Софисты: от космоса до человека

    МИНОБРНАУКИ РОССИИ

    ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ  УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО  ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО  ОБРАЗОВАНИЯ

    ТУЛЬСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  УНИВЕРСИТЕТ 
 
 
 
 
 
 

    Кафедра «Философии» 

    Контрольно-курсовая работа

    по  дисциплине «Философия»

    на  тему: «Софисты: от космоса  до человека» 
 
 
 
 

    Студент                         Ашпин Николай  Анатольевич 

    Руководитель    Соколова Светлана Николаевна  
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Тула, 2011 

    ОГЛАВЛЕНИЕ 
 

      Введение 

    Cофисты  – термин, которым в древнегреческой литературе обозначали учителей мудрости и красноречия, философов 2-ой пол. V –  1-ой пол. IV вв. до н. э., которые впервые в Греции стали преподавать своё искусство за плату. Софистика, как показывает научное исследование этого течения, – явление далеко не однозначное. Хотя этот термин вошёл в обиход в значении искусно вводящего в заблуждение рассуждения, само по себе слово «софист»  означало просто «мудрец» и до середины века не имело никакого одиозного оттенка. Изменением значения слова история обязана противникам софистов, среди которых наиболее известными являются Сократ, его ученики Ксенофонт и Платон, а также Аристофан, высмеивавший софистику в своих комедиях.

          Очевиден и не вызывает сомнений факт сосуществования  множества направлений и школ в философии и большое разнообразие типов философствования. Не только философия, но и научное познание в силу углубляющейся специализации и дифференциации страдает фрагментарностью и отсутствием интегрирующих теорий и методологий. Глобализация расширила диалог между наукой и гуманитарной сферой культуры, который прежде велся преимущественно между наукой и философией, привлекая к общим дискуссиям такие сферы, как религия, мистика, традиционное знание, духовные и социальные практики.

    Исследование посвящено софистической традиции в познании, корнями уходящей в Античность. Невозможно понять сущность софистического релятивизма без детального анализа деятельности первых софистов. Постановка данного вопроса неразрывно связана с феноменом, который многие исследователи, называют «греческое чудо».

    Идеи  и методология древнегреческой  софистики активно возрождается в современной культуре, находя многочисленные выходы в идеалах постмодернистской  культуры, в способах философствования, в ораторском искусстве, в педагогическом мастерстве. Провоцирующие приемы софистики востребованы в критическом мышлении и связанными с ним областями практики. Теоретический анализ приемов и эффектов софистики диктуется насущными потребностями как научной, так и повседневной деятельности.

    Основная  цель контрольно-курсовой работы заключается в проведении комплексного исследования познавательных установок и методологических приемов софистики. Реализация поставленной цели конкретизируется в следующих задачах:

    - провести анализ трансформации образа софистики в истории культуры;

    - выявить когнитивные и социокультурные предпосылки возникновения софистики;

    - исследовать особенности релятивизма софистики.

    Степень разработанности проблемы. Проблема софистики интересовала исследователей с точки зрения объяснения закономерности и преемственности исторического развития философских идей. В работах по истории философии детально изучена деятельность софистов, исторические и идейные предпосылки возникновения этого движения. Фр. Герман, Г. Грот, Э. Целлер, В. Виндельбанд рассматривают софистику с позиции скептицизма и крайнего индивидуализма. Нужно заметить, что, признавая за софистикой историческое значение, эти авторы оценивают ее как несостоятельную и упадочную интеллектуальную позицию.

    В контексте неклассической философии XX в. о софистике начинают говорить все в более положительных тонах, как о гуманитарном движении, всецело обращенном к сфере человеческого мира и проблемам языка. Из наиболее известных исследователей занимающихся вопросами софистики за рубежом можно назвать следующие имена: Н. Ранкин, Д. Кефорд, М. Унтерстейн, Ж. де Ромийи, В. Йегер, И.-А. Марру, П. Адо, Б. Кассен, В. Татаркевич. Они усматривают заслугу софистики в том, что она впервые в наиболее категоричной форме поставила философию перед проблемой языковых эффектов, подняв тем самым целый комплекс вопросов соотношения языка и действительности. Особое внимание уделяется изучению педагогических стратегий софистов и их риторической деятельности.

