Соучастие в преступлении. 22

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Институт соучастия  в преступлении является одним из наиболее древних институтов уголовного права. История его развития в России берет начало со времени образования Древнерусского государства. Законодательно ответственность за преступление, совершенное не одним субъектом, была установлена уже в первых нормативных актах Древней Руси. Однако теоретические исследования этого института стали проводиться значительно позднее, начиная с XVIII в. - именно тогда стала формироваться наука уголовного права в России.

Актуальность выбранной  темы обусловлена тем, что среди институтов Общей части уголовного права, пожалуй, одним из наиболее сложных и дискуссионных был и остается институт соучастия в преступлении. Все теоретические изыскания относительно регламентации уголовной ответственности лиц, совместно участвующих в совершении общественно опасного деяния, до сих пор ограничиваются исключительно исследованием соучастия в преступлении с попытками втиснуть в его рамки все случаи стечения нескольких лиц в одном общественно опасном деянии. Достаточно большое количество фикций и презумпций при квалификации преступления, совершенного несколькими лицами, распространенность общественно опасных деяний, которые совершаются их объединенными усилиями, а также неисчислимое количество условностей при обосновании их ответственности обусловливают появление ошибок и трудностей при квалификации подобного рода деяний.

Целью курсовой работы является проанализировать институт соучастия в уголовном праве Российской Федерации.

В соответствии с поставленной целью нам необходимо решить следующие задачи:

- раскрыть сущность, понятие  и признаки соучастия;

- раскрыть понятие  форм соучастия, а также изучить  основание классификации соучастия  на отдельные формы;

- исследовать основание  уголовной ответственности за  преступление, совершенное в соучастии;

- выявить значение  института соучастия в борьбе  с групповыми преступлениями.

При написании данной курсовой работы были изучены и использованы нормативный материал, судебная практика, научные изыскания российских правоведов, таких как: B.C. Комиссарова, Н.Е. Крыловой, И.М. Тяжковой, Ф.Г. Бурчака, Р.Р.Галиакбарова, Наумова А.В., Таганцева Н.С., А. Н. Игнатова, Ю. А. Красикова, а также других авторов.

Курсовая работа состоит  из введения, четырех глав, заключения и списка использованной литературы

1. ПОНЯТИЕ И  ПРИЗНАКИ СОУЧАСТИЯ

В учении о преступлении институт соучастия - один из наиболее сложных и дискуссионных. Известный ученый Г.Е. Колоколов писал, что соучастие представляет собой «венец» общего учения о преступлении и справедливо считается труднейшим разделом уголовного права. Несколько позже, соглашаясь с такой оценкой, Н.С. Таганцев определил суть соучастия так: «К соучастию относятся лишь те совершенно своеобразные случаи стечения преступников, в коих является солидарная ответственность всех за каждого и каждого за всех; в силу этого условия учение о соучастии и получает значение самостоятельного института».¹

Совершение преступления в соучастии двумя или более  лицами представляет большую общественную опасность по сравнению с совершением  такого же преступления одним лицом. Данное обстоятельство обусловлено, во-первых, тем, что в результате совместных усилий облегчается совершение преступления и создается возможность причинения большего ущерба общественным отношениям. Во-вторых, в совершение преступления вовлекается большее число лиц, что приводит к увеличению количества преступников. В-третьих, результаты социологических исследований свидетельствуют о том, что с увеличением общественной опасности преступления возрастает процент преступных деяний, совершенных в соучастии.

Согласно ст. 32 УК РФ соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.²

Соучастие не создает  никаких особых оснований уголовной  ответственности, а предполагает применение общих принципов ответственности по уголовному праву Российской Федерации. Единственным основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ.

Представляя собой особую форму совершения преступления, соучастие характеризуется рядом объективных и субъективных признаков.

Объективными признаками соучастия являются:

1) участие в преступлении  двух или более лиц;

2) совместность их  деятельности.

Наименьшее число виновных при соучастии - два лица, каждое из которых является вменяемым (ст. 21 УК РФ) и достигшим установленного законом возраста, с которого возможна уголовная ответственность (ст. 20 УК РФ).

