Социологические концепции М. Вебера

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение 3

1. Место Вебера в социальной экономике 5

2. Социологические концепции М. Вебера 11

2.1.Философское значение идей Макса Вебера 11

2.2. Вебер о ценностях 15

Заключение 19

Список литературы 20

ВВЕДЕНИЕ

Выдающуюся роль в развитии социологии в конце прошлого и в начале нынешнего века сыграл немецкий мыслитель Макс Вебер (1864-1920). В настоящее время социология Макса Вебера переживает настоящее возрождение. Вновь осмысливаются и переосмысливаются многие стороны его философско-социологических взглядов. Берутся на вооружение разработанная им методология социального познания, концепции понимания, идеальных типов, его учение о культуре, этике, социологии религии. Сегодня западные социологи рассматривают Вебера «в качестве одной из ключевых фигур, обращение к которым открывает перспективу плодотворного обсуждения фундаментальных вопросов социологической теории».

На философско-социологические взгляды Вебера повлияли выдающиеся мыслители разных направлений. В их числе неокантианец Г. Риккерт, основоположник диалектико-материалистической философии К. Маркс, такие мыслители, как Н. Макиавелли, Т. Гоббс, Ф. Ницще и др. Сам Вебер создал много научных трудов, в том числе «Протестантская этика и дух капитализма», «Хозяйство и общество», «Объективность социально-научного и социально-политического познания», « Критические исследования в области логики наук о культуре», «О некоторых категориях понимающей социологии», «Основные социологические понятия». С точки зрения М. Вебера, социология должна изучать, прежде всего, поведение и социальную деятельность человека или группы людей.

М. Вебер создал и развил концепцию понимающей социологии, задачи которой, по его мнению, заключаются в том, чтобы понять и объяснить, во-первых, с помощью каких осмысленных действий люди пытаются осуществить свои стремления, в какой степени и по каким причинам им это удавалось или не удавалось, во-вторых, какие понятные социологу последствия имели их стремления для «осмысленно-соотнесенного поведения других людей». В своей социологии понимания Вебер не мог обойти проблему ценностей, в том числе моральных, политических, эстетических, религиозных. Речь идет, прежде всего, о понимании сознательных установок субъекта на указанные ценности, которые определяют содержание и направленность его поведения и деятельности. В то же время социолог сам исходит из определенной системы ценностей, что неизбежно сказывается на ходе и результатах его исследований.

Актуальность работы. М. Вебер предложил свое решение проблемы ценностей. В отличие от Риккерта и других неокантианцев, рассматривающих указанные выше ценности как нечто сверхисторическое, Вебер трактует ценность как «установку той или иной исторической эпохи», как «свойственный эпохе направление интереса». Тем самым ценности из области сверхисторической переносятся в историю. Эта трактовка ценностей имеет важное значение для реалистического объяснения сознания людей, их социального поведения и деятельности. Она сыграла важную роль в развитии Вебером теории социального действия. Важнейшей составляющей данной теории является концепция идеальных типов. Вебер трактовал идеальный тип как «интерес эпохи, выраженный в виде теоретической конструкции». Это определенная идеальная модель того, что наиболее полезно человеку, что объективно отвечает его интересам в современной ему эпохи. В этом отношении как идеальных типов могут выступать моральные, политические, религиозные и другие ценности и вытекающие из них установки поведения и деятельности людей, правила и нормы их поведения, а также традиции социального общения.

Макс Вебер касался в своих трудах широкого круга проблем из области теории и методологии социологии, оставив в их разработке заметный след. Возрождение его учения происходит именно потому, что он высказал глубокие мысли о решении сложных проблем, стоящих перед нами сегодня.

