Школа и образование в России XVII века
2
Федеральное агентство по образованию
Государственное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«Саратовский государственный университет
им. Н. Г. Чернышевского»
Кафедра истории России
Школа и образование в России XVII века
студентки 2 курса
213 группа
ИИ и МО
Специальность «история»
Выполнила:
Проверил: к.и.н Рабинович Я.Н.
Саратов 2010
Содержание
Введение. Предпосылки становления отечественных традиций просвещения и воспитания в Древней Руси………………………………………………………………..
1) историографический обзор;
2) характеристика источников;
3) цели и задачи курсовой работы.
Глава I. О византийском наследии в системе просвещения, воспитания и создания школ Древней Руси………………………………………………………………..
Глава II. Просвещение, воспитание в древнерусской школе X-XIV вв……………………………………………………………..11
1) с X до второй трети XIII в.
2) с второй трети XIII – XIV вв.
Глава III. Русское духовенство в борьбе за «книжного» человека…………………………………………………………
Глава IV. Школа и просвещение России в эпоху XVII века……25
1. «Научный багаж» древне-русского человека конца XVI – начала XVII века.
2. Математика, астрономия, космография, естественно-исторические познания, гуманитарные и другие науки как путь развития новой образовательной системы.
3. Начало «новой» школы.
4. Рождение Славяно-греко-латинской академии.
Заключение……………………………………………………
Список используемой литературы…………………………………..37
Введение.
В период формирования и модернизации образования обостряется проблема поиска педагогических ресурсов, содержащих позитивные установки для формирования обще-российской культуры.
В новых исторических, социально-политических и культурных условиях вопросы, связанные с историко-педагогическим познанием, требуют теоретических обоснований. Такая потребность обусловила интерес автора курсовой работы данной темы.
Обращение к образовательному опыту прошлого позволяет выявить его надежность, национально-культурную сообразность и связь с современностью. Поэтому труды по истории отечественного школьного образования представляют большой интерес для современной педагогики. Это:
● труды В.Н. Татищева, положившего начало историографии древнерусской школы;
● работы М.В. Ломоносова, Н.М. Карамзина, В.О. Ключевского[1];
● многотомный труд епископа Винницкого и ректора Санкт-Петербургской Духовной Академии Макария (Михаила Петровича Булгакова) «История Русской Церкви», наиболее полно вместивший историю отечественной школы;
● произведения У.Д. Ушинского, в которых он излагает взгляд на древнерусское воспитание и роль духовно-мировоззренческих основ и народных традиций в отечественном образовании;
●труды отечественных философов Л.Н. Гумилева[2], А. Ильина, А.Ф. Лосева, П.Н. Милюкова, В.В. Розанова, П.А. Флоренского, касающиеся перспектив развития отечественной культуры и государственности, всечеловеческой сущности русской православной педагогики.
Теоретическое обоснование данные аспекты получили в трудах современных ученых: Д.С. Лихачева[3], недавно ушедшего из жизни; автора многочисленных книг по истории Древней Руси, русского искусства, становления русской национальной школы.
Он принадлежал к числу тех академиков РАО, кто не гнушался зайти в обычную школу, жить ее проблемами и, опираясь на далекое прошлое школы, историю рождения и существования которой он знал досконально, размышлять о ее будущем;
В.Ю. Троицкого[4], профессора, доктора филологических наук, академика Ран, сторонника скорейшего возрождения русской национальной школы. Именно учителям, прошлого и настоящего, стоящим сегодня на перепутье, рекомендует он в своих книгах перечитывать страницы о Православии, его истоках, ощутить великую силу преемственности поколений. В.Ю. Троицкий – автор концепции литературного образования средней общеобразовательной школы, где немалая роль отведена литературе Древней Руси, изучаемой в школах Средневековья в качестве средоточия наших духовных святынь;
Н.А. Нарочницкая – специалист по проблемам международных отношений, старший научный сотрудник Института международных отношений РАН, доктор исторических наук, член комиссии при президенте РФ по противодействию фальсификации истории. Одним из направлений ее деятельности является изучение истории русской и российской школы, как средней, так и высшей, поскольку будущее страны, по мнению Н.А., зависит от того, какие основы духовно-нравственного сознания будут приняты молодыми. Пренебрежение этим грозит появлением все большего количества образованных подлецов, не ведающих чистоты помыслов, стыда, совести, гордости за свою страну.
