Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Участие бронетанковых и механизированных войск в Берлинской операции

Содержание

Введение………………………………………………………………..………….3

ГЛАВА 1 Основные этапы формирования бронетанковой

дивизии при подготовке к операции……………………………………………..7

Формирование бронетанкового корпуса………………………………….7

1.2. Основные танковые бригады и тактика их формирования………………13

Выводы к главе 1………………………………………………………………...21

Глава 2 Участие бронетанковых и механизированных войск в

Берлинской операции……………………………………………………………23

2.1.Предистория Берлинской операции………………………………….........23

2.2.Танковая дивизия в Берлинской операции………………………………...32

Выводы……………………………………………………………………...........58

Список литературы………………………………………………………………60

Приложение………………………………………………………………………63

ВВЕДЕНИЕ

Прошло более четверти века с тех пор, как отгремел гром сражений Великой Отечественной войны. Но интерес к событиям тех грозных лет, память о них не угасают. Так велико их немеркнущее всемирно-историческое значение, так огромна их роль в жизни нашего народа. Особенно дорога советским людям летопись мужества и отваги воинов Красной Армии, массового героизма ее частей и соединений. Быть может, поэтому в связи с исполнившимся в 1972 г. 30-летием сформирования 11-го гвардейского танкового корпуса я как бывший его командир получил большое число писем с просьбой рассказать о славном боевом пути этого соединения. Вопрос поддержания боеспособности танковых соединений и частей уже с первых дней войны приобрел особую остроту. Тяжелые оборонительные бои, вынужденные отходы наших войск сопровождались ощутимыми боевыми потерями бронетанковой техники. Несистематическое техническое обслуживание машин, недостаток подвижных ремонтных средств также вызывали большой выход их из строя по техническим причинам. На увеличение безвозвратных потерь в технике влиял и недостаток эвакуационных средств, в результате чего не только поврежденные, но даже и исправные, но застрявшие в болотах, на реках и других препятствиях танки не эвакуировались и расстреливались артиллерийско-минометным огнем противника. Имевшиеся войсковые ремонтные средства не справлялись даже с производством текущего ремонта танков.

Ремонт техники в танковых войсках в ходе войны приобретал исключительно большое значение. Количество танков, ежегодно требовавших ремонта, по действующей армии определялось десятками тысяч. Потребность в ремонте бронетанковой техники к концу войны возросла в 6 раз по сравнению с 1941 г., а с учетом конструктивных изменений танков в годы войны объем работ по ремонту увеличился в 10 - 12 раз.

Большой выход бронетанковой техники из строя в ходе боевых действий вызывал необходимость осуществления быстрого ремонта машин, получивших боевые повреждения и вышедших из строя по техническим причинам, а, следовательно, и увеличения ремонтных средств в войсках. Поэтому в июле - декабре 1941 г. было сформировано 48 подвижных ремонтных баз (ПРБ) для производства среднего ремонта машин на поле боя. Наряду с этим было дополнительно привлечено для капитального ремонта танков 9 и для ремонта автомобилей 5 стационарных заводов. Были значительно увеличены производственные мощности ремонтных баз НКО за счет разгрузки их от ремонта автомобилей.

В результате проведенных мероприятий ремонтные средства всех звеньев увеличили выпуск машин из ремонта. Так, выпуск из капитального ремонта танков во втором полугодии 1941 г, по сравнению с первым возрос в 1,6, а бронемашин — в 3,13 раза. За этот период было произведено более 6,5 тыс. средних ремонтов танков; 51,1 тыс. средних и более 33 тыс. капитальных ремонтов автомобилей. Увеличение выпуска танков промышленностью в 1942—1943 гг. привело к росту крупных формирований танковых войск (армий и корпусов).

В 1942 г. было выпущено 24 446 танков, в 1943 г. — 24 100, в 1944 г.— 28 952 танка и САУ. В целом за время войны количество танков в нашей армии по сравнению с 1941 г. значительно возросло.

