Федеральное агентство по высшему образованию  Российской Федерации

     государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

     Челябинский государственный университет

     Факультет лингвистики и перевода

     Кафедра общего и романского языкознания 
 
 
 

     Курсовая  работа

     CЛЕНГ МОЛОДЕЖИ, ЗАНИМАЮЩЕЙСЯ ЭКСТРЕМАЛЬНЫМИ ВИДАМИ СПОРТА 
 
 
 
 
 
 

     Выполнил:

     студент 2 курса группы ЛПА 201

     факультета  лингвистики и перевода

     Камалов А. К.

     Научный руководитель:

     кандидат  филологических наук

     Сборошенко  К. В. 
 
 
 

     Челябинск 2010

ОГЛАВЛЕНИЕ 

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ «СУБКУЛЬТУРА»

1. Определение понятий «экстрим» и «субкультура экстремалов»
2. Особенности субкультуры экстремалов

Выводы

ГЛАВА 2. ПОНЯТИЕ «СЛЕНГ», ЕГО ХАРАКТЕРИСТИКА И ОСОБЕННОСТИ

1. Особенности молодежного сленга
2. Особенности сленга экстремалов и факторы, влияющие на него

Выводы

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ИСПОЛЬЗОВАНННЫЕ РЕСУРСЫ

     ВВЕДЕНИЕ

     Судьба  русского языка – тема, которая  не оставляет равнодушным ни единого  филолога и лингвиста. Ни для кого не секрет, что наш язык претерпевает изменения буквально «на наших устах». Радоваться или печалиться этому явлению? Пытаться что либо изменить или безучастно мириться с этим?

           Актуальность  данной работы определяется неослабевающим интересом современных лингвистов к изменениям, происходящим в языке. В поле зрения современной лингвистической науки все чаще оказывается сленг.

     Объектом исследования является современный сленг экстремалов как одной из некодифицированных форм существования современного русского языка.

     Предметом изучения являются основные и второстепенные способы номинации современного сленга данной субкультуры.

     Материалом  исследования послужили труды американского психолога Уитмера Лайтнера, знаменитого исследователя сленга Эрика Партриджа, автора одного из наиболее популярных словарей сленга Стюарта  Флекснера и многих других ученых, а также свой собственный опыт.

     Задачи  предложенной работы сводятся к комплексному описанию  сленга молодежи, занимающейся экстремальными видами спорта, выявление его различных признаков, описание особенностей, установление значений сленговых единиц и выражений, определение источников пополнения сленга и способов сленгообразования.

     Целью нашей работы будет выявление сленга экстремалов, как отдельной языковой единицы, самостоятельно функционирующей в языке. Для достижения цели потребовалось решить ряд следующих задач:

• определить объём и содержание понятия "сленг";
• определить место сленга молодежи, занимающейся экстремальными видами спорта в системе современного русского языка;
• установить корпус лексических и фразеологических единиц, наиболее употребляемых в речи данной субкультуры;

     В приложении приводится глоссарий сленга экстремалов. 

     Проблемой сленга занимались такие ученые, как  Гальперин И.Р., Ч. Фриз Э. Партридж, У. Лайтнер и многие другие. 

     Структура работы следующая: две главы, выводы к ним, заключение

     В 1 главе дается определение понятия «субкультура», рассказывается об особенностях субкультуры экстремалов. В конце представлены выводы, сделанные по главе.

     2 глава содержит определение понятия «сленг», рассказывается об особенностях сленга в частности сленга субкультуры экстремалов, о его сходстве с понятием «жаргон» и о факторах, влияющих на развитие сленга экстремалов в России. В конце представлены выводы, сделанные по главе

     В заключении подводится общий итог по всем главам и дается оценка некоторым проблемам употребления сленга экстремалов в нашей стране. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ «СУБКУЛЬТУРА»

     Понятие «субкультура» сформировалось в результате осознания неоднородности культурного пространства, ставшей особенно очевидной в урбанизированном обществе. Прежде под «культурою» понималась господствующая этическая, эстетическая, мировоззренческая система - профессиональная, поддерживаемая элитами и исходящая от элит, получавшая сакральное подкрепление. Все, что за ее пределами, - область профанного, бытового, - лишалось статуса «культуры».

     Хотя  появление термина «субкультура»  в научной литературе возводят к 30-м гг. ХХ в., настоящее распространение  он получил в 1960-70-х гг., в связи  с исследованиями молодежных движений. Поначалу на первый план выступает приставка “sub” (т.е. “под-”), обозначая скрытые, неофициальные культурные пласты, подстилающие “дневную поверхность” господствующей культуры. Это понятие использовалось в ряду таких, как subterranean culture (подземная культура) и underground (подполье). Просматривается и привычное восприятие неинституциональных культурных явлений как низовых – в противоположность “высокой” официальной культуре. В том же контексте ( в применении к идеологии и практике молодежного протеста против ценностей общества потребления, трудовой этики и технократической цивилизации) использовалось и понятие “контр-культура”, определявшее идеологию молодежи как разрушающую всякую культуру вообще, противостоящую культуре как таковой. Отсюда видно, что понятие «субкультура» первоначально обозначало явления, воспринимавшиеся как не- или вне-культурные. Со временем, однако, оно получило иной смысл.

     Эстетика, этика, идеология молодежных сообществ получила признание как особая «молодежная культура». Обнаружилось существование и других культур (напр., детской), отличающихся от официальной, но вполне реальных, со своими нормативными и символическими характеристиками. Это придало новую жизнь понятию “субкультуры”, впрочем, в несколько измененном значении. Теперь оно прочитывается как обозначение «подсистемы» культуры, указывая на мультикультурный характер современного общества.

     В таком прочтении концепция «субкультуры» оказалась чрезвычайно плодотворной как в научно-эвристическом (программа описания различных сегментов и вариаций культуры), так и в практически-прикладном отношении. С этим последним связан ряд ее модификаций, среди которых в последнее десятилетие наиболее актуальна, пожалуй, концепция «жизненных стилей» (life styles) , под которыми понимаются особенности идеологии, социальной психологии, потребительского поведения, языка и символики, в целом образа жизни, - характерные для различных социальных групп. Изучение “жизненных стилей” ориентировано в первую очередь на моделирование потребительского поведения их представителей. Впрочем, идеологические аспекты стилей жизни находятся в поле интересов политиков и особенно их имиджмейкеров. Еще более очевиден социальный заказчик изучения общественных движений, на практике делающего упор на организационных аспектах этих движений, средствах и возможностях мобилизации ресурсов, мониторинге властных устремлений и проч.

     Определение понятия «субкультура» затруднено именно из-за фундаментальности лежащего в его основе понятия “культуры” и существования огромного множества его определений. Не имея возможности их подробного анализа и даже перечисления в рамках этой статьи, мы остановимся на определении, которое считаем наиболее операциональным (как средство сбора и описания эмпирических данных по конкретным субкультурам).

     Прежде  всего приставка «суб-» в современном контексте, как мы говорили уже, подразумевает, что речь идет о подсистеме культуры как целого. Субкультура не представляет собою самостоятельного целого. Ее культурный код формируется в рамках более общей системы, определяющей основу данной цивилизации и целостность данного социума (ее мы и обозначаем словом «культура»). Субкультуры, как ее подсистемы, опираются на ее культурный код (общий для большинства их и обеспечивающей их взаимопонимание), а кроме того, ориентированы на постоянный диалог с нею. Этот диалог может принимать формы «обновления культуры», ее «развития», «восстановления традиций» – или “противостояния”, «разрушения» и проч., но он необходимый элемент самосознания и самоопределения субкультур. Каждая из них определяется, прежде всего, по отношению к Культуре (господствующей, общепринятой, материнской и т.п.), противопоставляя ей свои нормы и ценности, либо черпая в ней обоснования этих норм. 

1. Определение понятий «экстрим» и «субкультура экстремалов»

     Экстрим (от англ. extreme — противоположный, обладающий высокой степенью, чрезмерный, особенный) — выдающиеся, экстраординарные действия, как правило, связанные с опасностью для жизни, особое побуждение души и тела выбрасывать как можно больше адреналина и эмоций, словом, это состояние «на грани». Экстрим - это риск, но благородный, это одновременный выплеск позитивных и негативных эмоций, это осознание собственного величия или бессилия.

     Некоторые современные виды спорта, которые стали продвигаться в мире с 50-х годов XX века, постепенно стало принято называть экстремальными. К таким видам спорта относятся BMX, триал, скейтбординг, сноубординг, парашютизм, скалолазание, спелеология, роуп-джампинг. Экстремальные виды спорта появляются на свет каждый день. Их характеризует высокая степень опасности для жизни и здоровья спортсмена, большое количество акробатических трюков, высокий уровень адреналина, который выделяется у спортсмена во время занятия спортом. 

2. Особенности субкультуры экстремалов

     Так уж сложилось, что экстремал ассоциируется с широкими джинсами, свободной футболкой и «балахоном», кепкой, кедами, лохматыми волосами и шальным взглядом. Однако, при более близком знакомстве с ними понимаешь, что это зачастую не так.

     Зачастую их воспринимают как бездельников, сорванцов, хулиганов, нарушителей общественного порядка, «безбашенных» и, честно сказать, ничего не стоящих подростков. Прохожие (чаще старшее поколение) и даже родители райдеров не понимают и не принимают такого увлечения. «Лучше бы они занялись образованием или каким-нибудь серьезным делом!» – негодуют они.

     Ни в коем случае не надо думать, что экстремалы – это такая большая дружная «команда». Иногда среди них возникают различные конфликтные ситуации. Например, между агрессив-роллерами и скейтерами, между ВМХ-ерами и МТВ-шниками и т. д. Как правило, столкновения носят не силовой характер (хотя и такое встречается). В основном, дело ограничивается словесными баталиями, особенно на интернет- форумах, и конечным разграничением территорий тусовок.

     Главными поводами для конфликтов становятся выяснения, чей вид «круче» и экстремальнее, или же негодование по поводу испорченных объектов для катания (лестниц, парапетов). Но в целом многие райдеры относятся друг к другу хорошо. Более того, практически нет ни одного, кто занимался бы исключительно одним экстремальным видом спорта, не попробовав себя в другом.

     Во-первых, ими движет желание получить «ни с чем несравнимые ощущения». Во-вторых, в экстриме реализуется стремление к совершенствованию, преодолению своих страхов, а также гордость за себя при выполнении различных трюков. Что скрывать, важное место занимает также «выпендреж» перед другими и желание выделиться. Совместные «тусовки» и «покатушки» формируют особую психологическую атмосферу, заряжают неповторимой энергетикой.

     Ещё одним важным доводом многие считают здоровье. Правда, на форумах иногда мелькают высказывания, что молодые люди катаются под действием различных наркотических и алкогольных средств, потому что это «не так страшно» или «так веселее». С этим можно поспорить, ведь экстремальные виды спорта предполагают максимальную сосредоточенность и контроль своего тела. Хотя нельзя отрицать, что после катания или от нечего делать райдеры собираются толпой, пьют пиво, обсуждают всё на свете, веселятся и шутят над прохожими.

     Одной из мотиваций выбора экстремальных, а не традиционных видов спорта, является креативность первых. Есть определенный базовый набор трюков в каждой дисциплине, но главное заключается в возможности придумывать и изобретать собственные трюки и комбинации. В других видах спорта, будь то футбол, гимнастика, бег, плавание и т. д. существуют специальные секции и занятия, на которых опытный тренер обучает спортсменов основам. В городском экстриме такого нет. И, несмотря на то, что в настоящее время появляются всевозможные школы МТВ, скейтбординга и т. п., где любой желающий может познакомиться как с теорией, так и практикой, большинство предпочитает учиться на улице, изобретая что-то своё. Здесь ты постоянно развиваешься, повышаешь технику, учишь что-то новое. тобою никто не командует, ты предоставлен сам себе! полная свобода.

     У некоторых может сложиться впечатление, что экстремалы просто намеренно делают всё не так, как все, назло всем, и особенно любят то, что делать не положено. Как бы бросают вызов обществу. Но, на самом деле, политические, идеологические мотивы ими просто не рассматриваются. Такой своеобразный «пофигизм». Экстремальные виды спорта – это не «против» и не «за» основную культуру. Многие катаются для себя, не задумываясь о противопоставлении традиционным видам спорта.

     Но есть и такие, кто четко разделяет экстрим и общепринятые нормы: «То, что идеи антиглобализма очень хорошо привязываются к увлечению экстримом, это понятно, – говорит один из представителей альтернативного спорта. – Экстрим, особенно городские его ответвления, вроде «стрита» – по сути дела тот же вандализм, что, например, граффити. Скандальность – один из его элементов. В общем – это игра против истэблишмента, хотя бы совсем никак не организованная». Но это – крайние взгляды фанатичных представителей. Несмотря не новизну и нестандартность, нельзя говорить о наличии выраженной политической стороны поведения экстремалов, как, скажем, у анархистов.

     Тем не менее, райдеры (или же, говоря метафорически, – дети улиц) вызывают постоянное беспокойство у общественности и властей, которое проявляется в неодобрительных отзывах со стороны прохожих, а также в «стычках» с правоохранительными органами. Главная проблема в том, что из-за различных трюков портятся памятники, перила, тротуары, лестницы и т. п. Кроме того, начинающие или слишком безрассудные райдеры иногда сбивают с ног прохожих, являются лишней головной болью для пожилых людей, водителей. (Здесь приходит на ум опыт некоторых стран, где есть специальные велосипедные дорожки).

     Кстати сказать, чрезмерная «непоседливость» осуждается и самими экстремалами, но многое и оправдывается ими. Например, «вечными врагами» байкеров являются работницы метрополитена, которые часто негодуют по поводу больших компаний велосипедистов, поэтому некое хулиганство и подшучивание над ними в среде экстремалов оправдывается и не считается дурным поступком.

     Одна из проблем городских экстремалов состоит в том, что им практически негде тренироваться: из парков и других общественных мест их гонят, специализированных мест очень мало, а крытые комплексы являются платными. Ситуация, конечно, меняется в лучшую сторону, но крайне медленно.

     Порой можно столкнуться с такой идеей, что экстрим-культура предполагает «уход» от реальности, преодоление инстинкта самосохранения и попытку коснуться «запредельного». Однако, всё не так. Или не совсем так. Экстрим – это достижение предела, развитие своих физических возможностей, это «уход» от пассивного существования, от «серости» и однообразия, к которому склонна основная часть общества.

     Да, опасность и рискованность многих трюков невольно наводят на мысль, что райдеры ― это люди, которым нечего терять в жизни, которые не боятся себя покалечить, не страшатся смерти. Но в действительности, не стремление к смерти, а желание ощутить полноту жизни движет молодыми людьми. Экстремалы любят повеселиться, почудить. Никто не станет зря рисковать своей жизнью. Любой человек прежде чем что-то сделать предварительно очень хорошо обдумывает. Никто никогда не прыгает «в никуда». Кроме того все всегда носят защиту.

     Разобравшись с тем, что думают райдеры и как они относятся к обществу, нельзя не обратить внимания на то, как они говорят. Речь экстремалов наполнена жаргонными терминами, связанными с конкретным родом занятий. Это названия направлений, дисциплин экстремального спорта, средств катания, их деталей и многое другое. Но кроме специализированных слов есть огромнейший пласт экстремального сленга. Являясь некой ячейкой в рамках молодёжной культуры, райдеры пользуются многими распространенными словами: кайф, лажа, тусовка, прикид, зажигать. Но в основном, их речь настолько своеобразна, что иногда бывает трудно понять, о чем они говорят. Покатухи, дропы, випы, тапки, споты, позеры, доноры – лишь сотая часть их специфической речи.

     Экстремалы не только говорят своеобразно, но и ведут себя, порой так, что наблюдатели приходят в удивление, а иногда и откровенный ужас. Например, некоторые скейтеры, если что-то у них не получается, начинают истошно орать, пинать и с треском ломать свой скейт. Даже существует специальные понятия: фокус – для обозначения разламывания скейта, и фрикерство – для обозначения «трюков», во время которых происходит эта зрелищная процедура. Байкеры же иногда подстерегают пугливого прохожего и со всей скоростью проезжают рядом с ним, врезаясь в какой-нибудь столб или стену. Даже не поранившись, они начинают жутким голосом кричать, стонать, вконец приводя в замешательство прохожего. 

     ВЫВОДЫ  К ПЕРВОЙ ГЛАВЕ

     Главное, это определенный стиль жизни. Экстремалы «катают», тусуются, веселятся, участвуют в соревнованиях, смотрят, обсуждают и создают свой экстрим – видео и экстрим – альбомы. Они пропагандируют и ведут активный образ жизни, гордятся тем, что отличаются от других. Как правило, слушают «позитивную», энергичную музыку и немаловажное место уделяют своему внешнему виду.

     ГЛАВА 2. ПОНЯТИЕ «СЛЕНГ», ЕГО ХАРАКТЕРИСТИКА И ОСОБЕННОСТИ

     В настоящее время существует достаточно большое количество определений  сленга, зачастую противоречащих друг другу. Противоречия эти касаются, прежде всего, объема понятия «сленг»: спор идет, в частности, о том, включать ли в сленг одни лишь выразительные, ироничные слова, являющихся синонимами литературных эквивалентов, или же еще и всю нестандартную лексику, использование которой осуждается в кругу образованных людей.

     Обращает  на себя внимание, что термин «сленг» чаще употребляется в англистике, хотя последнее время он активно используется и в отношении русского языка. Нередко слово «сленг» используются просто как синоним слову «жаргон».

     Целесообразно начать с этимологии. Как известно, до сих пор в современной лингвистике существуют сомнения относительно происхождения слова «сленг». По одной из версий, английское slang происходит от sling («метать», «швырять»). В таких случаях вспоминают архаическое to sling one’s jaw – «говорить речи буйные и оскорбительные».

     Неизвестно, когда слово slang впервые появилось  в Англии в устной речи. В письменном виде оно впервые зафиксировано  в Англии в 18 веке. Тогда оно означало «оскорбление». Приблизительно в 1850 году этот термин стал использоваться шире, как обозначение «незаконной» просторечной лексики.

     Рассмотрим  некоторые из многочисленных научных  определений сленга.

     В российском языкознании чаще всего  приводится определение В.А. Хомякова: «Сленг – это относительно устойчивый для определенного периода, широко употребительный, стилистически маркированный (сниженный) лексический пласт (имена существительные, прилагательные и глаголы, обозначающие бытовые явления, предметы, процессы и признаки), компонент экспрессивного просторечия, входящего в литературный язык, весьма неоднородный по своим истокам, степени приближения к литературному стандарту, обладающий пейоративной экспрессией».

     Совсем  иная трактовка предлагается в «Словаре лингвистических терминов» О.С. Ахмановой: Сленг – 

     1. Разговорный вариант профессиональной речи.

     2. Элементы разговорного варианта  той или иной профессиональной  или социальной группы, которые,  проникая в литературный язык  или вообще в речь людей,  не имеющих прямого отношения  к данной группе лиц, приобретают  в этих языках особую эмоционально-экспрессивную окраску.

     Очевидно, в первой дефиниции сленг –  это просто ряд слов не-терминов, использующихся в терминологическом  значении, вроде «дворник» или  «запаска» у автомобилистов. Такие  слова не годятся для официальной  инструкции, но удобны для делового разговора профессионалов.

     Во  втором случае это уже нечто совершенно иное: перед нами слова, уже покинувшие профессиональную сферу и вышедшие «в свет». Вероятно, в качестве примера  можно было бы привести «шестерку»: в воровском мире одно из значений этого слова – «человек, прислуживающий ворам». В современном разговорном русском языке «шестерка» – презрительное обозначение любого незначительного человека, возможно (но необязательно) с криминальными наклонностями. Очень важно еще одно отмеченное О.С. Ахмановой качество: все подобные слова ярко экспрессивны.

     Несколько иное решение предлагается в Энциклопедическом  словаре 1980 года. Здесь тоже два определения. 1. Сленг здесь – речь профессионально  обособленной группы в противоположность  литературному языку. 2. Это вариант разговорной речи, не совпадающий с нормой литературного языка.

     Отличается  от этих определений дефиниция Большого энциклопедического словаря 1998 г.: Сленг  – 

     1. То же, что жаргон (в отечественной  литературе преимущественно к англоязычным странам). Как видим, здесь сленг просто объявляется синонимом жаргона, притом преимущественно жаргона англоязычных стран.

     2. Совокупность жаргонизмов, составляющих  слой разговорной лексики, отражающей  грубо-фамильярное, иногда юмористическое отношение к предмету речи. [Большой энциклопедический словарь 1998: 324]

     В отличие от некоторых других дефиниций, здесь подчеркивается грубость и  фамильярность сленгизмов. «Юмористическое  отношение» не считается обязательным признаком сленга. Сленг здесь  – часть жаргонного слоя лексики.

     «Словарь-справочник лингвистических терминов» 1985 г. просто ставит знак равенства между сленгом, жаргоном и арго: Сленг – слова  и выражения, употребляемые лицами определенных профессий или социальных прослоек. Сленг моряков, художников, ср. арго, жаргон. [Словарь-справочник лингвистических терминов 1985: 438]

     Такой разнобой в определении сленга дал  повод И.Р.Гальперину вообще отрицать сам факт существования сленга.

     К уже приведенным разнообразным  трактовкам сленга можно добавить столь же разнообразные дефиниции английских филологов. Термин «сленг», отмечает известный американский лингвист Ч. Фриз, настолько расширил свое значение и применяется для обозначения такого количества различных понятий, что крайне затруднительно провести разграничительную линию между тем, что является сленгом, а что нет.

     Таким образом, можно констатировать, что, при всей своей популярности (а  может быть, именно благодаря ей), «сленг» в настоящее время  терминологической точностью не обладает.

     Тем не менее, приведенные выше точки зрения позволяют как-то обобщить его наиболее существенные свойства.

     1. Сленг – это не литературная  лексика.

     2. Сленг – это лексика, возникающая  и употребляющаяся прежде всего  в устной речи.

     3. Сленг – это эмоционально окрашенная лексика.

     4. Сленг характеризуется более  или менее ярко выраженной  фамильярной окраской подавляющего  большинства слов и словосочетаний. Это свойство сленга ограничивает  стилистические границы его употребления.

     5. Фамильярная эмоциональная окраска  многих слов и выражений сленга отличается большим разнообразием оттенков (шутливая, ироническая, насмешливая, пренебрежительная, презрительная, грубая и даже вульгарная).

     6. В зависимости от сферы употребления  сленг можно подразделить на  общеизвестный и общеупотребительный, и малоизвестный и узкоупотребительный.

     7. Многие слова и выражения сленга  непонятны или малопонятны для  основной массы населения (особенно  в период их возникновения  и перехода в более широкую  сферу употребления), потому что  они, прежде всего, связаны со своеобразной формой выражения – например, при многочисленных случаях переноса значения (фигурального употребления), столь характерного для сленга. Непонятность может также быть результатом того, что эти сленгизмы представляют собой заимствования из диалектов и жаргонов иностранных языков.

     8. Сленг включает в себя различные  слова и словосочетания, с помощью  которых люди могут отождествлять  себя с определенными социальными  и профессиональными группами. [Partridge 1979: 134]

     Сленг характеризуется некоторой социальной ограниченностью, но не определенной групповой, а интегрированной: он не имеет четкой социально-профессиональной ориентации, им могут пользоваться представители разного социального и образовательного статуса, разных профессий и т.д. Поэтому можно отметить такую черту сленга, как общеизвестность и широкую употребительность («тусовка», «баксы» и мн. др.) 

     Если  суммировать точки зрения различных  авторов и лингвистических школ о языковой сущности сленга, то можно  выделить следующие наиболее характерные концепции:

     1. Большинством исследователей сленг  противопоставляется литературному  языку, но в то же время  одними авторами сленг отождествляется  частично с жаргонизмами и  профессионализмами, частично с  диалектизмами и разговорным  языком, другими отграничивается от профессионализмов, жаргонизмов, диалектизмов и т.п., при этом некоторые авторы считают сленг вульгарным, засоряющим язык, а некоторые понимают его как признак жизни и поступательного развития языка.