В этом исследовании целью стало выявление особенностей исторического развития традиций нравственно-педагогического воспитания детей в контексте отечественной и национально-культурной сообразности и возможности использования этих традиций в современной педагогической практике.
В соответствии с выдвинутой целью и актуальными вопросами современной педагогики и образования выдвинуто ряд задач:
1. Осуществить анализ истории становления и развития образования на основе использования традиций отечественной культуры, культуры Византии в русской педагогической истории после принятия Русью христианства.
2. Изучить философские и психолого-педагогические аспекты духовно-нравственного воспитания и образования детей.
3. Определить особенности школьного образования в XVII веке.
5. Проанализировать воспитательные возможности педагогики далекого прошлого в современной педагогической практике.
Глава I. О византийском наследии в системе просвещения, воспитания и создания школ в Древней Руси.
В 988 г. Древняя Русь приняла христианство. Вместе с религией Русь перенимала культурные, воспитательно-образовательные традиции Византии. На IX-XII столетия пришелся расцвет византийской культуры и просвещения. По уровню образованности население Византии этого периода вплоть до XIII-XIV вв. значительно превосходило все западноевропейские государства. Византия признавалась самой «читающей» страной средневековой Европы.
В VIII веке была завершена борьба против Церкви с различными ересями, иконоборчеством, и в разнородном по этническому составу Византийском государстве образовалось конфессиональное единство в форме ортодоксального христианства, сформировался союз Церкви и государства при решающей роли императорской власти. Государственно-церковная симфония поддерживалась всем государственным аппаратом, авторитетом Церкви, а также и сложившейся к тому времени системой воспитания и образования.
На всей территории Византийского государства к IX веку установились единые формы власти и управления, утвердились правовые нормы, сформировалась и возобладала общегосударственная идеологическая система, опирающаяся на общие религиозно-нравственные ценности.
Рассмотрим основные особенности просвещения Византии периода расцвета.
«…Церковь в Византии поддерживалась государством и вместе с тем находилась в зависимости от императорской (светской) власти и не имела монополии на образование, как это было в Западной Европе. Более того, светское направление обучения оставалось характерной чертой византийской системы просвещения. Всеми средствами культуры, в том числе искусства и просвещения, поддерживался культ императорской власти»[5]
Другая примечательная особенность византийского образования заключалась в его высоком социальном статусе. Непременным условием для получения государственных и даже церковных должностей являлось получение общего образования.
Прямое наследование эллино-римской культуры и этническая разнородность Византийской империи с доминирующим греческим населением способствовали синтезу античной культуры и традиций народов Юго-Восточного Средиземноморья, Ближнего и Среднего Востока, Малой Азии, Закавказья, Крыма, Балканского полуострова и др. При этом культурном богатстве и разнообразии Византия оставалась грекоязычным и ортодоксальным христианским государством, все образование осуществлялось на классическом греческом языке.
«Идеал образованной личности византийца представлял человек, получивший классическое образование и сочетавший православное мировоззрение с традиционной литературно-гуманистической образованностью. Византиноведы отмечают это своеобразие византийской образованности как культурно-исторический феномен, когда каждый образованный византиец обладал подлинно ортодоксальным христианским миропониманием и глубокими знаниями наследуемой (античной) культуры»[6].
Византийская система образования на протяжении всего тысячелетия существования Византийской империи была наиболее передовой и развитой. Социальных ограничений на получение образования не существовало, но обучение было платным, за исключением монастрыских и дворцовых школ.
«…Высокой культуры достигли домашние формы воспитания и обучения. В семьях простонародных главным содержанием домашнего воспитания было начальное христианское и трудовое. В знатных семьях мальчиков и девочек обучали грамоте и давали книжное образование»[7].
