Стилистические особенности диалогов в художественных произведениях
МИНОБРНАУКИ РОССИИ
Федеральное
государственное автономное образовательное
учреждение высшего профессионального
образования
«Южный федеральный университет»
Институт филологии, журналистики
и межкультурной коммуникации
Курсовая работа
по дисциплине
Русский язык
специальность - 050301 - Русский анализ и
литература
Тема: "Стилистические особенности диалогов в художественных произведениях".
Выполнил: студент 4 курса
филологического
отделения
Рябокобыленко Елена Николаевна
Проверил: проф. Кудряшов И.А.
г. Ростов-на-Дону
2015 год
Содержание
Введение______________________
Глава1. Теоретические основы стилистических особенностей диалогов в художественных текстах. Теоретические аспекты изучения диалога._____4
1.1. Особенности стиля
художественной литературы_____
1.2. Общая характеристика диалога.______________________
Глава2. Анализ структуры типов
диалога в пьесах А.П.Чехова.__________
Заключение____________________
Литература___________________
Введение.
Среди обширного круга лингвистических проблем, особо выделяется связь их с теорией диалога. Эта теория шире, нежели обычные условные рамки языкознания. Всякое наше представление о взаимодействии, контакте или коммуникации связано с диалогом. Поэтому неудивительно, что именно к диалогу мы проявляем столь много внимания, когда рассматриваем человеческие отношения. Человеческая речь представляет собой такой вид деятельности, которая учитывает в себе теоретические достижения психолингвистики и социальной психологии. На основе этого представления и сформировался современный комплексный подход к теории диалога, отражающий его связь с другими областями знания. В обществе наблюдается большое количество различных видов взаимодействия отдельных его членов. Эти взаимодействия отличаются друг от друга целями и условиями общения, и в зависимости от них различается использование имеющихся в общенародном языке средств, что предопределяет коммуникативную функцию языка. Эта функция реализуется по-разному в зависимости от различных условий, в том числе, от функционально-стилистических разновидностей языковой системы. Основной формой разговорной функционально-стилистической разновидности общенародного языка, в которой наиболее ярко проявляется его коммуникативная функция, является диалогическая речь. Это происходит потому, что именно в ней происходит непрерывное взаимное общение людей, в процессе которого оформляется сообщение. Диалог составляет и определенную часть текста художественных произведений, будь то эпическое повествование или драматическое произведение. Причем, в последнем он играет доминирующую роль. Также следует отметить диалог как самостоятельный жанр, использующийся в философии и публицистике, примером чего могут служить диалоги Платона.
Как правило, при исследовании использования диалога в художественных произведениях обращаются к драматическим произведениям, в которых повествование выстроено в форме преимущественно единого диалога (или нескольких диалогов) перемежающегося отдельными авторскими замечаниями.
Основной целью данной работы является определение стилистических особенностей диалогов в художественных произведениях. Выявить различные типы диалога в пьесах А.П.Чехова. Задачи курсовой работы: - изучить особенности стиля художественной литературы; - дать общую характеристику диалога; - исследовать структурные типы диалога в пьесах А.П.Чехова.
Глава 1.Теоритические исследования особенностей стиля художественной литературы. Теоретические аспекты изучения диалога. Особенности стиля художественной литературы Стилистика - раздел науки о языке, изучающий широкий класс случаев варьирования языковых выражений, обусловленного их принадлежностью к тому или иному языковому стилю (говорят также о стилистической окраске и стилистическом значении языковых единиц). Основной задачей художественного стиля становится оценка мира согласно законам красоты, удовлетворение эстетических запросов и автора художественного текста, и читателя, а также эстетическое воздействие на читателя посредством создания художественных образов. Базой художественного стиля речи становится литературный русский язык. Функция слова в этом стиле несколько иная, чем обычно: оно выполняет номинативно-изобразительные задачи. Основу этого стиля, в первую очередь, составляют изобразительно-выразительные средства русского литературного языка, а также слова, меняющие в контексте свое значение. Это могут быть общеупотребительные слова. Узкоспециальные слова или термины используются крайне редко, только в случае необходимости создания художественной достоверности при описании определённых сторон жизни. В отличие от остальных стилей художественный стиль использует языковые средства всех других стилей, однако он коренным образом меняют свою функцию и решают эстетические задачи. Помимо этого, в художественном тексте могут употребляться не только литературные, но и внелитературные средства языка, такие как просторечия, жаргоны, диалекты и т. д., которые также подчиняются эстетической функции.
