Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Соотношение понятий «интеллектуальная собственность» и «исключительное право» в Гражданском Кодексе РФ

Оглавление

Введение

В последние годы интеллектуальная собственность приобретает все более существенное значение среди всех других видов собственности. Вопросы ее охраны и использования в современных условиях играют важную роль в коммерческой, производственной, предпринимательской, а также во внешнеэкономической деятельности организаций всех форм собственности.

Интеллектуальная собственность является объектом охраны во всем мире. В Российской Федерации, в условиях развития рыночных отношений, права на интеллектуальную собственность постепенно становятся одними из самых конкурентоспособных товаров на внешнем и внутреннем рынке.

В связи с этим возрастает актуальность формирования эффективного механизма правовой охраны интеллектуальной собственности.

Понятие «интеллектуальная собственность» в первую очередь содержится в ст. 44 Конституции Российской Федерации и ч. 2 ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые, дублируя друг друга, гласят: «Интеллектуальная собственность охраняется законом», также ст. 71 Основного Закона Российской Федерации включает упоминание об интеллектуальной собственности в качестве одного из объектов правового регулирования, находящихся в ведении Российской Федерации. Данная правовая категория также включена в ч. 1 ст. 1225 ГК РФ в контексте приравнивания ее к понятию совокупности результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации как объектов гражданского права.

С завершением кодификации российского гражданского законодательства (т.е. с принятием части четвертой ГК РФ) не потеряли актуальность проводившиеся ранее дискуссии относительно различных аспектов правового регулирования результатов интеллектуальной деятельности. Следует признать, что часть четвертая ГК РФ изобилует многочисленными спорными, а зачастую и ошибочными положениями, уже сейчас требующими оперативного вмешательства законодателя.

К разряду спорных вопросов можно отнести такие основополагающие понятия в данной сфере правового регулирования, как «интеллектуальная собственность», «исключительные права», «интеллектуальные права». Последнее из этих понятий впервые закреплено в российском гражданском законодательстве.

Вышеизложенное подчеркивает важность и актуальность изучения правового регулирования исключительных прав и интеллектуальной собственности.

Цель настоящей работы – определение правовой природы и особенностей регулирования исключительных прав и интеллектуальной собственности.

Следует отметить, что в настоящее время общие вопросы правовой охраны и защиты интеллектуальной собственности, а также ее оценки содержатся в работах В.В. Белова, И.А. Близнеца, Г.В. Бромберга, М.А. Верхолетова, Г.В. Виталиева, Э.П. Гаврилова, С.П. Гришаева, О.М. Горелик, О.А. Городова, Ю.Т. Гульбина, Е.А. Данилиной, Г.М. Денисова, В.А. Дозорцева, В.И. Еременко, В.О. Калятина, Н.М. Коршунова, С.В. Матюшенко, В.М. Мельникова, П.Б. Мэггс, А.М. Орехова, В.В. Орловой, А.П. Сергеева, В.М. Сергеева, Л.Н. Симанович, И.В. Цветкова, В.Д. Шалынина и других исследователей.

При написании работы использованы действующие нормативно-правовые акты РФ, учебные пособия по гражданскому праву, интеллектуальной собственности, праву интеллектуальной собственности, статьи из научно-правовых журналов, изданных в последние годы.

Глава 1. Особенности правового регулирования исключительных прав и интеллектуальной собственности

1.1. Понятие и особенности исключительных гражданских прав в действующем законодательстве

В основу части четвертой ГК, его раздела VII «Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации», впервые положена единая концепция, явно отражающая общую природу этих институтов, - концепция исключительных прав.

Исключительное право на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации товаров, работ, услуг, предприятий и юридических лиц (исключительное право), его объекты и субъекты, содержание этого права, его ограничения и пределы, особенности, отличающие исключительное право от субъективных гражданских прав других типов, его понятие и виды, сроки и сфера действия - решение этих вопросов в правовых нормах в совокупности образует и почти исчерпывает ту отрасль объективного гражданского права, которую принято называть правом интеллектуальной собственности.

