Шоковая терапия

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

К концу 1991 года экономическое положение России настолько ухудши-лось, что иной альтернативы, чем качественный прорыв в рыночную экономи-ку, уже не осталось.

После падения коммунистического режима и распада СССР для России были исчерпаны возможности эволюционных преобразований. Возникли ос-новные предпосылки для продвижения к рынку по восточноевропейскому ва-рианту, концентрированным выражение которого стала впервые разработанная и примененная в Польше модель шоковой терапии.

Стратегия шоковой терапии включает два основных направления:

1. антиинфляционную стабилизационную  программу;

2. глубокие институциональные реформы, прежде всего кардинальные преобразования  форм собственности (приватизацию).

Сторонники шоковой терапии в России выделяют два этапа реализации своей экономической программы. На первой этапе (1-2 года) проводятся радикальные антиинфляционные меры, с тем чтобы достичь на этой основе рыночного и финансового равновесия. На втором этапе, длительность которого определяется примерно в 10-15 лет, предполагается осуществить намеченные фундаментальные преобразования в экономике и обеспечить ее подъем.

Стратегия шоковой терапии выглядит следующим образом. Главный упор делается на финансово-экономическую стабилизацию как средство достижения равновесия на рынке, сбалансированности государственного бюджета. Снижению инфляции и сбалансированию рынка способствуют резкое сокращение дефицита госбюджета и увеличение ссудного процента сверх уровня инфляции, что ведет к дополнительному сокращению текущего спроса. Повышение процента по вкладам симулирует сбережения. В результате всех этих мер создается возможность обеспечить более рациональные соотношения цен по отдельным товарам, отражающие реальный спрос.

Однако позитивные моменты шоковой терапии приводят к резкому снижению жизненного уровня населения, сокращению инвестиционного спроса, росту безработицы. Однако финансовая стабилизация в условиях России оказалась недостижимой за короткий срок прежде всего потому, что переход от подавленной инфляции к открытой, происшедший после либерализации цен, сразу обнаружил ее не монетарный, а преимущественно институциональный характер. Именно глубина деформаций в структуре российской экономики, в сложившихся в советский период стереотипах хозяйственного поведения сделала неизбежным инфляционный взрыв в России в процессе перехода к рынку.

В числе важнейших институциональных изменений в экономической системе России, проводимых в ходе шоковой терапии: либерализация цен; принятие антимонопольного законодательства; перевод предприятий на полный коммерческий расчет, разделение финансов предприятий и государства; ликвидация традиционного централизованного планирования; развертывание малой приватизации; разработка правовых и организационных основ для проведения большой приватизации; создание основ системы социальной защиты и т.д.

Таким образом, актуальность данной работы обусловлена определением последствий шоковой терапии на экономическое развитие РФ.

Целью данной работы является определение теоретических и практических аспектов шоковой терапии.

Задачи курсовой работы:

• определить теоретические аспекты шоковой терапии, преимущества и недостаки ее проведения;
• проанализировать шоковый путь перехода России к рыночным отношениям;
• охарактеризовать последствия проведения шоковой терапии в России.

1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ШОКОВОЙ ТЕРАПИИ

1.1. Сущность шоковой терапии

Модель «шоковой терапии» — наиболее «жесткий» вариант трансформации экономики. Ее типичными чертами являются1:

• стремление к одномоментному и административному (по методам реализации) разрушению прежней системы бюрократического централизованного планирования и «внедрению» рынка;
• ускоренная радикальная передача государственной собственности в руки частных лиц, обладающих достаточными капиталами и или административной властью;
• ориентация на достижение «точки невозврата» (создание буржуазной рыночной модели) как самоцели, за реализацию которой общество неизбежно должно заплатить высокую экономическую и социальную цену.

