Следователь в уголовном процессе

Введение.

Основным источником уголовно-процессуального  права является уголовно процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 г. № 174 ФЗ. Данный нормативно правовой акт, закрепил порядок уголовного судопроизводства.  Глава 2 УПК РФ определяет основополагающие начала уголовного производства- принципов.  Перед тем, как начать раскрывать данную тему обратив внимание на некоторые основополагающие принципы уголовного процесса. Статья 6 УПК РФ, которая именуется «назначение уголовного судопроизводства», заменила привычные понятия «задачи уголовного судопроизводства» и «цель уголовного судопроизводства», которые имели место быть в ст. 2 УПК РСФСР¹. Статья имеет направляющее значение для всей уголовно-процессуальной деятельности.  Законодатель в данной статье указал, что основным назначением уголовного судопроизводства является: защита прав и законных интересов лицу и организаций, потерпевших от преступлений и второе защиту  лиц от незаконного и необоснованного обвинения. Часть вторая более точно раскрывает, даже можно указать, что толкует содержание, и смысл всей процессуальной деятельности, которую осуществляют органы предварительного расследования.  

Для дальнейшего  уяснения смысла уголовно процессуальной деятельности необходимо обратится к одному из фундаментальных понятий уголовно-процессуального  права к такому, как «уголовное преследование». Данное понятие раскрывается в ст. 5 УПК  РФ, которая является нормой дефиниций. В п. 55 ст. 5 УПК РФ сказано, что уголовное преследование это процессуальная  деятельность, осуществляемое стороной обвинение в целях изобличение  подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.  И так проанализировав данное определение мы можем сделать умозаключение, что целью деятельность стороны обвинения является изобличение обвиняемого и подозреваемого в совершенном преступлении. На этом основании в литературе указывается на обвинительный уклон следователя, что мешает в полной мере, объективно и беспристрастно   осуществлять уголовное преследование².

  Уголовно-процессуальные  правоотношения носят, как правило,  императивный  характер. Причина,  что всегда одной из сторон  орган государственной власти. Уголовный процесс  это  «ограничения» прав. свобод  и т.д, которая как правило затрагивает всех без исключения субъектов уголовного процесса.

Также необходимо обратить внимание на ст. 11 УПК РФ, где указано, что суд, прокурор, следователь обязаны  стоять на охране прав и свобод человека путем разъяснения и охраны меры возможного и дозволенного поведения  субъектов.

Следователь в уголовно процессуальном законодательстве фигура, с точки  зрения законодательной техники  фигура противоречивая. С одной стороны  он сторона обвинения и в литературе высказывается мнения о его обвинительном  уклоне. С другой стороны, в теории и в источниках официального толкования, дается разъяснение его процессуального  статуса.

Осуществляемое следователем предварительное следствие представляет собой основную и наиболее эффективную, по сравнению с дознанием. Форму  расследование преступлений.  Одновременно уголовно-процессуальное законодательство в ряде случаев предусматривает, возложение на следователя  обязанности  по производству расследования в  форме дознания  (п. 7,8 ч. 3 ст. 151 УПК  РФ), что является исключением из общего правила. Указанное правило свидетельствует об универсальном положении следователя. Способное в отличие от дознавателя производить предварительное расследование в любых формах.

Тема дипломной работы, предполагает изучить статус  центральной  фигуры уголовного процесса такого, как  следователь.  Следователь является основной  фигурой уголовного процесса и это не случайно. Современное уголовно- процессуальное право переживает времена реформ.  Изменяется статусы центральных участников уголовного судопроизводства, создаются новые органы и т.д.  Это налагает отпечаток, на лиц, ведущих уголовное преследование. Ведь, как не крути, уголовный процесс, осуществляют компетентные органы, и от их профессиональной деятельности будет зависеть достижение цели и назначение уголовного судопроизводства.  

22 декабря 2010 года был  принят федеральный закон «О  Следственном комитете Российской  Федерации. Принятие данного закона  ознаменовала окончательное отделение от прокуратуры  полномочий по производству предварительного расследования и сужением их полномочий в сфере уголовного судопроизводства. Началом реформы послужило создание в 2007 годы рамках органов прокураты нового органа такого, как Следственный комитет при прокуратуре РФ.  В закон о прокуратуре была введена ст. 20.1 в которой  указывалось, что следственный комитет при прокуратуре является органом прокуратуры. Как мы можем заметить создание данного органа шло постепенно и это на мой взгляд является обоснованным.

