Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Средства и методы ведения военных действий

СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………………………...……3

1. Ограничение воющих в выборе средств и методов введения военных действий как самостоятельное направление международного права вооруженных конфликтов……………………….………………………...……..5

2. Источники «Гаагского права». « Оговорка Мартенса»…………….………13

3. Понятие средства и методы ведения военных действий…………………...20

4. Ядерное оружие в свете принципов и норм международного права вооруженных конфликтов………………………………………………………25

Заключение……………………………………………………………...………..28

Список использованных нормативных актов и литературы………….………30

Задача 1……………………………….………………………………………….32

Задача 2………………………………………………………………………..…34

Введение

Актуальность темы исследования. Процесс всестороннего осмысления таких сложных социально-политических явлений, как войны и вооруженные конфликты продолжается не одну сотню лет. С течением времени в решение проблем, связанных с их предотвращением, регулированием и прекращением вовлекались представители все более широкого круга научных дисциплин: философы, историки, психологи, экономисты, политологи, социологи, юристы и т.д. Однако этот процесс по-прежнему далек от своего завершения.

Решение проблемы соотношения силы и права в сфере социально-политических отношениях шло трудным и не прямолинейным путем. Известно, что тяжелые, кровопролитные войны сопутствовали всем предшествующим эпохам. Опасность и продолжительность войн, их жестокость и разрушительные последствия неуклонно возрастали.

8 августа 2008 года Грузия официально объявила войну Южной Осетии. Об этом заявил секретарь Совета безопасности Южной Осетии Анатолий Баранкевич. Объявление войны грузинская сторона передала осетинской стороне через коммандующего миротворческими силами генерала Кулахметова. Стоит отметить, что таким образом, Грузия только что признала независимость Южной Осетии. Войну суверенное государство согласно международному праву всегда объявляет другому суверенному государству. Страна не может объявить войну своему району, или области.

Многие века передовое общественное мышление развивалось но пути нравственного, правового и политического осуждения войны как метода решения межгосударственных конфликтов, запрещения агрессии. Попытки запрета и осуждения войн и ограничения правовыми средствами возможности прибегать к силе для разрешения международных конфликтов предпринимались с давних времен, а в XX в. - особенно активно .

Впитав в себя на протяжении веков многие философские, этические идеи и принципы, современное международное право как система юридически обязательных для его субъектов принципов и норм осуществляет организационную и стабилизирующую роль в сфере международной жизни.

Предметом исследования являются причины и сущность социально-политических конфликтов, специфика политико-правовых отношений, возникающих в период вооруженных конфликтов международного и немеждународного характера, а также в период интернационализированных вооруженных конфликтов немеждународного характера, и пути их урегулирования.

Целью курсовой работы является комплексное исследование эффективности международно-правовых норм, принципов и механизмов, составляющих основу таких отраслей международного права, как право международной безопасности и право вооруженных конфликтов и определение путей их совершенствования, определение основных тенденций их развития.

1. Ограничение воющих в выборе средств и методов введения военных действий как самостоятельное направление международного права вооруженных конфликтов

Юридическая наука до недавнего времени не могла выработать единого понятия, определяющего ту отрасль права, нормы которой регулируют ведение вооруженной борьбы; среди ученых нет единства относительно содержания этой отрасли права. Наиболее распространенными терминами, применимыми к данной отрасли права, являются “право войны”, “международное военное право”, “законы и обычаи войны”, “законы войны”.

С 1968 года, в материалах и документах ООН, в исследованиях юристов-международников стал усиленно дискутироваться вопрос о нормах права, применяемых в период вооруженных конфликтов, и он сразу же оказался предметом полемики между юристами специалистами международного права разных стран.

Вокруг проблемы формирования права вооруженных конфликтов как самостоятельной отрасли международного права идет оживленная дискуссия. Известно, что уже издавна (сначала в форме обычая, а затем и юридических норм) в рамках общего международного права существовала и существует группа действующих и общепризнанных норм и принципов, имеющих своим содержанием защиту индивида в период вооруженного конфликта. Другое дело, что эти нормы не всегда соблюдаются, что они в тот или иной период времени, не полностью отвечали требованиям развития науки и военной техники.

В последние годы наиболее употребительным становится понятие “международное гуманитарное право”. Анализ публикаций авторов позволяет объединить их в три группы.

