Русская Правда – первый свод законов.

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  ОБЛАСТНОЙ

УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ УПРАВЛЕНИЯ И ПРАВА

ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

 

 

Курсовая работа

По дисциплине: «История отечественного государства и права»

Тема:  «Русская Правда» – первый свод законов.

 

 

 

 

 

 

Выполнила студентка 

1 курса Борисова А.А

Юридического факультета,

Направления юриспруденция

Руководитель:

                                                                                                             Баранов Ю.В

 

 

 

 

                                                 г. Москва 2012г.


Содержание

Введение…………………………………………………………………...3

1. Источники кодификации  «Русской правды»………………………...4

2. Правовое положение  отдельных групп населения ………………….4

3. «Русская правда» - кодекс частного права…………………………...7

4.Основные черты гражданского  права ………………………...……....8

4.1Гражданское право……………………………………….....8

4.2.Наследственное право………………………………………..12

5. Уголовное право……………………………………………………....16

5.1.Преступление …………………………………………………17

5.2.Формы наказания ……………………………………………..18

5.3 Цели наказаний ………………………………………………..22

6. Суд и процесс……………………………………………………….....23

Заключение……………………………………………………………….27

Список литературы………………………………………………………28

 

 

 

 

 

 

Введение

Наиболее крупным памятником древнерусского права является «Русская правда» , сохранившая свое значение и в более поздние периоды истории и не только для русского права. До наших дней дошло более ста списков Русской правды. Все они распадаются на три основных редакции: Краткая, Пространная и Сокращенная.      Древнейшей редакцией (подготовлена не позднее 1054 г.) является краткая Правда, состоящая из правды Ярослава (ст. 1-18) , Правды Ярославовичей (ст. 19-41) , Покона вирного (ст. 42) , Урока мостников (ст. 43) . Пространная редакция, возникшая не ранее 1113 г. и связанная с именем Владимира Мономаха, разделяется на Суд Ярослава (ст. 1 — 52) и Устав Владимира Мономаха (ст. 53— 121) .  Сокращенная редакция появилась в середине XV в. из переработанной Пространной редакции.   Сравнение сохранившихся редакций убеждает в том, что “Правда” – отнюдь не официальный сборник. Внешняя форма памятника (от лица князя нигде не говорится, и князья упоминаются в третьем лице), переработка отдельных статей в смысле постепенного обобщения содержащихся в них правил, разнообразие статей в разных списках позднейшей редакции, характерные комментарии к некоторым статьям – все это не оставляет сомнения в том, что “Правда” – это разновременный труд многих частных лиц. Кроме обычаев, в нее вошли записи отдельных судебных решений (первоначально во всей конкретной обстановке), княжеские уставы или уроки, и заимствованные из Византии правовые нормы.

 

 

 

 

1. Источники кодификации  “Русской правды”

Источниками кодификации  явились нормы обычного права  и княжеская судебная практика. К  числу норм «обычного права» относятся, прежде всего, положения о кровной  мести (ст. 1) и круговой поруке (ст. 19 КП). Законодатель проявляет различное  отношение к этим обычаям: кровную  месть он стремится ограничить (сужая  круг мстителей) или вовсе отменить, заменив денежным штрафом (вирой). Круговая порука, напротив, сохраняется им как политическая мера, связывающая всех членов общины ответственностью за своего члена, совершившего преступление (“дикая вира” налагалась на всю общину).

Нормы, выработанные княжеской  судебной практикой, многочисленны  в Русской Правде и связываются  иногда с именами князей, принимавших  их (Ярослава, сыновей Ярослава, Владимира  Мономаха) .

Определенное влияние  на Русскую Правду оказало византийское каноническое право.

 

2. Правовое положение  отдельных групп населения.

В Русской Правде содержится ряд норм, определяющих правовое положение  отдельных групп населения. По ее тексту достаточно трудно провести грань, разделяющую правовой статус правящего  слоя и остальной массы населения. Мы находим лишь два юридических критерия, особо выделяющих эти группы в составе общества: нормы о повышенной (двойной) уголовной ответственности за убийство представителя привилегированного слоя (ст. 1 ПП) и нормы об особом порядке наследования недвижимости (земли) для представителей этого слоя (ст. 91 ПП) .

Эти юридические привилегии распространялись на субъектов, поименованных  в Русской Правде следующим образом: князья, бояре, княжьи мужи, княжеские  тиуны, огнищане. В этом перечне не все лица могут быть названы “феодалами”, можно говорить лишь об их привилегиях, связанных с особым социальным статусом, приближенностью к княжескому двору  и имущественным положением.

Основная масса населения  разделялась на свободных и зависимых  людей, существовали также промежуточные  и переходные категории. Юридически и экономически независимыми группами были посадские люди и смерды-общинники (они уплачивали налоги и выполняли  повинности только в пользу государства). Городское население делилось на ряд социальных групп: боярство, духовенство, купечество, “низы” (ремесленники, мелкие торговцы, рабочие и пр.).  Кроме свободных смердов существовали и другие их категории, о которых Русская Правда упоминает как о зависимых людях.

 В литературе существует  несколько точек зрения на  правовое положение этой группы  населения, однако, следует помнить,  что она не была однородной: наряду со свободными были  и зависимые (“крепостные” ) смерды, находившиеся в кабале и услужении  у феодалов. Свободный смерд-общинник  обладал определенным имуществом, которое он мог завещать детям  (землю — только сыновьям). При  отсутствии наследников его имущество  переходило общине. Закон защищал  личность и имущество смерда. За совершенные проступки и  преступления, а также по обязательствам  и договорам он нес личную  и имущественную ответственность.  В судебном процессе смерд  выступал полноправным участником.

 Более сложной юридической  фигурой является закуп. Краткая  редакция Русской Правда не  упоминает закупа, зато в Пространной  редакции помещен специальный  Устав о закупах. Закуп —  человек, работающий в хозяйстве  феодала за “купу” — заем, в который могли включаться  разные ценности: земля, скот, зерно,  деньги и пр. Этот долг следовало  отработать, причем установленных  нормативов и эквивалентов не  существовало. Объем работы определялся  кредитором. Поэтому с нарастанием  процентов на заем, кабальная  зависимость усиливалась и могла  продолжаться долгое время. Первое  юридическое урегулирование долговых  отношений закупов с кредиторами  было произведено в Уставе  Владимира Мономаха после восстания  закупов в 1113 г. Были установлены предельные размеры процентов на долг. Закон охранял личность и имущество закупа, запрещая господину беспричинно наказывать его и отнимать имущество. Если сам закуп совершал правонарушение, ответственность была двоякой: господин уплачивал за него штраф потерпевшему, но сам закуп мог быть “выдан головой”, т.е. превращен в полного холопа. Его правовой статус резко менялся. За попытку уйти от господина, не расплатившись, закуп также обращался в холопа. В качестве свидетеля в судебном процессе закуп мог выступать только в особых случаях: по малозначительным делам (“в малых исках) или в случае отсутствия других свидетелей (“по нужде” ) . Закуп был той юридической фигурой, в которой больше всего отразился процесс “феодализации”, закабаления, закрепощения бывших свободных общинников.

Холоп — наиболее бесправный субъект права. Его имущественное  положение особое: все, чем он обладал, являлось собственностью господина. Все  последствия, вытекающие из договоров  и обязательств, которые заключал холоп (с ведома хозяина), также ложились на господина. Личность холопа, как субъекта права, фактически не защищалась законом. За его убийство взимался штраф как за уничтожение имущества либо господину передавался в качестве компенсации другой холоп. Самого холопа, совершившего преступление, следовало выдать потерпевшему (в более ранний период его можно было просто убить на месте преступления). Штрафную ответственность за холопа всегда нес господин. В судебном процессе холоп не мог выступать в качестве стороны (истца, ответчика, свидетеля) . Ссылаясь на его показания в суде, свободный человек должен был оговориться, что ссылается на “слова холопа”. Закон регламентировал различные источники холопства. Русская Правда предусматривала следующие случаи: самопродажа в рабство (одного человека либо всей семьи), рождение от раба, женитьба на рабе, “ключничество” — поступление в услужение к господину, но без оговорки о сохранении статуса свободного человека. Источниками холопства были также совершение преступления (такое наказание, как “поток и разграбление”, предусматривало выдачу преступника “головой”, превращение в холопа), бегство закупа от господина, злостное банкротство (купец проигрывает или транжирит чужое имущество). Наиболее распространенным источником холопства, не упомянутым, однако, в Русской Правде, был плен.

 

3. «Русская правда» - кодекс частного права.

Русскую Правду можно определить как кодекс частного права — все  ее субъекты являются физическими лицами, понятия юридического лица закон еще не знает. С этим связаны некоторые особенности кодификации. Среди видов преступлений, предусмотренных Русской Правдой, нет преступлений против государства.

Личность самого князя  как объекта преступного посягательства рассматривалась в качестве физического лица, отличавшегося от других только более высоким положением и привилегиями. С конкретными субъектами связывалось содержание права собственности; оно могло быть различным в зависимости и от объекта собственности. Русская Правда еще не знает абстрактных понятий: «собственность», «владение», «преступление». Кодекс строился по казуальной системе, законодатель стремился предусмотреть все возможные жизненные ситуации. Эти юридические особенности обусловлены базой источников Русской Правды.

 Включенные в нее нормы и принципы обычного права несовместимы с абстрактным понятием юридического лица. Для обычая все субъекты равны, и все они могут быть только физическими лицами.

Другой источник — княжеская  судебная практика — вносит субъективный элемент в определение круга лиц и в оценку юридических действий. Для княжеской судебной практики наиболее значительными субъектами являются такие, которые ближе всего стоят к княжескому двору. Поэтому правовые привилегии распространяются, прежде всего, на приближенных лиц. Нормы Русской Правды защищают частную собственность (движимую и недвижимую), регламентируют порядок ее передачи по наследству, по обязательствам и договорам. Обязательственные отношения могли возникать из причинения вреда или из договоров. За невыполнение обязательств должник отвечал имуществом, а иногда и своей свободой.

 

4. Основные черты гражданского права

   4.1. Гражданское право

 

     Начнем их характеристику с права собственности (вещного права). Русская Правда и другие источники не знают единого общего термина для обозначения этого права. Причина, очевидно, заключается в том, что содержание этого права было тогда различным в зависимости от того, кто был субъектом и что фигурировало в качестве объекта права собственности. В Русской Правде в подавляющем большинстве случаев речь идет о праве собственности людей на движимое имущество, движимые вещи, носившие общее название «имения» (того, что можно взять, «имати»). Для обозначения принадлежности вещи использовались термины: мой, твой, его и т.д. В качестве объекта «имения» фигурируют одежда, оружие, кони, другой скот, орудия труда, торговые товары и пр. Право частной собственности на них было полным и неограниченным. Собственник мог ими владеть (фактически обладать ими), пользоваться (извлекать доходы) и распоряжаться (определять юридическую судьбу вещей) до их уничтожения, вступать в договоры, связанные с вещами, требовать защиты своих прав на вещи и др. То есть можно говорить, что собственность на Руси – весьма древний институт, считавшийся во времена Русской Правды объектом полного господства собственника1.

Можно предполагать, что  субъектами права собственности  в указанное время были все  свободные люди (без холопов, ибо  последние относились к разряду  имущества). Собственник имел право  на возврат своего имущества из чужого незаконного владения на основе строго установленной в Русской Правде процедуры (о ней чуть позже). За причиненный  имуществу ущерб назначался штраф. Возвращение вещей требовало  свидетельских показаний и т.д. Причем можно утверждать, что охрана частной собственности усиливается  от Краткой Правды к Пространной: если в первой величина штрафа зависела только от вида и количества украденного  скота, то в последней (ст. 41–42) она  определяется и местом совершения преступления (украден ли скот из закрытого помещения  или с поля).

Гораздо сложнее обстоит  дело с собственностью недвижимой и, в первую очередь, с земельной собственностью. В Русской Правде ей посвящено всего несколько статей (ст. 70–72 Пр. Пр., ст. 34 Кр. Пр.), в которых устанавливается штраф в 12 гривен за нарушение земельной или бортной (пчельника) межи. О том, кому принадлежит земля (князю, феодалу или крестьянину), закон молчит. Большой размер штрафа вызвал предположение ряда исследователей о феодальном владении, скорее всего, княжеском. Но есть и другое мнение, что это могла быть межа любого конкретного индивидуального хозяйства или общих владений деревни, а значительный размер штрафа – лишь показатель уважения законодателем прав землевладельца.

Тем не менее, Русская Правда в первой своей редакции не знает  недвижимости как предмета сделок между  живыми или на случай смерти, из-за земли  ещё не возникало споров. Отношение  к ней поначалу, как считал М.Ф. Владимирский-Буданов, было не юридическое, а фактическое. Землю занимали для  скотоводства или земледелия, пользовались ею, пока она не истощалась, и переходили на другом участок2. Первый же, по восстановление производительных сил, становился достоянием другого лица. Существует также предположение, что поскольку каждое отдельное лицо было членом общины (или рода), именно община выступала в качестве юридического лица, в том числе и в праве владения землей. И лишь со временем, в результате войн, выделения богатых общинников, дружинников и торговцев, появления капиталов, личное начало одолевает общинное и появляется индивидуальная собственность на землю.

Как бы то ни было, можно смело  утверждать, что в XII в. земельная  собственность существовала в виде княжеского домена (ряд сел принадлежали княгине Ольге уже в X в.), боярских и монастырских вотчин, общинной и  семейно-индивидуальной собственности. Очевидно, уже тогда существовали и внутрифеодальные договоры о земле  и нормы, регулировавшие землевладельческие отношения. Но о том, как они выглядели, можно судить только по более поздним  источникам.

Самым древним способом приобретения права собственности на землю  была заимка – завладение свободной землей, без строгого определения границ (а «куды соха, топор и коса ходили») владения. Главным же основанием существования права собственности на землю стали давность владения и труд (мы увидим это далее в нормах Псковской судной грамоты,). Позднее к заимке прибавляются другие способы: прямой захват общинной земли, княжеские раздачи земель дружинникам, тиунам и церкви, и, наконец, купля.

Обязательство представляет собой правоотношение, возникающее между лицами либо вследствие обоюдной ноли (из договора), либо вследствие правонарушения (деликта). В любом случае, лицо, нарушившее интересы другого лица, обязывается совершить определенные действия в пользу потерпевшего. Но в Русской Правде ещё не существовало отличия гражданско-правового обязательства от уголовно-правового. Четкие границы между ними будут определены позднее в процессе формирования отраслей гражданского и уголовного права. В древнерусском законодательстве обязательства из деликтов влекут ответственность в виде штрафов и возмещения убытков. Укрывающий холопа должен вернуть его и заплатить штраф (ст. 11 Кр. Пр.). Взявший чужое имущество (коня, одежду) должен вернуть его и заплатить 3 гривны штрафа (ст. 12–13 Кр. Пр.)3.

Договорные обязательства  оформляются в систему при  становлении частной собственности, хотя ещё не существует ни самого термина  «договор», на определения его понятия. Очевидно, что под договором понимали соглашение двух или нескольких лиц (контрагентов), в результате которого у сторон возникают юридические права и обязанности. Для заключения договора стороны (субъекты) должны были отвечать следующим требованиям: возраста, правоспособности (умалишенный или раб не имели ее) и свободы (или доброй воли). Договоры, заключенные по принуждению, не имели силы.

Система договоров была простой  и предусматривала следующие  их виды: мены, купли-продажи, займа, поклажи, личного найма. Договор мены – один из самых древних; из него как особая разновидность мены вырос договор купли-продажи4. Русская Правда знает лишь сделки с движимым имуществом, к которому принадлежали и холопы. Сделки с холопами заключались при обязательном их присутствии (послухов было не достаточно). Договор мены или купли-продажи мог быть расторгнут, если обнаруживалось, что продавец ввел в заблуждение покупателя насчет качества вещи, или признан несостоявшимся, если обнаруживалось, что продавец не имел права собственности на проданную вещь.

Заем – следующий вид договора, он оформлял право заимодавца на личность должника, вплоть до продажи неисправного должника в рабство. Предметом займа могли быть деньги (куны), мед, жито, семена, скот и др. вещи.

Поклажа – передача вещей на хранение. Русская Правда предполагала, что в случае утайки какой-то их части и обвинения в этом хранителя он очищался от него принятием присяги (клятвы).

Договор личного найма  влёк за собой право нанимателя на личность наймита, что, в конечном счете, приводило к холопству. Это разновидность самозакладного займа, в котором имеет место задаток, некая сумма найма, уплачиваемая в двойном размере в случае, если наймит захочет оставить своего хозяина до срока («Правосудие Митрополичье»).

 

4.2.Наследственное право.

Семейно-Наследственное право  относится к медленно изменяемой сфере. С момента принятия христианства, основы православной семьи долгие столетия оставались статичными, постепенно допускались  к наследованию женщины, варианты наследования были строго ограничены (по обычаю, по закону, по завещанию). Отношения в  семье основывались на власти отца, лишь в поздний феодальный период складывается принцип раздельности имущества. Это - основные тенденции  в указанной области права.

Ко времени Русской  Правды мы не встречаемся со свидетельствами  о приниженном положении женщины. По мнению некоторых исследователей, семья патриархального типа отражена в Русской Правде в понятии  “вервь”, то есть коллектива родственников, связанных общей ответственностью платежом “дикой виры”.  Однако, как  следует из ряда статей Русской Правды, посторонние лица могли “вкладываться” в общую виру, не будучи родственниками. М.Косвен предложил гипотезу, согласно которой “вервь” Древней Руси - переходная форма от патриархальной  семьи к индивидуальной, с сохранением  коллективных порядков (патронимия). Но отличительных черт патронимии не выделено, в ней сохранялись коллективное хозяйство, родственные связи и  обычаи. Единственный отличительный  признак - меньшая численность - вообще трудно определим. Поэтому патронимия, больше похожа на чисто логическую конструкцию.

В Древней Руси к XI в. господствовала моногамная семья с индивидуальным хозяйством. С принятием христианства в конце X в. церковь вела активную борьбу с язычеством, за торжество индивидуальной семьи и семейной нравственности. Брак, развод, моральные отношения в семье стали санкционироваться ею. Не освященный брак считался грехом и мог отразиться на потомках. Летопись гласит: лот греховного корня злой бывает плод”. Верховенство мужчины в христианской семье сохранилось и упрочилось, постепенно становилось частью государственной идеологии. Летопись оправдывает это: «Не внимай злой жене, ибо мед каплет с уст ее. Жены прелюбодейки. Но мгновение это. Не путем жизни идет она, сближающиеся с ней пойдут после смерти в ад».

Христианская семья должна была подчиняться суровым нравственным канонам, в основе новой идеологии  лежали трудолюбие, смирение, ответственность  перед Богом. Формирование семьи  христианского типа происходило  постепенно, государство относилось к язычеству достаточно терпимо, но подтвердить конкретными фактами  сосуществование христианских и  языческих семей невозможно.