В заключении ведение можно  сделать некоторые промежуточные  итоги.  Следователь эта  центральная  фигура уголовного процесса, его статус в связи с реформами претерпел некоторые изменения.

  Особого внимания требует вопрос об уголовно-процессуальной функции следователя. Данный вопрос многие годы обсуждается в юридической литературе, но до сих пор не нашел однозначного определения.

Тщательного изучения требует  вопрос о более чёткой разработке и регламентации статуса следователя, его процессуальных полномочий. В  настоящее время целый ряд  вопросов, связанных с правами  и обязанностями следователя  не находит единообразного разрешения в теории и практике. Исследование правового статуса следователя  в уголовном процессе позволяет  более подробно охарактеризовать основополагающие начала, на которых построено предварительное расследование. На стадии предварительного расследования наиболее полно реализуется значительная часть норм уголовно-процессуального закона и большая часть научных рекомендаций криминалистики.

Целью настоящей работы является исследование процессуального положения  следователя в уголовном процессе, правовых основ его деятельности и взаимоотношений с другими  субъектами в неразрывной связи  с анализом сущности и принципов  стадии предварительного расследования, механизма уголовно-процессуального регулирования, предшествующего судебному разбирательству уголовных дел.

В рамках обозначенной цели представляется целесообразным рассмотреть  следующие вопросы:

• определение места следователя в уголовном процессе и характер выполняемых им функций;
• анализ процессуальных полномочий следователя и его обязанностей;
• исследование проблемы процессуальной самостоятельности следователя;
• тенденции развития института предварительного следствия.

Вышеуказанные задачи исследования определяют структуру работы.

При написании работы использовались тексты нормативных актов РФ, научные  комментарии законодательства, учебная  литература, монографии по исследуемой  проблеме, материалы периодических  изданий.

Глава 1. Следователь  как участник уголовного процесса.

1.1.Становление и развитие процессуальной самостоятельности следователя в уголовном судопроизводстве (исторический аспект).

 Для изучения данного вопроса, безусловно, следует обратиться к истории развития предварительного следствия и формирования, так называемой, процессуальной независимости и самостоятельности следователя.

История формирования процессуальной независимости и самостоятельности  следователя берёт своё начало в  июне 1860 года, так как именно в  это время высочайшим Указом Императора Александра II в 44 губерниях были введены  должности судебных следователей, на которых возлагалось производство следствия по всем преступлениям, относящимся  к ведению судов. В дополнение к Указу был издан Наказ  судебным следователям, согласно которому контроль за действиями следователей по расследованию преступлений осуществляли суды. В ст. 264 Устава уголовного судопроизводства (1864 г.) предусматривалось, что судебный следователь "принимает собственной  властию все меры, необходимые  для производства следствия, за исключением  тех, в коих власть его положительно ограничена законом". Важнейшей гарантией  процессуальной самостоятельности  следователей являлась их несменяемость.

       Между прочим, специфика судебного контроля в общих судебных местах определялась в первую очередь характером взаимоотношений трёх главных "властвующих" (т.е. обладающих императивными полномочиями) в уголовном процессе субъектов – суда, прокурора и судебного следователя. Их отношения сложнее и многообразнее, чем взаимоотношения мирового судьи с полицией, что объясняется, на взгляд В. А. Азарова и Ю. И. Таричко, прежде всего необходимостью рационального распределения полномочий по расследованию, рассмотрению и разрешению уголовных дел о наиболее тяжких и опасных преступлениях.

