Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Современные теории демократии

Оглавление

Введение 3

Глава I Понятие, сущность и основные признаки политической демократии. 5

Глава II Зарождение демократии. 7

Глава III Современные теории демократии. 12

Заключение 21

Список используемых источников 23

Введение

Актуальность темы моей курсовой работы заключается в том что на протяжении тысячелетий существует различное толкование понятия демократии. Существует большое количество концепций демократии. Поэтому мы решили ещё раз проанализировать понятие демократии и рассмотреть её с истории возникновения.

Понятие демократии существует уже две с половиной тысячи лет. В разные века в истории политической мысли этому термину давалось неоднозначное толкование. По мере многовекового изменения и усложнения политической картины и наслоения на нее политических доктрин, апеллирующих к демократии, последняя приобретала самые различные интерпретации. Однако существуют и какие-то сходные черты, позволяющие выделить общие признаки, характеризующие тот или иной строй как демократический, в том числе и по количественным параметрам – как более демократический или менее демократический.

Демократия имеет своё начало в Древней Греции и Древнем Риме, традициях средневековых городов-государств и развитии представительных органов власти в Европе и некоторых британских колониях в новое время. В античных городах-государствах верховной законодательной, исполнительной и судебной властью обладало собрание, включающее в себя всех граждан. Это было возможно потому, что население этих городов редко превышало 10000 человек, а женщины и рабы не имели политических прав. Граждане имели право занимать различные исполнительные и судебные должности, некоторые из которых были выборными, а другие назначались по жребию. В средневековой Европе ключевую роль в зарождении принципов демократического правления сыграли концепции религиозного, естественного и обычного права как ограничений произвола власти. Большое значение имело распространение практики, когда монархи стремились получить одобрение своих распоряжений со стороны различных сословий. Съезды представителей этих сословий были прообразами современных законодательных собраний.

Эта тема на протяжении многих десятилетий поднималась и рассматривалась многими ведущими российскими теоретиками в области права – Денисовым А.И., Петровым В.С., Лазаревым В.В., Алексеевым С.С., Липень С.В., Лаврененко В.Н. Однако же степень изученности данной темы относительно невелика, что объясняется тем, что российской демократии нет ещё и двух десятков лет.

Основным приемом и методом исследования данной курсовой мы использовали системный анализ имеющейся информации по выбранной теме курсовой работы.

При написании данной курсовой работы использовались учебники по политологии, монографии и научные статьи из периодических изданий.

Объектом исследования настоящей курсовой работы является понятие демократии, история возникновения.

Целью курсовой работы является понятие сущности демократии и истории возникновения.

Поставленная цель работы предопределила постановку следующих задач:

- дать понятие демократии

- определить сущность и основные признаки демократии

- рассмотреть зарождение демократии;

- рассмотреть и охарактеризовать основные теории демократии

Глава I Понятие, сущность и основные признаки политической демократии.

В переводе с греческого «демократия» означает «власть народа» (demos - народ, cratos - власть). Более развернутое определение демократии, ставшее классическим, было дано американским президентом А. Линкольном в его известной геттисбургской речи (1863 г.): правление народа, избранное народом и для народа. Но, несмотря на очевидность трактовки демократии как народовластия, существует ряд проблем, относящихся к содержанию и функционированию демократии. Эти вопросы вызывают серьезные споры, что нашло отражение в появлении разных теорий демократии. Упор делается на ее различные свойства: свободу (либерализм), равенство (марксизм), участие народа в принятии решений (партисипаторная теория, или демократия участия), конкуренцию за голоса избирателей между элитами (элитарные теории).¹

Первое представление о демократии как форме правления возникло в античной Греции. Аристотель определял демократию как «правление всех». Но при рассмотрении истории становления демократии обнаруживается, что понятия «все» и «народ» не всегда совпадали.² Из всех существующих в прошлом примеров наиболее демократичной была «первобытная демократия», где решения принимали все взрослые члены рода или племени.

