Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Структура и перспективы развития гражданского законодательства

СОДЕРЖАНИЕ

Введение…………………………………………………………………………..3

Глава I. Особенности и структура действующего гражданского законодательства

Структура гражданского законодательства РФ…………………………5
Соотношение гражданского законодательства и смежных отраслей законодательства…………………………………………………………..11

Глава II. Перспективы развития и совершенствования гражданского законодательства………………………………………………………………14

Заключение………………………………………………………………………31

Список использованной литературы………………………………………….34

Введение

В последнее время большое значение приобретают общетеоретические проблемы, связанные с определением основных направлений развития гражданского законодательства в условиях рыночной экономики. Прежде всего, речь идет о роли государства в соответствующем законодательстве в обеспечении развития экономики и повышения жизненного уровня. При этом имеется в виду не механический рост числа принимаемых законов, а необходимость повышения их качества и эффективности воздействия на процессы становления в России нового общества, на удовлетворение потребностей всех социальных групп населения.

Цели и задачи работы. Цель данной работы состоит в рассмотрении гражданского законодательства.

Для достижения поставленной цели в работе решаются следующие частные задачи:

1-Рассмотреть систему гражданского законодательства;

2-Проанализировать гражданское законодательство России в условиях федерализма; рассмотреть особенности и перспективы развития гражданского законодательства на современном этапе.

В процессе работы использовались различные теоретические разработки учёных, прежде всего в области теории права и цивилистики. В дореволюционном праве вопросам исследуемой проблемы пристальное внимание уделяли А.Боровиковский, Е.В. Васьковский, А.Г. Гойхбарг, A.M. Гуляев, Д.И. Мейер, А.В. Завадский, Р.Иеринг, Н.М. Коркунов, П.И. Люблинский, К. Малышев, Л.И. Петражицкий, Г.Ф. Шершеневич и другие видные ученые, детально рассматривавшие пробелы и иные разновидности неопределенности в праве как объективную предпосылку толкования и развития права . Разработкой данной проблематики в современной российской правовой науке в разное время занимались: В.И. Акимов, А.И. Александров, С.С. Алексеев, В.К. Бабаев, Е.А. Березина, A.И. Бобылев, М.М. Богуславский, В.В. Витрянский, Н.Н. Вопленко, Д.А. Гаврилов, Гадамер Г.-Х, И.Р. Гальперин, И.Я. Дюрягин, А. Кабалкин, В.Н. Карташов, В.В. Лазарев, И.П. Малинова, Т.Я. Насырова, П.Е. Недбайло, B.C.Нерсеценц, Т.Н. Нешатаева, А.С. Пиголкин, JI.B. Половова, М.Г. Розенберг, С.В. Сарбаш, JI.B. Соцуро, Б.П. Спасов, -В.В. Суслов, В.А. Шабалин, А.С. Шабуров, И.Е. Фарбер, Н.И. Хабибуллина, Т.Я. Хабриева, А.Ф. Черданцев, Б.С. Эбзеев, А.Эрделевский ,В.Ф. Яковлев и др.

Нормативно-правовую базу и основу данного исследования составили Конституция РФ, международные договоры, ГК РФ и иные акты гражданского законодательства, а также соответствующая судебно-арбитражная практика.

Объектом исследования являются общественные отношения, связанные с гражданским законодательством. Предметом выступают нормы Гражданского кодекса РФ, и иных нормативно-правовых актов, регулирующих гражданско-правовые отношения.

Работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.

Глава I. Особенности и структура действующего гражданского законодательства

1.1 Структура гражданского законодательства РФ

Федеративному государству, каковым в соответствии со ст. 1 Конституции РФ является Российская Федерация, соответствует федеративная система законодательства, состоящая из федерального и регионального законодательства (законодательства субъектов Федерации). Наиболее существенное влияние на систему законодательства оказывает форма государственного устройства и социально-экономический строй. Система законодательства унитарного государства принципиально отлична от системы законодательства федеративного государства[18].

Современное законодательство субъектов Федерации уже носит системный характер. Оно представляет собой не простую совокупность нормативных правовых актов, а упорядоченную и согласованную систему законодательства. Законодательство субъектов РФ конкретизирует, дополняет федеральное законодательство, составляя с ним единое целое. Признание системности регионального законодательства позволяет правильно определить взаимоотношения нормативных правовых актов этого уровня с федеральным законодательством как взаимосвязанных, но относительно обособленных нормативно-правовых образований. Законодательство субъектов РФ обладает такими качествами, как взаимосвязанность, целостность, структурированность и иерархичность.

Важно подчеркнуть, что составляющие единую федеративную систему законодательства РФ подсистемы (федеральная и региональная) должны находиться в постоянной взаимосвязи и взаимодействии. При этом главенствующую роль играет Конституция, которая определяет связи между составляющими данную систему нормативными правовыми актами.

В этой связи особое значение в законодательном регулировании общественных отношений приобретает разграничение полномочий Федерации и ее субъектов. К сожалению, в конституционной модели отсутствуют единые критерии разграничения предметов ведения Федерации и ее субъектов (ст. 71 - 73 Конституции). Указанная проблема непосредственно затрагивает и гражданское законодательство.

В современной юридической литературе система гражданского законодательства России не совсем оправданно рассматривается только в горизонтальной плоскости, как присущая федеральному уровню. Она включает в себя акты федерального законодательства - федеральные законы, указы Президента РФ, постановления Правительства РФ, нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти.

Однако, поскольку нормы гражданского права имеются в законодательстве субъектов Федерации и их количество постоянно увеличивается, имеются все основания рассматривать систему российского гражданского законодательства не только по горизонтали, но и по вертикали, с учетом федеративной формы государственного устройства Российской Федерации. В этом случае систему гражданского законодательства России можно будет назвать федеративной системой гражданского законодательства, состоящей из двух подсистем: федеральной и региональной [23].

Общественные отношения, которые требуют единообразного регулирования на территории всего государства, должны быть, безусловно, урегулированы на федеральном уровне. Исходя из содержания ст. 71 Конституции, Российская Федерация осуществляет регулирование общих положений по всем институтам гражданского права. То же закреплено и в Гражданском кодексе РФ. В ведении Федерации также, безусловно, должно оставаться принятие, во-первых, проименованных Гражданским кодексом законов, во-вторых, иных законов, которые развивают и детализируют установленные им общие положения. Субъекты РФ не могут устанавливать в своих актах гражданско-правовые нормы, которые по своему характеру относятся к правовым основам единого рынка. Это - исключительная прерогатива Федерации[1].

Региональные нормы гражданского права не должны препятствовать функционированию единого экономического пространства, свободному перемещению товаров, услуг и финансовых средств, свободе экономической деятельности, которые должна обеспечивать Федерация[4]. Необходимо учитывать, в какой степени допускаемое или предполагаемое отступление от принципа исключительно федерального уровня правотворчества в сфере гражданского права способно нарушить единство рыночного пространства России. При этом во внимание должны приниматься, в частности, связь объекта регулирования с определенным местом (недвижимость) или факт обращения объекта регулирования на общефедеральном рынке [1].

Следует отметить, что субъектам Федерации не может быть предоставлено право устанавливать в своих регионах различные экономические правопорядки, препятствующие образованию единого экономического пространства. Кроме того, единообразные позитивные правовые решения, часто встречающиеся в региональном законодательстве, должны быть сигналом федеральному законодателю о необходимости урегулирования соответствующих отношений, после чего субъекты Федерации должны привести свои нормы в соответствие с федеральным законодательством. Для субъектов Федерации должно быть исключено принятие гражданских кодексов. Но, с другой стороны, как показывает анализ регионального законодательства, многие нормы гражданского права на уровне субъектов Федерации никак не нарушают правовые основы единого рынка, а, наоборот, способствуют экономическому развитию субъектов Федерации и России в целом.

Региональная подсистема гражданского законодательства состоит из законов и иных нормативных правовых актов субъектов Федерации. Согласно ч. 4 ст. 76 Конституции РФ, вне пределов ведения Российской Федерации, совместного ведения РФ и ее субъектов, последние осуществляют собственное правовое регулирование, включая принятие законов и иных нормативных правовых актов. Причем такие акты обладают приоритетом по отношению к федеральному законодательству.

Современное законодательство субъектов Федерации в сфере их ведения содержит гражданско-правовые нормы, регулирующие определенные имущественные отношения. Например, Закон г. Москвы от 16 июня 1999 г. № 25 "О ремесленной деятельности в городе Москве" регулирует отношения, возникающие при осуществлении ремесленной деятельности в городе Москве как составной части малого предпринимательства, имеющей приоритетное право на получение поддержки со стороны органов власти города Москвы. Нормы гражданского права в данном Законе регулируют отношения по договору на обучение ремесленной деятельности, устанавливают содержание договора (ст. 10), порядок и средства индивидуализации ремесленной продукции и работ (ст. 12) и др [3].

В рамках совместного ведения Федерации и ее субъектов (ст. 72 Конституции РФ) неизбежность наличия норм гражданского права в законодательстве субъектов Федерации непосредственно вытекает из предусмотренных Конституцией предметов совместного ведения. В ч. 1 ст. 72 помимо отраслей законодательства, указанных в п. "к", упоминаются, в частности, такие предметы совместного ведения, как: "вопросы владения, пользования и распоряжения землей, недрами, водными и другими природными ресурсами" (п. "в"); природопользование, охрана окружающей среды, особо охраняемые природные территории, охрана памятников истории и культуры (п. "д");"общие вопросы воспитания, образования, науки, культуры, физической культуры и спорта" (п. "е"); "координация вопросов здравоохранения; защита семьи, материнства, отцовства и детства" (п. "ж").

Регулирование этих отношений практически во всех субъектах Федерации осуществляется с привлечением норм гражданского права, поскольку возникает необходимость урегулировать те или иные имущественные отношения. Особенно заметна специфика правового регулирования имущественных отношений на уровне субъектов Федерации в сфере природопользования, защиты исконной среды обитания и традиционного образа жизни малочисленных этнических общностей (п. "м" ч. 1 ст. 72). Так, в некоторых субъектах Федерации приняты законы об охоте, в то время как на федеральном уровне соответствующие отношения вообще не урегулированы. Например, Закон Ханты-Мансийского автономного округа от 3 мая 2000 г. № 21-ОЗ "Об охоте и охотничьем хозяйстве на территории Ханты-Мансийского автономного округа" содержит гражданско-правовые нормы, регулирующие отношения пользования охотничьими животными; содержание договора о предоставлении охотничьих угодий для ведения охотничьего хозяйства и др.

На федеральном уровне отсутствуют нормативные правовые акты, регулирующие отношения в области оленеводства, хотя проект Федерального закона "О северном оленеводстве" был принят Государственной Думой, одобрен Советом Федерации, но отклонен Президентом Российской Федерации письмом от 11 февраля 1999 г. № Пр-181.

В настоящий момент рано говорить о том, что система гражданского законодательства субъектов РФ сложилась в полной мере. Следует надеяться, что в обозримой перспективе законодательство субъектов РФ в этой сфере будет постоянно развиваться с учетом потребностей современного общественного развития.

Отнесение Конституцией РФ гражданского законодательства к ведению Федерации не означает, что субъект Федерации не может включить в свой нормативный акт (в сфере совместного ведения или в сфере ведения субъекта РФ) гражданско-правовую норму в тех случаях, когда существует объективная необходимость и те или иные общественные отношения не урегулированы или урегулированы недостаточно полным образом на федеральном уровне. Это позволяет обеспечить учет определенных региональных особенностей.

Далеко не все нормативные правовые акты, в которых содержатся нормы гражданского права, входят в отрасль гражданского законодательства. Нормы гражданского права могут содержаться также в иных отраслях законодательства и на уровне субъектов РФ, например в земельном, жилищном и других комплексных отраслях, отнесенных Конституцией к совместному ведению Федерации и ее субъектов. Такие нормы не перестают быть нормами своей отрасли права - гражданского права. Общественные отношения могут регулироваться субъектами РФ не только с помощью включения в правовые акты отдельных норм гражданского права, но и путем издания "гражданских" нормативных правовых актов, содержащих в основном именно гражданско-правовые нормы.

Специфика правового регулирования в тех или иных субъектах Федерации определяется не только национальными особенностями, могут иметь место географические, климатические и иные особенности. Кроме того, не все субъекты Федерации обладают одинаковым экономическим потенциалом и уровнем экономического развития: одни регионы богаты расположенными на их территориях недрами, в других особенно развит определенный вид деятельности и т.д.[15].

