели построить занавоа некогда ушедший объективный мир. По сути, традиция именно этой школы определяет ментальность фундаментальной категорией, относя ее к области автоматических форм сознания и поведения. Примечательно, что в коллективных ментальностях в первую очередь признавались не биологические, но социальные основания. Видя в них процессы «вторичной перекодировки» картины мира с помощью знаковых систем, Л. Февр и М. Блок первыми показали возможности расшифровки этих семиотических воплощений, в рамках которых «ментальное» балансирует между осознаваемым, очевидно структурированным (религия, идеология, мораль, эстетика и т.п.) и неосознаваемым, запечатленным в коллективной, а отчасти - и в индивидуальной психике людей.
Близкий по своей методологической позиции школе «Анналов» российский ученый А.Я. Гуревич приходит к следующей мысли: изучение субъективной стороны исторического процесса выявляет не только волю, намерения различных общественных субъектов, но и механизмы преобразования их реальных интересов в движущие побудительные мотивы к действию. При этом необязательно мотивы являют собой выражение классовых или иных материальных интересов: сплошь и рядом они оказываются производными от тех идеальных моделей, которые сформированы в сознании народа культурой, религией и всякого рода традициями8.
Помимо затронутых методов, также заслуживает упоминания социолингвистический подход, выработанный «школой семиотики». Ведущий представитель этой школы Ю. Лотман понимал социальную сущность культуры как «сверхиндивидуальный интеллект», органически дополняющий пробелы индивидуального сознания. За объект анализа принималось семиотическое пространство, внутри которого происходят интенсивные процессы духовного обмена и выработка новой информации. В свою очередь, М.М. Бахтин показал перспективность изучения потаенных пластов общественного сознания, тесно связанных с повседневной жизнью людей (например, «карнавальная смеховая культура», характерная для средневековья).
В рамках обозначенного подхода обращает на себя внимание теория языковой относительности, авторы которой - Э. Сепир и Б. Уорф - считают язык главным источником мировосприятия. По мнению Э. Сепира, реальный мир в значительной степени бессознательно строится на основании языковых норм каждой конкретной группы. Причем, события реальности не столько механически описываются, сколько отбираются и интерпретируются. Тем самым, если люди говорят на различных по грамматическому строю языках, то они живут в разных культурных мирах, неодинаково воспринимая действительность.
Также социологический подход, представленный русским социологом В.В. Козловским, определяет ментальность, как стереотипное отношение к окружающему миру, обеспечивающее возможность адаптации к внешним условиям и корректирующих выбор альтернатив социального поведения.
Данное определение представляет собой исключительный взгляд на ментальность, так как русский социолог указывает на то, что ментальность связана с особенностями индивидуального и группового мышления. Само мышление, по его мнению, характеризуется такими специфичными, хотя и взаимосвязанными чертами, как набор свойств, качеств, особый тип, способ мыслительной деятельности. Также В.В. Козловский утверждает, что ментальность не является психическим состоянием, а представляет собой социокультурный феномен.
Подытоживая все вышеизложенное, остановимся на следующих моментах. Во-первых, ментальности выражают, прежде всего, внеличностную сторону общественного сознания. Субъектом ментальностей является не индивид, а социум. Они проявляются посредствам языка (вербальной культуре общества) и языке жестов, в поведении, обычаях, традициях и верованиях. В то же время составным элементом ментальности являются бессознательные структуры, которые обязательно следует принимать во внимание при исследовании обозначенного явления. Во-вторых, своеобразной чертой ментальностей является их открытость, незавершенность, континуальность, диффузная природа. Если идеология, другой очень важный духовный феномен, представляет собой законченную продуманную концептуальную систему, то ментальность занимает все культурное пространство и общественное сознание. В связи с этим обстоятельством можно предположить, что ментальность может скрывать в себе больший динамический потенциал, чем политическая доктрина, поскольку является более открытой для различного рода факторов. С течением времени развитие общественной динамики существенно отражается на духовных явлениях, что вносит определенные коррективы в научное осмысление ментальности.
Описанные подходы указывают на возможную плодотворность интерпретации инновационного понятия и в социологической терминологии. Обобщая опыт исследователей, можно отметить ряд социологических категорий, рассмотрение которых позволило выявить специфичность ментальных структур. Прежде всего, это ценностные ориентации и неотрывно связанные с ними социальные установки. Эмоционально затронутая ценностно-установочная система обуславливает специфику рефлексии, следовательно, поведения личности, и в этом качестве может быть воспринята как ядро ментальной тенденции сознания. Во-вторых, социологическое исследование менталитета опирается на глубокое знакомство с социальными стереотипами как типизированным восприятием окружающего мира, максимально адаптированным к деятельности человека. В-третьих, особую важность приобретает анализ социологом культурной среды как самоценного фактора, оказывающего решающее влияние на систему ценностных ориентаций. Отмечая обусловленность менталитета социальным окружением, обратим особое внимание на комплексную характеристику референтных групп индивида. Именно разбор социальной среды способствует обозначению спектра возможных изменений в ценностно-ориентационной направленности граждан.
С помощью категории "ментальность" возможен поиск решения некоторых проблем в социологии. Ментальность, будучи социальным свойством, проявляется благодаря отдельным индивидам, на личностном уровне коллективные качества социума. Безусловно, также требуется его эмпирическое доследование, так как уже сейчас обнаруживаются определенные методологические сложности при употреблении данной категории в эмпирическом исследовании. К примеру, встает вопрос, насколько допустимо ее использование при анализе различных по объему социальных групп. Следовательно, от «сухой» перспективы теоретического исследования, оптимальнее постепенно перейти к анализу ментальности представителей конкретных социальных групп, используя подход В.В. Козловского, рассматривающий ментальность, как социокультурный феномен.
Глава 2 Ценностная система, как наиважнейший элемент российской ментальности
2.1 Ценности, как основополагающие черты российской ментальности
Составляющие части российской ментальности, складываются не только из явлений, затрагивающие культурные ценности, ограниченные рамками искусства, религии, науки и т.п., но и из аспектов жизнедеятельности общества, социальных групп, конкретного человека. Систему ценностей, которую принимает та или иная группа, можно разделить на три уровня.
Первый уровень - это непосредственно ощущаемые ценности, т.е. некие первичные блага, возможность достижения которых в данной социальной общности воспринимается как нечто самоочевидное. Человек, воспитывающийся в социальной среде, которая ставит материальные ценности превыше всех, изначально ориентирован на то, что этакая возможность есть устойчивое условие его нормального существования, а лишение этой возможности, безусловно, нарушает его свободу и является, по его твердому убеждению, глубоко несправедливым. На данном уровне ценности рассматриваются как блага9.
Ко второму уровню можно отнести ценности, которые не ощущаются непосредственно (свобода, справедливость и др.). На этом уровне существенна ценностная рефлексия. К примеру, справедливость не означает равенства в получении ресурсов, а подразумевает, что получаемые блага зависят не от личных отношений к нему распределяющих, а лишь от статуса, который приписывает ему принцип по объективным показателям. Тот или иной слой разделенного общества по-своему представляет и ощущает как свободу, так и справедливость.
Третий уровень - этические ценности, когда поведение человека и социальной общности может быть не только ориентированным (направленным на достижение непосредственно рефлексивных притягательных целей), но и ценностно ориентированным - соотнесенным с высшими ценностями: «служение обществу во славу его». В конечном счете, такое поведение наиболее дальновидно, дабы не создает источников напряжения, чреватых разрушением тех социальных структур, которые обеспечивают получение благ первых двух уровней. Здесь контролирующим началом выступают разум, мудрость, совесть.