Византийская образовательная система включала три ступени: первую – пропедиа, среднее образование и высшее.
Первую ступень – элементарное образование (пропедиа) составляли школы грамоты, осуществлявшие 2-3-летнее обучение детей с 5-7-летнего возраста. Для особо религиозных семей были организованы начальные школы, обучение в которых проходило исключительно на религиозном материале, т.е. по библейским книгам и сочинениям христианских писателей.
Вторая ступень – среднее образование – осваивалась византийцами в частных, церковных и государственных грамматических школах. Эту ступень проходили почти все дети гражданской и церковной элиты. Целью среднего образования являлось формирование общей культуры, развитие мышления и красноречия у школьников. Считалось, что каждый достойный византиец должен овладеть «эллинской наукой», открывающей путь к высшей философии – богословию. Для этого изучались прежде всего грамматика, риторика, диалектика и поэтика. Немногие изучали математическую четверицу – арифметику, геометрию, музыку, астрономию.
Третья ступень образования наследовала высшие школы Греко-римского мира (Александрии, Афин, Антиохи, Бейрута, Дамаска), а в 425 году включила новую высшую школу «Аудиториум» (с IX века – «Магнавра»), созданную при императоре Феодосии II в Константинополе. Содержание высшего образования включало метафизику, философию, богословие, медицину, музыку.
Своеобразными домашними академиями становились кружки-салоны, объединявшие эрудитов вокруг мецената-философа.
Организаторами высшего богословского образования выступали и монастыри.
Важно подчеркнуть, что в Византии в силу отсутствия монополии Церкви на образование и достижения симфонии государственно-
Выбор Русью государственной религии во многом определил и выбор направления в образовании. Приобщение Древнерусского государства к мировой цивилизации через культуру Византии в период ее расцвета в X-XI вв. явилось важным фактором успешного развития древнерусского образования. Восточнославянская языческая культура, восприняв зрелое ортодоксальное христианство, преобразовалась в древнерусскую православную культуру и создала концепцию воспитания в ней человека. [8]
«Просвещение на Руси во многом ориентировалось на византийскую образовательную модель, в ходе приобретая свои характерные, национальные черты».[9] Древнерусское просвещение строилось на едином книжном и богослужебном языке, отсутствовала церковная монополия на образование, светская власть на Руси, как и Византии, ставила своей задачей распространение просвещения, в которой важнейшей составляющей древнерусского образования являлось ортодоксальное христианское воспитание.
Глава II. Просвещение, воспитание в древнерусской школе X-XIV вв.
1) Начатое князем Владимиром Святославовичем дело организации государственного образования было продолжено Ярославом Мудрым, который в 1030 году учредил школу в Новгороде, «собра от старост и поповых детей 300 учити книгам»[10]. В распространении книжного образования был сделан новый шаг – оно становится доступным детям не только боярской знати, но и уличанских старост и приходских священников. Открытие и изучение берестяных грамот в Новгороде, Старой Руссе, Смоленске, Пскове, Витебске, Мстиславе, Твери, Звенигороде Галицком, Москве доказали, что в Древней Руси грамотой владели не только лица духовного звания и представители феодальной администрации, но и городское (посадское) население. Процент грамотных среди всего населения в начале XIII века не опускался ниже 1-2%, а в городах достигал 10%, т.е. 20% от числа взрослого населения[11]. Однако обучение грамоте представляло собой самую простую ступень образования, изначально не имевшую сословных ограничений. Более высокой ступенью являлось «книжное образование». С самых истоков образования на Руси формировалось особое уважение к книге, к книжному слову, так как распространению подлежали книги церковные, содержащие слово-учение о Божественной истине.
Особую роль в становлении отечественного образования и формировании культуры играли монастыри. Киево-Печерский монастырь стал одним из крупнейших центров духовности и культуры, здесь не только осуществлялось воспитание в духе христианской святости и готовились кадры церковных иерархов, но и формировался центр русского летописания, где монах Никон Великий явился инициатором создания первого Киево-Печерского свода 1073 года, в котором была выработана основная патриотическая концепция начальной русской летописи.
