Убийство новорожденного матерью
Содержание
Введение………………………………………..…..……
Глава 1. Конституционное право на жизнь и правовой статус новорожденного…………………………………………
1.1.Понятие новорожденного…………………………………………
1.2. Правовой статус новорожденного в соответствии с действующим
законодательством РФ……………………………………………………………9
Глава 2. Субъект и соучастники преступления - убийство матерью
новорожденного ребенка………………………………………………….…….
Заключение………………………………......….
Список использованной литературы……….……………………...………….
Введение
Выделение состава преступления совершенного матерью - один из основных способов дифференциации уголовной ответственности и наказания, определения целенаправленности уголовной репрессии.
Специфика преступления с матерью – субъектом преступления такова, что вред общественному отношению (объекту преступления) наносится изнутри одним из субъектов правоотношения, являющимся одновременно и субъектом преступления.
В научной литературе исследованию этой проблемы уделено значительное внимание. Однако не все вопросы нашли должное разрешение.
Актуальность данной темы обусловлена, прежде всего, важным значением правового статуса матери - субъекта в уголовном праве в условиях становления в России правового демократического государства. Это одна из актуальных проблем уголовного права.
Основными проблемами учения о субъекте преступления на современном этапе развития законодательства остаются вопросы вменяемости и установления признаков субъекта. Отдельно следует выделить ответственность лиц с психическими аномалиями, не исключающими вменяемости.
Причины совершения преступлений женщинами, в том числе детоубийств, интересовали ученых всех времен. Их высказывания сводятся к единому мнению, что совершение женщиной преступлений, в том числе и убийства матерью новорожденного ребенка, в значительной мере подготавливается той микросредой, в которой она находится. Судебная практика показывает, что все негативные явления, в том числе и преступления, хотя и связаны с улицей, с бытом и досугом, в какой-то мере с местом работы и учебы, берут свое начало в семье. Преступления совершаются в основном в семьях с низким нравственным уровнем. Семейная мораль тесно связана с уровнем образования, культуры, действием иных факторов. Хотя вне брака дети рождаются и в нравственно здоровых семьях, для этого, как показывает анализ практики, требуется "напор" на ситуацию особенно тяжелых, порой невыносимых или, наоборот, необыкновенно соблазнительных влияний, которые доводят личность до потери нравственного равновесия.
Анализ отечественного уголовного законодательства позволяет сделать вывод о том, что законодатели на протяжении всей истории России постоянно обращались к уголовно-правовым нормам, определяющим признаки субъекта преступления. При этом перечень преступных деяний постоянно менялся, а вопросы, связанные с уголовной ответственностью и наказанием субъекта преступления детализировались и уточнялись на различных этапах развития государства, исходя из задач, стоящих перед ним в области борьбы с преступностью.
Развитие новых экономических отношений, становление института государственной службы, военная реформа и другие преобразования, происходящие в нашем обществе, требуют переосмысления многих понятий, связанных с уголовной ответственностью за совершение преступлений, состав которых рассчитан на субъекта преступления – женщину-мать.
Существующие на сегодняшний день научные работы по проблемам, имеющим отношение к теме настоящей работы написаны и в настоящее время. Принятие Уголовного Кодекса РФ (далее – УК РФ) породило новые проблемы на практике, которые требуют научного осмысления.
В настоящее время имеется большая необходимость в изучении женской преступности, какие источники питают данный вид преступности в целом, в чем причины преступного поведения женщин, ради чего они допускают подобные действия. Это необходимо в связи с интенсивным ростом данного вида преступности в нашем государстве. С тем, что преступное поведение женщин оказывает самое отрицательное влияние на общество, его институты и общности, особенно на семью, на его нравственно психологическую атмосферу в целом. Женская преступность как бы является показателем нравственного здоровья общества, его духовности, отношения к базовым общечеловеческим ценностям.
Особо хотелось бы сказать о женщине, совершающей убийство детей. Выборочные данные показывают, что по сравнению с 30-ми годами число детоубийств выросло втрое. Особенностью деятельности женщины - киллера является продуманность, жестокость и трудность их раскрытия и доказывания.
