Соучастие и его виды в уголовном праве

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО  ПО ОБРАЗОВАНИЮ

 

Государственное образовательное  учреждение высшего профессионального  образования

 

РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

 

ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ, УПРАВЛЕНИЯ И  ПРАВА

 

ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

 

Кафедра уголовного права

 

 

 

 

 

 «Соучастие и его виды в уголовном праве»

 

Специальность «Юриспруденция»

 

 

 

 

 

 

 

 

Научный  руководитель

канд. юрид. наук, проф.

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Москва

Содержание:

Введение………………………………………………………………………………..2

1. Общее понятие и  признаки соучастия…………………………………………….4

2. Критерии выделения видов соучастников………………………………………..12

3. Виды соучастников………………………….……………………….……...……..16

    3.1. Исполнитель……………………………………………………………..……..16

    3.2. Организатор………………………………………….…………………...…….20

    3.4. Подстрекатель………………………….………………………………………24

    3.5. Пособник……………………………….………………………………………26

Заключение……………………………………..…………………………….………..30

Список использованной литературы….…………………………………………..…32

Список использованных нормативных актов……………………………………….33

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

Актуальность исследования обусловлена тем, что институт соучастия в преступлении является одним из самых важных и сложных в теории уголовного права. Изучение преступности как социального явления показывает, что в большинстве случаев наиболее опасные посягательства совершаются не в одиночку, а путем объединения усилий нескольких лиц, сообща ставших на путь нарушения закона. Более 40 % всех преступлений и до 80–90 % имущественных преступлений совершается двумя или большим количеством лиц. Поэтому вопрос о соучастниках имеет большое практическое значение. Правильное его решение, с одной стороны, позволяет обезвредить всех тех, кто принимал участие в совершении преступлений, а с другой избежать необоснованного привлечения к ответственности лиц фактически преступления не совершивших, но ошибочно рассматриваемых как соучастники.

Целью курсовой работы является рассмотрение соучастия и его видов.

В задачи курсовой работы входит:

    • определение общего понятия и признаков соучастия;
    • определение критериев видов соучастников;
    • определение роли соучастников в совершении преступления и их ответственности;
    • дача характеристик каждому из видов соучастия.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в сфере совершений преступлений в соучастии.

Предметом исследования являются вопросы, связанные с разграничением критериев выделения видов соучастия и вопросы, связанные с характеристикой каждого из видов соучастия.

Степень разработанности данной темы очень высока, так как многие видные русские ученые пытались разобраться в данном вопросе, так, например профессор Ф. Г. Бурчак констатирует, что вопрос о понятии соучастия, несмотря на многочисленную литературу, относится к числу спорных. Почти каждый автор, касавшийся проблемы соучастия, предлагал свое, пусть немного да отличающееся от других определений соучастия. Таким образом, на протяжении многих лет соучастию в преступлении уделялось большое внимание в науке уголовного права, однако и до настоящего времени вопрос о понятии соучастия нельзя назвать окончательно решенным.

Основными источниками сведений, которые были использованы  для выполнения курсовой работы, являются Уголовный Кодекс Российской Федерации 1996 г., а также работы отечественных ученых – юристов Бурчака Ф.Г., Пудовочкин. Ю., Таганцева. Н.С., Чечель. Г., и других.

Методологическую  основу исследования составляют научные труды, монографические публикации, относящиеся к выбранной теме курсовой, нормативно-правовая база в области уголовного права. В работе использованы метод анализа, синтеза и системно-правовой метод.

Автор курсовой работы не претендует на полноту и всесторонность исследования данной проблемы, поскольку ограничен  объемом и жанром курсовой работы.

Работа состоит из введения, трех разделов, один из которых разделен на                 подразделы (4), заключения, списка использованной литературы и списка использованных нормативных актов.

 

1. Общее понятие и признаки  соучастия.

