Сущность тоталитарного режима
Содержание:
Введение.
Любое
государство, помимо его сущности и
социального назначения, характеризуется
также некоторыми внешними признаками.
Совокупность его внешних характеристик,
определяющих порядок формирования и
осуществления государственной власти,
административно-
Политический режим представляет собой совокупность методов и приемов осуществления государственной власти, характеризующую политическую обстановку в стране, т.е. степень политической свободы в обществе и правовое положение личности. Политический режим во много предопределяет не только особенности организации и деятельность государственной власти, но также ее соотношение со всеми существующими негосударственными общественно-политическими организациями, степень участия населения в управлении делами общества и государства. Иными словами, государственный (политический) режим во мног7ом предопределяет особенности функционирования политической системы общества в целом. Государственный режим характеризуется правовыми или неправовыми способами (методами) осуществления власти. В зависимости от методов осуществления государственной власти политический режим может быть демократическим или антидемократическим. Более конкретно остановимся на втором. Антидемократический режим (к нему относятся авторитарный и тоталитарный) характеризуется устранением политических прав и свобод, отстранением народа от государственной власти, не узурпацией отдельным лицом или группой лиц, подавлением всякого инакомыслия, упразднением представительных органов власти или их превращением в послушные орудия выражения воли фактических руководителей.
1. Сущность тоталитарного режима.
При тоталитарном режиме (от лат. Еще totalis – «весь, полный») государство осуществляет тотальный, т.е. полный, всеобщий контроль над всеми сферами жизни общества. Этот режим определяется тотальным объемом государственного регулирования. В экономике преобладает государственная собственность, жесткое государственное регулирование экономических отношений командными, приказными методами. В политической сфере - существует одна правящая политичес4кая партия, происходят сращивание партийного и государственного аппарата, чрезмерная централизация государственного аппарата и его бюрократизация. Государственное управление характеризуется крайним централизмом и практически осуществляется правящей политической элитой, политическим лидером или вождем народа. Вместо законов действуют партийные инструкции и распоряжения. При тотальном политическом режиме действует принцип: запрещено все, кроме того, что приказано.
В тоталитарном государстве вся деятельность граждан, частных лиц полностью контролируется государственной властью, не признаются сфера частного интереса и свобода личности. Государство заявляет, что есть только государственный интерес. «Тоталитаризм, - отмечает И. А. Ильин, - состоит в исключении всей и всякой самодеятельности граждан: их личной свободы, их корпоративной организации, их местного и профессионального самоуправления, их усмотрения в делах личных и семейных, их хозяйственной инициативы и их культурной самодеятельности»1.
Сущность
тоталитаризма состоит во всеохватывающем
управлении всеми сферами общественной
жизни. Создается организация
2. Возникновение понятия "тоталитаризм"
Термин «тоталитаризм» происходит от позднелатинского слова «totalitas», означающего «цельность», «полнота». Он возник и получил распространение в 20-30-е годы и использовался для обозначения политических систем в фашистской Италии, нацистской Германии и большевистском СССР. Одним из первых этот термин использовал итальянский автор левой ориентации Дж. Амендола, который в своей речи 20 марта 1924 г. заявил, что фашизм, как и коммунизм, представляет собой «тоталитарную реакцию на либерализм и демократию». А в либеральном журнале «Ринашита либерале» от 5 января 1925 г. выборы, состоявшиеся в Италии в апреле 1924 г., были охарактеризованы как «totalitare e liberticide» (тоталитарные и губительные для свободы). Чуть позже в том же году официальный фашистский теоретик Дж. Джентиле говорил о фашизме как о «тотальной концепции жизни». Часто использовал этот термин В.Муссолини, который называл свой режим не иначе как «lo stato totalitario» (тоталитарное государство). Что касается А.Гитлера и его приспешников, то они, во всяком случае первоначально, при характеристике своего режима предпочитали использовать термин « авторитарный ».
Впервые этот термин был применен в отношении к СССР, по-видимому, в ноябре 1929 г. английской газетой «Таймс», которая в одной из своих передовых статей писала о «реакции против парламентаризма в пользу "тоталитарного" или унитарного государства как фашистского, так и коммунистического». Нападение же гитлеровской Германии на СССР и вступление последнего во Вторую мировую войну заставили западных авторов несколько смягчить свои оценки советского режима и направить острие своей критики главным образом против фашизма и нацизма. Во время войны «тоталитаризм» служил для них в качестве обобщающего понятия для характеристики фашистского и национал-социалистического режимов и их разграничения от советского социализма. После войны, особенно с началом холодной войны на Западе коммунизм снова стали рассматривать как разновидность тотальной идеологии, а советское государство — как тоталитарный режим.
