Смерть и бессмертия в отечественной и западной философии
ВВЕДЕНИЕ
«Смерть сама по себе, как закон бытия, прекрасна – что может быть ужаснее вечной жизни?»
Философия есть наука о духе, прежде всего – о человеческом существовании. Именно в человеческом существовании раскрывается смысл бытия.
Одной из самых главных философских проблем является вопрос о смысле жизни. Однозначного ответа на него нет, характер решения этого вопроса зависит от общих мировоззренческих ориентаций. В самом общем виде вопрос о смысле жизни предстает перед нами как вопрос о назначении человека, о его роли на Земле. Ясно, что ответить на этот вопрос можно, только познав сущность человека и всего окружающего мира, поняв взаимоотношения мира и человека. Таким образом, проблема смысла жизни является одной из основных в философии.
Актуальность
данной темы четко прослеживается в
социальных, психологических, политических
и многих других аспектах существования,
жизнедеятельности и
Цель работы состоит в определении понятия смысла жизни, смерти и бессмертия и рассмотрении данной проблемы в отечественной и западной философии.
Представленная работа достаточно обеспечена материалами, позволяющими полно рассмотреть указанную тему.
Вопрос
о смысле жизни имеет субъективную
и объективную стороны. Наиболее
важным для философии как
1
ПРОБЛЕМА СМЫСЛА
ЖИЗНИ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ
ФИЛОСОФИИ
- Смысл
жизни в философско-
художественной литературе Ф.М. Достоевского
Особенно много внимания вопросу о смысле жизни уделяется в философии экзистенциального направления. С огромной силой и всей своей противоречивости он был поставлен в русской философии Достоевским, заострившим его до логического самоубийства. Достоевский Фёдор Михайлович (1821 - 1881) оказался в числе противников революции и идеи социализма в 1861 - 1862 гг., критикуя их за отрицание свободы, за нивелировку личности. В 1864 г. Он опубликовал повесть «Записки из подполья», а зерно философской идеи, положенное в основу повести, было изложено писателем ещё в «Зимних заметках о летних впечатлениях», где проводилась мысль о том, что человеческую жизнь нельзя строить на разумном основании. В «Записках из подполья» Достоевский развернул этот тезис в целую философскую концепцию, согласно которой социальное переустройство и обновление жизни невозможно, мечты о будущем совершенном обществе бесперспективны, поскольку они продиктованы разумом. А разум человеческий противоречив и обманчив, и поэтому на его основе ничего нельзя построить. Писатель попытался доказать, что натура человеческая непостоянна, своевольна и капризна. Подпольный человек считает, что человечество может построить справедливое коммунистическое общество, но в конце концов, ему станет скучна рационалистическая гармония хрустального дворца , и оно, поддавшись минутному капризу, в один момент разрушит его. По направленности творчества и по философичности художественного мышления Достоевского можно поставить в ряд, пожалуй, только с Толстым. Оба они были одновременно и художниками и мыслителями и оба оказали глубокое влияние на русскую философию. Достоевский подверг специфическому анализу целый комплекс вопросов личной и общественной жизни человека и её смысла. Он коснулся проблемы национальности, социализма, нравственности, религии. Но по преимуществу это был писатель психолог, главный интерес которого сосредотачивался на человеке, на его природной и социальной обусловленности, на мотивах поведения в сложных драматических ситуациях; он проник в самые глубинные тайники духовного мира людей, включая и болезненные проявления психики.
Вопрос о смысле жизни для Достоевского превращается в вопрос о Боге. Так в «Бесах» инженер Кирилов чувствует, что Бог необходим для утверждения жизни, а потому и должен быть. Но вместе с тем он знает, что его нет, и быть не может. В связи с этим он восклицает: «Неужели ты не понимаешь, что из-за этого одного можно выстрелить в себя?».
А отношение Достоевского к науке, разуму? Даже марксистам пришлось признать, что красной нитью, проходящей через всё творчество Достоевского, явилась мысль о том, что наука, разум означают упоённое, порицающее мораль стяжательство. Вот слова Зосимы из «Братьев Карамазовых»: «У них наука. Мир же духовный, высшая половина существа человеческого отвергнута вовсе, изгнана с неким торжеством, даже с ненавистью. Провозгласил мир свободу, в последнее время особенно, и что мы видим в свободе ихней: одно лишь рабство и самоубийство».