В глубокой древности наследование осуществлялось на основе обычного права, с правом всего коллектива на какую-то часть имущества. Ранее всего  индивидуализировалось наследование движимости (лук, копье, топор). Возникло деление наследственной массы на доли: часть - коллективу, часть - семье, часть по усмотрению самого лица.

Наследование на основе обычного права в видоизмененной форме  входит в общегосударственный закон. Видимо, параллельно развивались  завещательные отказы, ограниченные долями в пользу ближайших родственников. Можно выделить две формы наследованиям  по закону и по завещанию. Отстранение, женщин от наследования не может рассматриваться  как средство не сознательного принижения. Выходя замуж за члена другого  рода, они не могли забирать имущество, нажитое членами своего рода. Воевали  за новые территории мужчины и  обрабатывали землю мужчины, поэтому  институт наследования недвижимости по мужской линии устойчив у всех европейских народов.

Право родни на долю из штрафов  в случае убийства закреплено в ст. 4 договора с Византией 911 г. Видимо, родственники в любых случаях  могли претендовать на часть имущества. В остальном договор рисует картину  развитого наследственного права, где действует первенство завещания  над законом. Статья 13 гласит: “Если-кто  из русинов умрет, не урядив своего имения, будучи на службе в Византии, а родственников там не имеет, то возвращается имущество близким  родственникам на Русь. Если оставит  завещание, то имущество идет тому, в пользу кого составлено завещание”. Правда, следует иметь в виду, что такая развитая форма предписывается имущей среде, в крестьянских общинах  обычное наследование продолжало действовать.

Споры о наследстве возникали  довольно часть, и Уставы церковные  Владимира 1 и Ярослава Мудрого взяли  эти тяжбы родственников под  свою юрисдикцию. Но поскольку положение  церкви в это время не было достаточно прочным, нормы о наследовании имущества, вошедшие в Русскую Правду, расписаны  очень подробно, видимо, во избежание  коллизий языческих обычаев и  христианских установок индивидуализированной  семьи. Институт наследования в Русской  Правде - один из наиболее разработанных.

В XI в. брак стал церковной прерогативой, в участии в судебных процессах о наследстве могли отказать лицам без соответствующих церковных свидетельств. Точных данных о возрасте вступления в брак до нас не дошло. С.В. Юшков считал, что он составлял 14-15 лет для мужчин и 12-13 лет для женщин.

В Русской Правде речь идет об индивидуальной семье (муж, жена, дети)с  личным хозяйством. В статьях о  “верви” подразумеваются, возможно, коллективы родственников. В Пространной  Правде имеется целый устав о  наследстве (ст. 90-95, 98-106). Две первые статьи (ст. 90, 91) закрепляют древние  ограничения в общинах смердов: имущество умершего, не оставившего  сыновей, переходит князю, дочерям  до замужества выделяется часть на приданое. В то же время в среде  дружинников и бояр действовал иной принцип: “наследство князю не идет, его наследуют дочери”. В остальных  статьях регулируется наследование на базе частной собственности и  индивидуального хозяйства.

Общий принцип известен еще  по Договорам с Византией: приоритет  наследования по завещанию с обеспечением законных долей членов семьи. Статья 92 гласит: «Кто умирая разделит свой дом  детям, на том стоять, кто без ряда умрет, всем детям идет имущество.»  Наследование по завещанию ограничено сыновьями и женой, дочери получают только часть (ст. 9, 3, 95). Дети от первой жены имеют право на часть имущества  принадлежащего матери (ст.94). Дети от рабыни не наследуют ничего, но получают с  матерью свободу (ст. 98). Во всех случаях  “двор” переладит младшему сыну (ст. 100), как менее способному к самостоятельному существованию. Имущество малолетних детей находится под управлением  матери: если она выходит замуж, то назначается родственник -опекун. Мать, опекун-отчим отвечают-за это имущество  и несут материальную ответственность  за его утрату. Своей частью имущества  мать распоряжается самостоятельно, может завещать его детям, лишать их наследства, если они будут “лихи” (ст. 106).