1.2 Соотношение гражданского законодательства и смежных отраслей законодательства

Этот вопрос имеет и иной аспект, помимо затронутого выше. Многие федеральные законы и кодексы затрагивают вопросы гражданского права.

Семейный кодекс РФ 1995 г. предусматривает как общие нормы (ст. 4 и 5), так и некоторые специальные правила (ст. 9) о применении к семейным отношениям гражданского законодательства.

В природоохранительных законах аналогичных норм нет, и обсуждаемая проблема решается менее ясно. Водный кодекс 1995 г. содержит разрозненные указания о применении к водным отношениям норм гражданского законодательства (ст. 5, 31, 45).[10] Аналогичной является позиция Лесного кодекса 1997 г. (ст. 5, 12, 21, 22, 31, 44)[11]. Закон "О недрах" в редакции 1995 г. вообще не содержит отсылок к гражданскому законодательству, хотя в нем используются понятия гражданского права (право собственности, сделка, возмещение вреда)[12]. Очевидно, что в природоохранительные законы, по примеру Семейного кодекса, должны быть включены достаточно полные правила о применении норм гражданского законодательства; желательно включение подобной нормы и в трудовое право[19].

Особо актуальной и сложной является рассматриваемая проблема применительно к актам финансового права. Это обусловлено наличием ряда федеральных законов о финансовой и банковской деятельности (Федеральный закон "О банках и банковской деятельности" 1996 г., Закон "О валютном регулировании" 1992 г., Федеральный закон "О рынке ценных бумаг" 1996 г., Федеральный закон "О переводном и простом векселе" (1997 г.) и большого массива инструкций и писем Центрального банка, регулирующих финансовые (денежные) правоотношения и затрагивающих денежные отношения, регламентируемые ГК.

Не всякое денежное правоотношение (отношение по поводу денег) является финансовым правоотношением. "Денежное" и "финансовое", с точки зрения системы права, т.е. в юридическом смысле, не синонимы. Далеко не все нормы, регулирующие денежные отношения, относятся к финансовому праву как отрасли законодательства. Значительная, если не большая их часть является непосредственно частью гражданского права, составляет прямые его институты, входящие в Гражданский кодекс. Одновременно согласно п. 3 ст. 3 ГК допускается применение к отношениям финансового права (денежным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой и не являющимся правоотношениями гражданского права) норм гражданского законодательства, если это предусмотрено законом[24].

Доктрина российского финансового права традиционно включает в предмет финансового права как особой отрасли права некоторые вопросы кредитования, расчетов и страхования <*>. Между тем названные институты состоят из норм, по своему существу гражданских, являются предметом детальной регламентации в ГК РФ, подчиняются его Общей части и общей части обязательственного права и в силу этого должны считаться отношениями гражданского (а не финансового) права, подпадающими под действие норм ГК.

Сферу финансового права следует ограничить отношениями публично - правового характера (налоги и иные обязательные платежи, формирование бюджетов, бюджетные процедуры, бюджетное финансирование, организация и регулирование государственных финансов, государственный финансовый контроль и некоторые другие). Финансовые законы не должны претендовать на регулирование денежных отношений рынка. Только при таком подходе может быть обеспечено ясное и практически оправданное разграничение сферы действия гражданского и финансового законодательства - норм частного и публичного права. Только так может быть обеспечено нормальное функционирование рыночного хозяйства и его государственное регулирование в условиях правового государства, а не бюрократического администрирования.

В тех случаях, когда в акты смежных с гражданским отраслей законодательства оказывается необходимым включить нормы гражданского права или нормы, в той или иной степени затрагивающие гражданские правоотношения, необходимо их строгое согласование с другими так или иначе связанными нормами гражданского права, которое составляет единую логическую систему, все части которой взаимозависимы. Если при этом возникает необходимость отступить от правил ГК (а это значит - внести в него соответствующие изменения), необходимо тщательно взвесить все возможные последствия этого[24].

Существенно важно разграничение гражданско - правового и трудового договоров. Если по заключенному им договору физическое лицо принимает на себя выполнение определенной работы или оказание услуг в условиях подчинения своей деятельности установленным работодателем - заказчиком режиму рабочего времени и трудовой дисциплины, системе охраны труда и т.п., такой договор должен быть признан трудовым, и к нему должен применяться весь корпус трудового законодательства. Такой договор не может быть квалифицирован как гражданско - правовой, даже если он так назван самими сторонами или в каком-либо нормативном акте. Нормы гражданского права могут быть применены к такому договору лишь в той мере, в какой трудовое право вообще допускает их применение к трудовым правоотношениям. Следовало бы включить в Трудовой кодекс общую норму о допустимости субсидиарного применения к трудовым правоотношениям норм гражданского права в тех случаях, когда в трудовом законодательстве соответствующей нормы нет, а применение нормы гражданского законодательства не противоречит существу (природе) трудового правоотношения.

Глава II. Перспективы развития и совершенствования гражданского законодательства

Гражданский кодекс России прошел проверку временем, обширной практикой применения (прежде всего, судами) и объективной оценкой. Интересы стабильности гражданско-правового регулирования и устойчивости экономических отношений и гражданского оборота в стране требуют поддержания основополагающей роли ГК в системе гражданского законодательства и бережного сохранения на будущее большинства его норм. Поэтому Концепция не предполагает ни новую кодификацию отечественного гражданского законодательства, ни даже подготовку новой редакции ГК.

Вместе с тем, с начала 90-х годов, когда стало создаваться действующее гражданское законодательство и когда была разработана и принята определяющая его принципиальное содержание часть первая ГК (1994 г.), в стране произошли важные экономические и социальные преобразования, не получившие должного отражения в этом законодательстве.

В 1992-1994 годах Россия еще только встала на путь создания частной собственности и рыночной экономики, и хотя из гражданского законодательства было устранено все, что воплощало планово-административную регламентацию имущественных отношений, такое их регулирование, которое в полной мере отвечало бы потребностям социального государства с развитой рыночной экономикой, тогда еще не могло быть создано. В особенности это сказалось на регулировании отношений, образующих основу гражданского оборота, составляющих как бы «матрицу» для его динамичного развития – на определении организационно-правовых форм и статуса юридических лиц, видов и содержания вещных прав на имущество. Практически вне ГК, по прежней «советской традиции» находится регулирование гражданско-правовых отношений по поводу имущества, составляющего основу гражданского оборота – земли и других природных ресурсов. Притом регулирование это оказалось весьма запоздалым и несовершенным: первый Земельный кодекс Российской Федерации был принят только в конце 2001 года и за прошедшие 7 лет почти 40 раз подвергался серьезным изменениям[24].

Многочисленные, в том числе серьезные экономические правонарушения на стадии становления рыночной экономики, часто совершающиеся под прикрытием норм гражданского права, выявили недостаточную для новых условий завершенность в законе ряда классических гражданско-правовых институтов, таких как недействительность сделок, создание, реорганизация и ликвидация юридических лиц, законные проценты, уступка требований и перевод долга, залог и др.

В условиях демократического правового государства свобода и многовариантность экономического поведения участников гражданского оборота с самого начала предопределили в новом гражданском законодательстве России многообразие опосредующих этот оборот правовых норм и используемых в нем правовых средств. Однако в последующие годы обширная практика применения этого законодательства судами показала, что многие общие положения ГК нуждаются в дополнениях и детализации, отсутствие которых не может быть восполнено судебным толкованием.

Кроме того, интенсивное развитие экономики вообще и финансового рынка в особенности требует адекватного этому развитию регулирования ценных бумаг и финансовых сделок. Научно-технический прогресс вообще и непрерывно нарастающие возможности использования информационно-телекоммуникационных сетей в частности, диктуют необходимость постоянного совершенствования законодательства о правах на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальных правах). Активные и результативные усилия, предпринятые в последние годы в рамках Европейского Союза по развитию коллизионного права, побуждают к сопоставимым изменениям отечественного международного частного права.

Для более полного учета характера нарушенных гражданских прав необходимо установить более дифференцированную градацию сроков исковой давности, увеличив указанные сроки для некоторых требований, например, требований о защите прав на земельные участки, требований о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, требований, связанных с семейными и наследственными отношениями.