Около 50% женщин-преступниц, составляют лица в возрасте до 30 лет. Например, согласно статистическим данным Ярославского районного суда Ярославской области в 2008 году осуждено женщин в возрасте от 14 до 30 лет 110 преступлений, что составляет 33% от общего числа преступлении, совершаемых женщиной. Но эта цифра средняя. Она колеблется в зависимости от той преступной деятельности, которой женщина занимается. Характеризуя среднестатистическую личность преступницы, конечно же, здесь имеет место отсутствие социально-полезных связей либо они очень слабы, отсутствие определенных занятий, то есть то, что каждая законопослушная женщина считает для себя характеристиками стабильности в жизни. И это в сравнении более высокого (по сравнению с мужчинами-преступниками) уровня образования, то есть наличия высшего или средне специального образования. Для женщины очень характерен высокий уровень рецидива.
Состояние здоровья женщины-преступницы хуже, чем мужчин. Среди них значительная часть лиц, страдающих алкоголизмом, психопатией, олигофренией. Женщина вообще, а преступница в большей степени характеризуется высокой импульсивностью, неадекватным восприятием и необдуманным поведением.
Цели и задачи.
Целью настоящей работы является рассмотрение вопросов понятия, признаков матери, как субъекта преступления.
Для достижения данной цели необходимо решить следующие задачи:
1) Рассмотреть особенности совершения преступлений женщиной-матерью - убийство матерью новорожденного ребенка.
2) Обобщить выводы.
Методологическую основу данной работы составили базовые положения диалектического метода познания. При решении поставленных задач в рамках диалектического метода научного познания использовались различные методы научного исследования: сравнительно-правовой, формально-логический (при толковании уголовно-правовых норм), изучение документов (при анализе уголовных дел), и некоторые другие методы, успешно апробированные специалистами в области уголовного права.
Нормативно-правовую базу исследования составили Конституция РФ[1], Уголовной Кодекс РФ от 24 мая 1996 года (с изм. от 09 февраля 2009 года)[2]. В процессе проведения исследования применялись основные положения уголовного права.
Теоретическую основу исследования составляет юридическая литература по уголовному праву, в частности, труды Н.С. Лейкиной; А.М. Лазарева; Р. Орымбаева; А.И. Рарога и других.
Вместе с тем было бы неправильным полагать, что проблемы матери, как субъекта преступления исследованы в литературе всесторонне и не нуждаются в дальнейших разработках. В имеющихся по рассматриваемой проблеме работах еще не всегда полно и убедительно освещаются спорные вопросы. Дискуссионными остаются многие вопросы особенно на практике.
Соответственно с учетом характера и специфики темы, а также степени разработки затрагиваемых в ней проблем, построена и структура работы, которая состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.
Глава 1. Конституционное право на жизнь и правовой статус новорожденного
1.1. Понятие новорожденного
Анализ современной уголовно-правовой литературы свидетельствует о том, что к толкованию некоторых признаков состава преступления, предусмотренного ст. 106 УК РФ, существует явно различный подход. Например, различной трактовке в юридической литературе подвергается понятие "новорожденный" ребенок. Между тем это понятие является конститутивным в этом составе, поскольку, во-первых, потерпевшим от этого преступления может быть не любой ребенок, а только новорожденный и, следовательно, установление статуса потерпевшего является обязательным условием правильной квалификации деяния. Во-вторых, с этим понятием неразрывно связаны обстоятельства, при наличии которых убийство приобретает характер менее опасного. Это когда оно совершается матерью: 1) во время родов; 2) сразу же после родов; 3) а также спустя некоторое время после них, однако же, в условиях психотравмирующей ситуации либо в состоянии психического расстройства, не исключающего ее вменяемости. Из сказанного следует, что основными вопросами в данном случае являются вопросы: как долго может длиться по времени состояние новорожденности у появившегося на свет младенца? Где пролегает граница между убийством матерью новорожденного ребенка и детоубийством, квалифицируемым на общих основаниях? Таким образом, чтобы правильно квалифицировать деяние, связанное с умышленным причинением смерти ребенку, необходимо уяснить сущность понятия "новорожденный".