1. МЕСТО ВЕБЕРА В СОЦИАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКЕ

Множество элементов, признаков факторов, явлений, согласно учению Вебера, лежат в основе действительности, которую изучает социология. Для этой действительности характерна аморфность, неупорядоченность, хаотичность. Понимание своеобразия жизни, определение важности общественных явлений, определение причин своеобразия исторических событий – и является главной задачей социологической науки. А познание, это именно то место, по Веберу, где хаотичность действительности рационально упорядочивается.

Из всего разнообразия эмпирической действительности предметом научного познания может стать, по М. Веберу, только часть ее, существенная и важная для цели исследования. Критерием такого выделения не может быть эмпирическая регулярность, поскольку, подчеркивает немецкий ученый, не важно то, что лишь регулярно повторяется. Таким критерием могут быть религиозные, нравственные, эстетические, политические и иные ценности определенной культуры. Только благодаря соотнесению с ними конкретный фрагмент действительности становится значимым для научного исследования. Эмпирическая реальность предстает как "культура", а понятие культуры является ценностным понятием.

Идеи, господствующие в обществе, способствуют формированию ценностной позиции исследователя. Ценности культуры влияют на выбор исследовательской проблематики, подбор эмпирического материала, могут стать предметом социальной науки, научной критики. Итак, по М. Веберу, социальная наука о действительности тесно связана с вне-научными ценностями.

Важное место в социальной науке М. Вебера занимает концепция идеальных типов. Социолог усматривает в идеальных типах прежде познавательный инструмент, который исследователь конструирует и использует для упорядочивания хаотической действительности и понимания ее. Идеальный тип, подчеркивает Вебер, не является гипотезой относительно действительности, не является он и описанием самой действительности, идеалом. Идеальный тип представляет собой теоретический конструкт, "мысленный образ", который создается с помощью выделения, обострения, усиления тех элементов действительности, которые исследователь считает существенными.

Принципиальным моментом веберовской трактовки идеальных типов стало признание того, что они не имеют десигнатов в эмпирической действительности. Свою "реальность" идеальные типы находят исключительно путем сопоставления с конкретно существующей эмпирией. Следовательно, предполагается первоначальный разрыв между идеальными типами и эмпирической действительностью. Вследствие сопоставления с идеальными типами эмпирические факты получают лишь отрицательную характеристику, поскольку результатом такого сопоставления является определение степени отклонения эмпирических фактов от своих эталонов - идеальных типов.

М. Вебер различает исторические и социологические идеальные типы, принимая во внимание различие их по мере обобщения. Исторические идеальные типы, как правило, локализованы во времени и пространстве, социологические - более абстрактные. Примерами первых являются такие понятийные конструкции, как "капитализм", "средневековый город" и др.., Вторых - "церковь", "легитимный порядок", "бюрократия" и тому подобное.

Конструирование идеальных типов - творческий акт, посредством которого формируется специфический образ действительности. Это и делает ее более осмысленной и понятной для исследователя. Итак, идеальные типы представляют собой незаменимый эвристический инструмент социальной науки [4, c. 216-218].

В творчестве М. Вебера можно условно выделить два периода. В первом он выступает, прежде всего, как историк культуры, исследующий историческую действительность в духе неокантианской "науки о культуре". Во второй период немецкий ученый разрабатывает концепцию "понимающей социологии", осуществляя переход от исторического к социологическому познанию.

Социологию М. Вебер определяет как науку, пытается объяснить свой предмет - социальное действие - на основе понимания ее. Понимание для М. Вебера представляет собой специфическую категорию, с помощью которой можно объяснить человеческое поведение. При этом имеется в виду поведение отдельного индивида или группы индивидов. Отдельный индивид и его поведение рассматриваются как "ячейка" социологии, ее "атом", "простейшее единство", которое не подлежит размельчению. В своей трактовке понимающей социологии М. Вебер занимает позицию номинализма, или методологического индивидуализма. По его мнению, такие понятия, как "государство", "общество", "феодализм" и проч., обозначают определенные категории совместной деятельности людей. Следовательно, задача социологии заключается в том, чтобы свести их к "понятному" поведению, то есть к поведению отдельных людей, участвующих в этой деятельности.