Рост бронетанковой техники в войсках увеличил и выход ее из строя от воздействия различных средств поражения противника. Для ее быстрого восстановления необходимо было организовать и производить ремонт поврежденной бронетанковой техники непосредственно в войсках, что потребовало увеличения количества подвижных ремонтных средств. Для этого постановлением Государственного Комитета Обороны в мае 1942 г. было сформировано: подвижных ремонтных баз - 134, армейских ремонтно-восстановительных батальонов - 31, отдельных ремонтно-восстановительных батальонов - 59. Всего - 224 ремонтные части. Одновременно с этим приказом заместителя Народного комиссара обороны генерала Я. Н. Федоренко было сформировано 56 эвакуационных рот и 56 сборных пунктов аварийных машин. Эти меры предопределили значительный рост выпуска из ремонта бронетанковой техники и автотранспорта. Среднемесячное количество отремонтированной боевой и транспортной техники в 1942 г. возросло по сравнению со вторым полугодием 1941 г. по танкам в 1,4 раза (средний ремонт), по автомобилям — в 2,08, по тракторам - в 2,18, по бронемашинам — в 1,59 и по мотоциклам — в 3,25 раза.

Одним из важнейших правительственных мероприятий было постановление ГКО № ГОКО-2589с от 07.12.1942 г. о создании самостоятельной бронетанковой службы, возглавляемой Главным бронетанковым управлением Красной Армии (ГБТУ КА), подчиненным, вновь созданному Военному совету бронетанковых и механизированных войск Красной Армии. Эта реформа коснулась и службы восстановления бронетанковой техники, Существовавшее при Главном автобронетанковом управлении ремонтно-эксплуатационное управление было реорганизовано в три управления, два из которых (управление ремонта танков и управление эксплуатации танков) вошли в состав ГБТУ. Таким образом, вопросы эксплуатации и ремонта бронетанковой техники были отделены от вопросов, касающихся автотракторной техники. Они получили полную самостоятельность, и ими стали заниматься соответствующие управления по ремонту и эксплуатации танков ГБТУ Красной Армии.

Объектом исследования выбрана система стратегических и оперативных объединений, оперативно-тактических соединений бронетанковых и механизированных войск, осуществлявших военные действия на территории Берлина в 1945 году.

Предмет исследования - участие бронетанковых и механизированных войск в Берлинской операции;

Цель исследования - особенности использования технического потенциала бронетанковой техники в Берлинской операции.

Задачи исследования:

1) раскрыть особенности формирование бронетранспортного корпуса

2) обосновать значимость участия бронетанковых и механизированных войск в Берлинской операции

3) показать использование и стратегическую маневренность танковых дивизий в Берлинской операции

ГЛАВА 1 Основные этапы формирования бронетанковой дивизии при подготовке к операции

Формирование бронетранспортного корпуса

6-й танковый корпус, впоследствии 11-й гвардейский, формировался в апреле 1942 г. в составе 22, 100, 200-й танковых и 6-й мотострелковой бригад. Позднее в него вошла и 112-я танковая бригада. Она, как и 22-я танковая, к тому времени уже отличилась в боях под Москвой. Обе эти бригады, будучи в разное время включены в состав корпуса, принесли с собой исключительно ценный боевой опыт и сложившиеся воинские традиции, ставшие как бы фундаментом, на котором строилась вся жизнь корпуса.

Поэтому, полагаю, целесообразным прежде всего рассказать об их участии в битве за нашу столицу. Тем более, что в те незабываемые, невыразимо трудные дни их личный состав совершил поистине чудеса доблести и геройства. Успешные боевые действия танковых войск в минувшей войне во многом зависели от надежности работы в ходе боевых действий бронетанковой техники как основы их вооружения. Высокая надежность бронетанковой техники при напряженной ее эксплуатации, исключающая выход из строя по техническим причинам в ходе боевых действий, была основным условием и материальной базой успешных боевых действий танковых войск.

Постоянная боевая готовность техники и надежная ее работа при выполнении войсками боевых задач в операциях Великой Отечественной войны во многом зависели от уровня подготовки техники и личного состава к предстоящим боевым действиям, объема и содержания мероприятии по поддержанию машин в технически исправном состоянии, проводимых в войсках в ходе боевых действий. Причем период подготовки к операции (бою) являлся важным этапом подготовки техники к надежной работе в ходе боевых действий.

Продолжительность подготовки танковых армий, танковых и механизированных корпусов к боевым действиям по времени была различной (от 10 - 20 суток до 3 - 4 месяцев).

Объем работ по подготовке машин определялся обычно наличием времени, техническим состоянием машин, а также сил и средств, для выполнения работ.

При подготовке бронетанковой техники к наступательным операциям производились трудоемкие виды технического обслуживания и, как правило, второй технический осмотр независимо от величины расхода моторесурсов машинами от ранее проведенного технического обслуживания.

Большое внимание уделялось созданию необходимого запаса моторесурсов бронетанковой техники. На танках, имевших запас менее 25 моточасов, менялись двигатели, узлы и детали ходовой части, Так, при подготовке к Висло-Одерской операции только в 11-м гвардейском танковом корпусе было заменено 43 двигателя, а перед Берлинской операцией в соединениях 1-й гвардейской танковой армии были заменены или полностью перебраны гусеничные ленты на всех танках, участвовавших в предыдущих операциях и имевших большой износ ходовой части.

В результате подготовки техники запас моторесурсов танков к началу операций доводился до 100 - 200 моточасов. Так, в 4-й танковой армии перед Висло-Одерской операцией около 79 % всех танков и САУ имели запас моторесурсов от 100 до 200 моточасов.

Исследование опыта эксплуатации бронетанковой техники в ходе боевых действий войск показало, что при несвоевременном проведении технического обслуживания кроме боевых потерь танков имелся значительный выход их из строя по техническим причинам.

Так, например, в конце 1942 г. на Брянском фронте при передвижении 42-го танкового полка из района Залесское в Казанское в результате того, что не было проведено техническое обслуживание машин, вышло из строя по техническим причинам и в бою не участвовало 70 % танков (осталось на маршруте). И 30 % танков вышли из строя по техническим причинам уже в ходе боя. В 1942 г. на Южном фронте в ходе боевых действий в 142-й танковой бригаде из 36 танков по техническим неисправностям вышло из строя 19 машин (около 53 %).

Для обеспечения надежной работы бронетанковой техники в боевой обстановке был проведен ряд организационных и технических мероприятий, направленных на улучшение эксплуатации машин в войсках, повышение качества их технического обслуживания и совершенствование технических знаний экипажей.

22-я танковая бригада под командованием подполковника Ивана Прохоровича Ермакова прибыла на Западный фронт в один из самых грозных моментов битвы под Москвой — в середине октября 1941 г. Переданная в состав 5-й армии генерала Л. А. Говорова, противостоявшей врагу на можайском направлении, она оказалась здесь как нельзя более кстати. Гитлеровцы только что заняли Можайск и продолжали бешено рваться к Москве. Наши войска, ослабленные в предшествующих боях, героически сдерживали многократно превосходившие силы противника. Но у генерала Говорова уже почти не оставалось резервов. Между тем враг угрожал ударом на восток от Можайска захватить старое шоссе и железную дорогу на Москву.

Под Можайск и направил генерал Говоров прибывшую 22-ю танковую бригаду вместе с артиллерийскими и инженерными частями. Они заняли оборону, оседлав старое шоссе и железную дорогу на участке к западу от Пушкина и Денисова.

Но в последующие дни враг осуществил крупными силами прорыв севернее и южнее Можайска. Особенно резко ухудшилась обстановка на правом фланге армии, которому теперь грозило окружение в районе Аксаково — Можайск — Вандово. В связи с этим командарм 20 октября отдал приказ на отход от Можайска на рубеж р. Искона — с. Петрищево. Войска отходили с боями, принявшими особенно ожесточенный характер вблизи дороги Можайск — Клементьево, откуда пробивалась из окружения 32-я стрелковая дивизия, и в районе Пушкино — Шаликово — Денисово, где вместе со стрелковыми частями вступила в схватку с противником и 22-я танковая бригада.

Уже в этом бою танкисты подполковника И. П. Ермакова показали высокие образцы мужества и стойкости. Они также проявили себя искусными мастерами танкового боя с атакующим врагом. Так, утром 21 октября командир бригады при подходе крупных сил противника к Шаликову поставил в засаду на западной окраине села танковый батальон, чьи умелые действия, в сущности, и решили здесь исход боя.

В те дни гитлеровцы, не допускавшие и мысли о провале своего наступления и считавшие, что основные силы защитников Москвы уже разгромлены, вели себя крайне нагло. В частности, их танковые части, не ожидая серьезного сопротивления, нередко лезли напролом. При этом их командование рассчитывало еще и на «психологический» эффект такого наступления. Но 21 октября оно получило весьма ощутимое доказательство ошибочности этих своих расчетов.

Хорошо замаскировавшейся танковой засаде в Шаликове под командованием капитана С. В. Кожухова и майора Л. А. Либермана недолго пришлось ждать врага. Вот вдалеке показались фашистские танки, шедшие на большой скорости. Они все ближе и ближе. Напряжение среди наших танкистов нарастает. Но они знают, что вступать в бой еще рано. Надо подпустить ничего не подозревающего противника поближе, чтобы бить наверняка.