Не образует соучастия  совершение преступления совместно  двумя лицами, одно из которых является невменяемым или не достигшим возраста уголовной ответственности, поскольку такие лица не могут быть субъектом преступления. В данной ситуации не может быть взаимной согласованности между действиями указанных лиц. При этом в случае совершения преступления двумя людьми действия вменяемого, достигшего возраста уголовной ответственности лица, являющегося исполнителем, квалифицируются как совершение преступления одним лицом, а не группой. Организаторы, подстрекатели или пособники выступают в таком случае как исполнители, которых принято именовать посредственными исполнителями.

Однако соучастие не исключается, если кто-либо из соучастников по каким-либо иным основаниям будет  в дальнейшем освобожден от уголовной  ответственности (например, по основаниям, предусмотренным ст. 75, 76, 90 УК РФ).

Объективный признак  соучастия - совместность деятельности нескольких лиц - выражается в том, что, во-первых, преступление совершается  взаимосвязанными и взаимообусловленными действиями (или бездействием) участников, во-вторых, совместные действия влекут единый для участников преступный результат и, в-третьих, между действиями каждого соучастника, с одной стороны, и общим преступным результатом - с другой, имеется причинная связь.

Независимо от того, подразделяются ли роли соучастников на исполнителей, организаторов, подстрекателей и пособников или все соучастники являются исполнителями преступления, действия их взаимосвязаны, преступление совершается их общими, дополняющими друг друга усилиями, каждый использует усилия другого и ему содействует. Отсутствие взаимообусловленных действий исключает соучастие.

Действия каждого соучастника  обусловливают наступление преступного  результата в целом, а не какой-либо его части. Поэтому совместное причинение вреда объекту или поставление  его в опасность есть общий, единый результат совместной деятельности всех соучастников. Преступление, совершенное сообща, является единым и неделимым. Соучастие отсутствует, в случаях когда лица причастны к одному событию преступления, но умыслом каждого из них охватываются различные результаты, которых они и достигают.

Наличие единого результата совместной деятельности соучастников не означает, что каждый из них вносит равный вклад в совершение преступления. Степень участия каждого нередко  различна, ее необходимо устанавливать и учитывать для индивидуализации ответственности и наказания.

В законе (ст. 32 УК РФ) содержится указание о том, что соучастием признается умышленная деятельность³, т.е. умышленное совместное участие в совершении умышленного преступления. Указание закона на умышленный характер соучастия означает, что, во-первых, действия каждого соучастника являются умышленными и, во-вторых, соучастие возможно лишь при совершении умышленного преступления. Поэтому соучастие исключается тогда, когда психическое отношение лица к содеянному или к созданию исполнителю реальной возможности совершения преступления, даже умышленного, выражается в форме неосторожности. Последняя исключает необходимую виновную связь по поводу совершения преступления между оказавшимися причастными к нему лицами. В данном случае отсутствует такой субъективный признак соучастия, как согласованность, и каждое из этих лиц несет ответственность только за свои неосторожные действия самостоятельно и независимо от другого.

Умышленная деятельность любого соучастника, включая исполнителя и пособника, характеризуется всегда только прямым умыслом. Как и при совершении преступления одним лицом, умысел в случае соучастия характеризуется двумя моментами: интеллектуальным и волевым, причем каждому из них присущи особенности, обусловленные усложненностью механизма самого преступления. Указанные моменты представляют собой необходимые субъективные признаки соучастия, которые принято именовать взаимной осведомленностью о совершении преступления и согласованностью действий соучастников.

Взаимная осведомленность (первый субъективный признак соучастия), соответствующая интеллектуальному  моменту умысла соучастников, характеризуется  тем, что каждый из них (исполнитель, пособник и т.п.) осознает, во-первых, факт совместного совершения преступления, а не в одиночку, во-вторых, совершение определенного, не любого преступления, в-третьих, общественно опасный характер не только своего деяния, но и деяния других соучастников (хотя бы одного).

Соучастник должен осознавать совершение другими соучастниками не любых общественно опасных деяний, а определенного преступления или определенного круга преступлений.

Интеллектуальный момент умысла соучастников состоит также  и в том, что они осознают общественно  опасный характер как своих действий (или бездействия) и предвидят возможность или неизбежность наступления их общественно опасных последствий, так и действий других соучастников (хотя бы одного) и предвидят возможность или неизбежность наступления их общественно опасных последствий. Осознание каждым соучастником характера действий других соучастников и предвидение возможности или неизбежности наступления их последствий составляют одну из особенностей интеллектуального момента умысла при соучастии.