Однако понять можно только такое поведение, которое имеет смысл для ее субъекта. Следовательно, предметом понимающей социологии является осмысленное воздействие, действие, связанное с "субъективно предполагаемым смыслом". Отсюда следует социологически обоснованная потребность "в интерпретирующем понимании сознательно ориентированных человеческих действий". Такое понимание, по М. Веберу, может быть либо непосредственным, или поясняющим. Например, мы непосредственно "понимаем" смысл правила 2+2 = 4 или гневную вспышку, проявляющуюся в выражении лица, иррациональных жестах. К непосредственному пониманию относятся также действия лесоруба, человека, который протягивает руку к двери, чтобы закрыть их, охотника, который целится, чтобы попасть в зверя, и др..

С поясняющим пониманием имеем дело тогда, когда "понимаем" мотивацию, какой смысл вкладывал в правило 2+2 = 4 тот, кто его придумал и записал, почему он сделал это именно тогда, когда был занят коммерческой калькуляцией, демонстрацией научного опыта, техническими расчетами. По сравнению с непосредственным пониманием объясняющее понимание представляет собой высший уровень познания человеческих действий. Оно ориентировано не на выяснение содержания самого акта действия, а на познание мотивов, которыми пользуется индивид, выполняя определенный акт. В таком случае речь идет не о том, что индивиды делают, а о том, почему они это делают.

В структуре человеческих действий немецкий ученый выделяет особый класс действий - социальные действия. Социальное действие он трактует как такое, которое ориентировано на поведение других индивидов. Поведение индивида не является социальным, если оно ориентировано только на вещественные объекты. Кроме того, не все типы взаимоотношений людей имеют, по М. Веберу, социальный характер. Столкновение двух велосипедистов, например, не более чем происшествие, подобное явлению природы. Вместе с тем попытки кого-либо из них избежать этого столкновения являются уже социальным действием, так как в этом случае мы имеем дело с проявлением ориентированного поведения одного велосипедиста относительно другого [8, c. 361-363].

В зависимости от приближения социального действия до определенного предела, за которым она может быть названа осмысленно ориентированным, М. Вебер выделяет четыре действия. Ближе всего к этой границе, а чаще на самой границе, находятся традиционное и аффективное действие. Дальше от границы размещаются рациональные действия, М. Вебер разделяет на ценностно-рациональные и целерациональные.

Традиционные действия основываются на длительной привычке людей. Большую часть их повседневного поведения можно отнести к этому типу. В то же время в ряде случаев традиционное действие может приближаться или трансформироваться в аффективное действие. Последнее обусловлено аффектами или эмоциональным состоянием индивида. Часто это действие выходит за пределы того, что осмысленно ориентировано. В целом традиционные и аффективные действия нередко граничат, с одной стороны, с поведением чисто реактивным, бессознательным, а с другой - с рациональным поведением, в рамках которого люди или верят в самодовлеющую ценность независимо от последствий действия (ценностно-рациональное действие), либо осмысленно подбирают соответствующие средства для реализации поставленной цели, учитывая возможные последствия (целерациональное действие).

Ценностно-рациональными являются действия того, кто верит в самодовлеющую ценность - религиозную, эстетическую или любую другую, несмотря на возможные последствия. Этот тип действия всегда подчинен "заповедям" или "требованиям", в подчинении которым видит свой долг индивид. Целерациональное действие свойственно тем индивидам, поведение которых ориентировано на цель, средства и побочные результаты этого действия. В этом случае индивид действует не традиционно, не аффективно, не по обязанности, а на основании осмысленного, рационального расчета, соотнесение достаточности имеющихся средств для достижения поставленных целей, а также предвидение возможных побочных результатов такого воздействия.