Именно эта модель (как наиболее радикальная и яркая) принята за отправную точку при анализе закономерностей переходной экономики. Поэтому нет нужды повторять, что в этих условиях рыночная саморегуляция существенно потеснена монополизмом при разрушении государственного регулирования и превращении его в один из видов локального контроля; частная собственность оказывается по своему содержанию корпоративно-номенклатурной; экономика развивается по асоциальному пути, а «финансовая стабилизация», в конечном итоге, становится дорогой в стагфляционную ловушку.

Шоковая терапия представляет собой программу, которая была разработана специалистами Международного валютного фонда и Мирового банка и предлагалась странам Восточной Европы для осуществления трансформации экономических систем в направлении рыночной экономики и предусматривает ускоренные преобразования в течение 10-15 лет.

Программа шоковой терапии содержит комплекс реформ, состоящий из четырех групп (пакетов или мер):

1. Макроэкономическая стабилизация:

• ужесточение налоговой политики;
• ужесточение кредитной политики;
• ликвидация «избыточной» денежной массы.

2. Реформа цен и рынка (либерализация  экономики):

• Товары и услуги: реформа внутренних цен; либерализация внешней торговли; либерализация системы распределения;
• Труд: либерализация системы заработной платы; либерализация рынка рабочей силы;
• Финансы: реформа банковской системы; реформирование процентных ставок; прочие финансовые рынки

3. Развитие частного сектора, приватизация:

• малая приватизация и развитие частного сектора;
• крупномасштабная приватизация;
• оформление прав частной собственности;
• структурная перестройка, ликвидация монополий.

4. Пересмотр роли государства:

• законодательная реформа;
• институциональная реформа;
• социальная сфера.

Содержание пакетов предлагаемых реформ и преследуемые при этом цели, по мнению разработчиков, коротко сводятся к следующему.

Макроэкономическая стабилизация предполагает ужесточение налоговой и кредитной политики по отношению к предприятиям, исправление различных диспропорций, порожденных «избытком» денежной массы (т.е. накопленной суммы денег, которую просто не на что потратить). В результате на рынке (прежде всего, потребительском) должно наступить равновесие, а государственный бюджет достигнет сбалансированности. Тем самым будет ликвидирован инфляционный потенциал в виде излишнего количества денег населения и предприятий.

Меры по либерализации экономики связаны с переходом к конкурентным рыночным отношениям и соответствующей реформой цен. На первых порах введение свободных цен приводит к бесконтрольному расширению рынков товаров и услуг, что, в свою очередь, требует демонополизации торговли и транспорта. Очень важный момент в комплексе системных преобразований относится к созданию рынков факторов производства: рабочей силы и финансовых ресурсов.

Третий пакет мер предполагает реформу и структурную перестройку производства и предприятий. Первый шаг в этом направлении заключается в четкой формулировке прав государственной собственности и разделении функций государства как собственника и функций государства как органа, регулирующего экономические процессы в стране в целом. Важное место занимает осуществление программ приватизации. Оформление гарантированных прав частной собствен-ности и облегчение процессов создания новых частных предприятий имеют критически важное значение. Реформу производства невозможно провести без ликвидации крупных монополий, перемещения или увольнения излишков рабочей силы, прекращения убыточного производства, перепрофилирования и ликвидации предприятий.

Реформа государственного управления требует переосмысления роли государства в экономике: оно должно отказаться от прямой собственности и контроля за производством и заменить их косвенным регулированием, которое бы поощряло экономическую адаптацию и частную экономическую деятельность. Необходимо реформировать основные правительственные институты, включая Центральный банк и налоговые ведомства, провести корректировку статей бюджета, наладить систему контроля.

Другая важная задача государства — реформировать систему социального обеспечения, чтобы освободить предприятия от выполнения широких социальных функций и создать гибкую систему социальной поддержки, позволяющей смягчить последствия надвигающейся безработицы, которая будет расти по мере ужесточения финансово-кредитной политики. Государство должно установить соответствующие юридические рамки для коллективных сделок и деятельности частного сектора и сформировать законодательные институты, обеспечивающие их соблюдение2.

Разработанная до деталей программа вряд ли может быть с одинаковым успехом применена в разных странах. Специфические особенности каждого отдельного хозяйства безусловно повлияют и на ход преобразований, и на достигаемые эффекты. В то же время, по мнению разработчиков этой программы, все меры должны быть взаимосвязаны и очень важно с самого начала сформулировать долгосрочную стратегию одновременно приступая к действиям на многих направлениях. Некоторые реформы возможно предпринимать лишь на поздних этапах, когда уже достаточно развиты рыночные механизмы, заменяющие административный контроль.

Согласно логике выработанных рекомендаций системные преобразования должны начаться с макроэкономической стабилизации и сразу-же вслед за ней или одновременно должна проводиться реформа цен и торговли, включая частичную конвертируемость домашней валюты, чтобы поощрить конкуренцию и привлечь иностранные инвестиции. В это же время начинается законодательная реформа налоговой системы, что поможет государству получать средства в условиях ограниченного прямого распределения доходов. Меры по социальному страхованию от безработицы снижают социальную и политическую напряженность и обеспечивают политическую поддержку проводимым преобразованиям.

Стимулирование развития мелкого частного предпринимательства и малая приватизация помогают формированию свободной системы распределения, снижают влияние проблемы занятости на процесс реформирования крупных государственных предприятий и усиливают внутреннюю конкуренцию. Перестройку и приватизацию средних и крупных предприятий следует проводить на ранних этапах, но они требуют времени. Либерализация рынка рабочей силы начинается со свободы найма и увольнения. Изменение структуры заработной платы задается реформой предприятия и происходит на последующих этапах преобразования.

1.2. Преимущества и недостатки проведения шоковой терапии

Сторонники шоковой терапии считают, что деструкция плановой системы вызывает огромную инфляцию, поэтому макроэкономическая стабилизация является первейшей задачей. Она должна быть осуществлена как можно быстрее и только при помощи радикальных мероприятий. Первым таким мероприятием является сбалансирование бюджета, так как с позиций теорий монетаризма именно бюджетный дефицит и способ его покрытия за счет эмиссии денег являются основной причиной инфляции. Равновесие бюджета достигается как путем реформирования налоговой системы, которая обеспечивает основной приток средств в бюджет, так и с помощью значительных сокращений расходных статей.

Основными статьями расходов являются субсидии предприятиям. Следовательно, необходимо либерализовать цены и отказаться от их государственного регулирования. Предполагается, что тем самым создаются условия для установления рыночных цен на уровне равновесия спроса и предложения. Государство снимает с себя обязательства по выделению денежной помощи предприятиям, которые теперь должны необходимые средства зарабатывать на рынке, проводя рациональную ценовую политику. С отменой субсидий предприятиям сокращаются расходные статьи бюджета и возникает возможность его сбалансированности, а значит, по теории шоковой терапии, и создаются условия по приостановке инфляции. В то же время все эти мероприятия означают сильнейший удар по уровню жизни населения. Поэтому эти процедуры следует осуществлять как можно раньше и не растягивая во времени.

Другими словами, макроэкономическая стабилизация означает установление жестких бюджетных ограничений со стороны государства. Лишь тогда, когда предприятия столкнутся с невозможностью бесплатного финансирования своей деятельности из государственного бюджета, они начнут действовать в соответствии с рыночными закономерностями и адекватно реагировать на потребительские импульсы.

