Россия и Шведция: от противостояния к союзу
План
Введение
1 Швеция и Россия – сравнительный обзор. Возвышение Швеции
2 Борьба за выход к Балтике
2.1 Создание северного союза
2.2 Краткая характеристика военной кампании
2.3 Ништадский мирный договор. Его значение для изменения расстановки сил на международной арене
3 Новое противостояние: Русско-шведская война 1741-1743гг.
4 От
возможной конфронтации к
Заключение
Введение
XVIII век это особенный период в истории нового времени. Прежде всего, потому что на политическую сцену выходят новые игроки и тем самым происходит значительная перегруппировка сил на международной арене. Мы видим, как некогда сильные государства отходят на второй план и попадают в зависимость от тех стран, которым они прежде сами диктовали свои условия.
Международные отношения – это всегда игра с множеством действующих лиц, но мы рассмотрим взаимоотношения двух стран – Швеции и России. Остальные страны будут задействованы в нашей работе как второстепенные участники конфликта, в результате которого Швеция уступила нашей стране своё место на Балтике, что позволило последней войти в число ведущих европейских держав. Противостояние впрочем, будет продолжаться и выльется в русско-шведскую войну 1741-1743гг. Наблюдая развитие данного конфликта сложно представить союз этих двух государств в обозримом будущем. Проследить развитие русско-шведских отношений в первой половине и середине XVIII от противостояния к союзу в семилетней войне – цель нашей работы. Для её достижения необходимо:
- Провести сравнительный обзор развития Швеции и России в период предшествующий конфликту.
- Рассмотреть формирование северного союза. Отметить основные этапы северной войны.
- Уяснить значение ништадского мира, и понять какие изменения он внес в расстановку сил на международной арене.
- Рассмотреть назревание нового противостояние между Россией и Швецией и Абосский мирный договор.
- Проанализировать обстоятельства, которые побудили эти государства выступить на одной стороне против Фридриха Великого.
Но прежде чем приступать к исследованию необходимо обратится к вопросу о изучении этого вопроса в исторической литературе. История русско-шведских отношений насчитывает вот уже около трёх веков, однако обозрение предмета в целом редки для обоих народов. Правда, С. М. Соловьёв, исследуя внешнею политику России при ПетреI не терял из виду связи её внешнеполитической истории с событиями на Западе. Говоря о начале северной войны на востоке, Соловьёв отмечал совпадение её с войной за испанское наследство. Он писал о переменах внесённых этими военными столкновениями в политическую конфигурацию Европы, связывая их, таким образом, в единую борьбу за преобладание, разворачивающеюся на двух противоположных флангах.1 Но затем, на рубеже XIX – XX вв., изменилось направление научных интересов, военная и дипломатическая наука отощала в русской исторической науке на второй план. Только советские учёные вновь обратились к этой тематике. Так Т. К. Крылова в статье «Россия и Великий союз» касается взаимоотношений северного союза с Францией и противостоявшими ей государствами лапидарно выявляя конкретные проявление таких связей и уходя от более широких обобщений.2 Е. В. Тарле в работе «Русский флот и внешняя политика ПетраI» рассказывая о начале северной войны, говорит о возникшей почти одновременно с ней войне двух коалиций: в центре одной была Франция и Испания в центре другой – Габсбугская монархия и Англия. Обе они были не прочь приобрести нового союзника в лице России. Точки соприкосновения борьбы за Балтийское побережье охватившей север и центр Европы, с борьбой за испанское наследство, разыгравшейся в западной Европе, Тарле выявляет и подчеркивает на протяжении всей работы.3
Что касается обстановки на международной арене в период русско-шведской войны и канун войны семилетней, то в нашей стране не создавалось отдельных работ. Даже в общих исследованиях по истории России об этом времени, например в работе Е. В. Анисимова событиям русско-шведского кризиса уделён один абзац, хотя автор и признаёт, что Швеция в это время являлась ареной острого столкновения интересов России и Пруссии»4
Правда сравнительно недавно в свет вышла книга А. С. Канна «Швеция и Россия в прошлом и настоявшем», охватывающею весь спектр русско-шведских взаимоотношений: от первых нашествий до взаимовыгодного сотрудничества в наши дни. Сам автор, характеризуя свой труд, пишет: «предлагаемое пособие отличается от своих предшественников в трёх отношениях: во-первых, оно исходит из общих представлений постсоветского времени, учитывает быстро растущее сотрудничество и личное общение между шведами и россиянами; во-вторых, автор старается ввести в широкий оборот достижение новых исследований по отдельным вопросам…; в-третьих, в отличии от большинства шведских книг по той же теме, выдвигающих на первый план «угрозу с востока» или «страх перед русскими», и в отличие от советских историков обычно приписывающих постоянную агрессивность шведам, а миролюбие России и Советскому Союзу, автор стремится занять нейтральную и объективную позицию».5 Умение занимать нейтральную позицию в рассматриваемом вопросе, при этом этом, оставляя за собой право, выражать своё мнение к проблеме на основании собранных фактов – самое лучшее, что может добиться исследователь. И нам хотелось бы видеть дальнейшие работы написанные именно с этой позиции.
