Состояние современной муниципальной кадровой политики в регионах Южного федерального округа
2
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
НЕГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
«СЕВЕРО–КАВКАЗСКИЙ ГУМАНИТАРНО–ТЕХНИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ»
КУРСОВАЯ РАБОТА
по дисциплине «Система муниципального управления»
на тему «Состояние современной муниципальной кадровой политики в регионах Южного федерального округа»
Автор работы: Пономаренко Н.А.
Специальность: 080504
Группа: УЗГМУ – 08
Обозначение работы КР/КП (нужное подчеркнуть)
Руководитель работы Болганова И.В.
Работа защищена с оценкой______________
Ставрополь, 2011
Содержание
Введение
Глава 1. Институт федеральных округов
1.1 Федеральные округа и их место в экономике Российской Федерации
1.2. Перспективы развития и оптимизации Федеральных округов
1.3. Современное состояние Южного Федерального округа
Глава 2. Теоретические аспекты кадровой политики
2.1. Содержание кадровой политики в государстве и региональных подразделениях
2.2. Развитие и формирование кадров в государстве и отдельном регионе
2.3. Перспективы развития кадровой политики в Южном Федеральном округе
Заключение
Список использованных источников
2
Введение
В современной России одной из важных причин низких темпов развития экономики, проведения социально-экономических преобразований является недооценка роли территориального фактора, субъектов Российской Федерации. Известно, что существенной предпосылкой достижения социально-экономической стабильности в государстве является формирование и эффективное функционирование единой системы вертикали власти. Властная вертикаль, охватывая все уровни территориального управления, представляет собой совокупность институтов и механизмов, обеспечивающих исполнение общегосударственных нормативных актов. В России требуется эффективный контроль за реализацией общенациональных интересов на основе разграничения полномочий между Федерацией, ее субъектами и местным самоуправлением.
Одной из важных проблем в России является весьма резкое различие в социально-экономическом развитии территорий. Следовательно, назрела необходимость реформирования как самой системы управления, так и административно-
Создание федеральных округов, в том числе и ЮФО, послужили становлению экономических и социальных условий для стабильного и бесконфликтного развития субъектов Российской Федерации и обеспечению реализации геостратегических интересов государства.
Южный Федеральный округ - территориальное образование, сформированное по геополитическому принципу в соответствии с Указом Президента РФ от 21 июня 2000г. №1149, с целью укрепления вертикали государственной власти. Столицей ЮФО является Ростов-на-Дону. Южный федеральный округ (после выделения из него в соответствии с Указом Д. А. Медведева от 19 января 2010 Северо-Кавказского федерального округа) включает 6 субъектов Российской Федерации (2 республики, 3 области и 1 край): Республика Адыгея, Республика Калмыкия, Астраханская область, Волгоградская область, Ростовская область, Краснодарский край. Его площадь — 416 тыс. 840 кв. км.
Население Южного федерального округа на 1 января 2009 г. с учетом Всероссийской переписи населения 2002 года составляет 13,8 млн. чел., что составляло 9,45 % от всего населения России, плотность населения - 36,8 чел./кв. км, доля городского населения составляет 57,5%. Крупнейшими городами ЮФО являются Ростов-на-Дону, Волгоград, Краснодар, Сочи.
В нашем исследовании мы ставили пред собой цель – изучить современное состояние муниципальной кадровой политики и проблем регионального развития Южного федерального округа.
Согласно вышеупомянутой цели мы постарались решить ряд задач, а именно:
Рассмотреть институт федеральных округов, а также их место в экономике России;
Охарактеризовать геополитическое положение, современное состояние и проблемы ЮФО;
Исследовать состояние кадровой политики в стране и ЮФО, а также рассмотреть перспективы развития кадровой политики.
2
Глава 1. Институт федеральных округов
1.1 Федеральные округа и их место в экономике Российской Федерации
Создание в России федеральных округов следует рассматривать в теоретическом контексте концепции территориально-
Округа создавались не только для эффективного управления, они должны объединять усилия, и не только для борьбы с кризисными явлениями (в том числе связанными с миграцией и криминалом), но и для перспективного планирования. Должны быть совместные программы по созданию рабочих мест, общие социальные проекты[2].