В Гражданском кодексе (как и в прежнем законодательстве), несмотря на большое число норм о субъектах и объектах исключительного права, об условиях его возникновения, его содержании, сфере действия и др., нет определения самого понятия исключительного права, не сказано достаточно определенно, в чем состоит исключительность этого права, отличающая его от субъективных гражданских прав других типов.

Отказ от определения в ГК исключительного права вполне сознателен. Определение в законе правового понятия оправданно тогда, когда оно носит нормативный характер и из него следуют последствия, не вытекающие из других норм закона. В отношении исключительного права необходимые нормативные положения содержатся в десятках статей ГК, а определения этого права, предлагаемые в литературе последних лет, далеки от совершенства.

Чем, например, может помочь применению ГК совсем свежее определение исключительного права, которое, «подытоживая и опираясь на идеи, заключенные в четвертой части ГК», предлагает В.А. Хохлов? Как он пишет, исключительное право - «это срочное целостное (единое) субъективное гражданское право абсолютного характера, изначально принадлежащее автору, но неограниченно способное переходить (передаваться) к другим субъектам с согласия правообладателя и в пределах, им установленных, содержание которого заключается в легитимной возможности использовать произведение в соответствии с законом по усмотрению правообладателя и запрете использовать его другим лицам»¹. Все в этом определении, что не является простым повторением закона, либо излишне, либо неверно.

Если о срочности исключительного права можно говорить применительно к праву на произведение литературы, науки или искусства, то общим признаком исключительного права его срочный характер все-таки не является ( гл. 75, § 1, 3, 4 гл. 76 ГК).

Характеристика исключительного права как «целостного (единого)» не совмещается с тем, что к другим лицам это право переходит от правообладателя «в пределах, им установленных».

«Неограниченная способность переходить (передаваться) к другим субъектам» вообще не может служить отличительным признаком субъективного гражданского права, так как в принципе всякое такое право оборотоспособно, если только иное не вытекает из обязательных для правообладателя правил закона, корпоративного акта или договора.

То, что исключительное право переходит к другим лицам «с согласия правообладателя», противоречит закону (в частности, ст. 1241 ГК).

Упоминание о том, что исключительное право дает его обладателю «легитимную возможность использовать произведение в соответствии с законом», вызывает недоумение: вряд ли существуют субъективные права, создающие «нелегитимные возможности».

В то же время об исключительном праве как имущественном праве на нематериальный объект в этом определении не упоминается. Не являются определением исключительного права и приводимые В.А. Дозорцевым в качестве его определения различные по содержанию и назначению нормы об исключительном праве, содержавшиеся в одном из промежуточных вариантов соответствующего раздела проекта ГК.²

Рассмотрим квалифицирующие признаки исключительного права. В.О. Калятин называет девять «существенных черт», характеризующих права на объекты интеллектуальной деятельности³, имея при этом в виду исключительные права также и как институт гражданского права.

Один из признаков («A») определяет саму принадлежность возможности использования интеллектуальной собственности к категории субъективных гражданских прав, другой («B») - к семье прав имущественных и третий («C») - к разряду абсолютных прав. В то же время ни один из этих признаков сам по себе не объясняет, в чем состоит исключительность этого права. На этот вопрос отвечают два других его признака («D» и «E»), обособляющие исключительные права как особый тип субъективных гражданских прав, отличный от абсолютных прав на материальные объекты (вещи).

A. Основу содержания исключительного права как на результат интеллектуальной деятельности, так и на средство индивидуализации образует предоставляемая правообладателю законом возможность «использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом» (абз. 1 п. 1 ст. 1229 ГК). По сути дела, в этих словах ГК сформулирован принцип свободы использования результата интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации лицом, обладающим исключительным правом на этот результат или на это средство.

