Советсткое направление внешней политики Турции в 1960-1975 гг

Содержание.

Введение…………………………………………………………………….2

Глава 1. Процесс становления  нового подхода внешней политики Турции по отношению к СССР…………………………………………………5

Глава 2. Дальнейшее развитие турецко-советских отношений и экономического сотрудничества между СССР и Турцией…………………………………………………………………………...22

Заключение………………………………………………………………...29

Список источников……………………………………………………….31

Список литературы………………………………………………………32

Введение.

Турция, из-за своего географического  расположения между Европой и Азией, а также реальной возможности осуществлять контроль над стратегически важными черноморскими проливами и одновременно представлять огромную территорию, населенную десятками этнических групп, была в ретроспективе ареной противостояния ведущих европейских государств. Сегодня уникальность стратегического местоположения государства между Ближним и Средним Востоком, Южной Европой и Западной Азией определяет многогранность внешней политики Турции, приоритетами которой являются отношения с США и Европейским Союзом, с молодыми тюркоязычными странами Содружества Независимых Государств.

Согласно своему геополитическому и геоэкономическому положению, Турция имеет свои интересы и влияние в таких регионах, как:

- Средний и Ближний Восток  и Каспийский регион, которые  имеют наиболее важные нефтяные  ресурсы в мире;

- Средиземноморский регион, который  является пересечением важных  морских коммуникаций;

- Черноморский регион и Турецкие  проливы, через которые проходят  важные энерготранспортные магистрали;

- Балканы, подвергшиеся структурным  изменениям вследствие распада Советского Союза и Югославии;

- Кавказ и Центральная Азия, которые имеют как богатые  природные ресурсы, так и этнические  конфликты;

- Особое место в политике  Турции занимает процесс интеграции  в западные структуры.

Актуальность данной тематики состоит  в том, что изучение советского направления внешней политики Турции в период 1960-х гг., необходимо для понимания сущности дальнейшего формирования системы международных отношений и прогнозирования сил на региональном, континентальном и глобальном уровнях.

Цель исследования заключается  в анализе закономерностей формирования и реализации советского направления  внешней политики Турецкой Республики в 1960-е гг.

Задачи исследования:

- Проанализировать турецко-советские  отношения;

- Исследовать экономические связи  Турции с Советским Союзом.

Объектом исследования является Турецкая Республика.

Предметом анализа стала внешнеполитическая стратегия официальной Анкары в  отношении СССР.

Методы исследования. В исследовании для анализа советского направления внешнеполитической стратегии Турецкой Республики был использован системный подход, который обусловил необходимость творческого применения таких методов анализа, как исторический, нормативно-ценностный и институциональный. Применение исторического метода позволило выделить общие и значимые факты и тенденции развития советского направления внешнеполитической стратегии Турции. Институциональный метод определил роль важнейших структур турецкого парламента, политических партий, вооруженных сил, общественных организаций в формировании и реализации внешней политики Турции в отношении СССР. Нормативно-ценностный метод позволил дать оценку различным соглашениям и договорам Турецкой Республики с другими сторонами.

Источниковую базу исследования составляют документы и периодическая печать, пресса. Документы опубликованы в  таком издании как «Документы внешней политике СССР»¹.

Кроме документов использовались труды как отечественных, так  и зарубежных авторов. Особенный  интерес представляет работа Гасратяна  М. А. «Турция в 1960-1963 годах»², в которой автор подробно описывает обстановку в стране того периода, влиявшую на формирование принципов внешней политики по отношению к Советскому Союзу. Интерес представляют и другие работы данного автора³. Другой работой представляющей интерес для данного исследования является работа Поцхверии Б. М. «Турецко-американские разногласия по вопросу о развитии турецкой экономики»⁴. В ней автор приводит причины американо-турецких разногласий приведших к некоторому сближению Турции с Советским Союзом. Также полезными явились и другие вопросы данного автора⁵. Из иностранной литературы стоит отметить работу Ф. Дж. Эркина «Türk-sovyet ilişkileri ve boğazlar meselesi»⁶. В данной работе наиболее объективно и подробно рассмотрены противоречия и общие взгляды двух стран на международной арене.

Структура работы. Работа состоит  из введения, двух глав, заключения, списка источников и литературы. Первая глава посвящен турецко-советским политическим отношениям, во второй главе рассматривается экономической сотрудничество двух стран.

Глава 1. Процесс становления нового подхода внешней политики Турции по отношению к СССР.