    2. Софистика как выражение самосознания культуры Древней Греции 

    Софизм (от греческого sophisma - уловка, ухищрение, выдумка, головоломка), умозаключение  или рассуждение, обосновывающее какую-нибудь заведомую нелепость, абсурд или  парадоксальное утверждение, противоречащее общепринятым представлениям.

    Каков бы ни был софизм, он обязательно  содержит одну или несколько замаскированных  ошибок. Особенно часто в математических софизмах выполняют «запрещенные» действия или не учитываются условия применимости теорем, формул и правил.

    Софистами называли группу древнегреческих философов IV-V вв. до н.э., достигших большого искусства в логике.

    Падение нравов в древнегреческом обществе в V в. до н.э. было продолжением множества  факторов социальной и политической жизни греков.

    Главными  из таких факторов были: распространение в Афинах законотворческой практики, приведшей к противоречию законов писаных и не писаных, к спорам о гражданской доблести, добродетели, а также сосуществование принципов полисной демократии наряду с аристократическими догматами, что привело к уменьшению класса граждан в афинском полисе; еще один из важных факторов – бесконечные войны, которые приводили к столкновению греков не только с врагами, но и со своими согражданами; росла масса праздных граждан, требовавших от государства «хлеба и зрелищ»; росло число рабов, что само собой не делало политику полиса демократической¹.

    В этот период в Древней Греции появляются так называемые учителя красноречия, которые целью своей деятельности считали и называли приобретение и распространение мудрости, вследствие чего они именовали себя софистами. Наиболее известна деятельность софистов, к которым относят Протагора из Абдеры, Горгия из Леонтип, Гиппия из Элиды и Продика из Кеоса, а также – Крития, Трасимаха, Алкидама, Антифонта.

    Но  суть деятельности софистов много шире для нас, чем простое обучение искусству красноречия. Они несомненно явили собой греческое просвещение, образовывая народ, и в то же время давая ему «духовную культуру вообще»: стремились способствовать достижению нравственности, присутствия духа, любви к порядку, способности ума ориентироваться во всяком деле. Но в собственном смысле учеными софисты не были. Умение, которое должно было быть достигнуто с их помощью, заключалось в том, что человек научался иметь в виду многообразные точки зрения.

    Софистика как явление ознаменовала собой  смещение акцентов философской рефлексии  с вопросов об устройстве космоса  на социально-антропологическую проблематику. Именно софисты первыми обратились к проблеме человека через его  самоопределение и самопознание. Эти мыслители одними из первых опустили философию «с небес на землю» в том смысле, что вся дальнейшая история европейской культуры будет развиваться от века софистов как от отправной своей точки. Было положено начало антропоцентрическому пониманию культуры.

    Крайне  сложно определить единую теоретическую  основу рассуждений различных софистов, но наиболее общей чертой является разработка ими вопроса о соотношении  и взаимодействии природы и закона, как прямо противостоящих друг другу  начал.

    Добродетель у софистов означает достоинство, добротность, совершенную организацию чего-либо. Они считали, что согласовать между собой писаные и не писаные законы в конечном итоге может только личность, которая должна сама обнаружить и сама развить в себе добродетель и осознать собственную уникальность.

    Софисты пропагандировали не только научимость этой добродетели, но другой не менее важной стороной их деятельности был скептицизм. Они учили сомневаться, считая при всем этом, что «для мышления опасны не абсурды, а страхи перед ними». Эти мыслители показали, что суть образования состоит не в том, чтобы накапливать знания, а в том, чтобы вырабатывать свою позицию по отношению к ним.