         Судебный следователь, состоя при окружных судах и подчиняясь им в организационном и процессуальном отношениях, в то же время был поднадзорен прокурору, законные предложения и указания которого он обязан был выполнять. Являясь представителем судебной власти, судебный следователь обладал контрольными полномочиями: он от имени этой "верховной" в уголовном процессе власти вправе был "проверять, дополнять и отменять действия полиции" (ст. 269 УУС) в связи с произведённым ею первоначальным дознанием. Противоречивость положения судебного следователя, формально представляющего судебную власть, а по существу (исходя из требований УСС) вынужденного в ходе расследования преступления под надзором прокурора реализовывать обвинительную функцию, отмечалась современником Судебных Уставов П. И. Люблинским. Именно эта двойственность юридических основ деятельности судебного следователя определяла специфику судебного контроля за расследованием и применением в уголовном процессе мер принуждения, ограничивающих права и свободы граждан. Для реализации контрольных функций суда в рамках общих судебных установлений в УУС была выстроена достаточно тонкая схема распределения (разделения) власти между судом, прокурором и судебным следователем.

       "Степень власти" прокуроров и судебных следователей ограничивалась рамками судебного контроля, за их уголовно – процессуальной деятельностью. При этом следователь был как бы "связующим звеном" между административной (в лице прокурора - обвинительной) и судебной властью. Таким образом, прокуратура осталась органом контроля за законностью, что в полной мере ощутили в своей деятельности судебные следователи, и что существенно повлияло на распределение контрольных полномочий между судебной и прокурорской властью.

       Статья 278 УУС подчёркивала, что прокуроры и их товарищи дают указания о производстве следствия судебным следователям и за его осуществлением "наблюдают постоянно". Вместе с тем контроль за следствием и дознанием со стороны окружного суда носил эпизодический характер.

Что же касается периода  деятельности органов предварительного расследования, начавшегося после 1917 года, то он характеризуется сломом прежних правоохранительных органов  и созданием новых, соответствующих  духу того времени.

До 1923 года судебно – следственная система имела многообразие структурных  построений органов предварительного расследования. Причём в течение  достаточно небольшого промежутка времени  предварительное следствие поручалось различным органам. Так, согласно ст. 3 Декрета о суде № 1, опубликованного 24 ноября 1917 года, производство предварительного следствия возлагалось на местного судью, а по отдельной категории  дел на – следственные комиссии, состоявшие при рабочих и крестьянских революционных трибуналах.

Не упоминалось о процессуальном контроле со стороны вышестоящего органа и в Декрете о суде № 2, изданном 7 марта 1918 года, наделявшим правом на производство предварительного следствия следственные комиссии, избираемые Советами рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов.

Принятый 20 июля 1918 года Декрет о суде № 3 сделал уклон в сторону  развития надзорных полномочий, закрепив, что предварительное расследование в некоторых случаях может возбуждаться по постановлению местного народного суда. Он же принимает окончательное решение и о направлении уголовного дела.

Серьёзные изменения в  организацию деятельности органов  предварительного расследования внесло Положение о народном суде от 21 октября 1920 года. Оно заменило следственную комиссию единоличным следователем, который и должен был расследовать преступления. Народные следователя  состояли в ведении народных судей, которые, однако, также не обладали полномочиями, способными оказать влияние  на ход предварительного расследования, поэтому в данный период об институте  процессуальной самостоятельности  не могло быть и речи.

Одна из особенностей правового  положения следователя после  принятия УПК РСФСР 1923 г. Заключалась  в том, что он, как и прежде оставался  в административном подчинении суда. Причём следователь находился под  двойным надзором, осуществляющимся не только со стороны суда, но и прокуратуры.

К середине 1930 – х годов  милиция превратилась в подразделение, занимающееся расследованием большого числа преступлений, отличающихся достаточной  сложностью и требующих производства всех следственных действий, присущих предварительному следствию.

Выходом из сложившейся ситуации стало создание в 1940 – х годах  следственного аппарата, сформированного  в органах милиции. В рамках этого  подразделения вводились должности  следователей и старших следователей ОВД. Вначале они состояли при  отраслевых отделах органов милиции, а в последующем были образованы самостоятельные следственные отделы, воспринятые как структурные  единицы с 1951 г..

Особенностью положения  следователей органов милиции было то, что их правовой статус не закреплялся  уголовно – процессуальным законом, они действовали в соответствии со сложившейся практикой и на основании ведомственных нормативных  актов.

