Тоталитарное государство. 5

Юридический факультет

Кафедра теории и истории государства и права

КУРСОВАЯ  РАБОТА

Тоталитарное  государство

Содержание

Введение 3

1. Общая характеристика тоталитарного государства 4

1.1 Понятие тоталитарного государства 4

1.2 Отличительные черты тоталитарного государства 11

2. История развития тоталитарных государств 26

2.1 Причины и предпосылки возникновения тоталитарных государств 26

2.2 Тоталитарные государства и современность 27

Заключение 33

Библиографический список 34

Введение

Государство – это определенный способ организации общества, а также  организация публичной власти. В  различных странах государственные  формы имеют свои особенности. Так  в 20-30 годы в группе государств СССР, Германии и Италии сложились политические режимы, обладавшие целым комплексом сходных признаков.

Во всех случаях это было всеобъемлющее государство. Оно отправлялось от того, что самодеятельность граждан не нужна и вредна, а свобода граждан опасна и нетерпима. Имелся единый властный центр: который был призван все знать, все предвидеть, все планировать, все предписывать. Обычное правосознание исходит от предпосылки: все незапрещенное - позволено; тоталитарный режим внушал совсем иное: все непредписанное - запрещено. Обычное государство говорит: у тебя есть сфера частного интереса, ты в ней свободен; тоталитарное государство заявляло: есть только государственный интерес, и ты им связан. Обычное государство разрешает: думай сам, веруй свободно, строй свою внутреннюю жизнь, как хочешь; тоталитарное государство требовало: думай предписанное, не веруй совсем, строй свою внутреннюю жизнь по указу. Иными словами: здесь управление - всеобъемлющее; человек всесторонне порабощен; свобода была преступной и наказуемой. Такой режим взаимодействия государства с обществом получил название – тоталитаризм.

В своей курсовой работе я попытаюсь  подробно рассмотреть данный режим, оставивший столь яркий след в мировой истории и тем более, в истории России. Рассмотрю черты идеального тоталитарного строя, представленного в трудах многих политологов. Сравню эти черты с фактически существовавшими тоталитарными режимами.  Попытаюсь выяснить, почему политический строй, который на протяжении тысячелетий уверенно завоевывал симпатии государственных деятелей, видевших благополучие страны в жестком контроле всех сфер жизни, на практике оказался несостоятельным.

1. Общая характеристика тоталитарного государства

1. Понятие тоталитарного государства

Термин  «тоталитаризм», впервые появившийся  у Джованни Амендолы и П.Гометти в 1923 для критической характеристики режима Муссолини, был впоследствии популяризован самими итальянскими фашистами. В частности, в 1926 его начал использовать философ Джованни Джентиле. В статье Муссолини «Доктрина фашизма» (1931 г.) тоталитаризм понимается как общество, в котором главная государственная идеология обладает решающим влиянием на граждан. Как писал Муссолини, тоталитарный режим означает, все аспекты жизни человека подчинены государственной власти. Джентиле и Муссолини полагали, что развитие коммуникационных технологий приводит к непрерывному совершенствованию пропаганды, следствием чего явится неизбежная эволюция общества в сторону тоталитаризма (в их определении). После прихода к власти Гитлера термин «тоталитаризм» стал использоваться в адрес режимов Италии и Германии, причём сторонники фашизма и нацизма использовали его в положительном ключе, а противники — в отрицательном¹.

Например, в конце 20-х гг. английская газета «Тайме» писала о тоталитаризме как о негативном политическом явлении, характеризующем не только фашизм в Италии, но и политический строй в СССР.

А в Советском  Союзе тоталитаризм официально считался характеристикой исключительно  буржуазных государств периода империализма, в особенности фашистской Германии и Италии. Использование термина  по отношению к социалистическим государствам называлось клеветой и  антикоммунистической пропагандой. В  то же время советская пропаганда называла некоторые зарубежные коммунистические режимы фашистскими (например, Тито в  Югославии или Пол Пота в Кампучии)².

