Российские ученые в экономической науки

Введение

1 .Организационно-производственная  школа

1.1 Учения  организационно-производственной школы  в России

 и  СССР

1.2

 А.Н.  Челинцев и его 

вклад в развитие мировой экономической  мысли

2 .

 Экономико-математическая  школа.

2.1 Учения  экономико-производственной школы в России и

 СССР

2.2 Л.В. 

 Канторович  и его вклад в развитие мировой 

 экономической  мысли

 Заключение

 Список  использованных источников 

 Приложение

 Введение 

 Развитие  экономических воззрений в России  проходило под влиянием практики, в тесной связи

с общим  движением науки в других странах.

 При  освещении истории российской  экономической науки важно избежать  крайностей. Было бы неверно представлять  отечественную науку как простое  перенесение на русскую почву  экономических идей Запада. Не следует впадать и в другую крайность. Развитие социально-экономической мысли не есть прямое и непосредственное отражение уровня развития производства.

 Труды  и разработки известных российских  ученых, как правило, оригинальны;  многие выводы и обоснования имеют не только национальную, но и более широкую значимость.

Одной из особенностей экономической мысли  в России является органическая связь  теоретического анализа с актуальными, как правило, весьма острыми проблемами развития производительных сил, реформирования социально-экономических отношений. Это отличает и самобытную "Книгу о скудости и

богатстве" Ивана Тихоновича Посошкова (1652-1726), и программу революционных преобразовании Павла Ивановича Пестеля (1793-1826), и теорию политической экономии трудящихся Николая Гавриловича Чернышевского (1828-1889), и труды буржуазных либералов Ивана Васильевича Вернадского (1821-1884), Александра Ивановича Чупрова (1842-1908), и работы теоретиков социального направления Николая Ивановича Зибера (1844-1888), Михаила Ивановича Туган-Барановского (1865-1919).

 На  протяжении длительного времени  в центре внимания российских  экономистов оставался крестьянский  вопрос, проблема аграрных преобразований

. Дискуссии  шли о проблемах общинного  землевладения, о повышении эффективности сельскохозяйственного труда, о путях вовлечения села в систему рыночных отношений. Вспомним различия в подходах Александра Николаевича Радищева (1749-1802), выступавшего за безусловную отмену крепостного права, и Михаила Михайловича Сперанского (1772-1839), предлагавшего лишь несколько облегчить крепостную зависимость, борьбу приверженцев западных методов преобразований и поклонников самобытного пути, споры сторонников и противников аграрной реформы Петра Аркадьевича Столыпина (1862-1911).

 В  выдвижении и обосновании оригинальных идей активно участвовали не только профессиональные экономисты, но и представители других сфер знания, публицисты, практики. С планами экономических преобразований, проведения денежной реформы выступали государственные деятели и ученые. Сергей Юльевич Витте (1849 - 1915) был не только министром финансов, но и автором теоретических трудов. Он инициатор и проводник нововведений в экономической политике, перевода рубля на "золотую" основу, введения винной монополии. О неизбежной необходимости и полной естественности прошлых и предстоящих

 постепенных,  но решительных перемен в промышленности  и сельском хозяйстве, в других  видах экономической жизни и  управления писал в "Заветных  мыслях" Дмитрий Иванович Менделеев  (1834-1907). Не были профессионалами в области экономики многие революционные деятели, например энциклопедист и исследователь общественных отношений в деревне, особенностей развития крестьянской общины, первый российский марксист Георгий Валентинович Плеханов (1856-1918).

 Определенную роль в формировании российской экономической мысли играли представители исторической школы, в том числе авторы исследований и работ по истории экономических учений - В.В. Святловский (1869-1927), А.И. Чупров, М.И. Туган-Барановский.

 Но "традиция" замалчивания вклада и значимости российских ученых не была

 преодолена, сохраняется она и сейчас. Такова  своеобразная форма "критики", отстранения западной академической  науки от публикаций экономистов, 

как правило  отличающихся своей социальной направленностью.

 В  России, отмечает автор многих  публикаций по истории экономических  учений А. В. Аникин, в меньшей  степени, чем где-либо, политическая  экономия была университетской  и академической наукой. Проблемы  экономического развития активно  обсуждались в широких кругах, в государственном аппарате

и в  печати.

 Целью  данной курсовой работы является  анализ вклада русских учёных  в развитие мировой экономической  мысли

 Актуальность  данной тематики обусловлена  тем, что данный вклад был  очень значителен. Мы остановимся лишь на двух экономических школах 20 века: организационно-производственной и экономико-математической. Рассмотрим по одному представителю от каждой школы.

 Задачи  курсовой работы:

1. Проанализировать 

 учение  организационно-производственной школы

 и  рассмотреть её основных представителей .

2. Анализ  вклада представителя организационно-производственной  школы 

 А.Н.  Челинцева в развитие мировой  экономической мысли. 

3. Проанализировать  учение экономико-математической  школы и рассмот реть её  основных представителей .

4. Анализ  вклада представителя экономико-математической  школы Л.В. Канторовича в 

развитие  мировой экономической мысли.

1 . Организационно- производственная школа 

1.1 Учение  организационно-производственной школы  в России и СССР

 Исследование  аграрного вопроса стало одним  из ключевых в российской экономической  школе. 

 Бурные  дискуссии по аграрному вопросу  развернулись после отмены крепостного  права. Прямо или косвенно в  них были втянуты все ведущие  экономисты страны.

 Благодаря ,

 сложившимся  за полвека спустя крестьянской  реформы 1861 года в России традициями  сельскохозяйственной экономии,

земской статистики, общественной агрономии, кооперативного дела, а также благодаря освоению европейской аграрно-экономической  мысли, рождённой кооперативным движением и осмыслением мирового аграрного кризиса

1874-1895 гг. , стало возможным разработать  оригинальную и 

глубокую  концепцию «семейно-трудового хозяйства».

 Всероссийские  агрономический и кооперативный  съезды продемонстрировали масштаб «идейно-рабочей силы», способной и готовой помогать крестьянскому населению

в рационализации форм и методов хозяйствования.

 В  1911 году на Московском областном  агрономическом съезде встретились  А. В. 

Чаянов, Н. П. Макаров, А. Н. Челинцев, А. А. Рыбников,

 А.  Н. Минин, Г. А. Студенский, которые  составили ядро организационно-производственного  направления. Уже в то время  им было ясно

, что  многие формы крестьянской жизни  не укладываются в марксистскую  схему расслоения деревни и  не объясняются законами рыночных отношений. Предметом их изучения стало прежде всего крестьянское хозяйство, где затраты труда подчас превышали расчетный выход продукции, а арендная плата за

 землю  была выше выручки. Мотивация  труда в таком хозяйстве —  это не мотивация предпринимателя, получающего «в результате вложения своего капитала разницу между валовым доходом и издержками производства, а скорее мотивация рабочего, работающего на своеобразной сдельщине, позволяющей

ему самому определять время и напряжение своей  работы». Эта организационная форма существует при натуральном, феодальном, капиталистическом хозяйствовании, в последнем случае — наряду с полукапиталистическими и

полупролетарскими. Поэтому трудовое крестьянское хозяйство, считали представители школы, нельзя «заталкивать» в прокрустово ложе капиталистических категорий.

 Теоретические  предпосылки становления организационно-производственного  направления аграрной экономической  мысли и российской школы кооперации  создали работы А.И.Чупрова.

 Пре  дметом своих исследований представители данной школы избрали практические стороны кооперативного движения в дореволюционной России, в частности комплексное изучение крестьянского хозяйства, которое им представлялось, и не безосновательно, как внутренне устойчивая по своим закономерностям система жизнедеятельности.

 Теорию  крестьянского хозяйства нещадно  критиковали (как это издавна  водится у русских интеллигентов)  и справа, и слева, и либералы, и марксисты — здесь они  были едины. Ее обвиняли в  том, что семейное хозяйство  рассматривается статично, в отрыве от окружающей обстановки, упрекали в приверженности австрийской школе предельной полезности,

в игнорировании  рынка, идеализации «распыленных, пропитанных  мелкобуржуазным духом крестьянских хозяйств». Отвечая оппонентам, Чаянов писал:

«Изучая современное сельское хозяйство  как оно есть, мы изучали прежде всего тот исходный материал, из которого, по нашему мнению, исторически  должна в ближайшее десятилетие  вырасти новая деревня, превратившая путем 

кооперации  значительную часть своего хозяйства в формы общественно-организованного производства, деревня, индустриализованная во всех областях технической переработки, механизированная и электрифицированная

, деревня,  использовавшая все завоевания  агрономии и техники»

 За  несколько лет, занимаясь обширным кругом теоретических вопросов, новое направление снискало настолько высокий авторитет в аграрном вопросе, что после февральской революции 1917г задавало тон

в Межпартийной лиге аграрных реформ, готовившей в  ожидании Учредительного собрания проект аграрного законодательства демократической России. Два главных теоретика школы – А.В.Чаянов и А.Н.Челинцев – были товарищами министра земледелия в последнем составе Временного правите

 льства  С.Л.Маслова -

 правого  э сера, земского статистика и кооператора. Но на гребне стремительно нараставшей революционной волны пришло время большевиков, совершивших при поддержке левых эсеров Октябрьский переворот и санкционировавших ленинским

 Декретом  о земле «чёрный передел» во  взбудораженной русской деревне.

 Анализируя  революционные потрясения, ближайший  соратник Чаянова и Челинцева,  автор самого понятия «организационно-производственная  школа» Николай Павлович Макаров  (1887-1980) о 

 т  мечал: « начавш ие 

было  уже развертываться победы здорового  социально-этического чувства в деревенском вопросе были безжалостно смяты восстанием бедноты…а две группы

 общественных  р аботников русской интеллигенции

, которым  ближе всего могли быть эти  новые психологические побеги,- агрономы  и кооператоры – не смогли  взять в свои

 руки  ни земельной реформы, ни политического  хода революции . Они, знающие  здорового мужика 

, работающие  вместе со здоровым мужиком,  знающие чувство «праздника работы»  и любованиям хорошим хозяйством - пытались 

брать движение по частям в свои руки, но неуспешно».

 Макаров  Н.П. Социально-этические корни  в русской постановке аграрного  вопроса. Харьков,1918. С.27-28.

 Так  и случилось: организационно-производственная 

 школа  повернула к лояльности Советской  власти и к сотрудничеству  с ней. С 1919 г. А.В. Чаянов возглавил в Москве Высший семинарий сельскохозяйственной экономии и политики, на базе которого затем возник НИИ сельскохозяйственной экономии, а

 в  феврале 1921г. Чаянов вошёл в  коллегию Наркомата земледелия. В 1918-1920гг. выходят в свет обобщающие труды Чаянова «Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации», Челинцева – «Теоретические основания организации крестьянского хозяйства »  

, Макарова  – «Крестьянское хозяйство и  его эволюция». Как подчёркивал  Н.П.Макаров, для нового направления интерес к внутренней организационной стороне жизни индивидуального крестьянского хозяйства

 отодвинула  на второй план вопросы социально-экономического  противопоставления богатых и  бедных.

 Сформулировав  свою социально-этическую позицию,  организационно-производственная школа уделила пристальное внимание также страновому и региональному своеобразию, войдя в круг зачинателей российской экономической географии: одной из важнейших

 её  задач А.В.Чаянов считал поиск  «формулы, в которой происходит  установление равновесия между местной плотностью населения; положением района в отношении рынка и его естественноисторическими особенностями»

 Чаянов  А.В. Номографические элементы  экономической географии //

Труды Высшего Семинария с.-х. экономии и политики. 1921. Вып. 1 .

 Переход  от «военного коммунизма» к  нэпу способствовал взлёту организационно-производственной  школы; её организационным центром 

 помимо  чаяновского НИИ сельскохозяйственной  экономии стано

 вится  экономический факультет Тими 

 рязевской  сельскохозяйственной академии, где Чаянов заведовал кафедрой организации сельского хозяйства, Челинцев – планирования сельского хозяйства, А.А.Рыбников – экономической географии. Выходят

многочисленные  работы лидеров школы и их учеников.