Законодательство России в этой области достаточно противоречиво. Так, п. 2 ст. 17 Конституции гласит: "Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения"[3]. Определим, что же следует понимать под рождением. Для констатации факта рождения человека используется критерий живорожденности. Согласно инструкции Наркомздрава СССР 1937 г., основным критерием живорожденности считалось начало самостоятельного дыхания. Другие признаки жизни не учитывались. Инструкция Минздрава СССР от 12 июня 1986 г. так же воспринимала данное положение. Кроме того, рождение плода до 28 недель беременности (ростом менее 35 см и массой менее 1000 г) независимо от того, проявлял он признаки жизни или не проявлял, считалось выкидышем (абортом).
Сегодня в соответствии с Инструкцией об определении критериев живорождения... под рождением человека понимают полное изгнание или извлечение из организма матери плода, который появился на свет после 28 недель беременности, весит более 1000 г, дышит и проявляет другие признаки жизни[4].
Однако и сегодня дети, появившиеся на свет с 22 по 28 неделю беременности и весящие менее 1000 г, считаются поздними выкидышами. Как совершенно справедливо замечает Р. Игнатьева, "юридичеcки бесконтрольный период между 22 и 28 неделями беременности... (сорок два беззаконных дня)[5] лишает глубоко недоношенных детей конституционного права на жизнь, так как в России отсутствует правовой акт, обязывающий медиков бороться за жизнь детей, появившихся на свет раньше определенного срока. Между тем они в большинстве случаев жизнеспособны. Необходимо лишь оказание соответствующей медицинской помощи, которая недоступна большинству роддомов. Ее отсутствие стоит России 65 тысяч ее граждан. Таким образом, согласно Конституции РФ право на жизнь принадлежит каждому от рождения. Вместе с тем на глубоко недоношенных, но уже рожденных детей данный принцип не распространяется.
1.2. Правовой статус новорожденного в соответствии с действующим
законодательством РФ
Зададимся вопросом: какова же правовая защита еще не рожденного плода в Российской Федерации? Согласно Конституции человеческий эмбрион не является носителем права на жизнь, поскольку в п. 2 ст. 17 провозглашается: "Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения". Уголовный закон также связывает начало жизни с моментом физиологических родов, то есть с началом процесса выхода плода из утробы матери[6]. Вместе с тем, как полагает Н.В. Крылова, предпосылки для установления уголовно-правовой защиты эмбриона в уголовном праве есть[7]. Автор делает вывод, что косвенным образом признается уголовно-правовая защита не только матери, но и плода. Данная точка зрения разделяется О.Г. Селиховой, которая полагает, что "жизнь... и телесная неприкосновенность человеческого эмбриона выступают в качестве объекта, охраняемого уголовным правом"[8]. Эта позиция основывается на том, что законодатель выделяет такой квалифицирующий признак преступлений, как их совершение в отношении беременной женщины. Практически все российские юристы говорят о том, что в результате таких преступлений вред причиняется "фактически" двум лицам - матери и ребенку. Так, Н.Г. Иванов отмечает, что "субъект посягает по существу на две ценности - жизнь женщины и ее плод, исключая его развитие и в дальнейшем новую человеческую жизнь"[9]. По мнению Г.Н. Борзенкова, "повышенная опасность этого преступления обусловлена тем, что, убивая беременную женщину, виновный уничтожает и плод как зародыш будущей жизни"[10]. "Это убийство, - пишет С.В. Бородин, - отнесено к числу совершенных при отягчающих обстоятельствах в связи с тем, что виновный, причиняя смерть беременной женщине, посягает фактически на две жизни - на жизнь потерпевшей и на жизнь будущего человека"[11].
Гражданское право идет немного дальше, поскольку признает некоторые права nasciturus (нерожденного). По общему правилу человек приобретает правоспособность в силу рождения[12], однако, ст. 1116 Гражданского кодекса РФ гласит: "...К наследованию могут призываться граждане... зачатые при жизни наследодателя"[13].
Пункты 11-12 ч. 2 ст. 218 Налогового кодекса РФ относят к категории налогоплательщиков лиц, имеющих право на стандартные налоговые вычеты, которые в момент аварии 1957 г. (производственное объединение "Маяк", сброс радиоактивных отходов в реку Теча) и эвакуации в 1986 г. из зоны Чернобыльской АЭС находились в состоянии внутриутробного развития[14]. Федеральный закон "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" закрепляет право детей, зачатых при жизни потерпевшего, на обеспечение по страхованию[15]. Действие Федеральный закон "О трансплантации органов и (или) тканей человека" не распространяется на эмбрионы человека[16].
Как видим, содержание ряда правовых норм в России позволяет сделать вывод о том, что в некоторых случаях жизнь и телесная неприкосновенность эмбриона выступает в качестве объекта, охраняемого уголовным, гражданским и другими отраслями права. Однако Конституция РФ исключает правовую охрану нерожденного. Налицо противоречие между Основным законом и отраслевым законодательством. Думается, что закрепление в Конституции РФ экстенсивного понятия права на жизнь позволит разрешить существующие коллизии[17].
В этой связи ст. 20 Конституции РФ может быть дополнена следующей формулировкой: "Государство гарантирует охрану человеческой жизни с момента зачатия" и выглядеть следующим образом:
1. Каждый имеет право на жизнь.
2. Государство гарантирует охрану человеческой жизни с момента зачатия.
3. Смертная казнь впредь до момента ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела с участием присяжных заседателей.
Таким образом, конституционное закрепление права на жизнь человеческого эмбриона с момента зачатия может рассматриваться в качестве базы для правового регулирования репродуктивных прав человека, правомерного использования человеческих эмбрионов для научно-исследовательских и терапевтических целей. Более того, данное конституционное положение закрепит право на жизнь как абсолютную ценность, и будет способствовать формированию гуманного и морально оправданного отношения к человеческому эмбриону в современном российском обществе.
Глава 2. Субъект и соучастники преступления - убийство матерью
новорожденного ребенка
Привлечение к уголовной ответственности матерей за убийство новорожденных во время родов или сразу после них (ст.106 УК РФ) вызывает на практике затруднения при квалификации и вынесении приговоров в суде в связи со сложностью толкования отдельных оценочных понятий и положений этого состава. Нет единства в толковании ст.106 УК и в юридической литературе. Между тем актуальность данного состава не только не снижается, но и приобретает в последнее время все большее значение. По статистическим данным, пик роста детоубийств наблюдался в конце 50-х гг. прошлого столетия, когда их количество увеличилось до 64% в числе всех убийств, совершенных женщинами. В 70-е гг. этот показатель снизился до 35%, к 2000 году - до 11%, однако к средине 2002-х гг. процент детоубийств в России вновь стал расти. По данным исследований Е. Кургузкиной, число зарегистрированных убийств новорожденных матерями при родах в 2003 году по отношению к 2000 году увеличилось на 94%, а в 2004 году - почти в два раза (на 197%)[18]. В последующие годы, по официальным общероссийским статистическим данным, в общей структуре убийств доля детоубийств выросла с 0,74% в 2005 году до 1,06% в 2006 году.
В юридической литературе встречаются протестующие мнения по вопросу выделения уголовной ответственности за детоубийство в отдельную более мягкую норму на том основании, что ссылки на болезненное состояние матерей, на стыд за рождение ребенка вне брака, на материальные трудности и т.п. якобы не могут служить оправданием убийства новорожденного.
Статья 106 УК РФ, по мнению этих авторов, нарушает принцип равенства граждан перед законом. Более того, убийство матерью беззащитной жертвы является, по их мнению, "более грубым нарушением закона", чем обычное убийство.
Однако эти доводы, по моему мнению, не убедительны, так как "жестокость" матери в большинстве случаев является иллюзией жестокости по сравнению с другими умышленными убийствами, если вникнуть в суть психологии формирования мотива убийства. Еще в начале прошлого века ученый-психиатр А. Эдельштейн отмечал, что "детоубийство явилось, чуть ли не первым правонарушением, в котором задолго до завоевания психиатрами должного места в суде судья без них принимал во внимание психологическое состояние обвиняемой"[19].
По свидетельству врачей, в послеродовой период у женщины наблюдаются психические расстройства, которые проявляются в форме неврозов, повышенной психологической лабильности, состоянии легкой депрессии и детерминированы эндокринными изменениями. Эти психические расстройства бывают значительно тяжелее, если они подготовлены длительным негативным воздействием со стороны родственников роженицы, либо ее тяжелого социального положения и т.д. Во время родов женщина может дойти до поступков самых невероятных и даже до самоубийства.
Большое значение имеет обстановка, в которой происходят роды, место, где они происходят, отсутствие посторонней помощи в момент родов.
Эта обстановка часто выступает как провоцирующий фактор при формировании мотива и умысла на убийство ребенка. В эти моменты появляется внезапное намерение роженицы избавиться от ребенка как причины физических и моральных страданий. Психологический срыв происходит чаще у женщин с неустойчивой психикой либо от недостатка отдыха и сна в дородовый период. По наблюдениям специалистов, это приводит к появлению неврозов и депрессий у молодых матерей.
Опрос 38 преступниц, убивших новорожденных детей во время родов или сразу же после них, показал, что почти все они разочарованы жизнью. Многие не имеют родителей или имеют одну мать с мизерным заработком. Только 22% работали или учились, остальные не имели постоянной работы. Практически у всех несчастная любовь или случайная связь либо даже изнасилование, по разным причинам не повлекшее правовой реакции. На вопрос, справедливо ли наказание (3-5 лет), отвечают в основном утвердительно. Многие крайне сожалеют о совершенном, а некоторые не видят уже перспективы в жизни.
Среди осужденных за детоубийство 84% - молодые женщины, рожавшие впервые. До 65% из них не имели нормальных бытовых и материальных условий: не имели своего жилья - 12%, не имели практически никакого заработка и никакой материальной помощи от близких людей - 28%, проживали в больших семьях при недостаточных материальных условиях - 25%. Остальные 15% из числа молодых женщин вели разгульный образ жизни и не желали иметь детей, чтобы не ограничивать свою свободу; 3% из них вообще не любят детей.
Женщины более старшего возраста, имеющие уже по 2-4 ребенка (16% детоубийц), не желали рожать по материальным причинам: следующий ребенок просто не вписывался в бюджет семьи. Они почти все говорят, что сильно переживают, но преступление совершили сознательно, задумав его заранее.
Подавляющее большинство из этой категории - малограмотные, с низким интеллектуальным уровнем. Основной довод: "Что мне оставалось делать?" В большинстве случаев мотив убийства новорожденного формировался под воздействием сложной жизненной ситуации, но как бы то ни было, ситуация - это только условие. Причина преступления кроется в психологии самой преступницы - в черствости ее души, способной перерастать в бездушие.
Типичный психологический механизм формирования мотива детоубийства раскрывается в объяснении матерей-детоубийц из числа старшего поколения.
Он заключается в том, что постоянное стремление к избавлению от беременности на протяжении месяцев и в мыслях и в действиях становится навязчивой идеей и завершается для самой матери не убийством, а именно избавлением от беременности, но только не в ее начале, а в ее конце. "Большая разница, если женщина убивает ребенка во время родов, еще не видя его, и совершенно другое, если она уже держала на руках ребенка, смотрела на него и потом убила", - говорит одна из осужденных.
В литературе существует чрезмерно широкое толкование детоубийства.
Например, "Курс советского уголовного права" определял, что здесь "речь идет не только об убийстве новорожденного после отделения плода от тела матери и начала самостоятельной внеутробной жизни, но и об убийстве ребенка, не начавшего самостоятельной внеутробной жизни (например, нанесение смертельной раны в голову рождающемуся ребенку до момента начала дыхания)"[20].