Первая группа (швейцарец Ж. Пикте, француз Г. Курсье и др.) исследуют гуманитарное право в широком смысле этого понятия. Пикте под международным гуманитарным правом в широком смысле понимает “совокупность действующих обычных и конвенционных норм, обеспечивающих уважение человеческой личности и ее развитие”. По его мнению, оно охватывает две подотрасли: “право войны” и “право человека”. Он также считает, что обе эти подотрасли, будучи тесно между собой связанными, тем не менее являются самостоятельными и независимыми друг от друга. Пикте подробно не исследует понятие “право человека”, а сосредотачивает основное внимание на анализе понятия “право войны”.

Разницу между понятиями “право войны” и “право человека” Пикте выводит из источников, лежащих в основе становления этих понятий. Он считает, что если у истоков понятия “права человека” находится Всеобщая декларация прав человека 1948 года, то основные нормы права войны начали формироваться уже с 1864 года. Наряду с этим он проводит различие между этими понятиями и по такому признаку, как “инструмент обеспечения нормы”. Он считает, что если нормы “права войны” универсальны и обязательны для всех государств, то при осуществлении норм “прав человека” система контроля за их выполнением и санкций за их нарушение является элементом другого порядка.

Пикте считает, что “право войны” и “право человека” – это две самостоятельные правовые системы в рамках международного гуманитарного права, которые действуют в различные периоды: “право войны” – в ходе вооруженных конфликтов”, “права человека” – в мирное время.

Другая группа зарубежных юристов (А. Робертсон, Х. Фрик и др.) определяют международное гуманитарное право слишком узко, либо считая его частью (отраслью) “прав человека”, либо сводя его к “праву Гааги” или “праву Женевы”. Так, английский юрист А. Робертсон полагает, что международное гуманитарное право является лишь отраслью “прав человека”, а сами права человека составляют основу гуманитарного права . Западногерманский юрист Фрик понимает под международным гуманитарным правом совокупность юридических норм, направленных на “обеспечение минимума правовой защиты раненым, больным, военнопленным и гражданским лицам, выбывшим из строя или не принимающим участия в военных действиях”.

Наконец, третья группа зарубежных юристов (А. Рандельцхофер, О. Кимминих, М. Вётэ и др.) считает, что международное гуманитарное право состоит из двух частей – “право Гааги” и “право Женевы” – и действует оно только в период вооруженных конфликтов. Они критикуют Пикте, который утверждает, что международное гуманитарное право действует и в мирное время. Так, Ранделцхофер считает, что в собственном смысле слова международное гуманитарное право – “это совокупность норм закрепленных в Гаагских (1907 г.), Женевских (1949 г.) конвенциях и Гаагской конвенции 1954 года”, то есть ни какого деления на “право Гааги” и “право Женевы” не существует.

Юрист Кимминих выступает против того, чтобы ограничивать только международное гуманитарное право “правом Женевы”. Он пишет, что “право Гааги” является тоже международным гуманитарным правом и вытекает из идеи гуманности. Кимминих отрицает деление “права войны” на “право Гааги” и “право Женевы” .

Такая позиция зарубежных авторов не учитывала, во-первых, различия и особенности в защите прав человека в период войны и в мирное время; не выделяла специфики защиты прав человека во время вооруженного конфликта. Во-вторых, международно-правовая защита жертв вооруженных конфликтов рассматривалась изолированно, в отрыве от достижений по международно-правовому регулированию ведения войны и, в частности, по ограничению и запрещению применения некоторых средств ведения войны. Все это низводило право, применяемое вооруженных конфликтах, до уровня защиты жертв войны, что не отвечало практике государств, выступающих за комплексное решение всех вопросов права, применяемого в вооруженных конфликтах. В-третьих, упомянутые авторы смешивали два понятия: международное гуманитарное право и международное гуманитарное право, применяемое в вооруженных конфликтах.

Несколько иную позицию занимали в то время (1970 – 80 гг.) советские юристы, хотя это можно объяснить и классовым противостоянием в то время, но они, придерживаясь научного подхода на проблему права в период вооруженных конфликтов, на наш взгляд имели более правильную точку зрения, что сказалось на научном пони-мании данной проблемы в то время, и имеет ощутимые последствия в наши дни.

Так, С.В. Исакович согласился с появлением нового “института международного права – международного гуманитарного права”, являющегося закономерным следствием процесса гуманизации ведения вооруженной борьбы, и рассматривает его как совокупность юридических норм, регулирующих ведение вооруженной борьбы. По его мнению, оно содержит три группы норм:

1. защита гражданского населения, раненных, больных, военнопленных, правовой режим военной оккупации, меры по защите культурных ценностей;

2. порядок объявления войны, театр войны, состав вооруженных сил, прекращение войны;

3. запрещение химического и бактериологического оружия, запрещение применения любого оружия причиняющего излишние страдания .¹

Из приведенного выше анализа работ нельзя сделать вывод о понятии и месте права вооруженных конфликтов в системе современного международного права. Если право вооруженных конфликтов самостоятельная специфическая отрасль международного права, то, что же является предметом его регулирования? Каковы специфические особенности этой отрасли? Каков метод его правового регулирования? Можно ли во-обще говорить о праве вооруженных конфликтов как самостоятельной отрасли международного права?

Обоснование существования самостоятельной отрасли международного права – право вооруженных конфликтов – имеет не только теоретическое значение. Разнобой в определении данного понятия неизбежно приводит к тому, что эта отрасль международного права иногда изображается как нечто аморфное, неконкретное; из этого, в свою очередь, делается вывод, что она не имеет четких, конкретных принципов. Выработка единого понятия, формулирование и закрепление в международных соглашениях единых принципов и норм положили бы конец разногласиям по поводу правомерности или неправомерности действий воюющих, что способствовало бы более четкому выполнению норм права вооруженных конфликтов. В конечном счете, это приведет к гуманизации ведения вооруженной борьбы.

Содержание и место этой отрасли права попытался вывести, и нужно сказать не безуспешно, Арцибасов И.Н. в 1989 году. Он поясняет, что право вооруженных конфликтов как самостоятельная отрасль международного права должна “вписываться” в сложившуюся единую систему современного международного права.² Прагматический подход к обоснованию самостоятельной отрасли права может только повредить строй-ной теоретической конструкции системы современного международного права, нарушить ее. Как он отмечает, право вооруженных конфликтов, с одной стороны, как бы не “вписывается” единую систему международного публичного права как права мира и мирного сосуществования государств, права, запрещающего агрессию и содержащего принцип неприменения силы, права, требующего от государств разрешать возникающие между ними споры только мирным путем. С другой стороны, право вооруженных конфликтов содержит значительное количество норм и принципов, присущих только этой, специфической отрасли международного права и регулирующих отношения между государствами в условиях вооруженной борьбы , поскольку таковые имеют место быть.

Для того, чтобы показать существование самостоятельной отрасли права в той или иной системе права, следует, прежде всего, определить критерии, которые лежат в основе признания отраслей самостоятельными. В юридической литературе по поводу таких критериев нет единства и Арцибасов И.Н. пользуется, на наш взгляд, наиболее правильной позицией Лазарева М.И., который называет следующие критерии, присущие отрасли:

• предмет правового регулирования (специфический круг общественных отношений);

• специфические нормы, регулирующие эти отношения;

• достаточно крупная общественная значимость определенного круга общественных отношений;

• достаточно обширный объем нормативно-правового материала;

• заинтересованность общества в выделении новой отрасли права;

• специальные принципы права, регулирующие построение новой отрасли права .³

Если рассмотреть эти критерии применительно к совокупности норм и принципов права, применяемого в период вооруженных конфликтов, можно вывести следующее:

Предметом правового регулирования права вооруженных конфликтов являются специфические общественные отношения, возникающие в период вооруженной борьбы или в связи с вооруженной борьбой, которая может принять форму войны, международного вооруженного конфликта, конфликта немеждународного характера.

Специфический характер норм права вооруженных конфликтов вытекает из предмета регулирования и заключается в том, что они в основном устанавливают поведение субъектов международного права в период конфронтации между ними (война, вооруженный конфликт). Никакая другая отрасль международного права не содержит таких норм. Действие этих норм ограничено в пространстве и времени. Их характерная черта – относительная новизна принятия таких норм. Например, научно-техническая революция в военном деле привела к появлению мин-ловушек и шариковых бомб. Содержимое этих бомб составляют шарики, которые не просматриваются в человеческом теле рентгеном. Мины-ловушки и шариковые бомбы – антигуманное оружие (если какое-либо оружие и можно рассматривать как гуманное), от применения которого страдает, прежде всего, гражданское население. В 1980 году была принята специальная конвенция, запрещающая применение этого оружия против гражданского населения и в 1996 году она была дополнена Протоколами ООН №№ I, II .⁴

Крупная общественная значимость, объективно обусловленный интерес в самостоятельном регулировании данного комплекса объясняется теми последствиями, которые несут с собой войны и вооруженные конфликты. Известно, что уже после второй мировой войны в вооруженных конфликтах погибло более 25 млн. человек, многие из которых – из-за неурегулированных отдельных областей права вооруженных конфликтов.