Швеция
и Россия – Сравнительный
обзор. Возвышение Швеции
Шведы, одно из многочисленных германских племён, попали в поле зрения цивилизованного мира как минимум тремя веками ранее, чем славянские племена. Шведы жили гораздо ближе к изначальному центру Римской империи – Италии, а в последствии и к её западным наследникам, к государству франков, к средневековой германской империи, чем восточнославянские племена. Благоприятствовала скандинавам и издревле связующая роль моря. Уже в I в. до н. э. германцы стали нападать на римские владения. Славяне же вторглись на Балканы лишь во время великого переселения народов, и даже позже в VI – VII вв. н. э.
Как скандинавы, так и Славяне перешли от первобытных порядков, родового строя без классов и государства к раннему данническому и сословному обществу почти одновременно. Наблюдается даже определённое сходство древнешведской контроля державы легендарных Инглингов с киевской державой первых Рюриковичей; дружина как оплот княжеской или королевской власти, сбор ею дани как средство основного контроля над свободным населением при наличии наряду с этим рабства. В пору расцвета Киевской Руси шведы и русские имели примерно одинаковый культурный уровень и впитывали культурные импульсы христианского Константинополя. Даже официальное принятие христианства этими государствами тоже произошло с удивительной одновременностью – на пороге XI века.
Средневековье в истории обеих стран – крайне не благоприятный период. Швеция была от остальной Западной Европы «Датским барьером» и образование феодального государства затянулось до середины XIII века. Русь же была с середины XII века разделена на множество соперничающих княжеств, попавших в веке XIII в тяжёлую зависимость от монгольских ханов. Впрочем, и в Швеции в позднее средневековье усилилось иностранное влияние и прямое вмешательство из вне: шведская корона доставалась и датским и немецким государям. Так что и Русские и шведы в это время боролись за свержение иноземного ига.
Феодализм, несмотря на сходное и отчасти рвалось в этих странах по-разному. Шведские крестьяне в подавляющей массе оставались прямыми поданными короля и владельцами земли, тогда как их русские собратья были низведены до положения съёмщиков, держателей земли, принадлежащей дворянам и церкви. Сохранилось в Швеции и единое государство. Знать только обезопасила себя от королевского произвола Хартией вольности, которую каждый новый король клялся соблюдать. В том же направлении действовало общественное законодательство. А Россия продолжала жить по нормам «Русской правды». Шведские рейхстаги и на 100 лет более молодые земские соборы – отличались друг от друга и по составу участников и по регулярности созыва. В Швеции крестьянское сословие было непременным участником общенациональных собраний, да и сами рейхстаги собирались всё чаще. Земские же соборы в России собирались только в течение 100 лет, причём крестьяне приглашались туда в порядке исключения. Рейхстаги в последствии превратились в буржуазные парламенты, земские соборы попросту исчезли.
К началу нового времени и Россия, и Швеция оставались ещё довольно отсталыми странами. Хотя обе на исходе средневековья добились независимости. Россия при Иване III, а Швеция на 30 лет позже – в правление Густава I Ваза. Эти страны всё ещё имели общие черты в своём развитии, но с течением времени различия между ними становились всё очевиднее. Реформация церкви и культурный ренессанс приблизили Швецию к Западной Европе. Россия же и после преобразований первой четверти XVIII в. и признания её европейским сообществом долгое время продолжала нести на себе отпечаток Золотой Орды и старых порядков. Слишком велик был разрыв между европеизированными верхами общества и всей его остальной массой Дело в том, что в России приобщение к европейской культуре было продиктовано указом сверху, Швеция же вместе со всей Скандинавией составляла полупериферию передового западноевропейского мира, и потому тот же самый процесс проходил у неё естественным путём. Следствием чего стало наличие здесь таргово-промышленного капитализма уже в XVII веке. В Московском же государстве работники русских мануфактур остались не свободными и Володь до второй половины XIX века. В Швеции развитие политической системы шло по пути смягчения самодержавия, в России наоборот прилагались все силы для его укрепления.
Итак, с начала XVII века Швеция, и Россия пошли по разным путям развития. Россия вступила в один из самых сложных периодов своей истории – смуту. Итогом её для России стала утверждение на троне новой династии Романовых и, увы, значительные территориальные потери. Россия 1618 году уступила Польше Смоленск и ряд городов левобережной Украины. Годом раньше она была вынуждена заключить столбовский мирный договор со Швецией по которому передавала этой стране следующие территории: бывшие русские владения в Ингрии (Ижорской земле), а именно Иван-город, Ям, Копорье, а также все Поневье и Орешек с уездом. Шведско-русская граница теперь проходила у Ладоги, а Северо-Западное Приладожье с г. Корела (Кексгольм) с уездом оставалось навечно в шведском владении. Это был один из первых удачных шагов Швеции к господству на Балтике, к которому она стремилась с начала века. В 1620-е годы Август II Адольф направил свои войска против Польши, подчинив себе Ливонию, и в 1629 году заключив перемирие в Альтмарке, вынудил поляков пережать ему право на сбор таможенных пошлин в некоторых важных балтийских портах. И, наконец, в 1630 году Густав Адольф вступил в противостояние с католической лигой в тридцатилетней войне. Весной 1632 года шведская армия взяла Нюрнберг, Агсбург и Мюнхен. А 6 ноября армия Густава Адольфа столкнулась с имперскими войсками в битве при Люцене. «Северный лев» одержал победу, но сам погиб в бою. Политику короля продолжил его канцлер Аксель Оксешерна. Война шла с пересменным успехом до тех пор, пока в 1636 году Франция активно не выступила на стороне шведов 1638-1641 шведская армия под командованием Юхана Баннера заняла большие территории в Южной Германии. За этим последовали победоносные кампании 1641 – 1643 гг. А в 1644 была взята Ютландия. Через год в Брёмсебру согласно ему, Швеция получила Емтланд, Херьедален, острова Голанд и Эзель, и на 30 лет область Халланд, кроме того Дания обязалась освободить Швецию от таможенных пошлин в Зуландском заливе. Эти военные успехи наложили свой отпечаток на подписанный вскоре Вестфальский мир. Швеции были переданы устья всех наиболее важных торговых рек, северной и северо-восточной Европы – Невы, западной Двины Эльбы, Везера – и на целых полвека превратила всю Балтику в «шведское озеро» Владея также восточным ( Ингерманладия и Лифляндия) и Южным (Пмерания) балтийским побережьем Шведские короли с середины XVII века контролировали внешнею торговлю целой группы тяготеющей к Балтике государств. «Таким образом, к концу столетия Швеция стала одним из самых сильных военных государств Европы, и оставалась таковым вплоть до Северной войны».6
А что же Россия? Казалось ей не за что не догнать Швецию. В русской истории XVII век не зря назвали «бунташным» Страну постоянно сотрясали бунты и восстания, нарушающие её внутреннее спокойствие. Но словно в компенсацию во внешней политике, после заключения тягостного Столовского мира наступили определённые перемены. Успешно закончилась война с Речью Посполитой за Украину. В 1667 году было заключено Андрусовское перемирие, а 1686 – «Вечный мир», по условиям которого Россия возвращала себе территории захваченные Польшей в начале века.
Начался процесс воссоединения Украины и Белоруссии с Россией. Киев, Левобережная Украина и Запорожье переходили под скипетр российской державы, на условиях весьма широкой автономии, как бы мы сейчас сказали конфедерации7. Началось наступление России и на чёрное море. Оно было предпринято уже Петром Великим – Самым неординарным монархом в русской истории. Пётр Алексиевич был на 10 лет старше своего будущего соперника Карла XII и получил значительно худшее, но очень неординарное образование. Свое детство он провёл в Преображенском по соседству с немецкой слободой, где и набрался самых разнообразных технических знаний. Семейная склонность Романовых к военным забавам, выразилась у Петра продолжительную игру с потешными войсками, которая в итоге вылилась в создание двух регулярных полков – Семёновского и Преображенского с достаточно хорошей выучкой. Именно они стали первостепенной опорой юного Петра в ночь с 7 на 8 августа 1682 года, когда состоялось спонтанное свержение царевны Софьи и он смог, наконец, перебраться в кремлёвские палаты, принадлежавшие ему по праву. Однако прошли годы прежде, чем он смог стать там полновластным хозяином. Лишь 1695 году, достигнув 23-х лет, Пётр действительно взял всю полноту власти в свои руки. В том же году царь предпринял попытку совладать с крымскими татарами, постоянно угрожавшими России с юга. Этот первый самостоятельный поход Петра, к сожалению, окончился неудачей. Однако эта неудача не остановила его. Как пишет С. М. Соловьёв: «благодаря этой неудаче, и произошло явление великого человека. Пётр не упал духом, но вдруг вырос из беды и обнаружил удивительную деятельность, чтобы загладить неудачу».8 Он начал первые привлечения иноземных специалистов по осаждению крепостей, а в Воронеже строились первые военно-морские корабли. Как говорится, «кто хочет, тот может» Вот и Старания Петра увечились успехом. Второй штурм Азова привёл к падению крепости 18 июля 1696 года. Это была крупная победа: Русские теперь пенили воды Азовского моря и беспокоили побережье крымского ханства. Азов стал прекрасной базой для строительства молодого российского флота. Однако выход в южные моря был закрыт для России, а на Балтике властвовала Швеция, с которой нам в одиночку было невозможно справиться. Однако теперь после взятия «оплота ислама», международный престиж России определённо повысился, и Пётр решил попытаться найти союзников среди стран недовольных гегемонией Швеции.
2.1 Создание северного союза
Впрочем, слишком усердствовать в поисках не пришлось. Возможные союзники были на лицо и сами стремились к сближению. Первая из них – Дания, которая точно также как и Россия была обязана Швеции утратой своих позиций на Балтийском море. Но это лишь одна причина. Другая заключалась в герцегсве Шелезвиг-Гольштейн – южном соседе Дании. Стремясь освободиться от её опеки, герцоги ориентировались на помощь Швеции. Последняя охотно предлагала свою помощь, тем самым, усиливая давление на Данию. В такой обстановке Дания и обратила свой взор к России. Ещё в внесении дни 1697 Датский король Христиан V отправил в Москву Паткуля Гейнса поручив ему выяснить возможность заключения антишведского союза. Тот не чинился и без церемоний поведал переводчику посольского приказа цель своего приезда. «король де его в неотменном дружелюбии с великим государём живет и впредь в том быть хотшет»9. Царь в это время находился в заграничном путешествии и решение волнующего посла вопроса откладывалось, но в Москве возможного союзника взяли на заметку. А первое деловое свидание с Гейнсом у Петра состоялось в ночь с 21 на 22 октября 1698г. Оно было окружено тайной и проходило без церемоний не в официальной обстановке, а в доме датского поверенного Бутенанта. 2 февраля 1699г Пётр ещё раз встретился с послом и при закрытых дверях уже напрямую поинтересовался у Гейнса, что тот может ему предложить. 19 февраля царь выехал в Воронеж, а три дня спустя туда же отбыл и Гейнс. Здесь были продолжены переговоры, причём Ф. А. Головин10 был привлечен к ним только на самом последнем этапе. Это говорит о том, что Пётр был главным инициаторам северного союза и практически не опирался на дипломатическую службу. 21 апреля договор с Данией был согласован. Он состоял из одиннадцати открытых и двух тайных, сепаратных статей. В открытых статьях стороны обязались по истечении трехмесячного срока со времени акта агрессии оказывать взаимную помощь от "нападателя и оскорбителя". Две сепаратные статьи уточняли некоторые детали. Поскольку у союзников не было общих границ, то каждый из них должен был открыть военные действия против "нападателя и оскорбителя" вблизи своих границ. Вторая сепаратная статья конкретизировала условия вступления в войну России: оно могло состояться только после заключения мира с Османской империей.