Это мнение представляется, однако неверным - по той простой причине, что нельзя отнять у ребенка жизнь до ее начала. Поэтому практика следствия и судов справедливо не пошла по этому пути. Несмотря на то что, с медицинских позиций, после 28 недель беременности ребенок считается жизнеспособным, судебно-медицинский критерий признает началом жизни момент первого вдоха, когда легкие ребенка наполнятся воздухом и он начинает жить самостоятельно, а не за счет питания и дыхания матери.
Иначе последствия криминальных, да и врачебных абортов можно было бы считать убийством.
Другим спорным вопросом является промежуток времени после родов, в течение которого убийство матерью ребенка может быть квалифицировано по ст.106 УК РФ. Законодательное выражение: убийство матерью ребенка "сразу же после родов, а равно... в условиях психотравмирующей ситуации или в состоянии психического расстройства" требует, думаю, не только официального разъяснения, но и законодательного уточнения.
Дело в том, что врачи определяют период психотравмирующей ситуации месячным сроком после родов, акушеры - недельным, а судебные медики - суточным. Юристы, комментирующие закон, либо вообще обходят этот вопрос, либо толкуют его так же неопределенно.
Стоит согласиться и поддержать мнение ряда авторов (Т. Нуркаевой, О. Лукачева и др.)[21], которые справедливо полагают, что единственным смягчающим обстоятельством при детоубийстве может быть предусмотренное в законе "особое психическое состояние женщины" в момент родов и непосредственно после них, обусловленное экстремальной ситуацией - родами. Продолжительность этого состояния женщины следует определять в каждом конкретном случае с помощью специалистов, учитывая индивидуальные особенности женщины и условия психотравмирующей ситуации. Здесь необходима судебно-психологическая экспертиза.
Следует заметить, что более определенно ответственность матери за убийство ребенка во время родов сформулирована в уголовном кодексе Швейцарии (ст.116): "Если мать убивает своего ребенка во время родов или в период того времени, когда она находится под влиянием процесса родов, то она наказывается тюремным заключением" (на срок не более трех лет тюрьмы). Этот закон фактически по своему правовому смыслу соответствует закону России, но сформулирован он проще и не допускает двусмысленного толкования. В содержании этого закона на первый план выносится такой критерий, как болезненное состояние женщины в момент убийства ребенка, связанное именно с процессом родов, а не с любыми психотравмирующими ситуациями, что представляется вполне логичным.
Практика показывает, что в подавляющем большинстве случаев умышленные детоубийства совершаются непосредственно после родов. Но в отдельных случаях это может происходить и во время родов, когда мать помогает себе при отсутствии посторонней помощи, грубо прикасаясь к ребенку руками. Здесь речь может идти и о неосторожном либо даже случайном причинении матерью смерти ребенку без наличия умысла на его убийство, что должно исключать уголовную ответственность[22].
Примером может служить прекращение уголовного дела за отсутствием вины по факту убийства ребенка во время родов семнадцатилетней М., которая рожала в комнате общежития без посторонней помощи. В заключении судебно-медицинской экспертизы было указано определенно, что ребенок родился живым, но задушен руками. При дополнительном допросе эксперта следователь задал ему вопрос: "Могла ли М. задушить ребенка во время родов, если рожала одна и была в этом не опытна?" Эксперт ответил: "Да, могла, если ребенок шел правильно". Дело было прекращено, так как при такой ситуации умысел на убийство ребенка роженицей был поставлен под сомнение, поскольку мать могла причинить смерть ребенку в результате болевого стресса, пытаясь оказать сама себе помощь, что и вытекало из ее показаний.
Далеко не каждая женщина, решившаяся на детоубийство, уверена, что сможет совершить его, так как психологически это для нее сложно.
Умысел на убийство ребенка, возникший заранее в абстрактном виде, конкретизируется непосредственно в момент родов под влиянием болевого и психологического стресса. Тем не менее, она, как правило, скрывает беременность и старается рожать одна без свидетелей и акушеров, которые могут помешать ей в реализации задуманного преступления. Это предродовое поведение беременной не может выступать в качестве прямого доказательства ее умысла на последующее убийство ребенка, но, несомненно, является существенной косвенной уликой в системе доказательств ее умысла на совершение этого преступления.
