Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Субъекты римского права

Понятие лица и правоспособности

Физическое лицо (в узком смысле) всякий индивид, которому право разрешает осуществление предоставленных ему публичных и частноправовых интересов, как равно неуклонное исполнение возложенных на него публичных и частноправовых обязательств.

Физическое лицо (в широком смысле) всякий кому закон гарантирует право на жизнь, телесную неприкосновенность, честь достоинство.

В римском частном праве лицом считался всякий правоспособный, всякий кому закон разрешал обладать собственностью, вступать в договорные отношения с другими лицами, с тем, чтобы приобретать права и за то обязываться к известным действиям. Таким образом, слагается понятие субъекта права.

Субъекты права выступают в правовом общении как абстрактные лица (persona). Совокупность правовых качеств выражаемых включенность субъекта в ту или иную сферу социальной жизни, регулируемых нормами права, определяющих статус лица (status). Чем выше статус, тем полнее правоспособность - возможность быть субъектом прав и обязанностей. Право лиц включает в себя критерии классификации лиц, устанавливающих соответствие между статусом и правоспособностью, а также определяющих действительную способность лица совершать юридические акты - дееспособность.

Эти вопросы имеют фундаментальное значение для существования и функционирования правовых систем. Право лиц принадлежит в исключительной сфере ius civile (это единственная ситуация когда претор вмешивается в право лиц, отпущенных на волю без соблюдения надлежащей формы, до принятия lex Iunia Norbana - была крайне не продолжительна по времени). Это ограничение указывает на гражданскую общину квиритов, как на точку отсчёта при определении статуса лица. Если по естественному праву (ius naturale) все люди формально равны, то в плане исторически определённых правовых систем (ius gentium) наблюдения ограничения: по отношению к рабам и чужеземцам права отдельной гражданской общины (ius civile) выступают привилегией. С этой точки зрения полноправными являются только члены civitas - civis.

Мы не знаем достоверно, когда и как возникло у римлян это учение о правоспособности. Вероятно, римляне стали сознательно различать ее составные части тогда, когда, вступая в союзы с соседними народами, они стали предоставлять союзникам некоторые из прав, которыми пользовались римские граждане (большей частью гражданскую правоспособность, т.е. ius conubii и commercii), или когда римские граждане стали в наказание лишаться каких-либо прав (большею частью, политических).

Полнота качества субъекта гражданского права заключалась в наличности у лица двух категорий: правоспособности и дееспособности. Социальная неоднородность римского общества нашла отражение в институте правоспособности.

Правоспособность – это способность иметь права, быть субъектом права, а, следовательно, получать законную защиту со стороны всех институтов государства. Для того чтобы выступать полноправным субъектом в сфере частного права с подразумеваемой правоспособностью (caput), человек должен был отвечать двойной совокупности условий. Во-первых, он должен быть человеком с позиций естественного права (иметь разумную душу и человеческое тело с отчетливыми признаками пола). Во-вторых, он должен представлять лицо (persona) с позиций гражданского права.

Полная правоспособность в области частноправовых отношений, в свою очередь складывалось из двух элементов:

Ius conubi, т. е. право вступления в законный римский брак, при котором дети получали право на римское гражданство, а отцу принадлежала власть над детьми.

Ius comercii, т. е. означало право совершать имущественные сделки и обладать имущественными правами, признававшимися в тогдашнем римском праве, например, право приобретать квиритскую собственность, (заключать обязательственные договоры и употреблять для этого формы, признанные римским правом, например, mancipatio, in jure, nexurn, stipulatio и т.д.). Jus commercii влечет за собой неизбежно и другое право - actio, т.е. право обращаться в римский суд для защиты своих субъективных прав. Обыкновенно (хотя и не всегда) с jus commercii соединяется и testamentifactio, т. е. способность делать в форме завещания (testamentum) распоряжения на случай смерти.

Некоторые ученые еще включали такие элементы как:

Jus suffragii, т.е. активную политическую правоспособность, т. е. право голоса в народном собрании. Jus honorum, т. е. пассивную политическую правоспособность, т. е. право выступать кандидатом на магистратские должности.

