Тактика производства допроса

ВВЕДЕНИЕ.

Среди следственных действий, предусмотренных уголовно-процессуальным законом и направленных на собирание, исследование и проверку доказательств, одним из самых распространенных является допрос. Практически по каждому уголовному делу возникает необходимость допросить то или иное лицо в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого. Нередко допрос протекает при активном или пассивном противодействии со стороны допрашиваемого, что влечет за собой определенное напряжение психики участвующих в нем лиц.

Тема курсовой работы является актуальной, так как допрос это одно из основных составляющих в расследовании уголовного дела. Допрос является главнейшим способом получения информации важной для принятия решения по делу. По средствам допроса следователь (дознаватель) устанавливает не только личность допрашиваемого, его психологическое состояние, но и выясняет обстоятельства совершенного преступления.

По своему характеру допрос – это действие многоплановое, оно имеет процессуальный, организационный, криминалистический, психологический и этический аспекты. Умелое его производство требует не только знания закона, но и профессионального опыта, умения разбираться в психологии допрашиваемого, творческого применения этих познаний.

Допрос может выступать как самостоятельное процессуальное действие, быть средством проверки ранее данных показаний, служить обязательным условием проведения других следственных действий, предшествовать их проведению, и в качестве элемента входить в другое следственное действие.

В работе исследуется понятие, значение и виды допроса в ходе предварительного расследования уголовного дела, что и является целью курсовой работы.

Реализация поставленной цели предопределила постановку следующих наиболее важных задач:

1.Определить понятие допроса.

3.Определить значение допроса.

2.Определить виды допроса.

Объектом данного исследования стали общественные отношения в области производства допроса.

Предметом исследования являются нормы уголовно - процессуального законодательства регламентирующие порядок допроса.

Методологическую основу курсовой работы составляют общенаучные и частнонаучные методы познания, в частности: исторический, формально-логический, метод сравнительного анализа, технико-юридический.

ГЛАВА I. ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ ДОПРОСА.

В процессуальной науке о допросе чаще всего говорят как о следственном действии, заключающемся в получение от допрашиваемого лица сведений о фактах, входящих в предмет доказывания по делу, или в получение следователем показаний по обстоятельствам, имеющим значение по делу.

При проведении предварительного следствия и судебного разбирательства допрос является самым распространенным следственным действием. Допрос является важным следственным действием в ходе судебного и предварительного следствия. Качественно проведенный первоначальный допрос – залог успешного расследования всего дела.1

Встречаются различные трактовки, с уточнением либо расшифровкой тех или иных сторон этого действия.

А.К. Гаврилов и С.П. Ефимичев определяют допрос как действие, суть которого состоит: «в получении следователем от допрашиваемого сведений о событии преступления, лицах, его совершивших, характере и размере ущерба, причинах и условиях, как побудивших к преступлению, так и способствовавших его совершению, а также о других обстоятельствах, имеющих значение для дела»2.

Ю.К. Орлов обращает внимание на то, что допрос состоит в получении не просто показаний, а устных показаний: «Допрос свидетеля – является самым распространенным следственным действием. Он заключается в получении от свидетеля устных показаний о любых обстоятельствах, имеющих значение для дела»3.

В трактовке Н.И. Порубова сущность допроса состоит в получении от допрашиваемого показаний при помощи приемов, разработанных на основе следственной и судебной практики криминалистической тактикой. По его мнению, допрос – это следственное и судебное действие, заключающееся в получении органом расследования или судом в соответствии с правилами, установленными процессуальным законом, от допрашиваемого сведений об известных ему фактах, имеющих значение для правильного разрешения дела.

С позиции теории информации допрос представляет собой процесс получения информации, имеющей значение для дела.

Все выше перечисленные авторы сущность допроса усматривают только в получении показаний от допрашиваемых лиц, а это не совсем точно отражает характер и содержание деятельности, осуществляемой при допросе.

В отличие от названных авторов, А.А. Чувилев в определение допроса включает не только получение следователем в порядке, предусмотренном законом, показаний от свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого, но и фиксацию этих показаний в протоколе допроса4.

Такая характеристика допроса является далеко не полной, поскольку не отражает характер деятельности всех участников допроса, в частности, допрашиваемого лица по обеспечению полноты и достоверности фиксации прозвучавших на допросе показаний.

Б.Т. Безлепкин определяет допрос как регламентированный уголовно-процессуальным законом устный диалог между должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, и свидетелем, потерпевшим, подозреваемым и обвиняемым, который ведется в целях получения фактических данных (устных сведений), имеющих доказательственное значение5.

Нельзя не согласиться с названным автором с тем, что допрос представляет собой диалог, а не передачу в одностороннем порядке допрашиваемым лицом сведений в письменной или устной форме. Однако в данном определении не учитывается возможность производства допроса по отдельному поручению лица, в производстве которого находится уголовное дело, а также случаи расследования уголовного дела группой следователей. Кроме того, за рамками данного определения оказались действия по процессуальному оформлению хода и результатов допроса (удостоверительная деятельность).

А.К. Гаврилов замечает, что при определении сущности следственных действий можно заметить две стороны, которые характерны для этого вида уголовно-процессуальных действий: познавательную и нормативную; первая из них представлена, в частности, такими приемами познания, используемыми следователем при их производстве, как наблюдение, опрос, описание, а вторая выражена в детальной законодательной регламентации правил и условий их производства6.

С.А. Шейфер, исследовав на монографическом уровне вопрос о познавательной и нормативной структуре следственных действий, определяет следственное действие как комплекс регламентированных уголовно-процессуальным законом и осуществляемых следователем (судом) поисковых, познавательных и удостоверительных операций, соответствующих особенностям следов определенного вида и приспособленных к эффективному отысканию, восприятию и закреплению содержащейся в них доказательственной информации7.

Если рассматривать допрос в указанном плане, то, пожалуй, самое развернутое его определение дает С.Ф. Шумилин. Он пишет: «Допрос на предварительном следствии – это комплекс предусмотренных уголовно-процессуальным законом познавательных и удостоверительных операций, выполняемых следователем по находящемуся в его производстве уголовному делу, с целью получения и закрепления показаний об обстоятельствах, имеющих значение для дела»8. По мнению названного автора «сущность допроса, состоит в том, что в ходе выполнения познавательных операций следователь, применяя разработанные в криминалистике и апробированные следственной практикой тактические приемы, побуждает лицо, которому могут быть или должны быть известны обстоятельства, прямо или косвенно связанные с расследуемым событием, дать о них показания, выслушивает сообщаемую информацию и фиксирует ее в установленном законом порядке для того, чтобы в дальнейшем она могла быть использована в качестве доказательства по уголовному делу»9.

Вместе с тем, данное определение также нуждается в уточнении, которое может быть выражено в том, что познавательные операции на допросе в ходе  следствия могут выполняться не только самим лицом, производящим допрос, но и другими участниками допроса, например, защитником, либо обвиняемым, участвующими в допросе свидетеля на предварительном следствии – п. 10 ч. 4 ст. 47, п. 5 ч. 1 ст. 53 УПК РФ, и при допросе свидетеля, потерпевшего, подсудимого и эксперта в судебном следствии – ст. 275, ч. 3 ст. 278, ст. 282 УПК РФ. Что же касается удостоверительных операций, то наряду со следователем они могут осуществляться также допрашиваемыми лицами и другими участниками допроса. Так, например, правильность записи показаний удостоверяется самим допрашиваемым лицом (ч. 8 ст. 190 УПК РФ).

Следует также заметить, что участники уголовного процесса не всегда нуждаются в том, чтобы кто-либо из посторонних лиц побуждал их к даче показаний. Более того, органы предварительного следствия иногда игнорируют многочисленные ходатайства, в которых обвиняемые заявляют о своем желании дать показания и просят о проведении дополнительного допроса.

В соответствии с действующим законодательством допрос может быть инициирован самим участником процесса. Так, закон наделяет потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого правом давать показания (п. 2 ч. 2 ст. 42, п. 2 ч. 4 ст. 46, п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ). Праву перечисленных участников процесса дать показания корреспондирует обязанность соответствующего органа уголовного преследования и суда получить показания, т.е. допросить соответствующего участника процесса. Совершенно очевидно, что в случаях проведения допроса по ходатайству потерпевшего, подозреваемого или обвиняемого, не орган расследования побуждает участника процесса дать показания, а, наоборот, сам участник побуждает орган, в производстве которого находится уголовное дело, получить от него показания, выслушать сообщаемую им информацию и зафиксировать ее в установленном законом порядке. Таким образом, в рамках процедуры допроса реализуются не только полномочия субъектов уголовного процесса на получение показаний, но и право его участников на дачу показаний. Следовательно, допрос, неотъемлемой частью которого является дача показаний, является правовой формой реализации права подозреваемого, обвиняемого и потерпевшего на дачу показаний.

Кроме того, побуждать допрашиваемое лицо к даче показаний могут не только следователь и дознаватель, но и обвиняемый. Например, побуждение свидетеля к даче показаний может иметь место и при допросах обвиняемого в случае, если этот свидетель дает показания против него, а также обвиняемый имеет право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него в соответствии с подп. «е» п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и подп. «d» п. 3 ст. 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Что же касается судебного разбирательства, то в этой стадии допрашиваемое лицо может побуждаться к даче показаний не только стороной обвинения, но и стороной защиты.

Своеобразно определяет допрос Н.А. Громов. По его мнению, «допрос свидетеля и потерпевшего – одно из наиболее распространенных следственных действий, состоящее в обязанности явиться по вызову лица, производящего дознание, или следователя и дать правдивые показания: сообщить все известное ему по делу и ответить на поставленные вопросы»10. Однако допрос нельзя сводить к одной лишь обязанности явиться по вызову и дать показания. Указанная обязанность является не допросом, а лишь элементом одного из многочисленных правоотношений, возникающих в связи с его производством. Как отмечалось, сущность допроса состоит не в обязанности явиться и дать показания, а в получении показаний от допрашиваемого лица.

Некоторые авторы характеризуют допрос как процессуальное средство получения доказательственной информации по делу.

Сторонниками широкой трактовки средств доказывания являются Н.П. Кузнецов, В.А. Панюшкин и Ф.Н. Фаткуллин, Н.П. Так Кузнецов и В.А. Панюшкин полагают, что к средствам процессуального доказывания помимо доказательств относятся и способы их получения.

По мнению Ф.Н. Фаткуллина, «под средствами процессуального доказывания следует понимать конкретные фактические данные, употребляемые для установления исследуемых обстоятельств дела, источники этих данных и способы их получения, проверки и использования». Подразумевая под способами получения и использования судебных доказательств «те предусмотренные законом действия, посредством которых органы следствия, прокуратуры и суда собирают, проверяют и оценивают фактические данные и их источники, а также обосновывают выводы по делу», названый автор характеризует способы как один из видов средств доказывания11.

Представляется, что такое определение средств процессуального доказывания является слишком широким. Кроме того, неверно определять средства доказывания одновременно как единство доказательств и способов их получения, а равно включать способы в содержание средств. По моему мнению, следственное действие как совокупность предусмотренных законом действий не может быть средством или способом оценки доказательств или обоснования выводов органов уголовного преследования и суда.

Можно, конечно, согласиться с Ф.Н. Фаткуллиным в том, что данное им определение средств процессуального доказывания больше других согласуется с филологическим смыслом рассматриваемого понятия, поскольку в одном из значений слово «средство» означает «прием, способ действия»12. Однако закон придает понятиям «средства» и «способы» самостоятельное значение. Так, например, подозреваемый, обвиняемый вправе защищаться любыми средствами и способами, не запрещенными уголовно-процессуальным законодательством (п. 11 ч. 4 ст. 46, п. 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ); защитник вправе использовать любые, не запрещенные уголовно-процессуальным законодательством средства и способы защиты (п. 11 ч. 1 ст. 53 УПК РФ).

Таким образом, в литературе не проводится четкой грани между способами и средствами доказывания. Иногда указанные понятия трактуются как однозначные, иногда противопоставляются.

По моему мнению, средством доказывания являются не следственные действия как совокупность действий, посредством, которых собираются и проверяются доказательства, и не форма получения доказательств, а сами доказательства.

Закон считает каждого обвиняемого невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (ч. 1 ст. 49 Конституции РФ, ч. 1 ст. 14 УПК РФ). В соответствии с порядком судопроизводства по уголовным делам, предусмотренным уголовно-процессуальным законодательством, установление виновности обвиняемого, а равно иных обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ, может осуществляться только в форме доказывания, которое состоит в собирании, проверке, оценке доказательств с целью установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела (ч. 1 ст. 85 УПК РФ).

По смыслу ст. ст. 73, 74 и п. 3 ч. 1 ст. 81 УПК РФ средствами установления обстоятельств, имеющих значение для дела, являются доказательства. Как отмечает П.С. Элькинд, единственным средством установления истины по уголовному делу являются уголовно-судебные доказательства13. Многие другие теоретики и практики также обоснованно полагают, что единственным средством, с помощью которого согласно закону может осуществляться доказывание по уголовному делу, является доказательство.

Сами доказательства могут собираться только предусмотренными в законе способами. Регламентируя способы собирания доказательств, закон говорит прежде всего о следственных действиях (ч. 1 ст. 86 УПК РФ). Как правильно отмечается многими авторами, следственные действия являются основным способом собирания и проверки доказательств. Соответственно допрос характеризуют как процессуальный способ получения показаний, один из основных способов получения доказательств. А.И. Трусов отмечает, что для следователя допрос является способом получения, закрепления и проверки доказательств – показаний свидетеля, показаний потерпевшего, а также показаний обвиняемого и тем самым одним из важных способов проверки правильности сформулированной по делу версии обвинения14.

Следует отметить, что в законе прямо не говорится о том, что следственные действия являются способом собирания доказательств. Так, согласно ч. 1 ст. 86 УПК РФ доказательства собираются путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством.

Сказанное позволяет говорить о том, что понятие «средство» применительно к следственным действиям может употребляться для обозначения приема или приемов, используемых в рамках того или иного способа получения доказательств (следственного действия) для получения сведений, которые могут служить доказательством.

УПК РФ относит допрос к числу следственных действий (ст. ст. 164, 189, 240 УПК РФ). В соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства такие доказательства как показания свидетелей, показания потерпевших, показания подозреваемых, показания обвиняемых и показания эксперта собираются только при помощи допроса (ст. ст. 76, 77, 78, 79, ч. 2 ст. 80 УПК РФ).

Таким образом, с точки зрения закона допрос, как и любое другое следственное действие, выступает в качестве самостоятельного способа собирания доказательств.

По смыслу ст. 87 УПК РФ допрос также может выступать в качестве способа проверки доказательств. Допрос как способ собирания и проверки доказательств обладает своими приемами, которые могут быть охарактеризованы как средства получения доказательств (процессуальными, тактическими, психологическими).

С учетом сказанного о каждом отдельно взятом следственном действии, включая допрос, можно говорить как о самостоятельном способе получения сведений об обстоятельствах исследуемого события, характеризующемся своими специфическими приемами деятельности по получению и фиксации соответствующих сведений (процессуальными, тактическими, психологическими), проведение которых в рамках уголовного судопроизводства отнесено к полномочиям органов уголовного преследования и суда.

В литературе наряду со средствами доказывания говорят также о средствах уголовно-процессуальной деятельности, понимая под последними определенную совокупность (систему) взаимосвязанных уголовно-процессуальных действий, применяемых для достижения ее целей, процессуальные формы доказывания, меры принуждения, рассмотрение жалоб и заявлений, ходатайств, принятие процессуальных решений.

На мой взгляд, неверно отождествлять полномочие на допрос как средство уголовно-процессуальной деятельности и допрос как систему операций (действий), т.е. саму деятельность.

В общей теории права категория «средство» рассматривается как правовое средство регулирования, а совокупность последних – как механизм правового регулирования. В частности, С.С. Алексеев под правовыми средствами понимает институционные явления правовой действительности, воплощающие регулятивную силу права, его энергию, которым принадлежит роль ее активных центров. А.В. Малько, определяя правовые средства как все те юридические инструменты, с помощью которых удовлетворяются интересы субъектов права, обеспечивается достижение поставленных целей, включает в их число нормы права, правоприменительные акты, договоры, юридические факты, субъективные права, юридические обязанности, запреты, льготы, поощрения и т.д. Механизм правового регулирования представляет собой «систему правовых средств, организованных наиболее последовательным образом в целях преодоления препятствий, стоящих на пути удовлетворения интересов субъекта права», а механизм уголовно-процессуального регулирования – «систему правовых средств, содержащихся в нормах разного содержания и уровня, характерных своими правовыми способами воздействия на предмет регулирования»15. В механизм уголовно-процессуального регулирования входят определяемые законом задачи деятельности, субъектный состав, полномочия, права и обязанности субъектов, юридические факты, уголовно-процессуальные правоотношения, процессуальная форма, санкции и ответственность.

Как видно, одним из элементов механизма уголовно-процессуального регулирования являются полномочия органов уголовного преследования и суда. Совершенно очевидно, что ни доказательства, ни способы их получения (действие или даже система действий) не являются средством регулирования. Исходя из общетеоретических положений о понятии и функционировании механизма правового регулирования следует признать, что в качестве средства правового регулирования выступает не сам допрос, а полномочие (право) на его производство. Что же касается допроса, то он, представляя собой совокупность регламентированных законом действий по получению и фиксации показаний допрашиваемых лиц, выступает в механизме уголовно-процессуального регулирования не как средство правового регулирования (регулятор деятельности), а как его предмет.

Вместе с тем, допрос представляет собой достаточно сложное правовое явление. Его можно и нужно рассматривать не только как следственное действие, как один из предусмотренных законом способов собирания и проверки доказательств, а с различных сторон: 1) как институт права; 2) как одно из полномочий органов уголовного преследования и суда; 3) как одну из форм проявления уголовного преследования; один из предусмотренных законом способов изобличения лиц, виновных в совершении преступления; 4) как процессуальный способ формирования показаний; 5) как способ защиты: подозреваемым – от подозрения, обвиняемым – от обвинения; 6) как способ защиты своих прав и законных интересов потерпевшим от преступления.

Как институт уголовно-процессуального права допрос представляет собой совокупность норм, регламентирующих деятельность дознавателя, следователя по вызову на допрос всех лиц, участие которых с точки зрения закона или самого следователя (дознавателя) необходимо (подготовительную деятельность), получению, даче и фиксации (в том числе с помощью применения научно-технических средств) показаний допрашиваемых лиц: свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, эксперта. Эти нормы закреплены в ст. ст. 164 - 168, 187 - 191, 217, 246, 259, 264, 271, 274 - 282 УПК РФ и др.

Уголовно-процессуальное законодательство предусматривает возможность соединения заявления по уголовному делу частного обвинения в одно производство с рассмотрением встречного заявления. В этом случае лица, подавшие заявления, участвуют в уголовном судопроизводстве одновременно в качестве частного обвинителя и подсудимого. Допрос этих лиц об обстоятельствах, изложенных ими в своих заявлениях, проводится по правилам допроса потерпевшего, а об обстоятельствах, изложенных во встречных заявлениях, – по правилам допроса подсудимого (ч. 3 ст. 321 УПК РФ).

Уголовно-процессуальное законодательство правом дачи показаний наделяет ряд других лиц, но не определяет порядок их допроса. Между тем по смыслу закона реализация права на дачу показаний любым субъектом права и получение от него показаний в ходе уголовного судопроизводства может происходить только в рамках допроса.

В период действия УПК РСФСР на практике получили широкое распространение допросы в качестве свидетелей лиц, в отношении которых дело прекращено по нереабилитирующим основаниям, а также осужденных по выделенному делу его соучастников16. Вместе с тем, как УПК РСФСР, так и новый УПК не устанавливает самостоятельной процедуры допроса таких лиц и не конкретизирует в качестве кого они могут быть допрошены.

Против обозначенной практики выступил Ф.Н. Фаткуллин. Он утверждал, что «лицо, обвиняемое или осужденное по делу, может допрашиваться в качестве свидетеля по другому делу по поводу фактов, которые не вменяются ему в вину. Когда такое лицо вызывается для сообщения сведений о действиях, инкриминированных ему по другому делу, его нельзя признать свидетелем: налицо показание обвиняемого со всеми характерными его признаками»17. Не соглашаясь с указанной точкой зрения, М.М. Михеенко правильно замечал, что закон «предусматривает возможность допроса в качестве обвиняемого (подсудимого), лишь лица, которое именно по данному делу является обвиняемым (подсудимым)»18.

В зависимости от последовательности производства допроса законодатель именует его первым, последующим, дополнительным, повторным (ч. 6 ст. 47, ч. 4 ст. 173, ч. 3 ст. 174 УПК РФ). Вместе с тем, в уголовно – процессуальном законодательстве понятие того или иного вида допроса не дается, содержание каждого из них не раскрывается, четких граней между последующим и дополнительным допросом не проводится.

А.Г. Маслов, подразделяя допрос: на первоначальный, повторный и дополнительный, и пишет: «При производстве первоначального допроса обвиняемый дает показания по существу предъявленного обвинения, при повторном допросе следователь обращается к установлению и выявлению тех обстоятельств, которые были предметом первоначального допроса. Целью повторного допроса является детализация и конкретизация полученных ранее показаний. Эти показания используются следователем для их сравнения с первоначальными, для выяснения противоречий, для доказывания обоснованности обвинения, для убеждения допрашиваемого в ложности его показаний, если есть основания полагать, что первоначальные его показания не соответствуют действительности... Для доказывания обвинения можно использовать не один, а несколько повторных допросов»19.

В соответствии с ч. 4 ст. 173 УПК РФ повторный допрос обвиняемого по тому же обвинению в случае отказа его от дачи показаний на первом допросе может проводиться только по просьбе самого обвиняемого. По смыслу ч. 1 ст. 173 и ч. 1 ст. 175 УПК РФ повторный допрос должен проводиться в каждом случае перепредъявления обвинения. Представляется, что правило ч. 4 ст. 173 УПК РФ необходимо распространить на допрос подозреваемого. Если лицо отказывается давать показания по выдвинутому в отношении него подозрению, то нелогично ежедневно вызывать его только для того, чтобы предложить дать показания и в очередной раз зафиксировать отказ от дачи показаний в протоколе допроса.

А.Г. Маслов верно отмечает, что по сравнению с повторным дополнительный допрос обвиняемого имеет более ограниченный предмет, поскольку при его производстве могут затрагиваться лишь отдельные обстоятельства предъявленного обвинения. По моему мнению, смысл дополнительного допроса обвиняемого состоит в выяснении обстоятельств как входящих, так и не входящих в предмет обвинения. Поэтому при полном отказе обвиняемого от дачи показаний на первом допросе, его нельзя подвергать ни повторному, ни дополнительному допросу. При частичном отказе обвиняемый может быть подвергнут дополнительному допросу по обстоятельствам, по поводу которых он не отказывался давать показания, а также по поводу имеющихся в деле доказательств. Дополнительный допрос может проводиться как по инициативе подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, представителя гражданского истца или гражданского ответчика, защитника, так и по инициативе следователя или дознавателя.

Дополнительный допрос может производиться, в частности, в случаях, когда основной допрос по каким-то причинам не был закончен в течение 8 часов. Кроме того, по смыслу ст. 73 УПК РФ он может проводиться каждый раз, когда возникает необходимость в выяснении каких-то дополнительных обстоятельств и, следовательно, постановке дополнительных вопросов.

Вопросы, которые могут задаваться допрашиваемым лицам, могут быть несколько видов:

1)Дополняющие.

2)Уточняющие.

3)Напоминающие.

4)Контрольные.

5)Направляющие,

6)Вводные.

7)Переходные.

В соответствии с ч. 2 ст. 189 УПК РФ при производстве допроса, допрашиваемым лицам не могут быть заданы наводящие вопросы. По моему мнению, вышеуказанный запрет установлен для обеспечения объективности допроса. Пользуясь наводящими вопросами можно интерпретировать показания, так как нужно следствию, что является недопустимым.

Дополнительный допрос может быть проведен при необходимости постановки любого из перечисленных вопросов.

Допрос  – это самостоятельное следственное действие, сущность которого состоит в получении от допрашиваемого показаний об обстоятельствах, имеющих отношение к расследуемому событию, и фиксации их в установленном законом порядке.

Цель допроса заключается в получении полных и правдивых показаний.

Предметом допроса могут быть различные обстоятельства, в том числе:

1)Входящие в предмет доказывания.

2)Необходимые для достижения промежуточного результата.

3)С помощью которых обнаруживаются доказательства.