Хотя  тоталитаризм становится реальностью лишь в XX в., его идейные истоки уходят в глубокую древность. Тоталитарные взгляды и прежде всего идеи необходимости полного подчинения части целого, индивида государству, а также тотальной управляемости обществом существуют свыше двух тысячелетий. Так, еще в V в. до н.э. Гераклит считал, что, обладая мудростью, совершенным знанием, «можно управлять решительно всеми вещами». Достаточно детальное обоснование тоталитарные модели государства получают у Платона, Т. Мора, Т. Кампанеллы, Г. Бабефа, Сен-Симона, Ж.-Ж. Руссо³.

Платон  был одним из самых ярких приверженцев деспотии в государстве. В диалоге "Государство" содержится знаменитый проект "идеального общественного строя", основанного на принципах коллективной собственности правящих сословий. В его более поздних диалогах ("Полития", "Законы") нарисована социально-экономическая характеристика второго, более совершенного и отличного от Афинского общества, изображенного в "Государстве". Свое второе государство Платон наделил такими чертами: безусловное подчинение всех граждан и каждого индивидуума в отдельности государству; государственная собственность на землю, жилые дома и культурные строения, которыми пользовались граждане на правах владения, а не частной собственности; насаждения коллективистских начал и единомыслия в быту; государственное регламентирование законами воспитания детей; единая для всех сограждан религия, политическое и правовое равноправие женщин с мужчинами, исключая занятие должностей в высших органах власти. Платоновский закон запрещал лицам до 40 лет выезжать по частным вопросам за пределы государства и ограничивал въезд иностранцев; предусматривал очищение общества от неугодных лиц с помощью смертной казни или изгнания из страны. Платоновская модель государственного режима для большинства современных стран неприемлема. Понятие тоталитарного режима было разработано в творчестве ряда немецких мыслителей XIX в.: Г. Гегеля, К. Маркса, Ф. Ницше некоторых других авторов. И, тем не менее, как законченное, оформленное политическое явление тоталитаризм вызрел в первой половине XX в.

Самые серьезные  попытки интерпретации теории тоталитаризма стали предприниматься на Западе в 40—50-х гг. В основу исследований легли сложившиеся в действительности гитлеровский режим в Германии и сталинский в СССР.

Развитие  концепции тоталитаризма в концепции  политической мысли

Новый этап в изучении тоталитаризма как  явления начался после Второй мировой войны, после разгрома фашистских союзников. Именно в первые послевоенные десятилетия были созданы труды  Ханны Арендт и Джеймса Талмона, Карла Фридриха и Збигнева Бжезинского, Карла-Дитриха Брахера и Раймона  Арона, К.Поппера, внесшие наибольший вклад в развитие политической мысли  по проблеме тоталитаризма. Тоталитарная модель была долгое время предметом изучения со стороны историков и политологов и при этом оказала влияние на другие современные ей концепции⁴.

Теория К. Поппера

Карл Поппер был одним из наиболее влиятельных критиков тоталитаризма, который в своём труде «Открытое общество и его враги» (1945 г.) выступил в защиту демократии и «открытого общества», где политическая элита может быть отстранена от власти без кровопролития. Поппер утверждал, что поскольку процесс накопления человеческого знания непредсказуем, то теории идеального государственного управления принципиально не существует, следовательно, политическая система должна быть достаточно гибкой, чтобы правительство могло плавно менять свою политику. В силу этого, общество должно быть открыто для множества точек зрения и культур.

Благодаря К.Попперу ХХ век вошел в историю  платоноведения скандально известной  критикой  основ платоновской "политологии", когда древний грек был объявлен самым заклятым и злейшим врагом так называемого "открытого общества" и главным идеологом тоталитаризма.⁵

Теория Ханны Арендт

Массовое распространение теория тоталитаризма получила после выхода в свет книги философа Ханны Арендт «Истоки тоталитаризма» (1951 г.). Центром внимания стали масштабный террор и беспрецедентное насилие, связанные с Холокостом и ГУЛАГом. Основой режима Арендт считала официальную идеологию, которая заявляла о своей способности объяснить все аспекты человеческой деятельности. По её мнению, идеология становилась связующим звеном между отдельными людьми и делала их беззащитными перед государством, в том числе, перед произволом диктатора.

Арендт полагала, что хотя итальянский  фашизм представлял собой классический образец диктатуры, нацизм и сталинизм  существенно отличались от него. В  этих странах государство было полностью  подчинено контролю одной партии, представляющей либо нацию, либо пролетариат. Напротив, по мнению Арендт, фашизм Муссолини  ставил государство над партией. Арендт также подчёркивала роль пангерманизма  нацистского режима и панславизма  сталинского режима как частных  случаев «континентального империализма»  и свойственного ему расизма.

Схожих взглядов придерживались впоследствии и другие философы и историки, в  частности, Эрнст Нольте, который  рассматривал нацизм как зеркальное отражение большевизма. Фридрих, Линц и другие историки склоняются к точке зрения, что нацизм всё-таки был ближе к итальянскому фашизму, чем к сталинизму.

Теория Дж. Талмона

Американский  историк Дж. Талмон в книге "Происхождение  тоталитарной демократии" (первое издание 1952 г.) рассматривает исторические корни тоталитаризма.

Само  название книги кажется невероятным, так как сочетает в себе два противоположных понятия: "демократия" и "тоталитаризм". Но именно эти два явления очень тесно были связаны между собой в XX веке. Для Талмона основным критерием для различия между демократией и тоталитарной демократией является ценность свободы. Именно демократия дает возможность

для самореализации личности, ее главное достоинство - обеспечение свободы, благоприятный  правовой режим. Однако, наличие неограниченной свободы может привести демократию в беззаконную форму и дальше деградировать до тоталитаризма. Это Талмон называет "парадоксом свободы".

Исследование  Дж. Талмона посвящено левому тоталитаризму, который автор четко разграничивает с правым. Автор, в отличие от Х.Арендт, акцентирует внимание на различии идеологий этих двух разновидностей тоталитаризма. Левая идеология оперирует понятиями "коллективизм, рационализм, партия", а тоталитаризм правый "исключительно понятиями историческими и расовыми, в целом чужд индивидуализму и рационализму⁶.

Теория К. Фридриха и З. Бзежезинского

Особое  значение в изучении тоталитаризма  имело исследование З. Бжезинского и К. Фридриха "Тоталитарная диктатура и автократия" (первое издание 1956 г.). Более интересно второе дополненное издание книги, которое несет в себе основные тезисы предыдущего. Это издание начинается с тезиса, что "тоталитарная диктатура есть исторически единственная в своем роде... и что фашистская и коммунистическая диктатуры в основе похожи". Структура и аргументы книги выразительны. Показано сходство между нацизмом и советским коммунизмом и различия между ними и другими политическим системами. В отличие от Х. Арендт, З. Бжезинский и К. Фридрих не бросаются в крайности. Они считают, что нацистская и советская системы "в основе схожи..., но нужно иметь ввиду, что они не всецело схожи". Существуют различия. Фридрих и Бжезинский тоталитаризм рассматривают в большей степени через сравнения, чем Арендт. Они показывают тоталитаризм как явление, меняющееся во времени. Их концепция исходит "от всеобщих наших знаний о политике".

В отличие от Х. Арендт, авторы "Тоталитарной диктатуры и автократии" с большими оговорками относят к  тоталитарному режим Б. Муссолини  в Италии. Центральным пунктом  тоталитарного синдрома является утопическая  идеология, "которая фокусирует себя на предоставлении безраздельного господства человеку". Авторы считают, что эта "официальная идеология" дает возможность для понимания тоталитарного руководства, построенного по принципу вождизма.⁷

