Уголовная ответственность за кражу. 2

Министерство образования рф

томскИЙ государственнЫЙ университет

новосибирский юридический институт

Кафедра уголовного права, процесса и

 криминалистики

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

 ЗА КРАЖУ

Дипломная работа

Лямзина Дмитрия Юрьевича

Научный руководитель:

ст.преподователь

Логинова Л.Н.

Новосибирск

2002

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Переход к рыночной экономике, связанное с ним усложнение отношений  собственности, а также снижение уровня жизни многих граждан нашей  страны привели к обострению криминологической ситуации в целом и росту посягательств на чужое имущество – в частности.

Преступление против собственности и борьба с ними превратились в один из самых актуальных проблем современной юридической  практики.

Спектр преступлений против собственности разнообразен, причем наряду со старыми, хорошо известными и определенными в правовой литературе и законодательстве явлениями, возникают новые, отражающие специфику современного уровня развития экономики и науки.

Грабеж является распространенным преступлением. Количество грабежей по стране в 1999г. увеличилось по сравнению с 1998г. на 9,2%, что составило  122,4 тыс. В 2000г. с января по сентябрь рост грабежей по сравнению с 1999г. увеличился на 22,9%. Особенно это касается грабежей с проникновением в жилище, помещение или иное хранилище.

Удельный вес грабежей за 1999-2001гг. в среднем составил 8,2% от общего числа преступлений.

Все это говорит о  росте грабежей в стране.

При написании работы мной изучено в судах города 70 уголовных дел, изучены монографии Кригера Г.А., Ераскина В.В., Никонова В.А. и других.

В дипломной работе я  хотел обратить внимание на толкование отдельных положений нормы, на отличие  грабежа от смежных составов, на спорные вопросы темы.

Глава I. ПОНЯТИЕ ХИЩЕНИЯ

1.  ОБЩЕЕ ПОНЯТИЕ ХИЩЕНИЯ

Глава 21 уголовного кодекса  Российской Федерации содержит преступления против собственности, в том числе  и хищения, объектом которых являются общественные отношения собственности. Собственность – это важнейшее  экономическое материальное отношение, имеющее исключительное значение в жизнедеятельности граждан, общества и государства в целом. Собственность как социальное явление и экономическая категория представляет собой совокупность трех фактических общественных отношений владения, пользования, распоряжения материальными благами, присвоенными и принадлежащими собственнику.

Основу законодательного регулирования правовой защиты собственности  составляет Конституция Российской Федерации, гарантирующая стабильность отношений собственности, обеспечение  условий их развития и равную защиту всех ее форм. Собственность в Российской Федерации представлена в следующих формах: 1)собственность граждан и юридических лиц (кроме государственных и муниципальных предприятий и учреждений, финансируемых собственником); 2)государственная собственность (федеральная и собственность субъектов Российской Федерации); 3)муниципальная собственность.

Все формы собственности  с точки зрения их юридической  защиты являются равноценными и подлежат одинаковой охране нормами уголовного законодательства. Это положение вытекает не только из норм гражданского кодекса Российской Федерации, но и из прямого указания в ч.2 ст.8 Конституции Российской Федерации: "В Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности".

Необходимо отметить, что собственность как социально-экономическая  категория всегда связана с вещами и материализуется в них. В  силу этого хищения относятся  к так называемым предметным преступлениям, которые нередко называют имущественными.

Большинство из составов преступлений перечисленных в статьях  главы 21 УК "Преступления против собственности", используют термин "хищение", под  которым понимается "совершенное  с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества".¹ В результате хищения у субъектов права собственности изымаются предметы, средства или плоды их труда, в результате чего собственник лишается возможности владеть, пользоваться, распоряжаться своим имуществом. Нужно отметить, что задача судьи состоит в том, чтобы применить данное определение к конкретным ситуациям, которые он оценивает, что невозможно без предварительного толкования перечисленных признаков родового состава хищения.