Духовное и патриотическое звучание обрела вся древнерусская литература. Ретроспективное (через Евангелие, идею спасения) видение и осознание мира, опирающиеся на ортодоксальную вероучительную и богослужебную традиции, становились основой общественного и семейного воспитания в Древней Руси.
Как отмечается в «Истории педагогики» А.Н. Джуринского, воспитательные постулаты исходили из культурных особенностей данного периода: «Христианская идея единого Бога, отца и заступника соответствовала родоплеменному устройству восточных славян. Христианские нравственные заповеди («трудись – и тебе воздастся», «возлюби ближнего своего» и пр.) оказались созвучны духовным и нравственным идеалам языческой Руси. Идея самопожертвования Христа ради человеческого рода легла на благодатную почву нравственных установлений восточных славян о жертвенности отдельной личности во имя семьи, общины и племени. Христианское мировоззрение постепенно проникало в языческое сознание, не только не разрушая его, но и взаимодействуя с ним»[12].
Кроме Священного Писания и Псалтири, в качестве средства воспитания и обучения использовались элементы византийской культуры – жития святых, поучения, притчи, откуда черпались идеалы и программа воспитания. Вскоре на основе византийской агиографии и по ее образцу начали создаваться творения русских авторов: «Изборник Святослава», «Печерский патерик», «Поучения Владимира Мономаха детям» и др.
Относительно содержания древнерусского воспитания и образования рассматриваемого исторического периода можно сделать вывод о том, что в структурном плане оно продолжало славянские дохристианские традиции соответствия культурным и социальным запросам трех главных его составляющих – духовно-мировоззренческой, общественно-нравственной и производственно-
Ортодоксально-христианская доминанта духовно-мировоззренческой составляющей просвещения, воспринятая от Византии, значительно усиливалась организаторами образования на Руси для преодоления языческих пережитков в условиях двоеверия, превратившись в основу содержания воспитательно-образовательного процесса.
2) Состояние древнерусского просвещения второй трети XIII – XVI вв. было обусловлено в организационном плане внешними и внутригосударственными политичеcкими условиями. Толька за XIII – первую пол. XV вв. Русь выдержала более 160 войн, «из которых 45 сражений с татарами, 41 – с литовцами, 30 – с немецкими рыцарями, а все остальные – со шведами, поляками, венграми и болгарами»[13].
Нашествие монголо-татар с 1237-1241 гг. вызвало резкое сокращение обучения и снижение уровня образования. Разорению и уничтожению подверглись очаги просвещения и хранилища духовной культуры – монастыри. В 1240 году был сожжен главный центр Древнерусской культуры – Киев. Гибли культурные ценности, горели книги, истреблялись и были угнаны в плен умельцы, мастера грамоты, книжники. Учение книжное пришло в упадок.
Положение усугублялось раздробленностью Древнерусского государства на отдельные враждующие между собой княжества. В новой политической и экономической ситуации вопросы образовательной политики не являлись первостепенными.
Однако в духовно-нравственном плане можно говорить о продолжении формирования своеобразной системы воспитания и образования, генетически связанной с традициями Киевской Руси, системы, имевшей общие черы и существенные различия с византийской образовательной системой и значительно отличающейся от западноевропейской.
Грамотность не являлась необходимым образовательным средством в составе общеобразовательного воспитания, она причислялась к техническим промыслам и рукоделиям, «к механическим хитростям»[14]. Начальные знания письменной культуры получали либо в семье, либо у грамотного человека из ближайшего окружения; появлялись и «мастера грамоты», которые занимались обучением детей специально и постоянно, совмещая учительскую деятельность с основной профессией. Несколько учеников, обучающихся у «мастера грамоты», составляли «училище»[15].
Так, В.Д. Аракин пишет: «Под школой того времени, безусловно, следует понимать одного учителя с небольшим количеством учеников, вероятно, никогда не доходившим до 10 человек, без деления на классы… По прошествии некотрого времени курс наук считался пройденным, и школа на этом кончала свое существование»[16].