Нормы о соучастии  сосредоточены в главе 7 УК РФ (ст. 32—36). В ст. 32 дается научно–практическое определение самого понятия соучастия в преступлении. В нем сформулированы основные признаки соучастия, которые отражают принятую в России концепцию, выработанную русскими учеными-правоведами (Таганцев и др.) еще во второй половине XIX столетия. Это определение звучит так: «Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления».

Существует несколько  взглядов на саму юридическую природу  института соучастия. Основные позиции, которые их разделяют, можно свести к двум основополагающим:

1) признания акцессорного (несамостоятельного, придаточного) характера  соучастия;

2) признание соучастия  как самостоятельной формы преступной  деятельности.

В пределах каждой из этих конструкций существует целый ряд оттенков и течений, но все авторы сходятся в том, что основным вопросом института соучастия является вопрос о том, следует ли при конструировании этого института исходить из признания его акцессорного характера или из признания соучастия как самостоятельной формы преступного действия и поэтому данным вопросом следует заниматься до решения конкретных проблем. Основополагающим принципом отечественного уголовного права является индивидуальная ответственность лица за совершенное деяние, содержащее состав преступления. Применительно к институту соучастия это означает, что основания ответственности каждого соучастника лежат не в действиях исполнителя, а в действиях совершенным им лично. Устанавливая в Общей части наказуемость действий организаторов, подстрекателей и пособников, законодатель тем самым, при наличии определенных объективных и субъективных условий, приравнивает эти действия к действиям исполнителей. Таким образом, российское уголовное право стоит на позициях самостоятельной ответственности соучастников. Акцессорная теория признавалась советскими учеными, по политическим мотивам, буржуазной. Считается также, что эта теория не исключает ответственности за чужую вину, так как не придает деятельности всех соучастников, кроме исполнителя, самостоятельного значения.

 Однако, как уже  говорилось ранее, рассматриваемые  теории имеют множество оттенков. Так, М. И. Ковалев, построивший  свою работу «Соучастие в преступлении»  на концепции акцессорности соучастия,  пишет: «Собственно говоря, то, что  мы называем акцессорной природой соучастия, не составляет чего-то органически целого. Буржуазной науке известны многие виды акцессорности:

 а) строгая акцессорность,  когда и наказание и освобождение  от наказания подчинено исполнителю  преступления;

 б) логическая акцессорность, которая предполагает, что наказание за соучастие должно быть определено лишь в пределах санкции, установленное законом за главное деяние;

 в) акцессорность  по наказанию, то есть требование, чтобы степень наказуемости соучастников  определялась по степени наказуемости исполнителя;

 г) акцессорность  по степени завершенности деяния;

 д) лимитированная  акцессорность, сущность которой  сводится к тому, что наказуемость  соучастия должна быть связана  с совершением противоправного  деяния не более, чем при  помощи какой-либо формы вины».1

Основными выводами принципа акцессорности соучастия являются то, что соучастник может нести  ответственность за свои действия лишь при наличии наказуемого действия исполнителя, и то, что наказуемость соучастника определяется той статьей Уголовного кодекса, которая предусматривает действия исполнителя. Первое по сути дела означает, что акцессорная теория в ее крайнем выражении оставляла за пределами наказуемости ряд действий организаторов, подстрекателей и пособников. Поэтому, чтобы в какой-то мере смягчить это положение, впоследствии она была дополнена учением о посредственном исполнении преступления.

Сам М. И. Ковалев считает, что «советское уголовное право  стоит на признании логической акцессорности, которая более всего соответствует подлинной природе соучастия в преступлении».2 При этом он делает следующий вывод: состав преступления выполняется непосредственным исполнителем, остальными же соучастниками сам состав преступления не выполняется, и их действия лежат за пределами состава. Именно эти выводы сторонников акцессорной природы соучастия считаются неприемлемыми.

Однако не все в  теории акцессорности соучастия  отвергается большинством отечественных  ученых. Ф. Г. Бурчак считает, что «можно говорить об акцессорности соучастия, если под ней понимать зависимость организатора, подстрекателя и пособника от степени осуществления исполнителем преступного намерения».3 Подстрекателя нельзя привлечь за подстрекательство к законченному убийству, если исполнитель не пошел дальше приготовления к нему. В этом плане и организатор, и подстрекатель, и пособник зависят от фактически выполненного исполнителем в объеме вменения. Так, если понимать под акцессорностью положение о том, что действия соучастников находят свое выражение в преступном деянии, предусмотренном нормой Особенной части, лишь через волевое деяние исполнителя, то это положение не должно вызывать никаких возражений и вряд ли может быть оспорено.

Из законодательного определения соучастия, следуя принятому  в теории уголовного права методу разделения объективного и субъективного, выделяют две группы признаков соучастия:

    • объективные;
    • субъективные.

Соучастие, прежде всего, предполагает участие нескольких (двух и более) лиц в совершении преступления. При этом необходимо иметь в виду, что эти лица должны обладать признаками субъекта преступления: возрастом (статья 20 УК) и вменяемостью (статья 21 УК). В теории уголовного права, делая акцент на количественной характеристике этого признака, его относят традиционно к числу объективных признаков соучастия в преступлении.

Другим объективным  признаком соучастия является «совместность  участия» двух или более лиц в  совершении преступления.

С позиций уголовного закона (ст. 14 и ст. ст. 32, 33 УК) участие  лица в преступлении может означать только образ преступного поведения, выражающегося в двух его внешних, то есть объективирующихся вовне, формах (действии или бездействии). В то же время и совместность участия в теории уголовного права обоснованно рассматривается в качестве своеобразного причиняющего фактора. Этими моментами объясняется, почему деяние лица, причинная связь и последствие в рамках учения о составе преступления относятся к объективной его стороне, несмотря на присутствие в деянии (действии или бездействии) лица субъективных признаков осознанности и волимости. Из сказанного также следует, что принципиальная характеристика деяния соучастника независимо от его видовой принадлежности аналогична деянию индивидуально действующего лица (за изъятием особенностей в образе преступного поведения и в способе воздействия на объект охраны, имеющих место при соучастии в преступлении). Однако эти и другие особенности поведения соучастников преступления не препятствуют рассмотрению признака «совместности участия» целиком в плоскости объективной, то есть как объективного признака соучастия.

Иногда в теории уголовного права выделяется также третий объективный  признак соучастия: участие двух и более лиц в совершении «одного  и того же преступления». Параметрами (признаками) единства преступления называются: единство объекта преступления, единство формы вины, единство посягательства в его первооснове.4

При характеристике объективной  стороны соучастия в преступлении неизбежно возникает вопрос о  причинной связи. Поскольку между  преступной деятельностью соучастника  и наступившим преступным результатом лежит сознательная и волевая деятельность исполнителя, вопрос о причинной связи в сфере действия института соучастия приобретает свои особенности. Причинная зависимость между деянием каждого соучастника и общим для соучастия преступным результатом характерный показатель совместности совершения преступления. Правильно квалифицировать слитые воедино общественно опасные действия двух и более лиц, установить пределы ответственности каждого соучастника невозможно без определения границ соучастия, без выяснения тех объективных и субъективных пределов, где кончается совместная преступная деятельность. Причинность позволяет ограничить ответственность соучастников пределами фактически причиняемых ими общественно опасных последствий. Наступивший преступный результат может в различной степени обусловливаться действиями каждого из соучастников. На это прямо указывает уголовный закон, устанавливая, что ответственность соучастников определяется степенью фактического участия в совершении преступления (часть 1 статьи 34 УК РФ).

Общепринята считается  точка зрения, указывающая, что при  совместном совершении преступления усилия двух и более лиц сливаются  в единое действующее начало, и, следовательно, здесь не может быть одного причинителя  преступного результата. Деяния любого из соучастников, взятые в отдельности, не влекут наступления общего вреда, а возникающий при соучастии преступный результат не поддается расчленению на самостоятельные доли по количеству соучастников, он является общим и неделимым в виду совместности его причинения.

 Еще больше затруднений  вызывает вопрос о причинной  связи в делах, где имеет  место соучастие с распределением  ролей. Проще всего обстоит  дело с пособником. Его действия  в соответствии с вышесказанным  создают условия, облегчающие деятельность исполнителя и приводящие вместе с действиями последнего к одному последствию. Однако подстрекатель и интеллектуальный пособник непосредственно действий, причиняющих результат или содействующих причинению результата, не выполняют. Их деятельность сводится к воздействию на психику исполнителя. Отсюда возникает вопрос: существует ли вообще причинная связь между действиями интеллектуального соучастника и наступившим результатом. Ведь исполнитель, обладая сознанием и волей, не является простым орудием в руках интеллектуального соучастника, которое может быть приравнено к силам неживой природы или к действиям невменяемого лица.

 Отечественное уголовное право исходит из того, что лицо, создающее в других мотивы, обусловливающие их волю, их решение и, наконец, их поведение, тем самым причинно связано с этим поведением, а через него и с последствиями, явившимися результатом этого поведения. Тем самым он включается в общую цепь причинности, развиваемую далее исполнителем. В отличие от подстрекателя интеллектуальный пособник не создает у исполнителя решимости совершить преступление. Его функция уже: он укрепляет возникшую у исполнителя решимость совершить преступление, либо усиливая мотивы, влекущие к нему, либо ослабляя противодействующие мотивы. Тем самым интеллектуальный пособник облегчает непосредственный переход от принятого решения к действию. Отсюда вполне ясна причинная связь между деятельностью интеллектуального пособника и действиями исполнителя, а следовательно, и его причинная связь с наступившем в результате этих действий последствием.

Однако тремя названными объективными признаками не исчерпывается  содержание понятия «соучастие в  преступлении». Не менее важное значение для отграничения этой формы проявления преступного поведения от смежных форм индивидуально совершаемых преступлений (прикосновенности к преступлению, так называемого посредственного исполнения преступления, простого стечения нескольких лиц при совершении преступления) имеют субъективные признаки соучастия в преступлении.

По прямому указанию закона (ст. 32 УК) соучастие в преступлении — умышленное совместное участие  двух или более лиц в совершении преступления.

Некоторые авторы считают обязательным признаком соучастия наличия двусторонней субъективным связи. Основным аргументом при этом служит то, что соучастие при односторонней субъективной связи не соответствует закону, который требует умышленного совместного участия всех и каждого.5

 Умышленное совместное  участие, исходя из содержания  умысла в ст. 25 УК, означает:

  • осознание каждым соучастником общественно опасного характера своего собственного поведения и общественно опасного характера поведения других соучастников (по меньшей мере одного из них) плюс осознание объективной взаимосвязи своего поведения с поведением других соучастников (по меньшей мере одного);
  • предвидение преступного результата от соединенных усилий;
  • желание или сознательное допущение того, что этот результат будет достигнут именно путем сложения усилий всех соучастников или, по меньшей мере, усилий двух из них.

Из этого следует, что  первые два положения составляют своеобразие интеллектуального  элемента умысла при соучастии в  преступлении. В теории уголовного права и практике применения норм о соучастии в преступлении он получил наименование взаимной осведомленности соучастников (по меньшей мере двух из них) о преступном характере их поведения и взаимосвязанности последнего. Третье же положение отражает специфику волевого элемента умысла при соучастии. В теории и практике уголовного права он получил наименование согласованности волеизъявлений соучастников (по меньшей мере двух из них) в отношении общего для них преступного результата. При этом согласованностью волеизъявлений охватывается также и само сложение усилий, и их координация в направлении достижения общего и единого для всех (по меньшей мере двух) соучастников преступного результата.

Названные два субъективных признака соучастия в преступлении, то есть взаимная осведомленность и  согласованность в указанном  понимании, непосредственно и однозначно вытекают из закона (статьи 25, 32 УК) и предопределяются своеобразием причиняющего фактора при каждой конкретной форме проявления такой преступной деятельности. Это в полной мере согласуется с взаимоотношением философских категорий объективного и субъективного, а также с взаимоотношением уголовно-правовых понятий деяния и виновного отношений к нему (статьи 14,25,32 УК)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Критерии выделения видов соучастников.

В соответствии с ч. 1 ст. 33 УК соучастниками преступления признаются: исполнитель, организатор, подстрекатель и пособник.  Основанием для разграничения является функциональная роль соучастников, характером выполняемых ими действий, а также степень их участия в совершении преступления. Цель такого разграничения заключается в том, чтобы дать более точную юридическую оценку действиям каждого соучастника, определить объем его вклада в достижение преступного результата и назначить справедливое наказание, соответствующее характеру и степени совершенного деяния, т.е. строго индивидуализировать меру государственного принуждения.

Совместная преступная деятельность при соучастии означает, что все соучастники вносят  свой вклад  в выполнение общего для всех преступления. Но при этом фактические доли вклада для каждого  соучастника могут быть неодинаковыми. Роли соучастников могут различаться по характеру выполняемых ими действий, а в том случае, когда роли одинаковы, т.е. характер выполняемых действий один и тот же, то доля вклада в общее преступление определяется степенью его участия, интенсивностью его поведения. Например, два лица участвуют в совершении преступления в качестве исполнителей, но при этом один из них руководит действиями другого. Роль такого лица является более активной, интенсивность действий более значительной, что будет учтено судом при назначении наказания, хотя квалификация действий обоих лиц будет одинаковой.

Таким образом, в основе разграничения соучастников на виды лежат объективные признаки. Только они дают возможность определить характер и степень взаимодействия соучастников при выполнении единого преступления.

Ст. 34 УК РФ говорит о  двух критериях, которые должны быть положены в основу — степень и  характер участия в преступлении:

“…Ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления”.

 Поскольку закон  не предусматривает обязательного  смягчения уголовной ответственности  по формальным основаниям, то главным в определении объема вины соучастников является степень участия, хотя не следует забывать и того, что в большинстве случаев она напрямую зависит от характера деятельности соучастника. При этом характер участия определяет функциональную роль соучастника преступления, а степень участия — интенсивность его действий по выполнению своей роли в совершении преступления.

При одной и том  же функциональной роли лица возможна разная степень его участия в совершении преступления.

В сочетании с характером действия степень участия в претворении преступного замысла в жизнь является объективным критерием, позволяющим суду индивидуализировать и дозировать наказание каждому из лиц, совместно совершивших преступление. Таким образом, только в характере участия в преступлении, т. е. во внешней роли, выполняемой каждым из соучастников в едином преступлении, можно искать отличие исполнителей, организаторов, подстрекателей и пособников, а, следовательно, и составов преступлений, конкретно вменяемых им в вину.

Правильное представление  о каждом из видов соучастников —  исполнителе (соисполнителе), подстрекателе, пособнике и организаторе имеет большое значение. Если выяснение обязательных признаков соучастия в преступлении служит его отграничению от иных, смежных с ним форм преступной деятельности, то правильное представление о каждом из названных видов соучастников, о присущих им особенностях позволяет избежать их смешения и ошибок при квалификации содеянного ими.

Ответственность соучастников предусматривает статья 34 УК. Согласно части 1 ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью участия каждого из них в совершенном преступлении.  Что касается соисполнителей, то они не отвечают по одной статье УК за совместно совершенное ими преступление. Все остальные соучастники отвечают по той же статье Особенной части УК, но со ссылкой на ст.33 УК.

Общий принцип ответственности  соучастников, согласно акцессорной (дополнительной)  природе участия, можно сформулировать так: поскольку соучастие как  особая форма преступной деятельности представляет собой опасность лишь в связи с преступлением, которому оказывается содействие, то и ответственность по правилам о соучастии возможна тогда, когда признаки этого действия объективизируются хотя бы в самой начальной стадии. Из этого принципа следует, что все соучастники  отвечают за одно и тоже преступление. Одному преступлению, как правило, соответствует и один состав, описанный в Особенной части УК. Исключения из этого правила возможны в том случае, если одно и тоже преступление предусмотрено в различных составах: простом, квалифицированном или привилегированном. Такие составы  могут быть предусмотрены в различных частях одной статьи УК, реже – в различных статьях. Поскольку отягчающие или смягчающие обстоятельства, предусмотренные в этих составах, могут быть на стороне одних соучастников и отсутствовать на стороне других, то вполне возможно, что действия соучастников будут квалифицированны по различным частям одной и той же статьи или по различным статьям УК.

Из данного принципа следует, что:

    1. соучастники отвечают по правилам о соучастии в преступлении лишь при  условии, что исполнитель хотя бы начал приготовительные к преступлению действия;
    2. они несут ответственность в рамках санкции статьи, инкриминируемой (предъявляемой) исполнителю, если данное преступление предусмотрено в одной статье или части УК.

Руководствуясь принципом  акцессорности, следует сказать, что  соучастники, где бы они ни совершили  свои действия, должны отвечать по законам  государства, в котором исполнитель совершил преступление.

Таким образом, общие  пределы уголовной ответственности соучастников определяются тем, что совершил исполнитель, но результат этого дела является коллективным плодом усилий и его соучастников, поэтому они несут ответственность с учетом степени и характера участия каждого из них. Это обстоятельство позволяет утверждать, что все соучастники являются участниками общей вины, но отвечают они не за чужую вину, а за свою собственную и свой вклад в общее преступное дело.

 

3. Виды соучастников.

Закон перечисляет  различные виды соучастников, начиная с исполнителя. Такая последовательность объясняется тем, что исполнитель является ключевой фигурой в соучастии. Его поведение влияет на юридическую оценку действий других соучастников. Действия всех других соучастников связаны с его ролью в преступлении, так как только исполнитель выполняет объективную сторону преступления, именно его действия непосредственно приводят к наступлению преступного результата. Не будет исполнителя – не будет ни пособника, ни подстрекателя. Соучастие в таких случаях исключается. Подстрекать можно только исполнителя к совершению преступления. В иных случаях, например при неудавшемся подстрекательстве, следует говорить о приготовлении к преступлению в форме приискания соучастников (ч. 1 ст. 30 УК), а не о соучастии. 

3.1. Исполнитель.

Согласно части второй ч. 2ст. 33 УК исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление, либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями).   Это означает:

    1. в содеянном лицом должны быть признаки объективной стороны деяния, предусмотренные диспозицией статьи Особенной части УК;
    2. в виновном отношении лица к содеянному должно найти прямое отражение то обстоятельство, что оно совместно с другими (другим) соучастниками выступило в данном конкретном случае именно как исполнитель (соисполнитель) преступления.

Правильное уяснение обоих отмеченных обстоятельств  зависит от специфики содержания тех признаков, с помощью которых  в диспозициях статей Особенной  части УК описываются деяния, а  в ряде случаев и их последствия. Так, например, деяние лица, выразившееся в организации незаконного вооруженного формирования, согласно части первой ст.208 УК, квалифицируется как исполнительская деятельность без ссылки на часть третью ст. 33 УК, где дается определение преступного образа поведения организатора преступления.

Например, исполнителем кражи является, не только тот, кто  изъял имущество из квартиры потерпевшего, но и тот, кто взламывал для  этого дверь; исполнителем убийства является не только тот, кто нанес  жертве последний удар, но и тот, кто держал жертву, парализуя сопротивление потерпевшего. Так же, согласно ст. 150 УК, подстрекательские действия становятся исполнительскими действиями лица, совершившего вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность. В отдельных случаях для наличия исполнительского действия достаточно установления в содеянном лицом хотя бы части признаков деяния, описанного в диспозиции статьи Особенной части УК. Так, если на стороне соучастника изнасилования установлено содействие совершению этого преступления путем применения насилия к потерпевшей, то он должен быть признан исполнителем (соисполнителем) независимо от того, совершал он лично половой акт или нет6.