Ныне
в серьезной научной литературе
большинство авторов
Такие различия прослеживаются как между большевизмом и фашизмом, так и внутри последнего. Так, фашистский режим в Италии руководствовался теорией верховенства государства, а национал-социалистический — теорией верховенства нации или нации-государства. Итальянский режим отличался стремлением сохранить традиционные структуры, показателем чего служат, например, так называемые Латеранские соглашения (1929), заключенные между Б.Муссолини и Ватиканом и регулировавшие отношения между католической церковью и фашистским режимом. Для режима Муссолини были характерны меньшая концентрация и абсолютизация власти. Наряду с фашистской партией значительным влиянием в стране продолжали пользоваться военные, аристократия, церковь, государственная бюрократия. Продолжал функционировать, правда, чисто формально сенат. Парадокс состоит в том, что Италия оставалась монархией. Муссолини время от времени направлял отчеты королю Виктору Эмануилу III. Итальянский фашизм отличался также меньшей, чем в Германии, интенсивностью террора и репрессий.
Учитывая эти факторы, можно утверждать, что сущностные характеристики правой разновидности тоталитаризма в наиболее завершенной форме воплотились в германском национал-социализме.
Многие авторы уже в 20-ЗО-е годы отмечали определенные черты сходства в методах политической борьбы, захвата и peaлизации власти фашистов и большевиков. При всей сложности и спорности этой проблемы приходится констатировать, что фашизм и большевизм имеют точки как соприкосновения концептуального и типологического характера, так и расхождения.
При традиционной типологизации фашизм и марксизм-ленинизм располагаются по двум крайним полюсам идейно-политического спектра. Не случайно они вели между собой борьбу не на жизнь, а на смерть. В этом контексте бросается в глаза изначальная несовместимость их идеологий. И здесь достаточно упомянуть такие дихотомические пары, как интернационализм-национализм, теория классовой борьбы — национально-расовая идея, материализм-идеализм, с помощью которых определяется противостояние марксизма-ленинизма и фашизма. Если в марксизме-ленинизме в качестве главного теоретического и аналитического инструмента трактовки мировой истории брался класс, то в фашизме в качестве такового служила нация. Первый отдавал моральный и теоретический приоритет концепции класса, а второй — концепции нации и даже расы. В результате место марксистских понятий «прибавочная стоимость» и «классовая борьба» в национал-социализме заняли понятия «кровь» и «раса». Если марксизм-ленинизм придерживался материалистической (а зачастую экономико-детерминистской) интерпретации истории, то для фашизма с этой точки зрения характерны антиматериализм, иррационализм, мистицизм и убеждение в том, что духовные начала, честь, слава и престиж составляют могущественные цели и мотивы человеческого поведения.
2.1. Фашизм и коммунизм как формы тоталитаризма
Большинство политологов сходится во мнении о единстве происхождения фашизма и коммунизма. Даже такие противопоставления как теория классовой борьбы и национально-расовая идея, интернационализм и национализм выполняли одинаковые функции.
В
марксизме национализм
Что касается фашизма, то в нём произошло органическое слияние социализма и национализма. Расизм и национализм в фашизме сыграли роль, аналогичную той, которую сыграли теория классовой борьбы и идея интернационализма в коммунизме. Фашизм отождествлял общество с нацией, а нацию - с государством. Государство рассматривалось как юридическое воплощение нации и стояло неизмеримо выше и отдельно взятых индивидов и организаций, из которых национальная община состоит.
Таким образом, и интернационализм и национализм были поставлены на службу идентичным целям: обоснования и идеологического обслуживания тоталитарных режимов фашистского и коммунистического толка.
3. Основные признаки тоталитаризма
З. Бжезинский на основе изучения мировых тоталитарных режимов выделил в качестве основных признаков тоталитаризма:
- наличие единственной массовой партии во главе с лидером-диктатором;
- официально господствующую в обществе идеологию;
- монополию на средства массовой информации, на вооружённые силы;
- систему террористического полицейского контроля;
- централизованную систему контроля и управления экономикой.