Правоспособность возникает:

1. Естественным путём (по рождению).

2. Искусственным путём. («Лицо, удовлетворяющее трём условиям оно старше тридцати лет, было собственностью господина по квиритскому праву и получило свободу вследствие законного отпущения на волю… »).

Но и зачатый ребёнок ещё не родившийся, признавался для особых случаев (когда становился наследником отцовского или материнского имущества).

Такая регламентация и объём римской правоспособности была непостоянной в истории римского права. Вместе с развитием римского общества и государства стирались правовые различия отдельных групп населения (например, патриции, плебеи). В 212г. император Каракалла даровал права римских граждан всему свободному населению империи, и таким образом было достигнуто формальное равенство всех свободных людей, в том числе и в области частного права.

Правоспособность прекращалась со смертью лица, либо с максимальной утратой. Правоспособность определялась трояким состоянием:

Состояние свободы - Status Libertatis - для противопоставления свободных и рабов.

Состояние гражданства - Status Civitas - для противопоставления римлян неримлянам.

Семейное положение - Status Familiae - для противопоставления самостоятельных глав семейства подвластным членам.

Лицо могло по тем или иным причинам утратить один из статусов и тогда его правоспособность либо утрачивалась совсем (рабство), либо ограничивалась (при усыновлении).

Отсутствие однозначного обладания каким-либо из трех важнейших статусов гражданского права могло дать основу для юридического спора. Состояние свободы (или несвободы), положение в римской семье (самовластное или подвластное) могли быть установлены с помощью судебного процесса по частным искам; были выработаны специальные иски - средства защиты или оспаривания статуса. Не мог устанавливаться судом только статус гражданства - принадлежность к римскому гражданству определялась публично-правовыми средствами и публично-правовым порядком гарантировалась.

В соответствии с этим «главное разделение в праве лиц, состоит в том, что все люди - или свободные, или рабы… из свободных людей одни - свободные, другие – вольноотпущенники».

Правовое положение отдельных категорий физических лиц

1.Правовое положение римских граждан

Римское гражданство приобреталось прежде всего путем рождения (в законном браке) от римских граждан, затем - путем отпущения на свободу из рабства, а также посредством дарования римского гражданства иностранцу.

Прекращалось римское гражданство или смертью, или в результате capitis deminutio maxima. Эта последняя (после различных исторических изменений) в эпоху Юстиниана наступала в случае присуждения к наиболее тяжелым уголовным наказаниям, в случаях захвата римского гражданина во власть врагов или, по крайней мере, недружественного народа (впрочем, в случае последующего возвращения на римскую территорию такое лицо восстанавливалось во всех правах; это называлось ius postliminii).

Правоспособность римского гражданства в области частного права слагалась из двух основных элементов: ius conubii, т. е. права вступать в законный брак, при котором дети получали права римского гражданства, а отцу принадлежала власть над детьми, и ius commercii - по определению Ульпиана - emendi vendendique invicem ius, т. е. право торговать, совершать сделки, а следовательно, приобретать и отчуждать имущество.

Существенное значение имело деление римских граждан на свободнорожденных и вольноотпущенников (libertini); последние не только находились в зависимости от своих патронов (т. е. отпустивших их на свободу), но нередко и эксплуатировались ими.

В III в н.э. формально было провозглашено равенство в правоспособности. В действительности полного уравнения не произошло. В частности, неравенство вызывалось образованием в период империи сословий, которое сопровождалось прикреплением к профессиям. Различались следующие сословия: сенаторы, всадники, военное сословие, городские декурионы или куриалы, торговцы, ремесленники, крестьяне.

Сословные и иные социальные различия особенно сильно давали о себе знать в области налогового обложения и вообще в публичном праве; но они сказывались и в области частного права, например не допускался брак между сенатором и вольноотпущенницей.

В современном праве различают правоспособность и дееспособность (т. е. способность совершать действия с соответствующими юридическими последствиями). Римское право не знало соответствующих категорий, однако в Риме не за каждым лицом признавалась способность совершать действия с юридическими последствиями.