Свержение Мендереса и  Демократической партии в результате государственного переворота 27 мая 1960 г. создало более благоприятную  обстановку для улучшения отношений  между Турцией и СССР. Советское  правительство сразу заявило  о признании нового турецкого  правительства и выразило надежду, что его внешняя политика будет  основываться на принципах Ататюрка. Но долго ещё советская дипломатия прилагала усилия, чтобы начал  таять лёд недоверия к политике СССР.

Новое правительство Турции заявило о намерении вернуться  к принципам Ататюрка, но в его  программе (август 1960 г.) в первую очередь  говорилось о значении для Турции НАТО и СЕНТО, о дружественных  связях с союзниками, особенно с  США. В ней отмечалось и стремление развить отношения с соседями, в частности с СССР⁷.

Советское правительство  предпринимало меры, чтобы действительно  возвратить отношения между двумя  странами к временам Ататюрка. Это  выражалось в неоднократных посланиях  и выступлениях руководителей Советского правительства, отмечавших удовлетворение по поводу заявления нового правительства  Турции. В частности, Советский Союз выражал готовность развивать с  Турцией экономическое сотрудничество.

В некоторых кругах турецкой общественности положительно оценивали  стремление СССР к улучшению отношений  с Турцией. При этом отмечалось, что  необходимо переосмыслить политику страны вообще и особенно отношения  с соседними странами, и подчеркивалось, что в результате политики Советского Союза была создана обстановка для  улучшения советско-турецких отношений⁸.

После государственного переворота в политике Турции наблюдалась осторожность в отношении практической реализации заявлений о стремлении к добрососедским отношениям.

Вместе с тем в Турции продолжалась пропаганда недоверия  к политике СССР. Так, например, послание Председателя Совета Министров СССР президенту Турции от 28 июня 1960 г. было расценено как вмешательство  во внутренние дела страны. Турецкая печать утверждала, что в этом послании Советский Союз требует от Турции встать на путь нейтралитета. Правда, турецкие официальные круги делали немало заявлений в пользу добрососедских отношений между Турцией и  Советским Союзом. В частности. Глава  турецкого государства и правительства  Гюрсель писал советским руководителям 16 марта 1961 г. в связи с 40-летием советско-турецкого  договора о дружбе и братстве⁹: «Республиканское правительство выражает пожелание и уверенность в том, что добрососедские отношения между Турцией и Советским Союзом, основанные на взаимном уважении, смогут развиваться в условиях международного мира и безопасности»¹⁰.

Создалось впечатление, что  во внешней политике Турции будет  больше самостоятельности в отношениях с США и больше реалистичности в отношениях с СССР. Это отмечалось и некоторыми органами западной печати¹¹.

Но если советские предложения  отличались чёткостью, искренностью и  безусловностью, то у турецких руководителей  в их витиеватых заявлениях явственно  проступали свидетельства несамостоятельности  политики Турции. Делая на первый взгляд безобидную оговорку о международном  мире и безопасности, руководители турецкого правительства выдвигали  всё тот же тезис о предварительном  урегулировании спорных вопросов между  СССР и США и другими державами  НАТО. Хорошо осведомлённая «Нойе Цюрхер Цайтунг» писала: «По отношению к Советскому Союзу министерство иностранных дел (Турции) придерживается мнения, что проблемы “холодной войны” должны решаться великими державами и что в промежуточной зоне нет смысла вести двусторонние переговоры… В Анкаре сейчас проводится, видимо, тезис: “продвигаться вперёд, но не спешить”»¹².

В речи в Учредительном  собрании в феврале 1961 г. министр  иностранных дел Турции Селим Сарпер признавал усилия Советского Союза по улучшению отношений с Турцией, декларировал необходимость установить хорошие отношения с Советским Союзом, но не сказал, какие же усилия приложило в этом направлении его правительство.

Что же касается «новых нюансов» во внешней политике Турции, о чём  говорилось в своё время в первых после переворота турецких заявлениях, то в отношении Советского Союза, как выяснилось из интервью главы  государства и правительства  генерала Гюрселя корреспонденту ДПА 8 мая 1961 г., правящие круги Турции держались  довольно осторожной позиции.

Ставя улучшение советско-турецких отношений в зависимость от урегулирования международных спорных вопросов, особенно таких, как разоружение, германский и берлинский и другие, и всецело  разделяя позицию США, ФРГ и других союзников по этим вопросам, турецкие правящие круги отмечали, что они  не надеются на скорое разрешение этих вопросов, причём в неурегулированности  их обвиняли Советский Союз.

В программах всех трёх коалиционных правительств Исмета Инёню (ноябрь 1961 – февраль 1965 г.) говорилось о намерении  развивать добрососедские отношения  с соседними странами в соответствии с международными обязательствами. Премьер-министр Инёню, министр иностранных  дел Сарпер и сменивший последнего Эркин неоднократно заявляли о необходимости  установить хорошие отношения с  Советским Союзом. Но вместе с тем  государственные деятели Турции делали оговорки относительно того, что  их страна не может выйти из военных  блоков и стать на путь нейтралитета.  Скрывая от народа тот факт, что  Советский Союз не ставит никаких условий, правящие круги Турции как бы оправдывали свою политику, идущую вразрез с заявлениями о желательности улучшить советско-турецкие отношения.

С целью ввести в заблуждение  общественное мнение страны турецкая пресса, и в частности, поддерживавшие Народно-республиканскую партию (партию премьер-министра) газета «Улус» и журнал «Акис», писали в начале декабря 1961 г., что Советский Союз стремится  оторвать Турцию от Запада и толкнуть её на путь нейтралитета, что якобы  грозит Турции оказаться один на один с Советским Союзом. Эти утверждения сопровождались пропагандой недоверия к политике СССР.

Близкая к НРП газета «Джумхуриет» писала в конце июня 1961 г., что  намерения Советского Союза улучшить отношения с Турцией сомнительны. Условием для улучшения отношений  между двумя странами газета считала  проведение Советским Союзом «более понятной и мирной политики» в  отношении всего «свободного  мира», а не развитие «частных связей»  между двумя странами. Все неугодные  правящим кругам Турции события, происходившие  как внутри Турции, так и на международной  арене, объявлялись «кознями коммунистов», «красных». Даже февральский военный  путч 1962 г. в Анкаре, участники которого требовали принять решительные  меры против последователей и сторонников  бывшего режима Мендереса, стал поводом  для антисоветских выступлений  правых турецких газет.

Не свидетельствовали  о стремлении улучшить отношения  с СССР и нарочито демонстративные  заявления высокопоставленных государственных  деятелей Турции о том, что их страна не примет экономической помощи Советского Союза. Эти заявления способствовали поддержанию чувства недоверия  к СССР. Создавалось впечатление, что разговоры о возможности  или невозможности получить экономическую  помощь от Советского Союза заводились в Турции для шантажа своих  старших партнёров по агрессивным  блокам. После того как в 1961 г. на декабрьской Парижской сессии Совета НАТО был предварительно решён вопрос об оказании Турции помощи со стороны этого блока, но не был определён её размер, министру иностранных дел были заданы вопросы об этой помощи. Сарпера  спросили, будет ли Турция искать другие источники, если не сможет получить необходимую помощь у союзников, и может ли турецкое правительство обратиться к Советскому Союзу. Министр ответил, что в этом нет необходимости, так как «западные союзники с пониманием отнеслись к нашим просьбам»¹³.

Заявления турецких руководителей, суть которых заключалась в том, что союзники Турции так или иначе  должны оказывать ей помощь, чтобы  не вынудить её обратиться к Советскому Союзу, делались не раз. Они перемежались с декларациями, что Турция не считает  нужным обращаться к СССР. 14 июня 1962 г. президент Дж. Гюрсель заявил в  Доме младших офицеров анкарского гарнизона, что Турция отклонила предложение  о помощи, якобы сделанное русскими. В заявлении 20 июля 1962 г. Гюрсель  «подтвердил слухи о русском  предложении экономической помощи». Президент подчеркнул, что в отношениях между двумя странами «нет изменений». Не раз высказывал отрицательное отношение к возможности обращения за экономической помощью к СССР и Исмет Инёню, явно кивая в это время в сторону США.

Турецкая официальная  пропаганда прилагала немало усилий, чтобы представить экономическую  помощь Советского Союза странам  Азии и Африки и культурные связи  с ними как опасность, утверждая, что они являются средством для  осуществления «советских завоевательных целей»¹⁴. Одновременно делались и попытки преуменьшить достижения Советского Союза, а турки, открыто признававшие эти достижения, подвергались преследованию. В качестве одного из многих примеров можно привести арест в июле 1961 г. двух учителей, одобрительно отозвавшихся об успехах Советского Союза в освоении космоса, в частности в связи с полётом Ю. Гагарина. Другим подобным примером является скандальное, нашумевшее на весь мир многомесячное судебное преследование учительницы Ирен, которая с похвалой отозвалась о Гагарине и поставила его в пример своим ученикам. Сфабрикованное против Ирен обвинение в просоветской пропаганде рухнуло, и она была оправдана, но это «дело» было весьма показательным для обстановки в Турции.

Турецкими реакционными кругами  использовался любой повод для  антисоветской кампании. В частности, антисоветскими заявлениями была встречена  советская нота от 3 февраля 1961 г. о  строительстве в Турции стартовых  площадок для американских ракет. Примерно через год аналогичными выпадами сопровождалось провокационное заявление  главнокомандующего английскими военно-морскими силами на Средиземном море адмирала Холланда-Мартина и связанное  с этим заявлением интервью главнокомандующего военно-морским флотом СССР адмирала Горшкова. Как «угроза Турции»  трактовалась и статья министра обороны  Маршала Советского Союза Малиновского, опубликованная в «Правде» в феврале 1962 г., в связи с днём Советской  Армии.

Турецкая пропаганда постоянно  прилагала усилия для обработки  читателей в антисоветском духе. Антисоветские кампании прошли в  Турции в связи с так называемыми  неделями порабощённых народов: в турецкой прессе усилилась клевета по поводу положения тюркских народов, проживавших в СССР, и раздались провокационные призывы протянуть им руку помощи.

Вместе с тем экономические  интересы Турции заставляли её идти на контакты с социалистическим соседом. В ноябре 1960 г. Советский Союз посетила делегация деловых кругов Турции. В её состав входили известные  коммерсанты и промышленники. Делегация  побывала на советских предприятиях, встретилась с представителями  советских внешнеторговых объединений.

23 мая 1961 г. состоялся  пуск завода оконного стекла  в Чаирова, построенного с помощью Советского Союза. Первая партия оконного стекла была выпущена 5 июля 1961 г. Уже в 1962 г. завод отправил первую партию стекла на экспорт.

В апреле 1961 г. в Анкаре велись переговоры о пересмотре советско-турецкой железнодорожной конвенции 1922 г. и  о прямом железнодорожном сообщении  между СССР и Турцией. Подписанное 27 апреля соглашение регламентировало перевозки грузов и пассажиров через  границу на участке Карс-Ленинакан. В июне 1962 г. было заключено соглашение об установлении телефонной связи между  СССР и Турцией (через Болгарию и  Румынию). Важным свидетельством расширения советско-турецких экономических связей были переговоры о строительстве  водохранилища на р. Ахурян и о  совместном его использовании. В  ноябре 1965 г. было подписано соглашение о проведении проектных работ.

Несмотря на тяжёлые условия, в которых продолжала находиться турецкая прогрессивная печать и  после государственного переворота, несмотря на то что журналисты, публиковавшие более или менее объективные статьи и отражавшие прогрессивные тенденции в турецком обществе, подвергались травле и даже преследовались в судебном порядке, в турецкой печати появлялись статьи, призывавшие к улучшению отношений с Советским Союзом. Влияние общественного мнения было немаловажным фактором, способствовавшим тому, что государственные деятели Турции выступали с заявлениями, признававшими необходимость и полезность добрососедских отношений между странами.

Вместе с тем влияние  на правящие круги Турции оказывала  и позиция части торгово-промышленных кругов. Будучи традиционно заинтересованными  в торговле с Западом и придерживаясь  односторонней ориентации на США  и другие страны НАТО, они несли  некоторые потери из-за трудностей со сбытом ряда товаров, особенно сельскохозяйственных, и с ввозом необходимых машин  и оборудования. Дело в том. Что  политика монополий США и европейских стран приводила к замораживанию в Турции больших партий табака, сухофруктов и других экспортных товаров, а ввоз оборудования и машин был ограничен из-за валютных трудностей, переживаемых страной. В этих условиях торговля с СССР представляла интерес для Турции. Предубеждения политического характера в данном случае начинали постепенно преодолеваться. До этого, в 40 – 50-е и в начале 60-х годов, торговля с Советским Союзом была мизерной. Доля СССР в турецком импорте составляла в 1948 – 1953 гг. лишь сотые доли процента, а к концу 50-х годов едва превысила 1 %. Аналогичное положение было и с турецким экспортом.

Представители прогрессивных  кругов утверждали, что развитие экономических  связей с Советским Союзом принесёт большие выгоды для турецкой экономики, приводили при этом в пример экономическую  помощь СССР другим странам (в частности, Индии, ОАР, Ираку) – помощь, которая  предоставляется на выгодных для  этих стран условиях и не сопровождается никаким политическим нажимом, никакими условиями относительно внутреннего  устройства получающих её стран.

По вопросу об экономической  помощи СССР развивающимся странам  выступила в начале марта 1961 г. в  Учредительном собрании депутат  Джошкур Кырджа, который заявил, что эта помощь более выгодна  и в отношении сроков, и в  отношении процентов по сравнению  с американской.

Однако турецкие и западные политики продолжали сеять сомнения относительно искренности стремления СССР улучшить отношения с Турцией. Повторялся тезис о непостоянстве  политики СССР в отношении Турции, искались причины послевоенного  ухудшения отношений между двумя  странами, что, в свою очередь, использовалось для оправдания антисоветской политики.

Факторы, говорившие о необходимости  улучшения отношений Турции с  Советским Союзом, способствовали достижению договорённости о посещении Советского Союза  турецкой парламентской делегацией летом 1963 г. Это было первое крупное мероприятие, относящееся к процессу восстановления добрососедства и сотрудничества между двумя странами, первая за четверть века поездка турецких парламентариев в СССР. Но сильны ещё были позиции противников расширения отношений между двумя государствами, что нашло отражение в прессе. Ряд газет с целью принизить значение визита, сообщая об отъезде делегации в Москву, писали, что это «только визит вежливости», что «переговоры вестись не будут»¹⁵.

Исмет Инёню на пресс-конференции  в Обществе анкарских журналистов  сказал 20 марта 1963 г., что «визит парламентской  делегации в Советскую Россию нужно рассматривать в рамках добрососедских отношений между  двумя странами». Этот весьма осторожный ответ был дан на вопрос: «Свидетельствует ли поездка турецкой делегации в  СССР о начале более тесных дружественных  связей между Турцией и Советским  Союзом?» Парламентская делегация  была составлена из сенаторов и депутатов Великого национального собрания Турции, представлявших все пять политических партий. Главой делегации был председатель сената (в 1965 г. премьер-министр) Суат Хайри Ургюплю, который перед отъездом делегации в Москву заявил корреспонденту «Известий» о своём горячем желании видеть Советский Союз и Турцию живущими в мире и дружбе¹⁶.

Поездка турецких парламентариев в Советский Союз была воспринята в Турции в общем благоприятно. Этот шаг турецкого правительства не подвергся резкой критике оппозиции, так как больше чем о визите вежливости речь не шла. Более того, правящие круги попытались использовать и эту поездку как средство давления на своих союзников, привлекая их внимание к вопросу о возможности советской экономической помощи.

Турецкая пресса утверждала, например, что со стороны СССР Турции была якобы предложена «широкая, ничем  не обусловленная помощь… не только экономическая, но и военная»¹⁷. Журнал НРП «Акис», пространно повествуя о состоявшемся в начале 1963 г. визите советского посла в Анкаре Н. С. Рыжова к премьер-министру Исмету Инёню, безапелляционно утверждал, что в беседах в Москве якобы был затронут вопрос и о возможности предоставления Турции помощи. По свидетельству этого журнала, «Инёню был в высшей степени деликатен по отношению к послу, но изъял из беседы возможность начать разговор о помощи»¹⁸. Создаётся впечатление, что правящие круги Турции намеренно провоцировали слухи о готовности Советского Союза оказать необходимую помощь и о нежелании Турции ставить об этом вопрос, так как она якобы надеется на помощь союзников по НАТО, и в первую очередь США.

В целом потепление в советско-турецких отношениях протекало очень медленно и нередко сопровождалось попятными  движениями.

Следующим важным этапом на пути развития контактов между государственными деятелями двух стран был официальный  визит в СССР – впервые за 25 лет – министра иностранных дел Турции Феридуна Джемаль Эркина. В своё время в связи с назначением его на пост министра иностранных дел такая осведомлённая газета, как «Таймс», писала о нём как о приверженце тесных отношений Турции с Западом, до 1962 г. Ф. Дж. Эркин был послом Турции в Великобритании, и отмечала, что Эркин будет способствовать присоединению Турции к «Общему рынку». Визит Эркина в Москву через два с половиной года после этого выступления «Таймс» был более интересен¹⁹.