Помимо образования следственных подразделений, впервые в 40 – е  годы была введена и должность  начальника следственного отдела. На него возлагались задачи организационного руководства следственным подразделением, а также контроля за расследованием преступлений.

Конкретная форма такого руководства выражалась в том, что  они поручали следователям расследовать уголовные дела, распределяли их между  следователями, а также проверяли  дела и давали по ним различные  письменные указания. Важно же здесь  отметить, что анализ построения и  деятельности органов предварительного расследования позволяет констатировать, что в первой половине ХХ века уголовно – процессуальное законодательство не имело института ведомственного процессуального контроля за деятельностью  лица, осуществляющего предварительное  расследование. Должностные лица, входящие в состав ведомства, при котором  состоял следователь, применяли  различные средства контроля за производством  по уголовному делу, однако их действия не регулировались уголовно – процессуальным законом.

В качестве первоначального  этапа на пути возникновения и  формирования института ведомственного процессуального контроля за деятельностью  следователей ОВД необходимо рассматривать  принятие Указа Президиума Верховного Совета СССР от 6 апреля 1963 года, согласно которому правом на производство предварительного расследования, наряду со следователями  органов прокуратуры и органов  государственной безопасности, наделялись также и следователи органов  охраны общественного порядка.

Работу следователей возглавили начальники следственных подразделений  и их заместители. Однако начальник  следственного отдела не был введён в число участников уголовного процесса, его полномочия на протяжении двух с половиной лет закон не регламентировал. Весь этот период начальники следственных отделов действовали на основе Положений  об организации и деятельности следственного  аппарата в органах охраны общественного  порядка.

Учитывая потребность  в наделении руководителя следственного  подразделения процессуальными  полномочиями, Президиумом Верховного Совета РСФСР был принят Указ от 14 декабря 1965 года "О внесении изменений  и дополнений в Уголовно – процессуальный кодекс РСФСР". В соответствии с  ним ст. 34 УПК РСФСР была дополнена  пунктом 6а, вводившим нового участника  уголовного судопроизводства – начальника следственного отдела. Одновременно ст. 127 УПК РСФСР закрепила объём  его процессуальных полномочий.

Реализация процессуальных полномочий начальником следственного  отдела, бесспорно, оказывала влияние  на процессуальную самостоятельность  следователя, предоставляющую последнему возможность принимать ряд правовых решений по своему внутреннему убеждению, руководствуясь собственной оценкой  полученных доказательств. Закрепление  полномочий руководителя следственного  подразделения в уголовно – процессуальном законе повысили уровень такой самостоятельности . Так, часть 4 ст. 127 УПК РСФСР предоставляла  следователю возможность не согласиться  с рядом указаний, противоречащих его внутреннему убеждению, обжалование  которых прокурору приостанавливало их исполнение.

Но времена менялись и  в 1990 году авторским коллективом  на основании Концепции судебной реформы в РФ, проекта Федерального закона "О следственном комитете Российской Федерации" и нескольких проектов УПК РФ (правовые идеи, которых зачастую друг другу противоречили) была разработана теоретическая модель УПК РСФСР. В отличие от действовавшего на тот момент Кодекса, в котором содержалась норма, определяющая процессуальные полномочия начальника следственного отдела, теоретическая модель не предусматривала в уголовном процессе наличие такого участника. Согласно ч. 2 ст. 29 теоретической модели УПК РСФСР только прокурор имел право вмешиваться в процессуальную деятельность следователя: давать ему указания, отменять незаконные и необоснованные решения и т. д. По мнению С. А. Табакова, вышеуказанные положения были обусловлены новыми подходами к развитию уголовно – процессуального законодательства, в частности, требованиями к обеспечению процессуальной самостоятельности следователя как гаранта законности и обоснованности принимаемых им решений, что, на мой взгляд, отлично прослеживается в тенденциях функционирования и развития современного уголовного процесса, но только, к сожалению, не реализуется в должной мере в отличие от советского времени.

В начале 90 – х разработанные  российскими теоретиками концептуальные положения послужили основой  для подготовки нескольких проектов УПК РФ, которые демонстрировали  различное отношение к процессуальному  статусу начальника следственного  отдела, что прямо влияло на формирование института процессуальной независимости  и самостоятельности следователя.