На практике встречаются ситуации, когда субъект, обладающий требованием, по которому истек срок исковой давности – так называемым задавненным требованием, реализует его односторонне во внесудебном порядке (путем безакцептного списания денежных средств, удержания имущества должника и др.). Тем самым должник в натуральном обязательстве лишается возможности защитить свой интерес ссылкой на исковую давность. Действующее гражданское законодательство учитывает указанный интерес должника только в единичных случаях (например, запрещая в статье 411 ГК зачет по задавненному требованию).

Необходимо рассмотреть вопрос об установлении запрета внесудебной односторонней реализации задавненного требования в качестве общего правила.

В судебной практике вызывает сложности применение исковой давности к требованиям с неопределенным сроком исполнения. Редакция соответствующей нормы (пункт 2 статьи 200 ГК) допускает различные варианты ее истолкования, что влечет неопределенность правового регулирования.

Законодательно возможно выработать компромиссную модель регулирования, которая, с одной стороны, исключала бы судебную защиту требований, возникших значительно ранее их осуществления (десять и более лет тому назад), но, с другой стороны, не вводила бы неприемлемо краткий для оборота срок судебной защиты обязательств до востребования (три года с момента возникновения обязательства)[21].

На практике нередки случаи, когда истец, не имея данных о субъекте ответственности по виндикационным требованиям, требованиям о возмещении вреда, не может предъявить соответствующий иск. Разрешение указанной проблемы возможно различными способами.

Во-первых, возможно установить правило, согласно которому исковая давность по указанным требованиям начинает течь с момента, когда истец узнал или должен был узнать о субъекте ответственности, но истекает в любом случае по окончании максимального срока исковой давности с момента утраты владения, причинения вреда. При этом максимальный срок давности устанавливается законом и может составлять, например, десять лет.

Во-вторых, можно предусмотреть восстановление срока исковой давности для граждан и юридических лиц, если предъявлению иска препятствовало такое обстоятельство, как неизвестность или неопределенность личности ответчика, дополнив статью 205 ГК соответствующим положением.

Институты приостановления течения срока исковой давности и его перерыва не во всех случаях позволяют в полной мере обеспечить необходимую защиту кредитора, чьи права нарушены должником.

Ввиду того, что исковая давность не может течь после предъявления иска или осуществления юрисдикционной защиты права в иной предусмотренной законом форме (например, путем выдачи судебного приказа, установления требований в деле о банкротстве), следует уточнить статью 203 ГК, предусмотрев, что течение срока исковой давности после перерыва начинается заново лишь при ее перерыве совершением обязанным лицом действий, свидетельствующими о признании долга. Для этих же целей следует расширить сферу действия статьи 204 ГК, распространив установленные в ней подходы и на другие случаи, когда требование остается не рассмотренным по существу.

Развивающееся российское законодательство предусматривает широкое внедрение альтернативных методов разрешения спора (переговоры, посредничество, примирение и т.п.), которые в значительной степени восприняты из других правопорядков. Между тем в процессе указанных процедур течение исковой давности не приостанавливается. Такое положение дел увеличивает риски использования указанных процедур и не способствует их развитию.

Для целей развития альтернативных методов разрешения споров и защиты интересов их участников, законодательство должно предусматривать приостановление течения сроков исковой давности на срок альтернативного разрешения спора. При этом следует установить момент приостановления исковой давности с учетом определения начала процесса альтернативного разрешения спора и момент окончания приостановления течения срока исковой давности с учетом определения окончания указанного процесса с тем, чтобы исключить злоупотребления с использованием альтернативных методов разрешения спора для искусственного продления или сокращения срока исковой давности[21].

Приостановление течения исковой давности должно быть также предусмотрено для случаев обязательной досудебной административной процедуры.

Требует совершенствования регулирование исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 ГК). Подобная норма известна иностранным правопорядкам и имеет целью недопущение ситуации, при которой основное требование утрачивает принудительную защиту в судебном порядке, а дополнительное требование могло бы ее сохранить, поскольку чаще всего дополнительное требование отличается по срокам возникновения от возникновения основного требования.

Перечень дополнительных требований, предусмотренный в статье 207 ГК, необходимо дополнить указанием на требования о процентах как наиболее распространенный в обороте вид дополнительных требований.