Следует отметить, что  определение хищения в уголовном  законодательстве России дается впервые. Ранее предусматривалась ответственность  за различные виды хищений. Общее  же понятие хищения формулировалось в уголовно-правовой доктрине. При этом и в литературе и в судебной практике термин "хищение" применялся по отношению к посягательствам на социалистическую собственность. Так, профессор Г.А.Кригер считал, что "хищение - это совершенное с корыстной целью преступное завладение или передача третьим лицом социалистического имущества, находящегося в фондах государственных и общественных организаций".²

Наряду с понятием "хищение" в Российской уголовно-правовой доктрине использовался термин "похищение". Понятие похищение только отдельные виды хищения охватывало и соотносилось с понятием хищения, как часть с целым. Так, профессор В.А.Владимиров, характеризуя понятие похищения, писал: "определяющий признак похищения составляет изъятие похитителем чужого имущества из чужого владения, где под изъятием разумеется противоправный захват имущества, выведения его из обладания владельца, осуществленное против или помимо его воли".³ Путем похищения совершаются такие преступления как кража, грабеж, разбой.

Итак, формулируя общее понятие хищения в ст. 158 УК РФ законодатель говорит прежде всего об изъятии и (или) обращении "чужого имущества". Таким образом предметом хищения является чужое имущество, то есть не находящееся в собственности или законном владении виновного. В большинстве случаев вору, грабителю, мошеннику совершенно ясно, что имущество, которое он похищает, ему не принадлежит, а потому является чужим. Однако бывают и более сложные  ситуации. Например, в суд поступило уголовное дело возбужденное по заявлению гражданки Сысуевой о краже у нее имущества ее мужем, который к тому моменту с ней уже полгода не жил, но продолжал забирать из дома и пропивать вещи, нажитые супругами за 20 лет совместной жизни. По данному делу был обоснованно вынесен оправдательный приговор. Согласно ст. 256 гражданского кодекса Российской Федерации, имущество нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Стало быть, ни для кого из супругов (пока это имущество не разделено судом) оно не является "чужим".

К имуществу Гражданский  Кодекс Российской Федерации относит "вещи", включая деньги, ценные бумаги, иное имущество, в том числе  имущественные права. Однако в уголовном  праве предметом преступления против собственности признается имущество в узком смысле.

Интересной является точки зрения Н.Г.Иванова, который  по данному вопросу сказал следующее: "гражданское законодательство относит  к имуществу не только вещи материального  мира, этакую физическую субстанцию, но и право на нее. В этой связи уголовное право должно определиться: либо по-прежнему считать имуществом лишь физически материальную субстанцию и тогда такое положение следует признать уголовно-правовой фикцией, либо присоединиться к гражданско-правовой интерпретации, и тогда соответствующим образом пересмотреть редакции ст.159 и ст.163 уголовного Кодекса Российской Федерации".¹

И все-таки уголовный закон определяет предмет хищения как материальную субстанцию, как определенный предмет  материального мира, как вещь, обладающую некими натуральными физическими параметрами (числом, количеством, весом, объемом и так далее). Поэтому корыстное завладение ценностями, лишенными этих признаков, например, электрической, тепловой энергией, интеллектуальной собственностью, в силу отсутствия предмета не может образовать состав хищения чужого имущества.

Вещи бывают движимыми и недвижимыми. К недвижимым относятся земельные  участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного   ущерба   их   назначению   невозможно,   в  том  числе  леса, многолетние насаждения, здания, сооружения.

К недвижимым видам так  же относятся подлежащие государственной  регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. Вещи не относящиеся к недвижимым, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом.

Важной характеристикой так  же является и то, что предметом хищения могут быть любые вещи материального мира, в создание которых вложен труд человека и которые обладают материальной ценностью, поэтому не могут быть предметом – природные ресурсы и другие объекты, в которых не овеществлен труд человека, например, лес на корню, дикие животные, рыба в море. В то же время лесопродукция, рыбный улов, животные и птицы, выращенные в специальных водоемах, питомниках и вольерах, могут являться предметом хищения.

Предметом хищения могут  быть и сложные вещи, главная вещь и ее принадлежность, плоды, продукция, домашние животные, а так же урожай на корню (фрукты, посевы сельскохозяйственных культур) поскольку он аккумулировал определенные производственные и трудовые затраты, то есть овеществленный или "живой" труд, и в силу этого обладает стоимостью. То есть, предметом любой формы хищения, известной новому Российскому уголовному законодательству, могут быть товарно-материальные ценности в любом состоянии и виде, но обладающие  экономическим свойством стоимости, а так же деньги, как особый товар.