По мнению М. Вебера, целерациональное действие является, по сути, лишь предельным случаем, в отношении которого другие указанные типы действия всегда иррациональны. Вместе с тем все веберовские типы социального действия представляют собой сконструированные для социологического исследования "понятийно чистые типы, к которым в большей или меньшей степени приближается реальное поведение" людей. Следовательно, толкование социальных действий основывается не на необходимости, а на вероятности их осуществления. В целом для категорий веберовской "понимающей социологии" ("понимание", "действие", "смысл" и др.). Характерна антипсихологичная направленность. Психология, считает немецкий ученый, вообще не может быть основой понимающей социологии, поскольку занимается иррациональной составляющей поведения людей, а не "рационалистическим пониманием" ее смысла. Вследствие этого социальные институты и культурные значения нельзя объяснить на основе психологических факторов. Наоборот, именно социальные институты и культурные значения могут способствовать объяснению психики людей.

Выдвигая рациональность, рационализацию, целерациональное поведение как ключевые методологические принципы понимающей социологии, М. Вебер же время не доходит "выводу о преобладании рационального в повседневной жизни", однако связывает судьбу современного мира с растущими рационализацией и интеллектуализацией. Такова, по его мнению, объективная тенденция исторического процесса. Вес целерационального действия вытесняет другие типы поведения людей, способствует укоренению на Западе рационального способа ведения хозяйства, утверждению рационального государства, рациональных конституции, права, науки, рационально гармонических музыки, архитектуры, изобразительного искусства и т.д. На их почве возникает на Западе капиталистическое общество, которое не имеет исторических аналогов. История его генезиса и развития, уверяет М. Вебер, является историей растущей рационализации.

Время доказало высокую плодовитость идей понимающей социологии М. Вебера. Некоторые из них стали отправным пунктом новых социологических направлений. Веберовские идеи используются в современных концепциях социологии, культуры, политики, науки, права, управления. Это касается также экономической и исторической социологии, теории социальной структуры, социальных институтов, конфликтов и перемен. Актуальными остаются разработки всемирно-исторического сравнительного анализа, ключевые положения теории модернизации, социально-исторической интерпретации явлений, которые исследуются. В работах Вебера предложены перспективы для критического переосмысления и более глубокого изучения различных ценностно-нормативных и культурных систем, проблемам религии, этики, рациональности [2, c. 78-82].

2. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ М. ВЕБЕРА

2.1.Философское значение идей Макса Вебера

Учение Макса Вебера относится главным образом к политэкономии и истории социологии. Попробуем рассмотреть идеи М. Вебера, до сих пор сохраняющие свое социально-философское, философско-историческое и методологическое значение.

1. Научное знание и знание о ценностях, согласно Веберу, существенно отличаются друг от друга. Научное знание должно изучать то, что есть; оно обращается к фактам. Из знаний о фактах выводятся знания о средствах, которые следует применить во имя достижения тех или иных целей. Наука должна быть, согласно Веберу, свободна от ценностей. Область ценностей — сфера должного, где суждения людей об одном и том же предмете по необходимости варьируются. Наука — сфера истины, которая едина и обязательна для всех людей. Вебер, правда, не утверждает, что наука может полностью освободиться от ценностных "перспектив". Но он настаивает на том, что максимальная свобода от ценностей должна стать безусловной нормой отношения ученого к своему предмету. Особенно трудно, но и принципиально необходимо соблюдать это требование в науках об обществе и человеке.

2. Вебер проводит тщательное различение двух понятий — "объяснение" (Erklaren) и "понимание" (Verstehen). Внимание к ним обусловлено влиянием Г. Риккерта и В. Дильтея. Естественные науки Вебер считает преимущественно объясняющими, науки о культуре — преимущественно понимающими. Главный социологический труд Вебера "Экономика и общество" имеет подзаголовок — "Основы понимающей социологии". Предмет социологии — это, прежде всего осмысление всеобщих правил социального действия. Но это также и понимание субъективных мотивов, установок, намерений, целей действующих в обществе индивидов. Методам и процедурам понимания в социологии придается решающее значение; методы объяснения не исключаются, но и они поставлены в зависимость от понимания. Понятие "действия" (Handlung) индивида — также основополагающее в веберовской социологии. Если естествознание имеет дело с "немотивированными событиями", то социология — с мотивированными действиями.