Согласованность, соответствующая  волевому моменту умысла (второй субъективный признак соучастия), состоит во взаимном выражении намерения и желания лица участвовать в совершении преступления вместе с другим лицом. Согласованность (или соглашение) представляет собой субъективное выражение совместности совершения преступления, т.е. ту необходимую психологическую связь между соучастниками, которая характеризует совместность их деятельности с субъективной стороны. Отсутствие этого неотъемлемого признака соучастия исключает последнее.⁴

Под соглашением имеется в виду сговор. Соучастие возникает именно с момента сговора, содержание и формы которого могут быть разнообразными. По содержанию сговор может включать соглашение о целях преступления, о способе его совершения, об условиях использования преступных результатов и т.д. Существенным моментом сговора является изъявление намерения и желания совершить определенное преступление или определенный круг преступлений, ибо соучастники несут ответственность лишь за то преступление (или тот круг преступлений), которое было предметом сговора. Форма сговора может быть письменной, словесной, в виде жестов или конклюдентных действий, т.е. заменяющих словесное соглашение. Сговор может быть предварительным, т.е. состоявшимся до начала совершения преступления, либо осуществленным в процессе такого совершения до его окончания. Сам по себе предварительный сговор на совершение преступления представляет собой создание одного из условий для совершения преступления и поэтому в соответствии с ч. 1 ст. 30 УК РФ рассматривается как один из видов приготовления к нему. В случаях, специально указанных в законе, наличие одного только сговора, результатом которого явилось создание преступного сообщества или модификаций последнего, составляет оконченное преступление (например, ст. 209, 210 УК РФ).⁵

Цели и задачи института  соучастия предопределены целями и задачами уголовного законодательства. Вместе с тем рассматриваемый институт имеет и свое специальное назначение:

- во-первых, он позволяет  обосновать ответственность лиц,  которые сами непосредственно не совершали преступление, но определенным образом способствовали его выполнению, и тем самым определить круг деяний, непосредственно не предусмотренных в нормах Особенной части УК, но представляющих общественную опасность и, следовательно, требующих уголовно-правового реагирования;

- во-вторых, он определяет  правила квалификации поведения соучастников;

- в-третьих, установленные  им критерии позволяют индивидуализировать  ответственность и наказание лицам, принимавшим участие в совершении преступления, в соответствии с принципами законности, виновности и справедливости.

Мотивы и цели соучастников могут совпадать или быть неодинаковыми. Их общность не является необходимым  признаком соучастия. Объединенные намерением совершить одно и то же преступление, соучастники могут руководствоваться разными мотивами и целями. Например, подстрекатель к убийству может руководствоваться целью отомстить будущей жертве, а исполнитель - корыстным мотивом (получить материальное вознаграждение от подстрекателя).

2. ПОНЯТИЕ ФОРМ  СОУЧАСТИЯ. ОСНОВАНИЕ КЛАССИФИКАЦИИ  СОУЧАСТИЯ НА ОТДЕЛЬНЫЕ ФОРМЫ

Вопрос о видах и  формах соучастия вызывал неоднозначное  отношение еще в дореволюционном праве и не решен до сих пор по той простой причине, что российское уголовное законодательство не использует термины «форма и вид соучастия». В специальной литературе советского периода вопрос о формах соучастия обстоятельно был рассмотрен А.Н. Трайниным, выделявшим: а) соучастие простое, б) соучастие, квалифицированное предварительным соглашением соучастников, в) соучастие особого рода (соучастие в преступном объединении), г) организованную группу. М.И. Ковалев выделял две формы соучастия: совиновничество и соучастие в тесном смысле слова. По мнению Ф.Г. Бурчака, следует говорить о соучастии в собственном смысле слова (сложном соучастии) как институте Общей части УК, соучастии особого рода, предусмотренном Особенной частью УК, и соисполнительстве. В учебной литературе также предлагаются различные варианты деления соучастия на формы и виды, причем нередко в одном учебнике говорится о «форме соучастия», а в другом - такое же содержание вкладывается в понятие «вид соучастия» либо одно и то же явление именуется по-разному.⁶

