Содержание 
 

Введение

     Вопрос  о субъективных правах, в том числе и о субъективных гражданских правах, находится в центре внимания отечественной правовой науки. Правовая наука в процессе построения правового государства должна выражать интересы единственного носителя власти — народа, и потому не может не обращать своего главного внимания на права и свободы человека, на обеспечение реальных гарантий их осуществления.

     Отношения государства и личности регулируются Конституцией РФ.

     Однако  в современном обществе нужно  очень четко уметь определять ту границу, за которой кончается свое право и начинается ущемление прав другого.

     Каким бы высоким не было развитие современного общества, в нем все еще встречаются, и, к сожалению слишком часто, правонарушения. И вопрос о том, каким  образом защищать свои нарушенные гражданские права остается актуальным в настоящее время. Ибо вся ценность объявленного и реализованного права может быть в один момент сведена к нулю. И от того, каким образом сможет государство или сам гражданин свое право защитить и восстановить, во многом зависит как процветание всего общества в целом, так и благополучие каждого отдельного гражданина в частности.

     Проблемами  реализации и осуществления гражданских  прав широко исследовалась в работах  виднейших правоведов. Н. Г Александрова, С. С.Алексеева, С. Н.Братуся, А. В.Венедиктова, Д. М. Генкина, О. С. Иоффе, С. Ф. Кечекьяна и многих других.

     Целью данной работы является полный системный анализ института самозащиты гражданских прав.

     При написании данной работы ставились  следующие задачи:

• обобщить самые важные и ценные научные сведения касающиеся самозащиты гражданских прав,
• уделить внимание вопросам пределов реализации и защиты гражданских прав;
• предложить некоторые варианты совершенствования современного гражданского законодательства, особенно в сфере защиты личных неимущественных прав граждан;
• рассмотреть соотношение самозащиты гражданских прав и самоуправства.

     Задачи данного  исследования определяют и его структуру. Работа состоит из трех глав. Первая глава дает характеристику самозащиты как меры защиты. Вторая глава раскрывает понятие, признаки способы самозащиты гражданских прав и интересов. В третьей главе проводится анализ соотношения самозащиты гражданских прав и самоуправства, выделяются особенности отличия самозащиты от способов обеспечения исполнения обязательств.

Глава 1.Самозащита гражданских прав как мера защиты

§1. Понятие и функции  мер защиты

     Институт  самозащиты имеет в доктрине российского  гражданского права глубокие исторические корни. Более того, само появление  в ГК РФ подобных норм стало результатом серьезных научных исследований, проведенных отечественными цивилистами, которые подготовили почву для внедрения в российское гражданское законодательство этого нового для него института. Доктринальные построения отечественных правоведов того времени основывались, главным образом, на правоположениях иностранного законодательства (Саксонское гражданское уложение 1863 г., швейцарский Закон об обязательствах 1881 г., Германское гражданское уложение 1896 г.), где институт самозащиты был к тому времени уже достаточно развит, а также римского гражданского права. Действовавшее же гражданское законодательство Российской империи не знало понятия самозащиты и содержало лишь некоторые единичные нормы, допускающие ситуации, которые можно характеризовать как случаи правомерной самозащиты гражданских прав (эти случаи будут рассмотрены ниже). Показательным в этом смысле является положение ст.690 т.X, ч.1 Свода законов Российской империи, помещенной в главу седьмую «О праве судебной защиты по имуществам»: «Всякое самоуправство по имуществам, хотя бы они состояли и в незаконном владении, строго воспрещается». В примечании к ст.690 вместе с тем указывалось (со ссылкой на ст.107-109 Законов уголовных изд. 1845 года), что «законная оборона от насилия не считается самоуправством, когда она не выходит из пределов, законом определенных»¹.

     Пробелы в позитивном правовом регулировании  в некоторой степени пыталась восполнить судебная практика. В этом смысле для нас представляют большой  интерес решения Правительствующего сената, являвшегося высшей судебной инстанцией Российской империи. При всей архаичности российского гражданского закона в этой сфере Сенат, рассматривая конкретные дела, на скудной основе процитированного выше примечания к ст.690 т.X, ч.1 Свода законов формировал довольно прогрессивные правовые позиции относительно возможности управомоченного лица самостоятельно защищать свои нарушенные права.  Однако при этом Сенат зачастую не укладывался в тесные рамки действовавших тогда положений закона, что было справедливо подмечено К. Н. Анненковым².

     Упоминания  о самозащите можно встретить  уже в первом в истории российской цивилистики фундаментальном курсе  русского гражданского права, изданном на основе лекций профессора Д.И. Мейера.