К.Д.Брахер

Последовательным  адептом тоталитаризма заявил себя профессор Боннского университета К. Д. Брахер. Историк опубликовал  ряд книг, посвященных фашизму: "Крах Веймарской Республики", "Захват власти национал-социалистами", "Германия между демократией и диктатурой". Брахер рассматривает "тоталитарные движения" как "дитя демократического века". Он полагает, что распространению "тоталитарного движения" в Германии способствовали следующие причины: особая реакционность германского буржуазного национализма, рожденного в обстановке борьбы против французского господства в эпоху наполеоновских войн и отрицавшего идеи французской революции; после поражения германской буржуазии в 1848 г. германское единство было осуществлено в форме прусско-юнкерского псевдоконституционного государства. Под влиянием успехов Бисмарка германская буржуазия, как отмечает Брахер, восприняла циничную идею "реальной политики", опирающейся на голую силу. Во внутренней политике бисмарковская система не дала развиться нормально функционирующему парламентаризму, помешала буржуазии приобрести опыт сотрудничества с социал-демократией и профсоюзами. Во внешней политике Германия была "запоздавшей нацией" стремившейся к захвату колоний и господству в Центральной Европе. Без прусских военных и государственных традиций, подчеркивает Брахер, нельзя себе представить создания в Германии "тоталитарного государства". Указанные выше причины рассматриваются Брахером лишь как дополнительные по отношению к общеевропейским предпосылкам "тоталитаризма", вырастающим из открытого Французской революцией "века масс". Брахер выделяет такие предпосылки: "социализация" и "политизация" всех граждан, то есть втягивание все более широких слоев населения в классовые и политические конфликты современного общества, усиление идеологической пропаганды, появление воинствующего национализма, распространение милитаристского духа в массах с образованием народных армий в результате всеобщей воинской повинности.⁸

А.Инкелес  и Р.А.Бауэр

В 50-е годы тоталитаризм оставался  крайне политизированным с четкой антисоветской  окраской. В США появилось немало книг, посвященных только советскому режиму, где под тоталитаризмом понимается исключительно большевизм. Наиболее концентрировано данный подход виден в книге известных политологов А. Инкелеса и Р.А. Бауэра "Советский гражданин". Они дают оценку советской политической системе как системе автократического правления, так как в СССР существует лишь одна партия, которой принадлежит руководящая роль. Из тезиса о "несовместимости" однопартийности и демократии они делают вывод о "тоталитарном" характере советской политической системы. Далее А. Инкелес и Р.А. Бауэр пишут: "Советская система сегодня в значительной степени стала менее "тоталитарной", чем была. Тем не менее было бы серьезной ошибкой полагать, что отказ от прошлого означает движение к демократической конституционной форме... Такое общество, возможно, менее тоталитарное, даже менее диктаторское. Но оно не менее автократично и безусловно не более демократично".⁹

2. Отличительные черты тоталитарного государства

Большинство словарей определяют тоталитаризм следующим образом: «Тоталитаризм (от итал. totalitario) — политический режим, характеризующийся крайне широким (тотальным) контролем государства над всеми сторонами жизни общества. Целью такого контроля над экономикой и обществом является их организация по единому плану. При тоталитарном режиме всё население государства мобилизуется для поддержки правительства (правящей партии) и его идеологии, при этом декларируется приоритет общественных интересов над частными. Организации, чья деятельность не поддерживается властью, — например, профсоюзы, церковь, оппозиционные партии — ограничиваются или запрещаются. Роль традиции в определении норм морали отвергается, вместо этого этика рассматривается с чисто рациональных, «научных» позиций».

Как можно видеть, такое определение  является столь общим и противоречивым, что, используя его, к тоталитарным можно отнести множество самых  разных стран. К примеру, первый ваххабитский султанат саудитов, времена правления  Кальвина в Женеве и многое-многое другое. Сказанное нисколько не является преувеличением. Так, Поппер постоянно  использовал понятие «тоталитаризм», как синоним «закрытого общества». И рассматривает при этом как  такое общество… древнюю Спарту, напрямую употребляя выражения вроде  «тоталитарный полис». Чем породил  довольно оживленную современную дискуссию  о том, считать все же Спарту тоталитарным государством или нет.

Еще больше неясности возникает, когда  слово «тоталитаризм» используется как прилагательное. Так, в носителей  «тоталитарного сознания» записывают десятки философов совершенно разных направлений — от Платона с  Аристотелем до Гегеля с Марксом. И Достоевский, получается, тоталитарный философ, и Данилевский. И даже такие историки, как Ф. Бродель, тоже под подозрением.

