Убийство матерью новорожденного ребенка. 5

     СОДЕРЖАНИЕ 

     Введение…………………………………………………………...…..….3

     Глава 1. Понятие и значение убийства матерью новорожденного ребенка в уголовном законодательстве России и зарубежных стран…………7

     1.1. Убийство матерью новорожденного ребенка. Историко-правовой аспект данного преступления……………………………………….................…7

     1.2. Препятствия правоприменения норм  УК РФ при убийстве матерью  новорожденного ребенка ……………………………………………………….15

     Глава 2. Объективные и субъективные признаки состава преступления убийства матерью новорожденного ребенка………………………………..…20

     2.1. Объективные признаки …………………………………...................20

     2.2. Субъективные признаки…………………………………………..…25

     Выводы  и предложения…………………………………………..………37

     Библиография…………………………………………………….…….....42

     Приложения 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Введение 

     Обеспечение безопасности личности, прав и свобод человека и гражданина от преступных посягательств является приоритетным направлением современной уголовной  политики России, основанной на конституционных  требованиях признания, соблюдения и защиты прав и свобод человека и гражданина. Эффективное обеспечение безопасности личности невозможно без охраны жизни человека. Жизнь человека - важнейшая ценность, особая роль в охране которой принадлежит уголовному законодательству.

     Право каждого человека на жизнь гарантируется в равном объеме независимо от возраста, пола, расы и других обстоятельств, что отражено в части 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации: «Каждый имеет право на жизнь».¹ В то же время самостоятельная ценность личности ребенка специально подчеркивается международным законодательством, которое признает его равноценным членом общества, обладающим от рождения комплексом естественных прав. С 15 сентября 1990 года Российская Федерация является участником Конвенции ООН о правах ребенка, которая рассматривает ребенка как самостоятельную личность, наделенную соответствующими правами, способную в определенной мере к их самостоятельному осуществлению и защите.

     Один  из наиболее распространенных в современных  странах привилегированных видов  убийства - убийство матерью новорожденного ребенка. Для краткости этот состав обычно обозначается как детоубийство (инфантицид), однако его следует четко отграничивать от убийства несовершеннолетних вообще, которое является, напротив, квалифицированным убийством.

     Общее основание считать данное деяние менее опасным (привилегированным) видом убийства и состоит в том, что беременность (особенно нежелательная) и роды оказывают весьма неблагоприятное воздействие на психику женщины, приводя нередко к уменьшению вменяемости. В процессе беременности и после родов могут возникать также дополнительные психотравмирующие факторы: стыд перед окружающими (при внебрачном ребенке), тяжелые материальные или жилищные условия, неготовность к самостоятельному воспитанию ребенка и т.д. Все эти обстоятельства рассматриваются как смягчающие при выделении детоубийства в отдельный привилегированный состав.

     При совершении такого преступления, как  убийство матерью новорожденного ребенка, совершается посягательство на основное конституционное право человека - право на жизнь.

     Актуальность темы определяется тем, что общественная опасность этих преступлений определяется не столько их распространённостью, сколько особой тяжестью последствий и проблемностью в квалификации данного преступления. Принося глубокие моральные потрясения, горе и страдание, эти преступления, даже в своих единичных проявлениях, не идут ни в какое сравнение с менее тяжкими, хотя и значительно более распространёнными преступлениями. Идет посягательство на самых незащищенных, самых уязвимых. Тех, кого по природе своего бытия человек, особенно мать, должны беречь и защищать, даже ценой своей жизни. Наиболее приоритетным направлением борьбы с ними является предупреждение и профилактика данных преступлений. Впервые в России Уголовное законодательство 1996 г, в статье 106 УК РФ, отдельно предусматривает уголовную ответственность за убийство матерью своего новорождённого ребёнка². (Приложение 1). В последние годы отмечается незначительное снижение числа убийств новорожденного, в среднем ежегодно данные показатели снижаются приблизительно на 1,8 - 2,2 %. В практической деятельности органов дознания, следствия и суда до сих пор вызывает затруднение не только выявление этого преступления и его квалификация, но и решение вопросов, связанных с назначением наказания. Причем особую трудность представляет установление объективной стороны преступления. А между тем, данный элемент состава преступления является одним из исходных моментов при установлении квалификации деяния, разграничения схожих преступлений.

     Степень разработанности  данной проблемы в юридической литературе относительно высока. Так теоретическому исследованию проблем предупреждения и квалификации детоубийств был посвящен ряд работ правоведов и криминологов. Вопросы причин убийств новорождённых и роль конкретной жизненной ситуации в совершении этого преступления рассматривал в своих работах Ю.М. Антонян. Особенностям формирования противоправного поведения женщин и некоторым особенностям его предупреждения были посвящены труды В.А.Серебряковой, М.И. Арсеньевой.

     С.В. Бородин, Л.И. Глухарева, Е.В.Середа, Л.И. Тимина анализировали проблемы уголовной  ответственности за детоубийство. Разработкой  методики расследования и вопросами  предупреждения детоубийств занимались А.К. Звирбуль, М.П. Журавлева.

     В целом проблема ранее рассматривалась  с криминологической, уголовно-правовой и уголовно-процессуальной позиций.

     С учётом изменений, происходящих в современных  условиях во всех сферах жизни, изучение данного преступления и разработка предложений по их квалификации и предупреждению остаются актуальными и сегодня.

     Целью курсовой работы является изучение уголовно-правовой характеристики убийства матерью новорожденного ребенка.

     В соответствии с этим мы поставили  перед собой следующие задачи:  
           1.исследование уголовно-правовой специфики убийства матерью новорождённого ребёнка;

     2.изучение  состояния и тенденций развития  данного вида преступлений; изучение  причин и условий, способствующих  убийству матерью новорождённого  ребёнка; 

     3.анализ  действующего законодательства и подзаконных нормативных актов, регламентирующих деятельность правоохранительных органов, государственных и общественных институтов по борьбе с указанными преступлениями.

     Объектом  курсовой работы являются общественные отношения, охраняющие жизнь новорожденного ребенка.

     Предметом курсовой работы является состав убийства матерью новорожденного ребенка.

     Методологической  основой исследования послужили общенаучные методы познания, а также ряд частно-научных методов, в том числе такие методы, как историко-юридический, системно-структурный, и сравнительно-правовой. В процессе исследования использовались конкретные методы исследования, в том числе такой, как изучение документов. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Глава 1. Понятие и значение убийства матерью  новорожденного ребенка в уголовном законодательстве России и зарубежных стан.

1. Убийство матерью новорожденного ребенка. Историко-правовой аспект данного преступления

       Анализ законодательных актов Древней Руси дает основание для вывода о том, что ответственность за избавление матери от младенца предусматривалась еще в ранние периоды истории. Так, в ст.5 и 6 Устава князя Ярослава говорится о насильственном лишении жизни матерью своего незаконнорожденного ребенка. За это деяние она подвергалась заключению в церковном доме. Это было довольно-таки мягким наказанием. Об ответственности матери за избавление от ребенка говорилось и в ст.9 Устава князя Владимира Святославовича. «Поучение новгородского архиепископа Ильи-Иоанна» и«Заповедь святых отець ко исповедающимся сыном и дщерем», предусматривали наказание женщине, которая «свой плод зелья ради извережет»³.

       Именно за эти занятия «зелейники» и подвергались гонениям со стороны церкви. Не оставались безнаказанными и обращавшиеся к ним женщины. Согласно постановлению Трульского собора, избавление от плода приравнивалось к убийству и виновная подвергалась десятилетнему церковному отлучению. Византийское законодательство восприняло эти идеи. Согласно Эклоге, попытка избавления от плода замужней женщиной каралась сечением и изгнанием (Эклога, Тит.ХУ11, ст.36). В Прохироне наказание распространялось и на незамужних женщин. Ограничение свободы женщины решать свою собственную судьбу и судьбу еще не родившегося ребенка было направлено на пресечение внебрачных связей»⁴.