     Под правом удержания (jus retentionis) Д.И. Мейер подразумевал «право владельца чужой вещи не выдавать ее собственнику до исполнения лежащего на нем перед владельцем обязательства, причем лицо, удерживающее вещь, не имеет права само удовлетворить свое требование путем продажи или присвоения вещи»³.

     Под самовольным установлением права  залога ученый понимал право лица «захватить вещь и держать ее до тех пор, пока требование его к  собственнику вещи не будет удовлетворено, а в случае неудовлетворения - требовать  продажи вещи и из вырученной суммы  получить удовлетворение».

     Самоличное  осуществление права залога заключается, по Мейеру, в «праве закладодержателя, в случае неисполнения обеспеченного  закладом обязательства, оставить у  себя заложенную вещь или самому ее продать и из вырученной суммы  получить удовлетворение».

     В «Системе русского гражданского права» К.Н. Анненкова прослеживается иной подход к самоуправству и самообороне. Самоуправство рассматривается этим ученым как средство внесудебного осуществления

     Итак, в отличие от Д.И.Мейера, который понимал под самозащитой разновидность защиты прав, проявлениями которой являются самоуправство и самооборона, К.Н. Анненков отождествлял самозащиту с самообороной, которую он рассматривал как средство внесудебной защиты прав. Самоуправство же К.Н. Анненков вообще рассматривал отдельно - как средство внесудебного осуществления (а не защиты) прав по имуществам, применение которого, по общему правилу, воспрещается.

     Подводя настоящий обзор к завершению, нельзя не упомянуть о проекте  Гражданского уложения Российской империи, подготовленном к концу XIX - началу прошлого века специальной Редакционной комиссией, учрежденной императором Александром III в 1882 году. В этом замечательном памятнике российской цивилистической мысли, которому, к сожалению, так и не суждено было стать законом, воплотились научные разработки дореволюционных российских цивилистов, в том числе и в области исследования института самозащиты гражданских прав.

     Институту самозащиты в проекте Гражданского уложения образца 1910 г. были посвящены  нормы статей 99-101, находящихся в главе о способах охранения прав. В целом они соответствуют статьям 227-231 Германского гражданского уложения.

     Авторами  комментария подчеркивается, что  осуществление права удержания  может иметь место не иначе  как в отрицательной форме - неисполнения обязательства, состоящего в передаче имущества. По мнению авторов, ни о каком положительном действии по осуществлению права удержания не может быть речи, следовательно, при допущении его для законодательства не возникает вопроса о каком-либо отступлении от общего законного порядка⁴.

     Таким образом, практически все российские цивилисты дореволюционного периода  отмечали исключительный характер самозащиты гражданских прав, допускаемой лишь в тех случаях, «когда помощь со стороны  государства может явиться слишком поздно».

     В действующем российском гражданском  законодательстве не закреплены признаки мер защиты, поэтому существует проблема разработки их общего определения.

     Что же касается ответственности, то в ГК РФ содержится достаточно много норм, отражающих общие положения и особенности отдельных мер, но все же не указаны ключевые признаки, с помощью которых следует различать их от иных санкций. В законодательном регулировании мер защиты акцент в ГК сделан на применение отдельных мер, а отсутствие общих положений является пробелом гражданского законодательства.

     Т.И.Илларионова, характеризуя гражданско-правовую защиту, пишет, что «она представлена в форме специальных мер (их совокупности), направленных на пресечение конкретных нарушений, восстановление (компенсацию) нарушенных интересов или обеспечение условий их удовлетворения в иных формах .⁵

     Г.Я. Стоякин именует их мерами защиты и определяет как «средства правового воздействия, применяемые к обязанному субъекту независимо от его вины и направленные на защиту субъективного гражданского права или правопорядка путем восстановления имущественных или личных неимущественных благ управомоченного или путем пресечения действий, нарушающих право»".⁶

     Целью мер защиты является восстановление правового положения (права) лица в объеме, существующем до нарушения. Указанная цель достигается, например, путем возврата нарушителем вещи в порядке виндикации. С помощью мер защиты восстанавливаются как имущественные, так и неимущественные права. Защита также имеет место при пресечении противоправных действий, устранении препятствий в осуществлении субъективного права (ст. 304 ГК).

     В приведенном определении подмечено, что меры защиты связаны с государственным  принуждением. От имени государства  применять меры защиты может только суд. Необходимость в этом существует, если лицо добровольно не исполняет лежащую на нем обязанность. Правонарушитель может исполнить её самостоятельно. И связывать реализацию мер защиты только с государственно-принудительной деятельностью, думается, неверно. Восстановление правового положения в гражданском праве может быть осуществлено без государственно-принудительного воздействия.

     Основной  задачей гражданско-правовых мер  защиты является приведение в соответствие с требованиями закона (договора) поведения обязанного субъекта и соответствующее удовлетворение имущественных требований потерпевшего, поэтому большинство мер защиты направлено на защиту субъективного гражданского права (или интереса) управомоченного субъекта. Следовательно, при реализации мер защиты правовое воздействие оказывается на субъективные права и интересы участников гражданских правоотношений.

     При реализации санкций, предусматривающих  меры защиты, для обязанного лица обычно наступают определенные правовые последствия, которые могут выражаться в виде тех или иных ограничений (невыполненная обязанность может быть исполнена принудительным путем, независимо от собственного решения должника) или сопровождаться лишениями имущественного характера (изъятие вещи у добросовестного приобретателя). Подобные последствия наступают в связи с отсутствием другой возможности восстановить нарушенное право.

     Меры  защиты характеризуются тем, что  лицо, как правило, принуждается к  исполнению обязанности по восстановлению правового положения лица в натуре. Иногда защита осуществляется в денежной форме (кондикция).⁷

     Обусловлено это тем, что меры защиты тесно  связаны с нарушенным правом, которое  может быть защищено конкретной мерой. Сфера их реализации очерчена "определенным" нарушением или отдельным субъективным правом, то есть меры защиты в основном носят предметный характер в гражданском праве (за исключением кондикции).

     Таким образом, основное внимание при осуществлении  мер защиты сосредоточено на самом  субъективном гражданском праве, поэтому  данное обстоятельство влияет на возникновение меры защиты, с помощью которой нарушенное право будет защищаться.

     Следовательно, к причинам формирования мер защиты следует относить характер и степень  нарушения, специфику содержания защищаемого  права и интерес субъектов  гражданского права.

     В основе субъективного интереса лежат  различные имущественные потребности, возникающие у лица в процессе жизнедеятельности. Интерес обусловливает  определенный вариант поведения, возможность  совершения которого составляет содержание субъективного права, а также влияет на возникновение мер, с помощью которых возможно защитить данное право в случае его нарушения.

     Если  лицо незаконно владеет чужой  вещью, то к нему может быть применена  виндикация. В таком случае право  собственности на вещъ может быть защищено с помощью виндикационного иска, то есть данная мера защиты направлена на восстановление существующего субъективного права (право собственности на вещь). Данное право (имущественное) никакой другой мерой защитить нельзя. Восстановить неимущественные права с помощью взыскания неустойки или возмещения убытков (вреда) вряд ли возможно. Для этого требуется осуществление иных мер, отражающих содержание указанной группы субъективных прав.

     Если  субъективное право полностью уничтожается, то сохранять уже нечего. В этом случае восстановить право с помощью мер защиты не денежного характера в прежнем виде невозможно; необходимо применять иные меры принуждения, направленные на восстановление правового положения лица (например, мер ответственности).

     Вот почему меры защиты характеризуются тем, что восстанавливается конкретное субъективное право определенной мерой защиты (кроме кондикции). Объектом права может быть имущество, вещи, неимущественные блага и др.

     Особенность мер защиты состоит в том, что  они, как правило, направлены на защиту права, которое существует, не уничтожено, а не на компенсацию потерь в денежном выражении, возникающих при прекращении права.

     Отсюда  можно утверждать, что замена меры защиты другой не допускается (за исключением  кондикции). Поскольку большинство мер защиты осуществляется не в денежной форме, то денежная компенсация в полной мере не восстанавливает конкретное нарушенное право и существует необходимость в реализации определенной меры защиты.⁸

     Кроме того, исключается возможность изменения размера и условий применения мер защиты по соглашению сторон (до нарушения права), то есть правовому регулированию данных мер свойственен императивный характер.

     П.А.  Варул полагает, что "меры защиты в гражданском праве -это такие охранительные меры, применение которых происходит при отсутствии вины правонарушителя, и могут выражаться как в виде дополнительных обязанностей и лишений определенных субъективных прав, так и в возможности применения иных правовых способов" .⁹

     Данная  точка зрения является спорной. Меры защиты не могут выражаться в виде дополнительных обязанностей и лишения субъективного права, так как это характерно исключительно для мер ответственности, как уже отмечалось в первой главе настоящего исследования.

