Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Способы обеспечения исполнения обязательств. 6

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность. Обеспечение исполнения обязательств в целом и способы обеспечения исполнения обязательств в частности занимают в гражданском праве России особое место при анализе эффективности норм гражданского права и их влияния на экономические отношения.. Имущественная заинтересованность субъектов правоотношений становится лидирующей предпосылкой и в построении новой системы способов обеспечения исполнения обязательств.

Степень научной разработанности. Предметное исследование способов обеспечения исполнения обязательств произведено в трудах Д.И. Мейера, Б.М. Гонгало, М.И. Брагинского, В.В. Витрянского, Г.Ф. Шершеневича, С.Я. Сорокиной, И.И. Еремычева, С.Л. Ермакова, А.В. Станкевича, А.Б. Княжевской, Л.В. Кузнецовой, Д.Ю. Полдникова, З.М. Черниловского, И.Б. Новицкого, М. Г. Розенберга, А.С. Комарова, К.П. Победоносцева, А.С. Звоницкого.

Объект – обязательство, как гражданское правоотношение.

Предмет – способы обеспечения исполнения обязательств, а именно неустойка, залог, удержание, задаток, поручительство и банковская гарантия.

Цель данной работы заключается в теоретическом обосновании способов обеспечения исполнения обязательств. Достижение указанной цели предполагает выполнение следующих задач: определить состояние научного исследования темы «Способы обеспечения исполнения обязательств» в современной гражданско-правовой науке; установить теоретико-правовую природу и значение; проанализировать отдельные виды способов обеспечения исполнения обязательств.

Анализ существующего законодательства, правоприменительной практики в этой области отношений, а также изучение организационно-правовых основ действия системы являются базой, позволяющей сделать вывод об эффективности современной системы обеспечения исполнения обязательств и предложить пути ее совершенствования.

Методы исследования – анализ, синтез.

Структура работы. Курсовая работа состоит из введения, заключения, 2 глав, 5 параграфов.

1 ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ СПОСОБОВ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Понятие и сущность способов обеспечения исполнения обязательств

Обеспечение исполнения обязательств является традиционным институтом гражданского права. Многие из способов обеспечения были известны еще римскому праву. В настоящее время положения о них имеются в гражданском законодательстве стран как континентальной, так и англо-американской правовых систем. Однако, несмотря на наличие значительного числа правовых норм, накопленную правоприменительную практику, в том числе обзоры, постановления пленумов высших судебных органов, обилие специальных научных исследований, можно говорить, что по многим проблемам, связанным с обеспечением обязательств, единого мнения нет [19, с. 27].

Согласно закону исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором [1]. Общие положения ГК устанавливают всего шесть способов обеспечения обязательств, однако обеспечительные конструкции содержатся и в других положениях ГК, а также могут устанавливаться соглашением сторон [2].

В ГК РФ общим вопросам обеспечения посвящена одна статья – ст. 329, в которой дается открытый перечень способов, констатируется, что недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства не влечет недействительности этого обязательства (основного обязательства) и что недействительность основного обязательства влечет недействительность обеспечивающего его обязательства, если иное не установлено законом [1].

Собственно, столь мало общих норм об обеспечении обязательств было и в прежнем российском законодательстве. Так, Свод законов гражданских Российской империи был еще лаконичнее: «Договоры и обязательства по обоюдному согласию могут быть укреплены и обеспечены: 1) поручительством; 2) условием неустойки; 3) залогом имуществ недвижимых; 4) закладом имуществ движимых» (ст. 1554) [17, с. 103]. Так же немногословен был законодатель и в советских кодексах. Так, ст. 186 ГК РСФСР 1964 г. Практически повторила редакцию Свода, добавив лишь в перечень способов задаток и гарантию [3]. Рыночная экономика требует наличия эффективных материальных стимулов исполнения обязательств. Поэтому по сравнению с советским гражданским правом в ГК РФ 1994 г. Система способов обеспечения исполнения обязательств была расширена путем добавления таких способов, как банковская гарантия и удержание [1].

О.С. Иоффе выделял две группы обеспечительных мер: общие (основные), которые «могут быть применены в целях понуждения к исполнению всех без исключения обязательственных правоотношений», и специальные (дополнительные), применяемые «не ко всем, а лишь к тем обязательствам, для которых они особо установлены законом или соглашением сторон». Собственно, меры второй группы О.С. Иоффе и называл способами обеспечения обязательств [18, с. 154-156 ].