Объем нормативного материала права вооруженных конфликтов достаточно обширен. Некоторые юристы (например, Колосов Ю.М.) считают, что само образование отрасли международного права, возможно, лишь в том случае, когда “государства договариваются о формировании широкого универсального международно-правового акта, содержащего основные принципы международного права в данной отрасли” , то есть формирование той или иной отрасли права в системе международного права связывается с наличием универсального международно-правового акта. Такие универсальные акты по праву вооруженных конфликтов имеются (Санкт-Петербургская об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль 1888 года, Гаагские конвенции 1899 г. и 1907 г. “Об открытии военных действий”, “О законах и обычаях сухопутной войны” и др., Женевские конвенции от 12 августа 1949 г., а также дополнительные Протоколы к ним и т.п. ).

С учетом рассмотренных критериев право вооруженных конфликтов можно определить как совокупность создаваемых путем международных соглашений или обычая юридических норм, применяемых в войнах, международных и немеждународных вооруженных конфликтах, запрещающих использование определенных средств и методов ведения вооруженной борьбы, обеспечивающих защиту прав индивида в ходе этой борьбы и устанавливающих международно-правовую ответственность государств и уголовную ответственность физических лиц за их нарушение .

2. Источники «Гаагского права». « Оговорка Мартенса»

Среди действующих международно-правовых актов, регламентирующих поведение государств и других участников во время вооруженных конфликтов, находятся Гаагские конвенции 1899⁵ и 1907⁶ годов об открытии военных действий, о законах и обычаях сухопутной войны, о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной и морской войны, об обращении торговых судов в военные и некоторые другие. Их положения были развиты в Женевских конвенциях 1949 года о защите жертв войны (об обращении с военнопленными, об улучшении участи раненых и больных, о защите гражданского неселения и др.), которые впервые распространили правила ведения войны на национально-освободительные и гражданские войны, признали права комбатантов за партизанами и участниками движений сопротивления.

В 1977 году к Женевским конвенциям 1949 года были приняты два Дополнительных протокола: Протокол I, касающийся защиты жертв международных вооруженных конфликтов, и Протокол II, касающийся защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера. Протоколы еще больше расширили круг лиц, находящихся под защитой международного гуманитарного права. Оба Протокола были ратифицированы Верховным Советом СССР 4 августа 1989 г. Протоколы вступили в силу.

В число международно-правовых актов, специально запрещающих некоторые средства ведения войны, входят: Петербургская декларация об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль 1888 года, упоминавшийся Женевский протокол 1925 года о запрещении применения химического и бактериологического оружия. Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении 1972 года . Конвенция о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду 1977 года .

В дополнении к этим документам, которые применимы, в целом, ко всем видам вооружений и методам ведения войны, существует ряд соглашений по конкретным видам оружия, такие как четыре протокола к Конвенции ООН по обычным вооружениям 1980 года (регламентирующих, в частности, использование наземных мин, зажигательного оружия и ослепляющего лазерного оружия) и Оттавская конвенция о запрещении противопехотных мин 1997 года.

В 1954 году была заключена Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта, известная под названием "Пакт Рериха", по имени великого русского художника и мыслителя, выдвинувшего идею заключения такой Конвенции. Советский Союз в свое время ратифицировал все указанные конвенции, и по правопреемству они обязательны для России.

Как отмечалось выше, международное право в период вооруженных конфликтов – это самостоятельная отрасль международного права – совокупность конвенционных и обычных норм, регулирующих отношения между участвующими в вооруженном конфликте и затронутыми им субъектами международного права по поводу применения средств и методов ведения вооруженной борьбы, защиты раненных, больных, военнопленных и гражданского населения, устанавливающих ответственность государств и отдельных лиц за нарушение этих норм.