Без веры в Бога не может быть смысла в жизни, как и счастья. Я дитя века, дитя неверия и сомнения до сих пор и даже (я знаю это) до гробовой крышки. Каких страшных мучений стоила, и стоит мне теперь эта жажда верить, которая тем сильнее в душе моей, чем более во мне доводов противных. И, однако же, Бог посылает мне иногда минуты, в которые я совершенно спокоен; в эти минуты я люблю и нахожу, что другими любим, и в такие минуты я сложил в себе символ веры, в которой всё для меня ясно и свято. Этот символ очень прост, вот он: верить, что нет ничего прекраснее, глубже, симпатичнее, разумнее, мужественнее и совершеннее Христа и не только нет, но с ревнивою любовью говорю себе, что и не может быть. (Письмо Достоевского к Н. Д. Фонвизиной из Омска, 1854 г.)
Таким
образом, преодолевается трагизм земного
человеческого существования, выражающийся
в противоположности и
- Смысл
жизни в философско-
художественной литературе Л.Н. Толстого.
Может быть, больше всего над вопросом о смысле жизни размышлял и мучился Л. Н. Толстой (1828 - 1910 гг.). В результате он пришёл к выводу, что смысл жизни и цель заключается в самосовершенствовании личности. Вместе с тем для него было ясно, что смысл жизни отдельной личности нельзя искать отделно от других людей. Однако всё это ещё не говорит о том, что Толстой, в конце концов, разрешил эту проблему. Он говорил, чтобы жить честно, надо рваться, путаться, биться, ошибаться, начинать и бросать, и опять начинать и опять бросать, и вечно бороться и лишаться, а спокойствие - душевная подлость, от этого- то дурная сторона нашей души и желает спокойствия, не предчувствуя, что достижение сопряжено с потерей всего, что есть в нас прекрасного, не человеческого, а оттуда.
Религиозно- философские сочинения Толстого - многочисленны, мы же будем касаться, главным образом, “Исповеди”, трактата “О жизни” и его работ “В чём моя вера”, “Царство Божие - внутри нас” и, конечно, его дневников. По мнению Зеньковского, Толстой начал философствовать очень рано, но не получил никакого систематического образования в философии. Толстой читал всегда очень много, жадно впитывал в себя различные духовные влияния его времени. Среди них был Руссо и особенно А. Шопенгауэр, перед которым он испытывал восторг.
Толстой ясно понимал, что прежде чем решить вопрос о смысле жизни, человек должен осознать, что такое жизнь вообще. Он перебирает все известные тогда в естественных науках определения жизни, но вышло так, что они не определяют саму жизнь, а сводят многообразие человека к биологическому существованию. А между тем, указывает Толстой, жизнь человека невозможна без общественных и нравственных побуждений, и потому всем определениям жизни он противопоставляет своё: «Жизнь есть стремление к благу, сопровождающееся чувством удовольствия или страдания».
Таким образом, возражая против натуралистического истолкования сущности человеческой жизни, моралист Толстой переносит её в чисто нравственную сферу.
Человек, как существо разумное, ищет разумного объяснения явлений жизни, и чем больше он живёт, тем чаще в его сознании возникает вопрос: зачем жить, зачем желать, зачем делать? Мне, - пишет Толстой в «Исповеди», - нужно знать смысл своей жизни, а то, что она есть частица бесконечного, не только не придаёт ей смысла, но уничтожает всякий возможный смысл. Философия, если она остаётся сама собой и не выходит за пределы своих возможностей, способна лишь ясно поставить вопросы: «что?» и «почему?», но на вопрос «зачем?», должна честно ответить: «не знаю». Столь же не утешительны результаты социологической науки в решении проблемы смысла жизни. Рассматривая каждого человека как часть человечества, социологи утверждают, что призвание людей состоит в содействии осуществлению общественных идеалов. Но, во-первых, возражает Толстой, отдельный индивид не может охватить всего человечества, которое к тому же состоит из таких же людей, не понимающих самих себя; а, во- вторых, что следует понимать под идеалами человечества, тем более известно, что между людьми никогда не было согласия о лучшей жизни.