Однако сама по себе возможность автора, исполнителя или иного лица свободно использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации исключительным правом не является. Такая возможность существует и в отношении тех интеллектуальных продуктов, которым правовая охрана не предоставляется либо вообще (например, идеям, принципам и т.п.), либо в данном государстве (например, произведениям иностранцев, обнародованным за границей при отсутствии соответствующих международных обязательств, как было в СССР до 1973 г.), и на которые, следовательно, исключительное право не возникает или не признается. В отношении интеллектуального продукта, исключительное право на который прекратилось и который стал общественным достоянием, возможность его использования в любой форме и любым не противоречащим закону способом не только не прекращается и не исчезает, а, напротив, предоставляется всем и каждому⁴.

Фактическая возможность использовать интеллектуальный продукт или средство индивидуализации приобретает юридическое значение только потому, что закон признает соответствующий продукт или средство подлежащими правовой охране и, как следствие, делает использование этого продукта или средства содержанием субъективного гражданского права. Достигается это двумя путями.

Во-первых, определяется круг лиц, обязанных по отношению к правообладателю, и содержание возлагаемой на них законом обязанности. Об этом подробнее дальше (п. «B»).

Во-вторых, устанавливаются ограничения исключительного права. Это большая группа ограничений, устанавливаемых в одних случаях в интересах лиц, достаточно точно определяемых нормой права, в других - в интересах широкой группы лиц, в третьих - в интересах всех и каждого, по существу, в интересах общества в целом. Возможны и иные классификации этих ограничений, основанные на других критериях.⁵ Две последние группы ограничений образуют как бы внешнюю границу исключительного права.

B. Имущественная природа исключительного права установлена законом: в ст. 1226 ГК оно прямо названо имущественным правом. Впервые в законе «выстроена» ясная и последовательная юридическая конструкция участия интеллектуальной собственности в гражданском обороте. Сами эти нематериальные объекты не могут быть предметом сделок: «не продается вдохновенье...». Но таким предметом может быть право на них, если это право гарантирует его обладателю возможность монопольного использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, т.е. исключительное право. В результате нематериальная ценность конкретного результата или средства получает выражение в имущественной ценности исключительного права на этот результат или средство.

C. В п. 1 ст. 1229 ГК содержатся две нормы, характеризующие существо того права, которое названо в ней исключительным, как права абсолютного.

Первая из них предоставляет обладателю исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладателю) право «по своему усмотрению... запрещать другим лицам использование» этого результата или средства (абз. 2). На первый взгляд в этой норме имеются в виду лишь разовые запреты конкретным лицам использовать определенный результат или средство⁶. Но далее уточняется, что «отсутствие запрета не считается согласием (разрешением)». Таким образом, норма в целом приобретает смысл постоянно действующего адресованного другим лицам запрета использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, а снабженное этим общим запретом право оказывается правом абсолютным.

Эта норма далее (абз. 3 п. 1 ст. 1229) дополнена санкцией - указанием на незаконность нарушения запрета (незаконность использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации «без согласия правообладателя») и на наступающую за это ответственность.

Санкция первой нормы текстуально «переплетена» со второй нормой, устанавливающей, что незаконность имеет место и ответственность наступает не всегда, а «за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом». Эта последняя норма, несмотря на ее отсылочный характер, чрезвычайно важна, так как из нее следует, что абсолютное по природе исключительное право использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации не является всеохватывающим (и в этом смысле «абсолютно абсолютным») по кругу противостоящих правообладателю обязанных лиц. На этой норме основаны многочисленные другие нормы ГК о пределах действия исключительных прав и об упомянутых в п. 5 ст. 1229 ГК ограничениях исключительных прав, о которых уже упоминалось выше.

Содержащиеся в статье 1229 ГК (п. 1) нормы достаточно ясно говорят о содержании и природе того субъективного гражданского права использовать результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, которое закон называет исключительным. Но из этих норм не следует с очевидностью, в чем же именно заключается его исключительность.

Ответ, лежащий на поверхности, состоит в том, что право использовать такие результаты и средства исключительно, поскольку оно путем прямого запрета в законе устраняет других лиц (всех, кроме тех, для кого закон предусмотрел изъятия) от возможности использовать эти интеллектуальные продукты, т.е. «исключает» для этих «других» такую возможность.

Такое объяснение природы исключительного права неверно, так как весьма неполно. Оно ограничивается констатацией того, что исключительное право - это просто иное наименование абсолютного права на нематериальные объекты.

Качество «исключительности» субъективному абсолютному праву «монопольно» использовать интеллектуальный продукт закон придает тем, что, во-первых, предоставляет это право в отношении ограниченного (хотя и широкого) круга определенных в самом законе видов интеллектуальной собственности (п. «D») и, во-вторых, первоначально предоставляет его исключительно лицам определенных категорий и признает его за другими лицами лишь в качестве правомочия, полученного вторичным обладателем или производного от права автора (исполнителя, изобретателя) или заявителя (п. «E»).

D. В отличие от других разделов ГК в разделе VII Кодекса содержатся десятки норм, единственное назначение которых состоит в том, чтобы определить круг нематериальных объектов, подпадающих под действие соответствующих норм этого раздела и получающих таким образом правовую охрану путем предоставления на них исключительного права и других интеллектуальных прав. Эти нормы содержат общие и детальные перечни видов объектов, которым предоставляется или, напротив, не предоставляется правовая охрана, определения отдельных видов объектов, получающих правовую охрану, требования, соответствие которым необходимо для ее предоставления (условия охраноспособности), и т.п.

Увидеть, насколько различны и многообразны способы, к которым прибегает закон, чтобы по возможности точно определить круг объектов, подлежащих правовой охране, можно, если обратиться к какому-либо конкретному виду интеллектуальных прав. Например, в авторском праве можно выделить по меньшей мере пять или шесть групп норм, назначение которых состоит в определении круга объектов авторских прав.

Во-первых, это нормы, в которых устанавливаются общие требования, предъявляемые ко всем объектам авторских прав, - существование в объективной форме (п. 3 ст. 1259) и создание в результате творческого труда (п. 1 ст. 1228, ст. 1257, п. 7 ст. 1259). Одновременно уточняется, что для признания произведения объектом авторских прав не имеют значения его достоинства, назначение, способ выражения и обнародование (п. 1 и 3 ст. 1259).

Во-вторых, в целом ряде норм ГК названы конкретные виды произведений, подлежащих правовой охране. Основной их перечень содержится в пункте 1 ст. 1259. Этот перечень открыт и дополняется и детализируется в других статьях ГК (п. 1, 2 и 7 ст. 1260, ст. 1264), в которых можно насчитать еще около двадцати видов произведений, подлежащих охране и таким образом являющихся объектами авторских прав.

В-третьих, во избежание ошибок ряду объектов авторских прав в ГК даны подробные определения - базам данных (п. 2 ст. 1260), программам для ЭВМ (ст. 1261), аудиовизуальным произведениям (п. 1 ст. 1263).

В-четвертых, в ГК решены вопросы о правовой охране в качестве объектов авторских прав произведений, являющихся «вторичными» по отношению к другим объектам авторских прав, - сложных объектов (ст. 1240), производных произведений (п. 2 ст. 1259, п. 1 и 4 ст. 1260), составных произведений (п. 2 ст. 1259, п. 2, 4 и 7 ст. 1260), а также частей произведения, имеющих самостоятельное значение (п. 2 ст. 1258, п. 7 ст. 1259).

В-пятых, в ГК названы результаты интеллектуальной деятельности, на которые «авторские права не распространяются» (п. 5 ст. 1259). Несмотря на то, что происхождение этих объектов в качестве результата творческого интеллектуального труда очевидно, закон не относит их к числу произведений, подлежащих правовой охране.