    Софисты были предвестниками гибели классического  полиса, усмотрев грядущее падение нравов. А.Ф.Лосев отмечал: «...деятельность софистов была весьма ярким показателем разложения классического полиса, который к концу V в. уже терял почву под ногами..., когда отдельные граждане стали сознавать не только свое отличие от полиса, но и свое самостоятельное от него существование»².

    Кризис  полисной системы, крушение проекта  идеального государства Перикла, падение  нравов, проблема поисков дальнейшего  развития древнегреческого общества –  вот выразителями каких бед стали  появившиеся в V в. до н.э. учителя красноречия. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    3. Жизнь и деятельность известных софистов:

    3.1. Протагор и его идея гносеологического релятивизма

    Протагор (Protagoras) из Абдеры (около 480 — около 410 до н. э.), древнегреческий философ, основатель школы софистов. Особенно поражало современников Протагора то, что он устраивал публичные диспуты, брал плату за обучение, ввёл в оборот софизмы. Трактаты Протагора до нас не дошли. Протагор прославился своим тезисом: «Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют». Содержащийся здесь субъективизм понимался Протагором как вывод из учения Гераклита (вернее, его последователей) о всеобщей текучести вещей: если всё меняется каждое мгновение, то всё существует лишь постольку, поскольку может быть схвачено индивидом в тот или иной момент; обо всём можно сказать как что-то одно, так одновременно и нечто иное, ему противоречащее. Этот релятивизм проводился у Протагора и в религиозной области: «О богах я не могу знать ни того, что они существуют, ни того, что их нет, ни того, каковы они по виду». По-видимому, Протагор признавал существование и богов, и мира в целом, но в противоположность древней натурфилософии отрицал возможность достоверного познания объективного мира и признавал только текучесть чувственных явлений. В этике и политике Протагор, по-видимому, был не склонен к последовательному проведению своего релятивизма: если мы не знаем истины, то можем знать, что полезно, об этом нам говорят естественное право и государственные законы; так, законодательство необходимо, поскольку в нас с самого начала вложены богами «справедливость» и «стыд», — здесь Протагор являлся сторонником как бы некоторого прагматизма³.

   Во  второй половине V века до н.э. великим  досократическим системам, которые были рассмотрены нами выше, было противопоставлено скептическое движение. Наиболее значительной фигурой этого движения был Протагор. Софистом был человек, который добывал средства к существованию, передавая молодым людям определенные знания, которые, как тогда думали, могли быть им полезны в практической жизни. Так как общество не обеспечивало подобного образования за общественный счет, то софисты учили только тех, кто имел собственные средства или у кого родители располагали такими средствами. Это обстоятельство придавало деятельности софистов определенный классовый уклон, усугубляемый политической обстановкой того времени.  

   О Протагоре известен рассказ (несомненно, апокрифический), который свидетельствует  о такой связи софистов с судами, какой она представлялась народному сознанию. Как говорят, Протагор учил молодого человека на условиях, при которых тот должен был заплатить ему за учебу в том случае, если выиграет свой первый процесс. Но оказалось, что первый судебный процесс этого молодого человека был возбужден самим Протагором для получения платы за учебу.

   Однако  пора оставить эти предварительные  замечания и посмотреть, что же на самом деле известно о Протагоре.

   Протагор  родился около 500 года до н.э. в Абдерах - в городе, из которого был родом Демокрит. Он дважды посетил Афины, второй его визит имел место не позднее чем в 432 году до н.э. Он создал кодекс законов для города Фурии в 444-443 годах до н.э. Существует предание, что Протагор был подвергнут судебному преследованию за нечестие, но это, по-видимому, неверно, несмотря на тот факт, что он написал книгу «О богах», которая начиналась так: «О богах я не умею сказать, существуют ли они или нет и каковы они по виду. Ведь много препятствии для знаний - неясность дела и краткость человеческой жизни»⁴.