Не случайно, констатирует историк  А.И. Фурсов: «Тоталитаризм везде и всегда! При такой широте само понятие «тоталитаризм» оказывается бессодержательным и неработающим».

Следовательно, термин настоятельно требует уточнения.

И нельзя сказать, что такие уточнения  не пробовали делать.¹⁰

Если временно вынести за скобки некоторые идеологические различия (прежде всего различия на уровне доктрин, идеологии), то две тоталитарные модели из трех, сложившихся в ХХ в. в  достаточно определившейся форме, - германский национал-социализм и советский "интернациональный" социализм, - являются "жесткими" моделями тоталитаризма, так как присущие им типологические черты нашли в них полное выражение. Третья модель - итальянский "пролетарский" фашизм - является, по мнению ряда исследователей, смягченной или "стыдливой" (Б.Р. Лопухов, Г.С. Филатов).¹¹

Таким образом, на основании данных моделей выделяют основные признаки тоталитаризма. Все эти признаки являются в определенной степени идеальными и проявляются в различных тоталитарных режимах в неодинаковой степени, вплоть до тенденций.

Абсолютная  концентрация власти и отсутствие разделения власти в тоталитарном государстве

Исполнительная  и законодательная власть представлены в одном лице, независимость судебной власти фактически отсутствует. Тоталитарное государство не может быть  правовым,  то  есть таким, где суд не был бы зависим от властей, а законы  реально соблюдались. Такое государство просто немыслимо в условиях существования такой системы. Незыблемость суда и торжество законности неизбежно открывают путь  появлению оппозиции.

Воспользоваться гражданским  свободами,  которые  провозглашаются  лишь формально можно лишь в одном  единственном случае – если они  соответствуют интересам той  системы,  которую  проповедуют  вожди.

Отсюда   вытекает   необходимость   сохранения   формы   законности   и одновременно  монополии  правления. Главным   образом   по   этой   причине законодательная  власть  не  может отделиться от исполнительной. Точно так же  практически невозможно отделить власть полицейскую от судебной. Кроме внешнеполитических и пропагандистских причин  немаловажно  и  то, что тоталитарный режим обязан обеспечить правовые гарантии тем, на  кого он опирается, то есть партии.

Так, формально, законы в СССР и Гитлеровской германии охраняли права  всех  граждан, но в действительности только тех, кто не попадал в разряд "врагов народа"  или "врагов рейха". В силу вышеизложенного возникали  надуманные политические судебные процессы, где от  суда  требовалось  уложить  в  рамки  права  заготовленный политический вывод о враждебных происках обвиняемого.

При таком способе судить важнейшую роль играло признание  обвиняемого. Если он сам называл себя  врагом,  тогда  тезис  подтверждался.  Обычно политические процессы затевались по указам «сверху». Тайная  полиция  (НКВД, ГПУ, и др.) получала число требуемых к аресту "врагов  народа"  и  начинала действовать.  Никаких  доказательств  не  требовалось  -  нужно  было   лишь признание.

 Работа полиции в СССР чрезвычайно упрощалась  58-й  статьей  Уголовного Кодекса 1926 года. Она состояла из 14 пунктов.  Но  главное  в  этой  статье было не её содержание, а то, что её возможно  было  истолковать  по-разному. Один пример - пункт  3:  "способствование  каким  бы  то  ни  было  способом иностранному государству, находящемуся  с  СССР  в  состоянии  войны".  Этот пункт  давал  возможность  осудить  человека  за  то,  что,   находясь   под оккупацией, он пришил пуговицу немецкому солдату. Так писал А.И.  Солженицын в своём  великом  произведении  –  «Архипелаг  ГУЛАГ».  Но  главный  принцип коммунистического суда можно выразить  в  одной  единственной  фразе  –  «Мы руководствуемся не законами, а нашей политической совестью».

Однопартийность государственной власти

Тоталитарный  режим допускает только одну правящую партию, а все другие, даже  ранее  существовавшие  партии,  стремится  разогнать,  запретить   или уничтожить.  Правящая  партия  объявляется  ведущей   силой   общества,   ее установки  рассматриваются  как  священные  догмы.  Конкурирующие   идеи   о социальном переустройстве общества объявляются антинародными,  направленными а подрыв устоев общества, на разжигание социальной вражды. Правящая  партия захватывает  бразды  государственного  управления:   происходит   сращивание партийного и  государственного  аппаратов.  В  результате  этого  становится массовым  явлением  одновременное  занятие   партийной   и   государственной должности, а там, где этого  не  происходит,  государственными  должностными лицами выполняются прямые указания лиц, занимающих партийные посты.

В СССР коммунистическую доктрину единственной партии пытались резюмировать в следующем силлогизме: а) каждая партия есть политическое выражение социального класса; b) но СССР есть общество с однородными классами с) стало быть, в СССР может существовать только одна партия¹².

Следует отметить, что отсутствие или игнорирование  партийной программы само по себе не обязательно является знаком тоталитаризма. Первым в трактовке программ и  платформ как бесполезных клочков  бумаги и стеснительных обещаний, несовместимых со стилем и порывом  движения, был Муссолини с его  фашистской философией активизма и  вдохновения самим неповторимым историческим моментом. Простая жажда  власти, соединенная с презрением к болтовне, к ясному словесному выражению того, что именно намерены они делать с этой властью, характеризует  всех вожаков толпы, но не дотягивает до стандартов тоталитаризма. Истинная цель фашизма (итальянского) сводилась  только к захвату власти и установлению в стране прочного правления фашистской "элиты". Тоталитаризм же никогда  не довольствуется правлением с помощью  внешних средств, а именно государства  и машины насилия. Благодаря своей  необыкновенной идеологии и роли, назначенной ей в этом аппарате принуждения, тоталитаризм открыл способ господства над людьми и устрашения их внутри¹³.

Террор  — логическое продолжение тоталитарной пропаганды

Третий признак - государственно организованный террор, основанный на постоянном и тотальном насилии. Основой тоталитарного режима может быть только всеобщая лояльность граждан, в обеспечении которой террор играет не последнюю роль, представляя собой логическое продолжение тоталитарной пропаганды.

Обращенная не к разуму, но к  чувствам тоталитарная пропаганда, являясь  по сути насилием над духом, подкрепляется  насилием физическим. Двойной гнет разлагает личность, гасит ее мыслительные способности, оставляя место лишь почти  непроизвольным рефлексам энтузиазма и страха.

Такое давление со стороны государства ликвидирует не только любую оппозицию, но и любую попытку к инакомыслию.

Партия  – это инструмент террора. При  этом можно выделить террор внешний  и внутренний. Первый состоит в  надзоре членов партии за всей совокупностью  граждан, что гарантирует преданность  нации в целом. Второй представляет собой взаимную слежку членов партии друг за другом, что обеспечивает преданность  политической элиты. И внутренний подчас выглядит более строгим, чем внешний: членство в партии отнюдь не всегда обеспечивает спокойную жизнь, скорее напротив. И это не преувеличение. В большинстве тоталитарных государств различные партийные органы берут  на себя полицейские функции  сотрудничая  с ними в деле всеобщего сыска  и выявления инакомыслящих, партия не растворяется в них. Такая же специализация  наблюдается и в пропаганде, по крайней мере в Германии, где министерство пропаганды было отделено от партии; в  СССР, напротив, “агитпроп” (агитация и пропаганда) остается основной деятельностью  партии. Своеобразие единственной партии нередко преувеличивается ее сторонниками, но оно не должно недооцениваться ее противниками.¹⁴

Всеобщая  идеология тоталитарного режима

Тоталитарный  режим характеризуется, как правило, наличием одной официальной идеологии, которая формируется и задается общественно-политическим движением, политической партией, правящей элитой, политическим лидером, «вождем народа».

