Сравнительные конструкции в произведении Рэя Брэдбери “Вино из одуванчиков”
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КЕМЕРОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ФАКУЛЬТЕТ РОМАНО-ГЕРМАНСКОЙ ФИЛОЛОГИИ
КАФЕДРА АНГЛИЙСКОЙ ФИЛОЛОГИИ №1
Сравнительные конструкции в произведении Рэя Брэдбери “Вино из одуванчиков”
(курсовая работа)
Выполнила студентка Р-091
Борисова С.В.
доцент
КЕМЕРОВО
2011
Содержание
Введение…………………………………………………………
Глава I. Теория сравнения и сравнительных оборотов.
1.1. Сравнение как стилистический прием…………………….....5
1.2 . Сравнение и метафора…………………………………….......7
Глава II Практика сравнительных оборотов.
2.1 . Классификация сравнений по типам конструкций…………12
2.2 . Классификация сравнений по смысловому содержанию....18
Заключение……………………………………………………
Список литературы……………………………………………………
Приложение……………………………………………………
Введение
Настоящая
работа посвящена изучению срав
Именно этот критерий очень важен для данной работы, ибо благодаря обнаружению новых свойств сравниваемых объектов, текст приобретает свою ценность, художественную глубину.
Актуальность работы определяется широким потенциалом использования сравнительных конструкций в лингвистике, их функциональными возможностями. Ведь помимо расширения читательского восприятия за счёт создания новых образов, сравнительная конструкция позволяет внедрить в текст всевозможные аллюзии и новые смысловые подтексты. В этом плане творчество Рэя Брэдбери дает широкие возможности для изучения данного вопроса. Основой его уникального художественного стиля является широкое использование различных тропов, в особенности сравнения и сравнительных конструкций. Именно они являются предметом исследования.
В ходе исследования был проанализирован роман “Вино из одуванчиков”, один из самых знаменитых произведений Рэя Брэдбери. Было выделено около 300 сравнений разных видов, часть из которых подробно разбирается в данной работе.
Целью работы является выделение определенных типов сравнительных конструкций, классификация их по видам, по смысловому содержанию.
Поставленная цель
- Определение сравнения как стилистического средства, его отличия от метафоры;
- Выявление особенностей сравнительных конструкций;
- Выделение типов конструкций, их различительных признаков;
- Анализ примеров из текста и выделение в них типа конструкции, модуля сравнения;
- Классификация сравнительных оборотов.
В данной работе использовался перевод Э.Кабалевской, являющийся единственным переводом данной повести на русский язык.
Глава I Теория сравнений и сравнительных оборотов
1.1. Сравнение как стилистический прием
Сравнение - одно из самых ярких средств языка, устанавливающих связи и отношения между предметами и явлениями действительности. Эти связи позволяют наглядно представить сравниваемые предметы и явления и глубже понять и познать их. Как один из видов мыслительной деятельности сравнение является предметом логики и заключается в сопоставлении предметов и явлений на основании сходства, предполагающего наличие общего признака или комплекса признаков. Одновременно сравнение - одна из форм художественного мышления (образное сравнение, метафорическое сравнение). Это делает его предметом поэтики и стилистики.
Язык располагает большими возможностями выражения идеи сравнения.
Представление о сравнительной
конструкции связывается с
Обязательным условием для стилистического приёма сравнения является сходство какой-нибудь одной черты при полном расхождении других черт. Более того, сходство обычно усматривается в тех чертах, признаках, которые не являются существенными для обоих сравниваемых предметов (явлений), а лишь для одного из членов сравнения. Например: “The gap caused by the wall of the house had changed the aspect of the street as the loss of a tooth changes that of a face”. [Гальперин, 1958:168]. Единственным признаком, общим в этих двух разных понятиях (street и face) является пустое пространство.
Случайный, но не существенный признак поднят сравнением до положения существенного. В качестве признака, который в сравнении является общим для двух сравниваемых членов предложения, может выступать как качество предмета, так и действие.
В сравнении предметы
и явления действительности выступают
не в тождестве, а в разграничении.
Это разграничение и
Сравнение является мощным средством характеристики явлений и предметов действительности и в значительной степени способствует раскрытию авторского мироощущения, выявляя субъективно-оценочное отношение писателя к фактам этой объективной действительности.
Как отмечает ряд авторов, сравнительные конструкции являются одной из форм углубления смысла высказывания, осуществляемого за счет включения имплицитно выраженных элементов в его семантическую структуру. Кроме того, сравнительные конструкции выявляют значительную способность к синтаксической компрессии [Черемисина, 1976: 5]. Именно по этой причине особую роль в выявлении и исследовании сравнительных конструкций играет “отрезок речи”, в котором они появляются [Байсара, 1975: 14; Наставашева, 1979: 17]. Важной функцией контекста становится способность к смысловому воссозданию скрытых компонентов. С другой стороны, контекст способствует отбору нужного в данном случае значения, приглушая или, наоборот, акцентируя отдельные его элементы. В художественном произведении этот контекст особенно важен, ибо в таком тексте каждое слово имеет свою особую смысловую нагрузку.
Из всего многообразия форм и способов выражения категории сравнения в поле зрения данной работы лежат синтаксические конструкции с показателем сравнения as, such as, as if, like, seem, as...as.
Но перед тем как перейти к сравнению и сравнительной конструкции, мы должны предварительно установить границы между сравнением и метафорой, ибо многие исследователи спорят о том, нужно ли разделять эти понятия, так как они могут быть сутью одного явления.
1.2 Сравнение и метафора
Сравнение и метафора имеют общее основание - уподобление или сопоставление предметов или явлений по какому-либо общему свойству, признаку. Однако сравнение и метафора существенно отличаются друг от друга.
Если говорить о метафоре и сравнении поверхностно, то всякая метафора есть, в сущности, сокращенное сравнение. Но в сравнении сходство бывает указано прямо, а в метафоре подразумевается; поэтому последняя не так заметна для слушателей и меньше напоминает об искусственности; она вместе с тем и короче; следовательно, в виде общего правила метафора предпочтительнее сравнения. [Сергеич, 1988: 56]. Но это восприятие достаточно поверхностно и требует более подробного рассмотрение вопроса.
Проблема разграничения сравнения и метафоры привлекала многих исследователей. Так, А.А.Веселовский отмечал, что сравнение “предполагает раздельность сравниваемых предметов”. А по словам А. Белого, “В метафоре завершается тот психический процесс, который начинается в сравнении: там - сопоставление признаков, здесь - завершение этого сопоставления, заключающееся соединением признаков. Метафора формирует сходство, предлагая новые перспективы и направления для сопоставления, в то время, как сравнение актуализирует в нашем сознании существующие стереотипы восприятия действительности”. Н.Д Арутюнова при рассмотрении разницы между синтаксическими формами воплощения переноса значений приходит к выводу, что именно метафора “статична; она отражает остановившийся, лишенный внутренней динамики мир – мир сущностей”, а “сравнение – уподобление подвижно и измеримо” [Арутюнова, 1988: 1].
В метафоре, в отличие от сравнения, не обозначается признак, на основе которого сближаются явления. Однако, в основе обоих лежит аналогия.
Проблемой различения метафоры и сравнения интересовались еще с древности. Мыслители того времени говорили о том, что сравнение есть та же метафора, так как между ним и метафорой существует лишь незначительная разница. Так, когда поэт говорит об Ахилле: “ОН РИНУЛСЯ КАК ЛЕВ”, это есть сравнение. Когда же он говорит: “ЛЕВ РИНУЛСЯ” – это есть метафора: так как оба – Ахилл и лев - обладают храбростью, то поэт, пользуясь метафорой, назвал Ахилла львом [Аристотель, 1927: 55].
Вслед за Аристотелем, Квинтилиан полагал: “Если метафора кажется рискованной, надо превратить ее в сравнение. Это будет безопасней. Сравнение – это расширенная метафора. Если прибавить слово “как”, получается сравнение и оборот становится менее смелым; без этого слова он будет метафорой и более рискованным” [Квинтилиан, 1978: 35].
Метафора часто
Для Дэвида Купера, например, “сравнения являются теми же метафорами с той лишь разницей, что в них используются слова типа как или подобно” [Cooper, 1986: 184]. Анализируя следующие фразы “картина печальна” (“a picture is sad”) и “картина напоминает печального человека” (“a picture is like a sad person”), Нельсон Гудмэн приходит к выводу, что в них отмечается сходство, существующее между печальным человеком и картиной, и, следовательно, “разница между сравнением и метафорой крайне незначительна” [Goodman, 1967:71].
Дональд Дэвидсон рассматривает метафору и сравнение как варианты бесконечного множества способов, предназначенных для того, чтобы через сопоставление привлечь наше внимание к явлениям окружающей действительности, и определяет различия между ними в соответствии с алгоритмом интерпретации актуализирующихся с их помощью значений. “Сравнение указывает на то, что существует сходство между предметами, и оставляет за нами право выявить признак или признаки, лежащие в его основе; метафора явно не утверждает наличие сходства, но если мы принимаем ее, мы вновь должны искать общие черты между предметами (не обязательно те же самые, которые возникают у нас при сравнении)” [Davidson, 1991: 500]. Различия между метафорой и сравнением обусловлены способом нашего мировосприятия и, следовательно, не могут быть абсолютно идентичными: “наиболее очевидное семантическое различие между сравнением и метафорой заключается в том, что все сравнения истинны, а все метафоры ложны” [там же, 501]. Невозможность буквального прочтения метафорической конструкции заставляет нас искать иные пути для ее декодирования, используя метафорическое переносное значение, в то время как при сравнении правдоподобность изложения фактического положения дел не нарушается и сохраняется прямое значение, заложенное в сравнительной конструкции.
Являясь сторонником интерактивной теории метафорического переноса, Макс Блэк разграничивал метафору перенос и сравнение. “Метафорическая конструкция не является простым замещением сравнения или любой другой разновидности прямого утверждения, метафорическая конструкция обладает своими собственными возможностями и преимуществами” [Black, 1962: 37]. Однако в ряде случае “нет сомнения в том, что граница, существующая между некоторыми метафорами и некоторыми сравнениями, не так очевидна” [там же].
При другом понимании метафоры как сравнения встает вопрос об основании сравнения, т.е. семантическом посреднике метафоры. Ведь как же рассматривать метафору-сравнение? Как единый троп или оппозицию? Безусловно, эти тропы имеют общие и дифференциальные признаки; эти категории являются независимыми, но и несомненно родственными, однако всякая оппозиция предполагает переходные явления в себе.
Боаз Кейсар и Сэм Глюксберг предложили новый взгляд на метафору.
Рассмотрев традиционную формулу a=b, которую воспринимающий интерпретирует как a is like b (My job is jail понимается как My job is like a jail), они предложили эту форму расширить, ибо при такой расстановке коэффициентов a и b взаимозаменяемы. (Но My job is like a jail и a jail is like my job это не одно и то же). В итоге они предложили формулу a is ab, которая расширяет границы типичной формулы и воспринимается как “включение класса”, а не как скрытое сравнение [Glucksberg and Keysar, 1990: 3]. Проще говоря “Class-Inclusion theory” предполагает, что метафора должна интерпретироваться не просто как сравнение, основанное на сопоставлении общих черт, но как сравнение, содержащее в себе главный источник скрытого сравнения (в нашей формуле элемент a). Метафоры – это не эллиптическое сравнение, а утверждение, включающее определенный общий класс, на основе которого и проводится сравнение. Определение свойств общего элемента (или модуля сравнения), связывающего позитивный компонент и компаративный, зависит главным образом от категории, которую представляет собой компаративный компонент. [Vega Moreno, 2007:65].