Тактика поведения предприятия в сложившихся условиях может быть описана следующим образом. В ответ на либерализацию цен следует ожидать значительного повышения предприятиями цен на свою продукцию. Они будут стремиться получить прибыль исключительно за счет потребителей. Однако вследствие закономерного снижения уровня жизни населения, что неизбежно происходит при реализации шоковой терапии, объем продаж падает, а на государственных предприятиях накапливаются большие запасы продукции. Рост запасов продолжается до тех пор, пока предприятия не столкнутся с нехваткой денежных средств, необходимых для нормального процесса производства. При ужесточении денежной политики они будут пытаться использовать собственные финансовые резервы, затем потребуют у правительства дешевые кредиты, а у банков — денежные средства под отрицательные, в реальном выражении, проценты. Следующий шаг предприятий — прекращение оплаты счетов своих поставщиков. Накапливается огромная доля взаимной задолженности. Именно в этот момент правительство должно проявить политическую волю и не поддаться давлению со стороны промышленных групп. Согласно логике шоковой терапии, последовательное проведение политики на ужесточение бюджетных ограничений уже на следующем этапе приводит к закономерной реакции производителей — снижению цен на производимую продукцию. Предприятия будут стремиться не создавать запасы, а реализовывать товары, чтобы получить готовые деньги и увеличить скорость их обращения. В результате возникнет конкуренция между производителями за покупателя и сложится рынок покупателя.

Метод шоковой терапии, по мнению его сторонников, позволяет в очень короткое время изменить модель поведения предприятий в направлении рыночной рациональности.

Следующая группа аргументов в пользу шоковой терапии касается специфических особенностей промышленной структуры посткоммунистических стран. Эта структура является сильно монополизированной, часты случаи, когда в стране имеется лишь один производитель конкретного вида продукции. Поэтому в краткосрочном плане конкуренцию ему могут составить лишь зарубежные фирмы. Кроме того, только импорт может принести в страну и мировые стандарты качества продукции. Для включения иностранных фирм в домашнюю производственную структуру необходимы быстрые изменения, создающие условия, максимально приближающиеся к рыночным. Лишь тогда иностранный капитал может принять риск, связанный с участием в экономике по-сткоммунистических стран. Иностранная конкуренция будет, со своей стороны, способствовать развитию настоящего рынка в стране3.

Сторонники шокового пути трансформации в качестве важнейшего аргумента в пользу быстрого перехода к рыночным отношениям указывают на расцвет коррупции. Как показывает опыт, на ранних стадиях перехода к рынку коррупция достигает невиданных размеров. Создать ей препятствия с помощью административных мер очень трудно. Возможный путь борьбы с коррупцией состоит в сокращении государственного регулирования, устранении как можно большего числа всяких административных ограничений и всякого рода вмешательств государственных чиновников в ход экономических процессов. Тем самым уменьшатся возможности получения взяток за выдачу разного рода разрешений, лизенций, установления квот и т.д.

Также указывается на теоретическую невозможность долговременного существования в рамках одной страны элементов двух противоположных систем. Уровень конфликтности, нестабильности системы в такой ситуации резко возрастает. Поэтому наиболее радикально настроенные сторонники шоковой терапии считают, что постепенное совершенствование институтов старой системы невозможно и единственно приемлемый путь — их полная отмена и создание институтов новой рыночной системы.

Наконец, еще одна группа аргументов относится к «политическому моменту». Дело в том, что предлагаемые изменения вызывают значительное ухудшение уровня жизни населения: снижение реального уровня оплаты труда, рост цен и безработицу, деструкцию всей ранее существовавшей системы социального обеспечения и т.д. Ожидать длительную социальную поддержку проводимым реформам не приходится. И чем более продолжительным будет период подготовки к реформам, тем труднее люди будут переносить ухудшение своего положения. Чтобы не произошло социального бунта в обществе, необходимо быстрое принятие одного большого «пакета» законов, причем без больших дискуссий и обсуждений в обществе. Защитники шоковой терапии согласны с тем, что реализация предлагаемых мер означает огромный спад в экономике, но считают, что не столько важна глубина первоначального спада, сколько умение правительства дать людям почувствовать, как можно раньше, что началось движение вверх.

В основе политики шоковой терапии лежит крайняя форма неолиберализма, которая является такой же радикальной в своей сущности теорией, как противоположная ей и господствовшая ранее в этих странах теория централизованного планирования. Ее принятие объясняется стремлением части интеллигенции создать такие условия, которые бы исключили всякую возможность изменения политического курса страны на следующих выборах. Это проявляется, прежде всего, в кардинальной деструкции всех основ и элементов предшествующей системы. Высказывается уверенность, что именно радикальная всеобхватывающая реформа создает в обществе ту «критическую массу» перемен, встраивает в экономику столько «точек невозврата», что результаты уже не могут быть переделаны и поворот к старому становится невозможен.

По мнению критиков шоковой терапии, в основе этой теории лежит безграничная вера в самоорганизующий характер рынка, которая является в настоящее время достаточно наивной. Страны Восточной Европы, пользуясь этой моделью, проводят простейший капиталистический эксперимент восемнадцатого века. Модель свободного рынка не соответствует задачам индустриальной реконструкции экономик России и Восточной Европы в условиях конкуренции с технологически развитыми современными рыночными странами. То, что пытаются создать, уже устарело по историческим стандартам. Вместо создания новой экономической и политической системы, способной развиваться очень быстро и вскоре перегнать богатейшие страны мира, за модель принята крайне мифологизированная интерпретация образца свободного рынка. Критики считают, что должна быть разработана новая модель, позволяющая приспособиться к существующим реалиям современных рыночных обществ и сразу, с точки зрения технологических стандартов, приблизиться к развитым странам мировой экономики4.

Критикуя стратегию шоковой терапии, часто указывают, что она является исключительно разрушительным процессом, который наряду с уничтожением основ существующей системы устраняет и всякую возможность для позитивного роста и развития экономического потенциала общества. Предпочитая быстроту разрушения старой системы всем другим задачам, прежде всего задачам развития, шоковая терапия, как полагают отдельные ученые, прокладывает путь «в никуда».

Выбранная модель предполагает нерегулируемое развитие фирм и слабое государственное вмешательство. Роль государства в экономике ограничивается определением прав собственности, разработкой юридических норм, созданием условий, при которых не возникали бы помехи для развития частного предпринимательства. С точки зрения критиков шоковой терапии, современный опыт развития показывает, что успешных экономических преобразований не может быть без активного и последовательного вмешательства государства. Такие проблемы, как например, загрязнение окружающей среды, обнищание части населения, периодически нарастающая безработица, преобладание во властных структурах богатейших монопольных группировок и т.д., в подавляющем боль-шинстве стран решаются через систему государственного регулирования, руководства и целенаправленных действий государства на рынке. Частым приемом, который используется в дискуссиях критиками шоковой терапии, является подчеркивание огромных успехов, достигнутых в последние десятилетия странами Восточной Азии. Этот успех вместе с другими факторами обеспечила и активная регулирующая роль государства в экономике. Государство наряду с другими общественными институтами активно участвовало как в распределении инвестиционных ресурсов, так и в проведении макроэкономической, инвестиционной, торговой, конкурентной и технологической политики. В этом видится залог экономического успеха восточноазиатских стран.

Относительно общей концепции трансформации постсоциалистической экономики критики считают, что шоковая терапия не уделяет достаточного внимания проблемам структурных и институциональных изменений, которые не могут быть реализованы быстро. С этой точки зрения первичная цель по макроэкономической стабилизации является ошибочной с самого начала. Дело в том, что плановая экономика — это экономика, специально созданная, чтобы функционировать без денег. Поэтому на макроэкономическое ужесточение она реагирует искаженным образом. Необходимы прежде всего институциональные и структурные изменения, включая создание реального частного сектора, проведение земельной реформы, демонополизацию экономики, хотя бы первые признаки конкуренции, перестройку структурыыспроса и предложения и многое, многое другое, прежде чем в качественно иной экономической обстановке можно будет ставить и реально решать проблему макроэкономической стабилизации.

Политика шоковой терапии абсолютно не соответствует уже сложившемуся высокоиндустриальному статусу восточноевропейского региона. Выбранный путь, наоборот, своим результатом имеет переориентацию этих стран на специализацию в производстве сырья и промежуточных товаров. Скорее всего, это будут слаборазвитые экономики, действующие на периферии индустриального мира, получающие в обмен на сырье и полуфабрикаты готовые высококачественные товары и полностью оторванные от достижений современной технологической революции. Другими словами, этим странам, предупреждают некоторые аналитики, предлагается вернуться на то место, которое они занимали в мировой экономике в былые времена.