Тоталитаризм - это явление всеобщее, затрагивающее все сферы жизни.
В
экономике он означает огосударствление
экономической жизни, экономическую
несвободу личности. Личность не имеет
собственных интересов в
Ф. Хайек в своей книге "Дорога к рабству", написанной в 1944 году, особый акцент делает именно на этом аспекте тоталитаризма. Он приходит к выводу о том, что свобода политическая - ничто без свободы экономической. Контроль над важнейшими ресурсами общества, как материальными, так и нематериальными, будет находиться у тех, в чьих руках сосредоточен контроль над экономической властью. Идея централизованного планирования заключается в том, что не человек, но общество решает экономические проблемы, и, следовательно, общество (точнее отдельные его представители) судит об относительной ценности тех или иных целей. Там, где единственный работодатель - государство или подконтрольные режиму частные предприятия не может быть и речи о свободном политическом, интеллектуальном или каком-либо ином волеизъявлении людей. Ф. Хайек видел опасность возникновения тоталитаризма в возрастающем государственном регулировании экономики Великобритании.
В политической сфере вся власть принадлежит особой группе людей, которую народ не может контролировать. Большевики, например, поставившие перед собой цель свержения существующей системы, с самого начала были вынуждены действовать как конспиративная партия. Эта конспиративность, интеллектуальная, идеологическая и политическая закрытость остались её существенной характеристикой и после завоевания власти. Общество и государство при тоталитаризме оказываются поглощёнными одной господствующей партией, происходит слияние высших органов этой партии и высших органов государственной власти. Фактически происходит превращение партии в решающий стержневой элемент государственной структуры. Обязательным элементом такой структуры является запрет на оппозиционные партии и движения.
Характерной чертой всех тоталитарных режимов является также то, что власть не опирается на законы и конституцию. В сталинской конституции были гарантированы почти все права человека, которые на деле практически не выполнялись. Не случайно первые выступления диссидентов в СССР проходили под лозунгами за соблюдение конституции.
Симптоматичны также и насильственные методы избрания тех или иных лиц в органы государственной власти. Достаточно вспомнить такой курьёзный факт: объявление по телевидению о результатах голосования утверждалось в президиуме ЦК КПСС за два дня до выборов.
В духовной сфере господствует одна идеология и мировоззрение. Как правило - это утопические теории, реализующие извечную мечту людей о более совершенном и счастливом общественном порядке, в основе которых лежит идея достижения фундаментальной гармонии между людьми. Тоталитарный режим использует мифологизированную версию одной такой идеологии в качестве единственно возможного мировоззрения, которое превращается в некое подобие государственной религии. Эта монополия на идеологию пронизывает всю иерархию властных отношений сверху донизу - от главы государства и партии до самых низших звеньев власти и ячеек общества. В СССР такой идеологией стал марксизм, в Северной Корее - идеи "пучхе" и т.д. В тоталитарном режиме все без исключения ресурсы (и материальные, и человеческие, и интеллектуальные) направлены на достижение одной универсальной цели: тысячелетнего рейха, коммунистического царства всеобщего счастья и т.д.
Эта превращённая в религию идеология породила ещё один феномен тоталитаризма: культ личности. Как и всякие религии эти идеологии имеют свои священные писания, своих пророков и бого-человеков (в лице вождей, фюреров, дуче и т.д.) . Таким образом, получается чуть ли не теократическое правление, где верховный жрец-идеолог одновременно является и верховным правителем. Н. Бердяев называет подобную систему обратной теократией.
4. Основные черты тоталитарного общества
Контроль за свободой мысли и подавление инакомыслия
Дж. Оруэлл по этому поводу писал: "тоталитаризм посягнул на свободу личности так, как никогда прежде не могли и вообразить. Важно отдавать себе отчёт в том, что его контроль над мыслью преследует цели не только запретительные, но и конструктивные. Не просто возбраняется выражать - даже допускать - определённые, но диктуется, что именно надлежит думать. Личность изолируется, насколько возможно, от внешнего мира, чтобы замкнуть её в искусственной среде, лишив возможности сопоставлений. Тоталитарное государство обязательно старается контролировать мысли и чувства, по меньшей мере, столь же действенно, сколь контролирует их поступки. "
Разделение населения на "наших" и "ненаших".