Предметом хищения могут  быть документы, выполняющие роль эквивалента, либо являются эквивалентом материальных ценностей (билеты денежно-вещевой  лотереи, почтовые марки, транспортные билеты). Вместе с тем нельзя признавать предметом преступлений против собственности документы, которые не обладают конкретной стоимостью, а заключают в себе лишь право на получение имущества (квитанции на багаж, товарные чеки, жетоны, номерки и так далее).

Предметом хищения помимо денег  являются ценные бумаги, под которыми понимаются документы удостоверяющие соблюдение установленной формы обязательных реквизитов имущественные права, осуществление и передача которых возможна только при их предъявлении. Необходимо отметить, что в последнее время все чаще  используются гражданами пластиковые  кредитные расчетные карты крупных Российских коммерческих банков. Без сомнения что, указанные обезличенные расчетные средства платежа, являющиеся эквивалентом соответствующих денежных сумм, так же составляют предмет хищения чужого имущества.

Не может быть предметом хищения  имущество, представляющее собой находку  или клад, а равно имущество, вышедшее из ведения собственника или иного  владельца в силу каких-либо случайных  обстоятельств. Однако вещь, забытая  собственником или иным владельцем в известном им месте, может являться предметом хищения, если виновный сознавал, что они вернутся за этой вещью.¹

Вещи находящиеся на умершем  или при нем (например, на месте  аварии, или в морге) могут  признаваться предметом хищения до момента захоронения, поскольку собственник таких вещей определяется в соответствии с правом наследования. После захоронения, когда родственники или иные наследники добровольно исключили оставленные при умершем вещи из своего имущества, ответственность за хищение не возможна. Похищение предметов находящихся в могиле, либо осквернение мест захоронения должны квалифицироваться как преступления против общественной нравственности.

Нужно отметить, что не может быть предметом хищения, с точки зрения уголовного закона, плод человеческой мысли, или интеллектуальная собственность.

Например, гражданин И. купил кассету  с записью песен Филиппа Киркорова, переписал ее на 100 таких же кассет и продал. В обыденном понимании  он совершил кражу у Киркорова, его  поэтов, композиторов, а также тех, кто изготовил фонограмму, то есть украл их интеллектуальную собственность. Однако суд руководствуясь ст.232 уголовно-процессуального кодекса РСФСР, согласно которой дело направляется на дополнительное расследование, в частности, при наличии оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, существенно отличающегося по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении, вернул дело на дополнительное расследование, указав что хищением действие Иванова не является. Хищения в данном случае нет, потому что такая собственность не обладает свойством вещи, то есть за такие деяния к уголовной ответственности по статье уголовного кодекса о краже Иванова привлечь нельзя. Но это не означает, что интеллектуальная собственность остается беззащитной, поскольку в кодексе существует статья, устанавливающая ответственность за незаконное использование объектов авторского права или смежных прав (прав композитора, поэта, исполнителя Киркорова, а также лиц сделавших запись песни), если эти деяния причинили крупный ущерб.

То же можно  сказать и об изобретениях. Пример, ведущий сотрудник НИИ кардиологии  Камышилов присвоил авторство изобретения  жидкокристаллического кардионасоса, являвшегося плодом научных исследований сотрудников другого отдела института. Камышилов не украл изобретение, то есть не совершил действия, которые уголовный кодекс считает кражей, поскольку предмет посягательства нематериален. Суд квалифицировал действия Камышилова не по статье о хищении, а по статье, которая запрещает незаконное использование изобретения, полезной модели или промышленного образца, разглашения без согласия автора или заявителя сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации сведений о них, присвоение или принуждение к соавторству, если эти деяния причинили крупный ущерб.

Нельзя украсть, опять-таки в юридическом, а не в "бытовом" смысле слова информацию, так как  она не обладает  признаком вещественности.

Уголовное законодательство четко дифференцирует ответственность за хищения в зависимости от способа совершения преступления, выделяя и нормативно закрепляя в соответствующих статьях уголовного кодекса РФ следующие формы хищения: кража, мошенничество, присвоение и растрата, грабеж, разбой.