С позиций более рациональной и социально приемлемой организации процесса трансформации ряд ученых предлагает и более осторожное отношение к наследию социалистической системы. Хотя последняя, с точки зрения экономической эффективности, характеризуется полной неудачей, тем не менее, ряд ее элементов, как например, высокий уровень образования населения, удовлетворение основных человеческих потребностей, создание ряда вы-сокотехнологических продуктов и производств на уровне мировых стандартов, не следует полностью отметать. Если «архитекторы» перехода к рынку рассматривают наследие социализма как чистые долги, то более прагматическое использование этого наследия может и должно быть конструктивно встроено в стратегию трансформации посткоммунистических стран.

Более осторожная, преемственная по отношению к старой системе политика трансформации необходима и в силу достаточно длительного периода формирования рыночных институтов и рыночной модели поведения субъектов хозяйствования. Выше мы показали, что стратегия шоковой терапии предполагает достаточчо быструю адаптацию хозяйственных субъектов к рыночному поведению. Критики этой стратегии ставяя под сомнение возможность, считая, что процесс обучения людей новым социально-экономическим стереотипам поведения — сложен и долог и не благоприятствует быстрым переменам. Постижение деловой этики, юридических аспектов экономической жизни отнимет много времени. Они считают, что экономиччские институты не следует трансплантировать «хирургическим» путем, требуется создать возможности для их естественного развития.

Шоковая терапия по используемым инструментам настолько инфляционна, что приводит к стагнации и спаду производства, вызывает дальнейшую деиндустриализацию большого сегмента региона. Заложенная в ней низшая точка экономического спада, с социальных позиций, настолько глубока, что не может не вызвать социальных взрывов в краткосрочной перспективе. В долгосрочной перспективе она ведет к размыванию среднего класса, который является основой любой устойчивой экономической и политиччской системы. Вместо создания среднего класса происходит резкаяяполяризация общества на незначительную группу очень богатых людей и основную массу населения, живущую близ черты бедности5.

В конечном счете, критики концепции шоковой терапии считают, что выбор стратегии зависит от конечной цели, поставленной правительством. Если эта цель сводится к разрушению старой системы, то в этом случае нет препятствий для использования шоковой терапии. Если же задача сводится к стимулированию экономического роста и развития страны, технологическому прогрессу, созданию богатого и развитого современного общества, то эта концепция явно неприемлема. В этом случае должна быть сформулирована новая концепция преобразований, которая предполагает и активное участие государства в экономической жизни общества, а также не пренебрегает и определенными социальными индикаторами, развитой системой социальной поддержки населения.

2. АНАЛИЗ ШОКОВОГО ПУТИ ПЕРЕХОДА РОССИИ К РЫНОЧНЫМ ОТНОШЕНИЯМ

2.1. Специфика осуществления шоковой терапии

В конце 60-х годов началось плавное замедление темпов развития, и экономика вышла на застой середины 70-х. То есть, произошло лизисное замедление темпов роста и переход к стабилизации.

В начале 80-х начался следующий лизисный переход — от стабильного состояния падению производства, ставшего очевидным к началу 90-х годов.

Шоковая терапия, начатая в январе 1992 года, была российской попыткой перехода к рыночной экономике. Программа шоковой терапии была разработана Е. Гайдаром при поддержке западных экономистов, МВФ, и МБ.

Три основных принципа шоковой терапии — стабилизация, либерализация и приватизация — имели совершенно иной эффект, чем ожидали ее сторонники, и каждый элемент формулы внес свой вклад в катастрофическое положение экономики России.