Сам термин «способ обеспечения исполнения обязательства» достаточно условен. Не зря Д.И. Мейер определял их как «искусственные приемы для доставления обязательственному праву той твердости, которой недостает ему по существу» [25].

Некоторая неопределенность имеет место в отношении понятия «способ обеспечения исполнения обязательств» и перечня таких способов, который не является замкнутым и может дополняться законом или по инициативе договорившихся сторон договора. Последнее осложнено тем, что законодатель, предложивший участникам хозяйственного оборота создавать «иные» способы обеспечения, не сформировал для этого ни критериев, ни общих положений, ни направлений [12, с. 37].

Суть способов обеспечения исполнения обязательств состоит в возложении на должника дополнительных обременений на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, либо в привлечении к исполнению обязательства наряду с должником третьих лиц, как это происходит, например, при поручительстве, либо в резервировании имущества, за счет которого может быть достигнуто исполнение обязательства (задаток, залог), либо в выдаче обязательства уполномоченными на то органами по оплате определенной денежной суммы (банковская гарантия). С правовой точки зрения механизм обеспечения исполнения обязательств состоит в основном в наделении обеспеченной стороны дополнительными правами помимо основных прав в обеспеченном обязательстве.

Проблема общего понятия обеспечения не привлекала пристального внимания дореволюционной юридической науки, хотя отдельные способы обеспечения обязательств исследовались весьма обстоятельно. Так, Г.Ф. Шершеневич, прежде чем перейти к рассмотрению отдельных способов обеспечения обязательств, указывал: «Обязательство дает право требовать, но не принуждать к исполнению действия, обещанного должником. Если с этой стороны нет и не может быть никакого обеспечения в том, что установленное обязательство будет в точности исполнено, то по крайней мере необходимо обеспечить верителю тот имущественный интерес, который для него связывается с обязательством» [39]. Д.И. Мейер, как уже отмечалось, называл способами обеспечения договоров создаваемые юридическим бытом «искусственные приемы для доставления обязательственному праву той твердости, которой недостает ему по его существу» [25].

Законодатель до настоящего времени не дает определения способов обеспечения исполнения обязательств. В науке встречаются различные определения. Так, Р. Хаметов под способами обеспечения исполнения обязательства подразумевает «специальные меры, которые в достаточной степени гарантируют исполнение основного обязательства и стимулируют должника к надлежащему поведению» [37, с. 17].

С.Я. Сорокина пишет по этому поводу: «До момента правонарушения способы обеспечения, указанные в законе, выполняют свою функцию через стимулирование. Путем угрозы наступления неблагоприятных последствий (или их наступления при длящихся правонарушениях) они воздействуют на должника в целях надлежащего исполнения обязательства, то есть, стимулируя, обеспечивают. После правонарушения (если правонарушение не длящееся) стимулирующий эффект средств обеспечения отступает на задний план и даже исчезает вовсе, и главным становится обеспечение как таковое, то есть создание для кредитора следствия реализации средств обеспечения возможности удовлетворения в той или иной степени его имущественных требований» [35].

Итак, говоря о понятии способов обеспечения, нельзя не остановиться на вопросе взаимосвязи этих способов с обязательством, которое они обеспечивают. Главенствующим является положение, согласно которому обеспечение исполнения обязательства создает между кредитором и лицом, обеспечивающим обязательство, обязательственное отношение, дополнительное (акцессорное) по отношению к главному обязательству. Очевидно, именно по этому основанию можно отграничить способы обеспечения от иных обеспечительных мер, о которых мы говорили выше.

Говоря о взаимосвязи основного и вторичного обеспечительного обязательств, хотелось бы остановиться еще на одной проблеме. В силу того что в большинстве своем способы обеспечения обязательств носят вторичный характер, они не могут влиять на содержание и действительность основного обязательства. То есть, если по каким-либо причинам обеспечивающее обязательство прекращается, это не оказывает воздействия на правовой характер основного обязательства, и оно остается в силе. Однако хотелось бы отметить, что иногда дополнительное обязательство может влиять на основное.

2. Значение способов обеспечения исполнения обязательств в гражданско-правовом обороте

Эффективность того или иного способа обеспечения исполнения обязательства зависит от его правовой конструкции и от существа самого обязательства. Вместе с тем эффективность норм права зачастую зависит не только от традиционности конструкции, их качества, устойчивости во времени, но и полноты законодательства. На эффективность оказывают влияние социально-экономические условия, в которых действуют эти нормы, политический строй государства. Например, в одних условиях успешно применяются залог, поручительство, неустойка, а другие диктуют новые способы обеспечения обязательств, такие как банковская гарантия, и даже абсолютно нетрадиционные, но возможные в этих условиях. Не последнюю роль играют организационно-правовые условия применения этих норм. К ним можно отнести, например, такие факторы, как быстрота и надежность взыскания задолженности, оперативность рассмотрения споров, судебные и иные издержки, сопутствующие определенному способу обеспечения обязательства, уровень знания сторонами обязательства норм права и умение их применять и т.д. [16, с. 32].

Многим известно следующее высказывание известного русского цивилиста Д.И. Мейера: «Некоторая порочность присуща каждому обязательственному праву. По важности обязательственного права… желательно, чтобы это право представляло, возможно, большую прочность – такую же, какую представляет вещное право… И вот юридический быт создает искусственные приемы для доставления обязательственному праву той твердости, которой недостает ему по существу» [25, с. 87].

Б.М. Гонгало, обобщая высказывания Д.И. Мейера и С.В. Пахмана, выделил следующее: 1) констатируется непрочность обязательственных прав, побуждающих заботиться об обеспечении исполнимости обязательства; 2) понятие обеспечение обязательства не связывается с действием закона, нарушением прав и их защитой, взысканием убытков и пр.; 3) способы обеспечения являются искусственными приемами, отсутствует органическая связь с материальным содержанием обеспечиваемых обязательств, то есть появление юридических понятий связано с развитием правовой науки; 4) функциональная направленность этих приемов заключается в придании недостающей обязательственному праву твердости, побуждающей должника к исполнению своих договорных обязательств либо созданию гарантий его исполнения; 5) перечень способов не является закрытым [8, с. 12-13].

2 ОТДЕЛЬНЫЕ ВИДЫ СПОСОБОВ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

2.1. Неустойка и залог как обеспечительные меры договорных отношений

Г. Ф. Шершеневич считает неустойкой «присоединенное к главному обязательству дополнительное условие о платеже должником известной суммы на случай неисправности в исполнении» [39]. Иную позицию занимает Мейер – по его мнению, неустойка может представлять собой не только денежное обязательство, но и передачу определенного имущества или совершение в пользу кредитора какого-либо действия [25]. Этот спор разрешает п. 1 ст. 330 ГК РФ, в которой говорится, что неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Иоффе О. С. Выделяет следующие характерные черты неустойки:

- предопределенность размера ответственности за нарушение обязательства, о котором стороны знают уже на момент заключения договора;

- возможность взыскания неустойки за сам факт нарушения обязательства, когда отсутствует необходимость представления доказательств, подтверждающих причинение убытков и их размер;

- возможность для сторон по своему усмотрению формулировать условие договора о неустойке (за исключением законной неустойки) [18, с. 112].

Важно отметить, что неустойка обеспечивает только договорное обязательственное правоотношение. Все остальные обязательства (деликтные, внедоговорные в виде односторонней сделки) объектами обеспечения неустойки в силу специфики последней и характера указанных обязательств таковыми не являются.

Среди цивилистов ведется давний спор о том, является ли неустойка акцессорным, дополняющим основное требование, обязательством или же это часть основного обязательства или же просто отдельное, самостоятельное соглашение.

Большинство правоведов считает, что неустойка, как и все остальные (кроме банковской гарантии) способы обеспечения исполнения обязательств, является акцессорным (дополнительным) обязательством, что прямо вытекает из ее природы – служить неким побудителем, некой гарантией надлежащего исполнения главного обязательства.

Согласно положениям главы 23 Гражданского кодекса залог представляет собой один из способов обеспечения исполнения обязательств, сущность которого заключается в том, что кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом [1].

В современной юридической литературе содержатся указания на то, что залогом обеспечиваются, прежде всего, требования, основанные на отношениях по кредиту [5, с. 242]. Очевидно, что это связано с рядом преимуществ данного способа обеспечения обязательств, к числу которых можно отнести следующие:

1. Залог обеспечивает наличие и сохранность заложенного имущества к моменту расчетов должника и кредитора.

2. Стоимость заложенного имущества, как правило, растет пропорционально темпам инфляции.

3. Кредитор имеет возможность удовлетворить свои требования за счет заложенного имущества преимущественно перед иными кредиторами.

4. Реальная возможность утраты имущества, имеющего довольно значительную ценность по сравнению с объемом своих обязательств, является действенным стимулом для должника в отношении надлежащего исполнения своих обязанностей.

В то же время необходимо отметить, что дискуссии по поводу правовой природы залоговых прав продолжаются уже свыше последних ста лет и к настоящему времени данный вопрос не получил своего окончательного разрешения.

Так, Шершеневич Г.Ф. относил право залога к вещным правам. Он указывал на то, что «…залоговым правом признается право на чужую вещь, принадлежащее верителю в обеспечение его прав требования по обязательству и состоящее в возможности исключительного удовлетворения из ценности вещи» [39].

По мнению одних, залог состоит в передаче движимой вещи от «должника-залогодателя» «кредитору-залогодержателю» с тем, чтобы он удерживал ее у себя в обеспечение предыдущего обязательства и вернул лишь тогда, когда получит удовлетворение в полном объеме [33, с. 245]; по мнению других, залоговое право представляет собой право обращения взыскания (в случае неисполнения обязательства) на определенную заранее вещь независимо от того, продолжает ли она принадлежать должнику или нет, и предпочтительно перед всеми другими требованиями [28, с. 112].

Обязательственно-правовая природа залога подтверждается в настоящее время исследованиями российских цивилистов. Так, Витрянский В.В. приводит следующие аргументы, основанные на действующем российском законодательстве:

1. В соответствии с п. 1 ст. 336 ГК РФ предметом залога могут быть не только вещи, но и имущественные права (требования). Это нетипично для вещного права, поскольку имущественные права сами по себе в качестве самостоятельного объекта ни при каких условиях не могут служить в качестве предмета вещных прав.

2. В соответствии с п. 6 ст. 340 ГК РФ залоговое право может быть установлено на будущую вещь, в отношении которой не может быть установлено ни право собственности, ни любое другое вещное право.

3. Только с позиции обязательственно-правового характера залога можно объяснить правило, содержащееся в п. 2 ст. 313 ГК РФ, в соответствии с которым третье лицо, подвергающееся опасности утратить свое право на имущество должника (право аренды, залога и др.) вследствие обращения кредитором взыскания на это имущество, может за свой счет удовлетворить требование кредитора без согласия должника.

4. В соответствии с п. 2 ст. 345 ГК РФ в случае гибели предмета залога залогодатель вправе заменить его другим равноценным имуществом.

5. Залогодатель вправе уступить свои права по договору о залоге с соблюдением положений ст. ст. 382 – 390 ГК РФ. Что касается вещных прав, то они не могут передаваться другому лицу в порядке цессии.

6. Только обязательственно-правовой природой залоговых отношений объясняется то обстоятельство, что при ликвидации должника, в том числе в порядке банкротства, имущество, служившее предметом залога, не исключается из общей массы имущества должника, а требования кредитора-залогодержателя в обеспеченной части подлежат удовлетворению в привилегированную очередь за счет любого имущества должника, в том числе и не передававшегося в залог (ст. 64 – 65 ГК РФ).

7. В соответствии со ст. 350 ГК РФ требования кредитора-залогодержателя могут быть удовлетворены лишь путем продажи заложенного имущества на открытых торгах [5, с. 403].

Предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права (требования), за исключением имущества, изъятого из оборота, требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и иных прав, уступка которых другому лицу запрещена законом.

В правовой литературе неоднозначно толкуется вопрос о возможности использования денег в качестве предмета залога [6, с. 127].

На наш взгляд, не вызывает сомнений, что предметом залога может являться иностранная валюта. То обстоятельство, что при участии валюты иностранного государства в отечественном гражданском обороте должно соблюдаться валютное законодательство России, не меняет сути залоговых отношений и не меняет существа залога. Дискуссионным же в настоящее время остается вопрос о возможности использования в качестве предмета залога российских денег в наличной и безналичной форме.

Наличные деньги отнесены российским законодательством к категории вещей, а последние, в свою очередь, в силу п. 1 ст. 336 ГК РФ могут быть предметом залога. Следовательно, с формальных позиций наличные деньги могут являться предметом залога.

Такой подход к рассматриваемому вопросу достаточно давно известен российскому праву. Вывод, подобный приведенному выше и основанный на отнесении законом денег к движимому имуществу, в свое время был сделан А.С. Звоницким: «Наконец наше право причисляет к объектам заклада наличные деньги. По нашему закону деньги принимаются в заклад по договорам с казною, на торгах, в уголовном суде, в качестве кассационного залога, залога нотариусов и судебных приставов. По-видимому, в законе нет препятствий к признанию их годным объектом заклада и между частными лицами…» [23, с. 284]

В то же время наличные деньги являются вещами особого рода, поскольку участвуют в гражданском обороте, прежде всего как законное платежное средство. При этом в силу ст. ст. 28 – 30 Закона РФ «О залоге» и ст. ст. 349, 350 ГК РФ удовлетворение требований кредитора осуществляется путем продажи заложенного имущества с публичных торгов и направлением вырученной суммы в погашение долга. Очевидно, что именно данной спецификой денег и обусловлено одно из решений Президиума ВАС, согласно которому одним из существенных признаков договора о залоге является возможность реализации предмета залога. Денежные средства, тем более в безналичной форме, этим признаком не обладают. Таким образом, исходя из сути залоговых отношений, денежные средства не могут быть предметом залога. При данных обстоятельствах спорные договоры о залоге не соответствуют требованиям закона и являются недействительными в силу ст. 168 ГК РФ [46].

2.2. Удержание и задаток как способы обеспечения исполнения обязательств

Удержание отличается от всех других способов обеспечения исполнения обязательств, прежде всего тем, что закрепляется напрямую в законе и может использоваться вне отдельного договора об обеспечении.

Современная российская наука не дает исчерпывающего понятия права удержания . Возможно, такая ситуация вызвана тем, что в создании какого-либо краткого понятия данного института нет большой необходимости, да и возможность формулирования именно краткого и в то же время исчерпывающего понятия крайне ограничена

Право удержания представляет собой специфический способ обеспечения исполнения обязательств, выражающийся в односторонней сделке, в соответствии с которой лицо, владеющее чужой вещью (ретентор), вправе не выдавать ее другому лицу, если ретентор понес в связи с этой вещью издержки, убытки, не получил оплаты или имеет требование к должнику, возникшее из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели, и может удовлетворить свои требования из стоимости вещи по правилам, установленным для залога, если его требования не будут погашены.

Как считают многие авторы, в отличие от залога круг предметов удержания значительно сужен. Так, М.И. Брагинский, В.В. Витрянский полагают, что «действующий ГК говорит о возможности удержания вещи (п. 1 ст. 359). Это означает, что предметом удержания ни при каких условиях не могут быть признаны имущественные права». Авторы исключают из круга вещей, могущих быть предметами удержания, недвижимое имущество, деньги и прочие вещи, определяемые родовыми признаками, и делают вывод: «…предметом права удержания может быть определенное движимое имущество за исключением денег» [5, с. 448-449].

Полагаем, что упомянутые авторы произвольно и необоснованно исключают из круга предметов удержания, названные ими объекты гражданских прав, тем самым искусственно ограничивая возможности участников гражданского оборота и свободу договоров.

Необходимо оценить современное определение законодателем предмета удержания как «вещи».

В ситуации, когда предмет удержания закрепляется только как «вещь», весьма проблематично говорить о возможности широкого его использования. Однако если учесть, что большинство всех расчетов осуществляется в безналичной форме, применять удержание, например, денежных средств, находящихся на счете в кредитном учреждении, было бы весьма эффективно. Поэтому необходимо расширить предмет удержания на законодательном уровне. Удержание должно быть максимально эффективным средством, активно используемым на практике. Определение законодателем предмета удержания только как «вещи» сужает область применения данного способа обеспечения исполнения обязательств до упрощенного гражданского оборота, когда передаются по обязательству только материальные предметы (например, ящики с товаром по договору хранения, автомобиль для выполнения технических услуг). Так выходит, что удержание – это простейшее средство защиты своих прав в рамках большей части «элементарных» договорных обязательств. Существует явная потребность расширения предмета удержания как способа обеспечения исполнения обязательств до категории «имущество».

В настоящее время удержание ценных бумаг возможно только в отношении документарных ценных бумаг, бездокументарные ценные бумаги не могут быть предметом удержания. Удержание возможно в отношении недвижимости. Только любое удержание недвижимости должно происходить по какому-либо договору, например, аренды, подряда и только чужой вещи. Основной договор, в силу которого происходит акцессорное удержание, является основой для обращения взыскания на предмет удержания (ст. 349 ГК РФ). Если «завладение» недвижимостью происходит вне всякого договора, но при наличии судебного решения, это будет самозащита. Примером может являться ситуация, когда собственник ограничен в пользовании, например, жилым помещением, проживанием лиц, «выписанных» по судебному решению. Таким образом, применение удержания к недвижимости возможно в силу существующего законодательства и государственной регистрации такой сделки не требуется. В полной мере возможным применение удержания, как к движимым вещам, так и к недвижимым, и никаких законодательных поправок в этом аспекте не нужно, напротив, законодательная поправка в ст. 359 ГК РФ удержания только движимого имущества создала бы массу противоречий [42].