     Особенность мер защиты состоит в том, что они направлены на восстановление имущественных или неимущественных прав в том виде и объеме, как они существовали до нарушения в регулятивном правоотношении (в договоре или законе). Ситуация меняется, когда у потерпевшего возникают дополнительные расходы (убытки) от нарушения субъективного права. В этом случае компенсация понесенных потерь осуществляется с помощью мер гражданско-правовой ответственности.

     Для мер защиты не характерно имущественное  наказание, которое лежит в сфере  гражданско-правовой ответственности, поэтому последствия реализации данных мер нельзя именовать негативными или отрицательными, так как лицо несет обычные "расходы" в силу эквивалентности товарно-денежных отношений.

     Таким образом, Гражданско-правовые меры защиты это предусмотренные законом санкции, которые применяются в принудительном порядке или осуществляются добровольно независимо от вины нарушителя в форме восстановления положения, существовавшего до нарушения, либо пресечения действий, нарушающих право (или создающих угрозу его нарушения), либо признания субъективного права (или факта) и по содержанию не являются безэквивалентным имущественным лишением.

§2. Двойственная природа  самозащиты

a) способы защиты гражданских прав

     Понятие самозащиты гражданских прав. Под  самозащитой гражданских прав понимается совершение управомоченным лицом не запрещенных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав и интересов. К ним, например, относятся фактические действия собственника или иного законного владельца, направленные на охрану имущества, а также аналогичные действия, совершенные в состоянии необходимой обороны или в условиях крайней необходимости.

     Меры  фактического характера, направленные на охрану прав граждан или организаций, могут быть как предусмотрены законом, так и вытекать из обычно принятых в обществе мер такого рода. Это использование различного рода охранных средств и приспособлений в виде замков, охранной сигнализации на автомобилях и др. По общему правилу, использование такого рода охранительных мер самозащиты допустимо, если не запрещено законом и соответствует обычно принятым правилам.

     Однако  использование названных мер  имеет и свои границы. В частности, недопустимо использование таких  мер охраны имущества, которые опасны для жизни и здоровья окружающих. Известен случай, когда собственник дачи огородил свой участок колючей проволокой, пропустив через ограду электрический ток. В другом случае владелец автомобиля так пристроил в гараже ружье, что вор при открывают двери должен был получить выстрел в ноги, причем первым пострадавшим оказался сам автор такого "изобретения".

     Недопустимость  подобного рода "охранных" средств  очевидна, так как они направлены не только на охрану имущества, но и  на причинение вреда лицу, которое может вступить в контакт с такого рода сооружениями даже по неосторожности. Из этого следует, что управомоченный субъект вправе использовать лишь такие меры самозащиты, которые не ущемляют прав и законных интересов других лиц.

     Если  же использование недозволенных средств защиты причиняет вред другим лицам, то возникает предусмотренная законом обязанность по возмещению причиненного вреда. Вместе с тем законодательству известны случаи, когда  даже вредоносные действия лиц по защите своих прав и интересов признаются правомерными. Речь идет о действиях, совершенных в состоянии необходимой обороны или в условиях крайней необходимости.

     Необходимая оборона как способ защиты гражданских  прав. Одним из способов самозащиты гражданских прав является необходимая  оборона. Не подлежит возмещению вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, если при этом не были нарушены ее пределы (ст. 448 ГК). Следовательно, необходимой обороной признаются такие меры защиты прав, которые причиняют вред их нарушителю, но не влекут обязанности обороняющегося по его возмещению, поскольку признаются правомерными (допустимыми).

     Институт  необходимой обороны является комплексным  институтом, регламентированным как  гражданским, так и уголовным  правом. Содержание необходимой обороны  в гражданском праве несколько шире, чем в уголовном. Если в уголовном праве под необходимой обороной понимаются действия, хотя и подпадающие под признаки состава преступления, но не признаваемые преступлением, то в гражданском праве к необходимой обороне относятся также действия, которые подпадают под понятие гражданского правонарушения, но не влекут за собой применения мер юридической ответственности.

     Условия, при которых действия обороняющегося могут быть признаны совершенными в  состоянии необходимой обороны, одинаковы как для уголовного, так и для гражданского права. Они относятся к нападению и к защите.

     Для признания действий обороняющегося совершенными в состоянии необходимой  обороны надо, чтобы нападение было действительным (реальным), наличным и противоправным. Действительность (реальность) нападения означает, что нападение как таковое вообще имеет место. Оборона потому и называется обороной, что противодействует нападению. Поэтому если нет посягательства на чьи-либо права, то нет оснований говорить об обороне, а тем более о необходимой обороне. Факт нападения означает, что нападение уже началось либо налицо его непосредственная угроза.