Тоталитарные  идеологии относятся к типу мифологических идейных образований, поскольку делают акцент не на отображение реальности, а на популяризацию искусственно созданной картины мира, повествующей не столько о настоящем, сколько о будущем, о том, что необходимо построить и во что требуется свято верить. Характер этой идеологии определяют следующие черты:

1. Обращенность в будущее. Тяготы сегодняшнего дня рассматриваются  лишь как необходимые временные жертвы на пути к  "светлому"  завтра,  доступному только носителям "великой идеи" ("а паразиты — никогда!").
2. Образ  "врага".  Он  злобно  ненавидит  "великую  идею",  какие-либо соглашения и компромиссы  с  ним  принципиально  невозможны.  Этот  враг абсолютно вне моральных норм, он беспредельно жесток, коварен и беспощаден. Что особенно важно — враг вездесущ, у него везде есть тайные приспешники. Все неудачи  на пути к осуществлению этой «великой идеи» объясняются кознями врага.
3. Идеализация, сакрализация  государства,  государственной  партии,  их лидера — Великого Вождя. Они выражают дух народа,  воплощают  в  жизнь  его чаяния и мечты. Поэтому народ должен беззаветно им верить, вручить им  свою жизнь и  безопасность,  неограниченные  полномочия  по  искоренению  врагов "великой идеи".  Вообще,  поскольку все граждане  государства   являются частицами одного общего великого начала, то интересы  управляемых  и  управляющих   якобы полностью  совпадают,  какой-либо  контроль   со   стороны   общества   над госаппаратом совершенно излишен.

Конструируя образ будущей светлой жизни, идеологи тоталитаризма действуют по принципу «упрощения» реальности, т.е. схематизации живых социальных и политических связей и отношений и подгонки действительности под заранее созданные образы и цели.

Тоталитарный режим агрессивен по своей  сути,  а  агрессия  помогает достичь  сразу  несколько  целей:  отвлечь   народ   от   его   бедственного экономического положения, обогатиться  бюрократии,  правящей  элите,  решить геополитические  проблемы военным путем.  Агрессия  при  тоталитарном  режиме может  питаться и  идеей  мирового  господства,  мировой  революции. 

Так, для советских коммунистов политическими противниками была не только «мировая буржуазия», но и представители целого ряда социальных кругов: сторонники царского режима (белогвардейцы), служители культа (священники), представители либеральной гуманитарной интеллигенции («прислужники буржуазии»), предприниматели, кулачество (воплощавшие непереносимый коммунистами дух частной собственности). Германские нацисты внутренними врагами объявляли евреев и других представителей «низших рас», которые якобы несли угрозу рейху.

Принцип вождизма

Одним из принципов тоталитаризма является культ вождя партии. Тоталитарному лидеру приписывается сверхъестественные свойства: непогрешимость, всезнание, всемогущество, способность думать за всех и т.д.

Главная причина этого явления – необходимость  для политократии иметь над собой  неприкосновенность суперарбитра, разрешающего конфликты внутри правящей бюрократии и гарантирующего ее власть и привилегии. «Все более назойливое обожествление Сталина является необходимым элементом режима, – писал Л.Троцкий в 1936 г. – Бюрократии нужен неприкосновенный арбитр, первый консул, если не император, и она поднимает на своих плечах того, кто наиболее отвечает ее притязаниям на господство».

Вождь без  масс - ничто, фикция. Гитлер полностью  сознавал эту взаимозависимость  и выразил ее однажды в речи, обращенной к штурмовым отрядам: "Все, что вы есть, вы есть со мною. Все, что я есмь, я есмь только с вами". Мы слишком склонны  умалять значение таких заявлений  или неправильно понимать их в  том смысле, что действие здесь  определено в категориях отдавания  и исполнения приказов, как это  не в меру часто случалось в  политической традиции и истории  Запада. Но эта идея всегда предполагала "командующего", кто мыслит и  проявляет волю и затем навязывает свою мысль и волю бездумной и  безвольной группе, будь то убеждением, авторитетной властью или насилием. Гитлер, однако, придерживался мнения, что даже "мышление... [существует] только посредством отдавания или  исполнения приказов", тем самым  даже теоретически снимая различение между мышлением и действием, с одной стороны, и между правителями  и управляемыми - с другой.¹⁵