Людям свойственно - и это почти закон человеческой природы - быстрее и легче сходятся на негативной почве, на ненависти к врагам, зависти к тем, кому лучше живется, чем на конструктивной задаче. Враг (и внутренний и внешний) является неотъемлемой частью арсенала тоталитарного лидера. В тоталитарном государстве террор и страх используются не только как инструмент уничтожения и запугивания действительных и воображаемых врагов, но и как нормальный повседневно используемый инструмент управления массами. С этой целью постоянно культивируется и воспроизводится атмосфера гражданской войны. Также тоталитаризм должен постоянно демонстрировать гражданам свои успехи, доказывать реалистичность провозглашаемых планов или находить убедительные для населения доказательства, почему данные авансы не реализованы. И сюда очень хорошо вписывается поиск внутренних врагов. Здесь действует старый, давно известный принцип: "Разделяй и властвуй". Те, кто "не с нами, а значит, против нас" должны подвергнуться репрессиям. Террор развязывался без какой-либо видимой причины и предварительной провокации. В нацистской Германии он был развязан против евреев. В Советском Союзе террор не ограничивался расовыми признаками, и его объектом мог стать любой человек.
Тоталитаризм создаёт особый тип человека
Стремление
тоталитаризма к переделке
В тоталитарном обществе всё: наука, искусство, экономика, политика, философия, мораль и отношения между полами направляются одной ключевой идеей. Одним из важнейших показателей проникновения тоталитарных начал во все сферы жизни является "newspeak" - новояз, который является средством, делающим трудным, если не невозможным выражение иных форм мысли. Ф. Хайек писал: "... легче всего убедить людей в подлинности ценностей, которым их заставляют служить, если объяснить им, что это те самые ценности, в которые они всегда верили, просто раньше эти ценности понимались неправильно. Характерная особенность всей интеллектуальной атмосферы тоталитарных стран: полное извращение языка, подмена смысла слов, призванных выражать идеалы нового строя. " Однако в конечном итоге это оружие оборачивается против режима. Так как люди вынуждены приспосабливаться к ирриционализму языка, они вынуждены вести существование, при котором следовать официальным предписаниям невозможно, но необходимо делать вид, что руководствуешься ими. Это порождает как бы двойной стандарт в поведении тоталитарного человека. Появляются феномены, названные Дж. Оруэллом "doublethink" - двоемыслие и "thoughtcrime" - мыслепреступление. То есть жизнь и сознание человека как бы раздваиваются: в обществе он вполне лояльный гражданин, а в частной жизни проявляет полное равнодушие и недоверие к режиму. Таким образом, нарушается один из основополагающих принципов "классического" тоталитаризма: тотального единства массы и партии, народа и вождя.
5. Возникновение тоталитаризма в России
Существует довольно устойчивое мнение, согласно которому появление советской коммунистической империи на Востоке и нацистского третьего рейха на Западе объясняется национально - историческими традициями России и Германии, и в сущности это лишь продолжение истории этих стран в новых условиях. Такое мнение верно лишь отчасти, так как в России и Германии традиционно были сильны тенденции централизма и культ сильного государства, но для такого феномена, как тоталитаризм необходима особая социально-экономическая ситуация, которая стала бы благоприятной почвой для его возникновения.
К сожалению, подобная ситуация сложилась в России в начале ХХ-го века. Подавляющее большинство населения страны было малограмотным, огромные массы рабочих из разорившихся крестьян жили просто в нищете. Всё это привело к тому, что в обществе восторжествовали примитивные, простые и утопические идеи с одной стороны, а с другой - стремление к достижению реальных ценностей социального реванша. Ко времени возникновения тоталитарного режима массы были слабо подготовлены политически, но жаждали социальных благ и выдвижения на общественную поверхность. Лозунг социальной справедливости был абстрактным призывом, более близкими были призывы ко всеобщему равенству, социальной уравниловке, что в результате переросло в диктат социальной исключительности по принципу рабочего, бедняцкого происхождения.
С
этой точки зрения неверно такое
разделение: Сталин и его административно-
Российские политологи, опираясь на западные исследования, определяют следующие особенности советского тоталитаризма:
- абсолютная единоличная власть;
- индокринация общества (внушение единой доктрины) ;
- изначальная аморальность и полное презрение к человеку;
- синтез элементов азиатского деспотизма и радикальных идеологических доктрин;
- исключительная ориентация на будущее; патетические апелляции к массам;
- опора на внешнюю экспансию; великодержавные амбиции;
- всемогущая вера в мировой революционный процесс во главе со страной-лидером.