3. Большое значение для социологии, философии, вообще для наук об обществе и человеке, считал Вебер, имеет и понятие "идеальный тип". Оно означает, что целому ряду обобщающих научных понятий не соответствует какой-либо фрагмент действительности, и что они, будучи своего рода моделями, служат формальными инструментами мышления в науке. Таково, например, понятие homooeconomicus, "экономический человек". В действительности нет "экономического человека" как особой реальности, отделенной от других качеств человека. Но экономические дисциплины или социология — в целях анализа — создают такой "идеальный тип".

4. Макс Вебер конституирует свою социологию с помощью четырех "чистых" типов действия (идеальных типов): а) действие может иметь рациональную ориентацию, руководствуясь данной целью (целе-рациональное действие); б) действие может иметь рациональную ориентацию, относясь к абсолютной ценности (ценностно-рациональное действие); в) действие может быть определено некоторыми аффектами или эмоциональным состояниями действующего лица (аффективное, или эмоциональное, действие); г) действие может быть определено традициями или прочными обычаями (действие, ориентированное на традицию). В реальном человеческом действии эти моменты, разумеется, не отделены друг от друга: действие объединяет целевую рациональность с ценностной рациональностью, с аффектами и ориентациями на традицию. Но какой-либо из этих моментов в определенных действиях может превалировать. Кроме того, в целях анализа из названных аспектов можно сделать идеальные типы, подвергая специальному исследованию то одну, то другую сторону дела.

5. М. Вебер предполагал, что есть сферы деятельности и исторические эпохи, где и когда целе-рациональное действия человека выдвигаются на первый план. Такие сферы деятельности — экономика, управление, право, наука. "Рационализация" и "модернизация" весьма характерны для европейской истории последних столетий. В частности, управление обществом во все большей мере требует расчета, плана, целостного охвата деятельности государства и общества. С этим связана тщательно исследованная М. Вебером тенденция бюрократизации, которую он считает общей для цивилизационного развития всего мира. Бюрократизацию можно и нужно, по Веберу, ввести в рамки правил, подвергнуть контролю, но устранить эту тенденцию в принципе невозможно. Вебер различает два типа государственной власти — традиционное, или харизматическое, и легальное господство. На смену авторитету неограниченной власти в прежних обществах приходит легитимность — иными словами, опора на законы, на рациональные основания действия бюрократии, на расчет и контроль, на гласность в обсуждении всех действий государственной власти. При этом процедуры рациональной, легитимной бюрократии могут быть использованы в разных целях — как во имя сплоченной работы всех членов общества, так и во имя угнетения народа.

6. М. Вебер ставит такой философско-исторический вопрос: как случилось, что определенные явления духа и культуры — рациональность, модернизация, легитимность — впервые пробили себе дорогу в странах Запада и именно здесь получили универсальную значимость? Ответ на него и дается в знаменитой работе "Протестантская этика и дух капитализма". Вебер уверен, что рациональность со времен Ренессанса становится на Западе общекультурным феноменом: она проникает не только в науку, философию, но также в теологию, литературу, искусство и, конечно, в повседневную жизнь общества, государства. Специализация и профессионализм — опознавательные знаки этого процесса.