Специфическим предметом регулирования права, касающегося вооруженных конфликтов, являются как отношения между государствами в период вооруженной борьбы (средства, способы ведения войны и т.д.), так и отношения в связи с такой борьбой (режим раненных, военнопленных, заключение соглашений о перемирии, подписание мирных договоров и т.д.).

Субъектами права вооруженных конфликтов являются суверенные государства, борющиеся за свою независимость нации и некоторые межправительственные международные организации (типа ООН).

Современное международное право запрещает захватнические, агрессивные войны (п.4 ст.2 Устава ООН). Вместе м тем это не означает, что войны уже исключены из жизни человеческого общества, что исчезли причины и источники, порождающие вооруженные конфликты. Хотя, помимо незаконных войн, в современных условиях могут иметь место и справедливые войны, не запрещенные международным правом в рамках международных вооруженных конфликтов, а также законное применение вооруженной силы. К ним относятся:

• оборонительные войны в порядке осуществления государством или группой государств права на индивидуальную или коллективную самооборону от агрессии в соответствии со ст. 51 Устава ООН;

• национально-освободительные войны колониальных или зависимых народов, поднявшихся с оружием в руках на борьбу за свое национальное освбождение и образование собственного независимого государства (например, Организация Освобождения Палестины);

• операции войск ООН, созданных по решению Совета Безопасности ООН в соответствии со ст. 42 Устава ООН;

• применение вооруженной силы при выполнении договорных обязательств (например, использование индийских войск против группировки “Тигры освобождения “Тамил илама” в соответствии с договором между Индией и Шри-Ланкой об урегулировании этнического конфликта в Шри-Ланке 1987 г.).

Наличие источников, порождающих войны, обуславливает необходимость существования в международном праве специфических правовых норм, призванных регулировать отношения между государствами в случае вооруженных конфликтов и содействовать гуманизации ведения вооруженной борьбы. Их значение состоит в том, что они:

1. ограничивают воюющих в выборе средств и методов ведения военных действий;

2. запрещают или ограничивают применение наиболее варварских средств ведения войны;

3. регламентируют положение нейтральных, а также не участвующих в вооруженном конфликте государств;

4. служат интересам миролюбивых сил, способствуют разоблачению агрессивных, реакционных сил;

5. защищают гражданское население оказавшееся на территории в зоне вооруженного конфликта.

Международное право в период вооруженных конфликтов регулирует поведение воюющих сторон, как в процессе международных вооруженных конфликтов, так и вооруженных конфликтов немеждународного характера.

Согласно положениям Женевских конвенций 1949 года международными вооруженными конфликтами признаются такие конфликты, когда один субъект международного права применяет вооруженную силу против другого субъекта. Таким образом, сторонами в вооруженном конфликте могут являться государства, нации и народности, борющиеся за свою независимость, международные организации, осуществляющие коллективные вооруженные меры по поддержанию мира и международного правопорядка.

Согласно ст. 1 Дополнительного протокола I Женевских конвенций, касающегося защиты жертв международных вооруженных конфликтов, международными являются также вооруженные конфликты, в которых народы ведут борьбу против колониального господства и иностранной оккупации и против расистских режимов в осуществление своего права на самоопределение. Вооруженный конфликт между повстанцами и центральным правительством является, как правило, внутренним конфликтом. Однако повстанцы могут быть признаны “воюющей стороной”, когда они:

1. Имеют свою организацию;

2. Имеют во главе ответственные за их поведение органы;

3. Установили свою власть на части территории;

4. Соблюдают в своих действиях “законы и обычаи войны”.

Признание повстанцев “воюющей стороной” исключает применение к ним национального уголовного законодательства об ответственности за массовые беспорядки и т.д. На захваченных в плен распространяется статус военнопленных. Повстанцы могут вступать в правоотношения с третьими государствами и международными организациями, получать от них допускаемую международным правом помощь. Таким образом, признание повстанцев “воюющей стороной”, как правило, свидетельствует о приобретении конфликтом статуса международного и является первым шагом к признанию нового государства.

Вооруженные конфликты немеждународного характера – это все непопадающие под действие ст. 1 Дополнительного протокола I вооруженные конфликты, происходящие на территории какого-либо государства “между его вооруженными силами или другими организованными вооруженными группами, которые, находясь под ответственным командованием, осуществляют такой контроль над частью его территории, который позволяет им осуществлять непрерывные и согласованные военные действия и применять положения Протокола II, касающегося защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера.