Учение Конфуция в соотношении с естественным нравственным законом

 

Московский  Патриархат

Белгородская  Православная Духовная семинария

(с миссионерской  направленностью)

 

Допускается к защите

 

Проректор по научной  работе

 


иерей Андрей Хвыля-Олинтер,к.ю.н.

"___"______________ 2010г.

 

КУРСОВАЯ  РАБОТА

по предмету

«История религии»

на тему

«Учение Конфуция в соотношении с естественным нравственным законом».

 

 

Студент                                  ___________          Кальченко  Александр

3курс

 

Научный руководитель          ___________ иерей Александр Гинкель

 

 

 

Белгород, 2010 год

 

 

 

 

 

Оглавление

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

Актуальность данной темы не вызывает сомнений, в силу того, что и учение Конфуция, и естественно-нравственный закон И. Канта, исследованные и исследуемые и по сей день, сохраняют в себе еще много неосознанного, нераскрытого, непонятого. Кроме того, на наш взгляд, наиболее важно, и учение Конфуция, и естественно-нравственный закон И. Канта вобрали в себя догмы, которые именно сейчас могут найти свое практическое выражение в жизни, как отдельного человека, так и в целом, в жизни современного общества (конечно, не все догмы этих учений, но некоторые из них наверняка).

Характеризуя  данные учения, необходимо отметить, что сегодня во всем мире вряд ли найдется человек, не слышавший о конфуцианстве и его знаменитом основателе Конфуции (551-479 гг. до н.э.), имя которого в китайском произношении звучит как Кун-цзы или Кун-фуцзы (Мудрец Кун). В древних книгах его порой называют просто Учителем, и читателю сразу становится ясно, что речь идет о великом наставнике Китая.

По конфуцианским  принципам в настоящее время  живет не только Китай, но и некоторые  страны Восточной и Юго-Восточной  Азии: Япония, Корея, Вьетнам, Сингапур и др.; причем принципы эти настолько органично вошли в плоть их национальной культуры, что люди часто сами не замечают, что говорят словами Конфуция.

Ученики Конфуция записали его высказывания, обобщив их в книге «Лунь Юй» (6 в. до н.э.), название которой принято переводить как «Беседы и суждения». В основном она состоит из коротких записей бесед Учителя с последователями, из лаконичных высказываний Конфуция. Свой жизненный путь он сумел описать в нескольких строчках, «в 15 лет я обратил свои помыслы к учебе. В 30 лет я обрел самостоятельность. В 40 – сумел освободиться от сомнений. В 50 лет я познал волю Неба. В 60 лет научился отличать правду ото лжи. В 70 лет – я стал следовать желаниям моего сердца и не нарушал Ритуала».

В этом высказывании весь Конфуций как человек и как идеал традиции. Его путь от учебы через познание «воли Неба» к «свободному следованию желаниям сердца» и добровольному соблюдению норм поведения, которые он считал священными, стал нравственным ориентиром всей китайской традиции. Его учение многогранно. Оно включает в себя совокупность этических, духовных и социальных норм, которые передавались из поколения в поколение на протяжении почти 2,5 тысяч лет. Правила эти касались воспитания человека, определяли его поведение в семье, на службе, в обществе.

В течение многих веков трактовка учения Конфуция не раз менялась, придавая ему порой  самые причудливые черты. В конце  концов, конфуцианство превратилось в политическое и философское учение о принципах справедливого и гармоничного управления государством и взаимоотношениях между людьми.

Однако интерес  вызывает не столько исторический путь конфуцианства, сколько само учение Конфуция – которое сейчас многие пытаются преподнести не как нравственно-философское учение, а как политическое. Поэтому сравним труды в области нравственности Конфуция с трудами более позднего и общепризнанного философа Иммануила Канта.

Иммануил Кант понятие нравственного закона формулирует так: «Поступай так, чтобы правило твоей воли всегда могло быть вместе с тем и принципом всеобщего законодательства».

Он выделяет такие основополагающие нравственного закона как: чувство долга, свобода и совесть, которые мы рассмотрим в дальнейшем. И. Кант утверждает, что именно эти качества являются тем фактором, который предостерегает и удерживает от безнравственных поступков.

Он смог передать тот  дух добросовестного отношения к своим обязанностям и бережливости ко всем, который царил у них дома, в своем учении о нравственности.

И. Кант говорит что: «Нравственный закон человека вытекает из природного источника, который ни от какого облагораживания, ни от какого успеха в науках и в развитии ума не зависит, что можно в низком и невежественном состоянии обладать тем, чего не может дать даже высокоразвитая наука и познание»1. -мы видим из этих слов, что источник нравственного закона находится именно внутри самого человека.

Целью курсовой работы является теоретическое исследование учения Конфуция в соотношении с естественно-нравственным законом И. Канта.

В ходе данного исследования были решены следующие задачи:

  • ознакомиться с историей и предпосылками возникновения Конфуцианства;
  • охарактеризовать учение Конфуция;
  • остановить свое внимание на жизни и личности И. Канта, основных вехах его жизни, которые способствовали формированию его дальнейших философских взглядов;
  • рассмотреть естественно-нравственный закон (по И. Канту).

 

 

 

 

 

 

Глава 1. Конфуцианство.

1.1 История и предпосылки возникновения Конфуцианства.

 

Конфуций, или Кун-цзы (учитель Кун), родился в 551 г. до н.э. в Китае, в  небольшом царстве Лу (нынешняя провинция Шаньдун). Он происходил из древнего обедневшего аристократического рода. Его отец Шулян Хэ был прославленным воином, пользовался общественным уважением, но его личная жизнь, по представлениям той эпохи, складывалась неудачно, так как все его дети были девочками. После девятой девочки он взял наложницу, родившую ему долгожданного сына. Однако мальчик родился увечным и был крайне болезненным. Тогда 66-летний воин решил еще раз испытать судьбу. Его новой жене было не более 20 лет. Этот брак считался дважды «варварским» — из-за разницы в возрасте супругов, которая, согласно обычаю, не должна была превышать 10 лет, и из-за преклонного возраста мужа, так как жениться после 64 лет считалось неприличным. Тем не менее, он стал счастливым и для супругов: 27 августа 551 г. до н.э. родился здоровый крепкий мальчик, которого назвали Цю и дали прозвище Чжун-ни. Это и был Конфуций (в странах с иероглифической письменностью он более известен как Кун Цю или Чжун-ни). Человек, прославившийся как певец ритуала, родился в браке, нарушавшем нормы ритуала.

Детство Конфуция оказалось трудным. Ему было более двух лет, когда  он лишился отца. В 17 лет он оказался без матери. Как впоследствии признавался  Конфуций, в детстве по причине  бедности ему приходилось заниматься «многими презренными деяниями» (носить воду, пасти чужих овец и т.д.).

Конфуций наследовал громкое имя, но не получил никакого богатства. Он выбрал жизненную стезю «книжника», что вполне соответствовало его  статусу бедного аристократа  и позволяло надеяться только на свои личные качества. Образованный человек времен Конфуция должен был уметь выполнять ритуалы, понимать музыку, стрелять из лука, управлять колесницей, читать, считать. Будучи одаренным, всесторонне, в том числе телесно (его рост равнялся 1,91 м), Конфуций в совершенстве овладел всем этим. К тридцати годам он завершил образование и открыл собственную школу, в которой центральное место занимали мораль, ритуал и изучение древних текстов.

Конфуций быстро получил признание  как учитель. Но это само по себе не могло его удовлетворить. Он считал, что добродетель неразрывно связана с политикой, знания должны вести к процветанию государства, а наиболее достойным поприщем для ученого человека является сановная деятельность. На 51-м году жизни он поступил на службу к правителю родного царства Лу. Конфуций оказался блестящим чиновником и советником, много сделал для процветания своего государства. Однако его деятельность стала предметом интриг со стороны соседей и обузой для царя, не лишенного порочных склонностей. Царь бросил вызов своему строгому сановнику, демонстративно нарушив одну из ритуальных норм, на страже которых тот должен был стоять. Конфуций оказался перед выбором — или смириться со своеволием правителя, или в знак протеста оставить свой пост. Он выбрал второе: вместе с десятками учеников покинув родное царство, и провел 14 лет в изгнании, скитаясь по разным китайским государствам.

Умер Конфуций на 73 году жизни, пользуясь  всеобщим уважением. Его могила, как  и место рождения, по сей день свято чтятся в Китае.

Конфуций является духовным наставником китайской нации. Его учение (за исключением двух коротких периодов — в III в. н.э. и годы маоистской культурной революции) на протяжении почти двух с половиной тысяч лет пользуются в Китае безусловным признанием и почтением. Оно оказалось также влияние на другие, современные Китаю, стран.