Дееспособность человека всегда и везде прежде всего зависит от возраста, так как понимание смысла совершаемых действий и способность владеть собой и трезво принимать то или иное решение приходит лишь с годами. В Римском праве различались: infantes (до 7 лет) - вполне недееспособные; impuberes (мальчики от 7 до 14 лет, девочки от 7 до 12 лет).

Impuberes признавались способными самостоятельно совершать такие сделки, которые ведут к одному лишь приобретению для несовершеноолетнего (без каких-либо потерь или установления обязанностей). Для совершения действий, которые могут привести к прекращению права несовершеннолетнего или к установлению его обязанности, требовалось разрешение опекуна (auctorias tutoris), которое должно было даваться непременно при самом совершении сделки (не раньше и не позже). Опекуном был обычно ближайший родственник по указанию отца несовершеннолетнего, сделанному в его завещании, или по назначению магистра. Опекун обязан был заботиться о личности и имуществе несовершеннолетнего. Отчуждать имущество несовершеннолетнего опекун не имел права, за исключением случаев, когда это было безусловно необходимо. Если несовершеннолетний совершал сделку без разрешения опекуна, она юридически обязывала его только в пределах полученного обогащения.

Следующую ступень возраста составлял период с 14 (для женщин с 12) до 25 лет. В этом возрасте лицо было дееспособно. Но по просьбе таких лиц претор (в последние годы республики) стал давать им возможность отказаться от заключенной сделки и восстановить то имущественное положение, какое было до совершения сделки (так называемая реституция - restitutio in integrum). Co II в. н.э. за лицами, не достигшими 25 лет, стали признавать право испросить себе куратора (попечителя).

На дееспособность физического лица влияли также всякого рода душевные болезни. Душевнобольные и слабоумные признавались недееспособными и находились под попечительством. Телесные недостатки влияли только в соответствующей сфере деятельности; например, так как договор стипуляции совершался в форме устного вопроса и ответа, то его не могли совершать ни немые, ни глухие и т. п.

Ограничивались в дееспособности также расточители, т. е. лица слабовольные, не способные соблюдать необходимую меру в расходовании имущества и потому так расточающие его, что создавалась угроза полного разорения. Расточителю назначали попечителя, после чего расточитель мог самостоятельно совершать только такие сделки, которые направлены лишь на приобретение; кроме того, расточитель признавался ответственным за деликты (правонарушения). Сделки, связанные с уменьшением имущества или установлением обязательства, расточитель мог совершить только с согласия попечителя. Составлять завещание расточитель не мог.

В течение ряда веков существовали серьезные ограничения правоспособности и дееспособности для женщин. В республиканском римском праве женщины находились под вечной опекой домовладыки, мужа, ближайшего родственника. В конце классического периода было признано, что взрослая женщина, не состоящая под властью ни отца, ни мужа, самостоятельна в управлении и распоряжении своим имуществом, но не вправе принимать на себя в той или иной форме ответственность по чужим долгам. В праве Юстиниановской эпохи ограничения правоспособности и дееспособности женщины были ослаблены, но равноправия полов все-таки не было и тогда.

В качестве обстоятельства, отражавшегося на правовом положении римского гражданина, следует упомянуть еще умаление чести. Одной из самых серьезных форм умаления чести была infamia, бесчестье. Infamia наступала:

а) как следствие осуждения за уголовное преступление или за особо порочащее частное правонарушение, в результате присуждения по искам из таких отношений, где предполагается особая честность (например, из договора поручения, товарищества, хранения), из отношений по поводу опеки и т. п.;

б) непосредственно в силу нарушения некоторых правовых норм, касающихся брака (считалась infamis вдова, вступившая в новый брак до истечения года после смерти первого мужа), или ввиду занятий позорной профессией (например, сводничеством и т. п. ).

В классическом праве ограничения, связанные с infamia, были довольно значительны. Personae infames не могли представлять других в процессе, а также назначить процессуального представителя себе; таким лицам не разрешалось вступать в законный брак с лицом свободнорожденным, они были ограничены в области наследственного права.