Выяснение природы метафорических конструкций
и сравнительных оборотов – процесс чрезвычайно
сложный. Намеченное во многих работах
разграничение этих структур нуждается
в более детальном исследовании и описании.
Наиболее убедительной представляется
точка зрения, согласно которой сравнения
рассматриваются как часть метафорических
конструкций, обладающая структурными
и семантическими особенностями выражения
метафорического значения. Данный тезис
наиболее органично описывает существующее
положение дел. Не метафора представляет
собой усеченную разновидность сравнения,
а сравнение входит в состав широкой сферы
средств метафорической интерпретации
действительности.
Употребление сравнительного оборота
или метафорической конструкции зависит
не от произвольного выбора говорящего,
а от присущих им особенностей выражения
метафорического информативного содержания. [Глазунова,
2000: 130].
Согласно принимаемому в качестве рабочего подходу нашего исследования, рассматриваемые сравнительные конструкции в произведении Рэя Бредбери- это одни из элементов выше поставленной оппозиции. Это обстоятельство позволяет нам принять как данность оппозицию сравнение - метафорическое сравнение и искать их общие и дифференциальные признаки в тексте “Dandelion wine”, классифицируя данные конструкции по различным признакам.
Глава 2 Практика сравнительных оборотов
1.1 Классификация сравнений по их конструкциям и видам
Like
Like может выступать как союз, предлог или частица в сравнительных словосочетаниях. Всего по тексту сравнений с союзом like нашлось около ста. В работе мы разберем лишь три. Они реализуют три класса, три различных модуля сравнения.
1. Tom letting the words rise like quick soda bubbles in his mouth- Том все болтает, шипит и пенится, как сифон с содовой.
2. The world, like a great iris of an even more gigantic eye – мир, точно огромный зрачок исполинского глаза.
3. Old men rattle on like a rusty elevator wheezing up a shaft – старики трещат, будто старый ржавый лифт: закряхтел, да и пополз вверх с этажа на этаж.
Как мы видим, в каждом из примеров мы видим следующую конструкцию:
Для первого предложения: Tom– компаративный компонент, quick soda bubbles– позитивный компонент; Модуль сравнения же здесь- элемент быстроты и шипения, некого взрыва.
Для второго предложения: The world– компаративный компонент, great iris of an even more gigantic eye– позитивный компонент; модуль сравнения– форма объекта. Так же можем выделить оппозицию материальное- нематериальное.
Для третьего предложения: Old men– компаративный компонент, rusty elevator– позитивный компонент; модуль сравнения – звук, а именно скрип по отношению к голосу, плюс оппозиция одушевленное –неодушевленное.
As
As – выступает как союз и переводится как, как будто, точно и т.д. В произведении было найдено около шестидесяти сравнительных конструкций данного типа. Для анализа выло выбрано три примера, которые отражают три различных типа модуля сравнения.
1. The Green Machine! It whispered like an ocean breeze. Delicate as maple leaves, fresher than creek water –Зеленая машина! Она что-то нашептывала, точно морской ветерок. Изящная, словно кленовый лист, свежая, словно ключевая вода
2. He trudged reverently up the porch stairs, hat in hand, turning to gaze at the trial model as at the altar of a familiar church– Потом он устало и почтительно взошел по ступеням на веранду, держа панаму в руке, оглянулся и посмотрел на машину, блистательно выдержавшую все испытания, как смотрит верующий на алтарь с детства знакомой церкви.
3. Tom chatting along, mouth crammed with sandwich, dad there, alert as a mountain cat on the log… – Том все трещит, с полным ртом, отец сидит молча, насторожился, как рысь…
В данном типе сравнительной конструкции:
В первом предложении: The Green Machine – компаративный компонент, maple leaves– позитивный компонент; модуль сравнения – цвет и “delicacy”. Так же мы можем выделить оппозицию “механизм” – “природные феномены”, что может быть расширено до оппозиции “неживое” – “живое”.
Во втором предложении: trial model– компаративный компонент, altar of a familiar church – позитивный компонент; модуль сравнения– понятие “божественности”, экспериментальная модель автомобиля становится для человека подобием божества на алтаре.
В третьем предложении: dad –компаративный компонент, mountain cat– позитивный компонент; модуль сравнения – свойство животного, а именно бдительность, настороженность. Мы видим оппозицию “человек – животное”.
As…as:
As...as– это сложный союз. Переводится так…как будто. В тексте конструкций данного типа было найдено около сорока. Это самая немногочисленная группа. Отбор был произведен по типу модуля сравнения
1. It was a day as perfect as the flame of a candle – это был день, ясный и чистый, как огонек свечи.
2. Above, quite suddenly, something white was exhaled from Saul’s window. Leo Auffmann’s heart thundered. Then he realized the window curtain had blown out into the open night. But it had seemed as intimate and shimmering a thing as a boy’s soul escaping his room– Внезапно у Саула в окне колыхнулось что-то белое. Сердце Лео бешено заколотилось. Но он сейчас же понял это всего лишь ветром подхватило белую занавеску. А ему показалось – что-то нежное, трепетное выпорхнуло в ночь, словно сама душа мальчика вылетела из окна.
В конструкции данного типа модулем сравнения является определение, заключенное между as…as. Следом после него идет позитивный компонент.
В первом предложении: a day – компаративный компонент, flame of candle – позитивный компонент; модулем сравнения является определение, находящееся между as…as, т.е. perfect (≈bright).
Во втором предложении: something white (window curtain) – компаративный компонент, boy’s soul – позитивный компонент; модуль сравнения – чистота, легкость.
As...if:
As if – это союз, который переводится как если бы, словно, как будто, будто. В тексте были найдены около шестидесяти сравнительных конструкций данного типа. Способ отбора – разные типы модуля сравнения.
1. This day now, he nodded, smelled as if a great and nameless orchard had appeared overnight beyond the hills to fill the entire visible land with its warm freshness – Вот, например, сегодня пахнет так, будто в одну ночь там, за холмами, невесть откуда взялся огромный фруктовый сад, и все до самого горизонта так и благоухает.
2. At last it began to shape itself and at the end of the two days and nights, trembling with fatigue and looking as if he had been riven by lightening Leo Auffmann wondered into his house.-…почерневший, точно в него ударила молния, Лео Кауфман побрел в дом.
3. feel silent as if the Red Death entered at the climbing of the clock…-как будто пробил урочный час и в комнату вошла сама смерть…
В первом предложении: this day smelled – компаративный компонент, orchard – позитивный компонент; модуль сравнения – ощущения, а именно запах, приятный, сильный, благоухающий.
Во втором предложении: Leo Auffman – компаративный компонент, lightning – позитивный компонент; модуль сравнения – последствие после удара молнии (чернота).
В третьем предложении: silent – компаративный компонент, Red Death – позитивный компонент; модуль сравнения – тишина и страх.
В итоге мы получаем следующую диаграмму использования различных типов сравнительных конструкций в тексте:
Как видно из диаграммы, самая часто используемая конструкция – это конструкция с союзом, частицей и предлогом like. Это обусловлено его многофункциональностью. Потому как like может быть не только союзом и входить в состав сравнительных конструкций, но может быть так же предлогом по смысловому содержанию. Но функции предлога и союза нужно различать. Основное отличие предлога от союза с точки зрения отечественной лингвистики заключается в том, что союз по синтаксической функции - формально автономен, что отличает его от предлога, который никогда не выступает в качестве члена предложения и всегда функционирует во взаимодействии с падежной флексией. Существенным в такой трактовке, является как раз это взаимодействие с падежной флексией. В западной формулировке указание на связь с падежной флексией, конечно же, отсутствует, что и понятно, в английском языке нет такого явления. Предлог же определяется как такая часть речи, которая вводит предложную фразу. Поэтому мы должны учесть еще один фактор - синтаксическое окружение, в котором обычно встречается союз: он выполняет либо сочинительную, либо подчинительную функцию, объединяя или подчиняя достаточно однотипные сущности - будь то однородные члены или простые предложения в составе сложного. Предлог же, с другой стороны, тесно связан с управлением и выступает в качестве связи глагольной группы с именной, т.е. служит средством демонстрации такой связи.
В контексте данной работы like рассматривался именно как союз, в своей соединительной функции, объединяя компоненты по модулям сравнения, а не по подчинительной связи. С сравнительным союзом like (как и с любым союзом, использующимся в сравнительной конструкции), компаративные и позитивные элементы вступают в равноправные отношения на основании сходства по модулю сравнения.
1.2 Классификация сравнений по их смысловому содержанию
Из текста “Dandelion wine” мы можем выделить следующие синтаксические конструкции, классифицированные по модулю сравнения. Выделение этих группировок раскрывает читателю новые оппозиции, такие как человек и религия, природа и город, животные и человек и другие, помогающие разнообразить язык повествования, сделать его более образным, внося определенный смысл. В итоге можно выделить следующее:
Сравнение с мифическими существами, богами, религиозными темами...
1. Like the goddess Siva in the travel books, he saw his hands jump everywhere – как божество Шива из книжек про путешествия, он уже видел себя многоруким.
2. Here was where the big summer–quiet winds lived and passed in the green depths, like ghost wales, unseen – вон там обитают огромные, по-летнему тихие, ветры и, незримые, плывут в земных глубинах, точно призрачные киты.
3. And I stand there feeling like God’s right hand, looking at the great vision of the strength and violence going by like glinty funeral train all black and long and sad... – А я стою и думаю – я ж сейчас как божья кара…и гляжу, а мимо бешеным потоком мчится яростная силища, точно нескончаемая похоронная процессия, черная и сверкающая, горестная и неотвратимая.
Как уже было сказано, модуль сравнения здесь один – эзотерические сущности (Шива – один из самых почитаемых богов в индуизме; призрачные киты – как таинственный образ, восходящий еще к первобытному представлению о мире, стоящем на трех китах; Бог – творец)
…с человеком, с частями тела
Данным видом сравнения автор желает показать человеческую значимость. Показать, как много может сделать человек, стоит ему только захотеть. Если данное сравнение применяется к неодушевленным предметам, то они наделяются человеческими качествами, олицетворяются, привнося в текст элемент тайны и загадочности мира вокруг.
1. ... The earth pounded like a mad heart , boys, a heart gone to panic –земля бьется, точно обезумевшее сердце, ребятки, точно сердце, охваченное ужасом.
2. Heads like giant Negroes’ fists, bodies like locomotives – головы – точно кулаки великана-негра, туловища – как паровозы.
…с явлениями природы, с предметами обихода, людьми.
Так как Брэдбери является защитником окружающей среды, то данными сравнениями он показывает, что человек и природа – одно целое, а соответственно, внося подтекст, что одно не должно разрушать другое, человек должен прислушиваться к природе, становясь “живым”, наслаждаться ее красотой. Человек не должен забывать, что он не является хозяином природы, он всего лишь ее часть.
1. It was only important that the darkness filled the town like black water being poured over the houses – Важно, что город понемногу заполняется тьмой, как будто черная вода льется на дома с неба.
2. The prairie like a big stage all set for the storm to come – Прерия, как огромная сцена, всё готово, пора начинаться грозе.
3. Here and there creek waters flushed the tracks and sun filtered through trees like green glass – Солнце просвечивало сквозь листву деревьев, точно сквозь зеленое стекло.
…с животными
Животный мир– это часть мира природы, часть мира живого и натурального, чистого и светлого. Человек не должен забывать, что по сути своей – он часть этого мира. И чем ближе человек к природе, тем ближе он к себе самому. К тому же, такое сравнение имеет и определенную смысловую нагрузку- герой, которым приписываются черты животных являются “положительными” героями в произведении, героями, находящимися ближе к истине. Хотя на примере первого предложение такое сравнение может быть использовано как ирония.