По мнению Толстого, нельзя определять смысл жизни, идя от идеала, потому что сам идеал возникает вследствие того или иного своего жизненного призвания.
Признав, что знание беспомощно, Толстой обращается к житейской практике и находит в ней четыре распространённых понимания смысла жизни, в которых люди ищут выход из жизненных ситуаций. Первый выход - неведение. Второй - эпикурейство. Третий выход - силы и энергии. Он доступен только тем, кто способен встать на путь борьбы. Наконец, четвёртый выход - слабости - избирают люди, примирившиеся с обманом, в котором живут. Все эти позиции Толстой считает иллюзорными, не содержащими в себе удовлетворительного решения вопроса, т. к. они выведены рассудочно. Но помимо разума, который охватывает отношения между «я» и «не- я», человек обладает неким внутренним, над разумным сознанием жизни, которое корректирует работу разума. Она- то эта жизненная сила, заключается в простом народе, понимание смысла жизни которым не деформировано ни влиянием ложного знания, ни церковным богословием. Неразумное знание народа есть вера. Следовательно, в народе и надо искать смысл жизни.
Но жизнь человека конечна перед лицом бесконечного мира, а раз конечна, значит бессмысленна. Какое значение имеет индивидуальная жизнь, взятая сама по себе? Вот эта новая постановка вопроса привела Толстого к заявлению, что только религиозная вера раскрывает перед человеком смысл его жизни, направляет его на путь совершенствования себя и общества.
Хотя
конечная цель жизни мира и скрыта
от человека, тем не менее, он, зная дело
Бога, понимает, что в этом он призван
участвовать посредством
Практическое средство для осуществления этой цели Толстой видит в принципе непротивление злу насилием. Евангельские заповеди следует выполнять, т. к. он находит в них совершеннейшее выражение моральных норм. Но центральным связующим положением этого кодекса, по его мнению, является принцип непротивления. Люди ошибочно думали, что проведение в жизнь этого закона можно достигнуть с помощью насилия, которое оправдывалось необходимостью возмездия за несоблюдение закона. Поэтому одни брали на себя исполнение этого возмездия и на этом развращались, другие повиновались и тоже развращались покорностью перед насилием власти. Такому удалению от норм истинной жизни содействовала и церковь, но как огонь не тушит огня, так зло не может потушить зла. Только добро, встречая зло и не заражаясь им, побеждает зло. Осуждая одинаково за насилие и правительство, и революционеров, Толстой даёт следующие рекомендации практической этики:
- перестать самому делать прямое насилие, а так же и готовиться к нему;
- не
принимать участия, в каком
бы то не было насилии,
- не одобрять никакого насилия.
Итак,
Толстой не смог обосновать теоретический
смысл жизни, видимо, нельзя. Помимо
этого, решения вопроса о смысле
жизни предполагает и осуществление
сократовского императива - познай
самого себя, а это также открывает
вопрос. Дать абсолютный ответ на него,
- значит исчерпать саму жизнь, которая
беспредельна в своём существовании и
не исчерпывается рациональным объяснением.
- Смысл жизни в философских работах С. Л. Франка
Семен Людвигович Франк родился в 1877 году в Москве, умер в 1950 году в Лондоне.
С.Л. Франк продолжил фундаментальное исследование мировоззренческих проблем в уже сложившейся русской философии. Франк был философом, который пытался разъяснить природу человеческой души и знаний человека.
Философское учение Франка было высоко религиозно. Он был одним из тех философов XX века, кто в процессе поиска мировоззрения наивысшей духовности пришел к выводу, что таковым является христианство, выражающее общечеловеческие духовные ценности и подлинное существо духовности. Сам же Франк говорил: «Я не богослов, я философ».
Франк называл свою концепцию: «метафизическим (философским) реализмом». Его философия - реалистичная философия духовности, высоко поднимающая проблему человека и нацеливающая на достижение духовного единства всего человечества.
