Скинхеды и футбольные фанаты: специфика развития личности

Московский городской

психолого-педагогический УНИВЕРСИТЕТ

Факультет социальной психологии

Курсовая работа

на тему ”Скинхеды и футбольные фанаты: специфика развития личности”

Выполнил студент

группы Со-II.3

Глебова Дарья Олеговна

Доктор педагогических наук,

доцент  

Хухлаева Ольга Владимировна

Москва, 2009г.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Стр.

Введение………………………………………………………………………3.Глава 1. Общее описание субкультур, их история и развитие ...…….  4.

1.1 . Скинхеды: их взгляды и побуждения к насилию…………..  9.

1.2 . Футбольные фанаты: их взгляды и побуждения к насилию……………………………………………………………………...13.

1.3 . Сходство и различие субкультур ……………………..…….. 22.

Глава 2. Специфика развития личностей, принадлежащих к скинхедам и футбольным фанатам ……………..………………………26.

               2.1. Влияние принадлежности к той или иной субкультуре на        становление личности подростка…………………………………………...27.

               2.2. Что побуждает молодежь принадлежать к одной, их этих субкультур (скинхеды и футбольные фанаты)…………………………....30.

Выводы………………………………………………………………………32.

Заключение …………………………………………………………………34.

Библиография...…………………………………………………………… 35.

Введение.

В современном мире существует такое понятие, как субкультуры. Их огромное количество во всех странах мира. На данный момент у людей (не просвещенных в этой области) появляется здоровый интерес к узнаванию как можно больше информации о субкультурах, прежде всего своей страны. Потому что мы, так или иначе, каждый день сталкиваемся с большим количеством людей. И нам нужно иметь знания в отношении людей, с которыми мы имеем дело.

Свою работу я посвящаю изучению двух достаточно больших и давних субкультур – скинхеды и футбольные фанаты. Между собой, на первый взгляд, кажется, что они совсем разные, у них разные цели и взгляды на жизнь и даже банально стиль одежды. Но если углубиться в их историю, в их мировоззрения, можно увидеть сходство.

Данная работа посвящена изучению проблемы – влияет ли выбор субкультуры на развитие личности подростка. Актуальность этой проблемы состоит в том, чтобы ввести некую определенность этих понятий, их сходства и различия в первой главе, а во второй подтвердить или опровергнуть гипотезу, которая, в свою очередь, состоит в том, что принадлежность к той или иной субкультуре (скинхеды или футбольные фанаты) положительно влияет на развитие личности подростка.

Я считаю, что информация, изложенная в моей курсовой работе, имеет как теоретическую, так и практическую значимость. В особенности для подростков, которые еще не определились со своим жизненным путем, а так же и для тех, у кого существует ложная информация о данных, изложенных ниже. Еще эта работа может быть полезна для людей, уже принадлежащих этим субкультурам. Чтобы знать, как может измениться в дальнейшем их жизнь и восприятие окружающими. А тем, кто собирается вступить в их ряды моя работа, возможно, даст повод лучше задуматься над своими дальнейшими действиями.

В качестве объекта в этой работе выступают подростки, относящиеся к скинхедам и футбольным фанатам. Предметом исследования является влияние выбора субкультуры на развитие личности индивида.

Цель исследования состоит в том, чтобы узнать как влияет принадлежность к субкультуре на развитие личности подростка. Для достижения поставленной цели будет необходимо решение следующих задач:

- изучить взгляды представителей субкультур (скинхеды и футбольные фанаты).

- выяснить сходства и различия субкультур.

- рассмотреть результаты влияния принадлежности к любой из субкультур на становление личности подростка.

Глава 1. Общее описание субкультур, их история и развитие.

Скинхеды или скины – это участники относительно нового неформального стилистического контркультурного молодежного движения, возникшего в Англии, Европе и Америке примерно в 60 – 80 годах. Слово «скинхед» происходит от слияния двух английских слов «skin» – кожа, «head» – голова, слово «skinhead» буквально переводится как «кожаная голова».

В России представители движения skinhead предпочитают называть себя бритоголовыми, так как, по их мнению, это название звучит более патриотично. Все участники движения бреют свои головы до блеска, и носят специальную атрибутику военного стиля (белый и зеленый камуфляж). У них существуют свои обычаи и традиции, своя музыкальная культура. По сравнению с другими молодежными неформальными группами российские бритоголовые обладают достаточно сложной и развитой идеологией.

В России это движение сразу стало приобретать резко политизированные формы. Большинство скинхедов в России исповедуют крайне расистские взгляды со значительным уклоном в сторону фашизма и национализма. Деятельность скинов обычно направлена на претворение в жизнь их примитивных расистско – нацистских теорий. Тем не менее, в России существует несколько групп скинов, придерживающихся коммунистической, антифашистской идеологии.

Наибольшая концентрация бритоголовых наблюдается в крупных городах России, однако небольшие команды скинхедов существуют в каждом средних размеров городе областного значения. Общее количество скинхедов по всей России не установлено, в главном городе России – Москве их примерная численность достигает 5 – 7 тысяч. В Санкт‑Петербурге около 2 тысяч.

В отличие от остальных молодежных движений, движение скинхедов является в России одним из самых новых и одним из наименее изученных.

Скинхеды слушают SKA. Должны любить танцевать, футбол и нужно быть анти - расистом. СМИ считают, что «скины» - неонацисты и орут постоянно «зиг Хайль» .

Цвет кожи и возраст не влияет на выбор этой  субкультуры. Изначально они носили тяжёлые ботинки строительных рабочих, “донки” - грубые куртки или полупальто докеров, джинсы на подтяжках или военные брюки, армейские футболки. Высокие ботинки и подтяжки, выцветшие джинсы и тёплая байковая рубашка - это внешность британских городских рабочих начала и середины XX века. К слову сказать, далеко не все называли себя скинхедами. Были названия вроде “herberts” (“херберты”, образовано от названия улицы в городе Глазго), “street kids” (“уличные ребята”), “spy kids” (“дозорные”) и другие.

Другая субкультура – футбольные фанаты(или хулиганы).

Футбольные хулиганы — лица, нарушающие общественный порядок, связывая свои действия с футбольными пристрастиями и обосновывая их ими. Сами футбольные хулиганы расценивают своё движение как субкультуру. Как правило, преступления на почве футбольного хулиганства совершаются до или после футбольных матчей, а также в местах больших скоплений футбольных болельщиков.

Так же футбольные хулиганы — наиболее агрессивные представители фанатской среды, избравшие в качестве главного хобби своеобразный "бойцовский клуб" с себе подобными из лагеря команды-врага. Это самая малочисленная и самая закрытая каста болельщиков. Попасть в нее крайне непросто, но если уж попадаешь, то, как правило, это всерьёз и надолго. Весьма точно на эту тему высказались в одном из своих произведений популярные английские авторы книг об околофутбольном насилии братья Бримсоны: "Футбольное насилие — как курение. Если вы попробовали и вам не понравилось, вы никогда не будете делать этого во второй раз. Но если понравилось, то оно войдет в вашу жизнь надолго".

Как и сам футбол, истоки околофутбольного насилия берут своё начало в Британии. Английский футбол знаком с инцидентами, связанными с футбольными беспорядками, начиная с XIX века.[2] Уже в те далёкие времена поклонники команд, да и сами игроки нередко сходились «стенка на стенку» после финального свистка арбитра. Однако футбольное хулиганство в том виде, в котором оно существует по сей день, начало зарождаться на берегах Туманного Альбиона в конце 1950-х годов.

Отправной точкой, с которой начиналось фанатское движение в СССР, служит середина 70-х гг. прошлого века. Точный год указать сложно, т.к. разные стороны (с одной стороны, хронографы спартаковского фандвижения, с другой, соответственно, армейского) утверждают разное.