В период разложения первобытного общества возникает военная демократия, где народ, иными словами имеющие право участвовать в управлении и осуществлять правосудие, ограничивался только вооруженными мужчинами. В древних Афинах, подаривших миру опыт первой прямой политической демократии, под народом понимались только взрослые свободные мужчины. Именно они имели право лично участвовать в работе народного собрания и голосовать. Женщины, рабы, метеки (лично свободные переселенцы) политических прав не имели. Таким образом, в Афинах демократия распространялась только на несколько тысяч человек. Эта власть была далека от совершенства еще и потому, что подавляла инакомыслие, принимая форму тирании «большинства».

Крупнейшими событиями, заложившими основы демократической тенденции, явились Английская революция (1688 г.), Война за независимость Северной Америки (1775-1783 гг.) и Французская революция (1789 г.). В принятых в этот период документах: Билле о правах (Англия), Декларации независимости и Билле о правах (США), Декларации прав человека и гражданина (Франция, 1791) - были выдвинуты демократические ценности и принципы, которые просматриваются и в современной практике функционирования системы представительства, взаимоотношения ветвей власти и законодательства в области прав человека.³

Но более зрелых форм демократия достигла в середине ХХ в., когда стали реальностью равные для всех слоев общества гражданские и политические права. Отметим, что современная демократия отличается от предшествующих исторических моделей и другими существенными признаками: защитой прав человека, признанием права оппозиции (тех, кто в данный момент остался в меньшинстве) отстаивать свое мнение и критиковать правительство.

Современные политики подчас злоупотребляют словом демократия. Большинство современных партий содержат в своем названии термин «демократическая». Практически все современные политические режимы, даже авторитарные, претендуют на демократичность. Подобная произвольность в употреблении понятия «демократия» и само разнообразие трактовок ее сущности побуждает отдельных авторитетных ученых сделать вывод, что демократия - это «понятие, решительно не поддающееся определению».⁴ Тем не менее политологи и различные международные организации используют это понятие, согласившись относительно критериев, позволяющих отнести тот или иной режим к демократическому.

Глава II Зарождение демократии.

Чтобы выяснить, чем же является демократия сегодня, приходится начинать с времен, когда еще не существовало ни малейшего понятия не только о демократии, но и о политики, хотя зачатки и того проявились уже вполне четко и явственно. На древнейшем этапе развития человечества прообразом власти народа стала власть рода или родовая (непосредственная, военная) демократия. Политические системы и процессы эпохи архаики тяготеют к закрытости, предзаданности, для них типична политическая культура образца. Идеал этих политических систем - автократия (самодержавие) с господством единого и гомогенного (тоталитоидного) этоса. Они вырастают прямо из родовой демократии и достаточно органично трансформируются в деспотию. Автократия по существу и есть неразделенность непосредственной родовой демократии и деспотии.⁵

Соединение родов на основе принципа синойкизма (сожития) и перерастание деспотий, а также союзов полисов в империи знаменует переход к следующей политической эпохе, которую обычно именуют промежуточной (имеется в виду ее положение между архаикой и современностью). Здесь уже в условиях эллинского полиса возникает само понятие демократии. Это не означает, конечно, что вне античного полиса никакой демократии не было. Родовая демократия предыдущей эпохи трансформировалась в связи с общим характером политической организации новой эпохи. Свойственные ей политические системы и процессы характеризуются открытостью. Они тяготеют к выдвижению универсальных целей, нередко эсхатологических, толкающих их к экспансии, к расширению своей гегемонии. Правление рода распространяется на чужую, «варварскую» среду и начинает принимать черты политического режима, подкрепленного законом, равно обязательного для всех свободных граждан. От непосредственной демократии осуществляется переход к различным формам опосредованного правления.⁶

На протяжении всей переходной эпохи происходит дифференциация, усложнение политических систем. От перезревших, разбухших деспотий осуществляется переход к протоимпериям, держащимся силой вооруженной руки. Начинает вырисовываться пространство горизонтальной империи. Это пространство постепенно заполняется коммуникационными цепями, а затем и сетями. Возникает бюрократия, регулярный и упорядоченный сбор налогов, архивы, письменная кодификация законов и установлений, судопроизводство и т.п.

Ключевым моментом дифференциации различных субсистем становится разделение сакрального и мирского порядков. На этой основе институционализируется религия, возникают храмовые и жреческие организации, наконец, мощные централизованные религиозные культы империй. Первоначально имперские культы эклектичны, затем они консолидируются. Империя укрепляется за счет дополнения своей горизонтальной составляющей еще и вертикальной опоры. Наконец возникают вертикально-горизонтальные империи или теократии. Однако это происходит уже в постантичный период, после того, как политическая культура промежуточной эпохи была существенно обогащена в т.н. «питомниках» - в эллинском полисе и в ветхозаветном Израиле.

Античная Эллада дала Европе, а тем самым и миру формализацию гражданских (полисных) отношений и субъекта этих отношений - гражданина (политеса). Обретение индивидуумом самостоятельных политических ролей происходит так или иначе, в более или менее отчетливых формах фактически повсеместно на протяжении промежуточной эпохи. Очевидным и закономерным этапом имперского развития, экспансии становится эмансипация политической личности - хотя бы через образование вольного пограничья, разбойничью или пиратскую вольницу. Не столь резко, но зато более основательно становление политической личности проявляется в рамках полиса. Отчасти это можно отметить уже на Древнем Востоке от Шумера до Финикии. Однако именно в Греции получили вполне последовательное и достаточно рациональное выражение взаимообратимые права и обязанности гражданина, сформировалось и облеклось в юридическую форму понятие гражданства, углубленное и классически разработанное в римском праве.⁷

Развитая политическая жизнь позволила эллинским мыслителям отчетливо определить ряд идеальных типов политического устройства. Отталкивались они при этом от факта изменчивости и устойчивости политической организации полиса. Платон в «Политее» намечает ступени деградации идеального полиса - тимократия (власть чести или цензовая демократия), олигархия, демократия, тирания. Затем в «Политике» Платон вводит две триады - благополучных или, как бы сказали современные политологи функциональных способов правления (монархия, аристократия, демократия законная) и неблагополучных или дисфункциональных способов правления (тирания, олигархия, демократия беззаконная). Эту схему существенно уточняет и развивает Аристотель, который вводит дополнительные характеристики некоторых разновидностей базовых форм правления, в частности, демократии, а главное формулирует идею политии как особой смешенной формы правления. Полития при этом самым очевидным образом оказывается связана с демократией. В какой то степени это можно объяснить тем, что само понятие народ, демос было для Аристотеля и его соотечественников многозначным.⁸ Этим словом обозначалось и народонаселение в целом, и простонародье, и, что особенно важно, базовая политическая единица полиса, функциональный эквивалент и фактическая замена прежнего рода. Соответственно возникают «разные» демократии - власть всех, власть простонародного большинства, власть формально организованных граждан. При этом Аристотель различает два типа политического равенства: количественное или распределительное и «равенство по чести». Принципиальное значение в этой связи получила разработка гражданской равноправности (изополитии), реализуемой через равенство перед законом (изономия) и равенство в праве на законодательную инициативу (изогория).

Глава III Современные теории демократии.

В современных условиях в политической науке сохранили свое место многие идеи, ыработанные в рамках указанных подходов в более ранний исторический период.

