Уголовная ответственность за мошенничество. 6

 

ВВЕДЕНИЕ

«Человечество никогда не избавится от преступности, ибо по природе грешен сам человек», - писал  французский криминалист Г. Тард1.

Существуют два способа незаконно  что-либо отобрать у других: или приставить к их виску пистолет и вынудить отдать "это", или выманить "это" обманом. Первый способ во всех его  многочисленных разновидностях мы называем разбоем или грабежом, а второй - мошенничеством. Несмотря на то, что  ограбления в определенном смысле более  жестоки, чем мошенничество, и привлекают к себе намного больше внимания средств  массовой информации, ущерб от действий мошенников значительно превышает  последствия грабежей.

Статистические данные о распространенности такого явления, как мошенничество, получить довольно трудно. Такую статистику ведут различные федеральные  службы, например Федеральное бюро расследований (ФБР), отдельные ученые, фирмы и компании, пострадавшие от мошенничества, а также страховые  компании, возмещающие от него убытки. Достоверность информации из всех этих четырех источников довольно сомнительна. Большинство из 25 федеральных служб, собирающих статистику о мошенничестве, имеют дело лишь с некоторыми его  аспектами, такими, например, как растраты в банках или жульничество в медицинских  учреждениях. Статистические данные научных  учреждений и отдельных фирм страдают от того, что эти организации не желают делиться подобным "негативным" опытом со сторонними специалистами, а  иногда ограничивают доступ к этой информации даже своим юристам. Статистические данные страховых компаний не могут  считаться полными, поскольку эти  фирмы страхуют лишь небольшой процент  жертв мошенничества, так что  их данные не могут давать полной картины. Хуже всего то, что не известно реальное процентное соотношение обнаруженных случаев мошенничества, ставших достоянием общественности и/или доведенных до суда.

И действительно, многие случаи злоупотреблений  остаются необнаруженными, а огромное число выявленных разрешается внутри пострадавших организаций, не вынося ссоры  из избы.

Раскрытие мошеннического замысла  осложняется тем, что по своей  форме большая часть мошеннических  операций в исходном пункте (когда  нечто заманчивое и желаемое предлагается) и нередко по их завершению (когда  жертвы остаются «наказанными») практически  ничем не отличаются от обычных нормальных деловых сделок. К тому же субъект  мошеннической операции во многих случаях  оказывается для потенциальных  жертв мошенничества более предпочтительным в личном отношении (его обходительность, готовность идти навстречу пожеланиям, его внешность, поведение…). На высшем уровне мошеннического мастерства операции ведут люди с имиджем, настолько  отличающимся от имиджа многих бизнесменов  и государственных служащих, что  предпочтение в выборе, с кем иметь  дело, решается людьми в пользу деловых  контрактов с мошенниками.

Актуальность проблемы определяется пониманием огромной отрицательной  значимости невнимания к проблеме мошенничества  в условиях формирования рыночных отношений  в России. По данным американских исследователей, тридцать процентов всех случаев  краха предприятий в США вызваны  действиями мошенников. Мошенничество  лидирует в сфере незаконного  перераспределения собственности. При этом характерна тенденция к  возрастанию доли доходов от «интеллектуальных» преступлений.

Цель работы – изучить мошенничество  как один из видов хищения.

Задачи работы – показать мошенничество в истории уголовного закона; изучить элементы состава мошенничества; охарактеризовать особенности отграничения мошенничества от смежных составов преступлений. 
Глава 1. УГОЛОВНО - ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СОСТАВА МОШЕННИЧЕСТВА

 

1.1 Мошенничество в истории уголовного законодательства

Злоупотребление доверием (мошенничество) как признак преступления против собственности известен достаточно давно отечественному уголовному праву. В первом источнике российского  уголовного права — Русской правде — уже есть упоминание о совершении определенных деяний с использованием злоупотребления доверием (ст.ст. 12, 47).

В Судебнике 1497 года наказание за совершение преступления с использованием злоупотребления  доверием было более строгим по сравнению  с Русской правдой вплоть до выдачи виновного лица в холопство потерпевшему (ст. 55).

Судебник 1550 года впервые в законодательном  порядке закрепил понятие лица, совершившего преступление с использованием обмана и злоупотребления доверием, в  качестве мошенника. Однако данное положение  структурно находилось в одной статье вместе с регламентацией ответственности  за кражу (ст. 58).

Соборное уложение, принятое в 1649 году, наряду с мерами гражданско-правового  характера, устанавливало уголовную  ответственность за преступления против собственности, совершаемые с использованием злоупотребления доверием, однако эти  преступления (современные присвоение, растрата, мошенничество) назывались воровством.

В Уложение о наказаниях уголовных  и исправительных 1845 года вводилось  четкое разграничение понятий воровства (кражи) и мошенничества (ст. 2128), а  также в нем выделялись различные  виды злоупотребления доверием и  обманов при совершении сделок.

Уголовное уложение 1903 года содержало  четыре главы о преступлениях  против собственности, совершаемых  с использованием злоупотребления  доверием. Впервые в законодательстве появилась норма об ответственности за злоупотребление доверием как за самостоятельный вид преступления (ст. 577). В ряде других норм предусматривалась ответственность за иные преступления, одним из обязательных признаков которых являлось злоупотребление доверием.

В первом Уголовном кодексе РСФСР 1922 года была закреплена система норм, предусматривавших ответственность  за преступления против собственности  с использованием злоупотребления  доверием (ст.ст. 129-131, 135, 182-192). Анализ этих норм позволяет заключить, что уже  первое кодифицированное уголовное  законодательство РСФСР положило начало законодательному установлению более  строгого наказания за посягательства на государственную, общественную собственность  по сравнению с преступлениями против личной собственности граждан.

В УК РСФСР 1960 года сохранялся приоритет  охраны государственной или общественной собственности по сравнению с частной. В отличие от предыдущего уголовного законодательства, в УК РСФСР 1960 года были включены две самостоятельные главы об ответственности за преступления против собственности: глава II "Преступления против социалистической собственности", глава V "Преступления против личной собственности граждан".

Новый УК России 1996 года в главе 21 "Преступления против собственности" закрепляет три  состава преступления, обязательным признаком которых является злоупотребление  доверием (ст.ст. 159,160,165).

1.2 Состав преступления, предусмотренный ст.159 УК

 

Под субъектом мошенничества понимают человека или группу людей, сознательно  осуществляющих обман других людей  ради незаконного получения ценностей  объекта мошенничества. Последний является страдающей стороной в итоге мошеннического действия. Многие американские исследователи считают, что мошенником может стать каждый человек в определенных условиях. Такой подход практически бесплоден, т.к. в нем не учитываются личностные особенности человека, обусловливающие его предрасположенность (склонность) к мошенническому способу перераспределения собственности или прав на нее1.

Е. Жариков в трактовке мошенника исходит из того, что успешным, т.е. таким, которого следует опасаться, может быть такой человек, который наделен определенным набором интеллектуально-психологических и этических свойств. В самой общей форме модель таких свойств содержит 6 элементов:

1) Стремление быстро обогатиться  без обычных трудовых усилий.

2) Аттрактивность, как природой данная привлекательность, вызывающая доверие к данному человеку.

3) Мощный комбинаторный интеллект,  позволяющий строить модели поведения  людей под влиянием внешних  воздействий, прогнозировать их  поведение и предусматривать  меры для поддержания направления  и характера их действий, соответствующих  мошенническим замыслам.

4) Эмпатия, как способность чувствовать, мыслить и хотеть так, как чувствуют, мыслят и хотят люди, намечаемые к роли жертв мошенников.

5) Высоко развитое чувство превосходства, позволяющего действовать уверенно по отношению к людям, которые, по мнению субъекта аферы, «безусловно», стоят в интеллектуальном отношении намного ниже мошенника и поэтому позволяют себя обманывать.

6) Установка на такое нарушение  законов, которое предусматривает  возможность избегать разоблачения  и наказания.

Объектом мошенничества в принципе может оказаться любой человек. Но наибольшая вероятность таковым  оказаться у того, кто, во-первых, как и мошенник, хотел бы быстро и без затрат обычных трудовых усилий обогатиться.