Конфуций создавал свое учение на основе личного опыта. На основе личного общения с людьми вывел закономерность о том, что нравы в обществе со временем падают. Разделил людей на три группы:

  • распущенные;
  • сдержанные;
  • глупцы2.

Приводя примеры, характеризующие  поведение людей, принадлежащих  к определенной группе, доказал это  утверждение и попытался найти  причины данного явления, и, как  следствие, силы, движущие людьми в процессе жизнедеятельности. Анализируя и делая выводы, Конфуций пришел к мысли, выраженной в одном изречении: «Богатство и знатность - вот к чему стремятся все люди. Если не установить для них Дао в достижении этого, они этого не достигнут. Бедность и презренность - вот что ненавидят все люди. Если не установить для них Дао в избавлении от этого, они от этого не избавятся»3. Эти два основных стремления Конфуций считал заложенными в человеке от рождения, то есть биологически предопределенными. Поэтому эти факторы, по мнению Конфуция, определяют как поведение отдельных индивидуумов, так и поведение больших коллективов, то есть и этноса в целом. К природным факторам Конфуций относился отрицательно, и высказывания его на этот счет очень пессимистичны: «Я никогда не встречал человека, который, заметив свою ошибку, решился бы сам осудить себя»4. На основе далеко не идеальности природных творений Конфуций даже вступил в противоречие с древнекитайскими учениями, принимавшими идеальность природных творений за аксиому.

Целью своего учения Конфуций ставил постижение смысла человеческой жизни, главным для него было уяснить  скрытую природу человека, то, что  движет им и его стремлениями. По обладанию определенными качествами и отчасти положению в обществе, Конфуций разделил людей на три категории:

1) Цзюнь-цзы (благородный муж) - занимает  одно из центральных мест во  всем учении. Ему отведена роль  идеального человека, примера для  подражания двум остальным категориям.

2) Жэнь - обычные люди, толпа. Среднее  между Цзюнь-цзы и Сло Жэнь.

3) Сло Жэнь (ничтожный  человек) - в учении используется  в основном в сочетании с  Цзюнь-цзы, только в отрицательном  значении.

Конфуций выразил свои мысли об идеальном человеке, написав: «Благородный муж думает, прежде всего, о девяти вещах: о том, чтобы видеть ясно, о том, чтобы слушать четко, о том, чтобы лицо было приветливым, о том, чтобы речь была искренней, о том, чтобы действия были осторожными, о необходимости спрашивать других, когда возникают сомнения, о необходимости помнить о последствиях своего гнева, о необходимости помнить о справедливости, когда есть возможность извлечь пользу»5.

Смысл жизни благородного человека заключается в достижении Дао-благопристойность человеческого пути, материальное благополучие отходит на второй план: «Благородный муж беспокоится лишь о том, что не может постичь Дао, его не волнует нищета»6. Какими же качествами должен обладать Цзюнь-цзы? Конфуций выделяет два фактора: «жэнь» и «вэнь». Иероглиф, обозначающий первый фактор, можно перевести  как «благорасположенность». По мнению Конфуция, благородный человек должен относиться к людям очень гуманно, ведь гуманность по отношению друг к другу является одним из основных положений учения Конфуция. Составленная им космогоническая схема рассматривает жизнь как подвиг самопожертвования, в результате которого и возникает этически полноценное общество. Еще один вариант перевода – «человечность». Благородный человек всегда правдив, не подстраивается под других. «Человечность редко сочетается с искусными речами и умильным выражением лица»7.

Иероглиф «вэнь» Конфуций использует, доказывая фактор изначально не доброй человеческой природы, он ссылался на то, что человеку от рождения присущи желания и стремления, прежде всего - любовь к пользе-выгоде и плотские страсти, ради которых человек готов переступить через нравственность.

1.2 Учение Конфуция

Конфуций открыл человека, постиг своеобразие его бытия  и места в мире. Центральная  категория его учения — жэнь, что обычно на русский язык переводится как «человеческое начало», «милосердие», «человеколюбие», «гуманность». Жэнь обозначает и специфический признак человека, и программу его деятельности. Это — человеческое начало в человеке, которое является одновременно его долгом. Нельзя сказать, что представляет собой человек, не ответив одновременно на вопрос о том, в чем заключается его нравственное призвание, говоря по-другому, человек есть то, что он сам из себя делает.

У Конфуция есть высказывание, которое  на первый взгляд кажется логическим недоразумением:

«Только обладающий человеколюбием («жэнь») может любить людей и может ненавидеть людей»8.

В самом деле: сказать, что «обладающий  человеколюбием может любить людей» — значит впасть в тавтологию; сказать, что «обладающий человеколюбием... может ненавидеть людей» — значит совершить другую логическую ошибку, которая называется противоречием определения. Однако если учесть многозначность понятия «жэнь», то данное высказывание приобретает глубокий смысл. Оно означает, что человеческое начало в человеке есть то самое начало, в силу которого он может любить людей и ненавидеть людей. Конфуция много раз спрашивали, что такое «жэнь»? Среди ответов есть и такое утверждение: «Это значит любить людей».

Иероглиф «жэнь» состоит из двух знаков, обозначающих соответственно человека и цифру два. «Жэнь» берет свои истоки и реализуется в отношениях человека с другими людьми. Именно они, эти отношения, составляют собственное пространство человеческого бытия.

Однажды во время скитаний Конфуций с учениками оказался в ситуации, когда им надо было перейти реку. Конфуций послал одного из учеников к находившимся неподалеку даоским отшельникам, чтобы узнать у них, где находится брод. Стоит ли, ответили отшельники, искать брод, когда вся Поднебесная охвачена потопом? И вместо того чтобы держаться за Конфуция, который хочет уйти от определенных людей, не лучше ли последовать учениям тех мужей, которые вообще избегают мирской суеты? Ученик передал эти слова Конфуцию. Тот сказал, что человек не может сбиться в одну стаю со зверями и птицами, и если он уйдет от людей, то с кем он останется?

Очень мудрый ответ. У человека свой удел, даже если он очень тяжелый. Мудрость состоит не в том, чтобы ставить  несбыточную цель - убежать от людей, а в том, чтобы внести гармоничное начало в отношения между ними. На мой взгляд, нечто схожее заложено и в категорическом императиве, который выступает своего рода регулятором «нормальных» отношений между людьми, в отличие, например от формул типа «война всех со всеми», «человек человеку - волк» и т.д. Отношения между людьми наполняются нравственным смыслом, принимают гармоничный характер по мере того, как они становятся взаимными, взаимно-моральными, т.е. нацеленными на нравственные обязательства.

На вопрос своего ученика: «Можно ли всю жизнь руководствоваться, одним словом?» Конфуций ответил: «Это слово - взаимности, не делай другим, чего не желаешь себе»9.

Конфуцием здесь сформулирован  принцип, который, как уже отмечалось, значительно позже и в другой, европейской, культурной традиции, в значительной степени, благодаря Иммануилу Канту, получил название золотого правила нравственности. Выше, лучше этого правила человечество пока ничего не придумало.

«Жэнь» как человеколюбие, начало взаимности в отношениях — общий принцип поведения. Его конкретным воплощением является ритуал, у Конфуция есть такие слова:

«Сдерживать себя, чтобы  во всем соответствовать требованиям  ритуала,— это и есть человеколюбие»10.

Если «жэнь» можно охарактеризовать как душу человеческого общения, то ритуал является его плотью.

Слово «ритуал» — не единственный русский эквивалент соответствующего китайского термина «ли», который может быть переведен также как «правила», «церемонии», «этикет», «обряд». В самом общем виде под ритуалом понимаются конкретные нормы и образцы общественно достойного поведения. Его можно истолковать как своего рода смазку социального организма. Ритуал соединяет людей, но соединяет так, что применительно к каждому типовому отношению обозначает оптимальную дистанцию, которая позволяет продуктивно общаться разным индивидам.

Человеколюбие Конфуций понимает как взаимность, равенство в отношениях. Однако люди являются разными и по природным качествам, и по социальному статусу. Возникает проблема: как реализовать принцип равенства в отношениях между неравными людьми? Ритуал и является ответом на этот головоломный вопрос. Его можно было бы кратко определить как общественную соразмерность индивидов.

Очень важно понять соотношение  «жэнь» и «ли». «Жэнь» не существует над или наряду с «ли», а только через «ли». Но и «ли» теряет свое нравственное качество вне соотнесенности с «жэнь». Этика Конфуция утверждает гуманизм конкретных человеческих взаимоотношений. Она исходит из убеждения, что человеческое согласие важнее абстрактных истин.

Люди с разными принципами не могут найти общего языка.

Поэтому не может быть более высокого принципа, чем человечность, воплощенная во всем многообразии человеческих ситуаций. В книге «Лунь - юй» мы встречаем следующий замечательный фрагмент.

«Цзы-гун (Ученик Конфуция) хотел положить конец обычаю принесения в жертву барана в первый день месяца. Учитель сказал: «Сы (прозвище Цзы-гуна)! Ты заботишься о баране, а я забочусь о ритуале».11

Вместе с тем, на мой  взгляд, нравственный закон И. Канта не нуждается в ритуале, - он внутренний стержень морали, у Конфуция же мораль получает и внешнее закрепление.

У него ритуал сам является нравственной мерой поведения, поскольку он обеспечивает согласное существование людей, дает им общие символы. Его нельзя крушить, исходя из абстрактных принципов, даже если таким принципом является жалость к животным. Разумеется, ритуал подвижен, изменчив, но на своей основе и по своим законам.

В содержательном плане  конфуцианский ритуал держится на двух основаниях: сыновней почтительности («сяо») и исправлении имен («чжен мин»).

По мнению Конфуция, образец  и норму достойного поведения задает древность. «Я верю, в древность и люблю ее»12, — говорил он. Нравственные усилия человека должны быть направлены на то, — чтобы подняться до уровня идеального прошлого. Такая установка не просто означает, что человек смотрит назад. Она имеет у Конфуция более строгий и конкретный вид.

«Почтительность к родителям  и уважительность к старшим братьям  — это основа человеколюбия»13.

Было бы неверно утверждать, будто сыновняя почтительность вторична по отношению к морали, является ее конкретизацией. Она и есть сама мораль, рассмотренная в аспекте взаимоотношения поколений. Отец является для сына последней (и в этом смысле абсолютной) нравственной инстанцией. Вот принципиальное суждение на эту тему:

«Е-гун сказал Кун-цзы: «У нас есть прямой человек. Когда его отец украл барана, сын выступил свидетелем против отца». Кун-цзы сказал: «Прямые люди у нас отличаются от ваших. Отцы скрывают ошибки сыновей, а сыновья покрывают ошибки их отцов, в этом и состоит их прямота»14.

Почтение сына к отцу, как, впрочем, и забота отца о сыне - первичное, далее не разлагаемое нравственное отношение. Не существует таких принципов и обстоятельств, вообще не существует ничего такого, что могло бы оправдать доносительство на отца. Человеколюбие неотрывно от сыновней почтительности. В последующем эта конфуцианская установка получила закрепление в юридической практике: в I в. до н.э. были изданы законы, предписывавшие детям укрывать родителей, а в средневековом своде китайских законов доносительство на отца, мать, деда, бабку каралось смертной казнью.

Нравственную обращенность Конфуция к прошлому иногда характеризуют  как консерватизм. Такая оценка является, по меньшей мере, поверхностной. Прежде всего, надо ясно обозначить проблему, которую решает Конфуций. Это не социологическая проблема исторической динамики, а этическая проблема человеческого взаимопонимания и согласия. Для Конфуция ни стремление к новому, ни консервация старого сами по себе не имеют самоценного значения. Есть нечто поверх них — мир и покой в обществе. Вопрос поэтому стоит так: как возможны изменения в обществе без смут и хаоса, без того, чтобы разрывалась связь времён и дети шли против отцов? Для этого, как полагает Конфуций, есть только один путь: жажда перемен не должна посягать на культ предков. Изменения возможны и желаемы только в том случае, если на них получено согласие родителей. Одна из норм конфуцианского ритуала разрешает детям менять порядки, заведенные отцом, только через три года после его смерти. Условием и пределом новаторского пыла детей, молодежи является согласие родителей, старших поколений. Конфуций учит тому, что новое надо выводить из старого, что идеалы надо черпать в состоявшемся прошлом, а не в проблематичном будущем, что спокойствие консерватизма предпочтительнее раздоров прогрессизма. При оценке этой патриархальной, опрокинутой в прошлое нравственной установки следует учесть, что народ, который руководствовался ею, оказался самым многочисленным на земле. Сыновняя почтительность — краеугольный камень в здании китайской цивилизации.

Принцип «сяо» устанавливает взаимность в отношениях между неравными людьми по оси времени: почести, которые сын оказывает отцу, возвращаются к нему через его собственных детей. Ту же функцию выравнивания человеческих отношений в социальном пространстве выполняет концепция исправления имен, которая выражается в следующей формуле Конфуция:

«Государь должен быть государем, сановник — сановником, отец — отцом, сын  — сыном»15.

Люди различаются между собой  по социальному статусу и месту  в системе общественного разделения труда. Для того чтобы у человека, принадлежащего к определенному сословию и выполняющего определенные функции, установились достойные отношения с людьми других статусов и функций, он должен быть на уровне собственного общественного предназначения. Взаимность отношений в социально разделенном обществе реализуется через обмен различными деятельностями, что предполагает и требует честного выполнения каждым своего долга, вытекающего из выполняемой им функции в семье и обществе.

Более высокое положение в человеческой и социальной иерархии означает более высокий уровень нравственной ответственности.

Конфуций говорил: «Если личное поведение тех, (кто стоит на верху), правильно, дела идут, хотя и не отдают приказов. Если же личное поведение тех, (кто стоит наверху), неправильно, то хотя приказывают, (народ) не повинуется»16.

Нравственные обязанности, поскольку  они материализуются в ритуале, становятся делом воспитания, образования, культуры. Эти понятия у Конфуция не были разведены. Все они входят в содержание категории «вэнь» (первоначально это слово означало человека с разрисованным туловищем, татуировкой). «Вэнь» можно истолковать как культурный смысл человеческого бытия, как воспитанность. Это не вторичное искусственное образование в человеке и не его первичный естественный слой, не книжность и не природность, а их органический сплав.

«Если в человеке естественность превосходит  воспитанность, он подобен деревенщине. Если же воспитанность превосходит  естественность, он подобен ученому-книжнику. После того как воспитанность и естественность в человеке уравновесят друг друга, он становится благородным мужем»17.

«Лунь-юй» начинается и завершается  высказываниями о необходимости  учиться и о благородном муже. Важнейшие категории Конфуция —  «жэнь», «ли», «вэнь» — являются одновременно чертами идеальной личности, именуемой благородным мужем. По сути дела, все учение Конфуция есть ответ на один вопрос — на вопрос о том, как стать благородным мужем.

Понятие благородного мужа имеет у  Конфуция два взаимосвязанных смысла: принадлежность к аристократии и человеческое совершенство. Принадлежность к аристократии сама по себе не гарантирует человеческого совершенства, ибо для этого необходима упорная духовная работа над собой. В то же время человеческое совершенство не закрыто и для тех, кому судьба предназначила долю простолюдина.

Можно заключить: человеческое совершенство, которое, в принципе, с точки зрения природных потенций, открыто для  всех, является конкретной обязанностью определенных (так называемых благородных) сословий. Оно существует, как усилие определенных индивидов стать благородными, подняться на уровень своего предназначения. Стать благородным мужем чрезвычайно трудно. Конфуций обычно уклонялся от ответа на вопрос, является ли тот или иной индивид благородным мужем. Себя он не относил к таковым.

Благородный муж — средоточие всех высоких качеств, идеальная личность, как ее понимает Конфуций. Он стремится познать правильный путь («дао»); всегда и во всем человеколюбив; думает о том, чтобы во всем следовать ритуалу, быть искренним и правдивым в словах, честным и почтительным в поступках; он постоянно учится.

То, как благородный муж строит взаимоотношения с другими людьми, можно выразить в трех предложениях: он относится ко всем ровно, одинаково; заимствует у окружающих только хорошее и сближается с лучшими; судит только самого себя. Предмет особой заботы благородного мужа — соответствие слова и дела.

«У людей с красивыми словами  и притворными манерами мало человеколюбия».

Чтобы застраховать себя от самообольщения, нужно быть не просто сдержанным в словах, а взять себе за правило «прежде осуществить задуманное, а потом уже говорить об этом». Дела благородного мужа должны предшествовать его словам. Основной общественной ареной, на которой наиболее полно раскрываются возможности благородного мужа, является сановная деятельность. Благородный муж в этом смысле представляет собой воплощенный синтез нравственности и политики.

Благородный муж — нравственно самостоятельная и самодостаточная личность. Ему в учении Конфуция противостоит низкий человек («сяо жень»). Низкий человек смотрит не вверх, а вниз; думает только о том, как бы извлечь выгоду; не умеет переносить трудности; предъявляет требования другим людям; склонен к раздорам, может даже дойти до разбоя. Эго человек своевольный, грубый, неотесанный не только по внешнему виду и манерам, но и в том глубоком смысле, что для него ритуал, представления о человеческом приличии и достоинстве не стали определяющими мотивами поведения. Низкий человек — своего рода антиидеал. Подобно тому, как благородный муж выделывает сам себя в упорных трудах, низкий человек является результатом нерадения индивидов о самих себе. Правда, статус простолюдина способствует такому нерадению, но только способствует.