   Его второе посещение Афин несколько  сатирически описано в платоновском «Протагоре», а его учение разбирается серьезно в «Теэтете». Протагор известен главным образом своей доктриной, согласно которой «Человек есть мера всем вещам - существованию существующих и несуществованию несуществующих». Эта доктрина истолковывается в том смысле, что каждый человек есть мера всех вещей и что когда люди разнятся между собой, то нет объективной истины, благодаря которой один прав, а другой неправ. Это, в сущности, скептическое учение, и оно, по-видимому, было основано на «обманчивости» чувств.

   Один  из трех основателей прагматизма, Фердинанд  Шиллер, обычно называл себя учеником Протагора. Это случилось потому, как я думаю, что Платон в своем  «Теэтсте» утверждал, истолковывая Протагора, что одно мнение может быть лучше, чем другое, хотя оно не может быть истиннее. Например, когда человек болеет желтухой, то все кажется ему желтым. Поэтому нет смысла говорить, что вещи в действительности являются не желтыми, но имеют такой цвет, какой видит здоровый человек. Мы можем сказать, однако, что поскольку здоровье лучше болезни, то мнение здорового человека лучше мнения человека, больного желтухой. Эта точка зрения, очевидно, близка к прагматизму.

   Для практических целей неверие в объективную истину делает большинство атрибутом того, во что следует верить. Отсюда Протагор пришел к защите закона, обычая и традиционной морали. Хотя он не знал, существуют ли боги, он был уверен, что им следует поклоняться. Эта точка зрения, очевидно, справедлива по отношению к человеку, чей теоретический скептицизм последователен и логичен.

   До  некоторой степени - хотя нельзя сказать, сколь велико значение этого обстоятельства, - ненависть, которую вызывали к себе софисты не только у широкой публики, но и у Платона и последующих философов, была обязана своим существованием их интеллектуальной честности. Преследование истины, когда оно ведется искренне, должно игнорировать моральные соображения. Мы не можем знать заранее, чем окажется истина по отношению к тому, что в данном обществе мыслится поучительным. Софисты были готовы следовать за доказательством, куда бы оно их ни вело. Часто это приводило их к скептицизму.

    3.2. Горгий, проповедник абсолютного скептицизма 

   Крупнейшим  теоретиком и учителем красноречия в V веке до н.э. был Горгий, ученик прославленного сицилийского философа Эмпедокла. Ряд исследователей считает именно Горгия творцом греческой художественной прозы.

   Горгий  родился в 485 году до н.э. в городе Леонтин, в Сицилии. Прибыв в Аттику в 427 году, в качестве посла Леонтина, терпящего притеснения от соседних Сиракуз, Горгий привёл в восторг афинскую публику своими речами - так искусно до Горгия в Афинах не говорил никто (античная традиция приписывает Горгию применение так называемых «Горгиевых фигур», суть которых заключалась в привнесении в ораторскую прозу чисто поэтических приемов. Позднее Горгий объездил всю Грецию, повсюду выступая перед слушателями. Олимпийская речь Горгия надолго прославила его имя (ему была поставлена статуя в Олимпии, основание которой найдено в прошлом веке во время археологический раскопок).

   Традиция  донесла до нас немногое из творческого  наследия Горгия. Существует, например, следующий совет оратору: «Серьёзные доводы противника опровергай шуткой, шутки – серьёзностью». Целиком сохранились лишь две речи, приписываемые Горгию – «Похвала Елене» и «Оправдание Поламеда», написанные на сюжеты мифов о Троянской войне⁵.

   Горгий  был одним из первых ораторов нового типа – не только практиком, но и  теоретиком красноречия. Горгий, окрылённый успехом своих первых речей, открывает в Афинах школу красноречия, в которой за плату обучает юношей из богатых семей говорить и логически мыслить.

   Горгий  разрабатывает методику воздействия  на слушателя и вводит ряд средств, известных у нас под названием горгианских фигур. Суть их - в привнесении в ораторскую прозу чисто поэтических приемов, с помощью которых речь оратора становится более убедительной. Так, Горгий применял антитезу (резко выраженное противопоставление понятий), оксюморон (сочетание противоположных по смыслу понятий), членение предложений на симметричные части, аллитерацию (игру звуками), ассонансы (повторение в стихе сходных гласных звуков), созвучие окончаний  в предложении.

   Созвучия  окончаний сопрягали одинаковые по своей грамматической форме слова, расставляя их по концам синтаксических отрезков. Подобный способ выражения оценивался как черта приподнятого стиля, например, у Горгия: «Случая ли изволением, богов ли велением, неизбежности ли узаконением совершила она то, что совершила? Была она или силой похищена, или речами улещена, или любовью охвачена?»⁶.

   По  свидетельству греческого историка Филострата, Горгий вызывал восторг  вовсе не как судебный или политический оратор, а как мастер торжественного (эпидиктического) красноречия. Именно Горгию принадлежали поразившие слушателей Олимпийская речь на празднествах в Пифийском храме и надгробное слово в память афинян, павших на войне (обе речи не сохранились). Эти речи способствовали не столько выражению симпатий или лести по отношению к тому или иному политическому деятелю, но посвящались пропаганде определенной идеологии или образа жизни.

   Дошедшие  до нас сочинения Горгия «Похвала Елене» и «Оправдание Паламеда»  как раз являются образцами политического  красноречия. Написаны они на мифологический сюжет, и как утверждает сам Горгий в заключительных строках «Елены», это произведения есть лишь «игра ума»:

   «Что  в речи сначала себе я поставил, тому верным остался; попытавшись разрушить  поношения несправедливость, общего мнения необдуманность, эту речь я захотел написать Елене во славу, себе же в забаву».

   Исследуя речи Горгия, хотелось отметить: с помощью «игры контрастами», которой пользовался Горгий, можно было доказывать диаметрально противоположные вещи, стоило найти для искомого предмета ряд оппозиций».

   Таким образом, Горгий в полной мере владел искусством слова и внес неоценимый вклад в развитие античного ораторского  искусства. Многие ораторские приёмы, которые разработал Горгий, используются и в наши дни.

   3.3. Гиппий, приверженец репрессий 

   Гиппий (570-е — 490 до н. э.), сын Писистрата, тиран Афин в 527—510 до н. э.

   Он  был старшим сыном Писистрата и, как утверждает традиция, наиболее серьезным и способным к политике из его сыновей: его младшего брата Гиппарха традиция обвиняет в легкомыслии, которое и стало причиной его гибели, тогда как другой брат, Фессал, якобы добровольно отказался от политической деятельности. Во время изгнания Писистрата именно он настаивал на необходимости попытаться вооруженной силой вернуться к власти в Афинах.

   Став  тираном после смерти отца, при  соправительстве Гиппарха, он в общем  продолжал отцовскую политику: были введены косвенные налоги (с верхних  этажей, лестниц, оград, дверей), но зато вдвое понижен прямой налог (с  десятой до двадцатой доли урожая); продолжалось утверждение Афин на черноморских проливах.

   По  сообщениям античных авторов, Гиппий держал своих наемников в строгой  дисциплине и стремился убедить  младшего брата обуздать свое легкомысленное поведение, однако не сумел: домогательства последним молодого Гармодия стали причиной заговора, жервтой которого пал Гиппарх и едва не пал Гиппий.