Законодательный обобщенный термин "изъятие" отражает сам  процесс противоправного воздействия  на имущество. И в определенной мере указывает на механизм причинения вреда  объекту уголовно-правовой охраны, поскольку изъятие всегда связано  с незаконным перемещением, изменением положения похищенного имущества в структуре социальных связей участников отношений собственности.

Нужно отметить, что в  литературе встречается утверждение  о том, что при хищении происходит обращение чужого имущества в "собственность" виновного лица. Я считаю, что данное мнение нельзя признать правильным, поскольку противоправное поведение, согласно гражданскому законодательству, не является основанием утраты собственником принадлежащего ему по закону права собственности. Вместе с тем нельзя признать удачным употребление в законе при определении хищения слов "или других лиц". Дело в том, что для квалификации хищения не важно, в чью пользу передается похищенное – виновного или других лиц. Данное обстоятельство безразлично для решения вопроса о вменении виновному хищения. Поэтому его, по моему мнению, не следовало указывать при определении хищения в уголовном кодексе.

Нельзя согласиться  и с мнением о том, что "…  изъятие всегда сопряжено с обращением чужого имущества в пользу виновного".¹ Ведь если бы законодатель считал так, то он бы не использовал в определении хищения союза "или" между словами "изъятие" и "обращение".

Итак, из закона вытекает, что изъятие  это ничто иное, как противоправное извлечение, вывод, удаление, любое  другое обособление имущества из владения собственника против его воли с одновременным переводом его в фактическое незаконное обладание  преступника. Имеется в виду  обладание, которое позволяет  виновному осуществить хотя бы первоначальное распоряжение имуществом - спрятать, унести, передать соучастнику и так далее. Как считает большинство специалистов, если для кражи, мошенничества, грабежа и разбоя характерны и изъятие и обращение чужого имущества в пользу виновного, то при присвоении и растрате имеет место только обращение уже находящегося правомерно во владении виновного чужого имущества в его пользу или в пользу другого лица.

В любом случае, с объективной  стороны хищение выражается только в действиях, в активном поведении  виновного. Поэтому вызывает удивление  использование в законе для характеристики, в частности присвоении и растраты термина "деяние". Ведь, известно, что "деяние" означает не только действие, но и бездействие. Использование же в указанных статьях уголовного кодекса термина "деяние" создает неверное впечатление, что хищение может быть совершенно так же путем бездействия.

Изъятие и (или) обращение  чужого имущества в свою пользу виновным совершается противоправно. Противоправность означает, что перевод в фактическое  обладание виновного осуществляется без каких-либо оснований для этого, и без согласия собственника или иного владельца.

Похитивший имущество хотя и  распоряжается им как своим собственным, но не становится его собственником. То есть не может быть и речи о  хищении, где нет противоправного  нарушения чужого владения. Следовательно, для установления признаков хищения решающее значение имеет выяснение тех оснований, в силу которых имущество оказалось в фактическом обладании лица. Самовольное распоряжение имуществом, находящимся в титульном владении лица, не образует признаков хищения. От титульного владения следует отличать простое держание вещи, состоящее в чисто физическом временном обладании чужой вещью, не сопровождающееся наделением лица какими бы то ни было правомочиями в отношении этой вещи. Например, отношения возникающие между пассажиром и носильщиком, продавцом личных вещей и приценивающимся к ним возможным покупателем, не порождают на стороне носильщика и покупателя права титульного владения, хотя собственник и вручает им свои вещи для переноса, осмотра, примерки.

Нужно отметить, что хищение  не исключено и там где вещи изымаются из чужого незаконного  владения: у другого похитителя, у мошенника, обманным путем заполучивших имущество у потерпевшего, лица присвоившего находку и так далее. При похищении  грабитель не знает причиняет ли он ущерб собственнику или другому вору. В данном случае будет признаваться потерпевшим - подлинный собственник имущества, ибо имущественный ущерб в конечном счете причиняется именно ему.

Безвозмездность изъятия  чужого имущества – обязательный признак хищения. Под безвозмездным следует понимать "…изъятие чужого имущества без предоставления его собственнику полного эквивалента стоимости похищенного в виде определенной суммы денег, другого равноценного имущества или трудовых затрат.

Не эквивалентное (частичное) возмещение собственнику стоимости  изъятых у него вещей не исключает  состава хищения чужого имущества, но может повлиять на его размер, вплоть до мелкого хищения, например, путем присвоения, ответственность  за которое предусмотрено ст. 49 Кодекса об административных правонарушениях РСФСР".¹

Хищение чужого имущества  является материальным составом преступления и в силу этого, в его объективную  сторону в качестве обязательного  признака входят общественно-опасные  последствия. Последствия выражаются в нарушении общественных отношений собственности, и общественная опасность преступления против собственности определяется в первую очередь характером последствий, тем, что в результате их совершения гражданин лишается возможности использовать принадлежащее ему имущество для удовлетворения своих потребностей. То есть последствием хищения является причинение гражданину материального ущерба.

Материальный ущерб  – это всегда реальный имущественный  ущерб, приводящий к уменьшению наличного имущества потерпевшего с одной стороны, и "сопровождающийся, как правило, неправомерным обогащением похитителя за счет приобщения к его имуществу похищенных вещей".²

Особенностью является то, что в  преступное последствие хищения  не входит причинение материального ущерба в форме упущенной выгоды.

Не может, например, быть признано последствием хищения неполучение  потерпевшим выигрыша по лотерейному  билету, похищенного у него вором, на который впоследствии выпал крупный  выигрыш.

Важным является вопрос определения момента окончания хищения, от которого зависит признание хищения либо оконченным, либо прерванным на стадии покушения, а вместе с тем точность квалификации действий виновного.  В  литературе  по  данному  вопросу  высказано  несколько  точек зрения. Одна из которых предлагает считать оконченным хищение в момент изъятия имущества из чужого владения независимо от того состоялось ли распоряжение имуществом похитителем. С.И. Сирота пишет: "Похищение – это действия виновного, выражающиеся в … изъятии имущества. Завладение – это цель, которую ставит виновный перед собой, совершая такое изъятие".¹

Вторая точка зрения сводится к тому, что хищение должно признаваться оконченным, когда похититель не только завладел имуществом, но и  присвоил его, получив реальную возможность распорядиться им по своему усмотрению. Представитель этой точки зрения Г.А. Кригер пишет: "Причинение ущерба государству и общественной организации и обогащение за их счет виновных, завладевших социалистическим имуществом, - оба этих признака должны быть налицо для признания хищения оконченным".² Из этой посылки автор делает вывод, что "кражу (либо иное хищение) следует считать оконченным не в момент установления преступником фактического обладания вещью, а в момент, когда виновный действительно завладевает имуществом, получая при этом возможность распорядиться им по своему  усмотрению." Данные точки зрения "страдают крайностями". Первая переносит акцент на сам факт изъятия имущества, независимо от последующих событий, вторая – за основу берет более отдаленный момент: получение возможности распорядиться этим имуществом.

Учитывая крайности  изложенных позиций можно сделать  вывод, что хищение должно признаваться оконченным при стечении двух моментов: 1) изъятия имущества из чужого владения, и 2) захвата его в неправомерное обладание виновного, то есть при наличии замещения законного владельца незаконным.

Исключением из общего положения  о моменте окончания хищения  составляет разбой, который имеет  усеченный состав, и признается оконченным с момента нападения в целях хищения чужого имущества. Все вышесказанное рассматривалось относительно объективной стороны хищения.

Субъективная сторона  любой формы хищения характеризуется  виной в виде прямого умысла. То есть необходимость осознания общественной опасности противоправного изъятия чужого имущества виновным. Преступник предвидит неизбежность причинения в результате этого реального материального ущерба собственнику и желает наступления этих последствий.

Направленность умысла при хищении определяется корыстными мотивами и целями. Сущность корыстного мотива состоит в стремлении виновного удовлетворить свои материальные потребности за чужой счет, путем изъятия имущества, на которое у него нет права. Корыстная цель имеет место как в случаях обращения чужого имущества в пользу виновного, так и в случаях передачи его другим лицам, в материальном положении которых виновный заинтересован. Однако нужно отметить, что обязательным субъективным признаком согласно закону, является корыстная цель преследуемая виновным при его совершении.

Причем в литературе ранее не раз предлагалось вместо "корысти" включающей в себя выгоду не только имущественного характера, определить цель хищения более корректно, например, как "нажива", "присвоение" и  так далее.¹ Она предполагает стремление виновного получить в ущерб другому наживу, материальную пользу.

Некоторые авторы говорят о том, что корыстный мотив так же является обязательным признаком хищения, с чем согласиться нельзя.

Во-первых, он в качестве такового не назван в законе, во-вторых, в отдельных случаях совершения хищения возможно и при отсутствии корыстного мотива. Например, при соучастии в хищении не все соучастники могут руководствоваться корыстным мотивом, что тем не менее в практике не влияет на квалификацию их действий.

Что касается субъекта хищения, то уголовную ответственность за хищение в форме кражи, грабежа, разбоя могут нести лица, достигшие к моменту совершения преступления 14-летнего возраста, а в форме мошенничества, присвоения и растраты, а также хищения предметов, имеющих особую ценность – 16-летнго возраста.

1.2. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

ЗА КРАЖУ

«Основным древнерусским источником светского писанного права в  литературе считается Русская Правда. Выделяют три ее основные редакции: Краткую (возникшую не позднее 1054 года), Пространную (подготовленную не ранее 1113 г.) и появившуюся из Пространной редакции в середине 15 века Сокращенную. Данный источник содержит нормы различного характера, в том числе уголовно-правового».¹

Преступление в Русской Правде называлось «обидой». Наряду с преступлениями против личности в ней упоминались имущественные преступления: разбой (не отличаемый еще от грабежа); кража – «татьба», этот термин хотя указывал на совершение хищения крадучись, тайно, ненасильственно, под ним подразумевали всякое тайное и открытое, ненасильственное похищение, самовольное пользование чужим имуществом и так далее. В Русской Правде рассматриваются такие виды кражи, как кража из закрытых помещений; конокрадство («коневойтать»); кража хлопка, сена, дров, кража морских и речных судов и так далее.

Корыстный мотив в преступлениях  уже тогда считался отягчающим обстоятельством, кража рассматривалась только как  умышленное преступление, предусматривалась  ответственность за групповые кражи  скота, кража неохраняемого имущества наказывалась строже кражи из закрытого помещения, а убийство вора на месте преступления не наказывалось (если оно совершено ночью) и толковалось как самооборона.

Высшая мера наказания по Русской  Правде – поток и разграбление применялась только за три преступления – за убийство в разбое, поджог дома и гумна, конокрадство. Остальные имущественные преступления наказывались штрафом; подробно расписывалось, какой штраф нужно заплатить за кражу коровы, охотничьих собак, дров и так далее. В период феодальной раздробленности Руси наиболее известным источником, содержащим нормы уголовно-правового характера, можно считать Псковскую судную грамоту 1467 г. В этом документе выделялись кража, разбой, «наход» и грабеж. За совершение кражи впервые или второй раз применяли штраф, а за ее совершение в третий раз полагалась смертная казнь. Смертная казнь выносилась также за церковную кражу, конокрадство и кражу государственного имущества из Кремля. Во второй половине 14 века вокруг Московского княжества начинают объединяться русские земли. К основным документам, содержащим нормы уголовного права, относятся Судебники 1497 и 1550 гг. и Соборное Уложение 1649 г.

В Судебнике 1497 г. установлена ответственность  была и за повторную кражу  и  кражу, совершенную «ведомым лихим человеком». Кража, совершенная в первый раз, за исключением церковной и головной – «головная татьба» (относительно понятия «головная татьба» единого мнения в литературе нет. Л.В.Черепин считал, «что головная татьба – это воровство, сопровождавшееся убийством»¹, а Е.И.Колычева полагала, «что  это преступление заключалось в похищении людей для продажи в Холопство»²), а также кража с поличным со стороны «ведомого лихого человека» влекли за собой «торговую казнь» (битье кнутом) с возмещением потерпевшему причиненных ему убытков. Остальные виды кражи карались смертной казнью. К субъектам преступления Судебник впервые отнес холопов.