Ратификация
договора царем произошла 23 ноября
1699 года в доме А.Д. Меншикова в
селе Преображенском. Так описывал
церемонию ее в своей депеше Гейне:
«я в прошлый четверг был
Помимо
датского короля, к войне со Швецией
стремился польский король Август II,
который по совместительству был
еще и саксонским курфюрстом. Как
Саксония, так и Речь Посполитая
имели территориальные
— проверку документов на право владения землей и возвращение в казну казенных земель, ранее захваченных как аристократией, так и дворянством. Редукция распространилась и на Лифляндию, где ко времени ее проведения существовали две категории землевладельцев: рыцари, столетиями владевшие имениями, и шведское дворянство, получившее земли после присоединения Лифляндии к Швеции. Несмотря на различия во времени приобретения имений, обе категории землевладельцев находились примерно в равном положении по наличию у них документов на... право собственности. Шведские бароны и графы не имели оправдательных документов потому, что овладели имениями незаконно; подавляющее большинство рыцарей не могли предъявить документов, так как за многовековую давность утратили их. Редукция сначала распространилась на шведских землевладельцев, но затем охватила и рыцарей, вызвав их острое недовольство. Жалобы рыцарей, отправленные ими депутацией в Стокгольм, остались без последствий. Вскоре из пяти тысяч имений у лифляндского дворянства осталась лишь тысяча. В 1697 году Карл XI умер, но его сын Карл XII продолжал политику редукций. Главой недовольных лифляндских дворян стал капитан Иоган Рейнгольд фон Паткуль. Даровитый, энергичный, неразборчивый в средствах, пылкий до бешенства, мстительный, жестокий, Паткуль в Лифляндии и Стокгольме говорил громче всех и лучше всех против обид и притеснений, волновал рыцарство, призывал его объединяться для отпора беде, писал от имени рыцарства просьбы к королю. В 1694 году Паткуль был вызван в Стокгольм и обвинен в государственной измене. Увидев, что дело кончится для него плохо, Паткуль бежал в Курляндию, а в Стокгольме его заочно приговорили к смертной казни. Из Курляндии Паткуль бежал в Брандербург, оттуда в Швейцарию, во Францию и Италию. В 1698 году Паткуль приехал в Варшаву, где нашел гостеприимство при дворе Августа II. В двух мемориалах, поданных Августу II в июне 1698 года и в апреле 1699 года, Паткуль развивал планы организации союза для борьбы со Швецией. Он писал: «Легче и выгодней склонить к тому два кабинета — московский и датский, равно готовые исторгнуть у Швеции силою оружия то, что она отняла у них при прежних благоприятных обстоятельствах и чем до сих пор незаконно владеет»12.
В своих планах Паткуль отводил России роль партнёра призванного поставлять солдат в боевых качествах которых он не сомневался: «… в трактат внесено будет обязательство царя помогать его королевскому величеству деньгами и войском, в особенностью пехотою очень способную работать в траншеях и гибнуть под выстрелами, чем сберегутся войска его королевского величества… Кроме того, трактатом необходимо в известных случаях крепко связать руки этому могущественному союзнику, чтобы он не съел перед нашими глазами обжаренного нами куска, т. е. чтобы не завладел Лифляндию».13 Откровенно недоброжелательный тон, который взял Патруль, показывает насколько непрочным окажется в будущем северный союз, на который русский царь по молодости лет и неопытности возлагал тогда большие надежды. Эта непрочность скажется и на ходе компании и на условиях мира…
Тем временем
чтобы усыпить бдительность Швеции,
Август II снарядил в Стокгольм сенатора
Галецкого с заверениями в дружбе. Одновременно
он в конце июля 1699 года поручил Тайному
совету рассмотреть предложения Паткуля
и выработать конкретные меры по их реализации.
Совет постановил отправить в Москву генерал-майора
Карловича для заключения наступательного
союза против Швеции, с тем, чтобы царь
в конце 1699 года вторгся в Ижорскую землю
и Карелию. Вместе с Карловичем Тайный
совет решил отправить в Москву сведущего
в военном деле лифляндца. Таковым, разумеется,
оказался Паткуль, поехавший в Россию
под именем Киндлера. 16 сентября 1699 года
генерал Карлович вместе с Паткулем прибыл
в Москву в качестве неофициального посланника
и доверенного лица саксонского курфюрста.
5 октября генерал подал царю мемориал,
в котором подробно живописал процветание
торговли России с Западом и Востоком
после ее
утверждения на побережье. Самым благоприятным временем нападения на Швецию Карлович считал декабрь 1699 года. Ознакомившись с мемориалом, Петр решил посоветоваться с Гейнсом. Это было необходимо царю по двум причинам. Во-первых, датский король Кристиан V уже ратифицировал договор с Россией, и царю надо было знать отношение датского двора к включению нового союзника. Во-вторых, Кристиан V, ратифицировав договор, вскоре умер, и царя интересовало отношение нового короля Фредерика IV к русско-датскому союзу: откажется он от договора, подписанного его отцом, или подтвердит. Гейне заверил царя, что его опасения относительно позиции Фредерика IV неосновательны, что сын будет продолжать дело отца. Петр, в свою очередь, заверил датского посла в своей верности союзу. Заверения Гейнса позволили Петру ускорить оформление договора с Августом П. 11 ноября в селе Преображенском Петр ратифицировал договор с саксонским курфюрстом, составленный на бланке, заранее подписанном Августом П. Договор признавал исторические права России на земли, «которые корона Свейская при начале сего столетнего времени, при случае тогда на Москве учинившегося внутреннего несогласия, из-под царской области и повелительства отвлекла и после того времени через вредительные договоры за собою содержати трудилась». Стороны обязались друг другу помогать в войне против общих неприятелей и не заключать мира до удовлетворения требований, ради которых она началась: «и никому из обоих сих высоких союзников никаких мирных предложений не слушать и не принимать без соизволения другого».14 Русские войска должны были вести военные действия в Ижорской земле и Карелии, а саксонские — в Лифляндии и Эстляндии. Царь обязался повелеть своим послам в Стамбуле постараться как можно быстрее заключить мир или длительное перемирие с османами, хотя бы и с убытками, с тем, чтобы договор был заключен не позднее апреля 1700 года. Вслед за этим Россия немедленно объявит войну Швеции.
Таким
образом в дипломатии было достигнуто
главное – Россия должна была вступить
в войну не в одиночестве, а в союзе с достаточно
сильными партнерами: Саксонией, располагавшей
сильной регулярной современной армией,
и Данией, главным козырем которой был
военно-морской флот.
2.2 Краткая характеристика
военной кампании
Военные действия начались в феврале 1700 года, как и предусматривалось ранее нападением Саксонских войск на Ригу. В марте датчане вторглись в Гольштинию, русская же осада Нарвы началась лишь в сентябре. С самого начала противостояния морские державы – Англия, Нидерланды и Франция держали сторону обороняющихся стран. Их эскадры соединились со Шведскими в проливе Эресунд, что позволило Карлу XII почти без потерь осадить Копенгаген. Уже в августе 1700г. Дания была вынуждена была подписать мир с Гольштинией, гарантировать её неприкоснавеность и расторгнуть союз с Саксонией. Так Дания надолго вышла из северного союза
На первом этапе война развивалась так, как этого должно быть ожидали западные державы.19 ноября «северный лев» победил русскую армию под Полтавой. Теперь юный король видел главного врага в Саксонском курфюрсте и короле Польше Августе. Пётр побуждал его продолжить войну, обещая помощь войском. Комплектование, организация и управление русской армией были изменены во многом по шведским образцам. Поспешная «индустриализация по-петровски», как назвал это явление Евгений Анисимов создала чёрную металлургию и на её основе государственную промышленность.15
Ещё летом 1701г главные шведские силы заняли польский лен – герцогство Курляндское. Вытеснив саксонцев из южной Лифляндии, Карл в следующем году вторгся в Литву, а оттуда в Польшу. Его польская компания заняла несколько лет, и русский царь получил соль необходимое ему время, чтобы провести в России коренные преобразования. Но пока он занимался делами внутренними внешнеполитическая обстановка несколько изменилась. Польский сейм под впечатлением от побед шведского короля, в том числе и в самой Польше сместил Августа и выбрал взамен его польского дворянина Станисла Лещинского в ноябре 1705 года был заключён швелско-польский союз, направленный против Августа и против России.
Тем временем шло русское наступление в Ижоре и Карелии , перекинувшееся потом на Прибалтику. В 1703 году пали слабые флоты Ниеншанца и на его стали возводить новую столицу. Через год русские войска овладели Дерптом и Нарвой. Это привело к тому, что вековой шведский барьер становился «дырявым» и иностранные корабли с товаром устремились к русской Нарве
Карл теперь преследовал Августа в его вотчине – Саксонии и добился его отречения от польского престола. Мирный договор между королём и курфюрстом, окончательно разбил на этом этапе северный союз. И Россия осталась одна перед лицом шведского короля, который теперь в ней видел главную угрозу. Прежде всего, Карл через Польшу установил связь с турки султаном уговаривая его выступить против России. Турки однако, выжидали не желая ввязываться в открытый военный конфликт. Несколько лучше на первый взгляд дела обстояли на Украине, где ещё в 1705г при посредничестве Лещинского гетман Мазепа заключил с Карлом тайный военный союз, оговорив независимость «украинского княжества». Но когда шведский король вступил на Украину Мазепу подержали лишь запорожские казаки. Да и вообще вступив на русские земли, Карл столкнулся с мощью обновленной петровской армии. Первое крупное поражение настигло шведов 28 сентября 1708г. в битве при лесной. А потом через год 27 июня 1709 года была знаменитая Полтавская битва, завершившейся сдачей в плен главных сил шведов и бегством их короля в Турцию. Порождение шведов под Полтавой стало поворотом в войне и во всей истории Швеции. К 1710г. в руки царя Петра перешли главные порты в восточной Прибалтике, что заставило морские державы отнестись к России всерьёз. По почину Петра быстро возродился северный союз. Осенью 1709 был в несколько приёмов заключён новый союз между Россией, Саксонией и Данией. Позже к ним присоединились новоявленное королевство Пруссия и Речь Посполитая , где снова был восстановлен в правах Август II. Однако ситуация в которой теперь заключались новые договоры сильно отличалась от того, что было при начале войны. Первую скрипку в оркестре теперь играл полтавский победитель: новые условия договора с Августом предусматривали присоединение не только Ижоры и ладожской Карелии, но и эстлядии. «Великодушно» вернув отзейскому дворянству и крупным городам их урезанные шведами вольности и отменив последствия ненавистной редукции имений, Пётр надолго привязал немецкое население Прибалтики к русскому правлению16
Между тем Подстрекаемая Карлом XII и Францией Турция осенью 1710 года объявила войну России, потребовала возвращения Азова и уничтожения русского флота на Азовском море. Почти 200-тысячная турецкая армия переправилась через Дунай и в мае 1711 года двинулась к Днестру. Военные действия развернулись крайне неудачно для России. Хотя война и вызвала подъём национально-освободительного движения молдаван, валахов, болгар, сербов и черногорцев, но ожидавшихся значительных подкреплений русская армия не получила. Не пришло и польское войско, обещанное Августом II. Ряд генералов действовал нерешительно и не выполнял указаний командования. В результате 44-тысячная русская армия была окружена турецкой армией у реки Прут, русские войска должны были бы положить оружие, если бы турецкий главнокомандующий не согласился начать переговоры о мире. . 12 июля договор был подписан. Русские обязывались вернуть Азов в том виде, в котором эта крепость была ими взята, снести укрепления в Таганроге, отказаться от вмешательства в польские отношения и беспрепятственно пропустить шведского короля. Русское войско получило возможность отступить. До исполнения мирного договора, Шафиров и сын Шереметьева должны были оставаться заложниками.