В этом пункте многие жертвы по мотивам  тождественны мошенникам. Во-вторых, наиболее предрасположен к роли жертвы человек, характерной психической особенностью которого является внушаемость (податливость, уступчивость…). В-третьих, жертвы мошенничества  – это, как правило, невежественные люди в тех именно сферах, где  действуют мошенники. В-четвертых, жертва мошенничества – это человек, в высшей степени наделенный потребностью жить с верой в людей, и потому у них часто отсутствует необходимая  критичность к сомнительным и  подозрительным начинаниями предложениям мошенников. В-пятых, объектом мошенничества  чаще всего бывает человек, у которого чрезвычайно выражена зависимость  в принятии любых решений от позиций, мнений, точек зрения других людей  и внешних обстоятельств2.

Субъективная сторона предполагает наличие прямого умысла. Виновный сознает используемый им обман или  злоупотребление доверием, предвидит  причинение имущественного ущерба потерпевшему и желает обратить чужое имущество  в свою пользу, получив его от самого потерпевшего.

Направленность умысла определяется корыстными мотивами и целями.

Сущность корыстного мотива состоит  в стремлении виновного удовлетворить  свои материальные потребности за чужой  счет путем изъятия имущества, на которое у него нет права.

Корыстная цель выражается в стремлении обратить похищенное в свою собственность или собственность других лиц, в реализации фактической возможности владеть, пользоваться и распоряжаться похищенным имуществом.

Незаконное изъятие чужого имущества  без корыстной цели не образует хищения, независимо от его формы.

 «Объективная сторона – это  составная часть состава преступления, характеризующая внешнее проявление  конкретного общественно опасного  поведения, причинившего вред  объекту, охраняемому уголовным  законом».

Признаки, характеризующие объективную  сторону не всех, а только конкретных составов преступлений принято называть факультативными (способ, место, время, обстановка, орудия совершения преступления). В случае с мошенничеством способ совершения преступления – хищение  чужого имущества или приобретение права на чужое имущество.

В большинстве случаев уголовный  закон считает объективной стороной оконченного состава преступления (в данном случае – мошенничество) сам факт совершения уголовно-правового  деяния, т.е. мошенничества.

Объективная сторона мошенничества  имеет важное значение для квалификации. Некоторые преступления можно разграничить лишь по признакам объективной стороны. Мошенничество и кража, например, отличаются друг от друга только способом совершения преступления, остальные признаки, характеризующие объект, объективную сторону и субъект, у них одинаковы3.

С объективной стороны завладение имуществом или приобретение права  на имущество при мошенничестве  совершается путем обмана или  злоупотребления доверием.

Объективные признаки мошенничества: 1) изъятие и (или) обращение в пользу виновного или других лиц; 2) противоправность; 3) безвозмезность; 4) причинение ущерба собственнику или иному владельцу; д) преступный результат и причинная связь.

Необходимым условием уголовной ответственности  является наличие причинной связи  между действием (бездействием) и  наступившими вредными последствиями.

Обман и злоупотребление доверием служат способом завладения имуществом, между ними и переходом имущества  во владение виновного должна быть установлена причинная связь.

Мошенничество считается оконченным с момента  фактического незаконного перехода имущества во владение виновного  и получения им возможности использовать его или распоряжаться им по своему усмотрению, а также с момента  незаконного перехода к виновному  права на имущество потерпевшего4. 
Глава 2. ОТЛИЧИЕ МОШЕННИЧЕСТВА ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ

 

2.1 Отличие мошенничества от других составов хищения

 

Налицо состав мошенничества, если потерпевший, хотя бы и под влиянием обмана, но передавал свое имущество  во владение, пользование или распоряжение (если не в собственность) виновного. Если потерпевший передает другому  лицу какие-либо ценности не во владение, а, например, для осмотра (в своем  присутствии), то эти ценности не только юридически, но и фактически продолжают оставаться во владении потерпевшего. В действиях виновного, если он скрывается с имуществом, в зависимости от их характера, имеется состав кражи  или грабежа. Например, лицо просит у собственника разрешения примерить  золотое кольцо и, одев его, тут же скрывается. В этом случае действия жулика следует рассматривать как  грабеж.

Если лицо завладевает имуществом, но не получает возможности реально  распорядиться им по своему усмотрению, его действия следует квалифицировать  как покушение на мошенничество.

В отличие от кражи, предметом мошенничества  может выступать не только имущество, но и оформленное документально  право на имущество.

При краже виновный изымает имущество  из чужого владения скрытно от собственника или владельца, завладение имуществом происходит вопреки воле потерпевшего, при мошенничестве же собственник  или владелец как бы добровольно (хотя и под влиянием обмана) передает свое имущество виновному во владение или пользование.

В УК РФ 1996 г. предусмотрен ряд составов преступлений, смежных с мошенничеством. В частности, многие составы преступлений, предусмотренные нормами, включенными  в гл. 22 «Преступления в сфере  экономической деятельности». К ним могут быть отнесены следующие: лжепредпринимательство (ст. 173), незаконное получение кредита (ст. 176), незаконное использование товарного знака (ст. 180), нарушение правил изготовления и использования государственных пробирных клейм (ст. 181), заведомо ложная реклама (ст. 182), злоупотребления при выпуске ценных бумаг (эмиссии) (ст. 185), изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг (ст. 186), изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов (ст. 187), неправомерные действия при банкротстве (ст. 195), фиктивное банкротство (ст. 197) и обман потребителей (ст. 200). Рассмотрим некоторые из них.

Такой смежный с мошенничеством состав преступления, как незаконное получение кредита, предусмотрен ст. 176 УК РФ. Часть 1 этой статьи устанавливает ответственность за «получение индивидуальным предпринимателем или руководителем организации кредита либо льготных условий кредитования путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных сведений о хозяйственном положении либо финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации, если это деяние причинило крупный ущерб», а ее ч. 2 – «за незаконное получение государственного целевого кредита, а равно его использование не по прямому назначению, если эти деяния причинили крупный ущерб гражданам, организациям или государству».

Возникает необходимость разграничивать мошенничество и незаконное получение  именно кредита, в том числе государственного целевого, причинившее крупный ущерб.

Критериями разграничения этих преступлений являются направленность умысла и время его возникновения. При этом мошенничество налицо тогда, когда при представлении заведомо ложных сведений указанного содержания, т.е. до получения кредита, умысел виновного  направлен на хищение имущества, составляющего кредит. Квалификация содеянного аналогична при отграничении мошенничества от лжепредпринимательства. Причем представление заведомо ложных сведений о хозяйственном положении или финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации есть не что иное, как одна из разновидностей мошеннического обмана.

 

2.2 Отличие мошенничества от нарушений

гражданско-правового характера

 

Экономическая  реформа  привела  к  существенному усложнению имущественных  отношений.  Сложность  их  вызывает необходимость более детального толкования составов имущественных  преступлений с тем, чтобы отличить от обмана или неисполнения обязательств гражданско-правового характера.  Прежде  всего,  это относится к мошенничеству, часто внешне приобретающему  вид  тех  или  иных  частно-правовых  договоров (купли-продажи,  займа,  поручения и др.). Мошенничество отличается от недобросовестности   частно-правового   характера   по   объективным   и субъективным признакам.

Предмет мошенничества – чужое  имущество. Имущество в качестве предмета мошенничества может быть как движимым, так и недвижимым, включает деньги, ценные бумаги и некоторые  документы, предоставляющие имущественные  права без дополнительного оформления.

Получение путем обмана услуг или  работ, уклонение от исполнения обязательств составом мошенничества не охватываются ввиду отсутствия предмета этого  преступления. Так, не будет мошенничеством выдача чека, заведомо не подлежащего оплате, с целью побудить к оказанию транспортных и иных услуг или вручение денежной «куклы» с тем, чтобы побудить к выдаче документа об уплате долга. Такие действия могли бы влечь ответственность по норме причинении имущественного ущерба путем обмана, если бы Закон от 1 июля 1994 г. не отказался от традиционной трактовки этой нормы и не ограничил уголовную ответственность случаем причинения имущественного ущерба «собственнику». В действительности же от подобного рода обманов чаще всего страдает не собственник, а кредитор.

С объективной стороны завладение имуществом или приобретение права  на имущество при мошенничестве  совершается путем обмана или  злоупотребления доверием, в связи с чем возникают определенные сложности при квалификации злоупотреблений со сберегательными книжками на предъявителя и с автоматизированными системами обработки данных.

При предъявлении сберегательной книжки на предъявителя банк обязан произвести платеж независимо от того, вводит мошенник в заблуждение банковского служащего  или нет. Применение к данному  случаю нормы о мошенничестве  является применением аналогии уголовного закона. Более правильной представляется квалификация неправомерного завладения сберегательной книжкой на предъявителя (ценной бумагой – соответственно прямому указанию ГК) по нормам о  краже, грабеже, разбое или вымогательстве, в зависимости от способа такого завладения.

Нет     обмана     и     при      неправомерном       злоупотреблении      с  автоматизированными   системами   обработки   данных  (например,  лицо оплачивает в  магазине  покупку  по  чужой,  незаконно  заимствованной кредитной  карточке). Компьютер, как  и замок в сейфе, нельзя обмануть, поскольку  технические  устройства  лишены  психики.  На  наш  взгляд, побочные  действия  правильнее  квалифицировать  по норме о краже. При этом, однако, необходимо отметить,  что  предметом  кражи  традиционно  считается имущество, обладающее физическими  признаками, в то время как вклад  в  банке  является  правом требования и, совершая «компьютерную кражу», лицо не  завладевает  имуществом,  но  лишь  уменьшает  размер требования потерпевшего к банку.

И. Клепицкий считает, что толкование имущества как предмета кражи, охватывающее имущественное право требования, представляется весьма проблематичным в том смысле, что «оно позволит увидеть кражу в широком круге фактов неисполнения частно-правовых обязательств, не требующих наступления уголовной ответственности. Целесообразнее установить ответственность за обогащение за чужой счет путем злоупотребления с автоматизированными системами обработки данных по норме о самостоятельном преступлении (так, норма о компьютерном мошенничестве в 1987 г. была сформулирована в австрийском УК 1974 г., первоначально предполагавшем наказание подобных злоупотреблений по традиционным нормам об имущественных преступлениях)»5.

Если мошенничество внешне выражается в частно-правовом договоре, необходимо, чтобы мошенник в момент совершения сделки и завладения имуществом или приобретения права на него не имел намерения осуществить услугу или иным образом исполнить обязательство. В данном случае налицо мошеннический обман в намерениях. А частно-правовая сделка здесь лишь внешнее проявление мошеннического приобретения права на имущество.

Мошенничество может выразиться в  получении «кредита» в случае, если виновный не был намерен вернуть  долг в момент совершения сделки и  завладения имуществом. Оно может  выразиться в «договоре поручения» или «купли-продажи», если в момент совершения сделки и завладения чужим  имуществом или приобретения права  на него лицо не намерено исполнить  обязательство.

Если лицо в момент получения  кредита намерено по возможности  исполнить обязательство – мошенничества  нет. При этом не требуется, чтобы  лицо было уверено в том, что оно  исполнит обязательство. Совершая сделку, ее участники в какой-то степени  идут на риск. Но ничего преступного  в этом нет. Предпринимательский  риск – обычное явление в экономической  сфере.

Установление обмана в намерениях на момент завладения имуществом или  приобретения права на него – дело достаточно сложное, однако вполне выполнимое. Об обмане в намерениях может свидетельствовать очевидная уже в момент заключения сделки невозможность исполнения обязательства, действия после завладения имуществом и действия до завладения имуществом, направленные на облегчение уклонения от возврата долга и т.д.

Определяющий  признак,  позволяющий  отграничить мошенничество от нарушения гражданско-правовой  обязанности,  -  намерение безвозмездно обратить  чужое  имущество,  находящееся во владении виновного, в свою собственность, а не намерение, например, отсрочить момент  возвращения этого имущества, уклониться от платежа за его использование.

 

2.3 Мошенничество, как административное правонарушение

 

За мошенничество предусмотрена  уголовная (ст. 159 УК) и административная (ст. 49 КоАП) ответственность.

Административным правонарушением  мошенничество является при совокупности трех условий:

1) оно представляет собой разновидность  хищения;

2) размер хищения мелкий, т.е.  не превышает одного минимального  размера оплаты труда, установленного законодательством РФ;

3) имущество (предмет хищения)  находится в государственной  или общественной собственности.

При отсутствии любого из этих условий  мошенничество представляет собой  преступление.

Кроме стоимости похищенного учитывается  также количество предметов в  натуре (вес, объем) и значимость их для народного хозяйства. По этой норме наступает ответственность и за мошеннические действия, если государству или общественной организации причинен указанный ущерб в результате изъятия чужого имущества.

Ст. 49 КоАП предусматривает ответственность  лишь за мелкое хищение государственного или общественного имущества. Следовательно, за любые мошеннические действия, когда предмет посягательства - собственность граждан, ответственность должна наступать по ст. 159 УК, а размер ущерба учитывается при назначении наказания либо решении вопроса о прекращении уголовного преследования.

Надо сказать,   что   мелкое   хищение   государственного   или общественного имущества – один из распространенных видов посягательства  на собственность. Материальный ущерб, причиняемый этим правонарушением, огромен. Велик и моральный урон. При мелком  хищении, подпадающем  под  действие ст. 49 КоАП, похититель обогащается за счет государственного или  общественного  имущества  без  трудовых  затрат, распоряжается  похищенным имуществом как своим собственным: потребляет его, дарит, продает и т.д.

С субъективной стороны рассматриваемое  правонарушение предполагает наличие  прямого умысла и корыстной цели. При совершении мелкого хищения  путем мошенничества, похититель сознает, что он совершает противоправное действие, предвидит его вредные  последствия в виде материального  ущерба, однако желает их наступления. Целью похитителя является незаконное, с корыстной целью, обращение  имущества в свою пользу или в  пользу других лиц.

Ответственность за мошеннические  действия наступает, во-первых, за административное правонарушение, во-вторых, за преступление, ответственность за которое установлена  ст. 159 УК, и, в-третьих, преступление, квалифицируемое  по ст. 164 УК.

 

Глава 3. КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЙ  АНАЛИЗ МОШЕННИЧЕСТВА

 

3.1 Выявление мошенничества и его признаки

 

Экономические преступления в своем  значительном числе - это деяния мошеннического характера. Мошенники же в криминальном мире всегда считались высшей кастой, что можно объяснить особой специфичностью, как самих преступных акций, так  и теми качествами, которыми должен обладать делинквент для их совершения. Преступления в сфере бизнеса являются наиболее развитыми формами мошенничества - с использованием современных и совершенных инструментов и "тонких" технологий рыночной системы хозяйствования, с применением достижений НТР (компьютеров, информационных технологий и т.д.). Совершают эти мошеннические преступления лица, входящие в особую социальную группу: ее "особость" состоит в высоком положении, занимаемом представителями бизнеса в иерархии общества, в значительной степени доверия и уважения, которыми они пользуются со стороны государства и населения. Сама специфика сложной и динамичной хозяйственной жизни заставляет потребителей или партнеров по сделкам доверять, например, пригодности и качеству товаров и услуг, не осуществляя их предварительной проверки, либо доверять свои денежные средства и ценные бумаги посредническим и иным фирмам и финансовым учреждениям, не проводя сколь-нибудь серьезного анализа их надежности и финансово-хозяйственной состоятельности, и т.д. Иными словами, современная экономика криминологически является далеко не совершенным социальным организмом: рассчитанная на честных и законопослушных участников рыночных отношений она остается уязвимой от посягательств со стороны различного рода мошенников, какой бы статус они не занимали в социальном и профессиональном отношении. В итоге мошенники в белых воротничках с большей легкостью по сравнению со своими "коллегами", специализирующимися на ниве общеуголовных деяний, могут осуществлять свои преступные замыслы, беззастенчиво злоупотребляя существующим по отношению к предпринимателям кредитом доверия со стороны общества.