Но, тем не менее, основателями фанатского движения в СССР стали спартаковские болельщики. Начиная с середины 70-х годов, появилась их атрибутика, болельщики стали собираться вместе на определенном секторе, скандировать речевки и т.д. Тогда на это органы правопорядка смотрели косо, в газетах стали появляться обличительные статьи. В 1976 году к ним подтягиваются болельщики ЦСКА пока еще очень малочисленные. Уже в то время начинается противостояние между поклонниками этих двух команд, которое в наше время станет определяющим для российского фанатизма. Несколько причин - Самой реалистической кажется та, что врагами поклонники ЦСКА и «Спартака» стали из-за хоккея 1976-77 годов, когда эти команды сражались за золото. А, может, просто потребовалось наличине близкого врага для дальнейшего развития движения, по образу и подобию того, что в тот время происходило в Англии. Бум на футбольный фанатизм произошел в 1977 году, когда «Спартак», вылетевший в 1-ю лигу, обрел огромное количество болельщиков . 1977-й год стал также годом основания первых фанатских бригад. В целом в конце 70-х годов наблюдался подъем в лагере спартаковских фанатов и очевидный кризис в стане болельщиков ЦСКА, которых ходило максимум по несколько сотен на матчи своей команды, и они часто были биты со стороны преобладающей спартаковской торсиды. К началу 80-х годов намечается и создание фанатских групп у других московских команд.
Новой вехой развития футбольного фанатизма в СССР стал 1981-й год. ЦСКА обрел былую популярность, что позволило расшириться фанатскому движению этого клуба, и как следствие, эффективно противостоять болельщикам «Спартака». На спартаковских фанатов, активно поддерживающих свою команду в других городах, стали обращать внимание не только сотрудники милиции, но и местные болельщики, прежде всего в Киеве – втором центре футбола СССР. А весной 1981 года был организован первый Клуб болельщиков "Спартака" под эгидой ЦК ВЛКСМ . Но он оказался кратковременным предприятием, действовал только несколько недель, в течение которых "Спартак" сыграл пять своих матчей. Однако вскоре последовали санкции, в прессе появились разгромные статьи, посвященные фанатизму, и хорошая идея была загублена. Второй Клуб болельщиков "Спартака" появился 12 декабря 1987 года . Это начинание было более продуманным, его члены занимались организацией выездов болельщиков, приобретением для них билетов, составлением программок; клуб даже стал собирать деньги на строительство стадиона. В это же время в "Спартаке" появился новый президент: ушел Шляпин, пришел Романцев, который, как известно, весьма критически относится к болельщикам. При нем прекратились встречи фанатов с футболистами и руководством. К тому же сама жизнь стала меняться, наступило время рыночных отношений, больно ударивших по финансовому положению клуба. Все это сказалось на том, что Клуб болельщиков просуществовал до 1990 года, и последним его мероприятием был выезд красно-белой «торсиды» в Неаполь. В 1985-1986 годах в отношениях между фанатами ЦСКА и "Спартака" был практически зключен нейтралитет. Он был связан с тем, что один из авторитетных спартаковских фанатов по кличке Рифат предложил создать общий клуб болельщиков всех команд, причем подразумевалось, что в этот клуб смогут войти и представители других молодежных течений (металлисты, рокеры и т.д.). Клуб так и не возник, но на протяжении ряда лет, пока продолжался нейтралитет, за пределами стадионов не происходило массовых потасовок с участием поклонников ЦСКА, "Спартака" и "Динамо". Если мелкие драки и возникали, то только на трибунах, когда по ходу матча чисто футбольные страсти били через край. Этот нейтралитет пошел во вред спартаковским болельщикам. Они как-то успокоились, что дало возможность фанатам ЦСКА встать на ноги и укрепить свои ряды . Сегодня молодое поколение спартаковских фанатов часто обвиняет "стариков" в том, что те ровным счетом ничего не предприняли для того, чтобы противостоять "воинам" . Возможно, именно перемирие середины 80-х сказалось на этом. В 1986 году спартаковские фанаты, чтобы «держать себя в тонусе», начали конфликт с киевским фан-движением. Это особенно проявилось в 1986 году, во время матча полуфинала Кубка СССР «Спартак» - «Динамо» (Киев). По признанию лидеров спартаковского фан-движения, они первыми начали «войну» с болельщиками из столицы Украины. Команду Валерия Васильевича Лобановского в середине 80-х годов называли "машиной XXI века". Именно киевское "Динамо" было главным соперником "Спартака" во всех последних чемпионатах СССР, что, естественно, не могло нравиться радикалам . Были конфликты у спартаковских фанатов и с прибалтийскими болельщиками. Первый европейский выезд спартаковцы провели в 1988 году, когда 25 человек отправились в Бухарест на матч с местной «Стяуа».

1.1. Скинхеды: их взгляды и побуждение к насилию.

Первые бритоголовые появились в России уже в начале 90‑х годов. Сначала их увидели в Москве с той поры ставшей считаться Идеологическим и Духовным центром скин‑движения. В это время в Москве насчитывалось не более нескольких десятков поклонников скин‑культуры и идеологии. Основным местом для встреч и общения для тогдашних бритоголовых в это время становится Старый Арбат и улицы рядом с метро «Китай – город» (12) .

Какое было мировоззрение первых скинхедов? Они не были расистами, но их нельзя назвать и антирасистами в полном смысле этого слова. Они не были ни “за”, ни “против”. Если можно так выразиться, они были “а-расистами”. Среди первой волны бритоголовых были и те, кто выражал интересы рабочего класса, но при этом они не были законченными коммунистами, хотя отдельные экземпляры баловались коммунистическими идеями. Но абсолютно точно известно, что ни нацистами, ни националистами они не были и быть не могли. Да, они “придерживались про-британских взглядов”, но в это понятие они вкладывали осознание своей принадлежности к Англии, к своей стране. Да, они были патриотами своей страны, но ни о каком национализме не было речи. Даже нельзя сказать, что они были “за Родину против государства”. Словом, их мировоззрение было весьма расплывчатым, неоформившимся, упор делался именно на саму субкультуру, на эффектность, а не на эффективность.

По словам признанного эксперта по движению скинхедов А. Тарасова, побудительными мотивами для этого стали расстрел парламента осенью 1993 г. и начало войны в Чечне, создавшие культ насилия, густо сдобренный патриотической риторикой и направленный против «кавказцев». Более глубокими причинами он считает экономический кризис, распад прежней системы образования и отказ властей от какой-либо работы с молодежью. К этому следует добавить утрату привлекательных для молодежи общественных идеалов, не нашедших в постсоветской России адекватной замены. Зато место советской социальности заступила этничность, очерчивающая группу «своих», где молодежь рассчитывала найти защиту и опору. Такая установка позволяла также с легкостью находить «врага», который оказывался человеком «чужой крови».

Любопытно, что, по наблюдениям московских социологов, степень участия подростков в драках не обнаруживает связи ни с уровнем образования родителей, ни с материальным достатком семьи. Зато социально-экономический статус семьи прямо влияет на мотивацию подростковых драк. Подростки из малообеспеченных семей чаще всего вступают в драки, защищая групповые ценности, тогда как подростки из зажиточных семей прежде всего защищают свое личное достоинство или же стремятся продемонстрировать свое превосходство. При этом подростки из более образованных и обеспеченных семей проявляют больше нетерпимости к «маргиналам», например, алкоголикам, бомжам, геям, чем подростки из семей более низкого социального статуса. Очевидно, это распространяется и на «чужаков», представленных мигрантами. Вот почему не стоит удивляться тому, что немало «идейных» скинхедов происходят из, на первый взгляд, вполне благополучных семей. Группой «риска» оказываются 16-17-летние подростки, ибо именно среди них отмечается наивысшая доля тех, кто в той или иной степени соприкасается с экстремистскими организациями, а также тех, кто видит в скинхедах и прочих экстремистах «истинных патриотов».  

Опросы, проведенные Центром социологии образования Российской академии образования в конце 2005 – начале 2006 г., показали высокий уровень ксенофобии у старшеклассников московского региона. Каждый пятый видел в чужой (неправославной) религии фактор, «загрязняющий истинно русскую культуру», - именно такие настроения характерны для культурного расизма. Каждый четвертый подросток с одобрением относился к проявлениям экстремизма, а каждый пятый был знаком с теми или иными представителями экстремистских организаций. Каждый десятый из опрошенных в той или иной мере проявил негативное отношение к представителям других национальностей.

Социологический опрос, проведенный в начале 2007 г. в 39 московских школах, выявил еще более высокий уровень ксенофобии у подростков самых разных национальностей. Недовольство каким-либо другим народом выказали примерно каждый третий среди армян, азербайджанцев, грузин и татар и каждый второй среди русских школьников. В то же время случай испытать к себе неприязнь из-за своей национальности имели практически каждый второй армянин, грузин или еврей. Среди корейских школьников этот показатель достигал даже 81,3%! И это притом, что именно корейцев русские школьники в гораздо большей степени, чем всех других, наделяли позитивными качествами («трудолюбивые», «вежливые»). Русские подростки испытывали неприязнь к себе много реже – лишь 13,8%. Это лишний раз говорит о том, что у русских подростков ксенофобские установки – а их сегодня демонстрирует практически каждый четвертый - формируются на основании не собственного опыта, а информации, полученной извне – от взрослых или из СМИ. И, напротив, негативный опыт общения вовсе не порождает ксенофобию автоматически – это демонстрируют многие нерусские подростки.

Журналисты ищут более конкретные ситуационные объяснения. Так, А. Богомолов указывает на широкую популярность расходившегося в видеокассетах фильма Джеффри Райта «Бритоголовые». После этого в моду у молодежи вошла стрижка «под ноль» по образу и подобию главного героя фильма, блестяще сыгранного Расселом Кроу. В свою очередь, по мнению другого журналиста Г. Нехорошева, толчком к резкой популярности скинхедов среди подростков стало появление музыкальных групп, играющих российский вариант музыки «Ой». Среди них обычно называются «Русское гетто» (с 1997 г. «Коловрат»), «Штурм», «Вандал», «Ультра», «Белые бульдоги», «Радегаст», «Ультиматум» и др. в Москве, Totenkopf в Санкт-Петербурге и Totenkopf (позднее переименованная в Terror National Front, или T.N.F.) в Ярославле. В середине 1990-х гг. в Москве начали выходить предназначенные для скинхедов журналы «Под ноль» (1995-1998 гг.), «Белое сопротивление», «Отвертка» и «Железный марш». Последний издавался «Корпорацией тяжелого рока» под руководством известного своей скандальной славой рок-музыканта С. Троицкого («Паук»), тесно связанного с рядом ультраправых организаций. По словам выходца из той же среды, Паук одно время был неформальным лидером московских скинхедов и в 2001 г. пытался, хотя и неудачно, сколотить из них общественное движение «Русский проект – Великая Россия». В Орле скинхеды выпускали журнал «Тестостерон», а в Воронеже – «Арийское возрождение». Сегодня к услугам скинхедов предлагаются более двух десятков ультрарадикальных газет и около десятка разнообразных журналов, при этом многие из них неоязыческой направленности. Например, на суде по делу скинхедской организации «Шульц-88», проходившем во второй половине 2005 г., фигурировали брошюра Доброслава «Язычество как духовно-нравственная основа русского национал-социализма» и журнал «Гнев Перуна».

Такие газеты и журналы создавали культ насилия. Например, «Железный марш» рекламировал песни с такими красноречивыми названиями как «Кровавый дождь», «Рожденный умереть», «Скрытое безумие», «Звездная месть». Там же публиковались призывы к «национал-патриотизму» и «войне против евреев и черной расы», воспевались «арийцы» и рекламировалась книга Муссолини «Доктрина фашизма». В начале 2002 г. Паук выпустил диск с названием «Бей черных – спасай Россию». Он прекрасно понимает провокационность своих концертов, но объясняет это так: «Всем известно, что кавказские торговцы арбузами продают наркотики и все такое прочее, и, соответственно, я не виноват, что после нашей акции “Долой наркотики” фэны уничтожили некоторое количество арбузной массы». Он же изобрел термин «цунареф» для «иммигрантов из южных республик» и вместе со своим ансамблем исполнял песню «Убей цунарефа». Паук неравнодушен к расовой идее и иногда выражает свои чувства вполне откровенно: «Когда мы поехали на гастроли, то в каждой гостинице встречали только несколько людей с белым цветом кожи, все остальные были цунарефы».

Рок-группа «Коловрат» призывает «арийцев» к расовой войне, и само ее название напоминает нам о «русской свастике», столь полюбившейся отечественным неонацистам и неоязычникам. Аналогичные группы имеются и в провинции – «Вантит» в Воронеже, «Фатерланд» в Самаре, «Хорст Вессель» и NS FRONT в Волгограде, «Гитлер» в Архангельске. Некоторые из них сознательно придерживаются «арийского стиля в музыке». Все эти ансамбли сыграли ключевую роль в становлении и развитии движения скинхедов, которых способны увлечь не столько сложные идеологические построения, сколько высоко эмоциональные ритмы с их незамысловатыми воинственными текстами. Кроме того, такие концерты, происходящие в Москве и Петербурге почти ежемесячно, дают скинхедам возможность общаться, обмениваться новостями, завязывать знакомства.

Правда, по свидетельству Беликова, «сегодня для многих бритоголовых при определении их групповой принадлежности внешний вид и музыкальные пристрастия имеют гораздо меньшее значение, чем политические взгляды». Действительно, к середине 1990-х гг. агрессивные подростки уже имели опытных наставников, учивших их представлениям об «арийском человеке» и тому, как обращаться с теми, кто этому образу не соответствует. Это, по Беликову, - «старые скинхеды» (20-30-летнего возраста), имевшие непрерывный стаж пребывания в скиндвижении в течение не менее трех-пяти лет и известные своим опытом и фанатической приверженностью принципам движения (скины «по жизни»). Побывав в скинхедах, такие убежденные бойцы, взрослея, находят себе место в одной из радикальных партий. Например, многие из причастных к взрывам в Москве в 2006-2007 гг., судя по собранным журналистами данным, в той или иной степени были связаны с Русским общенациональным союзом (РОНС) И. Артемова. 

1.2.   Футбольные фанаты: их взгляды и побуждение к насилию.

Почему люди этим занимаются? Если не вдаваться в детали и наиболее лаконично объяснить выбор такого странного хобби, то придется обратиться к классике авантюрного романа и вспомнить господина Дюма, один из героев которого, мушкетёр Портос, однажды выдал свою нетленную фразу: "Я дерусь, потому что дерусь". Как это не покажется кому-то странным, но некоторым людям действительно просто нравится заниматься околофутбольным насилием. И не стоит все списывать на дурное воспитание, отсутствие образования и иные социальные теории о трудном детстве. Давно уже стало общеизвестным фактом, что футбольное хулиганство объединяет в своих рядах представителей самых разных социальных групп, независимо от их благосостояния, общественного положения и других аналогичных факторов. И бедные студенты, и богатые топ-менеджеры, да кто угодно может оказаться вовлечённым в это занятие. Деньги, работа, карьера не играют здесь своей привычной для современной жизни роли. И, быть может, в этом-то как раз и заключается одна из наиболее привлекательных его черт — возможность в мире цифровых технологий и генной инженерии испытать давно уже утраченные ощущения настоящего мужского братства. В любом случае всё это не более чем вопрос личного выбора конкретного человека. Кому-то нравится коллекционировать бабочек и почтовые марки, кто-то не может жить без покорения Монбланов и прочих Джомолунгм, ну а кто-то находит особое удовольствие в драках с фанатами других (враждебных) клубов. Понятное дело, что на фоне прочих, даже самых экстремальных увлечений, околофутбольное насилие резко выделяется своей повышенной социальной опасностью. Как-никак, но соответствующие статьи (причинение вреда здоровью, хулиганство, массовые беспорядки) содержатся в уголовном кодексе, и совершение предусмотренных ими деяний влечет за собой применение уголовной ответственности. Однако, перед тем как отправлять вовлеченных в сие действо молодых людей на временное проживание за колючей проволокой, предлагаю для начала ознакомиться с рядом замечаний относительно сущности и характера этого явления, чтобы, узнав его несколько ближе, можно было сформировать максимально адекватное к нему отношение.

Основная претензия к хулиганам на первый взгляд вполне понятна — своими драками они создают угрозу причинения вреда здоровью и имуществу граждан. Но на поверку это общественное недовольство, оказывается, теряет весь свой практический смысл, вступая в противоречие с одним из основных негласных законов этого закрытого сообщества — футбольные хулиганы не нападают на мирных граждан, они дерутся только с себе подобными.

«Футбольные матчи — шанс выплеснуть накопившуюся фрустрацию. Ведь так много молодежи не имеет работы, и даже не имеет шансов ее найти. Следовательно, насилие представляет собой некий «бунт» — социальный, классовый, и так далее» - считает Билл Буфорд в «Английской болезни».

Футбольное насилие, которое долгое время считали чисто английской болезнью, стало обычным явлением и для других европейских стран. Конечно, насилие среди болельщиков столь же древнее, как и сам футбол, но движение футбольных хулиганов (хулс либо ультрас) — сравнительно новое явление, которое уже является неотъемлемой частью европейской фан-культуры. Хотя официально хулиганскую культуру отрицают, игнорировать ее невозможно. Хулиганство в современном футболе приобрело неслыханное распространение. Идея футбольного насилия поднялась на новый уровень. Несмотря на это хулиганы все-таки составляют меньшинство болельщиков: 95% из миллионов посещающих стадион никогда в жизни никого не ударили. Фильм «Фанаты» Ника Лава, как и роман «Фабрика футбола» Джона Кинга, по которому он был снят, свидетельствуют: явление футбольного насилия имеет гораздо более глубокие социальные корни, чем это кажется на первый взгляд.

По словам британского писателя Ника Хорнби, автора нашумевшего романа «Футбольная лихорадка», футбол — это не развлечение и не способ ухода от действительности, а особый мир, естественно, не отрицающий связь футбола с социально-экономическими условиями. Мы зачастую даже не замечаем, насколько футбольное мышление врезалось в общественное сознание — скажем, насколько огромна роль футбольных клубов в жизни местных общин..

Итак, почему именно футбольные фанаты отличаются своими насильственными акциями? Футбол однозначно является инициативой большинства — в отличие, скажем, от элитарного, холодного и недемократичного тенниса. Это очень жестокая игра: грубая телесность, силовые приемы, травмы, по ногам бьют беспощадно, с особым усердием — все это заводит болельщиков. Короче говоря, атмосфера на стадионе насыщена мужским духом. Любовь хулиганов к футбольной команде — это лишь повод для борьбы: они идут на матч не болеть, а драться за свой клуб с другими хулиганами. Можно даже сказать, что когда говорят о футбольном насилии, то при чем здесь футбол? Прежде всего, важна потасовка, поэтому исполнение спектакля перед камерами хулиганы оставляют обычным фанатам. Часто без внимания со стороны СМИ остается то, что фанаты устраивают потасовки подальше от них и без лишнего шума. Поэтому одеваются они прилично, чтобы легко смешаться с толпой. Атрибутики или символики у хулиганов нет — никаких клубных шарфов или футболок соответствующих цветов. Их отличает только одно — нетерпимость.

Героям фильма Ника Лава насилие приносит самое большое удовольствие — больше, чем секс, наркотики или деньги. Это своеобразная интимность — искать наслаждение в резких нервно-физических потрясениях. Когда сексуальные утехи надоедают, индивид прибегает к утехам жестокости: физическое насилие — крайнее проявление индивидуальности — возникает после похоти. Жить полной жизнью, ощущать себя реальным, живым — это бить других и быть избитым. Подобная телесность похожа на практику каттеров, утверждающих, что чувствуют себя действительно живыми тогда, когда режут себя и хлещет кровь. Мы вообще воспринимаем все в модусе нечувствительности к телесному опыту — чужую реальную боль наблюдаем в режиме видеофильма равнодушным клипованым взглядом. Поэтому потасовки футбольных фанатов, как и некоторые проявления боди-арта, связанные с истязаниями тела или практикой пирсинга, порезов, шрамирования, вживления имплантатов под кожу, можно причислить к попыткам выхода из тупиков современности. Тело сегодня осталось единственным объектом, над которым индивид все еще сохраняет власть благодаря непосредственному доступу к «внутреннему миру» через кровь и боль. Тело продолжается с того места, откуда оно ранено, где ощущаются шок и импульс действия. Тело — это то, чего касаются, что мучает и болит реальными или фантомными болями. Тело становится последним оплотом человека, в нем пытаются обнаружить место Реального. Тело как материал, инструмент, прием...

Пафос героя романа «Фабрика футбола» на самом деле остро социален: «Мы хуже негров, ведь ни один политик не заступится за белого хулигана. Мы — выброшенное системой меньшинство, вышедшее из-под контроля. Те, кто у власти, не могут нами манипулировать. Мы — это то, что богатые ненавидят, а трущобные социалисты не могут принять». Но этот пафос слеп к тому, что агрессия и экстремизм всегда были коммерчески выгодны и полезны. Сегодня агрессия тоже в моде. В организованных хулиганах заинтересованы те, кто имеет отношение к политике или прибыли от футбола, ведь радикальные фанаты — тоже сегмент общественно-политического рынка. Фактически хулиганы — часть отрицаемой ими рекламной кампании. Они нужны прежде всего реакционным политическим силам. Часть хулиганов откровенно исповедует ультраправые взгляды, поэтому расистские и неофашистские настроения давно являются проблемой европейских стадионов — очевидно, потому, что хулиганство стало выражением преимущественно недовольных и разочаровавшихся белых. Однако фанат — это не обязательно бритоголовый подросток из бедного района, выросший без семьи. Это вторая жизнь для многих. Но все-таки хулиганство и расизм — разные вещи. Если с расизмом, несмотря на все его новейшие мутации, и ведется борьба, то с хулиганством бороться труднее из-за стремительного развития фан-культуры.