От personae infames отличались personae turpes - это лица, которые признавались общественным мнением бесчестными по общему характеру своего поведения. Наиболее существенным ограничением personae turpes было ограничение в области наследования.

Имела немаловажное значение и такая форма бесчестья, как intesta-bilitas. Еще в законах XII таблиц было постановление, что лицо, участвовавшее в сделке в качестве свидетеля и отказавшееся потом дать на суде показания по поводу этой сделки, признается intestabilis, т. е. неспособным так или иначе участвовать (ни в качестве стороны, ни в качестве свидетеля) в совершении сделок, требующих участия свидетелей (например, не способно составить завещание).

2.Правовое положение латинов и перегринов

Гражданская эксклюзивность ius civile, которая была доступна исключительно римским гражданам, предопределяла особый гражданско-правовой статус неграждан (hostes, peregrini), допустимлсть правильных сделок с которыми – commercium – специально устанавливалась законом. Постепенно вырабатывается общая дифференциация иностранцев по категориям в соответствии с их статусом. На смену «hostis», ситуативно обозначающего то друга, то воюющего врага, приходит терминологическая определенность в различии степени близости прав иностранцев к правам римских граждан.

Наибольшей близостью к римским гражданам отличались latini prisci (древние латины) – граждане городов в Лации, которые входили в латинскую лигу во главе с Римом и после ее распада в 338г. до н.э. удержали те права, которыми их общины пользовались еще с 493г. до н.э. Эти латины располагали правом заключать сделки с римлянами (ius commercii), селиться в Риме (ius migrandi), а так же вступать в законный брак с римлянами (ius conubii).

В эпоху Республики римляне создавали на завоеванных землях колонии, наделяя колонистов статусом латинских граждан – colonii civium Latinorum. После 338г. до н.э. граждане этих колоний стали рассматриваться как особая категория – Latini colonarii. Располагая ius commercii и ius migrandi, они обычно были лишены ius conubii (если оно им не было специально предоставлено – Gai., 1,56-57). В эту эпоху латины, достигшие высших должностей в своих общинах, получали римское гражданство (Gai., 1,96) и могли продолжить политическую карьеру в Риме: так называемое ius honorum. Если добавить к этому ius suffragii – право голосовать в народном собрании в Риме (в случае присутствия), которым располагали граждане латинских городов и колоний, - станет понятно, насколько несущественным было различие между римским и латинским гражданством, почему одно беспрепятственно переходило в другое.

Предоставление прав римского гражданства в результате Союзнической войны 91-89гг. до н.э. всем латинам, а затем всем италикам повлекло распространение латинского гражданства за пределы Апеннинского полуострова.

Заметной спецификой отличалось положение Latini luniani – вольноотпущенников, получивших статус свободных по lex lunia Norbana. Эту категорию составляли лица, не принадлежавшие к какой-либо латинской общине, - их латинский статус, таким образом, просто выражал дефектность их положения в системе гражданских связей (Gai., 3,56). Latini luniani не располагали ius conubii и не имели ни активной, ни пассивной testamenti factio (права завещать или получать по завещанию) в отношении римских граждан. В остальном они были вполне правоспособными.

Основное население провинций (и Италии до Союзнической войны) не имело прав римского или латинского гражданства. Гражданские общины провинций были связаны с Римом договорами, которые определяли степень их автономии. При этом различались формально независимые общины – peregrini nullius civitatis (чужестранцы, не принадлежащие к гражданским общинам) – было подчинено власти римского наместника, чей imperium не встречал здесь формальных ограничений. На практике, однако, продолжали применяться нормы местного права - iura peregrinorum. Любой перегрин мог прибегнуть к суду римского провинциального магистрата, и его дело рассматривалось по нормам ius gentium или ius honorarium, принятым в данной провинции.

Положение кардинально меняется с изданием эдикта Каракаллы (constitutio Antoniniana) 212г., предоставившего римское гражданство всему населению Империи.

3.Правовое положение рабов

Оставаясь на всех стадиях своего развития правом рабовладельческого общества, римское право признавало правоспособными только свободных людей. Рабы были не субъектами, а объектами прав. Их правовое положение, в принципе, не отличалось от положения вещей - servi res sunt . В то же время рабы всегда занимали особое положение в ряду объектов прав: неуклонное проведение принципа «рабы суть вещи» оказывалось иногда, особенно с развитием гражданского оборота, не согласным с интересами рабовладельцев, нередко стремившихся использовать не только физические силы, но и умственную энергию и личную предприимчивость рабов. Поэтому допускались некоторые отступления от этого принципа. В период республики за некоторыми сделками рабов стали признаваться юридические последствия в связи с практиковавшимся выделением рабу господином имущества в непосредственное управление (так называемый пекулий). Идеологическим обоснованием отступлений от общего принципа «рабы суть вещи» служило учение юристов периода империи о том, что рабство, институт iuris gentium, т. е. известный всем народам древнего мира, чуждо, однако, началам естественного права. Но чуждый естественному праву институт рабства находил себе в глазах римских юристов законное обоснование в войне, если законно убийство военного противника, то тем более законно овладение им, установление права собственности на его личность. Так, война, которая в течение долгого времени являлась способом приобретения рабов, служила для римских юристов и этико-юридическим оправданием рабства.

4.1. Личное положение рабов.

Рабы, по выражению Paraphrasis Теофила, «безличны» - roswpoi. Право господина на раба является обыкновенным правом собственности - dominium или proprietas. При этом качество раба, как вещи, не есть лишь результат того, что некто имеет на него право; оно есть как бы его естественное, прирожденное свойство. Раб остается, поэтому, рабом даже тогда, когда он почему-либо в данный момент не имеет господина, например, господин бросает раба, отказывается от него (servus derelictus). Раб будет в таком случае servus nullius и, как всякая бесхозяйная вещь, будет подлежать свободной occupatio всех желающих. Ясно, что раб, в принципе, есть подлинный объект, а не субъект - даже не «пассивный субъект послушания». Тем не менее, римские юристы говорят нередко и о persona servi. Признавая право господина на раба обыкновенной собственностью, они в то же время иногда называют это право potestas, в каковом выражении заключается уже признание некоторого личного элемента в отношениях между господином и рабом. Практически признание человеческой личности раба сказывалось в следующих положениях.

Уже, вероятно, издревле установилось правило, что, хотя раб есть вещь, наравне с cetera animalia, но место погребения раба есть locus religiosus, в такой же мере, как и могила свободного человека. Признаются далее и кровные родственные связи рабов - cognationes serviles: в близких степенях родства они составляют препятствие к браку. В классическом праве вырабатывается даже запрещение при передаче рабов в другие руки разделять друг от друга близких родственников: жену от мужа, детей от родителей.

В древности право господина над личностью раба не было юридически ничем ограничено: господин мог наказывать раба, как хотел, - мог даже убить его (jus vitae ac necis). В императорское время, однако, появляется ряд ограничений в этом отношении. В частности, lex Petronia воспретил отдавать рабов ad bestias depugnandas (т. е. в гладиаторские труппы); эдикт императора Клавдия объявил, что старый и больной раб, брошенный господином на произвол судьбы, делается свободным. Решительнее были две конституции императора Антонина Пия: одна из них подвергала господина за незаконное (sine causa) убийство своего раба такому же уголовному наказанию, как и за убийство чужого; а другая предписывала властям в тех случаях, когда жестокое обращение заставило раба искать убежища в храме или у статуи императора, расследовать дело и принудить господина продать раба в другие руки. Насколько все эти предписания практически достигали своей цели - это другой вопрос, но юридически власть господина над личностью раба уже не безгранична.

4.2. Имущественное положение рабов.