Так, проект УПК РФ 1994 г., подготовленный комиссией отдела по судебной реформе  Государственного правового управления Администрации Президента РФ, вообще не содержал нормы, закрепляющей правовое положение руководителя следственного  органа. Согласно ч. 3 ст. 71 указанного документа  следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать необходимые решения, осуществлять следственные и другие процессуальные действия.

Далее в проекте УПК  РФ от 6 июня 1997 года были закреплены нормы  обязывающие начальника следственного  отдела не допускать ограничения  процессуальной самостоятельности  следователя, но давая указания, перечень которых не закреплён в проекте  УПК РФ от 6 июня 1997 года, начальник  следственного отдела мог направлять предварительное следствие в  определённое русло, тем самым осуществляя  руководство и одновременно ограничивая  процессуальную самостоятельность  следователя.

Очередной проект УПК РФ от 20 июня 2001 год, подготовленный Комитетом  по законодательству и судебной реформе  Государственной Думы РФ, более конкретизировал  полномочия начальника следственного  отдела, что также наложило свой отпечаток на формирование процессуальной независимости и самостоятельности  следователя. Данный проект в итоге  стал законом и, в свою очередь, предоставил  следователю возможность обжаловать указания начальника следственного  отдела прокурору. Но теперь обжалование  указаний не приостанавливало их исполнения, что, безусловно, отрицательно повлияло на процессуальную самостоятельность  российского следователя.

Федеральным законом от 29 мая 2002 года, принятым ещё до вступления УПК РФ в законную силу, сложившаяся  ситуация относительно ведомственного процессуального контроля со стороны  начальника следственного отдела была изменена. Закон расширил перечень указаний начальника следственного  отдела, обжалование которых приостанавливало их исполнение. Они касались привлечения  лица в качестве обвиняемого, квалификации преступления и объёма обвинения. Считаю данный момент положительным относительно формированию института процессуальной самостоятельности следователя, так  как теперь следователь хоть как  – то мог отстаивать своё внутреннее убеждение.

Продолжающееся реформирование уголовного судопроизводства вылилось в принятие Федерального закона "О  внесении изменений в Уголовно –  процессуальный кодекс РФ" и Федерального закона "О прокуратуре РФ" от 5 июня 2007 года № 87 – ФЗ, который оказал существенное влияние на процессуальный статус начальника следственного подразделения  и, как следствие, на процессуальную самостоятельность следователя. Именуясь теперь руководителем следственного  органа, данный субъект приобрёл ряд  полномочий, принадлежавших ранее исключительно  прокурору (о полномочиях подробнее  далее в моей работе), также изменился  и субъект рассмотрения жалобы следователя. В качестве такового согласно ч. 3 ст. 39 УПК РФ выступает руководитель вышестоящего следственного органа. Лично я считаю, что такое положение  дел всё же ухудшило состояние  процессуальной независимости следователя, так как теперь все возникающие  у следователя возражения решались в основном только на ведомственном  уровне, что, в принципе, полной самостоятельности  обеспечить не может ввиду наличия  ведомственных интересов.

Таким образом, я делаю  вывод о том, что формирование процессуальной независимости и  самостоятельности следователя  прошло непростой путь, многое менялось, существовало немало противоречий. Но, анализируя правовую обеспеченность процессуальной самостоятельности следователя  в различные временные периоды, я прихожу к выводу о том, что  наиболее самостоятелен следователь  был лишь во времена советского уголовного судопроизводства. Что касается процессуальной самостоятельности следователя  в условиях современного уголовного судопроизводства, то, на мой взгляд, она существует только формально, так  как находится в "плену" ведомственных  интересов.

1.2. Полномочия  следователя

Следователь, согласно п. 41 ст. 5 УПК России - должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие  по уголовному делу, а также иные полномочия. Он является самостоятельным  участником уголовно-процессуальной деятельности, исполняющим определённые обязанности и обладающим определёнными правами, которые чётко определены законом.