За 75 лет СССР прошел три этапа тоталитаризма: первый — с 1917 года до конца 20-х годов; второй — с конца 20-х до середины 50-х годов; третий — с середины 50-х до середины 80-х годов.
Тоталитаризм есть качественно иное явление, нежели любая другая власть, сколь бы суровой она ни была. Это феномен идеологический, и тоталитарные режимы, прежде всего — режимы идеологические. Они рождены идеологией и существуют ради нее. Если в традиционном деспотическом обществе политическая власть самоценна и ее носители используют идеологию как средство для поддержания этой власти, то для носителей тоталитарного начала самоценна идеология, а политическая власть завоевывается с целью утверждения этой идеологии. Закономерно, что целью уже установившегося режима является распространение своей идеологии в максимальном масштабе. Внешняя экспансия таких режимов вызывается не столько территориальными притязаниями и экономическими стимулами (как, например, приобретение рынков сбыта, рабочей силы и т.д.), но главным образом идеей мирового господства своей идеологии.
Тоталитарный режим идеологизирует все сферы жизни, теряя всякую способность к самокоррекции. При этом идеология исходит из некоторой первичной системы идеалов. Октябрьская революция ввела у нас существенно новую (вместо самодержавной) систему высших идеалов: мировую социалистическую революцию, ведущую к коммунизму — царству социальной справедливости, и идеальный рабочий класс. Эта система идеалов послужила основой для созданной в 30-е годы идеологии, которая провозглашала идеи “непогрешимого вождя” и “образа врага”. Народ воспитывался в духе преклонения перед именем вождя, в духе безграничной веры в справедливость каждого его слова. Под влиянием феномена “образ врага” распространялась подозрительность и поощрялось доносительство, что вело к разобщению людей, росту недоверия между ними и возникновению синдрома страха. Противоестественное с точки зрения разума, но реально существующее в сознании народа сочетание ненависти к действительным и мнимым врагам и страха за себя, обожествление вождя и лживая пропаганда, терпимость к низкому уровню жизни и бытовой неустроенности — все это оправдывало необходимость противостояния “врагам народа”. Вечной борьбой с “врагами народа” в обществе поддерживалась постоянная идеологическая напряженность, направленная против малейшего оттенка инакомыслия, самостоятельности суждений. Конечной “сверхзадачей” всей этой чудовищной деятельности было создание системы террора страха и формального единомыслия.
На рубеже 1950—60-х годов с окончанием перманентного идеального состояния (XX съезд разрушил миф о внутренних “врагах народа”, были провозглашены паритет сил с НАТО и “окончательная победа социализма в нашей стране” ) и одновременно начались процессы деидеологизации и распада идеи безусловного преимущества социализма и неизбежности мировой социалистической революции.
Любая тоталитарная система создает культ. Но подлинным и главным объектом его выступает не человек, а власть как таковая. Культ власти — в этом состоит сущность тоталитарной системы. Власть оказывается сверхценностью — ценностью абсолютного, высшего порядка. Кто имеет власть — имеет все: роскошную жизнь, подобострастие окружающих, возможность высказывать суждения по любому поводу, удовлетворять каждую свою причуду и т.д. Кто не имеет власти, не имеет ничего — ни денег, ни безопасности, ни уважения, ни права на свое мнение, вкусы, чувства.
Создавая свой культ, тоталитарная власть мистифицирует все властные функции, безгранично преувеличивая их значение, засекречивая обеспечивающие их огромные средства и отрицая роль любых объективных обстоятельств. А точнее, для власти не существует ничего объективного, ничего, что происходит само собой, без ее руководства, вмешательства и контроля.
Культ власти оказался гораздо жизненнее культа личности. Мы давно уже научились критически относиться к самовосхвалениям власти, понимая незначительность или относительность ее реальных успехов. Но считать, что наши беды объясняются только тем, что руководство недоглядело, ошиблось, что оно виновно или даже преступно — значит все еще оставаться в плену культа власти. В этом, собственно, и состоят иллюзии XX съезда: раньше власть была плохой, теперь власть будет хорошей, но она как была, так и останется всесильной. Избавление от тоталитарной мистификации в другом — в понимании ничтожности реального значения власти в сравнении с процессами самоорганизации общества.
Заключение.
Одной
из важнейших предпосылок и