Одной из особенностей языка художественной литературы является, вне зависимости от автора произведения, необычайно богатый, разнообразный словарь. Стиль не ограничен стилистически как научный, официально-деловой и разговорный, поэтому лексика художественного стиля принципиально отлична – она не имеет рамок и может безгранично расширяться за счет обогащения всего языка. В произведении часто используются средства других стилей, такие как термины, официальные обороты, разговорные слова и выражения и публицистические приемы. В соответствии с задачами автора и его предпочтениями разнообразные средства эстетически меняются, раскрывая новые художественные аспекты, используются в неожиданных комбинациях. Сущность художественной речи в том, что принципиальных запретов или ограничений, касающихся лексики, не существует. Эстетически мотивировано и оправдано может быть любое слово. Законам создаваемого произведения, замыслу автора подчинены все языковые средства, в том числе и нейтральные, он употребляются для выражения поэтической мысли автора, для создания системы образов.
Основные характеристики художественного
стиля следующие: образность, выразительность,
эмоциональность, авторской индивидуальность,
конкретность изложения, специфичность
использования всех языковых средств. Структуре
художественного произведения свойственна
многоплановость. Исследователи заметили,
что изобразительно выразительные языковые
средства находятся в прямой зависимости
прежде всего от функционально-смысловых
типов речи — описания, повествования,
рассуждения: в художественном тексте
изображение портретов героев и их рассуждения
передаются разными лексическими и синтаксическими
средствами. Исследования М. М. Бахтина показали,
что прозаическое произведение по самой
своей сути диалогично: в нем звучат голоса
автора и персонажей, которые необычайно
сложно соотносятся друг с другом. Поэтому
для лингвистов принципиально важным
становится рассмотрение того, какими
способами изображается речь героев и
как происходит взаимодействие ее с речью
повествователя. В прямой зависимости
от противопоставления речи героев авторской
находится стилистическое использование
в тексте элементов разговорного, официально-делового
и научного стилей. Таким образом, создается
особая языковая структура, включающая
иногда целые фрагменты различных функциональных стиле
В прямой речи наиболее активно проявляется разговорный стиль. Авторская речь, отражающая внешнюю по отношению к автору действительность, строится с преобладанием книжно-письменных элементов. В несобственно-авторской и несобственно-прямой речи в различных пропорциях сочетаются собственно авторская речь и речь персонажей. Кроме того, существующие в художественной литературе многочисленные стилистические разновидности во многом объясняются и выделением в рамках стиля художественной литературы трех подстилей: прозаического, поэтического, драматургического. Таким образом, ни в каком другом функциональном стиле не наблюдается подобного глубокого взаимодействия всех стилистических ресурсов. Однако в рамках художественного произведения используются лишь отдельные элементы других стилей, большая же их часть не получает здесь широкого отражения. К тому же, в художественной речи такие элементы функционируют в особой, эстетической, функции, подчиняясь закону эстетической организации содержания и формы.
В других стилевых системах эстетическая функция не имеет такого большого удельного веса, не развивает качественного своеобразия, типичного для нее в системе художественного произведения. Коммуникативная функция стиля художественной литературы проявляется в том, что информация о художественном мире произведения сливается с информацией о мире действительности. Эстетическая (иначе — художественная) функция тесно взаимодействует с коммуникативной, и это взаимодействие приводит к тому, что в языке художественного произведения слово не только передает какое-то содержание, смысл, но и эмоционально воздействует на читателя: вызывая у него определенные мысли, представления, оно делает читателя сопереживателем и в какой-то мере соучастником списываемых событий.
Эмоциональность и экспрессивность стиля художественной литературы создается при помощи единиц почти всех уровней языковой системы. Например, на синтаксическом уровне широко применяются такие две разновидности собственно изобразительного синтаксиса: 1) интонационно-смысловое выделение и ритмомелодическая организация участков текста (восклицания, возгласы, вопросы; сегментация; инверсия; синтаксические параллелизмы; перечисления, повторы, присоединения; разрыв или обрыв синтаксического движения) и 2) средства синтаксической характерологии (воспроизведение устно-разговорной речи, стилизация, пародирование).
В языке художественной литературы немало и «нелитературных» употреблений, т. е. в отдельных случаях язык художественной литературы может выходить за пределы норм литературного языка. Проявляется это прежде всего в том, что в рамках художественного произведения писатель имеет право употреблять такие формы, которых нет в современном русском литературном языке и не было в его истории. Например:
Приедь, умоляю, п р и е х а й!
А то — самолетом п р и л е т ь,
Чтоб нам не явилась помехой
Какая-нибудь гололедь.
(Лит. газ.)
Или: И наполняешь тишь полей такой рыдалистою дрожью неотлетевших журавлей (С. Есенин). У Л. Мартынова встречаем слово луноночь, у А. Вознесенского — свистопал, осенебри, у А. Солженицына — сухмень, удоволеннный, сузелень и т. д. Таким образом, автор художественного произведения может использовать и потенциальные возможности языка, создавая неологизмы (в широком смысле). Выходя за рамки литературного языка, художественная речь может включать в себя (в известных пределах) диалектизмы: От деревни Новое Раменье до починка через поскотины считалось километров пятнадцать; Среди моховых кочек, близ мочажин, поросших осокой, стоят mам окопанные столбики; На самой окраине Коршунова, неподалеку от шоссе, на песчаном взлобке стоит сосна (И Тендряков), жаргонизмы: Ты, Степа, фраер чистейшей воды, как слеза; Когда такую хазу засвечивают, то на дело ведут...; Не бренчи нервами; А для Якова Шуршикова жизнь человека — плюнуть и забыть, кокнуть пером, амба и ша (Н. Леонов), профессионализмы и другие внелитературные элементы.
Употребление языковых средств в художественной литературе в конечном итоге подчинено авторскому замыслу, содержанию произведения, созданию образа и воздействию через него на адресата. Писатели в своих произведениях исходят прежде всего из того, чтобы верно передать мысль, чувство, правдиво раскрыть духовный мир героя, реалистически воссоздать язык и образ. Авторскому замыслу, стремлению к художественной правде подчиняются не только нормативные факты языка, но и отклонения от общелитературных норм. «Язык художественной литературы» со свойственной ему «установкой на выражение», — подчеркивал В. В. Виноградов, — имеет законное право на деформацию, на нарушение общелитературных норм»7. Однако всякое отклонение от нормы должно быть оправдано целевой установкой автора, контекстом произведения, употребление того или иного языкового средства в художественной литературе должно быть эстетически мотивировано. Если языковые элементы, находящиеся за пределами литературного языка, выполняют определенную функциональную нагрузку, их употребление в словесной ткани художественного произведения вполне можно оправдать.
Широта охвата художественной речью средств общенародного языка настолько велика, что позволяет утверждать мысль о принципиальной потенциальной возможности включения в стиль художественной литературы всех существующих языковых средств (правда, определенным образом соединенных).
Перечисленные факты свидетельствуют о том, что стиль художественной литературы обладает рядом особенностей, позволяющих ему занять в системе функциональных стилей русского языка свое, особое, место.
Общая характеристика диалога
С конца с конца 40-х – начала 50-х годов в мире и в нашей стране начал пробуждаться большой интерес к теории диалога, вопросы диалога начали активно прорабатываться на основе богатейшего материала разных языков. В России основоположниками теории диалога стали такие языковеды, как Л.П. Якубинский, В.В. Виноградова, М.М. Бахтина и другие. Диалог сам по себе представляет сложный материал, далеко не ограничивающийся каким-то одним аспектом. Об этом свидетельствует огромное количество исследовательских работ в этой области. Диалогом в широком смысле называют всякое собеседование; в частности — обмен мыслями («Диалог» Платона). Драматический диалог — обмен драматическими репликами — имеет особое содержание. Слово в драме действенно. Каждая сцена в драме есть сцена борьбы — «поединок», по выражению Юлиуса Баба; реплика и контр-реплика есть удар и контрудар (парирование удара). Волевой стержень драматической реплики может быть прикрыт лирическим восклицанием; реплика может принять форму отвлеченной мысли, сентенции или силлогизма; однако, и лирика, и рассуждение имеют в драматическом диалоге назначение орудийное — все речи действующих лиц в драматической сцене направлены к какой-нибудь конкретной цели. Волевая природа драматической реплики явственно проявляется в пьесах с бурным и стремительным действием — в драмах шекспировской школы, напр., в небольших пьесах — трагедийных эскизах Пушкина. Напротив того, в пьесах с вялым действием, как, напр., у Чехова, волевое стремление весьма часто маскируется лирическими восклицаниями или рассуждениями, как бы не относящимися к делу. Однако, если бы чеховские диалоги были лишены волевой динамики, их нельзя было бы воспроизвести на сцене. Сам диалог представляет собой своего рода воплощение языка в конкретных и специфических средствах. Это особая форма речевого общения, в которой проявляется речевая деятельность человека, а также форма существования любого языка. Анализируя диалог как форму речевого общения, исследователи, прежде всего, обращаются к возникшей в результате процесса говорения, то есть осуществления диалогической речи, речевой структуре. Также изучению подвергаются и условия, которые стали причиной возникновения и протекания речи в конкретной ситуации. Помимо всего прочего, на круг вопросов, поднимающихся в рамках проблемы диалога, оказывает влияние общественная функция языка и ее изучение. Все аспекты изучения диалога тесно связаны между собой, и кроме того, явление диалога в той или иной степени привлекается в любой области лингвистической науки. Так что же такое диалог? Диалог, по мнению всех исследователей, должен обладать определенными характеристиками. Прежде всего, это наличие как минимум двоих собеседников, непосредственно между которыми происходит обмен речевыми высказываниями. Также в диалоге должен присутствовать непринужденный характер речевой обстановки. Обязательна для диалога смена говорящих лиц, то есть должна наблюдаться попеременная адресация речи. При этом в процессе диалога происходит одновременная подготовка собственных высказываний, их реализация и восприятие своей речи и речи собеседника на слух. Во время диалога происходит постоянное изменение языковой ситуации.
Большое значение в диалоге имеют невербальные выразительные средства языка, такие как жесты или мимика говорящих. Еще Л.П. Якубинский в своих работах писал, что язык представляет собой разновидность человеческого поведения, является фактом психологическим, своего рода проявлением человеческого организма, а также фактом социологическим, то есть зависящим от совместной жизни организмов в условиях взаимодействий. Таким образом, уже при создании первых работ в области лингвистических проблем, исследователи принимали речь за один из видов деятельности человека. Диалог легко вписывается в представление о речевом общении, о сотрудничестве при речевой деятельности, в то время как монолог требует специального объяснения как формы речи, существующей наряду с диалогом. Тезис Л. В. Щербы о том, что “подлинное свое бытие язык обнаруживает лишь в диалоге”, разделял Л.П. Якубинский, говоривший о естественности диалога и искусственности монолога. В. В. Виноградов писал, что монолог – не данность языка, а продукт индивидуального построения. Вопрос о характере соотношения диалога и монолога пока не нашел единого решения. Попытки выйти за рамки дихотомии “диалог – монолог” имеют то преимущество, что позволяют определить место “промежуточных” явлений (письменных и устных объявлений, книги, стихотворения, записной книжки, выступления по радио и телевидению, дневника и пр.). А.А. Холодович с учетом различных комбинаций таких признаков, как средства выражения речевого акта, наличие или отсутствие партнера, взаимность или односторонность высказываний, число участников, контактность или отсутствие контакта при общении, выделяет более 30 типов речи и не противопоставляет понятия диалога и монолога, полагая, что, используя традиционные термины, к монологу можно было бы отнести лишь редкие виды высказываний (дневник, записная книжка). В результате понятие диалога предстает здесь в широком смысле, охватывая почти все случаи речевой деятельности. Р.А. Будагов считает, что при выделении разнообразных типов речи необходимо учитывать и содержательную сторону высказывания и, кроме того, к типологии речи следует подходить исторически. Все особенности диалога – речевой структуры связаны с его спецификой как образования, возникающего в результате перемежающейся, главным образом устной спонтанной речи собеседников, происходящей в определенных условиях. Сама природа диалога предполагает его сложность. Размеры диалога теоретически безграничны, и его нижняя граница может показаться открытой. Однако фактически каждый диалог имеет начало и конец. Единство диалога в его смысле, теме, содержании. Диалог – средство выражения логической цепи взаимосвязанных по содержанию сочетаний мыслей-суждений, речевое построение, в котором два говорящих как бы создают одну мысль, структура, где тема распределяется между двоими. Специфика диалога как сложного единства самым тесным образом связана с его тематической цельностью, с характером развития содержания, с движением мысли. В качестве единицы диалога Н.Ю. Шведова определила диалогическое единство. Это понятие прочно вошло в теорию диалога. Исследуются диалогические единства различных структур, включающие два и более высказываний – реплик. Вопрос о границах диалога и его внутренних структурных особенностях связан с различием понятии диалога как целостной структуры и диалогического единства. Реплика как компонент диалогического единства и диалога в целом имеет двуплановый характер, совмещая в себе значения акции и реакции, в результате чего диалог и представляет собою сложную цепь взаимосвязанных высказываний. С исследованием диалога как сложного речевого комплекса, в состав которого зачастую входит цепь переплетающихся или параллельных реплик нескольких лиц, связано выделение разных структурных типов диалога (парный диалог, параллельный диалог, полилог). Исследование диалога невозможно без учета целого ряда внеречевых моментов: цели и предмета высказываний, степени подготовленности говорящих, отношений между собеседниками и отношения их к высказанному, конкретной обстановки общения. Характер диалогической речи определяется действием всех этих факторов в совокупности, и в результате конкретного проявления каждого из них создается диалог определенной структуры. Отношение участников диалога к высказываниям как один из экстралингвистических факторов проявляется и в оценках говорящим формы чужой речи, являющихся своеобразным моментом регуляции процесса общения и отражающихся на структуре и характере диалога. Специфика диалога в огромной степени связана и с таким явлением, как степень подготовленности говорящего к речи. Л.П. Якубинский отмечал быстрый темп произнесения реплик и их смены как одно из свойств диалога, в ходе которого подготовка к высказыванию идет одновременно с восприятием чужой речи. Это отражается на структуре диалогических высказываний, являясь одним из факторов формирования его синтаксиса. На структуре диалога сказывается и степень осведомленности собеседников о предмете разговора. Л.П. Якубинский, подчеркивая, что понимание чужой речи определяется опытом собеседников, составляющим апперцепирующую массу говорящих, что каждое последующее говорение падает на подготовленную почву, указывал на большую роль догадки при тождестве апперцепиругощих масс собеседников. Общий опыт собеседников, его постоянные и преходящие элементы определяют возможность дешифровки при речевом обмене. Л.II. Якубинский приводит и мысль о том, что речь нуждается в слушателе, который понимает, “в чем дело”. Это обстоятельство не раз отмечали исследователи диалога, указывая но возможность подтекста в разговоре. Теория пресуппозиции, развиваемая современными исследователями номинативной сущности предложения, открывает большие возможности в изучении структуры диалога. Дополнительным средством передачи информации при непосредственном общении служат мимика, жесты, различные телодвижения, социально обусловленные и соответствующие, как указывал Л.П. Якубинский, интеллектуальному и эмоциональному состоянию говорящего. Это коммуникативное средство в большой степени сказывается на построении диалогической речи и постоянно отмечается исследователями диалога, устной речи, занимает важное место в теории информации и исследовании знаковых систем. Однако специально применительно к диалогу этот вопрос остается мало исследованным. Одной из важных сторон диалога является роль интонации в оформлении единства диалогических высказываний в составе сложной структуры и роль ее как информативного средства. Экспериментально-фонетические исследования на материале разных языков приводят к важным, иногда противоположным выводам относительно функций интонации как связующего элемента. Л.П. Якубинский говорил о соответствии интонации состоянию говорящего, на большую ее роль в выражении психологии собеседников указывала Е.М. Галкина-Федорук. Информативная и связывающая роль интонации в диалоге отмечается при анализе диалогических единств с репликами различного типа – повторами, подхватами, внимание исследователей привлекает своеобразие интонации при различном течении диалога. Разные функции интонации могут переплетаться, поскольку реплики одновременно представляют собой предложение (или соединение предложений) со своей внутренней интонацией и элемент диалога. Поэтому изучение интонационной стороны диалога важно для характеристики как диалогической структуры, так и функциональных особенностей предложения.
Проблема диалога в художественном произведении представляет особую громадную область теории диалога. В.В. Виноградов, указывая, что “речь художественных произведений складывается из разных типов монолога и диалога, из смешения многообразных форм устной и письменной речи”, ставил задачи изучения “конструирования типов художественной прозы за пределами бытового языкового материала”, уяснения “принципов сочетания разных форм речи в пределах монологических конструкций и принципов включения в них диалога. Из всех форм прямой речи, используемых в художественной прозе, диалог в наибольшей степени отражает особенности бытового разговорного языка. В диалоге содержится более разнообразные, чем в авторском повествовании синтаксические конструкции, передающие живые интонации разговорной речи. В художественном произведении диалог носит двойственный характер. С одной стороны, диалогическая речь предполагает обработанность ее автором, а, с другой стороны, – эта речь необходимо основана на живой разговорной речи. Автор художественного текста воспроизводит живую разговорную речь, что само по себе свидетельствует о том, что это воспроизведение не есть абсолютное повторение всего того, что есть в живой разговорной речи. Принципы непрямого отражения особенностей разговорной речи в составе художественного текста следует искать в тех требованиях, которые накладывает художественный текст. Не все “говоримое” в живой разговорной речи может быть отражено в художественном тексте. В связи с тем, что разговорная речь требует кратких, неполных, простых конструкций, особую роль получают внеязыковые коммуникативные факторы: интонация, мимика, жестикуляция. В литературном произведении эти моменты отражены с помощью авторских ремарок.
Настоящим адресатом художественного диалога является читатель, до которого должен дойти определенный момент художественного замысла автора. Тема диалога возникает не стихийно, а по воле автора. Поэтому в художественном произведении реже, чем в действительности, встречаются разговоры, относящиеся к бытовым ситуациям и те части разговора, которые являются данью общественному этикету (приветствия, вопросы о здоровье и т.д.). Также в диалогах художественной речи практически не возникает ситуаций неловкости, пауз из-за отсутствия темы для разговора, столь часто возникающих в повседневной жизни. Таким образом, бытовой диалог и диалог художественный не являются и не должны быть тождеством. Однако сущность явления, основные языковые признаки, его характеризующие, в обоих диалогах остаются одинаковыми.
Глава 2. Анализ структуры типов диалога в пьесах А.П.Чехова.
Структурные типы диалога в пьесах А.П. Чехова.
Диалог в пьесах Чехова отличается от диалога в драматургии Пушкина, Грибоедова, Островского, у которых диалог обычно развивает единую тему, движущую драму. У Чехова - диалог, отражает жизнь в ее разнообразии. Часто герои Чехова настолько погружены в свои мысли и переживания, что участвуя в диалоге, они не всегда стремятся понять друг друга. Вернее было бы говорить не о диалоге у Чехова, а о полилоге, так как в его пьесах нередко в разговоре участвуют одновременно несколько действующих лиц, диалог в его чистом виде в пьесах Чехова встречаются редко. Во всех пьесах Чехова акты не подразделяются на явления, диалоги и реплики объединяются сценами по содержанию.
В пьесах Чехова можно проследить несколько типов диалога. Диалог, раскрывающий авторскую идею. Драматург в пьесе стремится показать не только характеры персонажей, их поступки, но и донести до зрителя свою мысль, являющуюся идейным центром произведения. Огромную роль здесь принадлежит слову. Следует отметить лаконичность так называемых "ударных" реплик, служащих для раскрытия авторских мыслей. Ясность и краткость формулировки - залог того, что авторская мысль дойдет до зрителя, что ее поймут и запомнят. С этой целью Чехов использует различные стилистические возможности русского языка, в первую очередь особое построение фразы и подбор экспрессивных слов. Например, одно из самых известных чеховских выражений: "В человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли". Рассмотрим построение диалога, в составе которого встречается эта фраза. Астров. ... Здесь никого нет, и можно говорить прямо. Знаете, мне кажется, что в вашем доме я не выжил бы одного месяца, задохнулся бы в этом воздухе.... Ваш отец, который весь ушел в свою подагру и в книги, дядя Ваня со своей хандрой, ваша бабушка, наконец, ваша мачеха. ...
Соня. Что мачеха? Астров. В человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли. Она прекрасна, спора нет, но... ведь она только ест, спит, гуляет, чарует всех нас своею красотой - и больше ничего. У нее нет никаких обязанностей, на нее работают другие. ... Ведь так? А праздная жизнь не может быть чистою. (Пауза.) Впрочем, быть может, я отношусь слишком строго. Я не удовлетворен жизнью, как ваш дядя Ваня, и оба мы становимся брюзгами. В приведенном примере "ударная" реплика Астрова предельно коротка, мысль в ней обобщена, в реплике нет разговорных интонаций, свойственных соседним репликам диалога (вводные выражения знаете, мне кажется, спора нет и др.). Обобщенность мысли подчеркивается отсутствием в этом предложении каких-либо слов, которые бы позволяли отнести высказанное к одному из персонажей в противоположность соседним репликам ( Я не выжил бы..., Ваш отец, ваша бабушка, ваша мачеха, она прекрасна и др.). Такое же построение имеет и другая реплика, отражающая авторскую мысль: " праздная жизнь не может быть чистою". В ней также нет разговорных интонаций и вводных слов. Реплики же, предшествующие ей и следующие за нею, насыщены разговорными интонациями ( Ведь так? Впрочем, быть может, я отношусь слишком строго, оба мы становимся брюзгами) , они обращены к определенным, конкретным лицам.
Диалог, сочетающий контрастные по темам реплики. Излюбленным у Чехова является диалог, в котором внутренняя связь реплик, сцен подчеркивается перебоями драматического и комического, высокого, лирического и обыденного, сниженного. Чехов прибегает к такому построению диалога в тех случаях, когда хочет избежать мелодрамы, громких фраз, сгущенных комических впечатлений или особенно трагических положений. Основным приемом в построении диалогов этого типа является объединение в одном контексте слов разных тематических и стилевых пластов. Так, в сцене 2 действия "Дяди Вани" Войницкий после неудачного объяснения в любви Елене Андреевне произносит пространный монолог, полный горечи от несбывшихся надежд, от напрасно прожитой жизни. Войницкий (один). Ушла. ... (Пауза) Десять лет тому назад я встречал ее у покойной сестры. Тогда ей было 17 лет, а мне 37 лет. Отчего я тогда не влюбился в нее и не сделал ей предложения? Ведь это было так возможно! И была бы она теперь моею женой. ... Да. ... (Входит Астров в сюртуке, без жилета и без галстука; он навеселе; за ним Телегин с гитарой.) Астров. Играй! Телегин. Все спят-с! Астров. Играй! (Телегин тихо наигрывает). Астров. ( Войницкому). Ты один здесь? Дам нет? ( Подбоченясь, тихо поет.) "Ходи хата, ходи печь, хозяину негде лечь..." Напряженность этой сцены снимается соседними репликами бытового, сниженного характера: за страстным монологом Войницкого следует бессмысленная песенка Астрова, разговор переходит к другим темам. Аналогичные по построению диалоги встречаются и в других пьесах Чехова. В 1 действии пьесы "Вишневый сад" лирический монолог Любови Андреевны, написанный как стихотворение в прозе, перебивается прозаической фразой Гаева о неизбежной продаже вишневого сада за долги: Любовь Андреевна (глядит в окно на сад). О, мое детство, чистота моя! В этой детской я спала, глядела отсюда на сад, счастье просыпалось вместе со мною каждое утро, и тогда он был точно таким, ничто не изменилось. (Смеется от радости.) Весь, весь белый! О, сад мой! После темной ненастной осени и холодной зимы, опять ты молод, полон счастья, ангелы небесные не покинули тебя... Если бы снять с груди и с плеч моих тяжелый камень, если бы я могла забыть мое прошлое! Гаев. Да, и сад продадут за долги, как это ни странно...
Объединение в одном контексте слов различного стиля, противопоставление лирической эмоциональности прозаическому утверждению о неизбежности продажи сада, вызывающего столько воспоминаний о прошлом, и составляет неповторимое своеобразие данного диалога.
Разговор на различные темы, построенный в форме диалога. В этом типе имеется лишь внешний признак диалога - разговор двух персонажей, но внутренней связи между репликами нет, так как каждый из участников разговора занят своими мыслями и участвует в диалоге машинально. В драматургии такое построение диалога известно как средство комического. Явно комический характер имеет спор о чехартме и черемше в пьесе "Три сестры". Основанием для спора служит некоторое фонетическое сходство слов, комизм сцены заключается в том, что собеседники отстаивают каждый свое положение , не замечая, что исходные пункты спора у них различны. Не имеет общей темы и диалог Дуняши и Ани в пьесе "Вишневый сад".
Дуняша. Заждались мы... (Снимает с Ани
пальто, шляпу).
Этот диалог ведет Дуняша, реплики Ани – вынужденный ответ ей. Общая тема – приезд Ани. Обе героини заняты своими мыслями : Аня – тем, что вернулась домой, Дуняша – сватовством Епиходова. Общая тема диалога получает новое направление репликой Дуняши : Я скажу вам сейчас… Но чаще Чехов использует диалог на разные темы для передачи сложных раздумий, глубоких переживаний, раскрытия внутреннего мира персонажа. В таком диалоге речевая партия собеседника лишь оттеняет смысл происходящего, способствует раскрытию характеров персонажей. Используя классическую форму диалога с глухим, Чехов обновляет её, вкладывая большое содержание в реплики одного из персонажей. Таковы сцены Андрея Прозорова с глухим сторожем Ферапонтом в пьесе “Три сестры”. Каждый из собеседников развивает свою тему, мало заботясь о партнере. Диалог построен на внешнем соединении реплик. И даже общая тема Москвы у Андрея и Ферапонта, развиваясь параллельно, имеет для каждого из них особое значение. Вот этот диалог:
Андрей… Завтра пятница, у нас нет присутствия, но я все равно приду … займусь. Дома скучно… Милый дед, как странно меняется, как обманывает жизнь! Сегодня от скуки, от нечего делать, я взял в руки вот эту книгу – старые университетские лекции, и мне стало смешно… Боже мой, я секретарь земской управы, той управы, где председательствует Протопопов, я секретарь, и самое большее, на что я могу надеяться, это – быть членом земской управы! Мне быть членом здешней земской управы, мне, которому снится каждую ночь, что я профессор Московского университета, знаменитый ученый, которым гордится русская земля!