Оптимальным и отвечающим требованиям всесторонней оценки совместной преступной деятельности и, как следствие этого, дифференциации и индивидуализации ответственности соучастников представляется деление соучастия на виды и формы. Деление соучастия на виды сопряжено с определением оснований ответственности соучастников, а также индивидуализацией их ответственности. Установление конкретной формы соучастия позволяет дать оценку характеру и степени общественной опасности совместной преступной деятельности в целом. Предлагаемый подход находит свое подтверждение и в законодательной конструкции соучастия. Вместе с тем, несмотря на самостоятельный характер указанных классификаций соучастия на формы и виды, между ними существует определенная взаимосвязь. В конкретных случаях совершения преступления в соучастии возможно сочетание различных форм и видов. Например, совершение преступления организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) чаще всего происходит при фактическом распределении ролей среди соучастников, но с юридической точки зрения все соучастники, вне зависимости от фактически выполняемой роли, признаются соисполнителями. При определении простейшей формы соучастия законодатель подчеркивает, что в совершении преступления группой лиц участвуют два или более исполнителя (ч. 1 ст. 35 УК). В данном случае связь между формой (группой лиц без предварительного сговора) и видом соучастия (соисполнительство) является однозначной.

В основе выделения в  ст. 33 УК⁷ исполнителя, организатора, подстрекателя и пособника лежит характер деятельности различных соучастников по выполнению объективной стороны преступления (выполняемые ими роли и степень участия). Такую классификацию следует именовать разделением соучастия на виды. По критерию различия в характере выполнения объективной стороны преступления можно выделить простое соучастие (соисполнительство), которое по субъективной стороне именуется совиновничество, и сложное соучастие (соучастие с разделением ролей), именуемое по субъективной стороне соучастием в тесном смысле слова. При простом соучастии каждый из соучастников без разделения ролей непосредственно полностью или частично выполняет объективную сторону преступления. Совместность действий в этих случаях диктуется единством времени и места совершения преступления. В случаях сложного соучастия особенность совместной преступной деятельности выражается в том, что среди соучастников имеет место юридическое распределение ролей и поэтому появляются исполнитель, организатор, подстрекатель, пособник. Соответственно каждый из названных соучастников выполняет различные по своему характеру действия. Объективную сторону состава преступления, предусмотренного конкретной статьей Особенной части УК, при сложном соучастии непосредственно выполняет лишь исполнитель (соисполнители). Иные соучастники выполняют объективную сторону опосредованно через действия исполнителя (соисполнителей).

Разграничение соучастия  на виды имеет важное юридическое  значение. Такое разграничение позволяет обосновать не только ответственность исполнителя, но и ответственность иных соучастников. Кроме того, в зависимости от вида соучастия определяются и правила квалификации их действий. Соисполнители сами выполняют объективную сторону преступления, поэтому их действия в соответствии с ч. 2 ст. 34 квалифицируются только по статье Особенной части УК без ссылки на ст. 33 УК. Организатор, подстрекатель и пособник объективную сторону преступления сами не выполняют; это делает исполнитель, а они в разных формах оказывают ему содействие. Поэтому уголовная ответственность для них наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со ссылкой на ст. 33 УК (виды соучастников), за исключением тех случаев, когда они одновременно являлись соисполнителями преступления (ч. 3 ст. 34).

В некоторых случаях  определить вид соучастия бывает сложно, и для этого необходим тщательный анализ объективной стороны состава преступления. Так, не соисполнительством, а пособничеством были признаны действия М., который против воли потерпевшей затолкнул ее вместе с Г. в полуразрушенный дом, где в последующем какого-либо содействия Г. в преодолении сопротивления потерпевшей во время изнасилования не оказывал.⁸

Анализ современной  уголовно-правовой литературы позволяет в обобщенном виде выделить следующие предлагаемые классификационные формы соучастия:

1. соучастие без предварительного соглашения и соучастие с предварительным соглашением (группа лиц по предварительному сговору, организованная группа, преступное сообщество (преступная организация));⁹

2. сложное соучастие, соисполнительство, преступная группа, преступное сообщество;¹⁰

3. группа лиц без предварительного сговора, группа лиц по предварительному сговору, организованная группа, преступное сообщество (преступная организация).¹¹

Первые две классификационные  формы, как представляется, обладают двумя недостатками. Во-первых, институты Общей и Особенной частей УК искусственно отрываются друг от друга, и нормы Общей части теряют свой универсальный характер. Нет разновидностей соучастия, характерных для Общей или Особенной частей; формы соучастия едины для уголовного права в целом. Поэтому определение форм соучастия и их классификация в силу универсальности норм Общей части дается прежде всего в Общей части, а уже затем в зависимости от специфики конкретного состава преступления они одноименным образом формулируются в конкретных статьях Особенной части УК. Во-вторых, нельзя осуществлять деление на формы, исходя из двух классификационных оснований: соучастие по одному критерию подразделяется на две формы, а затем в рамках второй формы уже по другому основанию выделяются еще три формы, что лишает такую классификацию логической стройности. В-третьих, во второй классификационной форме не исключается возможность взаимопересечения элементов, составляющих эту классификацию, поскольку при совершении конкретных преступлений в преступной группе возможно как фактическое распределение ролей между соучастниками, так и соисполнительство.

С учетом вышеизложенного, обоснованной представляется позиция  тех авторов, которые придерживаются последней классификационной формы. Классификационным основанием выделения форм соучастия при таком подходе является социально-психологический критерий - степень согласованности (сорганизованности) действий соучастников. Деление соучастия на формы непосредственно вытекает из закона (ст. 35 УК). Форма соучастия представляет собой внешнюю сторону совершения преступления, которая отражает степень согласованности действий соучастников как при подготовке, так и при совершении конкретного преступления. Чем больше степень согласованности действий соучастников, тем опаснее данная совместная преступная деятельность. Именно согласованность определяет в конечном итоге эффективность объединенных усилий (больший вред, наименьшие потери времени, большее влияние на потерпевших и т.п.).

Группа лиц - наименее опасная и относительно редко встречающаяся форма соучастия, при которой в совершении преступления совместно участвуют два или более исполнителя, действующие без предварительного сговора (ч. 1 ст. 35 УК). Отличительной чертой этой формы соучастия является отсутствие предварительного сговора, которое обусловливает либо полное отсутствие у соучастников согласования относительно предстоящего преступления, либо оно носит настолько неопределенный и незначительный характер, что можно говорить лишь о минимальной субъективной связи соучастников. Группа лиц может состоять только из соисполнителей, объединенных единством места и времени совершения преступления.

Группа лиц может  выделяться в качестве квалифицирующего признака отдельных составов преступлений. В Особенной части как квалифицирующий признак она встречается довольно редко, в основном в преступлениях против личности (п. «ж» ч. 2 ст. 105, п. «а» ч. 3 ст. 111, п. «г» ч. 2 ст. 112, п. «е» ч. 2 ст. 117, п. «б» ч. 2 ст. 131, п. «б» ч. 2 ст. 132). В иных случаях факт совершения преступления группой лиц учитывается при назначении наказания в качестве отягчающего наказание обстоятельства (п. «в» ч. 2 ст. 63 УК).¹²

Группа лиц по предварительному сговору - более опасная форма соучастия, в которой участвуют лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления (ч. 2 ст. 35 УК). При этой форме соучастникам известны не только общий характер, но и некоторые детали предполагаемого преступления. Однако степень согласованности, которая появляется в результате сговора, остается достаточно низкой (отсутствие конкретизации деталей преступления, его планирование в самой простейшей форме, простейшее или полностью отсутствующее разделение ролей и т.д.). Законодатель характеризует данную форму, указывая на такой существенный момент, как «заранее договорившиеся о совместном совершении преступления». Таким образом, от простой группы лиц данная форма отличается наличием сговора и временем достижения такого сговора - заранее. Сорганизованность соучастников при данной форме соучастия незначительна.

Сложным и не получившим разрешения в теории и судебной практике вопросом является также определение вида соучастия (только соисполнительство или возможность соучастия с юридическим распределением ролей) при совершении преступления по предварительному сговору группой лиц. После вступления в действие УК 1996 г. в уголовно-правовой доктрине также не сформировалось единой точки зрения. Одна группа авторов по-прежнему считает, что в рассматриваемых случаях возможно как соисполнительство, так и распределение ролей.¹³ Другие авторы полагают, что данная форма соучастия должна выполняться только в виде соисполнительства.¹⁴ Мы полагаем, что решение данного вопроса зависит от того, как законодатель закрепляет в УК группу лиц по предварительному сговору. В тех случаях, когда группа лиц по предварительному сговору предусматривается в Особенной части УК как квалифицирующий преступление признак, она должна состоять только из соисполнителей. Общественная опасность такой формы совместного совершения преступления возрастает до уровня, закрепляемого законодателем в виде квалифицирующего обстоятельства, именно благодаря единству места и времени действий соучастников. Во-первых, в этих случаях возможно совершение таких преступлений, которые не под силу одному лицу. Во-вторых, согласованное совместное преодоление мер по защите объекта от преступного посягательства существенно снижает степень его защищенности. В-третьих, значительно облегчается совершение преступления (достигается максимальный эффект, быстрее наступает преступный результат, тяжесть причиняемого вреда увеличивается).¹⁵

Высказанная точка зрения находит свое подтверждение и  в судебной практике. Пленум Верховного Суда РФ в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» указал: «мошенничество, присвоение или растрата считаются совершенными группой лиц по предварительному сговору при условии, что в этих преступлениях участвовали два и более лица, заранее договорившиеся о совместном их совершении. При рассмотрении дел об указанных преступлениях, совершенных двумя и более лицами, суду надлежит выяснить, какие конкретно действия, непосредственно направленные на исполнение объективной стороны этих преступлений, выполнял каждый из соучастников».¹⁶

Вместе с тем объективная  сторона различных преступлений нередко носит сложный характер. Когда при совершении хищения одно лицо находится на страже, обеспечивая тем самым тайность изъятия имущества, другое взламывает дверь квартиры, а третье физически изымает имущество, распределение ролей связано с технологией совершения кражи, не имеющей юридического значения. Все эти лица являются соисполнителями, действия которых квалифицируются только по п. «а» ч. 2 ст. 158 без ссылки на ст. 33 УК. Напротив, лицо, которое только предоставило различный инструмент для взлома двери, является пособником, и поэтому его действия должны квалифицироваться со ссылкой на ст. 33 УК.

Таким образом, при совершении конкретного преступления в пределах объективной стороны внутри группы лиц по предварительному сговору вполне возможно «техническое» распределение ролей, не влияющее на квалификацию содеянного, об этом прямо сказано в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»: «Исходя из смысла ч. 2 ст. 35 УК уголовная ответственность за кражу, грабеж или разбой, совершенные группой лиц по предварительному сговору, наступает в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникло в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу ч. 2 ст. 34 УК не требует дополнительной квалификации по ст. 33 УК».¹⁷

В случаях, когда распределение  ролей осуществляется по принципу выделения организатора, пособника, подстрекателя и исполнителя без участия трех первых лиц в непосредственном совершении преступления, такое распределение является юридически значимым и не может расцениваться как соучастие в форме группы лиц по предварительному сговору.¹⁸ Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК)» подтвердил необходимость ссылки в соответствующих случаях и на ст. 33 УК. Однако, такое решение не является юридически безупречным. По смыслу закона, обязательным условием квалификации содеянного по конкретной статье Особенной части УК как совершенного группой лиц по предварительному сговору является совершение преступления в виде соисполнительства. Следовательно, если соответствующее требование не соблюдается, то и квалифицировать содеянное по признаку группы лиц по предварительному сговору нельзя. Такая позиция в последние годы находит поддержку и в деятельности правоохранительных органов. Так, по делу П. и Ч. Судебная коллегия Верховного Суда РФ, учитывая, что один из двух осужденных непосредственно не участвовал в разбойном нападении на потерпевших, не проникал в их квартиру, а лишь предоставил исполнителю оружие, транспортное средство и помощь в сокрытии похищенного и следов преступления, переквалифицировала его действия в этой части с п. «а», «г» ч. 2 ст. 162 УК на ч. 5 ст. 33 и п. «г» ч. 2 ст. 162 УК как соучастие в форме пособничества в разбойном нападении с применением оружия. В отношении исполнителя преступления, осужденного по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК, она исключила из приговора квалифицирующий признак разбоя - совершение его группой лиц по предварительному сговору. Аналогичное решение было принято Военной коллегией Верховного Суда РФ и по делу Е. и А.