Понятие "капитализм", заимствованное им из предшествовавшей литературы, М. Вебер поясняет следующим образом. Стремление получить наибольшую прибыль известно всем эпохам и существовало во всех странах земли. Однако только в западном мире развилась общественная система, основанная на формально свободном наемном труде, допускающая рациональный расчет, широкое применение технического знания и науки, требующая рационально-правовых оснований действия и взаимодействия. Эту систему он, следуя Марксу, называл "капитализмом". Но в отличие от Маркса, Вебер не считал, что лучшая, более справедливая система придет вместе с социализмом. Он полагал, что созданной капитализмом форме рациональной организации — при всех ее недостатках и противоречиях — принадлежат будущее. По существу, Вебер обозначал словом "капитализм" совокупность типов цивилизованного действия, которые, в самом деле, были вызваны к жизни на заре Нового времени, и без которых уже не могла и не может обойтись ни одна социальная система. (Вебер, кстати, нередко употреблял и понятие "цивилизация"). Интерес к типам действия определил особое внимание к тем духовным факторам, к процессам сознания, благодаря которым целе-рациональный тип действия если не полностью заменил, то потеснил действие традиционалистское.

В центр исследования в названной ранее работе Вебера помещены процессы, в Европе совпавшие с реформацией. Благодаря новой этике, новой системе ценностей — этике протестантизма — был узаконен, санкционирован новый жизненный стиль, тип поведения. Речь шла о том, чтобы сориентировать индивида на упорный труд, бережливость, расчетливость, самоконтроль, на доверие к собственной личности, достоинство, строгое соблюдение прав и обязанностей человека. Разумеется, сознательная цель Лютера или Кальвина вовсе не состояла в том, чтобы пробить дорогу "духу капитализма". Они были озабочены реформированием религии и церкви. Но протестантизм глубоко вторгся в сферу внецерковной жизни, сознания и поведения мирянина, предписав ему в качестве божественных заповедей как раз то, чего требовала наступающая капиталистическая эпоха. "Внутримировая аскеза", которую проповедовал протестантизм, была эффективным идейным средством воспитания новой личности и новых ценностей. Отсюда напрашивался вывод, что страны, не прошедшие через социально-воспитательное воздействие чего-то подобного реформации и протестантской этике, не смогут успешно развиваться по пути рациональности и модернизации. Правда, Вебер не утверждал, что все дело только в протестантской этике. К возникновению капитализма причастны и другие условия.

7. Из концепции целе-рациональности Вебер вовсе не хочет сделать вывод, будто общество в XX в. будет развиваться по рациональному пути. Целе-рациональность — одна из исторических возможностей, средство, которое может быть обращено на разные цели. Надо учесть и то, что в ценностной сфере, по Веберу, рациональность может оттесняться на задний план. Здесь борются несходные, порой противоположные ценности, и выбор между ними может определяться отнюдь не рациональными основаниями. Относительно перспектив развития общества Вебер был настроен пессимистически.

Пессимизм особенно усилился после первой мировой войны. Вебер предсказывал: может случиться, что недовольство людей направленностью рационализации и бюрократизации заставит их отдать предпочтение харизматической (т.е. основанной на воздействиях сильной личности) "демократии фюреров". Учение Макса Вебера оказало глубокое влияние на философию и социологию XX в.

2.2. Вебер о ценностях

М.Вебер предложил свое решение проблемы ценностей. В отличие от Риккерта и других неокантианцев, рассматривающих указанные выше ценности как нечто сверхисторическое, вечное и потустороннее, Вебер трактует ценность как "установку той или иной исторической эпохи", как "свойственное эпохе направление интереса". Другими словами, он подчеркивает земную, социально-историческую природу ценностей. Это имеет важное значение для реалистического объяснения сознания людей, их социального поведения и деятельности.

Изучая труды Вебера, можем сказать, что говорить о сознательности человека как существа в абстрактном понятии не может ни историк, ни социолог, ни экономист. Но, в отличие от Дильтея, руководствоваться при изучении социальной жизни методом непосредственного употребления, интуиции Вебер решительно отказывался. Потому что было понятно, что результат подобного способа изучения не обладает общей значимости, он слишком субъективен. По Веберу, вместо того, чтобы исследовать мир переживаний историка, необходимо изучать логику образования тех понятий, которыми при этом оперирует историк. Потому что только выражение в форме общезначимых понятий того, что "постигнуто интуитивно", превращает субъективный мир представлений историка в объективный мир исторической науки. Логично возникает вопрос: если основу науки составляют понятия, с помощью которых обобщается многообразие эмпирического мира, то какой принцип формирования, а главное критерий истинности культурно-исторических понятий?

Таким критерием, по Веберу, является «отнесение к ценности». Ценности могут быть теоретическими (истина), политическими (справедливость), нравственными (добро), эстетическими (красота). Эти ценности имеют значимость для всех изучающих субъектов, то есть они сверхсубьективны, имеют абсолютные значения в рамках определенной исторической эпохи. Итак, по Веберу, "отнесение к ценности" является тем актом, который конституирует общезначимое суждение. Вебер разграничивает "отнесение к ценности" от простой оценки, не выводит наше индивидуальное впечатление за пределы субъективности. Как он отмечал, науки о культуре, обществе и истории должны быть свободны от оценочных суждений, как и науки естественные. Веберовское требование свободы от оценки в научном исследовании кроется в его мировоззренческой позиции, согласно которой ценности научные (Истина) и ценности практические (государство) - это две разные области, смешение которых ведет к подмене теоретических аргументов политической пропагандой.

Согласно Веберу, каждый индивид, полноправен на свою политическую и нравственную позицию, свой эстетический вкус. Его индивидуальное отношение должно оставаться за пределами его исследования - это долг исследователя перед истиной. Нельзя не отметить, что тема долга ученого, проблема истинности, свободной от субъективизма, партийных пристрастий, всегда была очень актуальной для Вебера. Будучи страстным политиком, он в то же время стремился к тому, чтобы в своих работах выступать беспристрастным исследователем, которым руководит только любовь к истине. Преподаватель не должен, говорил он, заниматься политикой в аудитории. Анализируя ценности, на которые ориентируется ученый в своих суждениях, Вебер рассматривал их не как вечные, абсолютные сверхисторические, а как присущие эпохе направления интереса, не имеет силы за ее пределами.

В этой связи необходимо сделать некоторые пояснения. Принцип "отнесение к ценности" является результатом применения в социологии методологических постулатов В. Виндельбанда и Г. Риккерта, которые использовались ими в обосновании специфики "наук о культуре", куда они не относили социологию, предпочитая, как и В. Дильтей, рассматривать ее "по ведомству" "наук о природе". Вебер же в отличие от них не только использовал его (то есть принцип "отнесения к ценности") как предпосылку обоснования истинности социологического знания, но и дал ему другое толкование, что выводило его за пределы неокантианского трансцендентализма. Идеальный тип, по Веберу, не просто достается из эмпирической реальности, а конструируется как теоретическая схема, только потом соотносится с эмпирической реальностью. Ставя перед собой трудный для трансценденталистской науки о культуре вопрос, о том, чем же определяется фиксированное в культуре применения ценностных предпочтений, Вебер отвечал: интересом эпохи, то есть практически становился на позицию социально-исторической детерминации знания. Средством обобщения многообразия эмпирической действительности выступает у Вебера понятие "идеальный тип".

Как сам Вебер определяет роль идеального типа в социологии и истории? Социология, считает он, создает понятия типов и ищет общие правила в противоположность истории, которая стремится к каузальному анализа индивидуальных, важных в культурном отношении действий, образований, личностей. Здесь идеальный тип служит средством раскрытия генетической связи исторических явлений, и он называет их "генетическим идеальным типом" (пример: "средневековый город", "кальвинизм", "культура капитализма"). Что же является социологическим идеальным типом? Задача социологии - устанавливать общее правило событий и безотносительно к пространственно-временному определению этих событий. В этом смысле идеальные типы, с помощью которых работает социолог, должны быть общими и, в отличие от генетических типов, называются чистыми идеальными типами(М. Вебер).