   После гибели Гиппарха в 514 г. Гиппий переходит  к политике репрессий - казней и изгнаний, в частности вновь изгоняет из Афин Алкмеонидов во главе с Клисфеном, которые со своей стороны начинают борьбу против тирании; их попытка укрепить местечко Лепсидрий кончается провалом; выбитые из Лепсидрия, Алкмеониды подкупают Дельфийского оракула, который даёт спартанцам повеление свергнуть тиранию. Первый поход спрартанцев (в 511 или 510 г.) Гиппию удалось отразить с помощью союзной фессалийской конницы, при чем в бою погиб спартанский царь Анхимолий. Разгневанные этим спартанцы немедленно выслали новое войско, во главе с царем Клеоменом, к которому присоединились и афинские противники тирании. Гиппий был осажден на акрополе. Как утверждает Геродот, он имел все возможности выдержать осаду, однако опасаясь за судьбу детей, попытался ночью незаметно удалить их из Афин; дети были перехвачены спартанцами, и в результате Гиппию пришлось сдаться и покинуть Афины.

   Он  отличался большим красноречием и отличной памятью, а также математическими, астрономическими, грамматическими и археологическими знаниями («многознающий» и «всемогущий»). Он составил список олимпийских победителей, который имел большое значение для греч. хронологии. Законодательство Гиппий называл тираничным и противным природе человека. В двух диалогах Платона, названных именем Гиппия, была высмеяна его суетность⁷. 

3.4. Продик и его теория эвфемеризма 

   Продик из Юлиды на острове Кеосе — греческий софист времен Сократа, ученик Протагора. Еще молодым человеком прибыв в Афины, он остался здесь, по-видимому, на постоянное житье и стал заниматься преподаванием ораторского искусства за деньги. Близко сошелся с Сократом, Ксенофонтом, Критием, Фукидидом, Фераменом, Еврипидом, Исократом, и некоторые из них не без основания считаются его учениками. Из речей Продика сохранился в передаче Ксенофонта только небольшой отрывок, содержащий аллегорический рассказ о «Геркулесе на распутье» (так называемый Hercules Prodicius). Здесь изображается раздумье и душевная борьба героя-полубога при выборе между добродетелью и пороком, олицетворенными в виде двух женщин, из которых каждая указывает свой особый путь. Талант Продика признавался всеми и ставился современниками высоко, Платон отзывается о нем с удивлением.

   Однажды Продик, разгневанный непристойным поведением своих учеников во время занятий, обратился к ним с такой  речью:  

   - Я больше не могу не обращать  внимания на ваше поведение,  тем более что именно этого  вы и требуете от меня, действуя таким образом. Я прекрасно понимаю, что вы еще молоды, на ваших лицах волосы еще только пробиваются, но, клянусь Зевсом, учить вас полезным знаниям уже поздно. Поздно не потому что в ваши маленькие головы невозможно вместить новые знания, нет, сделать это возможно, а потому, что знания эти вы не сможете правильно использовать, даже если научить тому, как это делается. Я не ставлю в вину ваших родителей и предыдущих учителей, ведь вероятно, что душу, которая порочна от рождения, уже не исправишь. Я называю виновными вас самих, поскольку вы не подчиняетесь собственному разуму, идя на поводу у своих пороков… Вы считаете, что раз я называюсь учителем, то, стало быть, я должен кого-то, то есть вас, чему-либо учить? Клянусь Герой, это неправда, ведь учитель не учит, учитель - это человек, который говорит в свое удовольствие, и говорит он не с какими-то учениками, у которых разума-то и нет, а сам с собой! Кто еще может быть лучшим критиком учителю и лучшим его учеником, нежели он сам!? Что могут ему подсказать глупые ученики, которые и отличить-то правду от лжи не способны!? Именно по этой причине от вас требовалось только одно - молчание. И за это я вас, подобно Пифагору, наказываю, прогоняя с моих уроков, но это не самое страшное - с этого момента вы для меня люди, сошедшие в Аид, и кто бы меня ни спросил о вас, я отвечу, что вы уже умерли, вас уже нет на этом свете. Вы можете быть радостными, веселыми, улыбающимися, но, клянусь Зевсом, вам никогда в жизни не стать счастливыми. Ваше время уже прошло⁸.