Детоубийство может быть совершено не только путем действия, но и путем бездействия матери во время родов или сразу же после них - например, когда ребенок оказывается в опасном для жизни состоянии и мать, осознавая это, ничего не предпринимает для его спасения, при условии, что она в этот момент в силу своего физического состояния способна принять меры к его спасению.
Для состава преступления не имеет значения, заранее возник умысел на убийство ребенка или внезапно в момент родов, но заранее возникший умысел увеличивает общественную опасность убийства. Это обстоятельство учтено, в частности, в уголовном законе Голландии, который разграничивает убийство матерью новорожденного при наличии умысла на убийство, возникшего в момент родов или сразу же после них, и убийство ребенка матерью с умыслом, сформировавшимся задолго до родов. Квалификация наступает по двум разным составам (ст.ст.290 и 291 УК Голландии) со сроками наказания соответственно до 6 и до 9 лет тюремного заключения[23].
Мотивы детоубийства могут быть самыми различными, в законе они не оговариваются. Это может быть стыд перед окружающими, тяжелое материальное положение, страх перед родителями и т.д. Как правило, несколько таких мотивов объединяются в один общий, дополняя и усиливая друг друга. В литературе высказываются мнения, что все эти мотивы накопились у женщины за долгие века преследования ее по религиозной и социальной линиям за внебрачную беременность. Но, думается, что в наше время сформировались и новые мотивы, основанные, напротив, на отходе от требований религии и культуры, на корысти и эгоизме.
Кроме вины, мотива и цели, субъективная сторона детоубийства обязательно содержит эмоциональный признак. Именно в нем заключается основная специфика этого вида убийства и отличие от других его видов и форм. Психологи говорят, что родовой акт сильно сказывается на нервной и сосудистой системах женщины и может привести к более или менее выраженным изменениям психики. По свидетельству самих рожениц, болезненные физиологические процессы при родах и эмоциональное состояние сливаются в один настолько бурный процесс, что могут полностью подчинить волю женщины и изменить ее действия в направлении скорейшего избавления от всех этих мук.
Еще одним вопросом при квалификации детоубийств является правовая оценка соучастников. Очевидно, они не могут нести ответственность по той же статье уголовного закона, что и исполнительница преступления, так как ст.106 УК РФ создана специально для детоубийц-матерей. Соучастники несут ответственность по общему закону: соисполнитель - по ч.1 ст.105 УК РФ, подстрекатель и пособник - по этой же статье с добавлением соответственно чч.4 и 5 ст.33 УК РФ. При квалификации действий соисполнителя, при условии, если он был один, отягчающий признак группы, полагаю, отсутствует[24].
Затруднения на практике могут возникать также при квалификации убийства матерью при родах не одного, а двух и более детей. Квалификации содеянного по п."а" ч.2 ст.105 УК РФ не логична, так как ее санкция слишком отличается от санкции ст.106 УК РФ. Думаю, что аналогично следует ставить вопрос и о квалификации повторного детоубийства. В то же время, очевидно, что оба эти обстоятельства существенно отягчают вину детоубийцы. В связи, с чем представляется, что ст.106 УК РФ следовало бы дополнить частью второй и предусмотреть в ней более жесткое наказание за убийство матерью новорожденного ребенка при наличии указанных отягчающих признаков, а также при наличии заранее обдуманного умысла на убийство.
Вообще, надо сказать, что убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 106 УК РФ) впервые в российском законодательстве выделено в самостоятельный привилегированный состав убийства. По дореволюционному законодательству наказание смягчалось лишь при убийстве внебрачного ("незаконнорожденного") ребенка. В иных случаях убийство сына или дочери ("чадоубийство") рассматривалось как квалифицированный вид преступления, равно как убийство отца, матери или иного родственника по восходящей или нисходящей линии.