Стабилизация определяла границы государственного дефицита и другие элементы макро экономической политики, которые МВФ и МБ проводили на практике как условия для представления кредитов в странах Латинской Америки для преодоления в них структурной инфляции. Однако шоковая терапия не стабилизировала экономику, а скорее вела к положению, представляющему собой комбинацию депрессии и инфляции. Наблюдался чудовищный спад промышленной продукции с поддерживающимся ростом инфляции, уничтожившим все сбережения и средний класс, то есть ту часть населения, которая составляет ядро любой политической и социальной системы. Одним из многих последствий неудачи политики стабилизации и последующих за ней депрессии и инфляции является истощение инвестиций, разрушение капитала и отток его за границу. Это сопровождалось массовой безработицей, падением заработной платы и жизненного уровня, ведущих к обнищанию большей части населения. В то время как жизненные условия ухудшались, сеть социального обеспечения сокращалась, поскольку такие услуги государства, как здравоохранение, образование, субсидирование жилья и продуктов питания становятся недоступными для большинства населения. В дополнение, все другие системы социального обеспечения, стандартные для современного государства, такие как охрана окружающей среды, образование, наука и технологии, также приходят в упадок. До сегодняшнего дня эти системы не оправились от шоковой терапии и должны быть восстановлены6.

Либерализация означает, что механизм установления цен действует исключительно рыночным образом. В теории, если цены устанавливаются рынком, то они отвечают условиям спроса — предложения. Однако, реальность отличается от этой схемы. Совсем не рынок определял цены в России, а монопольные приватизированные предприятия, мафия, контролировавшая важнейшие сектора экономики и коррумпированные чиновники. Это остается в определенной степени и сегодня.

Приватизация означает передачу государственных предприятий в частные руки. Предполагалось, что это станет побудительным мотивом для владельцев, руководителей предприятий и рабочих. Российская приватизация началась в середине 1992 г. и представляла собой одну из самых всеобъемлющих перестроек крупнейшей мировой экономики в истории. Приватизация государственных предприятий, когда новыми владельцами становились обычно старые управляющие, привела к созданию монопольных фирм с весьма предсказуемым монопольным поведением, включающим гонку цен. Более того, мотивация новых владельцев вовсе не была позитивной, то есть стремящейся к новым инвестициям, улучшению и увеличению производства, производительности труда и экспорту. Напротив, она скорее была негативной в том смысле, что новые владельцы искали возможности получения дополнительной ренты и краткосрочной личной прибыли. В результате фирмы лишались своих капиталов, а новые владельцы стремились продать не только свою продукцию, но и основной капитал, сырье и т.д. Выручка от этих продаж переводилась на личные офшорные счета. Новые приватизированные предприятия становились легкой целью всякого рода вымогателей, а регулирующие меры властей были не в состоянии помешать этому процессу.

С профессиональной точки зрения, шоковая терапия Гайдара действительно достигла своих целей, причем в кратчайшие сроки. Другой вопрос, какими они были в действительности — эти цели. Если вспомнить, то у шоковой терапии их было три. Две первые наполнить магазины товарами и сделать невозможным возврат назад, в прежнюю систему хозяйствования — совершенно очевидно были достигнуты. Товары в магазинах появились. Другое дело, что они стали не по карману большинству населения, но — цель доступности изначально и не ставилась. Была обеспечена и необратимость изменений. А вот третьей целью было — быстро добиться падения производства, а отнюдь не его роста.

Падение производства закладывалось в программу под эвфемизмом «структурная перестройка экономики», причем Гайдар совершенно не скрывал, что это одна из целей — закрытие нерентабельных или убыточных предприятий, прекращение выпуска «ненужных» и не пользующихся спросом товаров и т.д. Правда, Гайдар обещал, что потом начнется рост. Но рост не был целью программы Гайдара, которая была программой быстрого и кардинального подавления тогдашней экономики. Что же касается промышленного роста, то он прогнозировался как объективное следствие действия рыночных механизмов после завершения программы. С профессиональной точки зрения, такой тип программы широко известен под названием «отрицательный кризис с положительным лизисным выходом» (рис. 2.1)7.