Раб, как вещь, не может иметь какого-либо своего имущества, не может иметь каких-либо своих прав. Из того же принципа логически вытекало бы, что воля и действия раба не могут иметь никакого значения в юридической жизни. Однако последовательное проведение этого принципа было бы сплошь и рядом не в интересах самих господ. Раба можно эксплуатировать в качестве делового агента, но для осуществления этого необходимо признание, по крайней мере, в известных пределах, юридической силы за действиями рабов. И право, действительно, не взирая на логическое противоречие, дает такое признание.

Уже издревле рабу приписывается способность приобретать - конечно, в пользу своего господина. Он ipso jure приобретает своему господину не только все то, что он добывает своим личным трудом, но и то, что он получает при посредстве юридических сделок (покупки, дарения и т. д.). За ним признается, таким образом, способность совершать юридические акты, т. е. юридическая дееспособность. Он рассматривается при этом, как некоторый приобретательный орган господина, как instrumentum vocale, и вследствие этого необходимую для сделок правоспособность заимствует от господина - ех реrsona domini. Хотя все приобретения раба принадлежат господину, однако, обязательства рабов на господина не падают: он за них не отвечает, ибо признание такой ответственности противоречило бы интересам господ.

Что же касается обязательств из договоров, заключенных рабом, то по старому цивильному праву они никого не обязывают: ни господин за раба не отвечает, ни против раба нельзя предъявлять исков. С течением времени, однако, и здесь стали усматривать некоторое обязательство раба, хотя обязательство не исковое, а лишь так называемое obligatio naturalis: иск против раба предъявлять нельзя, даже в том случае, если он станет впоследствии свободным. Развитие экономической жизни и усложнение приемов промышленной и торговой деятельности открывало для господ новые способы выгодной эксплуатации рабов, но эти способы могли вести к цели лишь под условием признания известной ответственности господина за юридические действия рабов. Это признание и дает преторский эдикт, допуская в известных случаях иски против господ. Все эти иски носят общее название actiones adjecticiae qualitatis на том основании, что здесь к указанной выше натуральной обязанности самаго раба (obligatio naturalis) прибавляется adjicitur - исковая ответственность его господина. Договоры, заключенные рабом в ходе исполнении хозяйственных заданий господина, стали признаваться основанием преторских исков к господину. Такими исками были:

Actio institoria, если договор был совершен рабом, управлявшим предприятием господина (institor - приказчик).

Actio exercitoria, если договор был совершен рабом-капитаном принадлежащего господину корабля (exercitoria - хозяин корабля, раб-капитан корабля назывался magister navis).

Actio quod iussu (во исполнение приказа), если совершению договора рабом предшествует обращение господина к контрагенту раба, например, господин просит дать взаймы рабу, если тот обратится за займом.

Actio de in rem verso, если на основании договора, совершенного рабом, какая-нибудь ценность поступила в имущество господина (in rem domini versum est).

По трем первым искам господин отвечал полностью, по последнему - в пределах сумм, поступивших в его имущество на основании договора, заключенного рабом. Нередко, однако, сфера хозяйственной самостоятельности раба оказывалась значительно шире. Господин выделял рабу определенные имущественные ценности: земельный участок, скот, даже других рабов (servi vicarii) и предоставлял рабу вести самостоятельную хозяйственную деятельность, лишь внося господину определенную часть доходов. Юридически такое обособленное господином имущество, peculium, принадлежало господину, но фактически раб свободно располагал входившими в состав peculium имущественными ценностями. В то же время, с развитием экстраординарного процесса, раб постепенно приобрел право обращаться к магистрату для рассмотрения последним extra ordinem личных и имущественных претензий раба к другим лицам. В частности, раб мог обратиться к рrаеfectus urbi и потребовать принудительного осуществления своей обязанности лицом, которое, получив от раба определенную сумму денег, обязалось выкупить раба и затем освободить из рабства. Таким образом, институт пекулия послужил к облегчению положения наиболее предприимчивых и энергичных рабов, умевших извлекать доходы из имущества пекулия. Несколько лучше положения других рабов было положение рабов государственных. В частности, за ними прямо признавалось право распоряжаться по завещанию половиной предоставленного им пекулия.