В своем учении Франк говорит об истинной жизни и смысле жизни. «Истинная жизнь есть жизнь во всеобъемлющем единстве, неустанное служение абсолютному целому; мы впервые подлинно обретаем себя и свою жизнь, когда жертвуем собой и укрепляем существо в ином - в Боге, как первоисточнике всяческой жизни». Но тем, самым, по мнению Франка, мы связываем себя со всем живущем на Земле, и прежде всего- с нашими ближними и их судьбой: «Любовь есть основа человеческой жизни, само ее существо». Жить истинной жизнью, жить в вере значит жить в постоянном напряжении всех своих сил, целиком жить в настоящем, жить «полным», «большим» сознанием того, что любой предмет, любая внешняя данность открывается в ее несказанности, значительности, таинственной глубине. По мнению Франка: «Это есть подлинный труд, подлинная борьба, подлинное творчество, в котором мы усилием творческой воли преображаем в реальность, творим нечто совершенно иное, небывалое - именно преображенную реальность нашего существа, нового человека…». Исходя из этих соображений Франк пытается определить смысл жизни.
Он определяет основной труд человеческой, жизни, как «религиозное внутреннее делание, аскетичную борьбу с самим собой». Этот труд закладывает фундамент жизни. «Все внешние человеческие дела, все способы внешнего устроения и упорядочения жизни опираются на внутреннее дело - на осмысление жизни через духовное делание, через взращивание в себе сил добра и правды, через действенное вживание человека в первоисточник жизни- Бога».
Поиски
смысла жизни - укрепление в себе веры,
которая представляет собой напряженное
внутреннее действие по преобразованию
нашей жизни. В глубине человека совершается
творческое и плодотворное дело, являющееся
основным делом человека. То есть внутри
человека совершается творческое и плодотворное
дело, являющееся его основным делом. Оно
состоит в действенном утверждении себя
в первоисточнике жизни, в молитвенном
подвиге, в обращении человеческой души
к богу, в аскетическом подвиге борьбы
с мутью и слепотой наших чувственных
страстей, нашей гордыни и эгоизма.
- Решение проблемы смысла жизни в сочинениях Виктора Франкла и логотерапия
Хочется
думать, что к решению вопроса
о смысле и цели жизни, как и
к самому этому вопросу не следует
подходить абсолютно
В этой связи имеет большое значение теория и практика логотерапии, разработанная В. Франклом. Речь идёт о том, что социальная философия должна играть адаптационную и жизнеутверждающую роль не только для каждого народа, но и каждого человека, способствовать формированию гуманистических ценностей и идеалов, утверждению позитивного смысла и цели жизни. Она, таким образом, призвана осуществлять функцию интеллектуальной терапии, которая особенно важна в периоды нестабильного состояния общества, когда прежние кумиры и идеалы рушатся, а новые не успели сформироваться или завоевать авторитет; когда человеческое состояние находится в пограничной ситуации, на грани бытия или небытия, и каждый должен делать свой нелёгкий выбор, который порой приводит к трагической развязке. Совершенно, не случайно, что впервые эту интеллектуально терапевтическую функцию философии выделил Эпикур именно в период кризиса и крушения древнегреческого полиса. Пусты слова того философа, - писал он, - которыми не врачуется страдание человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезни из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезни души.
Логотерапия, (от греч. Logos - смысл и therapeia - лечение) созданная В. Франклом, смогла помочь миллионам людей. Её задача состоит в том, чтобы справиться с теми страданиями, которые вызваны философскими проблемами, поставленными человеческой жизнью. Название теории образовано по аналогии с психотерапией. Однако учёный ставит логотерапию гораздо выше по своему значению, ибо человек, по его мнению, - это больше, чем психика, это дух, который призвана лечить философия. Логотерапия Виктора Франкла ставит своей задачей помочь обрести людям, нуждающимся в этом, смысл жизни и тем самым излечить душу, ибо не так уж страшна смерть, по большому счёту, а страшна жизнь, лишенная смысла.
Виктор Эмиль Франкл родился 26 марта 1905 г. в Вене, которая в те годы была очагом новаторских идей в психологии. В 1905 г. активно функционировало Венское психоаналитическое общество во главе с Зигмундом Фрейдом. В его заседаниях уже принимали участие Альфред Адлер и Карл Густав Юнг, которые свернули с дороги психоанализа и начали прокладывать свои оригинальные пути в науке. В 1930 г. Франкл получил степень доктора медицины, к началу войны была закончена рукопись первой книги – «Врачевание души». С 1942 по 1945 учёный был в концлагерях, именно там получил проверку и подтверждение его взгляд на человека, и вряд ли удастся найти ещё хоть одну философскую или психологическую теорию личности, которая была бы в такой степени лично выстрадана и оплачена такой дорогой ценой. Его книги - философские, психологические, медицинские появляются одна за другой: «...И всё же сказать жизни «Да» (1946 г.), «Экзистенциональный анализ и проблемы времени» (1947 г.), «Время и ответственность» (1947 г.), «Психотерапия на практике» (1947 г.), «Подсознательный Бог» (1948 г.), «Безусловный человек» (1949 г.), «Человек страдающий» (1950г.). С 1947 г. он начинает преподавать в Венском университете, в 1949 г. получает степень доктора философии, в 1950 г. возглавляет австрийское общество врачей-психотерапевтов. Франкл много ездил по миру, был в Москве в марте 1985 г. и читал лекции в МГУ.
Данный сборник открывается статьёй «Человек перед вопросом о смысле», в которой Франкл обосновывает социальную значимость логотерапии как психотерапии нашего времени. У каждого времени свои неврозы - и каждому времени требуется своя психотерапия, - так начинается статья. Франкл далее объясняет, почему он сейчас говорит об І экзистенциальном вакууме, как глубинном чувстве утраты смысла, ощущением пустоты. Если во времена Фрейда человек страдал фрустрацией (расстройством) сексуальных потребностей, то сегодня он страдает фрустрацией потребностей экзистенциальных, что вызывает ноогенные неврозы, проистекающие из ценностных конфликтов - угрызений совести. Автор доказывает, что потребность и вопрос о смысле жизни возникает именно тогда, когда человеку живётся хуже некуда. Свидетельством тому являются умирающие люди из числа наших пациентов, а также уцелевшие бывшие узники концлагерей и лагерей для военнопленных.
Философ считает, что мы здесь встречаемся с феноменом, который является фундаментальным для понимания человека: с самотрансценденцией человеческого существования. За этим понятием стоит тот факт, что человеческое бытие всегда ориентировано вовне на нечто, что не является им самим, на что-то или на кого-то: на смысл, который необходимо осуществить, или на другого человека, к которому мы тянемся с любовью. Франкл отмечает ещё очень важный факт, что агрессивные импульсы разрастаются прежде всего там, где налицо экзистенциальный вакуум. Что также верно по отношению к преступности, может быть применено и к сексуальности: лишь в экзистенциональном вакууме набирает силу сексуальное либидо и что эта гипертрофия в условиях вакуума повышает готовность к невротическим сексуальным реакциям. Следует понять, подчёркивает Франкл, что чем сильнее человек стремится к наслаждению, тем сильнее оно от него ускользает. Франкл ссылается на слова Эйнштейна: «тот, кто ощущает свою жизнь лишённой смысла, не только несчастлив, но и вряд ли жизнеспособен. Попытка же дать человеку смысл, свелась бы к морализированию, а мораль в старом смысле слова уже доживает свой век. Франкл часто повторяет: смысл нельзя дать, его нужно найти. Процесс нахождения смысла подобен восприятию гештальта (целостного) ... смысл должен быть найден, но не может быть создан. Создать можно либо субъективный смысл, простое ощущение смысла, либо бессмыслицу. Но вместе с тем смысл не только должен, но и может быть найден, и в поисках смысла человека направляет его совесть. Одним словом, совесть - есть орган смысла, но даже совесть держит человека в неизвестности того, постиг ли он смысл своей жизни. То, что мы даже на нашем смертном одре не узнаем, не вела ли нас наша совесть - орган смысла - по ложному пути, означает, что одному человеку не дано знать, был ли прав другой, поступая по своей совести. Истина может быть лишь одна, однако никто не может похвастаться знанием, что этой истиной обладает именно он и никто другой».
В век, когда десять заповедей,
Учение о смысле жизни учит, что смысл доступен любому человеку. Однако нахождение смысла - это вопрос не познания, а призвания. Не человек ставит вопрос о смысле своей жизни, - жизнь ставит этот вопрос перед нами, и человеку приходится ежедневно и ежечасно отвечать на него - не словами, а действиями. Смысл не субъективен, человек не изобретает его, а находит в мире, в объективной действительности, именно поэтому он выступает для человека как императив, требующий своей реализации.
Утверждая уникальность и неповторимость смысла, Франкл тем не менее, отвергает некоторые из философий жизни.
Так смыслом жизни не может быть наслаждение, ибо оно есть внутреннее состояние человека (субъекта). По той же логике человек не может стремиться к счастью, он может искать лишь причины для счастья. Далее он вводит представление о ценностях жизни - смысловых универсалиях: ценности творчества, ценности переживания и ценности отношения.
Приоритет
принадлежит ценностям
Новизна подхода Франкла связаны с третьей группой ценностей - ценностями отношения. К этим ценностям человеку приходится прибегать, когда он оказывается во власти обстоятельств, которые он не в состоянии изменить. Жизнь человека сохраняет свой смысл до конца - до последнего дыхания.
Правильной постановкой вопроса является, согласно Франклу, не вопрос о смысле жизни вообще, а вопрос о конкретном смысле жизни данной личности в данный момент, ибо каждая ситуация несёт в себе свой смысл, разный для разных людей, но для каждого он является единственным и единственно истинным. Не только от личности к личности, но и от ситуации к ситуации этот смысл меняется.
Основной тезис Франкла: жизнь человека не может лишиться смысла ни при каких обстоятельствах; смысл жизни всегда может быть найден.
Основной тезис третьего учения Франкла - учения о свободе воли гласит, что человек свободен найти и реализовать смысл жизни, даже если его свобода заметно ограничена объективными обстоятельствами. Признавая очевидную детерминированность (обусловленность) человеческого поведения, Франкл отрицает его пандетерминированность (сверхобусловленность). Необходимость и свобода локализованы не на одном уровне; свобода возвышается, надстроена над любой необходимостью. Свобода по отношению к влечениям проявляется в возможности сказать им І нет, принять или отвергнуть их. Даже когда человек действует под влиянием непосредственной потребности, он позволяет ей определить своё поведение и сохраняет свободу не позволить этого.
Аналогичным образом обстоит дело и тогда, когда речь идёт о детерминации человеческого поведения ценностями или моральными нормами, - человек позволяет или не позволяет себе быть ими детерминированным. Свобода по отношению к наследственности - это отношение к ней как к материалу, возможность свободного духа строить из этого материала то, что ему необходимо. Франкл характеризует организм как инструмент, как средство, которым пользуется личность для реализации своих целей. Похожие отношения существуют между личностью и характером, который сам по себе не оправдывает поведения. Напротив, в зависимости от личности характер может претерпевать изменения или сохранить свою неизменность. Свобода человека по отношению к внешним обстоятельствам хотя и небеспредельна, но существует, выражаясь в возможности занять по отношению к ним ту или иную позицию. Тем самым само влияние обстоятельств на человека определяется позицией человека по отношению к ним. Человек свободен благодаря тому, что его поведение определяется прежде всего, ценностями и смыслами, локализованными в ноэтическом измерении и не испытывающими детерминирующих воздействий со стороны рассмотренных выше факторов. Человек - это больше, чем психика; человек - это дух. Важным вопросом учения о свободе воли является вопрос, для чего человек обладает свободой, смысл сводится к тому - это свобода взять на себя ответственность за свою судьбу, свобода слушать свою совесть и принимать решения о своей судьбе. Это свобода изменяться, свобода от того, чтобы быть именно таким, и свобода стать другим.
Франкл определяет человека как существо, которое постоянно решает, чем он будет в следующий момент. Свобода - это не то, что он имеет, а то, что он есть. І Человек решает за себя; любое решение есть решение за себя, а решение за себя - всегда формирование себя. І