 Наряду  с этим 

 организационно-производственная школа оказывается мишенью

для критики, подчас весьма ожесточённой. Среди 

 оппонентов  «справа» - Лев Николаевич Литошенко(1886-1936), видный статистик и сторонник  « ставки на 

 сильных». Он характеризует взгляды Чаянова  и его товарищей как «неонароднические». Это определение с добавлением ярлыка «мелкобуржуазные», перешедшего затем в «буржуазные», было быстро подхвачено «левыми» критиками

-

 «аграрниками-марксистами». Но до поры до времени критика  не колебала авторитет школы . В 1925 г. в монографии «Организация крестьянского хозяйства» Чаянов подвёл итоги теоретическом

 у  обоснованию концепции семейно- 

трудового хозяйства и полемике организационно-производственной школы 

с оппонентами  «справа»

 и  «слева». 

 Характеристика экономистов организационно-производственной школы как «неонародников» была небезосновательной: они провозглашали себя сторонниками некапиталистического пути развития, воскрешали народнические идеалы «хозяина-работника»; подразумевали широкое общественно-экономическое служение

 интеллигенции  - мелкий кредит, страховое дело, распространение знаний, кооперация.

 Для  анализа внутрихозяйственных процессов  и природы мотивации деятельности  крестьянской семьи Чаянов выдвинул  гипотезу субъективного трудопотребительского баланса, используя такие категории, как предельные затраты труда и

 полезность  предельно рубля выработки работника. 

 Маржиналистская 

 внешность  этой терминологии была не  случайной. Открытый веяниям не  только аграрной и кооперативной 

, но  и теоретико-экономической мысли Запада,

 овладевший  навыками использования графических  методов и оптимизационных расчётов, Чаянов ещё студентом освоил  аналитический аппарат маржинализма. Однако этот аппарат был использован  Чаяновым для фиксации целого  ряда эмпирических фактов и зависимостей, которые не укладывались в рамки обычного представления об основах организации частнохозяйственного предприятия, т.

е. в  рамки «предпринимательских правил», и требовали для своего объяснения иной теоретической моде ли.

 Такой стала чаяновская модель безнаемного семейно-трудового крестьянского хозяйства. Оно отличалось от капиталистического тем, что в нём и голова, управляющая хозяйством, и рабочие руки принадлежат одному и тому же человеку. Поэтому мотивация хозяйственной деятельности крестьянина не является «мотивацией предпринимателя, получающего в результате вложения своего капитала разницу между валовым доходом

и издержками производства, а 

скорее  мотивацией рабочего, работающего на своеобразной сдельщине, позволяющей  ему самому определять время и напряжение работы».

 Чаянов  А.В. Крестьянское хозяйство. М., 1989. С

.203.

 Пределы  продукции трудового хозяйства  определяются не стремлением  к максимизации денежного дохода  на единицу затрат труда, а  трудопотребительным балансом-соразмерностью напряжения годового труда со степенью удовлетворения потребностей хозяйствующей семьи. Поэтому, с одной стороны, крестьянские хозяйства часто функционируют с номинально негативной прибылью и, тем не менее, выживают за счёт «самоэксплуатации», что невозможно для

капиталистических предприятий; в этом источник «исключительной  устойчивости крестьянского хозяйства». С другой стороны, если в зависимости  от

 улучшения  рыночной конъюнктуру или более  рентного положения хозяйства  каждая единица труда начинает давать большую выработку, то общая выработка хозяйства растёт с меньшей скоростью и число реализуемых единиц труда падает. В данном случае крестьянин как рабочий, воспользовавшись благоприятным положением хозяйства и своими рентными доходами, заставляет крестьянина как предпринимателя предоставить ему лучшие условия труда в смысле сокращения годового рабочего времени вопреки естественному стремлению предпринимательства расширить объём

хозяйственной работы для использования удачной  конъюнктуры.