       Из Соборного уложения 1649 года видно, что законодательство уже более дифференцированно подходит к определению наказуемости детоубийства. Здесь убийство родителями своих детей, рожденных в брачных отношениях, рассматривалось как менее опасное деяние по сравнению с убийством матерью внебрачного ребенка. И напротив, наказание ужесточалось, если имело место убийство матерью незаконнорожденного ребенка. «Так, в ст.3 главы ХХ11 указывалось: «А будет отец или мать сына или дочь убиет до смерти, и их за то посадить в тюрьму на год, а отсидев в тюрьме год, приходити им к церкви божии, и у церкви божии объявляти тот свой грех всем людям в слух. А смертию отце и матери за сына и за дочь не казнити». И напротив, наказание ужесточалось, если имело место убийство матерью незаконнорожденного ребенка. «А будет которая жена учнет житии блудно и скверно, и в блуде приживет с кем детей и тех детей сама, или иной кто по ея велению погубит, а сыщется про то допряма: и таких беззаконных жен, и кто по ея велению детей ея погубит, казнити смертию безо всякия пощады, чтобы на то смотря, иные такова беззаконного и скверного дела не делали, и от блуда унялися». Таким образом, в первом случае родители обладали широкими правами в отношении своих детей, которые, по словам П.Д. Колосовского, носили характер «властительства». Во втором случае предпочтение отдавалось охране нравственности в обществе, и суровое наказание определялось тем, что «детоубийца посягал на две заповеди: «не убий» и «не прелюбосотвори»⁵. В связи с этим, в юридической литературе принято считать, что на Руси впервые постановления о детоубийстве изложены в Соборном уложении царя Алексея Михайловича 1749 г.

       В эпоху Петра 1 детоубийство каралось смертью. Так, в Воинском артикуле указывалось: «Ежели кто отца своего, мать, дитя во младенчестве, офицера наглым образом умертвит, онаго колесовать, а тело его на колесо положить, а за прочих мечем наказать»⁶.

       В Своде законов уголовных 1832 г. предусматривалась ответственность за убийство сына или дочери (чадоубийство), а также детоубийство (убийство малолетнего). Причем эти преступления относились к умышленным, совершенным при отягчающих обстоятельствах («особенным смертоубийствам»). В этом законодательном акте в отличие от Соборного уложения 1649 г. усиливается наказание родителей за посягательство на жизнь детей.

       М.Д. Шаргородский писал, что «для устранения представления о праве родителей на жизнь детей еще в Своде законов 1832 г. Было записано: «Родители не имеют права на жизнь детей и за убийство их садятся и наказуются уголовным законом».⁷

       В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. законодатель говорит об убийстве новорожденного ребенка как о преступлении со смягчающими обстоятельствами. Наказание понижалось, если убийство незаконнорожденного ребенка совершалось матерью от стыда или страха при самом рождении младенца. За совершение этого преступления в соответствии с санкцией статьи полагались тюремное заключение сроком на 2 года либо ссылка на поселение. Признавая такое убийство менее опасным, законодатель обосновывал это тем, что положение виновной женщины здесь необыкновенное, и она часто, терзаемая стыдом, страхом, угрызениями совести и физическими мучениями, лишается рассудка и решается на убийство ребенка, хорошо не осознавая того, что делает. Действие этой нормы распространялось только на те случаи, когда мать лишала жизни своего ребенка, являющегося по своему статусу «незаконнорожденным».

       Если же мать убивала своего законнорожденного ребенка, наказание следовало более строгое. Как видно, в тот период, в отличие от Соборного уложения 1649 г., законодатель более снисходительно относился к матерям-убийцам своих незаконнорожденных детей. Это можно объяснить стремлением государства упорядочить половую жизнь в обществе, ввести ее в определенные моральные и нравственные рамки. В России в тот период рождение детей, зачатых и появившихся на свет вне брака, негативно воспринималось обществом. Женщины, родившие внебрачных детей, подвергались общественному осуждению и позору.

       Предусматривалась уголовная ответственность за убийство матерью родившегося ребенка и в Уголовном уложении 1903 г. В соответствии со ст.461 Уголовного уложения 1903 г. «мать, виновная в убийстве прижитого ею вне брака ребенка при его рождении, наказывалась исправительным домом». Это убийство также рассматривалось как менее опасное, т.к. женщина в период родов испытывает особого рода физические и моральные страдания, которые выводят ее из нормального психического состояния, и в силу этого она не способна в полной мере осознавать свои действия и руководить ими, а также стыдом и страхом за будущее как самой виновной, так и ее внебрачного ребенка.

       В теории и практике применения российского уголовного законодательства еще долго - вплоть до 1917 г. - сохранялся взгляд на признание состава убийства матерью незаконнорожденного ребенка, как состав со смягчающими обстоятельствами.

       Как было уже отмечено, в советском уголовном законодательстве не было специальной нормы, которой бы предусматривалась ответственность за убийство матерью новорожденного ребенка. Это убийство не рассматривалось как менее опасное, а напротив, относилось к преступлению, совершенному при отягчающих обстоятельствах.

       Так, женщина, виновная в насильственном лишении жизни своего родившегося младенца, привлекалась к уголовной ответственности по ст. 142 УК РСФСР 1922 г., в соответствии с которой ей инкриминировались два отягчающих обстоятельства: убийство лицом, на обязанности которого лежала забота об убитом, и с использованием беспомощного состояния убитого.

       В этот период ученые все-таки обращали внимание законодателя, что мать-убийца могла во время родов находиться в аффектированном состоянии, которое следовало бы, по их мнению, учитывать как смягчающее обстоятельство, однако последнее не предусматривалось в законе в качестве такового⁸.

       Не изменилась уголовно-правовая оценка рассматриваемого деяния и в УК РСФСР 1926 г.

       Действия матери, совершившей убийство своего новорожденного ребенка, квалифицировались по ст.136 п.п. «д» и «е» УК РСФСР как убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах, лицом, на обязанности которого лежала особая забота об убитом, и с использованием беспомощного положения убитого. В юридической литературе того времени многие ученые категорически возражали против отнесения убийства матерью своего новорожденного ребенка к менее опасному преступлению. Рашковская Ш.С. писала, что «в СССР, где созданы все условия для счастливого материнства и воспитания здорового поколения будущих строителей коммунистического общества, нет никакой почвы для совершения подобных преступлений»⁹.

       Однако, судебные органы по этим делам, как правило, назначали виновной значительно пониженное наказание, учитывая часто особое состояние роженицы или исключительные обстоятельства, толкнувшие женщину на совершение этого преступления.

       Уголовно - кассационная коллегия ВС РСФСР ориентировала правоприменителя на дифференцированный подход при назначении наказания матери-убийце. «Наказание смягчалось, если преступление совершалось впервые, и она была матерью-одиночкой с низким уровнем культуры и материального достатка. И, напротив, наказание ужесточалось, если мать- убийца была достаточно культурной и жила в условиях материального благополучия».¹⁰

       Однако, несмотря на противоречивость судебной практики и взятое ею направление на ужесточение уголовной репрессии в отношении матерей, насильственно лишавших жизни своих новорожденных детей, теоретики уголовного права все настойчивее ставили вопрос перед законодателем о дополнении УК РСФСР специальной нормой, регулирующей эти отношения, поскольку ее отсутствие создавало определенные проблемы для правоприменителя¹¹.

       Но в России дискуссии по вопросу о необходимости законодательного решения данной проблемы в УК РСФСР к положительному результату не привела. В УК РСФСР 1960 г. деяние матери- убийцы квалифицировалось по ст.103 УК РСФСР как убийство, совершенное без отягчающих и смягчающих обстоятельств. В юридической же литературе продолжалось обсуждение вопроса об обоснованности отнесения этого состава преступления к менее опасным видам убийства. Сторонники положительного его решения считали оправданным включение в УК РФ специальной нормы, которой бы предусматривалась уголовная ответственность за убийство матерью новорожденного ребенка. Судебная практика постепенно шла по пути снижения наказания матерям- убийцам. Характерен в этом отношении следующий пример:

       «Приговор изменен в силу суровости назначенного наказания. Р. осуждена по ст.103 УК РСФСР к лишению свободы сроком на 8 лет в исправительно-трудовой колонии общего режима. Она признана виновной в умышленном убийстве новорожденного ребенка при следующих обстоятельствах. Родив доношенного ребенка, Р. не оказывала ему никакой помощи, а потом завернула его в простыню и халат и положила в платяной шкаф, где и умер вследствие закрытия верхних дыхательных путей. Заместитель председателя Верховного Суда РСФСР внес протест в Судебную коллегию ВС РСФСР о снижении Р. наказания до трех лет лишения свободы. Судебная коллегия протест удовлетворила. Вина Р. материалами дела доказана и действия ее квалифицированы правильно. В части меры наказания приговор суда и кассационное определение подлежат изменению. Назначая Р. наказание, суд в приговоре сослался на смягчающие ответственность обстоятельства: признание вины, чистосердечное раскаяние, совершение преступления впервые. Однако учел их не в достаточной степени.

       Не было учтено судом и исключительное болезненное состояние осужденной, вызванное родами, оставление ее отцом родившегося ребенка, т.е. совершение преступления вследствие стечения тяжелых личных семейных обстоятельств. С учетом этого, назначенное Р. наказание следует признать несправедливым вследствие его суровости, а потому оно подлежит снижению. Кроме того, коллегия, учитывая обстоятельства, при которых совершено преступление, и личность виновной, находит возможным в данном конкретном случае применить в отношении Р. ст.44 УК.»¹².

       Но были и противника такого подхода в решении этого вопроса, например Бородин С.В. «По нашему мнению, более правильную позицию занимают те авторы, которые отрицают необходимость выделения самостоятельного состава преступления - детоубийство. Известно, что основанием для выделения детоубийства в самостоятельный состав преступления является то, что женщина во время родов нередко оказывается в тяжелом состоянии, влияющем на психику. Именно такое состояние женщины при детоубийстве признается смягчающим обстоятельством. Это правильно. Но вместе с тем, необходимо отметить, что далеко не каждое детоубийство совершается при данных смягчающих обстоятельствах. Поэтому относить заранее все детоубийства к совершенным при смягчающих обстоятельствах вряд ли верно. Это ослабляет борьбу с данным видом преступления. Признание детоубийства простым убийством дает возможность дифференцированно подходить к каждому случаю»¹³.

     В настоящее время есть противники такого подхода. В частности, И. П. Кривошеин, исследуя проблемы ответственности за детоубийство, пришел к выводу о том, что далеко не каждое детоубийство совершается при смягчающих обстоятельствах. «К сожалению, следует отметить, что составители рассматриваемой уголовно-правовой нормы учли такие обстоятельства, которые даже с большой натяжкой вряд ли можно отнести к числу привилегированных, в значительной мере смягчающих наказание матерей- убийц своих детей»¹⁴.

       В настоящее время в современном российском уголовном законодательстве есть специальная норма, которой предусматривается ответственность за убийство матерью новорожденного ребенка при смягчающих обстоятельствах. При этом статус родившегося ребенка, будь он законнорожденным либо незаконнорожденным, для квалификации значения не имеет.

       Анализ законодательных актов Древней Руси, эпохи Петра 1, советского уголовного законодательства и продолжающиеся в теории уголовного права дискуссии по этому составу преступления свидетельствуют о необходимости поиска вариантов улучшения его конструкции. История вопроса об ответственности за убийство матерью новорожденного ребенка не закачивается - она продолжается. 
 
 
 
 

     1.2. Препятствия правоприменения  норм УК РФ при  убийстве матерью  новорожденного ребенка 

    В Уголовный кодекс РФ 1996 г. законодателем включена ст. 106, предусматривающая ответственность за такое привилегированное преступление, как убийство матерью новорожденного ребенка. Однако конструктивные признаки состава ст. 106 УК РФ далеки от однозначного понимания и поэтому даже безупречная квалификация преступных посягательств на жизнь новорожденного не гарантирует надлежащего учета всех криминологически значимых характеристик деяния и лиц, его совершивших.

    Необходимым обратить внимание на некоторые технико-юридические погрешности, которые затрудняют применение уголовного закона.

    1. Анализ действующего уголовного  законодательства и фактически  сложившаяся судебная практика  по уголовным делам позволяют  сделать вывод о том, что  в отношении определения потерпевшего законодателем должны быть четко изложены границы периода новорожденности. Желательно было бы получить разъяснение Пленума ВС РФ с изложением четких границ периодов таких понятий, как "роды", "во время родов", "сразу же после родов", "новорожденный". Что касается понятия "новорожденный", то медицинский и юридический критерии здесь не совпадают. В общемедицинском смысле новорожденность можно определить как начальный период существования ребенка и адаптации его к условиям внеутробной жизни. Акушеры и педиатры (неонатологи) исчисляют этот период 28 днями, подразделяя на ранний неонатальный период, длящийся от момента перевязки пуповины до конца семи суток (168 часов жизни), и на поздний - с 8-го по 28-й день жизни¹⁵. Судебно-медицинское определение периода новорожденности отличается от принятого клиницистами - это достаточно короткий промежуток времени, длящийся первые 24 часа после рождения и определяемый в спорных случаях по ряду признаков (отсутствие демаркационного кольца на пуповине, наличие родовой опухоли, мекония, сыровидной смазки)¹⁶. Медицинская энциклопедия новорожденным считает ребенка с момента рождения, первого вздоха и перевязки пуповины до четырехнедельного возраста. Юридическая литература изобилует различными иными толкованиями возраста новорожденного (3 - 6 недель - время первичной адаптации ребенка к окружающему миру)¹⁷. Понятно, что столь размытые границы установления возраста потерпевшего дают возможность весьма вольного применения УК. Проблема установления критерия новорожденности была разрешена Верховным Судом Республики Казахстан, прямо указавшим, что новорожденность ребенка определяется в соответствии с педиатрическими критериями (месяц)¹⁸.