Либеральная теория демократии основывается на англосаксонской традиции, которая рассматривает демократию как ответственное и компетентное правление. В либеральной модели принцип ответственности доминирует над принципом соучастия. Источником власти является народ, выражающий свою волю не прямо, а посредством своих представителей, которым он делегирует на определенный срок полномочия. С одной стороны, управлением занимаются специально подготовленные люди, но, с другой стороны, их деятельность может быть эффективной лишь постольку, поскольку она опирается на поддержку большинства населения. Отношения между представителями народа и самим народом основаны на полномочиях и доверии, и определяются конституцией. Конституция закрепляет перечень тех полномочий, которые народ передает своим избранникам, и определяет меру ответственности за принимаемые ими решения.⁹

Теория прямой (или идентитарной) демократии, одним из авторов которой был Ж.-Ж. Руссо, отрицает принцип представительности. Демократия рассматривается как прямое правление народа, который сам способен выразить свою единую волю. В этой теории нет деления на управляющих и управляемых. Общая воля народа, выраженная на собраниях, является основой деятельности правительств и составления законов.

Теория социалистической демократии трактует ее как форму классового господства. Правда, в рамках данной концепции развивались две традиции - ортодоксальная (К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин) и реформистская (Э. Бернштейн, К. Каутский). Парадокс демократии в ортодоксальной интерпретации состоит в том, что, с одной стороны, только социалистическая демократия устанавливает власть народа, но, с другой стороны, при коммунизме демократия вообще отмирает. Идеологически фиксированная цель (построение коммунизма), оторванная от реальной жизни, жестко определяет потребности общества. Права и свободы личности приносятся в жертву «общественному интересу». Однако «общественный интерес»-, который не основан на личном, превращается в фикцию. В связи с этим практические попытки сформировать общую волю, политическое единство путем устранения многообразия социальных интересов привели к краху режимов социалистической демократии.

Социал-реформисты понимали демократию как определенную форму компромисса, соглашения разнородных социальных сил, не отрицая при этом, что цели общества изменяются по мере изменения условий жизни личности.

Наряду с перечисленными теориями демократии в современный период появился и ряд теорий, развивших основные идеи обозначенных концепций с учетом изменившихся реалий, динамикой демократических процессов.

Так, сторонники теории партиципаторной демократии (т. е. основанной на соучастии граждан непосредственно в политическом процессе) отрицают принцип разделения политического труда. Они исходят из идеала индивидуального самоопределения автономной личности. Самоопределение личности рассматривается как право на всестороннее политическое участие в масштабах всего общества и в различных его сферах. При таком подходе фактически выравнивается и ответственность профессионалов и непрофессионалов в управлении государством, что снижает особую ответственность избираемых обществом элитарных слоев.¹⁰

В 60-х годах в западных странах демократия участия стала активно развиваться в различных формах самоуправления, новых социальных движениях (например, движении «зеленых»), общественных инициативах, отрицающих государственное принуждение.

Однако в условиях практического расширения демократических порядков в мире наиболее активно развивались теоретические конструкции в рамках процедурного подхода.¹¹

Американский ученый И. Шумпетер в книге «Капитализм, социализм, демократия» (1942) сформулировал основные положения теории эгалитарного элитизма. В соответствии с ее основными положениями свободный и суверенный народ обладает в политике весьма ограниченными функциями. Рядовые граждане лишь избирают промежуточный институт, который впоследствии формирует правительство, а затем полностью отстраняются от управления. Поэтому демократия представляет собой не что иное, как сугубо институциональное мероприятие, обеспечивающее соревнование элит за поддержку и голоса избирателей.

Демократия — это форма правления при посредстве народа, форма осуществления власти профессиональными политиками. Это не процесс формирования «общей воли» народа, а конкурентная борьба групповых интересов, представляемых лидерами; механизм, позволяющий рядовым гражданам определять состав руководства социальной структурой, а руководству — легализовывать свою власть. В силу этого демократия понималась как институциональное мероприятие, важнейшими нормами которого признавались те, которые регулировали избирательное право, осуществление выборов, а также конкуренцию партий и элит.¹²

Понимая демократию таким образом, Шумпетер видел ее главную проблему в отборе квалифицированных политиков. Сущностно важным для функционирования демократической формы правления он считал и стиль деятельности управляющих. В частности, по его мнению, правящие элиты должны принимать решения не только в понятных, но и в доступных для народа формах. Однако, учитывая профессиональный характер процесса управления, руководители не должны излишне вовлекать в разработку целей не готовых для этого людей. Политики должны обладать и определенными свойствами, в частности, обусловливающими самоограничение власти и препятствующими ее подчинению их корпоративным интересам. Для обеспечения такого характера деятельности властей и бюрократия должна строго придерживаться норм своей профессиональной деятельности, дорожа честью мундира и сохраняя приверженность интересам населения.

Данные идеи хоть и подчеркивают выдающуюся роль правящих кругов, но одновременно признают необходимость участия масс в процессе формирования демократического строя. В этом смысле они коренным образом отличаются от широко распространившихся в XX столетии элитистских теорий, связывающих сущность демократии только с деятельностью управляющих. Так, П. Барах, Дж. Сартори, X. Кене и ряд других ученых полагали, что самоуправляющийся демос — это миф, а его склонность к политическому насилию представляет угрозу общественным интересам. Поэтому, оценивая неуклонное возрастание роли элит в качестве предпосылки демократии, они расценивали расширение дистанции между управляющими и управляемыми как залог стабильности, а не порок этой системы власти.¹³

Значительный вклад в развитие теории демократии внесли и сторонники плюрализма. Хотя впервые данный термин был введен в научный оборот еще X. Вольфоном (1679-1754), для выработки демократической теории его стали использовать лишь в первой половине XX в. (Г. Ласки, Д. Трумэн, Р. Даль). В плюралистической концепции демократия рассматривается как тип организации власти, формирующийся в условиях ее распыления (диффузии) между различными силами. В этом смысле демократия предполагает свободную игру, соревнование различных групп, являющихся основной движущей силой политики, а также связанных с их деятельностью институтов, идей, воззрений. Формирование и функционирование демократических порядков происходит по мере использования механизмов и процедур («сдержек и противовесов»), позволяющих конкурирующим за власть группам избегать монополизации какого-либо одного объединения за счет сплоченных действий ее оппонентов; достигать своих интересов благодаря заключению разнообразных компромиссов; поддерживать баланс отношений и таким путем снижать напряженность межгруппового противостояния. Следовательно, демократия как система поддержания динамического равновесия конкурирующих сил представляет собой власть постоянно изменяющего свои очертания большинства, включающего в себя различные группы с совпадающими позициями по тем или иным вопросам.

Практический опыт показал, что, при всех преимуществах такого понимания демократии, применение данной модели власти возможно только за счет распространения в обществе единых, базовых для всех групп идеалов и ценностей, отсутствие которых превращает межгрупповые различия в непреодолимое препятствие для принятия государственных решений. В рассматриваемой трактовке демократии слабо учитываются степень и характер влияния на власть различных групп, а также роль личности в политическом процессе.

Существенный вклад в развитие теории демократии внес А. Лейпхарт, предложивший идею консоциальной (consociational) демократии. Он также усматривал сущность демократии в процедурных мероприятиях и, исходя из этого, разработал оригинальную модель «разделения власти», предусматривающую обеспечение представительства интересов меньшинства, не способного получить доступ к рычагам государственного управления. В связи с этим Лейпхарт выделил четыре важнейших механизма, которые могут дать им доступ к власти.¹⁴

Такая модель предполагает прежде всего создание коалиционного правительства с участием всех партий, представляющих основные слои общества. Крайне принципиальной является и роль технологий, обеспечивающих пропорциональное представительство разных групп населения при назначении на ключевые посты и распределении ресурсов (в виде сохранения определенных квот для представителей меньшинств). В качестве принципиально важного условия перераспределения власти рассматривается и обеспечение максимальной автономии группам в решении ими своих внутренних вопросов (например, в форме федерализма или культурной автономии). Исключительное значение для выработки этой модели демократии придается также предоставлению группам при выработке политических целей права вето, что предполагает при принятии окончательного решения не обычное, а квалифицированное большинство (в две трети или три четверти голосов), что давало бы представителям меньшинств дополнительные шансы на защиту своих интересов.

Однако на практике такая модель демократического соучастия во власти, направленная против оттеснения меньшинств на политическую периферию и в оппозицию, применима лишь в том случае, если группы имеют свою политическую организацию и проводят относительно самостоятельную политику. При этом характерно, что решающая роль здесь также признается за элитами, которые должны получить большую свободу и независимость от давления рядовых членов для заключения соглашений и компромиссов, которые могут не вполне одобрять их приверженцы. Это дает возможность избежать обострения противоречий, даже если на низовом уровне существуют непонимание между людьми, разногласия, а то и враждебность. Однако и при данном подходе предполагается наличие минимального консенсуса относительно основных общественных ценностей (например, недопущения насилия или процветания государства). Потому-то особую важность такой автономный элитизм приобретает в глубоко разделенных обществах (например, в Северной Ирландии). В то же время особое положение элит провоцирует их эгоизм, ведет к неподотчетности руководителей членам группы. Вследствие этого консоциация как практическая модель демократии может применяться в основном в тех странах, в которых действует высоко ответственная элита.

Существенное распространение в последние годы получили и теории рыночной демократии, представляющие организацию данной системы власти как аналог экономической системы, в которой происходит постоянный обмен «товарами», в котором продавцы—носители власти меняют свои выгоды, статусы, привилегии на «поддержку» избирателей. Таким образом, под политическим действием понимается только электоральное поведение, в рамках которого акт подачи голоса трактуется как своего рода «покупка» или «инвестиция», а избиратели в основном рассматриваются как пассивные «потребители». Так что главная задача демократии состоит в применении избирательных стратегий, которые должны связывать кандидата во власть с позициями избирателей. И хотя это создает простор для манипулирования волей граждан, такая «сфабрикованная воля» не меняет сути этой «демократии напрокат» (У. Грайдер).

Современное видение процедурных основ демократии не может игнорировать техническое развитие современного общества. Появление и нарастание роли электронных систем в структуре массовых коммуникаций неизбежно вызвало к жизни идеи теледемократии («киберократии»). В данном случае наличие традиционных для демократии процедур неразрывно связывается с уровнем технической оснащенности власти и гражданских структур системами интерактивного взаимодействия (ТВ, Интернет) во время выборов, референдумов, плебисцитов и т.д. Эта виртуализация политики ставит новые проблемы в области обеспечения интеграции общества, налаживания отношений с новыми общностями граждан (имеющих или не имеющих такие технические средства), изменения форм контроля власти за общественностью и, наоборот, снятия ряда ограничений на политическое участие, оценки квалифицированности массового мнения, способов его учета и т.д.

Признание того факта, что в политическую жизнь вовлекаются широкие слои населения, подтолкнуло ряд ученых значительно усилить в рамках процедурного подхода роль рядовых граждан. Так, А. Этциони предложил концепцию «восприимчивой» общественной системы, при которой власть чутко реагирует на импульсы и табу, поступающие из недр общества. Именно такая восприимчивость, готовность к диалогу с гражданами и соответствует, по его мнению, демократической политике.¹⁵ Идеи Этциони, более высоко оценивающего роль общественности, нашли отражение и в концепции рефлексирующей (размышляющей) демократии. Основной упор в ней делается на процедуры, обеспечивающие не выполнение функций властью, а включенность в политическое управление общественного мнения и полную подотчетность ему властных структур. Включение идущей в обществе дискуссии об устройстве общественной и частной жизни и, следовательно, возникающих при этом размышлений, неформальных рефлексий, оценок, убеждений, в которых риторика соединяется с разумом, в процесс принятия решений и формирует, по мысли сторонников данной идеи, те механизмы «народной автономии», которые и составляют суть демократии в политической сфере.