 Один  из парадоксальных, объяснённых  Чаяновым,

- готовность  малоземельных крестьянских хозяйств  платить за дополнительную землю  для того чтобы полнее задействовать  трудовые ресурсы земли- арендную  плату, гораздо 

 превосходящую  размер капитализированной земельной ренты.

 Ещё  один исторический феномен, проанализированный  Чаяновым с позиции семейно-трудовой  теории,- способность крестьянских  хозяйств при фиксированной трудоинтенсификации 

уплачивать  очень высокие проценты по занятым  капиталам.

 Но  в противоположность земельному рынку здесь нет влияния на

среднемировой уровень процента на капитал, поскольку  объём кредитного

оборота крестьянского хозяйства весьма незначителен по сравнению с оборотами  банковских и других форм кредита.

 Выяснив  категориальное своеобразие семейно-трудового хозяйства в его

статистике, Чаянов исследовал и динамику этого  хозяйства, в которой решающую роль придавал изменению численности  и половозрастного состава семьи, соотношения числа едоков и работников. Демографический процесс нарастания семей определяет эластичность «земельного режима», сжимающийся и разжимающийся хозяйственной деятельности.

 В  от личие 

 от  промышленности, где концентрация  производства началась по горизонтали  (укрупнение предприятия и вытеснение  других, более мелких

), в  сельском хозяйстве развертывается  вертикальная концентрация, при  которой, однако, большая часть  дохода, создаваемого фермерским  хозяйством, присваивается финансовым, торговым и инфраструктурным  капиталом, а риск предприятия  в значительной степени перекладывается с владельца капитала на фермера.

 Свой  план «кооперативной коллективизации»  Чаянов 

изложил в «Записке о современном состоянии  сельского хозяйства СССР по

сравнению его с довоенным положением

 и  положением сельского хозяйства  капиталистических стран», составленной по запросу В.Молотова.

 В  декабре 1929г., в дни 50-летнего  юбилея Сталина, ставшего первой  крупномасштабной компанией культа  «великого вождя и теоретика», прошла Первая 

 Всесоюзная  конференция аграрни ков-марксистов. За неделю до неё Чаяно

 в  вынуж ден был опубликовать  «покаянное письмо» с признанием  ошибочности своих взг лядов.  Но это не помогло. Участники  конфе ренции обрушили 

 шквал  обвинений на «основные школы,  которые выражали в своих положениях  капиталистическую тенденцию развития

 нашего  сельского хозяйства» - «буржуазную  школу Кондратьева, Литошенко

, Вайнштейна  и др.», «мелкобуржуазную, неонародническую  школу Чаянова, Челинцева и  др.». Раздавались приказа раскрывать  «чаяновские гнёзда» 

 а  Белоруссии, на Украине, в Средней Азии и в остальных странах.

 Возникшая  по призыву Чаянова в год  полувекового юбилея раскрепощения  русских крестьян организационно-производственная 

школа просуществовала менее 20 лет д  о нового – колхозно-совхозного закрепощения и исчезла в 

 «пропасти великого перелома». А.В.

 Чаянов,

 А.Н.  Челинцев, Н.П.

 Макаров,  А.А. 

 Рыбников  вместе с Н.Д.Кондратьевым, Л.Н.Юровским  и ещё 9 экономистами, включая  и критика организационно-производственной  школы Л.

Н. Литошенко ,

 были  осуждены по процессу Трудовой крестьянской партии. Около тысячи человек были арестованы «за при

 надлежность  к ТПК» в других городах  СССР. Осужденные были приговорены  к различным срокам тюрьмы  и ссылки. Покончил жизнь самоубийством  самый молодой приверженец школы  - Геннадий Студенский.

 На  конвейере Большого террора 1937-1938гг. оборвались жизни многих соратников  Чаянова по организационно-производственной  школе и его «содельников»  по ТПК, так и многих аграрников-марксистов, громивших «неонародничество», «чаяновщину»  и «кондратьевщину» на рубеже 20-30-х гг

.. Некоторым  коллегам Чаянова - его двоюродному  брату С.К.Чаянову, А.Н.