И вот, наконец, наступает нужный момент. Подается команда, и на гитлеровцев обрушивается лавина огня. Снаряды ложатся точно в цель. Уже подбито несколько вражеских танков, они пылают. Остальные пытаются с боем прорваться к селу. Но, тут же факелами вспыхивают под ударами из засады. В конце концов, враг вынужден поспешно отступить, оставив на поле боя 13 подбитых и сожженных танков.

Отважно сражались и остальные части 22-й танковой бригады. Она внесла достойный вклад в самоотверженные, героические действия 5-й армии, сорвавшей в те дни наступление гитлеровцев на Москву на одном из важнейших направлений.

Однако враг по-прежнему рвался к нашей столице. Уже 23 октября бои на участке 5-й армии возобновились с новой силой. Немецкая 4-я армия пыталась окружить наши войска, противостоявшие ей, и с этой целью наступала из района Рузы на Звенигород и из района Боровска на Голицино. Одновременно она стремилась ударом на Кубинку сковать центр 5-й армии, где оборонялась 50-я стрелковая дивизия.

Последняя вместе с выдвинутой сюда командармом 22-й танковой бригадой и приняла на себя первый натиск противника. В жестоком бою они нанесли ему большие потери. Но слишком неравными были силы. И наши войска на этом участке вскоре с боями отошли к востоку от Дорохова. Таким образом, хотя враг и оттеснил их, однако он ни здесь, ни в остальной полосе 5-й армии не смог осуществить свой замысел окружения.

Тем временем командование фронта выдвинуло сюда несколько вновь прибывших соединений, и генерал Говоров немедленно ввел их в бой, потеснив врага в Дорохове и южнее. Тогда 22-я и 20-я танковые бригады получили приказ совместно с 50-й стрелковой дивизией нанести удар по наступавшему противнику в районе Тучкова. Здесь, а также в Дорохове и Наро-Осанове развернулось кровопролитное сражение. Оно не утихало до 31 октября и завершилось срывом вражеского наступления. Войска 5-й армии, и в их числе 22-я танковая бригада, беззаветно сражаясь, нанесли противнику такой огромный урон в живой силе и технике, что он начал выдыхаться и вынужден был ослабить натиск, а в конце концов и приостановить наступление на этом участке.

К этому времени потерпело провал и все октябрьское наступление противника на советскую столицу. Оно было сорвано героическим сопротивлением войск, прикрывавших московское стратегическое направление. Но впереди еще были тяжелые бои. Враг готовился к нанесению новых ударов, ставя своей целью любой ценой овладеть Москвой до наступления зимы.

В отражении его нового наступления, начавшегося 16 ноября, участвовала и 22-я танковая бригада. Будучи в резерве, она находилась в районе Кубинки, когда враг нанес удар с фланга по 129-й стрелковой дивизии. Последняя, а также в еще большей степени, находившаяся впереди нее 144-я стрелковая дивизия оказались в исключительно трудном положении. Командарм срочно перебросил сюда, на линию Иглово — Андрианово, 22-ю танковую бригаду, которая с ходу вступила в бой с противником. Совместно с 612-м стрелковым полком она прикрыла основные силы 144-й стрелковой дивизии, обеспечив их отход на северо-восток. Туда же с боями отошла и танковая бригада.

Укрепившись на рубеже Дютково — Новоалександровское — Рыбушкино, наши пехотинцы и танкисты стали здесь насмерть, поклявшись не пропустить фашистов к Звенигороду. И слово свое сдержали. В ожесточенном бою они остановили врага, нанеся ему большие потери.

Однако 24 ноября гитлеровцы прорвали оборону на другом участке, в полосе 108-й стрелковой дивизии, и с юга вышли к Истре и Павловой Слободе. Два дня спустя они захватили Истру и вслед за тем атаковали ослабленные 108-ю и 129-ю стрелковые дивизии, стремясь прорваться в район Голицина и Одинцова, к железнодорожной и автомобильной магистралям, ведущим к Москве.

Для отражения этого удара генерал Л. А. Говоров создал подвижной резерв. Его ядром стала 22-я танковая бригада. Действовать ей предстояло совместно с частями других соединений — мотоциклетным и мотострелковым полками, а также двумя мотострелковыми батальонами. Все они были крайне малочисленны. Например: в 22-й танковой бригаде к тому времени оставался 21 танк. Численность же личного состава всего подвижного резерва не достигала и тысячи человек.

Между тем враг, тщательно подготовившись, нанес 1 декабря ряд сильных ударов, в том числе и на участке 108-й стрелковой дивизии. Ее фронт был прорван. Дивизии грозило окружение, и она была вынуждена начать отход на новый рубеж. Противник попытался преградить ей путь, но этому помешали наши отважные танкисты.

1.2.Основные танковые бригады и тактика их формирования

22-я танковая бригада с мотоциклетным полком, вступив в бой, прикрыли отход стрелковых частей. На следующий день уже на участке Абушково — Юрьево они нанесли внезапный удар по передовым отрядам 252-й пехотной дивизии, пытавшейся прорваться через Аксиньино на Перхушково и Голицино. В ожесточенном бою враг был остановлен. Это позволило выиграть время до подхода наших свежих сил, которые сразу же контратаковали 252-ю, а также 87-ю пехотные дивизии.

Гитлеровцы не смогли здесь продвинуться ни на один шаг. Напротив, 3 декабря 5-я армия частью сил, среди которых была и 22-я танковая бригада, нанесла сильный удар, в результате которого противник на этом участке был отброшен. Танкисты подполковника И. П. Ермакова в тот день участвовали и в освобождении Захарова и Абушкова. Совместно с мотоциклистами майора Т. И. Танасчишина они также уничтожили отдельные вражеские подразделения, просочившиеся к Москве-реке в районе Соколиной Горы и Успенского.

Командующий армией генерал Л. А. Говоров высоко оценил действия 22-й танковой бригады в этих боях. Он писал: «Подразделение танков, находившееся в моем резерве, было выдвинуто в район южнее Голицино как только там появился противник. Танкисты первыми встретили врага и приостановили его продвижение. Затем на подмогу подошли другие части, противник был разбит ими наголову и отброшен за р. Нару, на исходные позиции, а кое-где и еще дальше»[1].

То были дни, когда фашистское командование предпринимало на разных направлениях последние усилия для наступления на Москву. Они были сорваны героическими защитниками родной столицы.

На отдельных участках наши войска под Москвой еще вели оборонительные бои, когда 5 декабря началось мощное контрнаступление. 5-я армия нанесла два удара по вражеским позициям, и в одном из них — с рубежа Падиково — Юрьево — участвовала и несколько пополненная 22-я танковая бригада.

Она действовала в составе подвижной группы под командованием подполковника И. П. Ермакова, в которую входили также мотоциклетный, мотострелковый полки и два мотострелковых батальона. Ею совместно с частями 108-й и 37-й стрелковых дивизий 5-й и 16-й армий был нанесен удар вдоль шоссе Звенигород — Давыдовское в направлении Ершово. Несмотря на упорное сопротивление противника, она в первый день контрнаступления продвинулась вперед на несколько километров, а к исходу 7 декабря овладела Писковом, отбросив врага.

В дальнейшем танкисты И. П. Ермакова действовали в составе 2-го гвардейского кавалерийского корпуса генерала Л. М. Доватора и участвовали в его прославленном рейде по тылам немецко-фашистских войск. В частности, своим смелым ударом по опорному пункту противника в с. Денисиха и последующим наступлением они содействовали окружению и почти полному уничтожению 78-й пехотной дивизии и других вражеских частей. Вскоре после этого 22-я танковая бригада была выведена в резерв и после доукомплектования вошла в апреле 1942 г. в состав 6-го танкового корпуса.

Хорошо известно, что уже в первые месяцы войны наличие таких боевых машин на вооружении наших войск явилось большой неожиданностью для противника. Его танки не выдерживали единоборства с нашими «тридцатьчетверками». Но тогда у нас их было еще мало, так как производство этих танков началось лишь незадолго до начала войны. В дальнейшем оно непрерывно наращивалось, несмотря на трудности войны, в особенности эвакуацию заводов на восток страны. Значительные результаты в этом отношении были достигнуты к тому времени, о котором здесь рассказывается. Так, за 1942 г. при общем крупном увеличении производства военной техники в нашей стране выпуск танков, в числе которых большую половину составляли Т-34, в 3,7 раза превзошел уровень 1941 г.[37]

Конечно, этих цифр мы тогда не знали, но суть дела, состоявшая во все возраставшем потоке танков, прибывавших на фронт, была ясна. И поистине трудно найти слова, чтобы полностью передать глубокую благодарность, которую испытывали наши танкисты к самоотверженным труженикам тыла, давшим Красной Армии могучую боевую технику.

Принимая ее, воины корпуса давали клятву громить врага до полного его уничтожения. Вручение новых танков экипажам сопровождалось у нас митингами в частях и подразделениях, ставшими одним из важнейших элементов всей воспитательной работы среди личного состава в период подготовки к новой наступательной операции. Этой теме посвящались боевые листки, политбеседы, которые закономерно превращались в разговор о непрерывно возраставшей военной мощи социалистической Родины, о неизбежном поражении гитлеровской Германии.

А перед самым выдвижением в исходный район пришла радостная весть, вызвавшая бурное ликование воинов корпуса. В частях и подразделениях уже шли приготовления к предстоявшему маршу. И вдруг в репродукторах зазвучали позывные, обычно предшествовавшие важным новостям. А затем раздался хорошо знакомый голос Левитана, читавшего экстренное сообщение Совинформбюро. С радостным волнением мы узнали, что 19 ноября наши войска под Сталинградом перешли в контрнаступление и окружили всю вражескую группировку в междуречье Дона и Волги.

К 24 ноября 6-й танковый корпус выдвинулся со ст. Шаховская в исходный район Карамзино — Ильинское — Раково, расположенный к востоку от р. Вазузы. Места были знакомые. Несколько севернее мы форсировали эту речку в августе. Теперь она покрылась льдом. Но больших морозов пока не было — термометр показывал минус 5 градусов — и лед был тонкий, не более 18–20 см, способный выдержать лишь колесные машины. Следовательно, переправлять танки предстояло по наведенным саперами мостам.

Оказалось здесь много и других перемен. Правда, линия фронта за Вазузой осталась в основном прежней. Но на северном ее участке теперь стояла в обороне 102-я пехотная дивизия, а на южный были переброшены разбитая нами в свое время и затем доукомлектованная 5-я танковая, а также 78-я пехотная дивизии.

Противник основательно подготовился к зимней кампании. В штабе 20-й армии нас ознакомили с показаниями пленных и разведывательными данными, которые говорили о том, что личный состав вражеских войск, не в пример прошлой зиме, уже в начале ноября был снабжен теплым обмундированием, а все блиндажи и землянки обеспечены железными печками. Что касается обороны, то гитлеровцы успели сильно укрепить ее. На всех вероятных направлениях ударов советских войск они установили от 2 до 4 рядов мин. Наиболее укрепленной оказалась полоса предстоявшего наступления нашей подвижной группы, тянувшаяся от Кортнева до населенного пункта Хлепень.

К западу от этой линии противник превратил в мощные опорные пункты деревни Холм-Березуйский, Гредякино, Кобылино, Зеваловку, Пруды и Хлепень. Здесь он отрыл сплошные траншеи, а для ведения огня вдоль них создал систему дзотов, в которых устанавливались огневые средства. Таким образом, подходы к последним постоянно находились под прицельным огнем минометов и пулеметов. А пространство впереди и по сторонам дзотов было сплошь минировано.

Прорыв обороны был возложен на стрелковые дивизии 20-й армии, после чего намечалось ввести в бой подвижную группу. Возглавивший ее командир 2-го гвардейского кавалерийского корпуса генерал-майор В. В. Крюков построил войска для ввода в прорыв в два эшелона. Первый составили 6-й танковый корпус и 1-я самокатно-мотоциклетная бригада, второй — дивизии кавкорпуса.

Директивой фронта задача нашего корпуса была сформулирована так: «6-му танковому корпусу с 1-й самокатно-мотоциклетной бригадой из района Григорьево, Тимонино, Зеваловка нанести удар в направлении Вязовка, Барсуки, Колодня с задачей во взаимодействии с 20-й армией ударом с юго-запада овладеть Сычевкой и не допустить подхода к Сычевке резервов противника… В ночь перед атакой выйти на р. Вазузу»[39].

В ночь на 15 ноября погода резко изменилась. Подул сильный юго-западный ветер. Он пригнал тяжелые серые тучи. Начался снегопад, продолжавшийся и на рассвете, когда вся артиллерия 20-й армии открыла огонь по вражеской обороне. Крупные хлопья снега слепили глаза. В довершение ко всему началась пурга. Видимость была не далее 20 м. Артиллеристы пытались разглядеть места разрывов своих снарядов, но тщетно. Орудия продолжали вести огонь, однако, уже не по целям, а по площадям.