Наконец, в-шестых, ряд интеллектуальных продуктов, авторские права на которые в принципе могли бы существовать, «не является объектами авторских прав» в силу прямых указаний закона (п. 6 ст. 1259), имеющих под собой разные основания.⁷

Причина, по которой в ГК установлен исчерпывающий перечень результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, подлежащих правовой охране, вытекает из нематериальной природы этих объектов и из содержания признаваемых законом субъективных прав на эти объекты, прежде всего из сути и назначения исключительного права как «права-монополии».

E. Предоставление исключительных прав не любым субъектам гражданского права, а лишь тем из них, кто отвечает предусмотренным законом специальным требованиям, наиболее очевидно в отношении прав на результаты интеллектуальной деятельности. Исключительное право предоставляется ГК:

- на произведение науки, литературы или искусства - «автору произведения» (подп. 2 п. 2 ст. 1255), т.е. «гражданину, творческим трудом которого оно создано» (ст. 1257);

- на исполнение - «исполнителю» (подп. 1 п. 1 ст. 1315), которым признается «гражданин, творческим трудом которого создано исполнение - артист-исполнитель... а также режиссер-постановщик спектакля... и дирижер» (ст. 1313);

- на фонограмму - «изготовителю фонограммы» (подп. 1 п. 1 ст. 1323), которым признается «лицо, взявшее на себя инициативу и ответственность за первую запись звуков исполнения или других звуков либо отображений этих звуков» (ст. 1322) и т.д. и т.п.⁸

Несколько сложнее проследить эту принципиальную линию законодательства в нормах патентного права. Исключительное право на изобретение, полезную модель и промышленный образец «удостоверяет» патент (п. 1 ст. 1354 ГК), выдаваемый не обязательно автору соответствующего решения, а «лицу, на имя которого испрашивается патент» заявителем (подп. 1 п. 2 ст. 1375, подп. 1 п. 2 ст. 1376, подп. 1 п. 2 ст. 1377 ГК). Именно этому лицу, после выдачи патента - «патентообладателю», принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца (п. 1 ст. 1358 ГК). Но производный характер исключительного права патентообладателя очевиден: прежде всего «автору изобретения, полезной модели или промышленного образца» принадлежит «исключительное право» (подп. 1 п. 2 ст. 1345 ГК) и, как следствие, ему же - «гражданину, творческим трудом которого создан соответствующий результат интеллектуальной деятельности» (ст. 1347 ГК), принадлежит «право на получение патента» (п. 3 ст. 1345 ГК). Иное чем автор лицо (физическое или юридическое) может оказаться «в башмаках» патентообладателя, но только потому, что ГК в предусмотренных им случаях и по основаниям, им установленным, допускает переход и передачу этого права другим лицам (п. 2 ст. 1357).

Таким образом, исключительное право как субъективное гражданское право (и, соответственно, исключительные права как особая категория гражданских прав) исключительно в трех отношениях:

1) обладателю исключительного права предоставляется возможность использовать в соответствии с законом и под его защитой результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации из числа тех, которым закон предоставляет правовую охрану, определяя их с разной степенью детализации в качестве объектов исключительных прав;

2) первый обладатель исключительного права принадлежит к той категории лиц, за которыми закон только и признает возможность быть первым субъектом исключительного права соответствующего вида;

3) за изъятиями, установленными законом, никто не вправе без согласия обладателя исключительного права использовать являющийся объектом этого права результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Нарушение этого запрета влечет гражданско-правовую и иную ответственность.

Этот общий вывод о природе и понятии исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации требует целого ряда уточнений и объяснений применительно к отдельным видам этих объектов (в особенности - к средствам индивидуализации), но в целом только он объясняет особое место исключительных прав в системе гражданских прав.

1.2. Понятие интеллектуальной собственности

Появление первых признаков интеллектуальной деятельности берет свое начало с момента появления разумных существ. Однако в экономическом обороте результаты интеллектуальной деятельности начинают участвовать только с конца XVIII века.

Впервые упоминание об интеллектуальной собственности появилось во французском законодательстве эпохи Великой французской революции. В это время господствовала теория естественного права, суть которой состояла в том, что все произведенное человеком, будь то материальные объекты или результаты творческого труда, признавалось его собственностью. Поэтому создатель результатов творческого труда имел исключительное право распоряжаться ими.