     Несколько сложнее вопрос о противоправности нападения. Ведь противоправным считается  любое поведение, нарушающее нормы  права.

     Однако  не всякое противоправное поведение  требует применения такого рода оборонительных мер. В уголовном праве необходимая  оборона может иметь место  только против такого правонарушения, которое законом рассматривается  как преступное посягательство. Это  же правило действует и применительно к необходимой обороне по гражданскому праву. Она недопустима против правонарушений, не являющихся действиями уголовно наказуемого характера, хотя и подпадающих под признаки гражданского правонарушения.

     Необходимая оборона представляет собой прежде всего один из способов защиты прав и интересов обороняющегося лица. Но оборона будет признана необходимой, если подобного рода действиями защищаются интересы государства и общества, права и законные интересы других лиц. При этом действия обороняющегося должны быть направлены именно против нападающего лица, но не против других лиц, например родственников или близких нападавшего.

     Основным  условием признания действий необходимой  обороной является недопустимость превышения ее пределов. Превышение пределов необходимой  обороны возможно в отношении  выбора средств защиты, интенсивности  обороны и ее своевременности. Превышением  пределов необходимой обороны может быть явное несоответствие средств защиты характеру и опасности нападения. Однако, это несоответствие не следует понимать механически; нужно учитывать степень и характер опасности, силы и возможности обороняющегося, а также волнение, которое возникает у последнего в такой сложной обстановке.

     Превышением пределов обороны может быть превышение интенсивности защиты над интенсивностью нападения. Например, излишняя поспешность  или чрезмерная активность в применении оборонительных средств, когда речь идет об угрозе нападения. Несвоевременность использования оборонительных средств может быть связана не только с поспешностью, но и с их применением после того, как нападение закончилось и ничем не грозит обороняющемуся.

     Правовыми последствиями действий в состоянии необходимой обороны с точки зрения гражданского права является то, что причиненный нападавшему вред не подлежит возмещению. Иначе решается этот вопрос при превышении пределов необходимой обороны, поскольку речь идет уже о неправомерных действиях, влекущих гражданско-правовую ответственность. Но и здесь учитывается посягательство потерпевшего на законные интересы оборонявшегося лица, хотя бы и превысившего пределы необходимой обороны.

     Действия  в условиях крайней необходимости  как способ самозащиты гражданских прав. Одним из способов самозащиты гражданских прав являются действия управомоченного лица в условиях крайней необходимости.

     Как отмечалось в постановлении Пленума  Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. "О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств", "размер возмещения вреда, причиненного лицу при отражении его общественно опасного посягательства, если было допущено превышение пределов необходимой обороны, в зависимости от обстоятельств дела и степени вины обороняющегося и посягавшего должен быть уменьшен либо в возмещении вреда должно быть отказано" ¹⁰.

     Под действиями, совершенными в состоянии  крайней необходимости, понимаются такие действия, которые предпринимаются лицом для устранения грозящей ему опасности при чрезвычайных обстоятельствах, связанные с причинением вреда третьим лицам. Они допустимы, если устранить опасность иными средствами было невозможно, а причиненный вред менее значителен, чем вред предотвращенный.

     Как и при необходимой обороне, действия в условиях крайней необходимости  могут предприниматься не только как средство самозащиты прав и интересов  управомоченного лица, но и для  защиты интересов государства и  общества, интересов других лиц.

     В отличие от необходимой обороны при крайней необходимости, опасность для управомоченного лица (либо государства, общества, третьих лиц) возникает не из-за действий тех лиц, которым причиняется вред, а вследствие стихийных бедствий, неисправности механизмов, особого состояния организма человека, например, вследствие болезни и т.п. Она может возникнуть и в результате преступного поведения другого лица, например, при причинении вреда имуществу граждан в ходе преследования преступника.

     Особенность действий в состоянии крайней необходимости состоит в том, что в таких условиях лицо вынуждено использовать средства, связанные с причинением вреда. При этом в одних случаях причинение вреда может быть необходимой мерой предотвращения большей опасности, тогда как в других случаях вред может быть лишь сопутствующим явлением, которое может наступить или не наступить.

     Если  при необходимой обороне вред причиняется непосредственно нападающему, то действиями в условиях крайней  необходимости причиняется вред третьему лицу. Поэтому в силу ст. 449 ГК такой вред, по общему правилу, подлежит возмещению причинившим его лицом. Но, поскольку действие в условиях крайней необходимости рассматривается законом как правомерное, хотя и вредоносное, учитывая обстоятельства, при которых был причинен такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как третье лицо, так и причинившего вред.