Следователь занимает специфичное  положение в уголовном процессе. Его деятельность осуществляется в трёх стадиях: возбуждение уголовного дела, предварительное расследование, возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Процессуальный статус следователя  реализуют лица, в установленном  порядке назначенные на соответствующие  должности в следственных подразделениях  органов внутренних дел, органов  федеральной службы безопасности, органов  по контролю за оборотом наркотических  средств и психотропных веществ  и специализированным органом предварительного  следствия - Следственным комитетом Российской Федерации. Таким образом, следственные органы организованны в разных правоохранительных  ведомствах или в их составе. Разобщенность следственного аппарата в литературе вызывает множество дискуссий. Например утверждается, что это влияет на эффективность предварительного следствия. И тем самым обосновывается мысль о создании единого следственного органа страны³.

Неразрывная связь процессуальных прав и обязанностей - характерная особенность положения следователя. Интересы законности требуют, чтобы следователи точно и четко выполняли возложенные на них законом права и обязанности. Независимо от ведомственной принадлежности каждый следователь обязан руководствоваться предписаниями закона о содержании и направлении его деятельности. Он должен быстро и полно раскрыть каждое преступление, изобличить виновных в его совершении, обеспечить правильное применение закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечён к уголовной ответственности и осужден.

Следователь независимо от его принадлежности к какому-либо государственному органу, осуществляет функции государственного принуждения, его долг заключается в защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также в защите личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Он должен подходить к расследованию каждого уголовного дела с позиции государственных интересов, а не узкого профессионализма.

Закон относит следователя  у участникам уголовного процесса со стороны обвинения это обстоятельство не может служить оправданием  обвинительного кулона. Из закона соответствует, что следователь в каждом случае рассматривать уголовное дело и  устанавливать истину по нему. В  обосновании выше изложенного необходимо обратится к позиции Конституционного суда российской Федерации (далее КС РФ), выраженной в постановлении  от 29 июня 2004 года, согласно которому разделение уголовно-процессуальных функции согласно принципу состязательности не может  освобождать участников стороны  обвинения от защиты прав и участников уголовного судопроизводства. 

Предусмотренный, уголовно-процессуальным законодательством положение следователя, как стороны обвинения  не может  восприниматься однозначно. Необходимо отметить, что мотив уголовного преследования  неизбежен в исследовательской деятельности следователя, только он не должен через мерно преобладать и вести к обвинительному уклон у. Отнесение следователя к стороне обвинения вовсе не означает, что следователь вправе ограничивать свою деятельность собранием по уголовному делу исключительно обвинительных доказательств⁴.

Необходимо также отметить, что сохраняется построение  отечественного уголовного процесса по смешанному типу т.е. позволяет реализовать принцип состязательности (ст. 15 УПК) только в судебном рассмотрении дела. В стадии предварительного расследования служащий преимущественно для собирания доказательств полномочия защитника ни коем образом нельзя уровнять с полномочиями следователя. Следователь, как было отмечено в введении- это лицо обладающий властными полномочиями с принудительной возможностью их осуществления.  Таким образом следователь обязан относится к своему положению несколько нейтрально и качественно устанавливать обстоятельства подлежащий доказыванию (ст. 73 УПК)⁵.

В отличии от УПК РСФСР  (ст. 20) в УПК РФ не предусмотрено  требование о полном, всестороннем, объективном собирании, как обвинительных  так и оправдательных доказательств.  Необходимо отметить, что данные требования находят свое подтверждение в  практической деятельности. Так в  качестве подтверждения данного  тезиса обратимся к приказу Председателя  Следственного комитета Российской Федерации от 15.01.2011 №2 «Об организации  предварительного расследования в  Следственном комитете Российской Федерации»  в части первой установлены требования о полном, всестороннем, объективном  расследовании уголовного дела.  Категориально- понятийный аппарат действующего уголовно-процессуального законодательства расходится с объективными требованиями, которые  установлены следователю. По нашему мнению законодатель не нашел, четкого решения данной проблемы. Я считаю, что мы должны исходить из позитивного направления в праве. Следователь-это лицо или сотрудник правоохранительных органов. Правоохранительные органы должны служить во благо общества, на защите прав и свобод человека. По моему мнению, именно данной позиции придерживается и практика и действующее уголовно-процессуальное законодательство.