В дальнейшем бурное развитие промышленного производства и сельского хозяйства, а также рост международной торговли и обмена между странами последними достижениями науки и техники потребовали более высокой степени правового регулирования международных отношений в сфере интеллектуальной собственности⁹.

В результате этого во многих странах мира стали появляться международные договоры, касающиеся защиты основных видов интеллектуальной собственности. Так, например, 20 марта 1883 года в Париже была принята Конвенция по охране промышленной собственности (Парижская конвенция), которая стала основным документом в области охраны прав на интеллектуальную собственность.

Следующим документом в системе защиты интеллектуальной собственности была Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 года (Бернская конвенция).

Далее, важнейшим соглашением в области охраны интеллектуальной собственности, заключенным также в прошлом веке в Мадриде 14 апреля 1891 года, было Соглашение о международной регистрации знаков.

Однако все эти документы, охраняя важнейшие объекты интеллектуальной собственности, не содержали в себе самого понятия «интеллектуальная собственность». Впервые оно было введено в международные правовые договоры Конвенцией, учреждающей Всемирную организацию интеллектуальной собственности, подписанной в Стокгольме 14 июля 1967 года и измененной 2 октября 1979 года (Стокгольмская конвенция).

В статье 2 Стокгольмской конвенции указано, что «интеллектуальная собственность» включает права, относящиеся к:

«Литературным, художественным и научным произведениям,

- исполнительской деятельности артистов, звукозаписи, радио- и телевизионным передачам,

- изобретениям во всех областях человеческой деятельности,

- научным открытиям,

- промышленным образцам,

- товарным знакам, знакам обслуживания, фирменным наименованиям и коммерческим обозначениям,

- защите против недобросовестной конкуренции,

а также все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной областях».

Следует отметить, что Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС) - это специализированное учреждение Организации Объединенных Наций, созданное в интересах международной охраны интеллектуальной собственности и содействия развитию сотрудничества в вопросах, касающихся авторских прав, товарных знаков, промышленных образцов и патентов. Находится ВОИС в Женеве.

Участником Стокгольмской конвенции с 1970 года был и Советский Союз. На сегодняшний день Российская Федерация как правопреемник СССР в международных организациях является членом ВОИС.

Следует отметить, что в советский период внутреннее законодательство СССР вообще не содержало понятия интеллектуальной собственности.

Что касается изобретения, то оно в те годы охранялось в СССР не патентом, закрепляющим монопольное право изобретателя, а авторским свидетельством, призванным всецело обеспечить исключительное право государства на использование изобретения. В результате чего изобретатель не являлся собственником продукта своего творческого труда.

В период развития рыночной экономики в Российской Федерации вопросы охраны интеллектуальной собственности приобрели особую актуальность. На сегодняшний день российское гражданское законодательство формирует институт интеллектуальной собственности. Поскольку повышение уровня ее охраны является важным условием динамичного развития экономики страны.¹⁰

Интеллектуальная собственность, в силу статьи 128 ГК РФ, относится к объектам гражданских прав.

Неоднозначность природы интеллектуального продукта, способного выступать объектом гражданского оборота, подчеркивается при анализе теоретических концепций. Так, В.А. Дозорцев определяет «интеллектуальный продукт» как результат интеллектуальной деятельности, представляющий ценность для рыночного оборота¹¹. Однако в дальнейшем он подчеркивает, что «право для интеллектуального продукта тем более существенно, что на рынке выступает не сам результат интеллектуальной деятельности, а права на него»¹².

Почвой для возникшего противоречия послужили изменения, которые были внесены в Гражданский кодекс РФ в отношении определения понятия «интеллектуальная собственность». Действовавшая до 1 января 2008 г. ст. 138 ГК РФ определяла интеллектуальную собственность как исключительное право гражданина или юридического лица на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполненных работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания и т.п.).