Системный подход в государственном и муниципальном управлении

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность  настоящей курсовой работы определяется необходимостью постоянного совершенствования и развития фундаментальных теоретических основ системного подхода, обеспечивающего целостность общесистемного отражения и основанных на нём организации и управления, эффективно реализуемых в современной, прогрессивно саморазвивающейся  информационно-технологической и коммуникационной среде.

Одним из наиболее мощных направлений в решении  этой проблемы является конструктивная теория общих систем, основы которой  представлены в данной монографии. Её главными и наиболее значимыми  характеристиками являются:  1) общесистемность (реализованная на уровне общефилософского, целостного подхода к отражению мировых процессов), 2) высокая степень саморазвивающейся информационно-технологической конструктивности, эффективно соединяющей в единых, динамично оптимизирующихся комплексах любые предметно- и объектно-ориентированные подходы в целостные, функционально-ориентированные системы (направленные на актуальное, саморазвивающееся, динамично оптимизирующееся,  комплексное  решение сложнейших проблем современности) на основе единой, саморазвивающейся, общесистемной, конструктивной, объектно - и предметно-независимой основе – конструктивной методологии общесистемного отражения. Эта общесистемная, конструктивная методология управления  представляет структурно-функциональный подход к построению общей теории систем. Базовым понятием конструктивной теории является понятие конструктивного множества, которое представляет собой функционально-алгоритмическую, саморазвивающуюся структуру, получаемую в результате рекуррентно-рекурсивного применения общесистемного, математически универсального алгоритма актуализации функционального потенциала объекта конструктивного моделирования. Последовательное применение алгоритма конструктивного развития конструктивного множества даёт определение конструктивных систем различных структурно-функциональных уровней: конструктивных систем, полных конструктивных систем и общих конструктивных систем.

          Таким образом, решается основная  проблема эффективной реализации  системного подхода в управлении , состоящая в определении конструктивной общесистемной канонической формы представления моделей сложных систем (как объектно- и предметно-независимой формы представления объективного содержания организации), которую предоставляет конструктивная методология общесистемного моделирования (к-методология). На основании этой саморазвивающейся структурно-функциональной  канонической формы обеспечивается конструктивное согласование всех форм системного моделирования в общесистемном пространстве, представленном в концепции общесистемного решающего поля (РП).

Наиболее  общая  классификация  систем  предполагает  разделение их на естественные (Создаются природой или обществом) и искусственные (созданные человеком). Система может включать большой перечень элементов и её можно разделить на ряд подсистем. Подсистема - это набор элементов, представляющих автономную внутри этой системы область, например, технологическая, экономическая, организационная, правовая подсистема. Крупные подсистемы, обычно, называют системами. Основными являются техническая (станки, оборудование, компьютеры…), биологическая (флора, фауна планеты, в том числе относительно замкнутые биолог. Подсистемы например, муравейник, человеческий организм..), социальная или общественная (харся наличием человека в качестве объекта управления)» ¹.

Сейчас общая теория систем как наука носит междисциплинарный  характер. Ученые различных сфер деятельности используют системный подход в своих  исследованиях. Особое внимание системному подходу обращено в процессах  государственного, муниципального и внутрифирменного управления. Этим и объясняется актуальность нашего исследования.

Цель работы - описать функционирование принципов теории систем в государственном и муниципальном управлении.

Объектом исследования стала общая теория систем.

Предметом – реализация принципов теории систем в процессе государственного и муниципального управления.

Задачи работы соответствуют цели. Среди главных из них выделим следующие:

1. Рассмотреть роль тектологии в общей теории систем и понятии «система» .
2. Изучить понятие «система» как смыслообразующее ядро общей теории систем.
3. Исследовать классификацию систем, предложенную Л. Берталанфи
4. Охарактеризовать социальные системы как объекты государственного -управленческого воздействия
5. Описать свойства сложных социальных систем в управленческом контексте
6. Оценить эффективность системного подхода в государственной и муниципальной деятельности

Структура работы соответствует задачам. Работа состоит из введения, двух глав включающих в себя по 3 параграфа, заключения, списка источников и литературы.

Малоизвестным и поныне остаётся факт, что уже в самом  начале XX века русский физиолог Владимир Бехтерев, совершенно независимо от Александра Богданова, обосновал 23 универсальных закона и распространил их на сферы психических и социальных процессов. Впоследствии ученик академика Павлова Пётр Анохин строит «теорию функциональных систем», близкую по уровню обобщённости к теории Берталанфи. Нередко в роли одного из основателей теории систем фигурирует основатель холизма Ян Христиан Смэтс. Кроме того, во многих исследованиях по праксеологии и научной организации труда нередко можно встретить указания на Тадеуша Котарбинского, Алексея Гастева и Платона Керженцева, причисляемых к основоположникам системно-организационного мышления. Рассмотрим исследования основоположников общей теории систем и людей, предвосхитивших развитие этой теории.

     Первый вариант общей  теории систем был предложен  в 1912 г. А. А. Богдановым (псевдоним; настоящая фамилия Малиновский; 1873–1928) в виде учения о тектологии.

А. А. Богданов — это философ (основоположник раскритикованной В. И. Лениным концепции  эмпириомонизма, а также создатель  тектологии), политический деятель (занимал  видное место в российском социал-демократическом движении), писатель (автор нескольких утопических романов), врач и один из организаторов системы здравоохранения в СССР.      “Всеобщую организационную науку, — отмечает А. А. Богданов, — мы будем называть “тектологией”,  что в переводе с греческого означает “учение о строительстве”². Термин “строительство” является синонимом для современного понятия “организация”. Тектология Богданова - « это общая теория организации и дезорганизации, наука об универсальных типах и закономерностях структурного преобразования любых систем. Несомненно, что А. А. Богданову удалось заложить основы новой синтетической науки, хотя и не получавшей признания длительное время» ³.

Основная идея тектологии состоит  в тождественности организации систем разных уровней: от микромира — до биологических и социальных систем. Относительно социальных процессов А. А. Богданов считал, что «всякая человеческая деятельность объективно является организующей или дезорганизующей. Он полагал, что дезорганизация частный случай организации. Во всем мире происходит борьба организационных форм, и в ней побеждают более организованные формы (неважно, идет ли речь об экономике, политике, культуре или идеологии). Это происходит из-за того, что организационная система всегда больше, чем сумма ее составляющих элементов, а дезорганизационная — всегда меньше суммы своих частей» ⁴.

Поэтому главная задача тектологии заключается в лучшей организации  вещей (техники), людей (экономики) и  идей.

А. А. Богданов считал, что «всякую  деятельность человека можно рассматривать как некоторый материал организационного опыта и исследовать с организационной точки зрения. Это положение — ключевая позиция современного менеджмента. Богданов внес заметный вклад в становление и развитие науки управления. Он выступает представителем организационно-технологического подхода к управлению. Отмечал, всякая задача может и должна рассматриваться как организационная.

 А. А. Богданов одним из первых в мире ввел понятие системности. Состояние системы определяется равновесием противоположностей. В результате непрерывного взаимодействия формируются три вида систем, которые он подразделяет на организованные, неорганизованные и нейтральные» ⁵.

     Ученый разработал  идею о структурной устойчивости  системы и ее условиях. В самой системе одним из первых увидел два вида закономерностей: 
а) «формирующие, т.е. закономерности развития, приводящие к переходу системы в другое качество;

б) регулирующие, т.е. закономерности функционирования, способствующие стабилизации нынешнего качества системы» ⁶.

Он ввел также ряд интересных понятий, характеризующих этапы  развития различных систем. Так, термин “комплексия” употреблялся им для  обозначения ситуации, когда система  представляет собой чисто механическое объединение элементов, между которыми еще не начались процессы взаимодействия. Это характерно для случаев, когда, скажем, предприниматель начинает создавать организацию (набрал кадры, закупил технику, нанял помещение и т.д.), но она еще не функционирует.

 Термин “конъюгация” (по Богданову) означает уже такой этап развития системы, когда начинается сотрудничество между ее отдельными элементами системы (например, работники установили между собой формальные и неформальные отношения).

Термин “ингрессия” «выражает  этап перехода системы к новому качеству (например, рост сплоченности, взаимопонимания, сработанности коллектива), а понятие “дезингрессия”, наоборот, означает процесс деградации системы, ее распада как целостного объединения» ⁷.

       В Берлине А.  А. Богданов опубликовал свои идеи. С ними ознакомился австрийский биолог и философ Людвиг фон Берталанфи (1901–1972), который создал второй вариант общей теории систем.

«Одним из результатов Второй мировой войны было развитие ряда научно-технических направлений исследований. Например, кибернетика возникла в результате исследований и разработок по автоматизации зенитных установок. Ряд продолжают такие исследования, как «системный анализ» известной американской корпорации «RAND» (создана в 1948)^[10] и британское «исследование операций» к которым позже присоединяется и системная инженерия («системотехника» в советском переводе).

Так, во время Второй мировой войны около 1000 человек в Великобритании были заняты в разработках в области исследования операций. Около 200 таких исследований было выполнено для британской армии. Патрик Блэкетт работал в нескольких различных организациях в ходе войны. В начале войны, работая на королевскую британскую авиацию, он создал команду, известную как «Круг», работавшую по вопросам зенитной артиллерии.

Интеграция этих научно-технических  направлений в основной состав общей теории систем обогатила и разнообразила её содержание» ⁸.

Как в трудах Людвига фон Берталанфи и в сочинениях Александра Богданова, так и в трудах менее значительных авторов, рассматриваются некоторые общесистемные закономерности и принципы функционирования и развития сложных систем. Среди таковых традиционно принято выделять:

- “гипотеза семиотической непрерывности”. «Онтологическая ценность системных исследований, как можно думать, определяется гипотезой, которую можно условно назвать „гипотезой семиотической непрерывности“. Согласно этой гипотезе, система есть образ её среды. Это следует понимать в том смысле, что система как элемент универсума отражает некоторые существенные свойства последнего. Семиотическая непрерывность системы и среды распространяется и за пределы структурных особенностей систем. Изменение системы есть одновременно и изменение её окружения, причём источники изменения могут корениться как в изменениях самой системы, так и в изменениях окружения. Тем самым исследование системы позволило бы вскрыть кардинальные диахронические трансформации окружения» ⁹,

- “принцип обратной связи”. Положение, согласно которому «устойчивость в сложных динамических формах достигается за счёт замыкания петель обратной связи: “если действие между частями динамической системы имеет этот круговой характер, то мы говорим, что в ней имеется обратная связь”. Принцип обратной афферентации, сформулированный академиком Анохиным П. К., являющийся в свою очередь конкретизацией принципа обратной связи, фиксирует что регулирование осуществляется “на основе непрерывной обратной информации о приспособительном результате» ¹⁰;

- “принцип организационной непрерывности” (А. А. Богданов) утверждает, что «любая возможная система обнаруживает бесконечные “различия” на её внутренних границах, и, как следствие, любая возможная система принципиально разомкнута относительно своего внутреннего состава, и тем самым она связана в тех или иных цепях опосредования со всем универсумом — со своей средой, со средой среды и т. д. Данное следствие эксплицирует принципиальную невозможность “порочных кругов”, понятых в онтологической модальности. “Мировая ингрессия в современной науке выражается как принцип непрерывности. Он определяется различно; тектологическая же его формулировка проста и очевидна: между всякими двумя комплексами вселенной, при достаточном исследовании устанавливаются промежуточные звенья, вводящие их в одну цепь ингрессии» ¹¹;

- “принцип совместимости” (М. И. Сетров), фиксирует, что «условием взаимодействия между объектами является наличие у них относительного свойства совместимости”, то есть относительной качественной и организационной однородности» ¹²;

- “принцип взаимно-дополнительных соотношений” (сформулировал А. А. Богданов), дополняет закон расхождения, фиксируя, что «системное расхождение заключает в себе тенденцию развития, направленную к дополнительным связям” . При этом смысл дополнительных соотношений целиком “сводится к обменной связи: в ней устойчивость целого, системы, повышается тем, что одна часть усваивает то, что дезассимилируется другой, и обратно»,

- “закон необходимого разнообразия” (“Ashby’s Law of Requisite Variety”), сформулирован Уильямом Росс Эшби. Весьма образная формулировка этого принципа фиксирует, что «только разнообразие может уничтожить разнообразие.  Очевидно, что рост разнообразия элементов систем как целых может приводить как к повышению устойчивости (за счёт формирования обилия межэлементных связей и обусловливаемых ими компенсаторных эффектов), так и к её снижению (связи могут и не носить межэлементного характера в случае отсутствия совместимости или слабой механизации, напр., и приводить к диверсификации)» ¹³;

- “закон иерархических компенсаций” (Е. А. Седов) фиксирует, что «действительный рост разнообразия на высшем уровне обеспечивается его эффективным ограничением на предыдущих уровнях» ¹⁴. “Этот закон, предложенный российским кибернетиком и философом Е. Седовым, развивает и уточняет известный кибернетический закон Эшби о необходимом разнообразии”. Из данного положения следует очевидный вывод: поскольку в реальных системах (в собственном смысле этого слова) первичный материал однороден, следовательно, сложность и разнообразие воздействий регуляторов достигается лишь относительным повышением уровня его организации.

-- “принцип моноцентризма” (А. А. Богданов), фиксирует, что устойчивая система «характеризуется одним центром, а если она сложная, цепная, то у неё есть один высший, общий центр. Полицентрические системы характеризуются дисфункцией процессов координации, дезорганизованностью, неустойчивостью и т. д. Подобного рода эффекты возникают при наложении одних координационных процессов (пульсов) на другие, чем обусловлена утрата целостности» ¹⁵;

- “закон минимума” (А. А. Богданов), обобщающий принципы Либиха и Митчерлиха, фиксирует: «устойчивость целого зависит от наименьших относительных сопротивлений всех его частей во всякий момент. Во всех тех случаях, когда есть хоть какие-нибудь реальные различия в устойчивости разных элементов системы по отношению к внешним воздействиям, общая устойчивость системы определяется наименьшей её частичной устойчивостью» ¹⁶

- “принцип внешнего дополнения” (выведен С. Т. Биром) «сводится к тому, что в силу теоремы неполноты Гёделя любой язык управления в конечном счёте недостаточен для выполнения перед ним задач, но этот недостаток может быть устранён благодаря включению „чёрного ящика“ в цепь управления. Непрерывность контуров координации достигается лишь посредством специфического устройства гиперструктуры, древовидность которой отражает восходящую линию суммации воздействий. Каждый координатор встроен в гиперструктуру так, что передаёт по восходящей лишь частичные воздействия от координируемых элементов (например, сенсоров)» ¹⁷.

- “теорема о рекурсивных структурах” (С. Т. Бир) предполагает, что в случае, «если жизнеспособная система содержит в себе жизнеспособную систему, тогда их организационные структуры должны быть рекурсивны» ¹⁸;

- “закон расхождения” (Г. Спенсер), также известный как принцип цепной реакции: активность двух тождественных систем имеет тенденцию к прогрессирующему накоплению различий. При этом  расхождение исходных форм идёт „лавинообразно“, вроде того, как растут величины в геометрических прогрессиях, — вообще, по типу ряда, прогрессивно восходящего» ¹⁹.

1.2.«Система»  как смыслообразующее  ядро общей теории систем: свойства и характеристика

Существует  по меньшей мере несколько десятков различных определений понятия  «система», используемых в зависимости от контекста, области знаний и целей исследования. Основной фактор, влияющий на различие в определениях, состоит в том, что в использовании понятия «система» есть двойственность: с одной стороны оно используется для обозначения объективно существующих феноменов, а с другой стороны — как метод изучения и представления феноменов, то есть как субъективная модель реальности

Система — это объективное единство закономерно связанных друг с другом предметов, явлений, сведений, а также знании о природе и  обществе. Каждый объект, чтобы его можно было считать системой, должен обладать четырьмя основными свойствами или признаками (целостностью и делимостью, наличием устойчивых связей, организацией и эмерджентностью).

 Система — «многоуровневая конструкция из взаимодействующих элементов, объединяемых в подсистемы нескольких уровней для достижения единой цели функционирования (целевой функции)» ²⁰.

Система – «упорядоченное множество взаимосвязанных элементов, обладающее структурой и организацией» ²¹.

Уже это краткое  определение показывает, что понятие  системы предполагает такие понятия, как элемент и структура.

Элемент - « неразложимый далее (в данной системе, при данном способе рассмотрения) компонент (единица анализа) сложных предметов, явлений, процессов» ²².

В настоящее  время в науке под элементами понимают любые объекты, связанные  с другими объектами в сложный  комплекс. Иначе говоря, понятие  “элемент” берется как относительное.

Работы в  области теоретических основ  системных исследований охватывают три аспекта (направления, проблемные области) исследований²³:

-онтологические основания системных исследований объектов мира - системность как сущность мира в целом и его объектов; т.е. системностью обладают объекты окружающего мира (в данном случае термин «объект» понимается как обобщенный, нейтральный);

Примеры: Солнечная  система, Экосистема, Металлургический завод, Популяция животных, Отдельная  особь, Организм в целом и его функциональные подсистемы (нервная, кровообращения, пищеварительная), Клетка организма, атом.

-гносеологические основания системных исследований - системные принципы и установки теории познания²⁴;

Примеры: классификация  Карла Линнея.  Карл Линней, шведский физиолог, был профессором медицины в университете города Упсала. Он заведовал большим ботаническим садом, который был нужен университету для проведения научных исследований. Люди присылали ему растения и семена со всего света для выращивания в ботаническом саду. Именно благодаря интенсивному изучению этой огромной коллекции растений Карл Линней сумел решить задачу систематизации всех живых существ — сегодня ее назвали бы задачей таксономии (систематики);  Геометрия Евклида, Теория колебаний, Экономическая теория и множество других наук и научных направлений.

-методологические основания – установление процессов, методов, правил системного становления (формирования) и познания²⁵. Примеры: система Станиславского, технология обработки материалов, рецепты, алгоритмы работы программ, системы подготовки специалистов и др.

М. Месарович  и Я. Такахара в книге "Общая  теория систем" считают, что система  – «формальная взаимосвязь между  наблюдаемыми признаками и свойствами» ²⁶.

Общая теория систем, как отрасль науки, может быть разделена на две, достаточно условные части²⁷:

- теоретическую: использующую такие отрасли как теория вероятностей, теория информации, теория игр, теория графов, теория расписаний, теория решений, топология, факторный анализ и др.;

- прикладную, основанную на прикладной математической статистике, методах исследовании операций, системотехнике и т. п. Таким образом, ТССА широко использует достижения многих отраслей науки и этот “захват” непрерывно расширяется.

         Вместе с тем, в теории систем имеется свое “ядро”, свой особый метод — системный подход к возникающим задачам. Сущность этого метода достаточно проста: все элементы системы и все операции в ней должны рассматриваться только как одно целое, только в совокупности, только во взаимосвязи друг с другом.

         Плачевный опыт попыток решения  системных вопросов с игнорированием  этого принципа, попыток использования  "местечкового" подхода достаточно  хорошо изучен. Локальные решения,  учет недостаточного числа факторов, локальная оптимизация — на уровне отдельных элементов почти всегда приводили к неэффективному в целом, а иногда и опасному по последствиям, результату. Сформулируем основные системные принципы²⁸.

- Первый принцип целостность — это требование рассматривать совокупность элементов системы как одно целое или, более жестко, запрет на рассмотрение системы как простого объединения элементов. Второй принцип интегративность - заключается в признании того, что свойства системы не просто сумма свойств ее элементов. Тем самым постулируется возможность того, что система обладает особыми свойствами, которых может и не быть у отдельных элементов. Третий принцип - максимум эффективности. Этот принцип постулирует, что весьма важным атрибутом системы является ее эффективность. Теоретически доказано, что всегда существует функция ценности системы в виде зависимости ее эффективности (почти всегда это экономический показатель) от условий построения и функционирования. Кроме того, эта функция ограничена, а значит можно и нужно искать ее максимум. Максимум эффективности системы может считаться ее основным принципом. Четвертый принцип  открытость - запрещает рассматривать данную систему в отрыве от окружающей ее среды как автономную, обособленную. Это означает обязательность учета внешних связей или, в более общем виде, требование рассматривать анализируемую систему как часть (подсистему) некоторой более общей системы. Пятый принцип – структурность. Согласившись с необходимостью учета внешней среды, признавая логичность рассмотрения данной системы как части некоторой, большей ее, — возможности (а иногда и необходимости) деления данной системы на части, подсистемы. Если последние оказываются недостаточно просты для анализа, с ними поступают точно также. Но в процессе такого деления нельзя нарушать предыдущие принципы — пока они соблюдены, деление оправдано, разрешено в том смысле, что гарантирует применимость практических методов, приемов, алгоритмов решения задач системного анализа.

        В зависимости от количества  учитываемых факторов и степени  абстрактности определение понятия "система" можно представлять и в

символьной  форме

         Любой элемент системы можно  рассматривать «как самостоятельную  систему (математическую модель, описывающую какой-либо функциональный  блок, или аспект изучаемой проблемы), как правило более низкого порядка. Каждый элемент системы описывается своей функцией. Под функцией понимается присущее живой и косной материи вещественно-энергетические и информационные отношения между входными и выходными процессами. Если такой элемент обладает внутренней структурой, то его называют подсистемой, такое описание может быть использовано при реализации методов анализа и синтеза систем. Это нашло отражение в одном из принципов системного анализа - законе системности, говорящим о том что любой элемент может быть либо подсистемой в некоторой системе, либо подсистемой среди множества объектов аналогичной категории. Элемент всегда является частью системы и вне ее не представляет смысла» ²⁹.

1.3 Людвиг фон Берталанфи и его классификация систем

Людвиг фон  Берталанфи родился в 1901 г. недалеко от Вены. В 1926 г. он получил степень  доктора философии в Венском  университете, где проработал впоследствии до 1948 г., занимая должности сначала  доцента (1934), а затем и профессора. В последствии Л. Берталанфи продолжил свою научную карьеру в Северной Америке, сначала в качестве профессора и руководителя кафедры биологических исследований в Университета Оттавы (Канада), затем руководителя центра биологических исследований в больнице “Гора Синай и приглашенного профессора в Университете Южной Калифорнии в США, далее профессора теоретической биологии и научного сотрудника Центра передовых исследований в теоретической психологии в Университете Алберты (Эдмонтон, Канада) и, наконец, с 1969 г. профессора в Университете штата Нью-Йорк в городе Буффало в США. Берталанфи был биологом; его известная под названием теории открытых систем организмическая концепция нашла применение во многих сферах, включая бизнес и менеджмент, оказав на них общее влияние, которое “было намного больше суммы отдельных его составляющих”. Он был первым представителем европейского континента, разработавшим теорию биологических открытых систем, которая являлась центральной темой его публикаций, начиная с середины 1920-х гг. Теория открытых систем оказала глубокое влияние на восприятие, а следовательно и управление различными организациями. Она помогла созданию в 1950-1960-х гг. теории организации и управления и сохраняет актуальность для практики менеджмента в 1990-х гг. Л. Берталанфи является создателем представления об общей теории систем, контуры которой были намечены в его работах в конце 1930-х гг. В частности, его имеющая непосредственное отношение к этой теории идея о единстве науки по-прежнему широко обсуждается и в 1990-х гг. С 1950-х гг. и вплоть до своей смерти Л. Берталанфи занимался применением теории открытых систем и общей теории систем к общественным наукам, в результате чего возник так называемый системный взгляд на людей. Л. Берталанфи был одним из тех немногих ученых, оказавших значительное влияние на то, как представители западной цивилизации воспринимают свою связь друг с другом (на работе и вне ее) и с окружающим их миром.