Такой порядок наследования обеспечивал имущественные права  всех членов семьи и в целом  просуществовал до того момента, когда  к Наследованию стали допускаться  женщины. Одновременно установилась зависимость  благополучия детей мужского пола от воли завещателя как основа “доброго”  отношения к родителям, при сохранении младшим детям гарантии средств  к существованию.

 

5. Уголовное право

В уголовном праве Киевской Руси зафиксировано правовое неравенство  представителей различных социальных слоев. Это отчетливо видно при  рассмотрении отдельных элементов  состава преступления. Так, субъектом  преступления может быть любой человек, кроме холопа. За действия холопа отвечает его господин. В некоторых случаях  потерпевший мог сам расправиться с холопом-обидчиком, не обращаясь  к государственным органам, вплоть до убийства холопа, посягнувшего на свободного человека.

«Русская Правда» еще не предусматривала возрастного ограничения уголовной ответственности, не знала понятия вменяемости, но ей уже было известно понятие соучастия. «Русская Правда» различала также ответственность в зависимости от субъективных обстоятельств преступления. В ней нет различия между умыслом и неосторожностью, но выделяются два вида умысла — прямой и косвенный. Это отмечается при ответственности за убийство: убийство в разбое наказывается высшей мерой наказания — потоком и разграблением, убийство же “в сваде” (драке) — только вирой.

По субъективным обстоятельствам  преступления различалась и ответственность  за банкротство: преступным считалось  только умышленное банкротство. Что  касается объективной стороны состава правонарушения, то «Русская Правда» еще не знала преступлений, совершаемых путем бездействия.

Среди имущественных преступлений наибольшее внимание «Русская Правда» уделяла краже (татьбе). Наиболее тяжким видом татьбы считалось конокрадство, ибо конь был важнейшим средством производства, а также боевым имуществом.

Известно и преступное уничтожение чужого имущества путем  поджога, наказуемое потоком и разграблением. Такая высокая мера наказания  определялась тремя причинами. Во-первых, поджог —наиболее опасный способ уничтожения чужого имущества. Во-вторых, он нередко применялся как средство мести, особенно часто, когда крестьяне  хотели отомстить своему господину. Наконец, поджог имел повышенную Официальную опасность, поскольку в деревянной Руси от одного дома или сарая могло сгореть целое село или даже город.

 Система наказаний  “Русской Правды” довольно проста. Высшей мерой наказаний, как  уже говорилось,был поток и  разграбление. Следующей по тяжести  мерой наказания была вира. За  основную массу преступлений  назначалась так называемая продажа  — уголовный штраф. За преступления, отнесенные к компетенции церковного  суда, применялись эпитимьи. Легкой  эпитимьей считалось 500 поклонов в день. Эпитимья часто соединялась с государственной карой.

 

5.1.Преступление по «Русской правде»

Частный характер древнего права проявился в сфере уголовного права. Преступление по Русской Правде определялось не как нарушение закона или княжеской воли, а как «обида», т.е. причинение морального или материального ущерба лицу или группе лиц.

Уголовное правонарушение не отграничивалось в законе от гражданско-правового. Объектами преступления были личность и имущество. Объективная сторона  преступления распадалась на две  стадии: покушение на преступление (например, наказывался человек, обнаживший меч, но не ударивший) и оконченное преступление. Закон намечал понятие соучастия (упомянут случай разбойного нападения  “скопом” ). но не разделял ролей соучастников (подстрекатель, укрыватель и т.д.) . В Русской Правде уже существует представление о превышении пределов необходимой обороны (если вора убьют  после его задержания, спустя некоторое  время, когда непосредственная опасность  в его действиях уже отпала). К смягчающим обстоятельствам закон относил состояние опьянения преступника, к отягчающим — корыстный умысел. Законодатель знал понятие рецидива, повторности преступления (в случае конокрадства).