Первой теоретической проблемой территориально-
Вторая теоретическая проблема связана с обеспечением территориального единства государства. Любое государство является политико-географической системой, состоящей из определенного набора взаимосвязанных регионов. Внутренние контрасты, особенно имеющие этнокультурное происхождение, определяют развитие центробежных сил, которые в некоторых регионах могут превзойти предел и привести к сепаратизму, т.е. коренному нарушению территориального единства. Задача государства состоит в поддержании превосходства центростремительных сил над центробежными на любом участке своей территории[3]
Государство в рамках своей региональной политики обеспечивает централизованный контроль за своими территориями. Но одновременно оно стремится сбалансировать «давление сверху» развитием институтов региональной автономии, самоуправления и обеспечением различных форм обратной связи с регионами через их влияние на общегосударственном уровне и участие в демократических процедурах.
Третья теоретическая проблема – обеспечение государством территориальной динамики своего развития. Территориальное единство может толковаться двояко – как обеспечение территориальной целостности, что является первостепенной задачей центра и его региональной политики, и как поддержание высокой межрегиональной мобильности. Государство должно способствовать «горизонтальной» интеграции территорий. Речь идет о развитии межрегиональных связей, нормальном функционировании межрегиональных людских, экономических, информационных и прочих потоков. Государственная территория не может быть совокупностью не связанных друг с другом, вынужденно самодостаточных глухих периферий и должна функционировать как системное единство по горизонтали.
Также важнейшей задачей любого нормально развивающегося государства является стимулирование инновационного процесса. Последний имеет вполне определенную политико-географическую логику, которая описывается в теориях диффузии инноваций и «центр – периферия». В предельно общем виде речь идет о зарождении инноваций в центрах и их перемещении на периферию по определенным схемам.
С этой точки зрения государство имеет иерархическую пространственную структуру. Так, в соответствии со схемой каскадной диффузии инноваций их распространение идет из небольшого числа центров первого порядка в центры второго порядка, оттуда переходит на наиболее близкие периферии, а далее на отдаленные участки территории. При этом распространение инноваций может блокироваться на тех или иных типах территорий, выполняющих барьерные функции[4]
Государство должно ясно представлять свою «естественную» иерархическую систему центров и периферий и способствовать более или менее свободному продвижению или разумной корректировке инноваций от центров к перифериям.
Таковы наиболее общие концептуальные представления о территориально-государственном строительстве. В России оно имеет свои объективные параметры, способствующие формированию определенных характерных черт, которые, что особенно важно, прослеживаются при самых разных политических режимах и представляют собой российский политико-географический инвариант[5].
Важнейшей актуальной особенностью российской региональной структуры являются огромный размер территории при высокой дробности административного деления, включающего, как известно, 89 управленческих единиц первого порядка (первый территориальный управленческий уровень). В принципе дробность административного деления не является проблемой для государственного развития. Она может и не составлять особых трудностей при двух полярных сценариях территориально-
Россия в настоящее время по причинам политико-исторического характера не может пойти ни по пути жесткого унитаризма, ни по пути радикальной децентрализации. Для России очень характерна административно-
Итак, современная Россия оказывается в противоречивой ситуации сразу по нескольким параметрам. Ее развитие в качестве территориальной системы создает объективные потребности и в децентрализации (тем более что официально принята федеративная модель), и в централизованном контроле с целью сохранения управленческой иерархии. Инновационная политика центра требует жесткой территориальной иерархии и объективно нуждается в обеспечении вертикали власти. Однако внутренняя противоречивость этой политики и ее достаточно слабое восприятие на местах заставляют искать компромиссы с территориями вместо следования определенной линии. Во всех этих случаях происходит стихийный поиск баланса между центром и регионами. Но при этом если не постановка, то хотя бы необходимость постановки общегосударственных задач в условиях кризиса российской государственности обусловливают движение страны в сторону «управляемого федерализма» по аналогии с «управляемой демократией», когда децентрализация федеративного типа сочетается с типичными формами управленческой иерархии.
Создание института федеральных округов породило оживленную дискуссию в научных и политических кругах, где обсуждались вопросы его целесообразности, соответствия нормам федерализма и т.п[7]. В этой дискуссии принял участие и журнал «Федерализм»[8]. Внимания заслуживают материалы специальных круглых столов[9], семинаров и т.п., где специалисты разного профиля обсуждали данный вопрос[10].
С точки зрения политической географии и теории территориально-
Анализ истории федеральных округов позволяет говорить о переходе от искусственной их «имплантации» в систему отношений между федеральным и региональным уровнями власти, которая неизбежно была сопряжена с конфликтами, к естественной бюрократической саморегуляции. На нынешнем этапе преобладает последняя тенденция, и ее развитие позволяет сделать вывод, что институт федеральных округов все-таки состоялся как нормальный, управленческий уровень, выполняющий поставленные центром, а также определившиеся по ходу развития процесса задачи.
Ограниченная легитимность системы федеральных округов и функционирование полпредов в качестве подсистемы президентской власти предопределяют огромное значение личностного фактора и кадровой политике в эффективности всей системы. Полпред в федеральном округе – это не «обычный» бюрократ, действующий в соответствии с законами и должностными инструкциями, а скорее политик, и эффективность решения поставленных задач определяется его личными политическими талантами. С этой точки зрения российский губернатор гораздо ближе к типичному бюрократу-функционеру, поскольку под институт губернатора уже подведена разработанная и вполне прозрачная правовая база.
Работа полпреда требует высокой инициативности, и ее результат прямо зависит от личностного фактора. Примечательно, что корпус из семи полпредов на деле оказался предельно разнородным, и это, как показывают наши исследования, привело к тому, что в каждом федеральном округе начала формироваться своя система работы со своими принципами, кадрами, вспомогательными органами. Различное понимание полпредами задач централизованного контроля и разный политический опыт вызвали множество побочных эффектов, связанных с некорректным вмешательством в дела регионов. Обилие административных перегибов было особенно характерно для этапа становления института федеральных округов. Наиболее яркие примеры были связаны с региональными выборами, которые вскрыли множество проблем.
Объективно необходимым в условиях «управляемого федерализма» является усиление института федерального вмешательства. При Б.Ельцине этот институт был сознательно ослаблен в рамках сложившегося тогда политического пакта между федеральным центром и региональными элитами. Этот изъян нашел свое отражение в конституции, где он прописан в явно недостаточной степени. Поэтому при В.Путине, когда вопрос укрепления вертикали власти был переведен в практическую плоскость, институт федерального вмешательства стал развиваться через внесение поправок в федеральное законодательство (санкции в отношении региональных органов власти) и создание системы федеральных округов.
Выше говорилось о том, что сфера деятельности полпредов ограничена правовыми рамками и сводится к функциям контрольно-координационного характера. Однако важность выполнения этих функций трудно переоценить.
Заметим, что одна только функция информационного контроля имеет огромное значение в российских условиях. Принципиальное значение имеют налаживание и оптимизация информационных потоков между центром и регионами. Систематизация и анализ достоверной информации о ситуации на местах значительно облегчаются с созданием системы федеральных округов. При этом поступление информации само по себе означает контроль и возможность принятия обоснованных решений на уровне федерального центра. Тем самым частично решается извечная российская «проблема периферийности», которая затрудняет централизованный контроль и повышает риск злоупотреблений на местах.
В некоторых федеральных округах вопросы информационного контроля решались в наиболее жесткой форме – через организацию комплексных региональных проверок. Эта форма практиковалась в Южном и Дальневосточном округах, она же была использована на Урале в отношении Курганской области.
1.2. Перспективы развития и оптимизации Федеральных округов
На нынешнем этапе институт федеральных округов испытывает потребность в стабилизации. Продолжается дискуссия по поводу эффективности системы, которая в значительной степени объясняется тем, что многие элементы окружной системы не были доработаны, «доведены до ума» и стандартизированы для всех округов. Появляются и новые научные разработки, где анализируется опыт работы этого института[12]. Примечательно, что одни федеральные структуры, размещенные на окружном уровне, действуют относительно активно (полпреды и органы прокуратуры), в то время как другие «потерялись» (органы МВД и ФСНП). Характерно, что такая консервативная структура, как ФСБ все-таки отказалась от создания своих окружных структур. Существуют серьезные опасения в том, что окружная система станет жертвой текущей политической конъюнктуры, в частности – неизбежного предвыборного пакта между президентом и губернаторами, в котором роль полпредов окажется вторичной.
Институт федеральных округов нуждается в оптимизации, поскольку уже накоплен определенный опыт его работы, и определены основные проблемы его функционирования.
Во-первых, требуется оптимизация его политических параметров. Фактически вместо одного центр провел семь экспериментов, поскольку из-за слабой координации этого института сверху и различного личностного потенциала полпредов ситуация в каждом округе оказалась своей. Это в свою очередь привело к поиску каждым полпредом своих способов политического самовыражения.
Поэтому назрело дополнительное правовое оформление института федеральных округов. Обсуждается вопрос о введении этого института в полноценные правовые рамки, включая специальные федеральные законы и поправки к действующему федеральному законодательству. В то же время сами представители окружных структур предпочитают действовать в рамках президентского указного права и полномочий президентской администрации. Включение института федеральных округов в федеральное законодательство, как считают в окружных структурах, связывает им руки, тогда как статус-кво делает этот институт более гибким, позволяет самостоятельно нащупывать эффективные формы развития.
Пока такую юридически размытую ситуацию можно признать нормальной, поскольку речь идет об эволюционном формировании нового института (можно провести аналогии с системой местного самоуправления, которая пережила несколько этапов, на каждом из которых уточнялись и законодательно оформлялись ее параметры). Острой потребности в специальных федеральных законах нет, хотя она, на наш взгляд, неизбежна в стратегической перспективе.
На данном этапе определилась необходимость в обычной бюрократической стандартизации федеральных округов в рамках перехода от определения общих функций к конкретизации форм работы полпредов и иных окружных структур. Подчеркнем, что речь не идет о расширении полномочий окружных структур, а об их унификации и оптимизации в рамках правового статус-кво. В частности существует потребность в стандартизации окружных интеграционных структур. Безусловно требуется усиление института окружной инспекции и главных федеральных инспекторов, которые сегодня слишком слабы, чтобы реально контролировать ситуацию в отдельных субъектах федерации.
В соответствии с оптимизационными задачами особого внимания заслуживает такая проблема, как усиление федерального контроля за деятельностью окружных структур и их координации. Институт федеральных округов попал в типичную для России ситуацию, когда, являясь по своему географическому расположению региональной структурой, он вышел из-под прямого контроля центра. Характерным явлением оказалась слабая координация деятельности полпредов в центре в сочетании с отсутствием единого формата их работы. Сугубо формальной оказалась роль полпредов как членов Совета безопасности.
Оптимизация работы окружных структур подразумевает усиление их горизонтального взаимодействия[13], а также более систематическую работу президента как политического лидера, чьими представителями «по определению» являются полпреды. По последнему вопросу наметились позитивные сдвиги, связанные с частыми поездками главы государства именно на окружные мероприятия. Такая практика была заложена в самом начале – в 2000 г., когда примерами работы президента с округами стали его поездки в Ростов и Новосибирск.
Решение проблемы федерального контроля за окружными структурами невозможно без активного включения в этот процесс лично президента. Причем, механизмы контроля должны со временем предполагать и определенные санкции в отношении полпредов. Пока ситуация такова, что постоянные функции этого института лишь вырабатываются опытным путем, и, соответственно, «наказывать» за их ненадлежащее выполнение сложно, поскольку отсутствует определенность в критериях. В перспективе четкое установление этих критериев позволит реально оценивать эффективность работы тех или иных окружных структур и применять санкции в отношении тех, кто не справился с работой.
Во-вторых, существует потребность в оптимизации географических параметров системы федеральных округов. Выше говорилось о серьезных претензиях, которые высказывались применительно к границам округов. Эти претензии позволили некоторым федеральным структурам пойти своим путем и создать собственные ведомственные округа: наиболее показательным примером служат судебные округа. Хотя изначально предполагалось, что все федеральные структуры будут строить свою работу на региональном уровне, используя рамки федеральных округов.
Серьезной проблемой является несовпадение границ федеральных округов со структурами региональной идентичности, что на самом деле затрудняет работу центра с регионами, создавая феномен «недовольных» регионов, сопротивляющихся интеграции в рамках существующих федеральных округов. Практически бесспорным с точки зрения географии является только Дальневосточный округ. Однако и там бывший губернатор Магаданской области В.Цветков выдвигал идею создания Ассоциации регионов Северо-Востока России, объединяющей удаленные северные регионы Дальнего Востока, у которых есть своя идентичность (Магадан, Чукотка, Камчатка и др.). Проблемы нарушенной границами федеральных округов идентичности Башкирии, Астраханской, Волгоградской, Пермской, Оренбургской, Тюменской областей налицо и не могут не сказываться на успешном развитии всей системы.
Помимо границ требует решения и вопрос о величине и внутренней сложности округов. Россия еще должна выработать эффективный баланс между потребностью в ограниченном, небольшом числе федеральных округов и компактностью самих округов: пока мы имеем дело с первым экспериментом. Среди прочих созданы округа с очень сложной внутренней структурой. К их числу относятся Центральный (18 субъектов федерации), Сибирский (16 субъектов федерации) и Приволжский (15 субъектов федерации) федеральные округа. В этих округах особенно актуальна проблема информационного и политического контроля, связанная со слишком дробной внутренней структурой и большими размерами округов, что автоматически снижает эффективность их функционирования и территориальной интеграции. Например, многими экспертами отмечается низкая эффективность централизованного контроля в самом крупном по размерам территории - Сибирском округе. В Центральном округе эту проблему несколько сглаживает территориальная компактность самого округа. При этом в составе Уральского округа всего шесть субъектов федерации. На среднем уровне внутренней дробности находятся округа, которые включают 10-12 субъектов федерации, Северо-Западный (11 регионов) и Дальневосточный (10 регионов). При этом, правда, Дальневосточный округ отличается огромными размерами.
Решение проблемы оптимизации системы федеральных округов с позиций политической географии означает, на наш взгляд, некоторую корректировку их границ и небольшое увеличение их числа. Тем самым могут быть решены проблемы, связанные с региональной идентичностью и компактностью округов. Число федеральных округов в соответствии с «идеальной» схемой должно быть не менее 10 и не более 15, а в составе каждого округа должно быть порядка 10 субъектов федерации. Императивам политической и культурной географии, а также эффективного централизованного контроля может соответствовать следующая схема переустройства системы федеральных округов.
Следует заметить, что создание федеральных округов и их некоторое дробление могут стать мощным стимулом для развития «региональных столиц», которые объективно нужны государству. В российском пространстве такие столицы играют роль узлов, организующих вокруг себя крупные ареалы. Система федеральных округов представляет собой политико-географическую структуру, по сетям которой идет распространение инноваций. Государство заинтересовано в том, чтобы организовать и упорядочить инновационный процесс, который в соответствии с моделью каскадной диффузии идет из Москвы в окружные столицы, из последних – в административные центры субъектов федерации, а далее – на периферию отдельно взятых регионов. Такую организацию пространства можно считать прогрессивной. При этом окружные столицы сами по себе становятся крупными инновационными центрами, получают дополнительный стимул для своего развития. Увеличение их числа до 10-12 также является очень полезным стимулом, поскольку нынешних шести региональных столиц (исключая Москву) объективно недостаточно, и многие крупные центры незаслуженно лишены своего потенциального статуса узлов первого порядка.
Отдельно следует сказать о географических основаниях, способствующих сохранению формирующейся многоуровневой системы организации политического пространства, включающей в качестве особого субфедерального уровня федеральные округа.
Радикальное укрупнение субъектов федерации на данном этапе просто невозможно. Об этом совершенно определенно свидетельствуют все попытки перевести тезис об укрупнении субъектов в практическую плоскость. Главная проблема заключается в том, что укрупнение субъектов федерации невозможно без уничтожения института национально-территориальной автономии: самые мелкие субъекты федерации в большинстве своем являются национальными автономиями. Так, в России насчитывается 33 субъекта федерации с населением менее одного миллиона жителей. В их число входят 9 из 10 автономных округов (причем в шести автономных округах население не превышает 100 тыс.), одна автономная область, 13 из 21 республики и только 10 областей.
Таким образом, значительное число административных единиц первого порядка задано историей и географией России и не может быть изменено без потрясений.
Итак, институт федеральных округов представляет собой промежуточный управленческий уровень, характерный для большой и административно раздробленной страны. Он имеет особое значение на кризисном этапе развития российской государственности как страховочный элемент централизованного антикризисного управления. В то же время, как показывает исследование, система федеральных округов объективно необходима для оптимизации территориально-
1.3. Современное состояние Южного Федерального округа
Что представляет собой сегодня Южный федеральный округ и интегрированные в него субъекты РФ, рассказывает председатель Ростовского областного комитета госстатистики, заслуженный экономист России Владимир Емельянов.
В состав Южного федерального округа входят шесть субъектов Российской Федерации: 1. Республика Адыгея, административный центром которой является г. Майкоп; 2. Республика Калмыкия, административный центр – г. Элиста; 3. Краснодарский край, центр – г. Краснодар; 4. Астраханская область, центр – г. Астрахань; 5. Волгоградская область – г. Волгоград; 6. Ростовская область – г. Ростов-на-Дону.
Южный федеральный округ расположен на территории в 416,8 тыс. кв. км (2,4 процента территории России). Численность населения Южного федерального округа на 1 января 2009 года с учетом ВПН 2002 года составляет 13,8 млн. человек (9,45 процента населения страны). По плотности населения (почти 40 чел. на 1 кв. км) округ занимает второе место после Центрального федерального округа. Удельный вес суммарной валовой добавленной стоимости регионов округа (ВРП) составляет почти 8 процентов.