Производственно-
Неизменным компонентом социализации для представителей всех сословий являлось усвоение устной народной культуры, вмещавшей представления об истории, географии, традиции родной страны, фольклорные жанры, народную этику и эстетику, традиционное общефилософское миропонимание; передача этих знаний и представлений осуществлялась через традиции народной педагогики, традиционно осуществляемой старейшими членами семьи и рода[17].
Повышенный уровень образования, специальные знания и навыки были востребованы двумя сферами – государственным аппаратом и Церковью. Однако государственные нужды в образовательных кадрах были вплоть до второй половины VII века невелики и удовлетворялись без создания светской образовательной системы. Многие специалисты высокой квалификации – медики, переводчики, архитекторы, художники, требовавшиеся ля княжеского двора, - приглашались из-за границы. Кроме того, делались попытки обучать русских за границей.
Книжное образование долгое время оставалось профессиональным образованием священников. Но богословского образования в Русской Православной Церкви еще не было, специальных школ, подобных европейским схоластическим школам, Церковь не создавала.
Православное духовно-мировоззренческое воспитание занимало центральное место в жизни русского народа. Обучение паствы ортодоксальным христианским догматам и наставление на пути духовного спасения входило в обязанности священства. Усвоению православного вероучения подрастающими поколениями всемерно способствовал весь уклад жизни русских людей, неразрывно связанный с жизнью церковной.
Таким образом, даже при отсутствии организованной системы образования каждый ребенок получал начальный комплекс знаний, необходимых для его социализации. У В.О. Ключевского читаем: «Главное внимание педагогики обращено было в другую сторону, на житейские правила, а не на научные знания. Кодекс сведений, чувств и навыков, какие считались необходимыми для усвоения этих правил, составлял науку о «христианском жительстве», о том, как подобает жить христианам. Этот кодекс состоял из трех наук, или строений: то были строение душевное – учение о долге душевном, или дело спасения души, строение мирское – наука о гражданском общежитии и строение домовное – наука о хозяйственном домоводстве. Усвоение этих трех дисциплин и составляло задачу общего образования в Древней Руси»[18].
Как видим, и в сложных условиях внешних войн и раздробленности Древнерусского государства сохранялась древняя единая традиция культурной целесообразности воспитания и обучения всего населения через осуществление трех составляющих: духовно-мировоззренческая (теперь – православная), общественно-нравственная, и производственно-
Глава III. Русское духовенство в борьбе за «книжного» человека.
Главным проводником просвещения в средние века было, как и везде, духовное сословие.
Постепенно на Руси воспитывались свои служители Церкви. Передача знаний, а как правило, и замещение священнослужительских мест происходили семейным, частным порядком – дети священников наследовали дело от отцов. Поэтому в организации церковных школ для мирян в целях подготовки будущих священнослужителей (как в Западной Европе, где священнослужители были связаны обетом безбрачия и не имели детей) прямой потребности не возникало. Это надолго (до XVII в.) предопределило семейный и домашний характер русского воспитания и обучения. Таким же домашним порядком учили при церквях и монастырях. «Церковно-приходское обучение в виде частного обучения у священника или диакона возникло на Руси вместе с церквями. Оно было бесплатно, внесословно и доступно каждому. Если в кафедральном соборе Киева учились, наряду с русичами, представители европейской знати и высшего клира, то в дальнем приходе могли обучаться и выходцы из низов. Содержание обучения в приходах Киевской Руси заключалось в чтении Священного Писания и книг духовного содержания. Реже обучали письму и счету. В исторических источниках имеются косвенные свидетельства тому, что греческие духовные лица, которых было не мало в Киевской Руси, учили и философским наукам, и греческому языку, и риторике, но традиция эта была утеряна после распада древнерусского государства и монголо-татарского завоевания. Знания белого духовенства на первых порах были ограничены основами вероучения и грамотой; в исторических источниках встречаются и жалобы на безграмотность и малограмотность священнослужителей». [19]
В среде русского монашества, напротив, встречались весьма образованные по тому времени люди. Монашеский образ жизни имел большое воспитательное влияние на современников. Аскетическая, настолько не похожая на обычную, жизнь монахов, связанная с всемерным самоограничением и преодолением мирских соблазнов, представляла собой убедительный пример победы духа над человеческим эгоизмом, корыстолюбием, страхами (жизнь в скитах и пещерах, куда удалялись первые русские монахи, была полна опасностей). Высокий общественный авторитет монашества закрепляли их духовные труды, важной составляющей которых было чтение и письмо. Монахи изучали труды отцов Церкви, выдающихся богословов, философов, историков, занимались переводами церковной литературы на церковно-славянский язык, писали летописи, составляли сборники поучений. Во многих монастырях эти занятия входили в круг ежедневных послушаний, выполняемых грамотными насельниками.
«В правление киевского князя Ярослава Мудрого (1019-1054) просвещение приобрело широкий размах: строились грандиозные киевские храмы – его центры, разворачивалась систематическая переводческая деятельность, появились библиотеки. Князь заботился о том, чтобы священники, назначаемые в приходы, были грамотными и могли бы учить паству».[20] Был принят Устав Ярослава – законодательство, в котором важное место занял брачный кодекс, упорядочивший семейные отношения. В кодексе было запрещено умыкание невест, многоженство, принуждение при вступлении в брак. Принятие этого кодекса утвердило добровольность и святость брачного союза, укрепило семью, повысило ответственность родителей за детей. Возникали школы и при княжеских дворах в Переяславле, Владимире, Чернигове, Турове, Ростове и в других городах.
В Киеве выросли монастыри, среди которых ведущую роль занял Печерский монастырь – центр книжного знания, летописания и обучения. Книги в Древней Руси были большой редкостью и считались источником, прежде всего духовной мудрости, они играли роль помощника в нравственном совершенствовании, помогали «быть христианином». Отсюда необычайно высокий престиж «книжного» человека – не просто грамотея, но умеющего читать, понимать и толковать духовную литературу. Художественная и учебная литература занимали очень мало места в круге читаемых в то время книг.
В Печерском монастыре переписывались и изучались греческие духовные книги, составлялись и оригинальные произведения, в которых осмысливалось своеобразие развития Руси как православно-христианского государства, а ее культуры – как продолжения культуры и Византии, и христианского Рима.
Вторым крупным центром просвещения был Великий Новгород, входивший в Ганзейский торговый союз, князья, бояре и купцы которого осуществляли самые тесные коммерческие и культурные связи с Западной Европой. Именно в Новгороде сохранился значительный массив берестяных грамот, содержание которых позволяет говорить о грамотности широких слоев населения древнерусских торговых городов. У ремесленного люда, мастеров, детей обучали практическим навыкам ремесла и торговли. По необходимости учили чтению и письму: среди берестяных грамот были найдены ученические прописи. Обучение на бересте было дорогим: чаще учили с помощью вощеных табличек, так как написанное на них легко стиралось и не требовало поэтому большого количества дорогого материала для письма.
Кроме Киева и Новгорода – основных центров просвещения Древней Руси, в ней постепенно начинают политически и культурно возвышаться северо-восточные города – Владимир, Суздаль, Ростов. Княжеская верхушка этих городов была тесно связана с Киевом и с Византией. О высокой культуре этих городов свидетельствуют памятники зодчества и литературы, сохранившиеся до нашего времени. В «Наставлении детям», дидактическом сочинении владимирского князя Константина Всеволодовича (XII в.), дается наказ опекуну княжеских детей – найти хорошего духовного наставника, который собственным примером и беседами сумел бы направить детей по правильному пути: «В град, в нем же живеши (в граде, в котором живешь), в иных окрестных градах, поищи ли единого человека, Бога боющася, и тому всею силою служи, обреете ли такого, то уже не скорби – обрете бо ключ Царствия небеснаго; тому прилни душею и телом: смотри житья его, хожения, сидения, взора, едения и всего обычая его пытай…».