В Турции всё более множились  голоса в пользу пересмотра и проведения страной независимой внешней  политики, в пользу изменения отношений  с Советским Союзом, усиливалась  критика односторонней ориентации на западные страны. Необходимость  этого признавал и предшественник Эркина на посту министра иностранных  дел С. Сарпер. «Было бы правильным, - заявил он, - если бы мы проводили в отношении России политику, которой было бы присуще больше нюансов. Я не вижу смысла в том, чтобы мы оказались последней страной на пути нормализации отношений с Россией»²⁰. Однако до определённого времени правящие круги Турции не считались с подобными выступлениями, хотя в условиях расширения обмена между Востоком и Западом рано или поздно и Турция должна была встать на путь улучшения отношений с СССР. «Монд» отмечала, что этот процесс захватил и некоторые блоковые страны, в частности Иран и Пакистан. «Только Турция… - подчёркивала газета, - не отвечала на многочисленные призывы, исходящие из Москвы»²¹.

Непосредственный повод для приезда Эркина в Москву – недовольство правящих кругов Турции позицией её союзников по НАТО в кипрском вопросе²². Конкретные задачи визита Эркина турецкой стороной были регламентированы главным образом кипрским вопросом. В связи с обострением кипрского кризиса турецкая дипломатия приложила немалые усилия, чтобы обеспечить «понимание законности» турецких интересов в кипрском вопросе, особенно в связи с вынесением его в ООН. С этой целью начиная с конца 1964 г. в различные страны, особенно африканские и ближневосточные, были посланы турецкие парламентские «миссии доброй воли». Однако, естественно, основное внимание уделялось позиции великих держав. Эти обстоятельства способствовали развитию контактов между Турцией и СССР. Что касается СССР, то правящие круги Турции придавали первостепенное значение его отрицательному отношению к объединению Кипра с Грецией.

Отрицательное отношение  к эносису СССР и Турции строилось  на принципиально разных основах: советская  позиция вытекала из принципиального  требования обеспечить Кипру полную, ничем не ограниченную независимость, а турецкая основывалась на принципе сохранения цюрихско-лондонских соглашений²³, то есть на сохранении зависимости Кипра от держав, навязавших ему эти соглашения, на сохранение серьёзных ограничений суверенитета республики и их права вмешательства в её внутренние дела. Турецкая сторона надеялась, что в Москве можно будет добиться поддержки стремления Турции установить на Кипре федеральный режим с полной автономией турецкой общины²⁴.

Нарастание недовольства политикой США, которые не поддержали военные акции Турции на Кипре  осенью 1964 г., и в частности планом Ачесона²⁵, привело к появлению некоторых нюансов в политике Турции²⁶. Отражая это недовольство и выдвигая требование изменить отношения с СССР, турецкая пресса писала, что Турция «очень опоздала» с пониманием изменений в международной обстановке, в которой нельзя решать важные вопросы с позиции, «связанной лишь с враждебностью к США или лишь с враждебностью к России»²⁷.

Естественно, трудно было предположить, что Эркин мог думать об установлении широких и тесных отношений с  СССР. Министром иностранных дел  он был до 1965 г. Как будет показано ниже, за это время существенных сдвигов в отношениях между двумя странами не произошло. А позже, в 1968 г., Эркин писал в связи со своим визитом в СССР: «Было обещано, что во время московских встреч не будет никаких дискуссий по вопросу о членстве Турции в Атлантической коалиции»²⁸.

Тем не менее, визит Эркина в Советский Союз, протекавший  с 30 октября по 6 ноября 1964 г., нашёл  широкие отклики в мире. Он был  отмечен как необыденное событие, так как турки до этого упорно не шли на улучшение между двумя  странами.

Этот визит действительно  знаменовал собой определённый перелом  в отношениях между странами, так  как в совместном советско-турецком коммюнике впервые был упомянут принцип мирного сосуществования, ранее, особенно при режиме Мендереса, подвергавшийся в Турции резким нападкам. Визит был началом в процессе развития отношений между двумя странами.

Западная печать отмечала, что установление взаимопонимания  с СССР было в интересах Турции в первую очередь из-за советской  позиции по Кипру, основанной на принципе его независимости. Поэтому Инёню  и послал Эркина в Москву²⁹.

В совместном коммюнике о  пребывании Эркина в СССР говорилось, что во время переговоров были затронуты вопросы международного положения и советско-турецких отношений. Стороны указали на реальные возможности для развития между обоими государствами отношений доброго соседства, для укрепления взаимного доверия и делового сотрудничества в духе традиций, сложившихся во времена В. И. Ленина и М. К. Ататюрка. Была достигнута договорённость о расширении торговли между двумя странами, которая, как уже говорилось, была до этого весьма незначительной³⁰.