    2. Уголовная ответственность матери  за убийство своего новорожденного  ребенка наступает по достижении  ею 16-летнего возраста. Законодатель, видимо, мотивировал это тем, что мать новорожденного ребенка в 14 лет не может осознавать всю ответственность материнства, саму ее сущность. Однако в последнее время возрастает тенденция материнства именно малолетними матерями - 14, 15, а то и 12 лет, обусловленная более быстрым половым созреванием и ранним началом половой жизни. В случае если роженица не достигла возраста 14 лет, проблем с точки зрения уголовной ответственности нет. Она не подлежит уголовной ответственности в силу недостижения необходимого для этого возраста. Но как быть, если мать, убившая своего ребенка, старше 14, но младше 16 лет?

    Рассматриваемый нами состав преступления предусмотрен в специальном предписании по отношению к общей норме, которой  в данном случае является ст. 105 УК РФ "Убийство". Поэтому в соответствии с положениями, сформулированными законодателем в ч. 3 ст. 17 УК РФ, лица, достигшие 16-летнего возраста и совершившие указанные деяния при наличии смягчающих обстоятельств, несут ответственность за привилегированные преступления. В то же время несовершеннолетние, не достигшие 16-летнего возраста, могут быть субъектом убийства, а их ответственность за привилегированное преступление исключается. В соответствии с буквальным грамматическим смыслом ч. 3 ст. 17 и ст. 20 УК РФ 15-летние лица могут подлежать уголовной ответственности в случае совершения ими деяний, содержащих признаки преступлений с привилегированными составами, по общей норме, поскольку отсутствие признаков специальной нормы влечет применения общей. Аналогичной позиции придерживаются такие авторы, как С.Ф. Милюков, Е.Б. Кургузкина¹⁹.

    Здесь, по нашему мнению, имеет место законодательный  пробел, так как в этом случае несовершеннолетний будет подвергаться более строгому наказанию, чем взрослый. Так, 14-летней женщине, лишившей жизни своего новорожденного ребенка, грозит лишение свободы от восьми до двадцати лет, а 16-летней - лишь до пяти лет. В данном случае, как нам представляется, нарушается принцип справедливости, так как, опираясь на смысл гл. 14 УК РФ "Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних", ясно, что за совершение подобных деяний несовершеннолетние не могут подвергаться более строгим мерам ответственности, чем взрослые. Так, А.Н. Красиков прямо указал: "Согласно Закону субъектом рассматриваемого состава преступления может быть мать-роженица, родильница, достигшая 16-летнего возраста. Совершение убийства новорожденного роженицей (родильницей), не достигшей 16-летнего возраста, не содержит состава названного преступления"²⁰.

    3. Сложная ситуация возникает и  в том случае, когда убийство  своего новорожденного ребенка  совершает мать, не достигшая  16-летнего возраста, в соучастии  или соисполнительстве с лицом  или лицами возраста 14 лет (возраст  привлечения к уголовной ответственности по ст. 105 УК РФ). Так, в соответствии с ч. 2 ст. 34 УК РФ соисполнители отвечают по статье Особенной части УК РФ за преступление, совершенное ими совместно, без ссылки на ст. 33 УК РФ. В нашем случае это невозможно, так как субъект преступления, предусмотренного ст. 106 УК РФ, - специальный. Им может быть только мать новорожденного ребенка. Следовательно, соисполнитель несет ответственность по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ "Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии".